Зелёная бейсболка Гл. 2 детективный рассказ

Гл.2


В кабинет быстро, чуть не бегом, вошёл опер Андрей Савчук, он выудил из кармана пакетик, в котором лежала невидимка, используемая женским полом для удерживания непослушной чёлки. Отличалась эта вещица от обыкновенной невидимки тем, что здесь для красоты была помещена на ней пластмассовая ромашка, примерно, с трёхкопеечную монету.

-   Вот, нашли возле тру… - тут он замолчал, потому что ему в поле зрения попала Маша Лунёва.

-   У вашей дочери была такая невидимка?  - он обращался больше к Маше, даже сделал в её направлении несколько шагов. Женщина сразу подняла голову и сосредоточила внимание на находке, она даже протянула руку, чтобы получше всё рассмотреть, но Савчук не дал ей пакетик, в надежде, что на этой ромашке сохранились чьи-то отпечатки.

-   Нет – сказала Маша. – У Светочки не было такой невидимки. Но я где-то видела точно такую же.

На её слова не очень-то обратили внимание, потому что в местный магазин много чего привозили и, как правило, все, как инкубаторские носили потом одинаковые косынки, халаты, так дело обстояло и со всякими заколками для волос.
Но вдруг Маша подскочила.

-   Я вспомнила у кого видела такую же. У Полинки Дмитриевой.

Что делать, придётся проверить эту версию, ведь пока никакой больше нет.

-   Получается, женщина убийца? – предположил следователь.

-   То-то мне голос показался женским, будто кто-то пытается казаться мужчиной. – проговорил Пётр Алексеевич.

-   Не факт, что эта вещица принадлежит убийце, мало ли кто её там потерял. – возразил опер Виктор Бугаёв.

-   И это так. – кивнул участковый Николай Антонович. – он первый направился к двери.

-   Я с вами. – сказала Маша.

-   Нет. – коротко ответил ей Лунёв.

Следователь отозвал в сторону оперуполномоченных Андрея с Виктором и поинтересовался результатом их опроса, он поручал им переговорить с работниками клуба, куда приходила на дискотеку Света Лунёва, а ещё расспросить её друзей-приятелей, с кем у неё были более-менее дружеские отношения.

-   Насчёт друзей, тут глухо. – с сожалением сказал Виктор. – Никто даже не знал, что она собирается на дискотеку.

-   Понятно. – разочарованно проговорил следователь. – А у тебя? – он обратил свой взор на Андрея.

-   Да и тут не густо. Один охранник долго рассказывал мне, что Света, как пришла сама, так и ушла сама. Она временно присоединялась, то к одной группе молодёжи, то к другой, но ни с кем девушка не была конкретно, вскоре вновь оказывалась в одиночестве.

-   А чего это охранник, следил, что ли, за ней, что знает каждый её шаг? Нет, это здорово, конечно, что свидетели попадаются разговорчивые, но у нас работа такая – подозревать всех и каждого. Не он ли придушил нашу девочку?

-   Не он, я подстраховался. Три человека подтвердили, будто он был в клубе до самого утра и никуда не отлучался, кроме туалета.

-   Тогда ладно. – сказал следователь и посмотрел на двери. – Однако нам пора.

Маша вновь настаивала поехать с ними, но Лунёв был непреклонен. Тогда она вновь сорвалась:

-   Я хотела второго ребёнка, но почему-то всегда решаешь ты.

-   Маша. – притормозил Лунёв. – Я просто не перенёс бы, если бы наши дети заглядывали в рот соседским сверстникам, которые едят шоколады или мороженое. На зарплату следователя здорово не разгонишься. Я боялся, Маша.

Когда уже ехали, водитель УАЗа сказал:

-   Пётр Алексеевич, ваша жена бежит следом за нами.

Лунёв чертыхнулся и попросил:

-   Василий, останови… Ждите. – хлопнув дверцей, сказал он.

-   Маша, что ты творишь? – женщина остановилась, он подошёл к ней. – За что ты меня позоришь, разве я заслужил? Идёт следствие, ты что-нибудь в этом понимаешь? Ты же только мешаться будешь.

-   Это мой ребёнок. Я тоже всё хочу знать, что касается её гибели. – беспомощно всхлипнула она.

Лунёв взял её за локти, Маша попыталась вырваться, но он сдавил их сильнее.

-   Мне больно. – жалобно проговорила она.

-   Света и мой ребёнок, думаешь, мне легко? Ещё и ты нервы мотаешь. Я так долго не выдержу.

Его взгляд сделался ледяным.

-   Иди домой. Пожалуйста. – он отпустил её, а сам, не оглядываясь, зашагал к машине.

Маша не побежала следом, но так и осталась стоять посреди дороги.

Полина Дмитриева за двором набирала в ведро воду из колонки. Кто подъехал к ней на машине, она всех знала, потому сразу вся сгорбилась, превращаясь из тридцатилетней молодой женщины в глубокую пенсионерку, тем самым и показывая свою вину.

-   Рассказывай. – холодно сказал Матвей Кузьмич, когда они к ней подошли.

-   Что рассказывать? – тихо спросила она, пряча глаза. Полинка была полной женщиной, но эта полнота ей шла. Так редко бывает, но всё же случается. Она поставила наполненное ведро рядом и поправила волосы, вьющиеся по плечи.

-   Как убила Свету.

-   Я не убивала её! – громко крикнула Полинка. – Она уже была мёртвой, когда её нашла.

-   Какого дьявола ты делала на том поле?

-   Говорили, будто горох там посеяли по пшенице. Я хотела своему больному ребёнку набрать. Я не убивала. Звонить – звонила, воспользовавшись ситуацией, но я не убийца. Моему сыну нужна операция на сердце, а денег нет, вот и подумала…

-   И ты собралась их получить вот таким нечестным путём? – уже мягче спросил следователь. Все остальные молчали и внимательно слушали происходящий диалог, не спуская глаз в Полинки.

-   Я понимаю, что поступила отвратительно, но, если мне придётся выбирать между чужими людьми и собственным сыном, я выберу второе, сын дороже.

-   Но это не значит, что позволительно нарушать закон.

-   Когда у вас будет сын между смертью и жизнью, вы по-другому заговорите. Праведники тут нашлись. – но, встретившись взглядом с Петром Алексеевичем, Полинка споткнулась на полуслове.

Вдруг на широкие порожки вышел худенький бледный мальчик лет десяти. Тонкой ладошкой он держался за левый бок.

-   Мама, у меня опять здесь болит.

Полинка глянула на следователя, тот едва заметно кивнул ей и она, схватив ведро с водой, поспешила к ребёнку.

-   Сейчас, солнышко, потерпи, я дам таблеточку и всё пройдёт.

-   Ну и как я её задержу? – обратился следователь к Лунёву. – Что с ребёнком будет без матери? Тем более, что мы ей предъявим? Да она скажет, что пошутила со звонком, немного мозги перевернулись, из-за страха за жизнь своего сына. И всё.

На велосипеде подъехал участковый.

-   У меня новости. – он глянул на Лунёва, тяжело вздохнул, будто собираясь с духом и проговорил:

-   Света была изнасилована, только что эксперты сказали.

Пётр Алексеевич издал протяжный стон. Чтобы как-то его отвлечь, Матвей Кузьмич обратился к нему:

-   Вот видишь, Петя, к тому же Полинка и не виновата, изнасиловать же она не могла? Я допускаю, что у неё был сообщник, но давайте вернёмся в отдел и будем планировать наши дальнейшие действия, есть кое-какой план. А Полинка никуда не денется, с больным ребёнком она не убежит.