О поиске виновного, несправедливости, боли и зле

– Здравствуйте! Сегодня мы погружаемся в несколько, я бы сказала, очень непростых и даже провокационных идей. В основе нашего разбора тексты из учения Виссариона. И сразу оговорюсь, наша задача сегодня не давать оценку самому движению. Мы хотим посмотреть на любопытные психологические модели, которые там есть. А речь пойдет о том, как человек реагирует на боль, на несправедливость, на зло, и, если конкретнее, о двух вещах, которые, как выясняется, очень тесно связаны.
     Первое – это наша такая, знаете, почти автоматическая склонность искать врагов, когда что-то идет не по-нашему. И второе – это разрушительная природа гнева и мести. Попробуем вот этот путь проследить от такой инстинктивной, почти животной реакции до того, что в текстах называют осознанным человеческим выбором. Мы посмотрим, как работает вот этот интеллектуальный механизм создания врага и почему он так легко включается в трудные времена, а потом – как нас затягивает в эту эмоциональную воронку гнева, которая вроде бы обещает справедливость, а на деле часто сжигает самого мстителя.

– По сути, да, это анализ того, что происходит, когда наш древний инстинкт самосохранения вступает в прямой конфликт с разумом и, если хотите, с духовным ростом.

– Хорошо, давайте тогда начнем с первого тезиса. В текстах говорится, цитирую, что «тяжелые времена – это соблазн  духовно незрелых людей, который прямо-таки подталкивает их искать виновника». Вроде бы мысль знакомая, но почему этот механизм работает так безотказно всю историю человечества? Мы же постоянно наступаем на одни и те же грабли. И корень в нашем древнейшем инстинкте самосохранения.

– Вообще, вся наша цивилизация, по сути, построена на его обслуживании, на выживании. И этот инстинкт за тысячи лет сформировал в нашей психике очень простую, но эффективную программу.

– Какую?

– «Опасность – найди источник, уничтожь источник».

– Звучит очень по-первобытному.

– Так и есть. В древнем мире это было полезно. Но в нашем сложном современном обществе эта программа дает сбой. Она заставляет людей без особых раздумий вешать ярлык врага на любого, на кого им укажут в удобный момент.

– То есть это такое эхо нашего пещерного прошлого, как устаревшая прошивка в компьютере, которая продолжает работать.

– И вот что меня зацепило в этих текстах. Там проводится очень четкая грань между, скажем так, здоровой и нездоровой психической реакцией. И это, пожалуй, ключевой момент. Описывается, что психически здоровый человек, столкнувшись с какой-то негативной информацией о ком-то, по умолчанию отнесется к ней скептически.

– То есть не бросится верить сразу.

– Совершенно верно. Он примет ее к сведению, но его первая мысль будет: «А так ли это? Может, это ошибка или ложь?» Он поверит в плохое, только когда получит неопровержимые доказательства.

– А нездоровый – ровно наоборот.

– Именно. Он слышит что-то плохое и внутренне как будто радуется, он сразу верит. Потому что у него есть вот эта внутренняя потребность в виновном.

– Ему нужен враг, чтобы объяснить собственные проблемы, неудачи.

– Да, его реакция не «может быть», а «я так и знал». И вот эта потребность, как правило, подпитывается очень эгоистичными вещами. Застарелой обидой, завистью, какой-то общей озлобленностью. Гнев и ненависть создают просто идеальную почву для самообмана.   Человек в таком состоянии может совершенно искренне клеветать на другого и при этом быть на 100% уверенным, что он прав. Его эмоции создают для него отдельную искаженную реальность, где его догадки – это уже факты. Там не зря цитируется древняя мудрость из Книги притч: «Кто скрывает ненависть, у того уста лживые, а кто разглашает клевету, тот глуп».

– Получается, эти тексты предлагают своего рода лакмусовую бумажку для информации. Если кто-то, неважно кто, политик, сосед, блогер, говорит о ком-то с неприкрытой ненавистью, со злобой, то его слова автоматически становятся подозрительными. Даже если это кажется правдой. Эмоциональный заряд, по сути, дискредитирует говорящего.

– Это же очень сильный фильтр для восприятия новостей в наше время!

– И это и есть практический вывод: не доверять суждениям, которые окрашены в негодование. И там есть еще одна мысль, которая продолжает эту идею. Есть огромная разница между тем, чтобы назвать врагом того, кто несет явное разрушение, и того, кто пытается что-то создавать, пусть неумело, с ошибками. Первое – это констатация факта, а второе зачастую просто проявление зависти и злобы.

– Хорошо, с психологией поиска врага более-менее понятно. Но ведь это только первый шаг. Найти-то врага нашли, а что дальше? Включается желание действовать, ответить.

– И вот тут учение подкидывает нам идею, которая, честно говоря, идет вразрез со всей нашей культурой. Идея звучит так: «Ответный холод не уничтожает пришедший, но пополняет его». Проще говоря, отвечая злом на зло, ненавистью на ненависть, мы не восстанавливаем баланс, мы просто удваиваем количество зла в мире.

– Но подождите, это же звучит очень пассивно. Вся концепция справедливости от библейского «око за око» до современных судов построена на идее возмездия. Разве это не способ установить границы, показать, что так поступать нельзя?

– Отличный вопрос. Он как раз показывает, насколько глубоко в нас сидит эта парадигма. Человечество тысячелетиями практикует принцип «око за око». Стало ли зла в мире меньше?

– Но ответ, кажется, очевиден.

– Вот именно. И здесь важно разделить два понятия, которые мы часто путаем. Это защита своих границ и ответный удар. В чем разница? Защита границ – это действие, направленное на себя. Сказать «нет», прекратить общение, уйти с токсичной работы.

– Заблокировать агрессора в соцсетях.

– Точно. Цель – сохранить себя, свой покой, свою целостность. А ответный удар – это действие, направленное на другого. Его цель не защитить себя, а причинить боль в отместку. Заставить другого страдать так же, как страдала ты. И вот именно пагубность этого второго пути и разбирается в текстах.

– Понятно. То есть речь не о том, чтобы быть беззащитной жертвой, а о том, чтобы не становиться таким же, как твой обидчик.

– И чтобы это проиллюстрировать, в источниках приводится очень-очень мощная история про человека по имени Андрей.

– Да, и эта история очень показательна. У Андрея был бизнес, и его предал самый близкий партнер.

– Что он сделал?

– Просто выкинул из дела. Увел ключевых клиентов, слил информацию конкурентам. Ну, классическая, очень болезненная ситуация. И Андрей не просто разозлился, он стал одержим идеей мести. И что же он сделал? Он потратил два года своей жизни не на новый бизнес, не на семью, а на планомерное уничтожение бывшего партнера.

– Два года?

– Да. Он нанял частных детективов, собирал компромат, искал уязвимые места, плел интриги. Это стало смыслом его существования. Он буквально жил этой ненавистью.

– И чем все закончилось? Ему удалось отомстить?
– О да. Месть была полной. Бывший партнер потерял все. Бизнес рухнул, репутация уничтожена, он остался у разбитого корыта.

– Победа?

– Победа. Но давайте посмотрим, что получил сам Андрей. За эти два года от него ушла жена. Она просто не смогла больше жить с человеком, который круглосуточно говорит и думает только о ненависти.

– Тяжело.

– Его здоровье было подорвано постоянным стрессом. В 42 года он получил инфаркт. И вот, сидя в больничной палате после своей так называемой победы, он задал себе вопрос.

– Какой?

– Я победил. Но почему мне так пусто и так плохо?

– Он выиграл битву, но сжег собственную жизнь, чтобы добыть топливо для этой войны. 

– Ответ, который предлагает учение, звучит так: «Все, что исходит из сердца твоего, никуда не пропадает». Андрей думал, что его ненависть – это как направленный луч, который уничтожит врага, а она оказалась радиацией, которая в первую очередь отравила его самого. Он два года кормил внутри себя эту тьму, и она его съела изнутри. Он думал, что варит яд для другого, а на самом деле сам сидел в этом котле.

– Да, история Андрея – это мощное предостережение. Но она оставляет нас с очень тяжелым и неудобным вопросом: хорошо, месть разрушительна, но что тогда делать? Какая альтернатива? Когда тебе причинили реальную боль, неужели нужно просто утереться и жить дальше? Ведь идея «не отвечай холодом на идущий к тебе холод» для многих прозвучит как призыв к слабости.

– И это самое распространенное заблуждение. Тексты утверждают прямо противоположное. Сдержать вот этот инстинктивный порыв к мести, не ответить ударом на удар, когда у тебя есть все возможности и, казалось бы, моральное право это сделать – это не слабость, это проявление титанической внутренней силы. То есть это не пассивность, а активное действие. Это не пассивное принятие, а колоссальная активная работа над собой. Снаружи это может выглядеть как бездействие, но внутри в этот момент идет настоящая битва.

– Чтобы это было не просто теорией, есть еще один пример.

– История человека, которого несправедливо уволили.

– Да, начальник совершил серьезную ошибку, которая стоила компании денег, и, чтобы спасти себя, он свалил всю вину на своего подчиненного.

– Подставил. 

– Подставил, да, и того уволили. Но у уволенного сотрудника на руках остались доказательства: рабочая переписка, письма, которые прямо указывали на вину начальника.

– То есть у него был козырь.

– Он мог пойти к высшему руководству, показать эту переписку и не просто восстановить свое имя, а, скорее всего, уничтожить карьеру начальника. Искушение должно было быть невероятным. И он описывает, что первые недели он просыпался посреди ночи в холодной ярости, прокручивал в голове сценарии мести. Но в какой-то момент он остановился и задал себе вопрос, который все изменил: кем я хочу видеть себя через десять лет? Человеком, который потратил месяцы, а может и годы, на войну, на суды, на доказательства своей правоты и уничтожение другого, или человеком, который перешагнул через это, ушел с достоинством и вложил всю эту энергию в создание чего-то нового.

– И он выбрал второе?

– Он выбрал второе. Это было мучительно больно. Но он сознательно принял решение не кормить эту тьму, как он выразился. Он нашел новую работу, а через несколько лет открыл свой небольшой, но успешный бизнес.

– А что же бывший начальник?
– А бывший начальник через несколько лет случайно узнал, что тот так и работает на той же позиции. Вечно недовольный, в постоянных интригах и окруженный врагами, которых сам себе и создал.

– Какой контраст! Один вложил энергию в созидание, а другой так и остался вариться в своей токсичности.

– Этот пример как раз показывает переход от автоматической реакции «меня ударили – я ударю в ответ» к сознательному выбору. И этот выбор подводит нас к самой радикальной и, возможно, самой сложной идее в этих текстах. Касательно гнева. Там есть фраза: «Кто гневается на другого, даже если он и сотворил худое, подлежит суду, ибо сама способность гневаться не позволит проявиться истинному расцвету души».

– Вот это поворот! То есть проблема не в том, что вызвало твой гнев, а в том, что ты в принципе способен гневаться. Получается, вреден не просто беспричинный гнев, а сама эмоция гнева как таковая.

– Согласно этой философии – да. Даже если гнев кажется абсолютно справедливым.

– Но позвольте, а как же праведный гнев? Гнев на несправедливость, на жестокость, на зло. Разве история не знает примеров, когда именно гнев становился топливом для великих перемен? Движение за гражданские права, борьба с тиранией. Неужели все это было ошибкой? Не слишком ли это идеалистичная позиция, оторванная от реальности?

– Это самый сильный контраргумент. И предлагается посмотреть на него под другим углом. А что, если действовать против зла можно не из ненависти к тем, кто его творит, а из любви к тем, кто от него страдает?
Что, если настоящим топливом может быть не гнев, а сострадание и любовь? В качестве примера есть жизнь Мартина Лютера Кинга. Он видел чудовищную несправедливость и боролся с ней всю свою жизнь. Но его главным оружием и главной идеей была ненасильственная борьба, основанная на любви.

– Да, помню его цитату.

– Ему принадлежит знаменитая фраза: «Тьма не может изгнать тьму, только свет способен на это. Ненависть не может изгнать ненависть, только любовь способна на это». Он боролся с системой, а не с людьми, которых считал, в общем-то, такими же жертвами этой системы, пропитанной ненавистью.

– То есть действовать нужно, бороться со злом нужно, но мотивация имеет решающее значение.

– Именно. Действие из гнева порождает новый гнев, а действие из любви исцеляет. Это очень тонкая, но фундаментальная разница.
– Но тогда возникает следующий вопрос: что всё это значит на практике? Нужно подавить в себе все эмоции, стать таким бесчувственным стоиком?

– Вовсе нет. Речь не об уничтожении или подавлении эмоций, а об управлении ими. Это ключевое различие. В текстах есть призыв: «Будь достойным господином своих чувств и желаний».

– Господином, а не рабом.

– Точно. Идея не в том, чтобы ничего не чувствовать, а в том, чтобы сознательно выбирать, каким чувствам давать волю, а какие сдерживать.

– То есть это как с садом: нужно выпалывать сорняки и ухаживать за цветами.

– Отличная аналогия. Согласно этой философии, гнев, зависть, осуждение, уныние – это сорняки. Их нужно сдерживать, не давать им разрастаться. А чувство радости за другого человека, сострадание, благодарность, желание помочь – это цветы. Им, наоборот, нужно давать полную волю, культивировать их в себе. Это не про эмоциональную мертвенность, а про осознанное эмоциональное садоводство; про мастерство, а не про подавление.

– Подведем итог. Мы сегодня прошли довольно большой путь от бессознательного, такого инстинктивного поиска внешнего врага до очень сложного внутреннего выбора не отвечать ненавистью на ненависть, даже когда это кажется абсолютно справедливым. И основная мысль этих текстов в том, что истинная сила не в сокрушительном ответном ударе, а в способности не уподобиться злу, сохранить свет внутри себя. И важно понимать, что эти две темы, поиск врага и природа гнева, неразрывно связаны. Склонность создавать себе врагов и демонизировать других питается именно неконтролируемыми негативными эмоциями, в первую очередь гневом и обидой. Привычка гневаться постоянно требует новых мишеней. Обучаясь управлять своим внутренним миром, сдерживая гнев, человек, согласно этой логике, разрывает порочный круг. Он перестает искать виноватых вовне и перестает множить зло своими ответными реакциями.
– И в завершение, как всегда, мысль для размышления. Учение говорит о выборе между разрушением, направленным на другого, и созиданием внутри себя. Но вот в чем вопрос, который остался у меня: что происходит, когда защита своих границ, то, что мы обсуждали, требует действий, которые другой человек неизбежно воспримет как агрессию? Ну, например, разрыв токсичных отношений. Или увольнение некомпетентного сотрудника. Где в реальной грязной сложной жизни проходит эта тонкая грань между необходимой самозащитой и ответным ударом? И как нам самим понять, исходит наши действия из любви и стремления сохранить себя или из скрытого, возможно даже неосознанного, желания наказать и причинить боль?