Как карточный домик рассыпалось все, и не вспомним.
А это, чуть-чуть, мы с тобой, не назвали любовью.
Ты помнишь? (не верю)
Я верю - не помнишь.
От свежего воздуха утром продрогший ко мне постучался,
А я - на засовы.
Ты помнишь? (не верю)
Я верю - не помнишь.
С висками, что полны усталостью, кровью...
Ты помнишь? (я это, конечно, не помню)
Растерян стоял пред своею любовью
На старом вокзале (ты это не помнишь).
На окна мои (свет их желтый наотмашь…) смотрел.
Ты не знаешь (- не можешь. - Не помнишь).
Ладони твои как заклятье, как помощь.
Ты это не знаешь. – Не должно на помощь.
Ты там. Ты не видишь, не слышишь (не помнишь).
© Сергей Юрьевич Радченко
Как карточный домик
© Copyright: Сергей Юрьевич Радченко, 2026
Свидетельство о публикации №226012200432
Свидетельство о публикации №226012200432
Рецензии
Это не просто стих, это звукопись боли.
Метафора "Желтого света наотмашь" - это гениальный образ.
Предельная физиологичность «Висков, полных кровью и усталостью».
Он не пишет «я устал», он пишет о висках, которые «полны кровью». Это пик эмоционального излома, искусство передачи запредельного стресса через одну деталь.
Автор пишет из точки тотального одиночества, где он уже не надеется быть услышанным («Ты там. Ты не видишь, не слышишь»). Фиксация пустоты. Стих не заигрывает с читателем, а транслирует холод абсолютного непонимания между близкими.
Стих удивителен тем, что в нём бессилие становится силой. Поэт признает поражение («рассыпалось все»), но через это признание воздвигает нерушимый памятник тому мгновению на вокзале.
Дарья Кезина 22.01.2026 08:14 • Заявить о нарушении
Метафора "Желтого света наотмашь" - это гениальный образ.
Предельная физиологичность «Висков, полных кровью и усталостью».
Он не пишет «я устал», он пишет о висках, которые «полны кровью». Это пик эмоционального излома, искусство передачи запредельного стресса через одну деталь.
Автор пишет из точки тотального одиночества, где он уже не надеется быть услышанным («Ты там. Ты не видишь, не слышишь»). Фиксация пустоты. Стих не заигрывает с читателем, а транслирует холод абсолютного непонимания между близкими.
Стих удивителен тем, что в нём бессилие становится силой. Поэт признает поражение («рассыпалось все»), но через это признание воздвигает нерушимый памятник тому мгновению на вокзале.
Дарья Кезина 22.01.2026 08:14 • Заявить о нарушении