Тьма, накрывшая Ершалаим - итог романа Булгакова

«Тьма, накрывшая Ершалаим»: метафизический итог романа М.А. Булгакова

В кульминационной сцене романа Михаила Булгакова «Мастер и Маргарита», подводящей черту под ершалаимскими главами, князь тьмы Воланд, обращаясь к Левию Матвею, произносит ключевую для понимания всего произведения фразу: *«…он не заслужил света, он заслужил покой»*[1]. Непосредственно перед этим звучит описание развязки драмы: «Тьма, пришедшая со Средиземного моря, накрыла ненавидимый прокуратором город… Ершалаим исчез, великий город, как будто не существовал на свете»[2]. Эта «тьма», накрывшая город, — не просто атмосферное явление или художественная деталь. Она является многослойным символом, вбирающим в себя исторический, философский и метафизический смыслы, и выступает итоговым приговором миру, основанному на лжи, трусости и отречении от истины.

*Во-первых, тьма — это символ исторического возмездия и божественного суда.* С точки зрения библейской традиции, солнечное затмение и природные катаклизмы сопровождают смерть мессии и знаменуют грядущее разрушение города, отвергнувшего истину. Как отмечает исследователь И.Ф. Бэлза, Булгаков мастерски использует евангельский мотив тьмы «по всей земле» (Мф. 27:45), но наполняет его собственным, более масштабным содержанием[3]. Тьма здесь — не просто скорбь природы, а акт стирания. Ершалаим, ставший местом предательства, трусливого компромисса (Понтий Пилат) и духовной слепоты, «исчезает» как несостоявшийся, не оправдавший своего предназначения духовный центр. Он накрывается тьмой забвения, которую посылает не столько Бог, сколько сама логика истории, отвергающей неправедное. Однако Булгаков идет дальше: его тьма — не предвестие будущего разрушения (как в Евангелии), а мгновенный и окончательный приговор, исполненный здесь и сейчас. Город не просто будет разрушен — он аннулируется как феномен, перестает иметь значение в высшей, метафизической бухгалтерии.

*Во-вторых, и это главнее, тьма — это философская категория, обозначающая торжество абсурда и бессмысленности земного суда.* Воланд и его свита в московских главах обнажают абсурд и лицемерие советской реальности. Параллельно в ершалаимских главах та же функция возложена на тьму. Она демонстративно накрывает город сразу после того, как Пилат, поддавшись трусости — «главному пороку», по Булгакову, — утверждает смертный приговор невиновному. Тьма становится зримым воплощением мрака, воцарившегося в душах людей, предпочитающих личный покой и карьеру голосу совести. Она — антипод «света» истины, который нес Иешуа. Поскольку город и система (как римская власть, так и Синедрион) отвергли этот свет, их закономерным уделом становится беспросветный мрак. Исследователь Б.В. Соколов трактует эту тьму как «символ конца старого мира, обреченного на гибель за свою несправедливость»[4]. Но важно, что этот «конец мира» носит избирательный характер: он стирает не физический город, а его *идею*, его статус центра событий. Как замечает Е.А. Яблоков, «тьма выполняет функцию "сбрасывания" Ершалаима в небытие, аналогичную функции "изглаживания" в библейской традиции»[6].

*В-третьих, «тьма, накрывшая Ершалаим», — это проявление той самой трансцендентной, вечной силы, которую представляет Воланд.* Он не просто констатирует факт, его слова звучат как приговор, санкционирующий это исчезновение. Воланд в булгаковской концепции — часть божественного миропорядка, сила, карающая за предательство высших идеалов. Тьма — его стихия и его орудие. Однако важно, что эта тьма не является абсолютным злом. В мире Булгакова, как верно подмечает литературовед В.И. Лакшин, «тьма и свет не борются, а скорее сотрудничают, выполняя каждая свою работу»[5]. Тьма «накрывает» ложный, греховный мир, чтобы очистить место для иного, высшего решения. Она — необходимое условие для последующего дара «покоя» Мастеру, который находится уже по ту сторону дихотомии света и тьмы. Таким образом, тьма выступает не только как кара, но и как *очищающая, разрешающая сила*, расчищающая пространство для милосердия.

*Наконец, можно выделить четвертый аспект: тьма как символ небытия и вечного забвения, которое страшнее физической казни.* Для Пилата, обреченного две тысячи лет мучиться воспоминаниями на лунной дороге, Ершалаимская тьма становится вечным тюремным заточением. Город исчез, но его грех — нет. Тьма, поглотившая Ершалаим, контрастно оттеняет незатухающий «свет» его мук совести. В этом парадокс: город стерт, но последствия поступка, в нем совершенного, вечны. Как отмечают И.З. Белобровцева и С.К. Кульюс, «тьма, накрывающая Ершалаим, — это визуализация морального вакуума, итог выбора, сделанного его обитателями и властителем»[7]. Это небытие, в которое погружен город, становится метафорой духовной смерти целой цивилизации.

Таким образом, слова о тьме, накрывшей Ершалаим, являются смысловым узлом всего романа. Они означают *тотальное отрицание мира, построенного на несвободе и лжи.* Это и исторический суд над Иерусалимом, и философский приговор любой системе, подавляющей личность и истину, и метафизический акт, совершаемый высшими силами для восстановления справедливости. Ершалаимская тьма напрямую соотносится с московским хаосом, учиненным свитой Воланда: и то, и другое — болезненная, но необходимая «операция» по вскрытию гнойников общества. Исчезновение города в мраке — это драматическая прелюдия к центральной идее романа: недостижимости «света» в его ортодоксальном понимании для уставшей, искалеченной, но сохранившей достоинство человеческой души, которой уготован иной, более милосердный удел — вечный покой. Тьма, накрывшая Ершалаим, — это не конец истории, а ее страшный и окончательный *моральный итог*, после которого начинается иное измерение бытия — измерение вечности и посмертного воздаяния.

Список литературы

1.  Булгаков, М.А. Мастер и Маргарита / М.А. Булгаков. — М.: АСТ, 2020. — С. 736.
2.  Там же. С. 735.
3.  Бэлза, И.Ф. Генеалогия «Мастера и Маргариты» / И.Ф. Бэлза // Контекст-1978. — М.: Наука, 1978. — С. 156-248.
4.  Соколов, Б.В. Роман М. Булгакова «Мастер и Маргарита»: Очерки творческой истории / Б.В. Соколов. — М.: Наука, 1991. — С. 89.
5.  Лакшин, В.Я. Роман М. Булгакова «Мастер и Маргарита» / В.Я. Лакшин // Новый мир. — 1968. — № 6. — С. 284-311.
6.  Яблоков, Е.А. Мотивы прозы Михаила Булгакова / Е.А. Яблоков. — М.: РГГУ, 1997. — С. 112-115.
7.  Белобровцева, И.З. Роман М. Булгакова «Мастер и Маргарита»: конструктивные принципы организации текста / И.З. Белобровцева, С.К. Кульюс. — Таллинн: TP; Kirjastus, 2007. — С. 167.
8.  Гаспаров, Б.М. Литературные лейтмотивы: Очерки русской литературы XX века / Б.М. Гаспаров. — М.: Наука, 1994. — 304 с. (глава о «Мастере и Маргарите»).
9.  Вайль, П., Генис, А. Родная речь. Уроки изящной словесности / П. Вайль, А. Генис. — М.: КоЛибри, 2008. — 256 с. (глава «Михаил Булгаков: Зойкина квартира»).

Редактор, Принц Крыма и Золотой Орды, Посол, Профессор, Доктор Виктор Агеев-Полторжицкий

Если этот материал резонирует с вами, приглашаю вас погрузиться глубже.

В моих книгах («Золотой синтез: междисциплинарные исследования философии, науки и культуры», «В поисках Теории Всего: между реальностью и воображением», «Теория всего: путешествие к свободе и вечности» и других) я подробно исследую природу мифа, границы реальности и духовные поиски в современном мире. Это путешествие в символические вселенные, где каждый сюжет становится ключом к пониманию себя.

Продолжить исследование: Ознакомиться с моими работами вы можете на ЛитРес — http://www.litres.ru/author/viktor-ageev-poltorzhickiy/ или в основных онлайн-магазинах.