Времена года

Мои размышления и воспоминания…               
Летнее утро. Солнечно. На деревьях густая листва. Птичье пение. Меня это так тронуло! Я вспомнил своё детство, бабушку, дом, сад, двор, летнюю кухню. Какое время было! Детство! Беззаботная пора, к тому же летние каникулы, и я ещё в начальных классах.
               
                Лето
Бабушка меня разбудила и позвала завтракать. Я умылся, вышел во двор и пошёл в летнею кухню, где меня ждал завтрак. На столе была каша манная, хлеб, сливочное масло, сахар кусковой и калмыцкий чай. И, конечно, приветствие бабушки «Доброе утро!», на которое я отвечал ей такими же добрыми, радостными словами: «Доброе утро, бабушка!» Может ли быть что-то более прекрасным, чем эта счастливая пора под названием «детство»!
После завтрака я пошёл помогать бабушке по огороду, а после забрался в кусты малины и наслаждался ею. Тогда малина была выше моего роста, и это было впечатляюще. В огороде были плодовые деревья – груша, яблоня, вишня, черешня, китайская яблоня, айва. Были также виноград белый и чёрный, клубника. А ещё росли овощи – помидоры, огурцы, баклажаны, болгарский перец и ещё зелень – лук, чеснок, укроп, петрушка. И украшали сад цветы. Всё было так красиво, радостно и чисто.
Потом обед, сон, после сна полдник и баня, а там уже вечер и ужин. Комната, где я спал, была небольшой, и окно выходило в сад. По ночам в окне мне была видна ярко-жёлтая луна, которая немного освещала то пространство, в котором я находился. И звёзды в тёмном небе говорили о том, что я не одинок. Я смотрел на них, и мне казалось, что они смотрят на меня, желая мне спокойной ночи. Вот такие они были, те летние дни.
               
                Осень
Пришла осень, а с нею начались школьные будни. Теперь я мог приезжать к бабушке только на выходные дни или в короткие осенние, зимние, весенние каникулы. Осень – это жёлтая листва на деревьях. И дни с каждым осенним месяцем становились всё прохладнее. Поспела айва. Вкусная, сочная, вяжущая, сладковатая айва.
Дедушки по маминой линии не стало, когда мне было два года. Он её научил водить мотоцикл с люлькой и машину. У деда была, как мама говорила, какая-то немецкая машина, потом запорожец, который в народе называли «горбатым», потом обычный запорожец. Так что моя мама умела водить мотоцикл с люлькой и легковой автомобиль. Да и у мамы с папой были свои два мотороллера и мотоцикл.
Дедушка по отцовской линии был капитаном, а отец был старшим помощником капитана, то есть старпомом. Мама работала архивариусом в архиве КаспРыбФлота. Дед Иван, как мама говорила, иногда возил её на работу. А у деда по отцовской линий был мотоцикл. Я помню, лет шесть или семь мне было, они, деда Федя и баба Маруся, приехали к бабушке Наташе на своём мотоцикле. Дед – на стальном коне, баба Маруся – в люльке мотоциклетной. Красиво они смотрелись, баба Маруся и деда Федя. Он был с такой небольшой бородкой на испанский манер, эспаньолка называется.
Как жаль, что мужики так рано ушли. Мне было семь лет, когда умер дед, а в восемь лет я остался без отца.
Помню нашу квартиру, детскую спальню. Помню, как папа спрашивал меня, какую оценку сегодня получил. Я подходил к нему, открывал дневник и показывал свою честно заработанную пятёрку или четвёрку, он меня хвалил. А потом его не стало. А мне хотелось, чтобы он был, и я так же, как раньше, открывал дневник и показывал ему свои отметки, говоря: «Папа, папа, смотри какие у меня оценки, я учусь хорошо, смотри, папа…»  Но его не было. И я стоял и плакал один в своей детской комнате. Стоял и плакал… Мне было восемь, а брату пять лет, когда мы остались без отца. Тяжелы такие потери близких людей. И всё это в детстве. А каково маме с нами, с детьми, одной! Как ей было тяжело.
Спустя несколько лет, мама вышла замуж, и у нас появилась сестра.
Заканчивалась осень.   

                Зима
Мы с братом на зимних каникулах у бабушки в гостях. На улице идёт снег. Мы во дворе играем в снежки, а потом просто бегаем друг за другом. Нам весело и не холодно.
Вечереет. Мама забирает брата и уезжает домой, а я остаюсь у бабушки. На улице зима, снег, мороз. Бабушка наготовила разных пирогов, в том числе, и сладких. Я сижу за столом и ем их, запивая чаем. Она подкидывает дрова в печь, потом проверяет сухари в духовке.
Эти долгие зимние вечера! Бабушка смотрит телевизор. Я возле печки сижу за столом: придумал себе какую-то игру и играю. Мне нескучно.
Над столом в углу висит икона «Пресвятая Богородица с младенцем Иисусом на руках». Мне тепло и уютно. В печи потрескивают дрова. А за окном идёт снег. И кажется, что от снега ночь светлее.    
               
                Весна
Тает снег. Природа рождается заново. Каждый день становится длиннее и теплее.
Праздник Пасхи. Бабушка наготовила куличей, пирогов. На столе крашеные яйца. Собираются родственники, застолье, поют песни, какие-то старые песни. Как интересно на них было смотреть и слушать. Какое-то было добродушие у всех. Это была первая половина восьмидесятых годов. Эпоха СССР медленно подходила к своему концу. Вторая половина восьмидесятых, перестройка. Помню, в начале лета, в 1988 году я был у бабушки в гостях. В тот день был праздник – Тысячелетие крещения Руси. А спустя три года, в возрасте восемнадцати лет, я покрестился в православной церкви.
Конец восьмидесятых – начало девяностых – это развал СССР. А дальше все девяностые. И всё это – время перемен. В эти годы проходила моя молодость. Сложное время было. Я искал своё место в этом мире – в мире перемен и  метаморфоз. Наступили двухтысячные, за ними пришли две тысячи десятые годы. Сколько воды утекло. Скольких молодых людей, моих ровесников или чуть старше не стало – ушли в мир иной. Одни рождаются, другие умирают, и так всё по кругу. Крутится колесо жизни и смерти. В этом мире всё крутится, не останавливаясь. Я думаю, что умершие люди где-то рядом, как будто в параллельном мире. Кто-то сказал, что смерти нет, есть переход в другую жизнь.
А сон, что такое сон? Мы видим сны цветные, чёрно-белые, понятные, абстрактные или полные абсурда, или какие-нибудь страшилки. Может, наши души уходят в какой-то параллельный тонкий мир? А воспоминания, точнее память, вообще работает, как машина времени, с помощью которой можно ходить по годам, десятилетиям и не только. 
«М-да, – подумал я, – как далеко я ушёл в своих воспоминаниях и размышлениях. Вот они какие, эти самые времена года».