Острова снов

## Глава 1. Сон.
Сегодня особенно  тёплый вечер.Дикая тихая бухта словно оазис в бурном океане острова омывающем тёплым  морским прибоем её белые словно морская пена ножки. Еле слышны крики чаек или даже гагар,где то там в далеки ,солнце  садится окутывая пространство синевато красным  светом и всё словно погружается в тёплую атмосферу всего этого величия. Её  полностью обнажённое тело  издаёт чарующий нежный стон от того как  лёгкий всплеск волны , словно шёлк покрывая её ножки,периодически накатывая касается её женственных бёдер . Красивое женственное тело лежит так,словно разделяя песчаный берег и морскую волну. Она полностью расслаблена , её белокурые ниже плеч волосы словно  морские водоросли пропитанные солью и песчинками частично мокрые переливаются ярким блеском в  лучах солнечного заката,так как знает , что этот остров принадлежит только ей и  природе которая  завораживающе оберегает её. В какой то миг ветер начинает менять своё направление, она ощущает этот переменчивый поток ветра и нежно поворачивает голову в  направлении этого потока. На её лице появляется удивление. Она замечает как. небольшая шлюпка подходит к берегу.  Это примерно в 20 метрах от неё. Она приподнимается, чтобы лучше разглядеть того кто пришвартовывается к берегу .Песчинки медленно осыпаются с  частей её  красивого тела , словно капельки падают с её волос, она удивлена , однако сохраняя спокойствие тела и своего рассудка наблюдает за лодкой и за тем кто вёслами ею управляет. Ветер вновь меняет свой поток на менее горячий и более чуть прохладный , когда из пришвартованной лодки встаёт мужское физически крепкое тело. Она  внимательно наблюдает за тем как  он умело складывая вёсла в лодке и хватаясь за корму оттаскивает её полностью на берег. Его загорелое словно бронза мускулистое тело затмевая последнии лучи солнечного заката движется в направлении её взгляда. Она в ожидании чего то нового и совершенного для неё, где долгое время никто не нарушая её покой и ни ступая в пределах её дикого  столь очарованного острова , удивительным образом проявился. Да речь идёт о нём, мужчине лет 37-40, выше среднего роста, физически красивой мускулистой осанкой, видно, что это его природа, тёмно-каштановые волосы с переливом меди , средней длинны, слегка волнистые и яркие миндалевидные глаза в цвет  сине-зелёных водорослей. Всё это видит она в  его уверенном и ни столь быстром приближении. Она пытается прокручивать в своей голове воспоминания и словно в ускоренном темпе перелистывая файлы  найти именно  тот файл связанный с ним. Подойдя в плотную сохраняя мужественность  выражения своего лица и протянув свою красивую руку, она успевает заметить как вытягивая свою кисть руки удлиняются его  красивые пальцы ,немного грубоватой кожей, видимо от его труда связанным с морем. Она сохраняет спокойствие ,однако так и  не найдя информацию о нём в файлах своего мозга , протягивая свою тонкую женскую руку на встречу его руке, сохраняет полное доверие. Её взгляд абсолютен и не отрывается от его взгляда. В  атмосфере происходит , что то необычное  до сели ,солнце уже практически село, однако  его лучи окутывая столь ярким светом ,удивительно подсвечивают эту парочку. Юго-западный и юго-восточные ветры смешавшись в какое то мгновение овладев всем этим островом вмиг затихли. Всё внимание природы этого острова сконцентрировалось на  взглядах   её и его.  Тишину нарушил он спокойным и уверенным тембром своего голоса произнёс:’’ Я - Капитан , пауза , прибыл  с моего корабля’’ Шторм’’, отведя немного свой взгляд и вытянув свою левую руку указал в даль направления моря, где на якоре стоял его корабль. В этот самый красивый момент я проснулась...
## Глава 2. Пробуждение.
Пробуждение не разорвало эту связь — оно лишь перенесло её на другой уровень восприятия.
Открыв глаза в утренней тишине, она всё ещё ощущала на своей коже то самое тёплое дыхание заходящего солнца и мягкое прикосновение морской пены. В ушах эхом отзывался его бархатный, уверенный голос: «Я — Капитан... прибыл с моего корабля „Шторм“».
Этот сон не был просто случайным ночным видением. Он ощущался как реальность, запечатлённая в самом пространстве, как встреча, которая уже состоялась на тонком плане, но ещё ждала своего воплощения в физическом мире.
Поднявшись, она ещё сидела на кровати, ощущая, как внутри бьётся её сердце. Удивительно, что её состояние было ровным и спокойным. Это то самое состояние внутренней оси и доверие Вселенной. Файлы памяти, которые она так судорожно пыталась перелистать во сне, больше не искали логических объяснений. В них не было прошлого опыта, связанного с этим человеком, потому что этот человек был её будущим.
Природа острова — её дикого, заворожённого укрытия — замерла в ожидании. Ведь когда южный ветер встречает северный и на мгновение смолкает весь океан, рождается новая глубина.
Она подошла к окну, вглядываясь в горизонт, где сходились небо и вода. Там, в дымке пробуждающегося дня, ей отчётливо виделась тёмная статная силуэтность корабля со сложенными парусами. «Шторм» пришёл не для того, чтобы разрушить её покой. Он пришёл, чтобы стать его частью.
Прежде чем пойти в ванную, чтобы принять утренний душ, она запустила кофемашину в её привычном режиме, готовя свой любимый латте с солёной карамелью. Этот лёгкий солоноватый привкус был для неё не просто любимой нотой, а неким тонким напоминанием о том самом морском воздухе, ощущении полёта и той части души, которая всё ещё оставалась в мире её сна.
Приняв контрастный душ, она посмотрела в зеркало и искренне улыбнулась своему отражению — своей красивой улыбке, ямочке на левой щеке и едва заметной ямочке на подбородке, которая всегда напоминала ей о чём-то самом светлом, чистом и уютном из детства.
«Какая я замечательная, — тихо поприветствовала она себя, — и как же удивителен этот мир, который радует и вдохновляет меня каждый день и каждую ночь, растворяясь и создавая новые, неизведанные ощущения».
Выйдя из ванной, она не стала насухо вытираться полотенцем — ей нравилось это особое летнее чувство, когда прохладные капли воды ещё стекают с мокроты волос на плечи, сохраняя шлейф только что прожитого прибоя. Лишь мягко прикрывшись полотенцем, она прошла на кухню.
Кофе уже ждал её. Она присела к столу и сделала первый глоток, растворяясь в тёплом аромате с привкусом солёной карамели. Она всё ещё удерживала плавный, обволакивающий ритм сна, хотя мысленно уже переходила в новый день: её ждала работа в школе-лицее. Это был её особый мир — кабинет психолога, где не было привычных школьных уроков, но происходила своя, особенная магия человеческих душ и внутренних открытий.
В кабинете школы-лицея день пролетел на одном дыхании. Это был последний рабочий день перед долгожданными осенними каникулами. Атмосфера предвкушения отдыха витала в воздухе, и, завершив последние консультации, она почувствовала, как внутри расправляются крылья.
Уже вечером её ждал аэропорт. Вместе с близкой подругой они решили подарить себе осеннюю сказку — путешествие в сердце Баварии, к величественным Альпам.Следующее утро встретило их прохладным, обволакивающе-свежим горным воздухом. Автомобиль плавно мчался по живописной дороге, виляющей среди изумрудно-золотых лесов. На рассвете над полями и лесами рождалось настоящее чудо: от самой земли раскручивались прозрачные туманные воронки. Подобно мягким водоворотам из пара и света, они плавно расширялись кверху, устремляясь в вышину и соприкасаясь с облаками. Казалось, сама природа дышит, сплетая невидимую связь между землёй и небом.
А впереди, на высоком скалистом утёсе, окружённый тёмно-зелёными елями и осенней багряной листвой, вырастал сказочный замок Нойшванштайн. Его белые башни стрелами устремлялись в вышину, словно сошедшие со страниц древних легенд.
Они гуляли по узким горным тропам, смеялись, делали яркие снимки и снимали видео, ловя каждый лучик уходящего осеннего солнца. Прохладный альпийский ветер освежал лицо, но в руках было тёплое спасение — кружки с горячим, пряным глинтвейном. Аромат корицы, гвоздики и сочных цитрусов смешивался с чистейшим горным воздухом, наполняя каждую клеточку тела абсолютным восторгом и ощущением момента «здесь и сейчас».
Насмотревшись на величественную красоту гор и укутавшись в это согревающее баварское гостеприимство, вечером они вернулись в уютный отель.
После насыщенного, наполненного эмоциями дня тело просило отдыха. Она укрылась мягким одеялом, чувствуя, как приятная усталость погружает её в полное спокойствие. В тишине номера, под тихий шёпот вечернего альпийского ветра за окном, она сладко заснула... не подозревая, какой удивительный сон и новая встреча ждут её этой ночью.
## ГЛАВА 3. КОРОЛЕВСКИЙ СОН ВО СНЕ
Тишина альпийского вечера за окном отеля убаюкивала, окутывая пространство мягким коконом усталости. Еще мгновение назад на губах и в памяти теплился пряный, согревающий шлейф вечернего Gl;hwein — густой аромат спелых цитрусов, корицы и гвоздики, привезенный с прогулки у подножия баварских замков. Она закрыла глаза, чувствуя, как реальность начинает растворяться, превращаясь в призрачную дымку. Но сон не принёс забвения — он лишь открыл портал в иное измерение.
Она ещё не осознавала себя до конца: сладко, по-утреннему потянулась, легко зевнула — и лишь затем приоткрыла глаза. Тонкая грань между сном и явью ещё дрожала перед взором — та самая удивительная пауза, когда сознание всё еще пыталось удержать аромат специй, но его уже вытеснял совсем другой, чужеродный и в то же время удивительно родной дух. В ноздри ударил густой запах растопленного воска от высоких свечей, терпкая нота старинной кожи на переплётах фолиантов и прохладный камень королевских покоев.
Не до конца понимая, где находится, она инстинктивно подняла руки и замерла, всматриваясь в собственные пальцы, пытаясь за них уцепиться. Медленно проведя рукой по постели, она ощутила прохладную гладь тончайшего батиста и тяжелое кружево. Приподнимаясь на локте, она окинула взглядом роскошные покои: высокие своды зала, мерцание свечей и игру теней. Её пальцы медленно скользили по телу, заново открывая себя.
Начался священный ритуал утреннего туалета. Протянув руку к изголовью кровати, она едва заметно потянула за висящий там тонкий шёлковый шнурок с кисточкой, вызывая камеристок, и доверила им своё превращение. Служанки бесшумно вошли и бережно развернули перед ней бальное платье невероятного оттенка — утонченного и благородного цвета сушеной баварской розы, чья матовая, глубокая ткань переливалась в мягком свете. Одна из камеристок помогла ей облачиться в плотный, искусно сшитый корсет. Ткань туго затянулась на талии, аккуратно поддерживая осанку и заставляя дыхание стать более размеренным, глубоким и царственным. Поверх корсета легли тяжелые юбки из плотной тафты, шуршащие при каждом движении.
Когда платье сидело идеально, вторая камеристка замерла за её спиной перед роскошными, струящимися ниже талии золотисто-рыжими кудрями. Эти упругие, живые локоны словно обладали собственным характером: самые непокорные пружинистые пряди тут же выскальзывали из ловких пальцев служанки, норовя рассыпаться по плечам. Камеристка то и дело возвращала их на место, закрепляя тяжелыми серебряными шпильками. В какой-то момент, пытаясь усмирить особенно упрямый завиток, острая шпилька чуть сильнее положенного задела нежную кожу у виска.
— Ой... — тихо выдохнула она, слегка сощурившись от неожиданной, но вполне реальной боли, которая окончательно стерла грань между вымыслом и явью.
Она лишь легко улыбнулась этому мимолетному уколу, чувствуя, как упругость корсета, прохлада тафты, каждая шпилька и каждый волосок на голове делают этот сон осязаемой истиной.
Завершив наряд, она поднялась с постели и медленно подошла к высокому псише в резной золоченой раме. Затаив дыхание, она принялась рассматривать себя полностью, плавно поворачиваясь то влево, то вправо, любуясь тем, как изысканно смотрится платье цвета сушеной розы и как гордо сидит сложная прическа. Ей безумно нравилось это ощущение собственной грации и величественной лёгкости.
Прическа и наряд были безупречны, и когда камеристки распахнули высокие створки дверей, она ступила в величественные коридоры Нойшванштайна. Каждый шаг отдавался тихим эхом по холодному мрамору, вокруг царила сказочная атмосфера: фрески с героями древних германских легенд и мерцание свечей.В конце просторной галереи её ждал он — король Людовик. В нём не было безупречной холодной идеальности статики: его сила кроется в ином. Высокая, статная фигура, темные волнистые волосы и главное — неимоверное, магнетическое обаяние, перед которым невозможно устоять. Его глубокий, полный тайн взгляд выражал такую глубину и романтическую тоску по истинной красоте, что одно лишь его присутствие заполняло собой всё пространство. В нём чувствовалась невероятная мужская харизма, внутренняя сила и абсолютная нежность, предназначенная только для неё.
Когда она плавно ступила на лестницу, его лицо озарилось теплой, чарующей улыбкой. Расстояние между ними сократилось в несколько мгновений. Они встретились посреди огромного зала. Их пальцы переплелись, и в знак их негласной связи, словно печать этой сказочной эпохи, он бережно надел на её изящный указательный палец тяжелый перстень с геральдическим лебедем, чьи глаза-изумруды таинственно вспыхнули в свете свечей.
Яркий, бодрящий аромат свежесваренного утреннего кофе бесцеремонно ворвался в пространство, разом разрушив королевский замок, запах воска и тяжелый шелк тафты.
Она резко открыла глаза. В номер отеля, держа в руках две чашки, вошла её спутница по путешествию. Заметив застывший, туманный взгляд героини и её бледность, подруга удивленно замерла в дверях:
— Ты чего? Что с тобой? На тебе лица нет... Ты где вообще витаешь?
Она сидела на кровати, не в силах быстро вернуть сознание в современный мир. Улыбка мгновенно растаяла, уступив место тревожному, сбивчивому дыханию. Она быстро опустила взгляд на свою изящную кисть — на указательном пальце всё ещё отчетливо, физически ощущался теплый, давящий след от снятого тяжелого перстня.
— Мне нужно его найти... — выдохнула она, поддаваясь порыву и вскакивая с постели.
— Кого найти? Что найти? Ты о чем? — удивленно переспросила спутница, едва успевая ставить чашки на столик.
— Не кого, а что! Мне срочно нужно найти его в реальном мире. Пока я помню каждую деталь! Мы прямо сейчас едем в баварские лавки!
Уже через час они шагали по мощеным, сказочно уютным улочкам баварского городка. Вокруг кипела современная жизнь: слышался глухой шелест шагов прохожих, цокот по старинной брусчатке и звонкие голоса, а из пекарен пахло свежей выпечкой. Но её интересовали только витрины антикварных магазинчиков и ювелирных лавок. Они переходили из одного заведения в другое, рассматривая винтажные украшения, среди которых витал дух истории. Спутница лишь качала головой, не понимая, какой именно клад ищет её странная компаньонка.
И вдруг в третьем по счету крошечном антикварном магазинчике, погруженном в полумрак и запах старого дерева, время снова остановилось.
За стеклянной витриной, на бархатной подложке, среди десятков забытых колец, лежал он. Тяжелый серебряный перстень с гравированным геральдическим лебедем и двумя крошечными, сверкающими глазами-изумрудами. Тот самый. Из её сна. Из рук Людовика.
Сердце замерло, а потом бешено заколотилось. Превозмогая волнение, она попросила ювелира достать украшение. С замирающим сердцем, она медленно надела массивный перстень на свой изящный указательный палец — прямо поверх едва заметного отпечатка, оставленного любимым королём в ночном видении.
Кольцо легло идеально, точно влитое, даря ощутимое, реальное тепло и подчёркивая тонкие линии её руки. Сон и явь сплелись навсегда, оставив в её жизни первый драгоценный артефакт.