Судьба шахтера Василия Максимова. В смутное лихоле

Утро. Василий медленно поднялся с дивана. Опять не удалось уснуть. Вот уже восемь суток почти без сна.
А завтра надо быть в форме. Надо будет провести поминки.
Ведь завтра будет девять дней, как во двор привезли с фронта два гроба с сыновьями, Сергеем и Олександром.
Василий хотел было включить телевизор, как постучали в дверь.
- Заходите, открыто.
- Здравствуй сосед.
- Привет Степан. Проходи, присаживайся.
- Что-то ты, Василь, за эти дни сдал, аж почернел, будто с забоя вышел. Вот тут моя Галя пирожков настряпала -  говорит, иди, подкорми соседа, а то за эти тяжкие дни он совсем исхудал и осунулся.
Степан поставил корзину, закрытую белым платком, из которой исходил аппетитный запах.
- А что касается завтрашних поминок, то все готово: и борщ, и кутья, и закуски. В общем, Галя с Машей Изотовой приготовили все по высшему разряду.   
- Огромное спасибо всем вам. Только зря вы на себя взвалили это хлопотное дело. Надо было это мероприятие провести в кафе, как после похорон.
- Нет, Василь, сейчас такое время, что когда большое скопление  народа - это небезопасно. А то, не приведи господь, может случиться, как в Ясиноватой. Говорят, там в кафе проходила свадьба, и в самый разгар торжества прилетела мина. Так всех людей со свадьбы - кого в морг, кого в больницу. А дома спокойней, скопление людей не так в глаза бросается.
- Степан, давай выпьем.
Василий вытащил из ящика бутылку водки. Достал стаканы. Налил доверху. Выпили.
- Закусывай, Василь, пирожками. Очень рекомендую. Только что из духовки. С капустой и с ливером.
- Ой Степан, как тяжко мне, на душе кошки скребут. Вся семья сгинула. Один остался, как перст. Война, война... Будь она проклята, и все те, кто ее развязал. Ведь это противоестественно и до боли несправедливо, когда отец хоронит своих сыновей.
Вот пройдут поминки, возможно и с божьей помощью придет душевное облегчение. Хотя, как говорил товарищ Сухов - 
«Вряд ли».
Спасибо, Степан, что зашел, а то за эти дни затворничества я отвык разговаривать - только в тяжелой голове крутилось - как жить дальше?
А ведь как хорошо  все складывалось в моей жизни…
После армии вернулся в родной Прокопьевск.
- Я знаю Василь - это в Кузбассе.
- Устроился на угольную шахту, проходчиком.
Молодой был - после работы, как водится - друзья, девки и для очищения организма от «опасного спутника» - водка.
Мать ворчала, а отец, он был крутой мужик, орденоносец. Был в большом авторитете не только на шахте, но и в городе. «Хватит шататься по кабакам. Не позорь меня. Учиться надо, пора осваивать новую технику - будущее за угольными комбайнами, а отбойные молотки в руках шахтера скоро останутся  только на рекламных плакатах в красном уголке».
Не откладывая в долгий ящик, отец пристроил меня в Новокузнецкий индустриальный техникум, заочно.
Работа, учеба, книги - в общем, на выпивку времени не оставалось. Пришли и трудовые успехи - сначала освоил очистной комбайн КБТ-200, затем и другие агрегаты.
Бессменно прописался на доске почета.

Наступили смутные времена. Страну окутала так называемая перестройка. Под патронажем власти страны «развитого» социализма, произошла смычка жулья и номенклатуры, что  в дальнейшем привело к криминализации страны.
Чтобы народ возненавидел Советскую власть, искусственно создали дефицит товаров, устроили многомесячные невыплаты зарплат. Это привело к безработице и росту преступности.
Все это - результат целенаправленной политики разрушения государства под руководством Мишки Меченого, стремившегося к «консенсусу» с западом и заполучению Нобелевской премии, хотя на местах, по инерции, пока еще все более-менее работало.

В 1989 году жизнь моя делает резкий поворот. По обмену опытом, меня откомандировали в Донецк, на шахту имени Засядько.
Донецк очаровал меня: цветущий город разительно отличался от грязного, покрытого угольной пылью Прокопьевска.
Когда вылетал из Сибири, меня провожали снежинки, а по приземлении я оказался в лете с температурой 25 градусов.
На шахте меня приняли хорошо. Коллектив дружный - ребята что надо.
На Азовском море, куда меня пригласили ребята - купальный сезон.
В той поездке я познакомился Людмилой. Красивая дивчина  сразу запала мне в душу. Людмила Филипчук работала на шахте инженером по ОТ.
Мы начали встречаться. За время командировки она показала мне весь город, все его достопримечательности.
Посетили местный драмтеатр, ходили на футбол, где местный Шахтер принимал московский Локомотив, и еще раз побывали на Азовском море.
Командировка заканчивалась и, честно говоря, возвращаться в родной Прокопьевск мне не хотелось.
Местному начальству, как специалист, я приглянулся, и я договорился о переводе.
Новый год я встречал жителем Донецка, с супругой Людмилой Максимовой.

В 1991 произошел развал Союза на 15 княжеств. Подумывал  было вернуться в Сибирь, но Людмила наотрез воспротивилась переезду. Год назад, в 1990 году, возил я ее в Прокопьевск, и, мягко говоря, родной город на нее впечатления не произвел,         к тому же она была беременна. Да и я особо не рвался вернуться в родные пенаты, тем более, что обзавелся друзьями, на работе был на хорошем счету, да и заработок был достойный.
Да и вообще, казалось, что СНГ это только новая аббревиатура СССР, и все останется как и прежде.
В конце года родилась дочь Вера, а еще через пару лет появилась двойня - Сережа и Саша.

Незаметно пролетело время. Вера, после окончания школы, уехала в Москву - поступать в ГИТИС. Но по конкурсу не прошла.
В коридоре института к ней подошел какой-то хлыщ, представился сотрудником международного модельного агентства. Он предложил ей работу. Неопытная девушка отдала ему документы, якобы для участия в международном конкурсе моделей в Греции. Об этом радостном событии она по телефону поделилась с матерью.
Дальнейшая судьба моей доченьки неизвестна. Попытки розыска Верочки успеха не имели. Себя виню - не уберег доченьку от спрута Мельпомены. И все же, как утопающий хватается за соломинку, не теряю надежды с нею свидеться.
Давай, Степан, выпьем за ее здоровье и возвращение в отчий дом.
Сергей пошел по моим стопам - работал на шахте электромехаником, отвечал за исправность угольных комбайнов и прочего оборудования.
- Да Василь, Серега твой толковый был парень, царство ему небесное.
- Олександр - еще одна моя беда. Совсем отбился от родного дома. Сразу после школы, уехал в Киев. Там закончил политех и работал программистом в какой-то иностранной фирме.
Когда приезжал домой, начинались долгие споры братьев о будущем Украины после пресловутого Майдана. Иногда и я принимал участие в их дебатах.
Олександр считал, что Украина должна порвать с Россией и влиться в Евросоюз, где уровень жизни несравненно выше, чем в погрязшей в коррупции и воровстве России. Даже страны Балтии, не имеющие никаких природных ресурсов, по уровню жизни переплюнули Россию. Конечно движение нашей Украины в сторону запада очень ударит по самолюбию России, а чтобы она не рыпалась, нам надо вступить в НАТО.
Сергей, напротив полагал, что Украина должна быть нейтральной, как Швейцария, которая также не имеет природных ресурсов, однако является богатейшей страной мира
А наша Донецкая Народная Республика должна стать именно народной, социалистической, без всяких там Ахметовых и прочих упырей. Мы построим социализм в одной стране, ДНР вместе с ЛНР, как в свое время СССР был островом социализма в океане капитализма.
На это Олександр парировал - Твоими устами, Сережа, да мед пить. То, что ты высказал - это утопия. Сожрут вашу народную республику, и если не Украина то Россия, с разницей лишь в том, что вместо Ахметова будет какой-нибудь Дерипаска или Левитин. Где те, кто создавал ДНР - Губарев, Захарченко, Мозговой? Как говорится, иных уж нет, а те далече.
Сейчас на руководство республикой назначены прокремлевские персонажи, ориентация которых далека от социализма, и скоро вместо ДНР и ЛНР будут Донецкая и Луганская губернии.
- Саша, на данный момент нашей республике жизненно необходима защита России. Без помощи России, бандеровцы, которые у вас заправляют, порежут нас на ремни, как они это делали во время войны.
- Сергей, бандеровцы это авангард борцов за независимость страны. Вот поэтому страна, стремящаяся к независимости, прославляет их и устанавливает им памятники по всей стране.
- К сожалению, Саш, это так - на постаменты снесенных памятников Пушкина, Лермонтова, Героев ВОВ, устанавливают изваяния этих мерзавцев.
Про этих борцов за незалежность очень достоверно рассказывал мамин дядя, Петр Тарасович. Любимым развлечением этих нелюдей было поймать какого-либо мужика, косо глянувшего на «героя», простого мужика, даже не коммуниста, Связать, положить на козлы и двуручной пилой, не спеша, пилить живого человека на куски, как дерево на чурки.
На таких борцов за незалежность у меня не дрогнула бы рука привести приговор в исполнение.
- Сергей, а твои любимые коммуняки сколько угробили украинского народа, устроив голодомор.
Тут в их спор вмешался я.
- Есть такая поговорка: « Где прошел хохол, там двум евреям делать нечего». Когда объявили коллективизацию, умные украинцы, чтобы не вести скотину на общий двор, порезали ее, в
 том числе и тягловых быков - которых продали, которых съели.
А весной, при отсутствии тракторов, оказалось, что пахать землю под посев нечем. То есть, сев сорвали. А что посеешь, то и пожнешь.
- Нет батя, это коммуняки целенаправленно истребляли украинский народ, и поэтому в войну многие пошли воевать против Советов. В России ведь тоже гнали скотину на общий двор, однако подобного голодомора не было.
- В России земли более легкие, практически нет тяжелого чернозема, поэтому пахали там всегда на конях. А конину в России практически не едят. Вот поэтому сев России был успешно проведен.
Есть китайская мудрость: “Пока два тигра дерутся между собой, умная обезьяна сидит на дереве и ждет, пока оба тигра ослабят друг друга, после чего обезьяна станет победителем”. К сожалению, Сережа, такой сценарий вряд ли возможен.
Так что социализм в ДНР - либо с новой, независимой Россией, либо в составе возрожденного СССР. А это выполнить очень, очень тяжело. Бильдербергский клуб развалил СССР не для того, чтобы он воссоздался снова. Поэтому во главе государств, как в России так в Украине, поставили безответственных болтунов. Один - артист легкого жанра, другой - тоже артист, или группа артистов, представляющихся бывшим подполковником КГБ, предавшим присягу - «До последней капли крови защищать государственный строй СССР». Возглавлять такие страны, как Россия и Украина, должны технически грамотные люди, знающие производство, нужды и потребности населения, а от этих брехунов ждать чего-то полезного для общества - наивно.
Девиз капитализма - «Разделяй и властвуй».
Русские и украинцы - один народ, и по определению, они должны быть вместе, но это противоречит установкам запада. Поэтому продажные марионетки, находящиеся на коротком поводке западной элиты, декларируют непримиримость друг к другу и раздувают конфликт между народами в угоду кукловодам.
Затем началась так называемая «Спец. Операция», цели которой были - оказание помощи народу ДНР и ЛНР, подвергнутому геноциду со стороны Киевского режима.
А затем, СВО трансформировалось в установление нейтрального статуса, демилитаризации и трудновыговаримой даже для Путина, денацификации страны. А на деле - война, принесшая смерти, разруху, ненависть друг к другу братских народов.

СВО прошла катком и по моей семье.
Давай, Степан, примем еще по одной, а то трудно говорить.
Людмила моя погибла, когда  ехала домой с работы.
В автобус прилетел снаряд - погибли шесть человек, в том числе   и Лидочка. Не помню, сколько там было раненых.
Для похорон Люду собирали по частям - левую руку и ладонь правой так и не нашли.
А сыновья воевали по разные стороны переднего края.
Как рассказывал однополчанин Сергея, сопровождавший двухсотых - их тела нашли в одной воронке.
Когда забирали Шахтера, это позывной Сергея, обратили внимание на Укропа, что лежал рядом. Одно лицо. Сергей говорил, что у него есть брат-близнец, воюющий на другой стороне. И вот судьба свела их вместе в смертный час.
Хотели было оставить Укропа в воронке, но комбат велел
 отправить братьев вместе к отцу - они оба жертвы войны, родившиеся в великой стране СССР.
На похоронах, ты помнишь, Сергея хотели хоронить, как положенно, с воинскими почестями, а Олександра закопать где-нибудь у забора. Но я настоял, и меня послушали - похоронили в одной могиле рядом с матерью. Ну а завтра поминки - девять дней.
После этого съезжу  в Прокопьевск - нужна перезагрузка.
- Что дальше, Василь?
- Дальше, ясно дело, конечно вернусь сюда. Буду рядом с семьей.
И, как говорил незабвенный Леня Быков - БУДЕМ ЖИТЬ.