Немощный старик

Не сумев удержать равновесие на только что вымытом больничном полу, сорокапятилетняя женщина, пришедшая на очередную диспансеризацию, упала и ударилась затылком об угол ступеньки.
– Я всегда считал, – говорил одетый в белый халат немощный старик, склонившийся над пришедшей в сознание пациенткой, лежавшей на кушетке, – что тот, кто хочет убежать от смерти, и не живёт вовсе.
– Ведь я не умерла? – с надеждой в голосе спросила женщина, почувствовав себя неспособной пошевелиться.
– А разве ты жила?
– Жила! Конечно, жила! – воскликнула она, негодуя, и, оглядев комнату, увидела на стоявшем тут же столе медицинские инструменты и шприцы. – Вы что-то мне вкололи? Я не могу пошевелиться.
– И в чём был смысл твоей жизни?
– В дочери, – ответила она первое, что пришло ей в голову, и прибавила: почему я ничего не чувствую? Что вы вкололи мне?
– Ничего, – ответил старик, осмотрев пациентке рану, продолжавшую кровоточить. – А где твой муж?
– Он умер.
– И давно?
– Пятнадцать лет назад, – сказала женщина, ещё раз попытавшись пошевелить рукой. – Но какое вам до этого дело! И что здесь происходит? Кто вы?
– Я просто старик, – ответил он, взяв со стола бинт и начав перевязывать рану.
– Вы обманываете меня. Вы доктор. Я это по халату поняла. Вы дали мне обезболивающие, и потому я ничего не чувствую. Ведь так?
– Чем жил твой муж?
– Своей работой. И только. Он был художником. Надеялся остаться в вечности.
– И что же с ним произошло?
– Оторвался тромб, – проговорила она с прохладой в голосе. – Мой муж не любил больниц и докторов. Хотел умереть вовремя. Вот и умер так, никем не став.
– Что он писал? – спросил старик, закончив бинтовать пациентке голову.
– Людей, мужчин и женщин, стариков, иногда детей. Он был реалистом. Изображал жизнь таковой, какой она была на самом деле. Хотел запечатлеть нашу эпоху в точности, чтобы люди будущего могли увидеть на его полотнах, как далеко им удалось шагнуть от своего прошлого или, напротив, как низко они пали. 
– В этом есть смысл, – сказал старик, задумавшись. – Он прожил не бесполезную жизнь.
– Он мог прожить и дольше.
– Ты предполагаешь, что твой муж мог продлить себе жизнь?
– Не сам, конечно, – ответила она, усмехнувшись. – А вот с помощью докторов мог бы.
– Докторов. Разве тебе знакомо имя доктора, который спас от неминуемой смерти, по крайней мере, одного пациента? Не излечил его от болезни. Нет. Ни срастил переломанную конечность. А именно укрыл своим халатом от взора всемогущей смерти. 
– Я не встречала, – сказала женщина, провожая взглядом старика, начавшего отдаляться от кушетки к окну. – Но ведь жить надеждой благоразумнее, чем знать, что всякий следующий день может разразиться приговором.
– Нет. Надеждой жил твой муж. А ты жаждешь спасения.
– Он умер, доктор, а я всё ещё жива!
– И разве это жизнь! – сказал старик, замедлившись. –  Вспомни, сколько времени было отдано тобой на заботы о своём здоровье, которое и без того было у тебя отменным. Сколько дней из жизни ты пролежала в постели, когда могла с лёгкостью подняться. Сколько часов провела в больничных очередях. Сколько выпила лекарств, затмивших трезвость твоего сознания. От скольких отказалась мечт, ведомая страхом внезапной смерти. Нет. Это не жизнь. Это бегство от смерти.
– Я только лишь хотела вырастить счастливой дочь и мечтала увидеть внуков, – испугано проговорила женщина, приметив за окном, к которому отдалялся старик, дверной проём. – Прошу, не уходи.
– Но мне пора, – сказал старик и скрылся за дверью.
После продолжительного звона в ушах и вспышки яркого света женщина увидела перед собой лицо молоденькой девушки, склонившейся над ней.
– Ничего страшного, – говорила медсестричка, осматривая голову пациентке, пришедшей в сознание. – Ничего страшного.
– Что со мной?
– Вы поскользнулись и могли удариться затылком о ступеньку, но юноше удалось вовремя подоспеть и спасти вам жизнь.
– Юноше!? Не старику!?
– Юноше. Лет двадцати, не больше.
– Где же он? – спросила женщина и огляделась.
– Ушёл. Как только понял, что вам не угрожает более опасность.
– А я могу пойти домой?
– Можете, – проговорила неуверенно медсестричка. – Но я бы рекомендовала вам остаться и пойти на осмотр к доктору.
– Где выход?
– Там.
Девушка помогла подняться женщине и указала рукой на дверь в конце длинного коридора.
Электричка подошла с запозданием. Войдя в переполненный пассажирами вагон, она заняла единственное свободное место у окна напротив длинноногого соседа и, посмотрев на отстающие от поезда новостройки, задумалась о не замечаемой ею ранее скоротечности времени.