Фрагмент книги Страж Вечности

Фрагмент книги Страж Вечности неизвестная жизнь: невесты Кощея. Следы на ледяной траве

Устав ходить по комнатам пустого терема Владыка вышел на террасу и устроился в удобном кресле. Вся природа спала тихим сном под пушистым белым покрывалом снега. Прошла неделя с тех пор, как внезапно исчезла Ясна. Поиск не дал никакого результата и только спустя четыре дня Владыку пронзила догадка и он оказался у Макош. Она сидела в глубокой задумчивости клубки судеб застыли в её руках.
- Ты знала куда она исчезла? – В голосе Владыки звучало злость и осуждение.
- Ты не в праве меня осуждать, но я отвечу на твоё осуждение. Нет, я не знала. Но вскоре догадалась. Поскольку её исчезновение сопровождалось необычными деталями.
- Почему сразу не озвучила.
- Мы не в силах что-либо изменить, Владыка. Что бы случилось если бы я сказала, то о чем догадалась? – Тихо спросила Макош. Владыка горел темным огнем. Но слова Макош отражали реальность, они ничего не могли сделать. Как бы он не бушевал, но попасть в Тьмирь он не смог бы. Двери были запечатаны, а печати находились в Ирии. И вот так никто бы не решился распечатать врата. Слишком много сил было положено для того, чтобы наложить эти печати. Владыка развернулся и спросил.
- Ты уже послала весточку?
- Пришлось.
- И что же теперь нам делать?
- Птица Гамаюн пропела свою песнь. А в ней есть и гибель, и возрождение как ты помнишь. – Тихо произнесла Макош.
- Да, я помню предсказание, Матушка. Только не как не пойму почему именно она.
- Мы наделены многими силами Владыка, но даже мы иногда не властны понять по-мыслы Мира. И до сих пор никто не смог разгадать зачем он наделяет некоторые души сво-ими миссиями. А нам остается ждать. Ты связан с Ясной хочешь ты этого или нет. Первые изменения почувствуешь ты, будь осторожен в своих проявлениях чувств, это может убить её.
Мир изменился для Кощея он теперь сидел в тереме выгнав всех, кто проживал тут был мрачен, неразговорчив и погружен в себя.

- Что ты делаешь? – Задыхаясь под тяжесть тела кота шептала Ясна.
- Тише, хозяйка, тише. – Шипел Баюн.
Сквозь густую шерсть Ясна увидела бестелесные тени они были сотканы из тьмы и кружили в воздухе от них шла волна тревоги и беспокойства. Кот застыл тени остановились как раз напротив выхода из коридора они чего-то ожидали, а затем рассыпались по про-странству пещеры. Появился тихий монотонный звук он проникал повсюду Ясна почувство-вала, что он проявляется в виде внутреннего раздражения. Оно нарастало, преображаясь в тревогу и угнетенное состояние. Ясна еле держалась на ногах хотелось кричать и плакать громко навзрыд. Баюн усилил давление буквально впечатав её в гладкий холодный камень. Этот холод освежал внутренний жар, давал проблеск сознанию говорил ему что это все мо-рок, иллюзия, обман.
Бестелесные тени подлетели к проходу и уже собирались вовнутрь как тон звука из-менился, и они тут же сбились в кучку и растворились, но одна тень успела залететь в кори-дор стены защитили её от звука. Она в нерешительности остановилась было такое впечатле-ние что ориентир у неё потерян задачи нет, но в следующее мгновение она взлетела в тем-ноту и обрушилась оттуда в то место, где стояли кот и Ясна излучая тонкие иглы фиолето-вого света. Но по непонятной причине её откинуло в сторону. Баюн среагировал мгновенно он выкинул Ясну в пещеру и прыгнул вслед за ней взмахнул хвостом и вокруг них образо-вался прозрачный пузырь.  Он успел всё это сделать в одно мгновение на одном дыхании. Тут же в след за ними в пещере появилась тень её контуры расплылись и колыхались словно по ним проходила рябь. Ясне показалось что тень в ярости. Хотя самих эмоций она не чув-ствовала. Она металась по пространству и не находила никого пространство изменилось, и она замерла, а потом растаяла. Баюн фыркнул и они упали на каменный пол. Сильно уда-рившись Ясна, тяжело поднялась на ноги.
- А по мягче нельзя было нас приземлить? – Выдохнула она.
- Прости, хозяйка, но сил не было. Кот встал на ноги и стал трясти ногами и тулови-щем. Ясну окатила жемчужная пыль. Взгляд её привлекли стены пещеры на них были раз-вешены плоские пластины каждая из них показывала сцену из жизни того или иного чело-века.
Ясна шла рядом и рассматривала их памятуя, что ни к чему нельзя прикасаться она руки сцепила в замок за спиной чтобы не было соблазна.
- Что это? – Она повернулась к Баюну пройдя половина пещеры. Он в это время сидел в центре наблюдая за коридорами, изобилующими в стенах пещеры.
- Эта пещера памяти, хозяйка.  – Мягкий бас отразился от свода пещеры и вернулся к его хозяину. – Здесь собраны миры, и их жители которых уже нет в пространстве, но кото-рые спят в звоне сонного кувшина.
- То есть те кувшины, которые я видела это сонные кувшины? – Тихо спросила Ясна.
- Да, хозяйка, это они. Они вечный покой и тюрьма для душ, которые находятся там во сне.
- А…?
- Для более подробного рассказа не пришло время нам надо уходить нас уже начали искать.
Баюн подскочил к ней она села к нему на спину, и они окунулись в темноту проёма. Скорость, с которой они перемещались была велика Ясна даже и не подозревала что её пи-томец умеет так быстро перемещаться пещеры мелькали так быстро что она перестала заме-чать их смену. Сколько они проскочили пещер, сколько коридоров заметал кот хвостом и не сосчитать она и не считала. Впереди темнота мелькала искрами, которые рассыпались в миллиарды огоньков это было завораживающее и убаюкивающие зрелище.
Ясна прижалась к тёплой шерсти Баюна, пытаясь унять дрожь. Ветер свистел в ушах, а сердце колотилось в такт неслышному дыханию мира — будто то бы он сам помогал им найти убежище.
— Куда мы направляемся? — воскликнула она, пересиливая гул пространства.
— Туда, где даже тени не посмеют нас искать, — отозвался Баюн, не сбавляя хода.
Внезапно движение оборвалось. Ясна чуть не слетела со спины кота, они плавно начали спускаться по спирали вниз. Вокруг царила абсолютная тишина — не та, что бывает в пустых залах, а глухая, будто звук здесь попросту не рождался.
Пещера была иной. Стены, потолок, пол — всё состояло из полупрозрачных граней, переливающихся блёкло фиолетовым светом. В центре возвышался монолит, напоминаю-щий застывший водопад: потоки стекла будто окаменели на полпути вниз. Они наконец до-стигли пола и Ясна легко спрыгнула со спины кома стала ходить и рассматривать помеще-ние.
— Это место… — Ясна подошла к одной из стен, и её отражение множилось в гра-нях, создавая бесконечный коридор двойников. — Оно живое?
— Оно помнит, — пробасил Баюн. — Здесь хранится то, что мир не принял, выки-нул, или стер из памяти попытался забыть.
Он подошёл к монолиту и провёл лапой по поверхности. Камень откликнулся — внутри зашевелились тени, складываясь в образы:
Талрис, стоящий на краю бездны, его руки тянутся к звёздам, но звёзды гаснут под его прикосновением;
Макош, плетущая нити судеб, а рядом — Вий, закрывающий глаза, чтобы не видеть того, что должно произойти;
Сама Ясна, но иная — с глазами, полными звёздного света, держащая в руках душу-ребенка, из которого льётся тьма.
— Что это? — голос Ясны дрогнул.
— Отголоски истин, — Баюн отстранился. — Тени, а зале памяти, они — стражи Тьмира.
Ясна опустилась на холодный пол, пытаясь осмыслить увиденное.
— Почему они напали именно на меня? Чем я… отличаюсь?
Кот сел напротив, его изумрудные глаза вспыхнули.
— Потому что ты — бессмертная душа. Ты не подчиняется законам этого мира. Ты можешь возродить то, что было стёрто, видеть то, что скрыто. Именно поэтому ты нужна ловцам душ. Именно поэтому тебя уже ищут.
— Но зачем я им?
Баюн поднял лапу, и в воздухе возник мерцающий образ: кувшин, подобный тем, что Ясна видела в пещере памяти, но его поверхность была испещрена рунами. — Это — Сосуд Забвенья. В нём хранится последнее дыхание Талриса. Если он пробудится, баланс сил рух-нет.
— Та женщина с обручем на голове последняя Жрица, которая должна выполнить предначертание. Жрица слепа она не ведает что возрождение Талриса станет концом всего мира. Он — огонь, который сожжёт всё дотла.
Ясна встала, подошла к монолиту. Её отражение смотрело на неё — но теперь в гла-зах двойника горел тот же звёздный свет.
— Ты говорила, что я связана с Владыкой, — обратилась она к невидимой Макош. — Что это значит?
Ответ пришёл не словами, а ощущением: тепло в груди, будто кто то держал её серд-це в ладони. Это было странно знакомо — как воспоминание о прикосновении, которого никогда не было.
— Он — твой якорь, — пояснил Баюн. — Пока он жив, ты можешь вернуться. Но ес-ли он падёт…
— Я засну навеки здесь, — закончила Ясна. — Как те души в кувшинах.
- Расскажи мне всё пока это возможно. – Попросила Ясна. – Моё решение изменит не только этот мир, но и мир, где мы живем он не останется таким как мы его знаем сейчас.
Кот кивнул.

Черновик книги можно приобрести на Литрес