Наваждение

Герои :Алиса и Максим
НАВАЖДЕНИЕ
Глава первая
ЖУТКИЙ СОН
Привет! Меня зовут Алиса, мне 20 лет и, в скором будущем, я собираюсь замуж за моего однокурсника, Максима Борисяка.
А ещё я учусь в палеонтологическом институте А. А. Борисяка РАН на третьем курсе. Не то, чтобы я мечтала всю жизнь провести, изучая пыльные окаменелости, но мне очень хотелось путешествовать по разным интересным местам.
Я изучаю палеоэкологию. Это часть палеонтологии выясняет и восстанавливает условия жизни вымерших животных и растений, в неблагоприятной среде, то есть во время  накопления в почве токсичных веществ и химических элементов, пересыхания водоёмов, увеличения интенсивности ультрафиолетового излучения и так далее.
После того, как я начала писать курсовую по вопросу:" Причины вымирания  лютоволка", мне стали снится очень странные сны. А один из них повторяется особенно часто.
Мне снится дорогая загородная резиденция. Поздний вечер на праздничной террасн возле лесополосы. Столы для гостей стоят по кругу, начиная от стола для жениха и невесты. Свадьба в разгаре. Танцпол сияет. Музыканты играют изысканный джаз. Жених и невеста исполняют свой первый танец как супруги. Везде пахнет дорогими духами, вкусной едой и цветами.
Невеста с волосами цвета осенней листвы и выбившимися из причёски прядями,  танцует, обхватив шею жениха, худыми длинными руками с тонкими пальцами и ногтями, похожими на острые коготки.
В  каждом её движении, в каждом жесте, скользит лёгкая грация хищницы. Она
поворачивает голову и я узнаю в ней себя. Невеста улыбается и её, и без того узкие губы, растягиваются, став ещё уже. Но глаза... Её янтарные глаза с вытянутыми зрачками остаются холодными и  настороженными.
 На носу, сквозь потерявший свое предназначение макияж, видны рыжие веснушки, как следы от искр костра.  На скулах высокий румянец, но он не от стыдливости, а, скорее, от скрытого волнения. У меня так часто бывает.
Платье  у неё не ослепительно -белое, а ближе к цвету слоновой кости- серебристо-серое, с синеватым отливом. Ткань не струится мягко, а шуршит, как опавшие листья или сухой снег. Вырез горловины платья острый и неровный словно ткань вырвана острыми зубами. На тонкой белой шее тяжелое колье из множественных  осколков лунного камня.
Её зоркий взгляд  блуждает где-то по окраинам террасы, а резкий, отрывистый, смех, кажется не настоящим.  Она, всё время напряжена, толи к чему-то прислушивается, толь  ждет чего-то.
Жених, в безупречном фраке, который  сидит  на нем с некоторой небрежностью, намоминает высокого атлета. Руки в белых перчатках выглядят слишком большими и мощными. Вместо галстука- бабочки, узкий шейный платок, похожий на удавку.
Его жесты сдержанны, почти робки, но в них чувствуется скрытая мощь и грация. Он часто поправляет темные волосы, гладко зачесанные, но с непослушной прядью на лбу, как у моего Максима. Глаза цвета  болотной воды. Они то пристально смотрят куда-то вдаль, то оценивающе замирают на невесте, то есть  на мне.
Он держится  прямо, с  напряженной спиной, но ведёт танец очень быстро и уверенно. В его объятиях я, словно, пойманная лань.
И вот, в кульминационный, самый тихий момент музыки, когда мы  замираем в объятиях, из-за чёрной стены леса, в ста метрах от террасы, раздался протяжный, леденящий душу волчий вой.  Он наложился на последнюю фортепианную ноту и заглушил её.
В воздухе повисла абсолютная тишина. Все замерли, бокалы застыли в воздухе.
Мы вздрогнули и посмотрели в глаза друг другу.  Этот взгляд не был взглядом ужаса, это был взгляд древнего понимания. Этот  вой, словно, был не внешним, а звучал  эхом внутри нас самих.  По  лицам пробежала судорога узнавания, будто это наши собственные голоса, наконец-то вырвавшиеся на свободу. Кажется, что для нас этот вой
стал песней, слова которой мы давно знали.
Этот короткий момент длится всего несколько ударов сердца, но, после него изменяется всё.
- Оказывается, хиты зверей сегодня, тоже, в нашем плейлисте! - обьявил весёлый голос ведущего, - Продолжаем веселье!
Но зал уже не тот. Над террасой нависло чёрное облако тревоги с запахом дикого страха. По спине ползут мурашки.
Когда я рассказала сон Максиму, он долго смеялся над моими фантазиями. А потом сказал, что я слишком глубоко погрузилась в подготовку курсовой работы. Его отец уже давно изучил этот вопрос, и можно, просто, воспользоваться его статьями, чтобы не засорять мозги перед свадьбой.
Я, конечно, полностью была согласна с Максимом, но мне очень хотелось до всего докапаться самой.
23.01.2026.
Лариса Рудковская