Квадробер в деле

     Вениамин с утра прошёл мимо жёны. Та, посмотрев на него с омерзением, сказала:

- Фу! Морда заплывшая! На носу китайский новый год, а у нас нечем лошадь встретить!

И начала накручивать бигуди на свои лохматые волосы. Последнее время они выпивали вместе, но она по инерции продолжала считать мужа алкоголиком и ненавидела его всеми фибрами души, особенно с похмелья.

     А Вениамин, сидя в туалете призадумался. Он уже давно потерял ту искреннюю и душевную связь с Дарьей, какая бывает перед замужеством и в первые дни брака. Поводов для поднятия рюмки с годами становилось больше. Тем более, работал землекопом на кладбище. А там всегда бывал приработок и расплачивались часто бутылкой, особенно в перестройку и девяностые. Времена изменились, а он нет. И тихо, незаметно спился, потянув за собой на дно стакана жену. Оживляж и нечто похожее на душевные отношения появлялись у них, когда они или кто-нибудь из друзей доставали  бухло. Без градуса ссорились или общались иносказательно.  Вот и сейчас Вениамин мужественно пытался сосредоточиться, хотя его мутило и размазывало по стенам тонким слоем.

"Скоро ещё один праздник" - защелкал пальцами. -  Погоди! По китайскому календарю год этой, как её, кобылы!

Тут Веню вырвало, страшно затрещала черепушка, и он решил: если не достанет пойла, то ему конец! Но куда бежать, кого просить о помощи!? Свое и раздобытое извне огромными трудами, всеми правдами и неправдами прикончили ещё вчера.

" Постой, - мелькнула трезвая и острая, как нож мысль, - а если обратиться к циркачу Людовику, катающего на лошадях  горожан по выходным дням?"
Веня и Даша ему, конечно, крупно задолжали. Но артист очень любит лошадей. И огненной лошади, внезапно навестившей его, не откажет.

     Дальше мозг Вениамина заработал чётко и чисто, точно родниковая вода у истока. У дворника взял старую метлу, у соседки ненужный плед с бахромой, на кухне отыскал две круглых металлических подставки под горячее, банку красной эмалированной краски, несколько листов твердого картона и моток крепкого шпагата.

     Со всем этим богатством Вениамин вышел на центральную площадь города и пафосно объявил лучший конкурс на создание огненной лошади. В качестве экспериментального объекта предложил себя. Тут же нашлась стайка полупьяных подростков. Они смеха ради привязали железные подставки к ботинкам Вени. Получились, типа, копыта. Прутья метлы засунули в штаны, но так, чтобы они выразительно торчали сзади. Из картона согнули уши и лошадиную морду. Раскрасили лицо и руки красной краской, укрепили все части, сделанные из картона в нужных местах. Накинули сверху плед бахромой-гривой на "горб" импровизированной лошади. Получилась вполне сносная модель новогоднего животного.

-Э, а деньги, деньги давайте! - закричал Вениамин, когда смеющаяся и пьяненькая детвора весело удалялась прочь. - Я не позволю бесплатно издеваться над человеком измученного алкоголизмом!

Не получив желаемого, Веня нагло приставал к прохожим. Некоторые кидали ему мелкие купюры, но многие, хорошо зная его, угощали щелбанами и поджопниками. Охая и вздыхая, потирая ушибленные места, Вениамин к вечеру вполне сколотил состояние на дешёвую водку и скромную закусь. И думал уходить, но обуянный страстью сребролюбия поскакал к тому самому Людовику, надеясь под видом лошади на денежную подачку сверхсобранной суммы.  На пути Вениамина неожиданно возник спятивший пиротехник дядя Петя, который бывал и периодически пролечивался в местах не столь отдаленных за поджоги в людных местах.
Со словами:

- Гори на здоровье, Огненная!

Облил Веню какой-то горючей жидкостью, кинул горящую спичку.
И заплясал вокруг вспыхнувшего факелом бедного Венечки. На помощь подоспел любитель лошадей Людовик и двумя вёдрами воды, предназначенных для своих копытных, окатил китайскую Огненную Лошадь. 

     Лечился Вениамин долго и нудно. Кроме обширного ожега тела, пострадал пищевод и дыхательные пути. Питался через катетер и дышал через дырочку, пробитую в горле. Претерпел десяток операций, пересадку кожи и выжил.  Естественно, долгое время не пил. Выписавшись из больницы, совершенно и навсегда избавился от алкогольной зависимости.  Дарья не дождалась Вениамина, начала путешествовать по притонам, где наливали.  Вениамин работать уже не смог и жил на пособие по инвалидности трезво, тихо и незаметно. Вот только на каждый Новый китайский Год открывал все окна и орал истошно:

- Пожар, пожар, помогите, спасите меня!

По первости думали, что он сошёл с ума и пробовали лечить, но он постоянно убегал из психиатрической лечебницы.  Надоел докторам, на него плюнули и оставили в покое, как некий арт-объект или культурный феномен. Если свадьба приходилась на то время, когда Веней овладевал психоз, то свадебный кортеж останавливался под окнами Вениамина, молодожёны с удовольствием фотографировались на его фоне, пили шампанское и кричали: "горько!", а семьи с детишками ходили поглазеть на  выжившую огненную лошадку , чисто поржать и поснимать на гаджеты дикого, обезображенного ужасом былых воспоминаний инвалида.

     В общем и целом, вскоре он стал лицом нашего маленького и ничем не примечательного города. Со временем припадки прошли. Но общественность просила Вениамина не нарушать традицию и дальше развлекать толпу. Тот уступил просьбам публики, а мэр ежегодно поощрял крики и гримасы нашего прекрасного Венечки небольшой приятной премией.