Культура отмены или отмена культуры

Труханов Виктор Александрович
Доктор политических наук, профессор, профессор кафедры политических наук Саратовского государственного университета им. Н.Г.Чернышевского, viktrukhanov@yandex.ru

КУЛЬТУРА ОТМЕНЫ ИЛИ ОТМЕНА КУЛЬТУРЫ: МЯГКАЯ СИЛА В РЕАЛИЗАЦИИ ПОЛИТИЧЕСКИХ ЦЕЛЕЙ

Аннотация. Противостояние России с западными странами носит характер долговременный и бескомпромиссный. Учитывая ресурсный потенциал нашего государства, который не позволяет нас уничтожить в силовом столкновении, США разрабатывают различные социально-политические технологии, с помощью которых переформатируют население и в первую очередь молодежь. Среди таких технологий «мягкая сила» (soft power), «умная сила» (smart power), жесткая сила (hard power), информационная война «information war», культура отмены (cancel culture) и другие. Цель статьи раскрыть механизмы и инструменты влияния на российский социум различными технологиями, для формирования лояльных западной политики и культуре социальных групп.

Наша современность характеризуется не только противостоянием с коалицией западных стран, горячая фаза которого в виде СВО идет на Украине, но и широкомасштабной, не имеющей аналогов ни в истории, ни в других странах информационного воздействия на население нашей страны.

Западные идеологи, учитывая ресурсный потенциал и военно-силовые возможности Советского Союза – России, целенаправленно вели и ведут войну в различных формах против России уже многие годы. Озвученные ими многообразные концепции и тренды, стали доминирующими у Соединенных Штатов Америки в отношении нашего, и не только, государства и реализуются в политической практике. Среди таких концепций, можно назвать следующие - «мягкая сила» (soft power), «умная сила» (smart power), жесткая сила (hard power) - автор американский политолог Джозеф Най, информационная война «information war», культура отмены (cancel culture) и другие. К сожалению, во многом им удается реализовать свои проекты и замыслы в отношении России. В том числе это реализуется через трансляцию и навязывание постмодернистских образцов культуры и искусства, ведущих к отказу от предыдущей культурной парадигмы.

Одним из методов «мягкой силы» является формирование личности, не связанной со своим государством, культурой и историей, со своими корнями через технологию «культура отмены».

Сам тренд «культура отмены» cancel culture появился в США, первоначально в культурной среде и бизнесе, но затем перешел в сферу политики.
Есть разные трактовки этого понятия. Так изначально данный термин предполагал коллективный отказ от чего-либо с целью объявить массовый бойкот, способный разрушить сложившуюся репутацию. В идеале для адептов cancel culture — это стирание, не устраивающего по каким-то причинам определенного субъекта, из информационного пространства.

В политике пошли дальше, тренд превращен в политическую технологию, в политический буллинг. Тем самым происходит отмена права государств и целых народов на свою историю, культуру, экономическое развитие, в конечном итоге на суверенитет. То есть, на самом деле происходит отмена традиционной культуры. Отмена культуры цивилизованного диалога, общения, переговоров, договоров и т.п.

Например, Израиль разносит в бетонную пыль Газу, убивая женщин и детей, лишая жителей витальных потребностей в пище и воде и это для западного мира, для их культуры норма. Никто не делает попытки отменить Израиль. Так же никто не отменял Украину, когда ВСУ 8 лет убивали мирных жителей Донбасса, сжигали людей в Одессе, убивали неугодных, как это было с писателем Олесем Бузиной и многими другими. Однако в отношении России все с точностью до наоборот. Культура отмены в отношении России – это полное исключение нас из всех сфер международной жизни: политической, экономической, социальной, культурной. Внутри России – это отмена истории и памяти, погружение в состояние мифологических галлюцинаций, изменение социальной природы человека, воспитание потребителя.

В полной мере это относится к традиционной культуре, где важным звеном является связь поколений. Отмена и замещение традиционной культуры на модернистские течения, активно поддерживала в первую очередь молодежь. Это происходило в 60-ые годы на Западе, когда движение хиппи и битломания в обществе, не смотря на свою неорганизованность, серьезно влияло на политику государства. Например, явилась одной из причин вывода американских войск из Вьетнама.

В эпоху постмодерна хиппи, панки, стиляги, битники, рокеры, скинхеды и прочие неформальные молодежные субкультуры стали рудиментом прошлого. Времена идут, и отмена этих субкультур породило новые еще более, мягко сказать, странные направления молодежной культуры, когда гендер перестал быть бинарным понятием. Следствием отмены традиционной культуры, а вместе с этим морали и нравственности в ХХ1 веке, стало стирание граней между гендерами. Наличие 72 гендеров [1], а также гей парады в странах Европы, однополые браки, уголовные преследования лиц отрицающих наличие других полов кроме мужского и женского – все это стало приоритетом в соблюдении прав человека при поддержке государства, во главе которых стали в основном люди с нетрадиционной сексуальной ориентацией. И если в 60-ые и 70-е годы молодежные субкультуры влияли на политику государства, то в современном мире политика государства формирует повестку в молодежной субкультуре. Отсюда небинарная ЛГБТешная пропаганда.

Парадоксальная ситуация складывалась в постсоветской России. Традиционная система воспитания и формирования культуры молодежи рухнула вместе с государством СССР, на освободившееся место пришли различные субъекты пропаганды религиозного, националистического воспитания с одной стороны и разного рода мультикультуралисты, глобалисты, мирогражданцы, небинарцы и т.п. с другой стороны.

В целом до 2022 года такая ситуация в сфере культуры для власти угрозы не представляла, но с началом СВО ситуация изменилась. На фронте нужны патриоты, а не мультикультуралисты, которые с объявлением мобилизации побежали в Казахстан и Грузию.

А на фронте оказались добровольцы из числа молодежи имеющих претензии к власти. Так воюет разведгруппа, состоящая полностью из нацболов – партии Лимонова, которых подвергали административным арестам за радикальные политические выходки, а на фронте они получают ордена Мужества [2].

Разведывательно-диверсионная бригада «Эспаньола» включает в себя фанатов футбольных клубов «Спартак», «ЦСКА», «Торпедо», «Зенит», «Локомотив» и других команд. Тоже не совсем законопослушные граждане, сражаются за национальные интересы России. Вместе с тем обласканные властью в мирное время, награжденные государственными наградами граждане России, спортсмены, артисты, бизнесмены, журналисты, почувствовав угрозу своим накопленным социальным и финансовым капиталам, спешно покинули Родину, убыв в западные страны. Данное противоречие между различными стратами российского социума, ярко высвечивает политику «мягкой силы». 

Современные технологии лишь усилили возможности «мягкой силы». Социальные сети позволяют выявлять отдельные группы внутри общества и обращаться к ним напрямую, минуя правительства и СМИ. Что серьезно влияет на систему национальной безопасности. Механизм культуры отмены, как «мягкая сила», реализуется, в основном, в медиа пространстве, особенно активно используется цифровая среда, основной источник получения информации молодежью, формирующий ее политическое сознание. 

Употребленный A. Даллесом термин «information warfare» в отечественной науке имеет множество переводов, и вариант «информационная война» не является единственным: в отечественных источниках можно встретить термины «информационное противоборство», «информационно-психологическая война» и др.  В рамках информационно-психологической войны, объектом вражеского воздействия является массовое сознание населения, особенно молодежи. Эволюцией информационной и психологической войн, стала когнитивная война, которая фокусируется на познании и человеческом разуме, делая их пространством для ведения боевых действий в конфликтах XXI века.

Кроме «мягкой силы», американский политолог Джозеф Най, в 2004 году в книге Soft Power: The Means to Success in World Politics [3] ввел в политический лексикон новый термин — «умная сила» (smart power). Он предложил объединить технологии «мягкой силы» и «жесткой силы», которая заключалась в сочетании всех инструментов: военных, экономических, дипломатических, культурных. «Умная сила» означает синхронизацию давления и привлечения: ограниченные удары по ключевым объектам сочетаются с программами гуманитарной помощи, санкции с культурными проектами, антикоррупционные расследования с дипломатическими встречами. Такой подход действует сразу на нескольких уровнях и создаёт множественные каналы воздействия. Что-то вроде тактики «хорошего и плохого полицейского», только перенесённой на геополитический масштаб.

Преимущество здесь в том, что «умная сила» позволяет разделять враждебное общество на группы и обращаться к ним по-разному. Силовики и лоялисты подвергаются точечным ударам и персональным санкциям, оппозиции и активистам предоставляется поддержка, бизнесу предлагают стимулы, интеллигенцию вовлекают через образовательные и культурные программы. Так создаётся система дифференцированного воздействия, которая не позволяет обществу консолидироваться против внешнего врага и постепенно разрушает его изнутри.

Таким образом, можно сделать следующие выводы,
во-первых, cancel culture из тренда культурной тусовки превратился в реально работающую политическую технологию, относящуюся к «мягкой силе» soft power, направленной на отмену культурного наследия в России, на разрыв связи поколений.
Во-вторых, в наш политический лексикон стоит ввести выражение cancel of culture, то есть отмена культуры, так как данная технология «культура отмены» не предполагает культурного, цивилизованного диалога, а спроектирована как буллинг, травлю, что не соответствует цивилизованному обществу.
В-третьих, технология «культура отмены» стала реальным инструментом «мягкой силы», проводимой Западом в отношении России, что безусловно дает свои результаты.
Список литературы и источников
1. Сайт «Мedicinenet» URL: обращения 26.06.2024) (дата обращения 26.08.2025)
2. Сайт «Dailystorm.ru» (дата обращения 26.08.2025)
3. Дж. Най. Мягкая сила: средство достижения успеха в мировой политике