Бонд, Джеймс Бонд и баба. Голая

     Таким образом, представления советской эпохи сформировали в России постсоветскую амнезию относительно сути российского империализма. Халид Центральная Азия
      Кардинальная ошибка пакистанского исследователя, написавшего в целом весьма грамотный труд, вынудила меня к написанию очередной бессмысленной сказочки, так как это малое литературное произведение ни в коей мере не претендует на историзм или научность, автор не пытается вступить в спор или донести свою точку зрения на интересные эпизоды всеобщей истории, словно амеба реактивно прячущая свои щупальца, коала реагирует на увиденное или прочитанное. Так вот, автор глубоко заблуждается относительно постсоветской амнезии, так как русским присуща не просто какая - то охватывающая краткий исторический период забывчивость, но тотальная амнезия и является отличительной чертой, навеки проведенной меж человеком и русским. Нет смысла приводить фольклорные высказывания оставшихся безымянными насельников этих позорных и убогих бескрайних территорий, в конце концов, не помнящие родства Иваны не все Иваны, присутствуют еще и Сидоры и Фёдоры, но характерная черта, объединяющая всех без исключения русских, это всеобщая амнезия даже в отношении вчерашнего дня. Разум русских схож с животными инстинктами рыбок - гуппи, буквально ничего не помнящих до предыдущей кормежки, всякое их погружение на дно аквариума или всплытие к поверхности его - как в первый раз. Уверен, что потенциальные исследователи не смогут ответить на такой странный вопрос как огромная разница между русским и человеком, думаю, что это грядущая работа международных психиатров, до сих пор не способных поставить всеобъемлющий диагноз всему поганому невнятному племени русских, коала же, как представитель дикого мира природы, нисколько не стесняется, называя вещи своими именами. Русский - не человек. Здесь можно спорить и вспоминать национал - социалистские термины, некогда чотко разграничившие сверхрасу и недочеловека, но коала, будучи истинным животным, идет дальше, называя соплеменников не унтерменшами, но сволочью. Потому и страна, которую тысячелетиями населяет оная сволочь, всегда и неизменно говно. И никто не переубедит меня в обратном. Но дабы не углубляться в научные дебри, далее пойдет речь о совсем другом.
     - Обожди, Старшой, не кипешуй пока, лучше вот сказочку послушай.
     Артык Бабалы, с трудом успокоив бушевавшего Эзиз - хана, уселся на груду овчин, небрежно брошенную рыжебородым Пеленгом в угол ханской юрты. Эзиз, хищно усмехнувшись, провел ладонью по тонкой щеточке аккуратных усов и уселся на табурет, доставленный хану верными джигитами из последнего налета на поселок краснопалочников.
     - Вот, скажем, табурет, - неспешно начал Артык, показывая корявым пальцем трудового элемента дейкхан на табурет Эзиза, - казалось бы, чепуха, предмет меблировки, выдумка бледнолицых, мало способствующая нам, азиатам, к дальнейшему существованию...
     - Чуркам бешеным, - пробасил Пеленг, хватаясь за кинжал. - Называй вещи своими именами, сын Бабалы.
     - Чуркам бешеным, - согласно склонил кучерявую папаху Артык перед высказанной Пеленгом мудростью отцов. - Но я о табурете. Можно же, например, вспомнить Авиценну или Омара Хайяма, тогда табурет банальный, тривиальный, - Эзиз покачал головой от таких речей, но продолжил слушать, - предстанет перед нами в ином свете.
     Артк вскочил, прошел в центр юрты, встав под видневшимся сквозь дыру в крыше небом и закричал, напугав Эзиз - хана :
     - Плагиат ! Из Ивлукича. Это гордо звучит : табурет, люди яго уважають. Когда на хате стульев нет, на него тады сядают.
     - Странный акцент, - прошептал от дверей юрты приблудный англичанин, только что славно погадивший в дымящихся руинах поселка краснопалочников. - Сдается мне, товарищи басмачи, что засланный это казачок.
     Пеленг схватил Артыка в охапку, сорвал с него халат, и все ахнули от удивления, так как под халатом оказалась самая обыкновенная собака.
     - У каждой собаки халат есть ! - взвыл Эзиз - хан, выбегая из юрты.
     Через год его видели не на отрогах Памира, но на Маскве. Купив у еврейских уголовников поддельный документ на имя Константина Аркадьевича Райкина, вчерашний Эзиз - хан проходил интенсивное обучение в одном из театральных училищ Советского Союза. Но это уже совсем другая история, к Центральной Азии отношения не имеющая.