Топинамбур, или кто куда топает

             

У апельсинового зайца Динь-Диня пропал сапог. Обувка была практичной, приспособленной для чего угодно: для работы в огороде и для похода по болотам за клюквой, для весеннего марафона и для встречи с друзьями. Вчера ещё жёлтый сапог стоял рядом со своим близнецом возле крыльца – отмытый от потёков грязи и пахнущий хвоей.
- Странно, - взмахнул длинными ушами заяц. – Не мог же он броситься в топь, чтобы утопиться – ему жилось у меня весьма неплохо. Ночью я его не надевал. Куда сапог утопал?
Динь-Динь внимательно обследовал землю вокруг дома. Следов одноногого грабителя не нашлось! В барабашек и прочую нежить заяц не верил, и поэтому склонился к версии, что обувь умыкнул крылатый шутник.
- От дальнейших поисков толку не будет, - решил Динь-Динь. – Раз второй остался без пары, я сделаю из него смешную клумбу.
Смешал в равных долях торф, песок и перегной, добавил горстку речной гальки и засыпал внутрь сапога. Посадил туда кустик фиолетовой луговой герани – для серьёзности и ораву бело-розовых маргариток – ради легкомыслия. А потом он заказал в сервисе «Ага! Угу!» новые сапоги – зелёные, как лягушка-травянка. Почтальон доставил посылку в тот же день и рассказал Динь-Диню о новом увлечении жителей апельсиновой страны.
- Через четыре месяца, в середине осени, состоится музыкальный фестиваль. Я слышал, что вы, уважаемый Динь-Динь, раньше играли на барабанах. Почему бы вам вновь не ударить по тарелочкам?
- Несолидно, - возразил заяц. – Хотя…
Он думал о выступлении, когда сажал топинамбур, чьи корнеплоды напоминают вкус капустной кочерыжки. Размышлял, когда ездил в город навестить родственников, и вместо этого купил в магазине «Тромбон, суслик и К.»  великолепные барабаны и палочки, выкрашенные в «укропный», золотисто-зелёный цвет. Думал, когда соревновался с соседом, бобром Удмуртием, кто быстрее обстругает и дальше забросит осиновое полено. Размышлял, когда заблудился в высоченных зарослях всё того же топинамбура и звал на помощь крота Фанфана.
- По одиночке выступают обычно барды, вроде лиса Пар-Гасена, - вслух подвёл итоги раздумий. – Мне же требуется команда, группа, ансамбль, в общем, «шарашка» из тех, кто не станет мелочиться, играя на публику, и оторвётся на полную, отожжёт, пободается с другими игроками, игрунами, игрецами.
Он написал объявление на листах цветного картона и отдал волку Серому-Былинному. Почтальон разносил бандероли и заодно раздавал приглашения на пробы в группу «Грюнделей заказывали?!». Первой пришла медведица Евлалия. Завидев издалека её громоздкую фигуру, Динь-Динь схватился за голову: «Теперь попрут бездари, которым медведь на ухо наступил!»
- Здравствуйте, дяденька, - тонким голоском произнесла медведица. – Это у вас в музыканты набирают?
- У нас, - растерянно ответил заяц. – А куда ты свой контрабас задевала?
- Что вы, дяденька, - удивилась Евлалия. – Какой ещё контрабас? Дедушка учил меня играть на скрипке.
«Представляю себе дедушку и его учёбу», - подумал Динь-Динь.
Медведица вытащила из футляра скрипку, покрытую красным лаком. Смычок прикоснулся к струнам, и волшебная мелодия заставила Динь-Диня устыдиться мыслей о бездарях, лишённых музыкального слуха.
- Принята, - тихо произнёс он и повторил громче. – Принята!!! 
А потом народ повалил, словно грибы в урожайный год. Зайцу пришлось потрудиться – среди желающих, действительно, попалось немало тех, чья уверенность расходилась с талантливостью. В воскресенье прибыли два друга: пёс-динго Огги и осьминог Димитр. Огги толкал перед собой тачку, на которой булькал водой аквариум.
- Привет, братан, - пёс взмахнул лохматыми ушами и не менее лохматым хвостом. – Ежели тебе надобны спецы, а не подготовишки, бери нас с приятелем. Я на бас-гитаре бренчу, а Димитр на синтезаторе лабает.
- Бренчишь? – повторил Динь-Динь. – Может, тебе лучше забраться в глушь? Чтобы никто, кроме пней, не слышал? И там изображать из себя великого гитариста?
- Зря вы так, милейший Динь-Динь, - подал голос осьминог. – Затрапезный вид моего друга не умаляет его способностей. Послушайте нас. Не понравится, мы уйдём.
Заяц сварил кофе с острым перцем для себя и медведицы, уселся на крыльцо и дал отмашку:
- Ладно. Играйте, пока я пью кофе из маленькой фарфоровой чашечки. Проявите себя за несколько минут – ваша удача. Не сможете – моё везение.
Он прикоснулся губами к краю чашки, и в тот же миг зарокотала гитара, поднимая вокруг себя бурю и усмиряя её. Димитр подхватил мелодию, творя всеми своими восемью щупальцами. То гремел орган, то возникал откуда-то рояль, то щебетали ручьи и птицы. Динь-Динь понял, что и на этот раз его первое впечатление оказалось ошибочным.
- Оставайтесь! – сказал он, не дожидаясь, пока в чашке останется лишь кофейная гуща. – Ну, вы и даёте!!!
Музыканты были найдены. Не хватало певца. Динь-Динь ощущал, что в ТАКОЙ группе не место завзятым певунам. Нужно было что-то невероятное! В начале сентября, когда заяц собрал урожай топинамбура и заодно откопал на грядке пропавший сапог, на репетицию пожаловал крыс. Бабочка-огнёвка украшала его грудь. Позолота покрывала длинный голый хвост. Крыс задирал нос, чтобы казаться повыше и позначительней. Он бесцеремонно сунул Огги объявление о наборе и уставился на Динь-Диня.
- Эй, малявка, куда штиблеты кидаешь? – рыкнул динго. – Зенки протри, покуда золотишко не обтрясли! Тут играют мастаки, а не профаны с чудными прикидами. 
- Да, - подтвердил заяц, - пискуны нам не требуются.
- А с чего вы решили, что у меня дискант? - великолепным баритоном ответил крыс. – У меня идеальный музыкальный слух и голос, поставленный самой Варапуйтрой – королевской коброй.
Об учениках кобры все знали. Никто, кроме них, не обращался с голосом столь виртуозно.
- Позвольте представиться, - продолжил гость. – Контр-тенор Шаляппис. Могу звучать, как женское сопрано, и как мужской бархатный баритон. Я всемогущ!!!
- Ну, и зазнайка, - шепнула медведица осьминогу.
- Да, пусть пыжится, - засмеялся тот. - Лишь бы не опозорил нас на фестивале. 
Оставалось одно «но». Песня!!! Чтобы пробиться в лидеры, нужно иметь – с чем! Кто сложит слова, чтобы они оказались не пустыми? Настоящий поэт! Кто напишет к ним музыку, чтобы смысл не растёкся и не стал просто набором КАКИХ-ТО звуков? Настоящий композитор!
Динь-Динь подумал, что для его группы не подойдут известные маэстро.
- Хоть опять давай объявление, что срочно необходима песня, не запятнавшаяся себя знакомством с публикой, - хмыкнул он.
- У меня есть знакомец, - сказал Огги, жующий здоровенный бутерброд с сыром. – А у него есть племяш. А у племяша есть песня – точь-в-точь в нашем вкусе.
- Чего ж ты молчал?! – заорал Динь-Динь. – Напой её скорей!
- Ага!!! – мотнул ушами динго, и песня зазвучала…

                Джунгли хрипят животами,
                Крик их с дыханьем смешан.
                Эй, кто родился котами,
                Быть вам с десятком проплешин.

                Чтоб не учили учёных
                До поросячьего визга,
                Нас – просолённых, перчёных!!!
                Слышишь, ты, рыжая киска?

                Сколько принцесс среди чащи
                Ждёт от разбойников чуда!
                Смейся же, киска, почаще,
                Чтобы не билась посуда!

- Хм, песня хулиганская, - с сомнением сказал Димитр. – Наверняка остальные участники выступят с песнями правильными…
- Прилизанными! – выдал Огги. – Раз у нас название хулиганское, значит, и песня должна быть под стать. Самое главное – соответствие себе, а не другим.
- Хмммм, - опять усомнился осьминог. – А сможет ли уважаемый контр-тенор исполнить не классический образец, а почти «пещерный»?
- Я всемогущ! – постучал позолоченным хвостом Шаляппис.
И, действительно, он мгновенно преобразился. Уже не было важного профи, кичащегося своим умением. Вместо него возник серый крыс, готовый драться и побеждать везде и всегда.
- Обомлели, птенчики? – ехидно спросил он и оскалил в усмешке зубы. – Как там в песне: «джунгли хрипят животами…»?
В середине осени группа «Грюнделей заказывали?» заняла первое место. Публике давно не встречалась столь странная и, казалось бы, несовместимая компания.
- Поздравляю нас, друзья! – заяц подбросил вверх «укропные» палочки. – И предлагаю – не разбегаться в разные стороны, а продолжить творить дальше вместе. Согласны?
- Мы – звёздодёры, мы – каскадёры! – завопил динго и вылил в аквариум крепкий настой валерианы.
- Фу, глупый! – крикнул Димитр, в панике переползая на траву. – Теперь придётся воду менять. И займёшься этим ты, вредитель!
Компания, включая крыса, таскала в вёдрах чистую воду из родника. На четвёртом круге Динь-Динь остановился:
- Осталось то, что не даёт мне покоя.
- Что готовить из топинамбура, когда надоест вкус капустной кочерыжки? – спросила медведица.
- Нет. Как мой сапог попал под землю?
- Было бы из-за чего беспокоиться, - заметил осьминог. – Ты же типичный «лунный заяц».
- А не сбацать ли нам хит сезона о лунатике в жёлтом сапоге и о тех, кто куда-то топает? – загорелся Огги.

                После нас хоть потоп!
                Мы стоим у знака «STOP».
                Топинамбур не сапог,
                Рэп, признаемся, не рок. 

- Ээээээ, - удивился Динь-Динь и захрустел очередной «кочерыжкой».