С царями у нас проблемы

Исторические ребусы
Исторической встречей, которую часто называют моментом «сдачи» СССР или фактическим окончанием холодной войны на условиях Запада, считается Мальтийский саммит 2–3 декабря 1989 года. Михаил Горбачев встретился с президентом США Джорджем Бушем-старшим на борту советского теплохода «Максим Горький» в порту Марсашлокк на Мальте.
    После этой встречи советские газеты (Правда, Известия) в декабре 1989 года освещали Мальтийский саммит Буша и Горбачева как исторический поворот от конфронтации к партнерству, подчеркивая завершение «холодной войны, называя встречу «началом новой эры».
   «После обсуждения ситуации, – вспоминал маршал С.Ф. Ахромеев, участник мальтийской встречи, – было принято решение переговоры провести на нашем теплоходе «Максим Горький», который стоял у стенки пристани… Всего на Мальте состоялись две больших (по 4–5 часов) беседы и две более коротких – один на один»
«Правда» и «Известия» (начало декабря 1989 г.): Заголовки трубили о «конструктивном диалоге» и «взаимопонимании». «Саммит на Мальте ознаменовал собой переход к эпохе мира», — писали советские корреспонденты.
Содержание этих переговоров до сих пор окутано завесой тайны. Председатель КГБ СССР В.А. Крючков с удивлением отмечал: «Когда по своим каналам, через разведку, контрразведку мы получали материалы о состоявшихся переговорах Горбачева в Рейкьявике, на Мальте и других местах, мы поражались тематике и содержанию этих бесед. Уже тогда откровенно говорили о продаже ГДР. О смене политического строя в нашей стране. О коренной перестройке взаимоотношений между западными странами и СССР». М.С. Горбачев и Дж. Буш в своих мемуарах освещают эти важнейшие переговоры весьма скупо, хотя сами оценивают их результаты столь значительно, что именно по их итогам они официально провозгласили окончание «холодной войны».
  Характеризуя поведение М.С. Горбачева во время этих переговоров, посол США в СССР Дж. Мэтлок пишет: «Ему необходимо было, чтобы видели: он ведет дела с Бушем на равных, а не как побежденный противник»
Горбачев заверил в том, что СССР не будет вмешиваться в восточно-европейские дела: «Мы за мирные перемены, мы не хотим вмешиваться и не вмешиваемся в идущие процессы. Пусть народы сами, без вмешательства извне, решают, как им быть». Фактически на этой встрече была решена судьба ГДР.
«Самым существенным на Мальте, – отмечал Дж. Мэтлок, – было достижение неформального понимания в том, что касалось Восточной Европы, Германии и прибалтийских государств… Горбачев уверил президента, что сила никогда не будет применена в Восточной Европе, что он осознает необходимость вывода советских войск и что он позволит восточно-европейцам свободно избирать себе политико-экономический строй»
Между тем, как отмечал А.Ф. Добрынин, отправляясь на Мальту, генсек имел директиву Политбюро: объединение Германии станет возможно только тогда, «когда оба блока – НАТО и Варшавский договор – будут распущены или объединены по взаимному согласию»
На мальтийской встрече генсек КПСС заверил американского президента в том, что СССР не будет вмешиваться в события, происходящие в странах Центральной и Восточной Европы. Дж. Буш (а по сути дела, весь Запад), получив такие заверения и гарантии, открыто и тайно стали поощрять оппозиционные и антисоветские силы в разрушении социалистических режимов в этих странах.
На второй встрече двух лидеров, состоявшейся 3 декабря в формате один на один, обсуждались вопросы, касавшиеся ситуации в советской Прибалтике. Дж. Буш вспоминает: «При следующей встрече один на один я напрямую перешел к Балтике и спросил Горбачева в отношении возможности использования силы». То, что эти вопросы были главным, подтверждает и Горбачев. «Стержнем беседы с глазу на глаз, состоявшейся после этих переговоров, – пишет Михаил Сергеевич, – была ситуация в Прибалтике». Необходимо обратить внимание на то, что как проблемы Восточной Европы, так и перспективы внутреннего развития СССР обсуждались в угодном для Запада направлении. Буш с некоторой долей угрозы заявил: «любые репрессивные меры в отношении Прибалтики вызовут у нас в стране обостренную реакцию, создадут проблемы, осложняющие отношения между нашими двумя странами». Фактически Буш в ходе беседы поставил под сомнение целостность СССР. Дж. Мэтлок отмечает: «Буш напомнил Горбачеву, что Соединенные Штаты никогда не признавали захвата прибалтийских государств и не признают», тем самым американский президент совершенно прозрачно намекнул на то, что он находится на стороне тех сил, которые борются за выход из состава Советского Союза. Генсек КПСС вместо того, чтобы дать Дж. Бушу достойную отповедь, пустился в пространные разъяснения о том, какая ситуация сложилась в национальном вопросе в СССР, в том числе и в Прибалтике: «Я разъяснил президенту специфику ситуации, возникшей в Советском Союзе». Буш в этом вопросе добился от Горбачева главного – предостерег от использования насильственных методов в борьбе с сепаратистами. Помощник национальной безопасности президента США Брент Скоукрофт, член американской делегации на мальтийской встрече, отмечал, что Горбачев заверил Буша в том, что «ограничится в этом вопросе только ненасильственными методами». Таким образом, Горбачев и Буш тогда заключили тайное устное соглашение по прибалтийским республикам: генсек обязался избегать насильственных действий, а Буш обещание «не создавать больших проблем» для Горбачева в связи с ситуацией в этих республиках. Сепаратистские силы в Литве, Латвии, Эстонии, получив поддержку США после мальтийской встречи, значительно усилили свою деятельность по выходу из состава Советского Союза. В немалой степени именно поэтому Анатолий Громыко оценил мальтийские переговоры как «советский Мюнхен»
  После встречи Путина с Трампом российские средства информации так же взахлеб расхваливали эту встречу, объявляя ее судьбоносной для всего человечества.   
Если приравнять Аляску к Мальте, а Анкоридж условно за российский теплоход, то о результатах этой встречи тоже почти ничего не известно или известно очень мало. Хотя на эту встречу идут постоянные ссылки, когда обсуждается ситуация в Европе, связанная с США, но конкретной информации о договоренностях нет. Обращает лишь на себя внимание изменившееся после этой встречи поведение американской администрации. Оно стало более благорасположенное к российской стороне и более негативным в отношении Европы и Украины. После этой встречи демонстративно арестовали президента дружественной Венесуэлы, а запасы нефти в ней взяли под свой контроль. Российский лидер практически отмолчался. Американские военные арестовали нефтяной танкер под флагом РФ и опять никакой явной реакции. Трамп затеял создание собственной организации типа и взамен ООН, предложил вести для начала один миллиард, который направить на устранение антиизраильского сопротивления в секторе Газа и Путин дал согласие на этот миллиард. Одновременно предложил направить заблокированные в США российские миллиарды на восстановление разрушенных украинских городов (в зоне СВО или за ее пределами пока не ясно), что и требовали противники РФ.
В отличие от встречи Горбачев- Буш, где Генсек сильно рисковал, т.к. за его спиной стоял коллективный орган Политбюро КПСС, которое могло пресечь деятельность опасного для государства руководителя, за спиной Путина практически нет никого, кто мог бы как-то повлиять на него. Поэтому, что ждет страну после общения двух лидеров сверхдержав, знают только они сами.