Ай, да Пушкин...

Мудрец, философ, наше всё…  Ходил  в народ русское слово услышать, мудрость народа постичь.  Мы его примеру не следуем. Нам некогда. Да и разучились слушать кого-то. Мудрецов вокруг да около столько развелось – один другого тщится перемудрить.
Встретил в магазине бывшую  почтальоншу, сейчас за ненадобностью такой и профессии, на мой взгляд, не существует. Видел, знал: доставала её онкология. И, вдруг – довольная, спокойная, что-то придирчиво выбирает,  по-женски пытаясь всё общупать.
 

Интересуюсь здоровьем.
- Если имеешь в виду онкологию – вылечилась. Сделали операцию, за ней,  само собой, химия. И, как видишь,  жива и почти целиком здорова.
- Выглядишь, как новый червонец. Хоть под венец!
- А вот этого не надо. Двадцать пять лет семейного стажа имею. По деторождению иных перегнала – три дочки. А внуков – имён не запомнишь.
 Пять годков  как мужа схоронила. Смакую прелесть одинокой жизни.
Замужество…  Это значит стирка, готовка, уборка. Нет уж. А так я сама себе хозяйка. Хочу - готовлю, хочу бутербродами и чайком обхожусь. То же самое с уборкой да стиркой. В кои веки в парк, что рядом с домом, выбралась, в театр сходила!
Нет, нет и нет. И не заикайся о замужестве. Тем более, не себя же предлагаешь.


- А хоть и себя. Справляться с озвученной тобой триадой – сил не хватает.
- И мужикам не советую: к своим болячкам ещё и чужие плюсовать?!
Конечно, домашние дела сил требуют. А ты лень плечиком подвинь да, не торопясь, не пытаясь враз со всем управиться… Оно и уладится как надо. А норки у нас с тобой имеются. У тебя и вовсе о трёх комнатах.  Можешь и в футбол погонять, не выходя на улицу. Норка – это необходимость. Жизнь пожилого требует интимности даже больше, чем в юности.   
Такие вот дела. Столько лет знал человека и не догадывался; что он такой умный. Здравствуй, прощай, как дети – вот и вся беседа.
Сходил в народ. За мудростью.  И получил. Щелчок по носу. Заслуженный.