Игра на выживание

                Игра на выживание

      Вениамин шёл по незнакомому городу, было жарко, и ему нестерпимо хотелось пить. Навстречу шли люди, которые делали вид, будто не смотрят на него. Так скользнут взглядом, словно через хорошо промытое стекло, и идут себе дальше. Признаться, они и вправду на него не смотрели, но Вениамин чувствовал, что делали они это нарочно. На самом деле он был им зачем-то интересен, но вот зачем, Вениамин понять не мог. И вообще, в этом городе было что-то не так. Вроде и дома стояли такие же, как везде, каменные в два этажа вперемешку с деревянными одноэтажными, и деревья шелестели листвой, зелёной и пахнущей летом, как это было везде в Средней полосе, и ветви они наклоняли под дуновением ветра, и люди попадались ему навстречу приветливые и хорошо одетые, но в то же время было что-то не то. В домах не было штор, а за стёклами ничего не просматривалось – ни движений, ни силуэтов, ни мебели, да и деревья, шелестевшие зелёной листвой, не давали прохлады. А люди, они сплошь были подозрительные, словно не от мира сего. В глаза не смотрели, но улыбались, попадались по второму разу, а, значит, интерес у них был к Вениамину. Он это чувствовал. Для примера он хотел кого-нибудь остановить и спросить, где тут можно попить холодной водички, но не решился. Потому что всё это казалось нереальным.
     И вот один из прохожих, парень в джинсах и синей рубахе ему, наконец, кивнул ему.
     Вениамин ничего не понял, тогда прохожий поднял руку и показал указательным пальцем на двухэтажный дом, который стоял чуть поодаль в глубине улице. Возле него Вениамин увидел автомат с газированной водой. Он хотел было поблагодарить прохожего, обернулся, но того уже и след простыл.
     — Ладно, – подумал он, – поблагодарю потом, если встречу снова.
     Веня достал из кармана две монеты по три копейки и подошёл к автомату.
     — Выпью два стакана, залпом, – решил он  и посмотрел на автомат.
     Тот показался ему странным, он был разделён как бы на две части и имел две прорези для монет. Над одной была выдавлена надпись «5 руб», над другой «10 руб». Разбираться, куда что бросать, было некогда, уж слишком хотелось пить, поэтому Веня, не раздумывая, бросил в ту и в другую прорези приготовленные монеты.
     — А стаканов-то нет, – спохватился он, глядя на замигавший зелёными огоньками автомат, – куда же газировка польётся?
     Но, помигав огоньками, автомат пискнул, и из его нутра выпало две монеты обратно. Но она были не трёхкопеечные. Внизу прорези для пяти рублей выпал пятак, а внизу другой – гривенник.
     — Наверное, тут так положено, – подумал Вениамин и взял обе монеты. Они были тяжёлыми и сделанными из неизвестного сплава.
     Повертев их в руках и присмотревшись, ему опять пришла мысль, что и монеты тут не из этого мира.
     — Может не стоит их бросать в прорезь? – забеспокоился он, но пить по-прежнему хотелось, и Вениамин решил повторить попытку.
     В этот раз, прежде чем бросить новые монеты в прорези, он поискал стаканы. Внизу в приёмнике таковые имелись, были они прозрачные из твёрдого пластика. Вытащив пару стаканов, он поставил их в нужные места и бросил монеты. Аппарат загудел, недовольно, как показалось Вениамину, защёлкал и лишь затем выдал, но не воду. Из первой части автомата, где было написано «5 рублей», вместо газировки выпал один круглый шарик, а из десятирублёвой выпало два шара. Упали они рядом с пустыми стаканами. На всех трёх было что-то написано.
     Признаться, Веня чего-то такого ожидал от этого города, а  потому не испугался, и даже не расстроился.
     — Не надо брать! – предупредил его внутренний голос, но рука уже сама собой потянулась за первым шариком.
     Он взял его, повертел в руках и прочёл надпись.
     «Завтра на этом месте тебя будет ждать девушка. Ты должен выполнить её желания».
     — Не приду, – решил Веня, и тут же на двух других шарах засветилась надпись: «Смерть».
     — Ладно, приду, – ретировался он. Надписи тут же исчезли.
     Пришлось положить шары обратно и отойти на безопасное расстояние. После этого Вениамин огляделся, облизал сухие губы, и тут заметил чуть ли не в двух шагах от себя точку по продаже газводы, возле которой стояла симпатичная девушка.
     — Подходите, угощайтесь! – призывно кричала она. – Газировка холодненькая, а вишнёвый сироп вкусненький.
     Пить Вене уже хотелось не так, как до прочтения надписей, но девчонка была симпатичной, и он решил утолить жажду.
     Газировка с вишнёвым сиропом, которую девушка наливала из конусообразной прозрачной ёмкости, показалась ему на самом деле сладкой и вкусной.
     «Как в детстве, – подумал он, – но не такая уж холодная». 
     После этого время будто ускорилось, после жары наступила прохлада, солнце укатилось к горизонту, наступил вечер.
     — Не приду сюда завтра, – снова переменил своё решение     Вениамин и отправился искать гостиницу. Нашёл он её недалеко от этого места и поселился на втором этаже. Приняв душ, он вышел на балкон подышать свежим воздухом.
     — Ба! – произнёс он, будучи неприятно удивлённым, – номер-то у меня как раз напротив этого автомата.
     Ему даже показалось, что из прорезей для монет исходит белёсый свет.
     — Ладно, приду, – сказал он мысленно, и в это же время свет в обеих щелях погас.
     На следующий день ровно в полдень Вениамин был в назначенном месте. Возле аппарата с газводой его уже поджидала девушка в коротком сарафане с вышитыми на груди васильками. Она была очень похожа на ту, которая вчера утолила его жажду, но не улыбалась, как та, приветливо.
     — Я Катя, – сухо произнесла она, – а ты Вениамин, я знаю. Быстро следуй за мной.
     Веня повиновался. Через пять минут они подошли к беседке, в которой трое парней играли в карты. Заметив пришедших, они прекратили игру.
     — Сыграешь с ними, – сказала Катя, строго посмотрев на Вениамина, – выиграешь, и я переночую с тобой в номере, а если проиграешь – будешь им отрабатывать, или заплатишь деньги.
     — Я могу отказаться? – поинтересовался Вениамин.
     — Нет, – отрезала девушка, – садись и играй.
     Вениамин с детства не любил играть в карты. Не то, чтобы он не умел это делать, нет, играть он умел, но ему никогда не везло, особенно, если играли на деньги.
     Один из игроков подвинул ему стул, и Вениамин присел. Стул был удобным, мягким, карты красивыми, но непонятно было, что на них нарисовано, поэтому они тоже показались подозрительными, а, точнее, нездешними.
     — Сплю я, или как? – подумал он. – А, может, этот город находится в параллельной реальности!?
    Чтобы это проверить, Вениамин ущипнул себя за ногу. Стало больно, картёжники улыбнулись, но ничего не сказали, зато вперёд вышла девушка.
     — Жди меня в своём номере, – приказала она, – желаю  удачи в игре.
     После этого она повернулась, и её каблучками застучали по тротуару. Девушка была стройной, шла легко, словно летела, ветер трепал её волосы, надувал сарафан, из-под которого мелькнули белые трусики.
     — Игра стоит свеч, – раззадорился Вениамин, – сдавайте.
     Проигрался он быстро, в пух и прах, не сообразив даже, на что играли.
     — Теперь ты наш, – сказал один из игравших, он больше всех смахивал на инопланетянина, – денег у тебя нет, об этом мы знаем. Особенно тех денег, – уточнил он, – которые у нас в употреблении, – он засмеялся, – поэтому выполнишь три наших желания. Нас ведь трое, – он опять засмеялся, – а теперь иди в гостиницу, наберись сил, как следует.
     Он многозначительно подмигнул Вениамину, но смеяться уже не стал…
     *****
     Потом они сидели за столом в натуральном виде и курили. Вениамин глубоко затягивался и выпускал изо рта красивые кольца сизого дыма. Он делал это, потому что ему было стыдно. Стыдно не их с Катей наготы, девушка была очень красивой, а на себя он не смотреть не хотел, стыдно было того, что он курит. Уже давно он оставил эту привычку, ещё несколько лет назад, зачем тогда закурил снова? И произошло это так естественно, даже с какой-то бравадой. Он посмотрел на Катю, но та только улыбнулась в ответ. Веня знал – она тоже всё понимает. 
     — Ты бы нырнул в аквариум с муренами? – неожиданно спросила она, – с двухметровыми.
     — Запросто, – ответил он, выпустив очередное колечко дыма.   
     — И не страшно?
     — Нисколько! Я в Красном море и не таких видел. Да и плаваю я отлично, – похвастал Вениамин, – и дыхание под водой задерживать умею. Посмотри, – сказал он и сделал глубокую затяжку, – сейчас я зажму рот и нос и не буду дышать, а ты считай, сколько это продлится.
     — Один, два, три, – начала считать девушка, Веня при этом прижал ладонь к лицу.
     — Странные вещи сегодня со мной происходят, – думал он, взирая на Катю, – автомат с газводой выдал мне шарики, потом этот проигрыш в карты, теперь вот с Катей сижу, зажав рот и нос, а она считает, а до этого был с ней в постели. Только вот, хорошо ли мне было? Теперь я не дышу, и мне вроде как всё равно.
     — Семьдесят два, семьдесят три, – продолжала считать девушка.
     — Хватит, всё, – перебил её Веня, – а то дым въестся в лёгкие, и будет туберкулёз.
     Он отнял руку и выдохнул, но дыма уже никакого не было.
     — Пойдём снова в постель, – предложила Катя, и Вениамин согласился…

     *****
     Утром он проснулся один, сел в кровати и осмотрелся. Катиных вещей не было, вообще, не было ничего такого, что напомнило бы ему о ней.
     — Интересно, до какого момента у меня был сон, а до какого явь? Может, мне вообще всё это привиделось: и девушка, и игра в карты, и газвода с вишнёвым сиропом!?
     Веня потянул стул, на котором висела его одежда, и увидел на нём сложенную вчетверо записку. Он развернул её и прочёл:
     «В двенадцать будь у автомата с газводой! Не забудь деньги!!!».
     Эти три восклицательных знака ему не понравились. Они не предвещали ничего хорощего…

                Написано примерно в 2012-2016 году

        * Картинка из интернета из свободного доступа