Сказка о царе Салтане, А. Пушкин, инсценировка для

А. С. Пушкин


                Сказка
                о царе Салтане,
                о сыне его славном
                и могучем богатыре
                князе
                Гвидоне Салтановиче
                и о прекрасной
                царевне
                Лебеди               

                инсценировка для театра кукол
                Л. Кожевникова

   Действующие лица:

   Царь Салтан,
   Царица,
   Гвидон,
   Царь-девица,
   Ткачиха,
   Повариха,
   Бабариха,
              3 купца,
              Комар,          
              Шмель,
              Белка,
              Коршун,
              Лебедь,
              Гонец, 
   Черномор,
              33 богатыря.









               
                ДЕЙСТВИЕ 1.


(Возможное) вступление к спектаклю:
Занавес открывается… Балалайки, рожки, сопелки наяривают плясовую. На сцену с двух сторон выскакивают скоморохи с красными девками. Девки визжат, каблуки стучат. Скоморохи колесом ходят, погикивают. Короче русский веселый перепляс. И вдруг так же быстро исчезают. Вместе с музыкой. Лишь одна запоздалая сопелка еще звучит несколько мгновений и тоже затихает, почти уныло. Перенастраивает публику.
Выходит Актёр и торжественно объявляет полное название (а не то, которое на афише) сказки А.С. Пушкина.

АКТЁР. Сказка о царе Салтане, о сыне его славном и могучем богатыре князе Гвидоне Салтановиче и о прекрасной царевне Лебеди!!!

Картина 1.
На скамейке, в светлице, под резным окном…
«Три девицы под окном пряли поздно вечерком». Девицы поют  русскую народную песню «Пойду ли, выйду я…» (Песня может быть любая, в том числе на слова Пушкина.) Мимо прогуливался царь Салтан и заслушался пением. Встал незаметно за калиткой.
                Песня.
                Пойду ли, выйду я,
                Пойду ли, выйду я…

1-я СЕСТРА. Кабы я была царица, то на весь крещеный мир приготовила б я пир.
2-я СЕСТРА. Кабы я была царица, то на весь бы мир одна наткала я полотна.
3-я СЕСТРА. Ах, кабы я была царица, я б для батюшки-царя родила богатыря.
                Только вымолвить успела,
                Дверь тихонько заскрипела,
                И в светлицу входит царь…
ВСЕ ТРИ. Ах! (Вскакивают. Кланяются царю.)
ЦАРЬ. Здравствуй, красная девица. Я согласен, будь царица и роди богатыря мне к исходу сентября. Вы ж, голубушки-сестрицы, выбирайтесь из светлицы, поезжайте вслед за мной, вслед за мной и за сестрой: будь одна из вас ткачиха, а другая повариха.
(Царь берет невесту за руку и уводит из светлицы. Сестры (ткачиха с поварихой) растерянно переглядываются, и вдруг обе разом в рёв, навзрыд. На их рыдания прибегает Бабариха. Сестры, рыдая, тычут руками в окно. Бабариха выглядывает, едва не вываливается.)
БАБАРИХА. Ну, я ей ужо!


Картина 2.
Царские палаты. Трапезная. Царь с молодой женой за столом сидит, глаз с неё не сводит. Стол ломится от яств. По обе стороны бояре стоят с расписными подносами в руках. На авансцене - скоморохи, красные девки пляшут. Рожки, сопелки, гусли играют. Царица тоже встает из-за стола. Скоморохи тут же исчезают… Плывет в танце белой павушкой. Но царица уже на сносях, это заметно. Танец дается ей тяжело. Царь усаживает её за стол, целует.
Ткачиха с поварихой и со сватьей Бабарихой выглядывают из-за кулисы, злобно перешептываются. Плюются. В этот момент входит Гонец, усталый, снимает шапку перед царем. Падает на колени.

ГОНЕЦ. Беда, великий государь! Враги твои войной грозят. К пределам подошли. Стоят.
ЦАРЬ (ударяет чаркой по столу). Угрозы – это не беда. Но укорот им дать пора!
БОЯРЕ (хором). Коня государю!!!
ЦАРЬ (царице). Если любишь ты меня, поберечь себя должна. (Обнимает на прощание царицу и уходит. Весь двор вместе с царем покидает трапезную.)





Картина 3.
АКТЁР. Между тем как царь далёко
              Бьется долго и жестоко,
              Наступает срок родин;
              Сына бог им дал в аршин…       
             
Царская опочивальня. Стрельчатое окно с витражом. У окна сидит царица, качает люльку (зыбку) и поет «колыбельную».
                Колыбельная.
                Котя, котенька, коток,
                Котя – серенький лобок.
                Приходи к нам ночевать,
                Наше дитятко качать.
                Уж как я тебе коту,
                За работу заплачу:
                Дам кусок пирога
                Да налью молока…
Затем царица берет гусиное перо, бумагу и, присев за стол, пишет царю письмо. Звонит в колокольчик. Входит баба Бабариха. Из-за кулисы выглядывают ткачиха с поварихой. Царица подает запечатанное письмо Бабарихе.

ЦАРИЦА. Хочу поздравить я отца. Отошли с письмом гонца.
(Забирает из люльки сына и, тихо напевая «колыбельную», покидает опочивальню. Баба Бабариха глядит ей вслед, потом машет рукой, зазывая ткачиху с поварихой. Открывают письмо, шепчутся, злобно о чем-то хихикают. Потом Бабариха рвёт письмо и тут же на столе пишет другое, медленно проговаривая слова.)
БАБАРИХА. Родила царица в ночь не то сына, не то дочь; не мышонка, не лягушку, а неведому зверюшку.
ПОВАРИХА. Неведому зверюшку… Хи-хи-хи!
ТКАЧИХА (за кулису). Боярин?.. А, боярин?! (Входит боярин?) Чтоб обрадовать отца, царица шлёт с письмом  гонца. (Передает письмо боярину.)
 БОЯРИН. Эй, подать сюда гонца! (Уходит.)


Картина 4.
АКТЁР. Как услышал царь-отец,
              Что донес ему гонец,
              В гневе начал он кудесить
              И гонца хотел повесить;
              Но, смягчившись на сей раз,
              Дал гонцу такой приказ:
             «Ждать царева возвращенья
              Для законного решенья».
Затемнение на сцене. Появляются три неясные фигуры, в которых, однако, угадываются сватья баба Бабариха и ткачиха с поварихой.

ПОВАРИХА (с оглядкой). Скоро ждать назад гонца… (Шушукаются.)
ТКИЧИХА. Нам гонца бы напоить. А приказ…
ПОВАРИХА. Перехватить!
БАБАРИХА. И в суму его пустую, сунуть грамоту другую! (Достает из-за пазухи приготовленную заранее грамоту.)    
ПОВАРИХА. Чу! Копыта, слышь… стучат?
(Поспешно вытаскивают на авансцену стол. Лавку. Ставят братину с пьяным зельем и резной ковш. Стук копыт смолкает. Входит гонец, усталый. Плюхается на лавку, шапку, суму переметную - на стол.)
ГОНЕЦ. Уф! Проклятая дорога…
      (Вытирает лоб. За спиной у гонца появляется Бабариха.)
БАБАРИХА. Притомился, молодец?
ГОНЕЦ. И коня спалил вконец… Мне б чего-нибудь испить? Правда, нечем заплатить.
БАБАРИХА. Да хоть зелена вина… Мне не жалко, пей до дна.
(Наливает ковш вина. Гонец выпивает, крякает. Выпивает еще и еще. И – засыпает.)
БАБАРИХА. Нализался дуралей, хоть глаза ему залей. (Достает из сумы царскую грамоту и подменяет своей. Уходит.)
                Затемнение.


Картина 5.
Царская опочивальня. Царица с младенцем на руках. Ходит из стороны в сторону. Напевает сыну песенку, что ждет весточку от батюшки-царя.
                Песенка.
                Царь наш батюшка с войны
                Скоро воротится.
                Будет жить он не тужить
                С сыном и с царицей.
                Я исполнила твоё пожелание –
                Родила тебе сыночка
                Долгожданного.
                Возвращайся поскорей,
                Царь наш батюшка;
                Сердце бедное согрей
                Своей ладушке…
Входят бояре. Старший боярин с грамотой в руках.

БОЯРИН. Доставил грамоту гонец.
ЦАРИЦА. Ах! Читайте, наконец!
БОЯРИН (разворачивает список). «Царь велит своим боярам… (Запинается. Снова повторяет, не веря своим глазам.) Царь велит своим боярам, времени не тратя даром, и царицу и… и приплод тайно бросить в бездну вод».
Бояре недоуменно переглядываются, разводят руками. Гудят. Ну… не знаю! Ну и ну-у…

Картина 6.
АКТЁР. Делать нечего: бояре,
              Потужив о государе
              И царице молодой,
              Прочитали вслух указ,
              И царицу в тот же час
              В бочку с сыном посадили,
              Засмолили, покатили
              И пустили в Окиян –
              Так велел-де царь Салтан.

Ночь. Звезды блещут. В глубине  сцены о скалу волны бьются. Гул Окияна. Маленькие фигурки бояр толкают на край скалы большую смоляную бочку. С шумом и плеском сбрасывают в Окиян. Рыдают, вытирают шапками слезы. Крестят лбы. И удаляются, понурив головы. 
Женский голос, глухой и плачущий, как стон… голос самого Окияна:
                В синем небе звезды блещут,
                В синем море волны хлещут;
                Тучка по небу идет,
                Бочка по морю плывет.
                Словно горькая вдовица,
                Плачет, бьется в ней царица;
                И растёт ребёнок там
                Не по дням, а по часам…
Одинокая бочка, гонимая ветром, долго-долго качается на волнах посреди пустынного Окияна. Исчезает в темноте.


Картина 7.
Полдень. Гул океана. Волна выносит бочку на берег. Бочка перекатывается с боку на бок, раскачивается и вдруг становится на днище. Слышатся удары изнутри, и крышка с треском вылетает. Из бочки выходит царевич и, подхватив на руки мать, помогает ей выйти наружу. Озираются, прижавшись друг к другу, и видят холм в широком поле. Дуб зеленый над холмом.
ЦАРИЦА. Ах, мы спасены!
ЦАРЕВИЧ. (идет к дубу). Добрый ужин был бы нам, однако, нужен.
 (Дальше действие разворачивается по А.С. Пушкину…)
                АКТЁР. Ломит он у дуба сук
                И в тугой сгибает лук,
                Со креста шнурок шелковый
                Натянул на лук дубовый,
                Тонку тросточку сломил,
                Стрелкой легкой завострил
                И пошел на край долины
                У моря искать дичины…
(Вдруг с неба в море со стоном и криком падают две птицы.)
                Смотрит – видит дело лихо:
                Бьется лебедь средь зыбей,
                Коршун носится на ней;
                Та бедняжка так и плещет,
                Воду вкруг мутит и хлещет
                Тот уж когти распустил,
                Клёв кровавый навострил…
                Но как раз стрела запела,
                В шею коршуна задела –
                Коршун пал и кровь пролил,
                Лук царевич опустил;
                Смотрит: коршун в море тонет
                И не птичьим криком стонет,
                Лебедь около плывет
                Злого коршуна клюёт,
                Гибель близкую торопит,
                Бьет крылом и в море топит –
                И царевичу потом
                Молвит русским языком:
ЛЕБЕДЬ. Ты, царевич, мой спаситель, мой могучий избавитель,              не тужи, что за меня есть не будешь ты три дня, что стрела пропала в море;                это горе – всё не горе. Отплачу тебе добром, сослужу тебе потом: ты не лебедь ведь избавил, девицу в живых оставил; ты не коршуна убил,                чародея подстрелил. Ввек тебя я не забуду; ты найдешь меня повсюду,                а теперь ты воротись, не горюй и спать ложись. 
(Лебедь улетела. А царевич с царицей, расположась под дубом, наблюдают, как солнце за море садится. Затем сын опускает голову матери на колени, и они засыпают. Ночь.) 
 
Картина 8.
Светает. Всходит солнце. Отступают полночные тени. Царевич, «отрясая грёзы ночи и дивясь, перед собой видит (на холме) город он большой…» Будит царицу.

ЦАРИЦА. Ах! О, боже…
ЦАРЕВИЧ. То ли будет?.. Вижу я: Лебедь тешится моя!
(Только шаг они ступили - «оглушительный трезвон поднялся со всех сторон: к ним народ навстречу валит, хор церковный бога хвалит…» На сцену с поклонами выходят придворные в пышных нарядах, несут золотой трон, княжью шапку и державный скипетр. Падают перед царевичем на колени.)
1-й ПРИДВОРНЫЙ. Будь над нами государем!
2-й (протягивает скипетр). Власть прими!
1-й. Воссядь на трон!
2-й. Будь отныне князь Гвидон!
(Царевич в растерянности оглядывается на мать, испрашивая разрешения.)
ЦАРЕВИЧ. Матушка?..
ЦАРИЦА (подталкивает сына вперед). Ты отныне князь Гвидон.
(Под перезвон церковных колоколов происходит смена декораций. Вместо дуба и сказочного города на холме - выплывает тронная зала. В центре залы, на возвышении – золотой трон. Придворные под руки подводят царевича к трону, усаживают. На голову возлагают княжью шапку в алмазах. Вручают скипетр. За спиной у Гвидона становится мать-царица. Все склоняют головы.)


               

                ДЕЙСТВИЕ 2.


Картина 1.
Ночь. Гул Окияна, плеск волн. На горизонте (на заднике) маячит, то пропадая среди волн, то вновь подымаясь, силуэт корабля. Начинается рассвет, бегущие по небу тучи подчеркивают движение.
                АКТЁР. Ветер на море гуляет
                И кораблик подгоняет;
                Он бежит себе в волнах
                На раздутых парусах…
Из-за горизонта медленно встает солнце. И вдруг в его лучах перед корабельщиками появляется остров Буян. А на острове – город! «Стены с частыми зубцами, и за белыми стенами блещут маковки церквей…» Корабль тоже замечен – бьют колокола, «пушки с пристани палят, кораблю пристать велят». Корабль (на заднике) пристает к заставе.
Из-за кулисы (под стены города, где дуб и разбитая бочка) друг за дружкой выходят купцы (трое), хозяева судна. Удивленно озираются, переглядываются. Ахают.

1-й купец. Ну и ну!
2-й. На знакомом острову - чудо… Будто наяву!
3-й. Город новый?..
1-й. Златоглавый!
3-й. Пристань с крепкою заставой!
1-й. Пушки с пристани палят. Кораблям пристать велят.
2-й. Слышь?.. Какой стоит трезвон?
1-й. Наяву ли?.. Может, сон?
 (Из-за противоположной кулисы навстречу гостям с рожками, с балалайками выскакивают плясуны и музыканты. Устраивают вокруг гостей веселый перепляс. За ними появляются бояре. Впереди князь Гвидон. Он жестом останавливает лицедеев, и они исчезают.)
ГВИДОН. Чем вы, гости, торг ведете? И куда теперь плывете?
1-й КУПЕЦ. Мы объехали весь свет, торговали соболями, черно-бурыми лисами; а теперь нам вышел срок.
2-й КУПЕЦ. Едем прямо на восток!
3-й КУПЕЦ. Мимо острова Буяна, в царство славного Салтана!
ГВИДИН. Добрый путь вам, господа, по морю по Окияну к славному царю Салтану. От меня ему поклон. А теперь… прошу вас в гости. Отдохнуть вам, чай, пора. Ну, а завтра - в путь с утра. (Все уходят.)


Картина 2.
Снова берег, на берегу  дуб и разбитая бочка. Раннее утро, восток едва алеет. Корабль с купцами (на заднике) отчаливает от пристани, а с колоколен доносится прощальный перезвон. На берег выходит князь Гвидон, стоит в задумчивости, пока корабль не скрывается из виду. Колокольный звон замирает, и только шум прибоя да крики чаек доносятся до слуха.
Вдруг… «поверх текучих вод Лебедь белая плывет».

ЛЕБЕДЬ. Здравствуй, князь ты мой прекрасный! Что ты тих, как день ненастный? Опечалился чему?
ГВИДОН. Грусть-тоска меня съедает, одолела молодца: видеть я б хотел отца.
ЛЕБЕДЬ. Вот в чем горе!  Ну, послушай: хочешь в море полететь за кораблем?
ГВИДОН. Если б это было можно?..
ЛЕБЕДЬ. Будь же, князь, ты комаром!
                И крылами замахала,
                Воду с шумом расплескала
                И обрызгала его
                С ног до головы всего.
                Тут он в точку уменьшился,
                Комаром оборотился,
                Полетел и запищал…
ЛЕБЕДЬ (вслед).  Князь! Князь!..Судно на море догонишь, потихоньку опустись на корабль – и в щель забейся!




Картина 3.
                АКТЁР. Ветер весело шумит,
                Судно весело бежит
                Мимо острова Буяна,
                К царству славного Салтана,
                И желанная страна
                Вот уж издали видна.
                Вот на берег вышли гости;
                Царь Салтан зовёт их в гости.
                И за ними во дворец
                Полетел наш удалец.
(Царские палаты. Далее действие развивается по А.С. Пушкину…)
… весь сияя в злате
Царь Салтан сидит в палате
                На престоле и в венце
С грустной думой на лице;
А ткачиха с поварихой,
С сватьей бабой Бабарихой
Около царя сидят
И в глаза ему глядят.
Царь Салтан гостей сажает
За свой стол и вопрошает:
САЛТАН. Ой вы, гости-господа, долго ль ездили? куда? Ладно ль за морем, иль худо? И какое в свете чудо?
1-й КУПЕЦ. Мы объехали весь свет…
2-й и 3-й (поддакивают). Весь! Весь!
1-й. За морем житье не худо. В свете ж вот какое чудо: в море остров был крутой, не привальный, не жилой; он лежал пустой равниной; рос на нем дубок единый. А теперь стоит на нем…
ВСЕ ТРОЕ В ГОЛОС. Новый город со дворцом!
1-й. С златоглавыми церквами!
2-й. С теремами и садами!
3-й. И сидит в нем князь Гвидон…
ВСЕ ТРОЕ. Он послал тебе поклон! (Встают и кланяются царю. Снова чинно садятся за стол.)
САЛТАН.  Гм?.. И чего я тут сижу? (Встает.) Чудный остров навещу… У Гвидона погощу?!
(«Но ткачиха с поварихой, с сватьей бабой Бабарихой не хотят его пустить чудный остров навестить». С трех сторон хватают его за руки, за платье и усаживают обратно на трон.)
ПОВАРИХА. Уж диковинка, ну право – город у моря стоит! Фи! Знайте, вот что не безделка: Ель в лесу, под елью белка. Белка песенки поет и орешки всё грызет, а орешки не простые, всё скорлупки золотые, ядра – чистый изумруд! Вот что чудом-то зовут!
САЛТАН. Ну? И где та ель, где белка? Нет… Чудный остров навещу! У Гвидона погощу! (Снова встает, но бабы снова усаживают царя на трон.)
ТКАЧИХА. Что тут дивного? Ну вот! Белка камушки грызёт, мечет золото и в груды загребает изумруды. Этим нас не удивишь. В свете есть иное диво: море вздуется бурливо, закипит, подымет вой, хлынет на берег пустой, разольется в шумном беге, и очутятся на бреге, в чешуе, как жар горя… тридцать три богатыря! Все красавцы удалые, великаны молодые, с ними дядька Черномор.
                Спорить с нею не хотят.
                А комар-то злится, злится…
                Зажжужал он и как раз
                Тетке сел на левый глаз,
                И ткачиха побледнела:
ТКАЧИХА. Ай! (И тут же окривела.)
                А комар, как в первый раз,
                Поварихе впился в глаз.
ПОВАРИХА. Ой!
                Повариха побледнела,
                Обмерла и окривела.
            (Все, кроме царя, с криками ловят комара).
ТКАЧИХА. Распроклятая ты мошка!
ПОВАРИХА. Мы тебя!..
                А он в окошко,
                Да спокойно в свой удел
                Через море полетел.
 
Картина 4.
Остров Буян. Берег моря с разбитой бочкой, город на холме. «Снова князь у моря ходит, с синя моря глаз не сводит; глядь – поверх текучих вод Лебедь белая плывёт».

                (Продолжение следует…)

Админы, ау! Неужели при переносе текста нельзя сохранять исходный формат? (Автор.)