Некоторых я даже немного еще помню

Когда моя мама из предложенных ей вариантов все же остановила свой выбор на квартире в Бирюлево, дом оказался уже почти полностью заселен. Хоть некоторые другие в этом районе и построены  еще все же не были совсем. Например, дом рядом с нами, в котором вскоре получит однокомнатную квартиру на себя и мужа, который в нее и въехать уже не успеет, ровесница века, еще только достраивался. Поэтому однажды даже и я, гуляючи, перелезла на лоджию первого этажа этого дома, чтобы посмотреть, как там все внутри построили. Просто меня подпихнули под задницу, чтобы я смогла влезть на этот балкон. Сама я бы в жизни и эту высоту одолеть не смогла. Так дому дали №4. Потом башне рядом, которую много позже построили, дали название корпуса №1 от дома №4. Потом там №6 стало семейным общежитием ЗИЛа, №8 строили, как овощной магазин  вначале. Магазином он пробыл очень недолго, сделали из него магазин с названием "Авоська", хоть и аптеку там тоже оставили сбоку,  что не помешало на нечетной стороне этой улицы тоже небольшую аптеку открыть с теи же набором лекарств.Так население нашего дома, и домов рядом.  В нашем подъезде. Напротив в 2х-комнатной квартире жил некий  Ваня с женой Катей и двумя разнополыми детьми.Рядом, в 1-кмнатной уже проживала одинокая Аня, которая тоже с упоением себе все подбирала из того, что ей удалось увидеть. Так, когда  я доконала стиральную машину "Эврика" всеми  стружками из Детского мыла, которым я честно стирала детские пеленки и ползунки. Так эту машину я успела только из квартиры выкатить, как она тут же исчезла в квартире этой самой Ани. Как она ее починила, я ничего не знаю. 4-комнатную квартиру рядом с нами заселили вскоре втором этаже учительница русского и литературы после нас. Там оказались Толя , тренер по гребле, его жена Наташа, которая довольно скоро умерла от скарлатины, так от этого я и в США первый раз полетела с прививкой от этой самой скарлатины, и две их дочери, Варя и Катя. Кто там теперь, не знаю. Но вроде этот Толя еще жив. Наверное, просто женился снова.
А вот на втором этаже. Жили и до нас. Там сначала поселились четверо. Старый Тимофей, который, собственно, и открыл список покойников этого дома, его дочь Аня, учитель русского и литературы в ближайшей к нашему дому  школе. которая сначала имела №926, и никому не  рекомендовали в ней учиться, хоть теперь эта же школа очень разрослась, сменила номер на №2001, и в ней успешно работает моя дочь Ульяна Двое детей той самой Ани сверху, Таня и Вадим. И была тогда у них собака, московская сторожевая с кличкой Аргус. Та самая Таня и пихала меня под попу, чтобы я сумела взобраться на балкон первого этажа тогда еще нежилого дома. Эта Таня рано вышла замуж, поэтому и ехала отсюда. Вот сын Вадим дольше  задержался. Он стал ветеринаром, и мы к нему часто обращались по поводу животных. Попутно они разводили бульмастифов, и заработали  себе на отдельный дом.
Кто жил на третьем этаже, я совсем не помню. А вот на четвертом. Жила довольно интересная семья. Хотя сначала она там и вовсе не жила. Они за границей жили. Там отец с дипломатическим уклоном жил. Он и работал за границей. Егр жена Ада анатольевна,  и их двое сыновей. Когда они вернулись, то внезапно спохватились, что в их квартире есть пианино. И подрядили они мою маму давать уроки младшему из двух их сыновей. Примерно полгода мама ходила к ним давать уроки. Через полгода парень явно вполне овладел игрой. И уроки прекратились. Но на мою свадьбу вдруг эта Ада Анатольевна спустилась.  И  мне подарок принесла. Красивые гранатовые бусы. Почти как в повести Куприна был браслет. Потом несколько этажей не знаю. Но вот на восьмом. Над нами. Жила семья большая. Там мать Татьяна, маляром была. Бвл лм там муж, не помню. Но дети были точно. И двух из них мне даже довелось узнать. Сын их Вася регулярно залезал на крышу овощного магазина сбоку от нашего подъезда, который теперь стал, конечно, торговым центром в один этаж, и снимал у них  с крыши нашу кгшку Асю, которая по веткам бодро наверх забиралась. А вниз спуститься, у нее уже совсем не получалось... И этот Вася нам ее снимал оттуда.
Еще ярче оказалась жизнь его сестры, Нади.  Она просто стала. Убежденной алкоголичкой. И мне часто видеть доводилось. как она сидела на лестничных ступенях. И хотела. Пить. И бесконечно радовалась не тарелке супа, а хотя бы и крошечному флакону из сувениров с алкоголем из отелей зарубежных. Поэтому нет никакого удивления, что умерла она уже дано. Но с другой стороны от лифта тоже жили семьи даже в одном нашем угловом подъезде. Вот на втором как раз этаже, где трехомнатные квартиры уже не малогабаритные, а нормальные по советским меркам, тоже жила семья обыкновенных пьяниц с большим количеством детей. Удивительно лишь то, что в основном все их дети были мальчики, которые и крали постоянно детские санки от детсада. девочка была одна, но ее насмерть у них машина сбила, когда она бежала к автобусу на другой стороне нашей улицы. Поэтому в той семье больше девочки не стало никогда. А на седьмом этаже нашего подъезда проживала и живет дама.окончившая Тимирязевскую Академию, и мечтавшая всегда о собаке породы Восточноевропейская  овчарка. Она даже когда-то их и завела, сразу двух. Но одна из двух погибла что-то очень быстро. Поэтому когда внезапно я внезапно надумала у нее уроки брать по дрессировке нашего Ванюши, у нее только одна собака и была.
В соседнем же подъезде и жила овчарка Реди, которая вылизывала на прогулке череп нашей морской свинке Тойке. Больше и впрямь в нашем доме  я не помню никого. Так что даже стать старшей по подъезду я бы точно не смогла.

 Только еще помню две семьи почему-то чудом помню из дома корпуса №1 нашего номера. Там в одном из всех подъездов у своих родителей в однокомнатной квартире жила с двумя детьми, и тоже ожидающая улучшения жилья работница завода ЗИЛ мз конторы, а не из цеха. Так она мне щедро билеты отдавала на Зиловские елки для моих детей. А подарки на тех елках очень высоко ценились у всех сладкоежек. Я знала ее в основном по сидению с детьми в песочнице, и отлучкам в это время в продуктовый магазин, в который в те годы одному ходить было совсем невыгодно. Квартиру она и впрямь все же получила рядом со станцией метро Пражская. Развелась ли она в итоге с мужем, я не знаю, хоть она сделать это  очень собиралась. Но ее рецепт выпекания оладий с добавлением в них каш, оставшихся в хозяйстве, я считала настолько гадким, что  его не переняла для себя совсем. Недалеко от этой Наташи Вешняковой еще одна семья жила. В той семье беда была большая. Там мальчик умирал. От рака. Поэтому моя участковая врачиха, неимеющая лекарств его муки облегчить, просто на обходах приходила в их квартиру, и гладила его головку.
И в довершение только одну деталь добавлю. С Булатниковского проезда не было сразу выезда на улицу, хоть там в овраге и Таксопарк №9 построить не забыли. Поэтому все таксисты старались на улицу выезжать прямо по дворам. Так однажды один лихач, проезжая на работу между жилых домов насмерть сразу задавил двух маленьких собак, одной из которых оказался нашим Тойкой.  Второй собаке меньше повезло. Она еще кричала долго. Тойка умер сразу. Так и собаки у нас тогда не стало.