Трагедия Плюшкина

«Мертвые души» закончила какое-то время назад, но никак не могла подступиться к тексту о нем. Как будто надо было перепрожить и уложить то новое восприятие, которое случилось в результате перечитывания такого знакомого и, казалось, понятного текста. Но все, по классике, оказалось иначе.

В моей голове комедия положений и характеров трансформировалась безысходную драму. Драму писателя, который замахнулся на авторитет Данте и не вывез (томов должно было быть три по аналогии с Божественной комедией). Драму сожженного второго тома, который обрывается на безысходной ситуации из которой нет логичного выхода (та, где князь критикует коррупцию в российском правительстве, а потом по-человечески просит чиновников найти в себе хоть каплю благородства и спасти землю от разорения). И, конечно, личную драму каждого из участников событий, и самую горькую среди них - трагедию нелепого и комичного Плюшкина.

Его имя стало нарицательным, а самого его автор представляет с самой неприглядной стороны. Время стерло из моей памяти его историю, и когда я начинала читать главу про него, меня не отпускал главный вопрос: “что же такого произошло в твоей жизни, что ты стал таким”. А потом Гоголь нам все объясняет. Это был владелец богатейшего имения, “трудолюбивый паук”, умный “опытностью и познанием света была проникнута речь его”, общительный. У него была жена и трое детей. И, казалось бы, что могло пойти не так.

Сначала у него умирает любимая жена “приветливая, добрая,  хлебосольная хозяйка”. Уже после этого у Плюшкина проявляются первые симптомы недуга: он становится беспокойнее, подозрительнее и скупее. Старшая дочь при поддержке гувернантки сбежала и тайно обвенчалась с военным (немыслимый стыд для того времени). Сын вместо того, чтобы пойти на службу, куда его отправил отец, определился в полк и закартежничал. Младшая дочь просто умерла. А сам Плюшкин начал медленно сходить с ума.

Возможно, моим личным триггером стала форма его безумия. У меня был сложный период, когда жизнь в буквальном смысле рушилась, и свое успокоение я находила в том, чтобы собирать и раскладывать вещи по цветам и формам. Логика была простая: если я не могу ничего сделать с хаосом своей жизни, нужно начинать с упорядочения простых предметов вокруг себя. Как потом говорил врач, это некая форма ОКР, проявившаяся в результате обострения тревожно-депрессивного расстройства. Несмотря на лечение и многолетнюю ремиссию (я считаюсь выздоровевшей), до сих пор упорядочиваю предметы, только научилась использовать это в пользу: в моем доме у каждой вещи есть свое место и всегда порядок.

У Плюшкина же не было шансов. И если рассматривать в комплексе весь портретный ряд помещиков, он как будто там быть не должен. Правда, если так разматывать, я могу оправдать любого из них. Но почему-то только история Степана Александровича разбила мне сердце в этот подход к книге.

Предполагают, что Плюшкин должен был преобразиться из жадного старика в странника-благодетеля, который старается всячески помочь беднякам. Но Гоголь так и не сумел убедительно описать пути перерождения людей, в чем после сожжения рукописи признавался сам. Может быть от того часто мне кажется, что мы застряли где-то между адом и чистилищем. А наш главный колдун от литературы вертелся в гробу, потому что предвидел это и корил себя за то, что проклял нас, пытаясь спасти.