Родительский дом

   


      «Как теперь все будет?»,- думала Аля невесело, глядя в окно рейсового автобуса, что вез ее в город Бийск, к родителям.- Надо же! Только вроде все хорошо- и вдруг неприятности начинают сыпаться...Сначала брат Колька –оторва попал под суд за мелкое хулиганство- ладно хоть условный срок дали, потом тот же Колька женился на непонятной девице и в дом родительский ее приволок...мама переживала сколько за него...а теперь- маме диагноз страшный поставили...»,- Аля поежилась.- Бедная мамочка- сколько выпало ей страданий!  Папа ходит потерянный, хотя...  тоже ей в молодости жизнь попортил- уходил к какой-то. Ладно хоть вернулся, одумался. А я? Себя мне упрекнуть вроде не в чем, я всю жизнь только радовать маму старалась...».
     Она вспомнила, как маленькая помогала ей справляться с большим хозяйством, в доме чистоту наводила, как умела. Когда родители перебрались из поселка в город- стали строить дом, и тут она незаменимой помощницей была- водилась с братом маленьким, который после войны родился. Отец тогда от разлучницы домой вернулся.
 
     В школе училась на хорошо и отлично. Когда поступила в институт в Новосибирске- мама с отцом счастливы были безмерно.
« И потом...в Юру- однокурсника влюбилась, замуж вышла как положено, свадьбу сыграли. Мама так радовалась первому внуку, с таким удовольствием его в гости забирала...Как это оказывается важно знать, что ты маме своей  горя никакого не принес! Как же я теперь, если мамочка...?».
     Смахнула выступившие слезы.

     В родительском доме теперь не было спокойно и радостно, как прежде. Да и порядка  не было- что с двух растерянных мужиков возьмешь?
     Засучив рукава, принялась Аля за работу- мыла, готовила, за мамой ухаживала весь день. Мать лежала бледная, похудевшая до крайности, безучастная ко всему.
     Вечером медсестра пришла- укол поставила, мать уснула. Аля долго сидела возле- руку ее гладила.
« Не раскисать! – твердила она себе.- Не раскисать!»

- А ты надолго?- спросил Колька, когда она кормила его ужином.
- На две недели! Не могу я надолго- сам знаешь- работа, Вадик! Приезжать буду на выходные...вы уж тут держитесь,- голос ее дрогнул.

     Увидела, как у Кольки мелко задрожали губы, как в детстве- когда испуганный он сначала вот так дрожать ртом перед тем, как разреветься в полный голос.
« Серьезнее стал, и то хорошо. Избаловали мы все его...мама с него пылинки сдувала, папка сроду пальцем не тронул... я с ним сколько возилась...любимый мой братишка».
- Коля, ты уж держись, дорогой...что же поделаешь теперь?- сказала тихо, обняла брата сзади, прижалась к его сильной спине.

     Мамы не стало через три месяца. Все это время Аля моталась между своим и родительским домом- похудела, сама уже еле ноги носила. Только когда сорок дней прошло- немного в чувство пришла.

      В родительском доме теперь бывать стало ей тяжело- ничего не могла с этим чувством поделать. Вместе с хозяйкой ушло из него что-то- не вернуть... Вспоминала часто- как родители этот дом строили, когда в город перебрались, как отец материал добывал, как мама помогала ему даже бревна ворочать порой, как она с мамой  красила ставни резные в голубой цвет, а неугомонный Колька банку краски перевернул...Плакала.
     В этом доме знала она каждую половицу. Каждая мелочь была родной. Посмотрела на свою узенькую кровать, вспомнила, как «урвали» в магазине с мамой красивые одеяла пикейные, шли-помнится- довольные до крайности- постелили, долго любовались. А буфет резной, да сундук кованый – с раннего детства помнит, а теперь что?
- Забери чего-нибудь себе,- сказал отец равнодушно.- На память...
- Ну что ты, папа, пусть все будет, как было...
     Что-то тащить, разорять «гнездо» показалось ей святотатством.

     И во дворе стало тихо- отец всю живность продал- «не надо мне». Он осунулся, стал выпивать порой, стараясь заглушить боль потери. Чем можно было ему помочь? Лечит только время!

    Прошло пол года почти.
- Знаешь, Аль, я жениться собираюсь,- удивил ее брат в очередной ее приезд.
- Да ты что! Познакомишь? Ты это...горячку не пори!
- Сегодня придет. Ты не думай! Не как в прошлый раз, я выводы сделал...она, знаешь, на нашу маму чем-то похожа,- голос брата дрогнул
- Правда?!  А жить где собираетесь?
- У нее! Вернее, нам ее  бабушка квартиру свою отдает, сама к ее маме перебирается...я им нравлюсь,- брат засмущался.
- А почему не у нас? Дом большой, места вам хватит, и папе не будет одиноко.
- Нет, мы сами хотим...одни...
- Понятно.

     Девушка Але понравилась. Она действительно чем-то неуловимо напоминала маму- не внешностью- нет, а расторопностью, добротой, что светилась в глазах и чувством собственного достоинства...
     Отгуляли свадьбу. Началась у брата самостоятельная жизнь, отец остался в доме в одиночестве.

     В один из приездов Аля вдруг уловила присутствие... женщины в родительском доме. Посуда стоит не так, салфетка появилась на обеденном столе, кастрюля отмыта до блеска. Да и сам отец явно приободрился. Аля напряглась. Спросила прямо:
- Папа, а ты чего? Встречаешься с кем-то?
     Отец посмотрел пристально.

- Аля, трудно мне одному...не старик ведь я еще...

     У Али упало сердце. Умом она всё понимала, но вот принять такой поворот судьбы было ой как сложно! Неприятно было думать, что вот тут- в доме- ходит какая-то женщина, спит на маминых простынях, пьет из мамой купленных чашек. Она понимала, что думать так нехорошо, что жизнь продолжается, что как говорят- «живое о живом», но она ничего не могла с собой поделать!

- Папа, а она что- бездомовая?- спросила нервно.
- В каком смысле?
- А почему ты не можешь с ней встречаться где-то...на ее территории, зачем сюда она приходит?
- Аля, это мой дом!
- Это наш дом,- крикнула она с обидой.- Наш! Его мы все вместе строили. Мама сколько ворочала!
- Аля, ну что ты! Я же не виноват, что она заболела, судьба так повернулась...
- Ты не виноват? Я помню, хоть и маленькая была, как она плакала часто, как тебя ждала, как  ее в селе «брошенкой» называли.  Как? Как мог ее променять на какую-то?... Как она одна всё на себе тащила в те годы!... Мама тебя простила, но все равно ведь не прошло это даром!
- Аля!
- Что Аля? Неужели мужчины не могут любить и верными быть одной? Неужели после, как... они не могут верность хранить? Всё им надо к кому-то пристроиться! Ты ведь старый уже! Скучно одному- с Колей живите вместе!
- Аля!- голос отца стал сердитым.
- Делай, как хочешь, и живи, как хочешь. Я ни-ког-да другую женщину не приму!
     Аля зарыдала в голос.

- Ходит здесь...это мамино все... мамино! Если ты сюда кого-то поселишь- ноги моей здесь больше не будет! Так и знай!
     Она опрометью выскочила из комнаты, оделась наспех, схватила сумку и ушла к брату. В его небольшой квартире, излив душу брату и невестке, она кое-как успокоилась, на другой день вернулась домой.

    Муж Юра ее негодования не понял, чуть не поругались.
-Да что ты в самом деле!- говорил он.- Твоему отцу еще шестьдесят только, почему он один должен жить? У Николая своя семья, своя жизнь. К нам его звала- он наотрез. Конечно, будет лучше ему с какой-то женщиной жить. Да и тебе спокойнее- мотаешься сколько туда- сюда...

     « Да, да, все так, - думала она.- Но как же можно? Год всего прошел. Неужели память такая короткая у людей бывает? Забегал! Старый же! Да еще бы ладно- встречайся бегай-если неймется, но в дом зачем тащить?»

     К отцу она  не ездила, Коля только к нему заходил. И как-то сказал ей по телефону, что поселил-таки он у себя женщину. Коле женщина эта не очень понравилась:
- Старая, а волосы распустила, как молодая будто. В школе работает вроде, детей у нее своих нет, хоть и старая...
- А сколько ей?
- Да вроде как папка возрастом, морщинистая уже. Волосы в белый красит, ногти тоже накрашенные...она уже диван переставила и шкаф наш старенький выбросила... Ладно, Аль, не переживай так!- Коля помолчал.- Черт с ней, пусть живет, надеюсь в ЗАГС его не потащит.
- А я, Коля, не надеюсь...потащит, вот увидишь,- голос ее упал.- Ты как знаешь, я с ним общаться не хочу. Он звонил мне недавно, я ему сказала, что свою точку зрения не поменяю- эгоисткой назвал! Я- эгоистка, он –нет...Вот так, Коля, я и осиротела...
     Аля расплакалась.

- Ты чего?- занервничал брат.- Аль, да ну его! Ко мне- то будешь приезжать? Знаешь,- брат помолчал.- У нас ведь ребенок будет!
- Да ты что!- Алька даже плакать перестала.- Хорошо то как, Коля! Чего же ты молчал? Конечно, обязательно буду приезжать, дорогой! Обязательно! И вы к нам почаще выбирайтесь!

       Отец действительно "расписался" через год. Коля заходил к нему крайне редко- женщина отца ему не нравилась, не нравились и перемены в родительском доме. А однажды они поссорились крепко- почему- Коля так Але и не рассказал, но после этого общение с отцом он и вовсе прекратил.

     Брат с семьей приезжал в гости, Аля тоже его не забывала- своим семейством к нему ездила на машине, покупала гору подарков. Брат начал строить свой дом, ей хотелось ему помочь- денег они с мужем  ему подбрасывали частенько, поскольку оба стали хорошо зарабатывать. Аля больше к родительскому дому даже не приближалась. Он часто снился ей- темный, разрушенный, пустой...тяжелые были сны.

     Чуть больше десяти лет прошло, позвонила «та женщина», как ее Аля называла- не могла называть «женой». Одна у отца жена была- их мать- так для себя решила. Позвонила она Коле, что отец в больнице и вряд ли выкарабкается. Коля сообщил эту новость сестре. Она в это время в отпуске была за границей- на похороны не попала. Да если честно- была этому даже рада- не тому, что умер, конечно, а тому что не попала- не могла общаться с чужой женщиной, которая жила в их доме много лет на правах хозяйки, не могла и всё! И судите- рядите, осуждайте, что неправа. У каждого свои грехи, каждый сам за них ответ даст.
 
         Как вернулись, тотчас к брату помчалась. На кладбище съездили вдвоем, поплакала над отцовской могилой.
- Даже похоронила отдельно, а ведь у мамы в оградке место есть. Что же ты, Коля, не настоял?
- Да не хотел я свару разводить...
-  Вот так, брат мой дорогой! Я не допущу, чтобы наш дом «этой» перешел. Сейчас пройдет срок, поговори с ней. Пусть дом продает и тебе выделяет деньги. Ты строишься, детей уже двое.
- Поговорю....наши родители строили, да и зачем ей дом? Детей нет у нее...поговорю...
     «Эта женщина» вдруг уперлась.

- Да зачем вам это всё? Суды эти?- недоумевал муж Али,- Пусть себе живет, у Коли дом , мы не бедствуем. Алечка, надо тебе вот это? Нервничаешь!
- Юра, я не хочу, я не могу это принять, пойми! Это наш дом!  Наши родители для нас его строили. Для себя и для нас. Мы наследники по закону, в конце концов! Ну, ладно, замуж вышла за отца нашего, какое право она имеет в доме нашем жить? Почему мы должны попускаться? Я, понятно, из этих денег копейки не возьму, всю свою долю Коле отдам. Но из дома пусть она идет на все четыре стороны.
- Аля, столько лет прошло уже!
- И что? Пока отец там жил - пусть, но теперь пусть выметается!
     Муж понял, что спорить бесполезно.

     Был суд, пришлось таки с «этой» имущество делить. Как и говорила, все деньги отдала Аля брату. Она за него всегда горой стояла.
     Однажды, приехав  к брату в гости, Аля нашла в себе силы первый раз пойти на знакомую с детства улицу- к своему-родному- чужому дому. Дом изменился: ставень знакомых уже не было, забор был новым, пристройка к дому какая-то, не было большого куста сирени, что посадили они с мамой в палисаднике.
     Стояла напротив- рыдала беззвучно, слезы глотая.
     Из калитки вышла женщина средних лет с хозяйственной сумкой. Увидела Алю, посмотрела озадаченно.
- Вам плохо?
- Не-е-е-т...всё нормально....просто...я здесь жила...давно...
- Да что вы! – женщина посмотрела участливо.- Что же вы плачете? О прошлом вспомнили?
- Ага,- кивнула Аля.
- Может, зайти хотите?
- Не...,- Алька замотала головой.- Нет. Спасибо! Нет, пусть в памяти останется всё как было когда-то...

      Она развернулась и пошла по дороге, понимая, что больше никогда сюда не вернется, мысленно прощаясь и с домом и с улицей, и с отцом, и с прошлым. Ей казалось, что страница этой жизни закрыта навсегда. Но через несколько лет «эта» женщина вдруг позвонила Коле! Винилась, зная, что скоро умрет, хотела завещание на него, да на Алю написать.
- Нет,- твердо сказала Аля, когда брат позвонил ей с такими новостями- Ничего мне не надо от нее.
- Мне тоже,- сказал Коля.- Племянник есть у нее- пусть на него и пишет. Знаешь, я ей так и сказал, знал заранее твой ответ. Жаль ее, конечно. Знаешь, я тебе не рассказывал- отец ведь примириться хотел , да она всё его против нас настраивала- «неблагодарные, мол, и всё такое...», хотела, видимо, чтоб он только с ней, только ей... а теперь вон оно, как обернулось, и племяннику, видимо, не шибко нужна...
- Ничего, запишет все на него- глядишь, позаботится,- сказала Аля.- Я тоже перед папой виновата- может, не нашла тогда нужных слов...и сама его простила давно, но «эту»...поздно спохватилась... «Что посеешь- то пожнешь»...

     А ночью ей приснился... отчий дом- светлый нарядный, со ставнями голубого цвета, и счастливая мама, и отец рядом с ней. Они дружно что-то делали во дворе, а она стояла за калиткой и плакала от счастья, глядя на них.