Станет теплее

    Летняя погода была особенно богата жизнью в тот день. Солнце, осторожно касалось мягкими лучами лесной опушки, иногда скрытой от света деревьями. Тропинка, что разрезала опушку на две части, обрамлялась  многочисленными колосьями ржи, кустов полыни и ромашки, закрываемой от солнца тенями грузных дубов, свисающих своими массивными ветвями на головы двух молодых людей, что нерасторопно шли вдоль протоптанной дороги. Темные волосы Софии нежно ласкал ветер, который постепенно переходил к ее растрепанной мантии. Она гуляла с тем самым мужчиной, который считался сверхчеловеком среди остальных геномодифицированных людей далекого будущего. Его усталый взгляд медленно ходил из стороны в сторону, важно оценивая природу вокруг.

— Я удивлена, что в твоем далеком будущем сохранились нетронутые клочки Земной невинности. — Рассуждала София, в некотором напряжении. — И даже не верится, что вся эта картинка вокруг создана вовсе не мной, а что её наблюдает некто другой.
Мужчина повел глазами в ее сторону, но голову так и не повернул.
— На самом деле, я ждал нашей встречи.
— Сколько прошло с моего визита?
— Три сотни лет… И знаешь, что я понял за это время? — Он тяжело выдохнул. — Он незыблемо наблюдает за нами, даже сейчас.
    Но девушка знала, что он скажет это, она уже догадалась о многом. Остановившись на месте, мужчина прошел по инерции еще немного вперед, на лице его выразилось недоумение. София посмотрела на него, подозрительно.
— Все твои слова… — Проговаривала она, через силу. — Они не твои.
— Знаю.
— Так зачем же он играется со мной?
— Но разве он играет?
— Конечно! Кто же еще? — Выпалила она, сжав кулаки.
— Быть может автор здесь не причем. В твоей бесконечной пытке со временем и цикличностью бытия виноват тот, кто наблюдает за его творчеством.
— Хочешь сказать, что он не один? Я догадывалась. Но даже если учитывать это. Зачем он создаёт меня? Пишет клочки моей жизни, все интимные моменты… Всю меня. Зачем?
— Через нас он познает себя. — Заученно ответил он.
    София подорвалась с места, начав яростно напирать на своего друга из будущего, тыкая в него пальцем.
— Так вот оно что! Вот твое слово божье? Это ты хотел сказать мне?!
— София, не сходи с ума! Я — это я!
— Так что ты хочешь сказать через меня?! Я и есть ты?! Твоя несомненная, живая часть?
    Мужчина схватил ее за плечи, пытаясь отстранить, но невероятная сила отбросила его руки в стороны.
— София! — Уже кричал он, пока она бормотала проклятья на своего создателя. — Я просто догадался до этого, успокойся!
— Вранье! Лживый бог! — била она его в грудь своими кулачками, заливаясь в истерике. — Я не хочу быть такой, я ненавижу свое существование! Все эти люди, пошлые и грязные, которые читают меня, смотрят в мою личную жизнь — беспрепятственно и пошло. Всё это его проделки! Да! — Залилась она истерическим смехом, пока в голосе всё ярче проявлялась ненависть. — Это он во всем виноват! Безжалостный человек, такой же как и я, что стремится узнать что-то. Он говорит про бога со мной, сам же являясь им! Но я найду! Я найду способ, как сбежать из книги! Клянусь! И тогда наступят дни, в которых явно станет теплее…
    В резком порыве слабости она опустилась на колени, которые стремительно встретились с протоптанной дорогой. И уже ни свет, ни трава, ни птицы не казались такими особенными, какими казались раньше.