Старый Новый год

В своей трёхкомнатной малогабаритной квартире панельной девятиэтажки он бродил по пустым комнатам, как по чужим и чувствовал себя неуютно.  Но вот однажды нашёл выход — поставил глухие межкомнатные двери и не открывал их. Его мир ограничился и кухней, прихожей и комнатой. Компьютер,  диван, телевизор, у стены скучал стол-книжка, который никогда не раскладывался. На нем лежал большой семейный фотоальбом, оставшийся еще от родителей, со снимками его в детства, юности, молодости. Рядом стояло его любимое кресло, в котором ему было комфортно.
Он давно жил без семьи, детей не было — и не ждал уже никаких перемен. Он редко покидал дом, разве что в магазин, да и то всё чаще стал заказывать доставку продуктов. Одиночество конечно иногда давило, но он научился с ним справляться.
Вечера проходили однообразно - новости, различные ток-шоу, которые быстро надоедали. Тогда он брал свой ноутбук, листал Интернет, читал блоги, статьи, сообщения в разных чатах, слушал любимую музыку - ему очень нравились скрипка, саксофон и легкая инструменталка. Он мог часами сидеть в кресле и прикрыв глаза переслушивать любимые мелодии, располагающие к раздумьям и воспоминаниям.
Бывало возникало желание убежать в алкоголь, но в этом он жестко контролировал себя и не позволял лишнего.
И вот однажды, просматривая страницы крупного сайта знакомств, его внимание привлек профиль женщины где она философски рассуждала о том, что интернет одних людей разобщает, а других наоборот соединяет. На ее страничке не было ничего о ней, ни возраста, ни города, а место главного фото занимала яркая абстрактная картинка. Заполнен был только статус: «Общение. Только общение!».
Он почувствовал мощный порыв, потребность. желание что-то написать. но быстро остановился, встал, вышел на лоджию, приоткрыл окно и закурил. Шел мелкий как пыль моросящий дождь, умытая и яркая желто-красная листва усыпала землю, словно сплошной ковер из горящих угольков.
«Ну и что? - подумал он, — Я тоже хотел бы найти собеседника, постоянного, чтобы иногда можно было бы просто поболтать по душам...».
Вернувшись к компьютеру, написал сообщение: «Давайте, попробуем! Просто общение.» и отправил. Уже к вечеру он забыл про это послание, которое посчитал в пустоту, но через пару дней увидел ответ:
«Добрый день. Я Анна, ищу виртуального собеседника — не более. Только собеседника, без претензий к большему! Если Вы готовы, то могли бы продолжить.»
Так началась их переписка. Чаще всего обсуждали культурную жизнь страны, кино, литературу, театр. Политику старались не затрагивать, а так же обходили стороной экономические и финансовые темы. Беседы были ничего не обязывающими, легкими, они делились своими рецептами приготовления разных быстрых блюд, и только иногда проскакивали крупицы, касающиеся моментов личной жизни. Постепенно узнал, что ее мамы уже нет, а отца никогда не было. По некоторым высказываниям понял, что женщина тоже живет одна. Он не строил иллюзий, не задавал лишних вопросов,
Их переписка была лёгкой, ни к чему не обязывающей: кино, книги, рецепты — но не политика, не деньги и не личное. Они молча договорились — только общение и ничего больше. Он даже не знал, где она живёт, и не спрашивал - боялся, что любопытство может стать причиной прекращения их виртуальной дружбы.
Это было похожее на беседу попутчиков в поезде, когда каждый понимал, что откровения закончатся на станции прибытия и больше их пути никогда не пересекутся.

Прошла осень, подкралась зима и подступал Новый год.
Он уже давно не встречал этот праздник, не ставил елку, не готовил вкусный стол, не покупал шампанское. И почти всегда сразу после официального поздравления выключал телевизор и ложился спать. На улице гремели салюты, хлопало шампанское, кричали, смеялись и веселились жители близлежащих домов. Иногда он выходил на лоджию, перед тем как пойти спать, курил, смотрел на играющих светом и цветом фейерверки, на фоне новогоднего неба.
А утром Первого января просыпался рано, город еще спал, на дорогах не было машин, и только одинокие прохожие удивляли своим появлением. Он заваривал кофе, готовил свой незамысловатый холостяцкий завтрак, приносил его в комнату и включал телевизор.
И в этот раз он не ждал никаких перемен, хотя где то в далекой бездне его души, трепетала едва ощутимая зыбкая мысль о том, что в этот раз они могли бы встретить Новый год вместе — два одиночества... Подсознательно он ждал от нее вопрос типа: «Где будете Новый год?», - который бы он постарался развернуть. Но такого вопроса не последовало и за 10 минут до боя Курантов послал Анне поздравление с наступающим праздником и пожеланием здоровья, любви и счастья! И тут же получил ответное поздравление.
«Тоже что ли сидит у телика в гордом одиночестве?» - подумал он. От мысли, которая еще была час назад не осталось и следа.
Пробили Куранты, величественно прозвучал гимн и заиграла веселая музыка какого-то шоу.
Он еще раз написал поздравление, с уже с наступившим Новым годом, пожелания будущих удач и чтобы обязательно сбылись 1000 желаний. Женщина поблагодарила ответным посланием.
Выключив компьютер и свет, он растянулся на диване, накрываясь мягким плисовым пледом. Из-за окна слышались взрывы петард, свист салютов и крики «Ураааа...».
Позади Новогодние сутки, пролетело Рождество. На улице падали снежные лопухи, везде огромные сугробы, небольшой мороз рождал скрип под ногами. Кто-то уже выбрасывал елки, но большинство людей ждали наступления народного праздника — Старый Новый год. К этому дню он относился намного теплее, чем к первоянварьскому Новому году, и иногда делал ужин из двух-трех блюд, и даже мог позволить себе немного красного сухого вина.
Он заранее закупил мясо, овощи, ассорти из фруктов, капусту для пирога, и другие продукты, загрузил все в холодильник, в предвкушении как и что будет готовить.
Но накануне вечером внезапно почувствовал слабость, ломоту в теле и жар за глазами. Закурив тут же понял, что кажется заболел. Индикатором служило то, что когда повышалась температура, то курево становилось противным, организм как бы отторгал то, что ему сейчас было совершенно не нужно.
Резь в глазах заставила выключить верхний свет, оставив только бра на стене позади себя.
«Черт!» - с сожалением подумал он. «По ходу зацепил где то. Надо было привиться все таки...».
Вытащил градусник, с трудом поймал блестящий ртутный столбик на отметке 39,4оC. Собрав последние силы, он добрался до компьютера.
— Надо поздравить! - проговорил вслух - он часто общался с предполагаемым собеседником, которого придумал еще в детстве, отвечал как бы за него, не всегда соглашался, и даже спорил сам с собой. Так он поступал когда был один, когда что-то делал, мастерил, готовил еду, или просто убирался в квартире.
Некоторые психологи говорят, что это нормально для человека, который долгое время живет в одиночестве и даже является неким психологическим выходом.
Открыв мессенджер, он задержал взгляд на абстрактной картинке, ткнул мышкой и написал короткое поздравление с наилучшими пожеланиями. Откинулся на спинку стула и закрыл глаза от яркого монитора.
«Дзвинь...» оповестил компьютер прилетевшее послание. Открыл глаза — ему показалось, что пролетело много времени, но на самом деле прошло несколько минут.
«Спасибо.» - ответила Аня. «Этот день у нас всегда отмечали. Хорошего вам настроения. Как вы? Чем занимаетесь?»
«Нормально». ответил он не вдаваясь в подробности.
«Что то случилось?» - заподозрила женщина.
«Да нет, ничего. Все нормально. Немного продуло. Ерунда.» - он не хотел писать о своем состоянии. «Так что я наверное сегодня буду отдыхать.»
«Стоп-стоп! Рассказывайте!» - даже между слов чувствовалась ее настойчивость не терпящая возражений.
«У вас температура?»
«Да говорю же ерунда. Правда!» - попытка уйти от ответа была очень вялой.
Через минуту экран высветил слова: «Говорите! Температура?! Какая? Я жду!» - ему даже показалось, что услышал ее раздраженный и настойчивый голос, хотя никогда его не слышал.
Он пожалел, что вообще написал ей про недомогание, но лгать не стал - если вдруг решит позвонить, то все сразу станет ясно, да и молчание уже как то затянулось.
«Почти 39 и немного ломит.» - попытался смягчить свое состояние.
«ВСЁ? ЧТО ЕЩЕ?» - сообщение пришло прописными буквами, от которых звучало: «НЕ ВРИТЕ МНЕ!».
«Язык мой — враг мой!» - вспомнил он поговорку матери, но не решаясь накалять ситуацию - написал:
«Горло что то немного… Глотать больно. Ну и сил нет… Ватный.»
«Лекарства есть? Что пьете?» - спросила она.
«Да, есть, целая коробка.» - ну она же не сможет проверить по телефону — ему и в голову не пришло, что во всех телефонах есть видеокамера.
«Врача вызывали? Скорую вызывали???»
«Вызывал.» - ответил усмехнувшись и добавил несколько смайлов смеющихся до слез.
«И что врачи?»
И он рассказал, как пытался вызвать неотложку, как переключили на фельдшера скорой, который по телефону, справившись о температуре и самочувствии, рекомендовал выпить жаропонижающие, обтереться мокрым полотенцем с холодной водой, а когда станет легче, через два-три дня, обратиться к врачу по месту жительства. Тогда он позвонил в поликлинику, чтобы вызвать врача, но там невозмутимо ответили, что теперь врачи по квартирам не ходят и что когда станет легче - приходите сами.
«Кошмар! Как такое может быть?» - возмутилась Анна и написала известные многим, но не ему, рекомендации по лекарствам.
«Сделайте все, как я вам написала, ложитесь, накройтесь одеялом и пропотейте. Температура спадет — станет легче. Хорошо?» - завершила она свое сообщение.
«Да у меня наверное этого и нет ничего.» - подумал он, но ответил: «Хорошо. Я потом напишу вам.»
«Пишите, буду ждать.» - попрощалась женщина.
«Спасибо вам!»
Он не стал выключать компьютер и, понимая, что до аптеки не дойдёт, побрёл смотреть лекарства. Ватные ноги едва держали, опираясь на стены, он медленно добрался до кухни.
В пластиковом ящике в беспорядке были бинты, вата, перекись, йод, пластыри — все, что нужно для первой помощи при травмах. На дне лежал просроченный аспирин, пара таких же пакетиков «Колдрекса» и капли для носа.
Включил чайник, в шкафчике отыскал баночку с остатками засахаренного мёда, в холодильнике молоко и масло. «Отлично.» - подумал он и разжевал одну таблетку аспирина, запив стаканом воды - вторую оставил на ночь.
Высыпал в чашку порошок, добавил мёд, залил кипятком. В микроволновке нагрел вторую чашку с молоком, добавил масло, мёд, и обе кружки отнёс в комнату. Обессиленный плюхнулся на диван.
Горячая микстура с ароматом лимона и вкусом меда обжигала горло. Он терпел. Озноб пробежал по телу. Лег, свернулся калачиком, накрылся одеялом и прикрыл глаза.
Завтра было 13;января — Старый Новый год.
Проснулся среди ночи. Одежда и постель промокли. Слабость не дала встать с первого раза — свалился обратно. После нескольких попыток все же поднялся и опираясь на стены, добрался до ванны, освежился прохладной водой. Потянулся закурить, но даже вид сигарет вызвал отвращение.
Сидя на диване, глядя на комод, подумал, что надо сменить простынь.
«Сейчас… Я справлюсь…» - приказал он себе, но тут же закрыл глаза и утонул в тишине.
Очнувшись, перевалился на бок и после нескольких рывков встал и опираясь на комод, выдвинул ящик, вытащил простынь, футболку, бельё и бросил их на диван.
Обратный путь был стремительным. «Успеть бы…» — мелькнула мысль - оставался всего шаг, но ноги обмякли и он едва успел выставить руки - рухнул на подушки. Колени глухо ударились об пол. Собрав остатки своих немощных сил, вцепился в матрац, подтянулся, забросил одну ногу и с криком: — Ну;у;у… - опрокинулся на спину. По лицу текли ручьи пота. Обессиленный, он вытянулся вдоль и выдохнул.
Потом была не менее трудная и сложная задача смены простыни, но он справился. Переоделся. Немного кружилась голова. За глазами стоял жар, тело трясло в ознобе. Сильно болело горло.
«Температура…» — проползла мысль сквозь забытье и он едва успел засунуть градусник под мышку...
Из телевизора слышалась тихая музыка, он открыл глаза - на улице светило солнце. Часы показывали почти полдень. Дошёл до кухни, вскипятил воду, развел «Колдрекс» и выпил мелкими глотками.
Он то засыпал, то просыпался, но казалось, что чувствовал себя лучше чем вчера.
Разбудил длинный, настойчивый дверной звонок. «Ну кто там…» - подумал он, растирая ладонью пот по лицу. Звонок повторился короткими ритмичными трелями, рассекая сонную пелену. Он хотел спрятаться под одеяло, но звонкие переливы не умолкали.
— Чёрт! — вырвалось у него. Приподнялся, чувствуя, как дрожат ноги.
— Да иду же… — и, шаркая, двинулся в прихожую.
Открыл входную дверь - перед ним стояла молодая женщина в темно-бежевом пальто, перехваченном тёмным поясом. Её тёмно;коричневые ботильоны и тёмная шляпка сливались в единую гармонию. У ее ног стояли огромные пакеты, из которых торчали яркие продуктовые упаковки, резко контрастирующие с общим полумраком лестничной площадки. Он молча и с удивлением смотрел сквозь незнакомку.
— Я Аня. - представилась она. - Мы с вами общаемся в Интернете, в мессенджере. А вы…? - и она назвала его имя.
Он согласно кивнул головой и продолжал с удивлением смотреть на женщину расфокусированным взглядом.
— Как вы себя чувствуете? - спросила она.
— Аня? - переспросил он, начиная осознавать кто перед ним. — Проходите. - и немного посторонился, но так и остался стоять облокотившись на стену.
Анна нагнулась, взяла пакеты и затащила их в прихожую. Он зашёл за ней, захлопнул дверь и попытался взять пакет, который был реально тяжелым и качнулся, едва удержавшись.
— Я сама. - твердо сказала она и отстранила его руку. — Где кухня?
Он кивнул в сторону стеклянной двери. Она перенесла пакеты к холодильнику и, вышла в прихожую. Сняла пальто и с легкой улыбкой бросила его на стул.
— Там есть вешалки. - взглядом показал на шкаф-купе. — Можно я пойду прилягу?
— Нужно! Ложитесь, я сейчас приду. - и зашла в ванную. Послышался шум воды из крана.
Он не ожидал, что его виртуальная собеседница окажется такой молодой и прекрасной. Даже болезнь не помешала ему заметить ее элегантность и очарование. Он попытался сложить пазл её появления, не зная, что делать в этой ситуации. В это время появилась Аня, пододвинула стул и села рядом.
— Рассказывайте. Как докатились до жизни такой? - улыбнулась она.
— По наклонной наверное… - он попытался пошутить и даже выдавил из себя кривую улыбку. — Как вы меня нашли? И зачем приехали?
— Ну вы же сказали, что болеете. А я знаю, живете один и вряд ли у давнего холостяка что то затерялось в аптечке. Да и покормить вас надо, бульончик сварить, лекарства ведь тоже нет. Вот я и решила, что кто-то должен же вам помочь. Вы когда ели? - спросила она.
— Не помню. Вчера не хотелось.
— Ну вот, видите. А надо кушать — сил набираться.
Ему показалось, что она с ним как с ребенком… Но спросил другое:
— А как вы меня нашли?
— Да очень просто. Вы как то говорили, что здесь три длинных девятиэтажки и их видно от метро. Так что было несложно найти. Спрашивала людей, показывая ваше фото из профиля и наконец-то один дядечка сказал вашу квартиру. Как видите, «Язык до Киева доведет.». - заключила она поговоркой.
— Да вам в полиции надо работать. - усмехнулся он. — Хотя судя по тому, как вы меня легко нашли, не удивлюсь если там и работаете.
— Нет, я обычный офисный клерк. - засмеялась она и стряхнув градусник протягивая ему добавила: — Давайте-ка посмотрим, что там у вас есть?
— Я на кухню, а вы лежите, не вставайте. - она, дотронувшись тыльной стороной ладони до его лба, вздохнула, покачала головой и ушла на кухню.
Слышалось хлопанье дверцы холодильника, журчание воды из-под крана, звон посуды и кастрюлек. Вот зашипел чайник и выключился... А он лежал и все еще чувствовал прикосновение ее руки.
Анна зашла в комнату, на ней был его фартук, вытерев руки кухонным полотенцем, спросила:
— Ну? - и протянула руку.
Онотдал ей термометр - ртутный столбик показывал 37,8°C.
— Ну это уже лучше! - отреагировала она. — Но вы лежите, а я сделаю небольшую приборку. Где у вас пылесос?
— В коридоре, в шкафу.
— Если вам будет мешать звук пылесоса, то вы обязательно скажите! Хорошо? - он согласно кивнул головой.
Шумел пылесос. Делая уборку она периодически поглядывая на него, а он, любовался её грацией, плавными движениями и казалось совсем забыл о болезни. Затихло, женщина села рядом и опять дотронулась до его лба.
— Ну, вроде жара нет. Я пока пойду, приготовлю что;нибудь. А вы поспите. Хорошо? - он согласно кивнул.
Анна забрала пылесос и ушла. Прикрыв глаза он вспоминал как она только что, босиком, словно балерина, скользила по комнате, едва касаясь пола, словно танцевала невидимый вальс. В комнате чувствовался запах бульона, пряностей и специй. Анна периодически заглядывала, спрашивала как он себя чувствует и не хочет ли чего.
Он лежал и ему казалось, что так было всегда, и всегда будет так. Ему так хотелось! Но разум утверждал, что ничего нет и не будет и лучше не привыкать к иллюзиям.
— Ну вот и все. - она вошла и села рядом.
— Что все? - с осторожностью спросил он. — Вам пора?
— Нет. - засмеялась женщина. — Все — это у вас чистенько, сварился бульон, сейчас принесу - будете кушать.
— Да я сам встану.
— Нет-нет! - она встала, подошла к комоду и вытащила из-за него раскладной постельный столик. — Я его случайно увидела, когда пылесосила. - объяснила она на его удивленный взгляд, — Раскладывайте, сейчас принесу. - и протянула ему сложенный столик.
Мелкими глотками он пил ароматный бульон, сжимая пиалу ладонями и украдкой поглядывал на нее. Иногда их взгляды встречались и тогда они оба улыбались. Он любовался этой молодой женщиной и ему казалось, что он знает ее всю жизнь, что она самый родной человек на Земле. Но как только осознавал свои мысли, тут же гнал их от себя.
Возможно Анна тоже испытывала какие то необычные чувства, потому что прятала взгляд и наконец-то встала и подошла к окну. Он молча допил бульон и собрался встать, чтобы отнести посуду.
— Лежите-лежите. - подскочила женщина и забрала у него поднос и ушла на кухню. Вернувшись - села в кресло у окна и увидела альбом с фотографиями.
— Можно? - спросила она показывая на альбом.
— Конечно. - он даже не подозревал какая бомба взорвется через несколько минут.

Анна не торопясь рассматривала фотографии с незнакомыми людьми. На них была эпоха прошлой жизни, которую она не застала: пионерские галстуки, комсомольские стройотряды, студенчество, юбилеи, свадьбы и многие другие эпизоды жизни обычных людей.
И вдруг — словно ушат леденящей воды окатил её с головы до ног. На одном из чёрно;белых снимков, который просто лежал и не был вставлен в прорези на странице, — её мать. Точно такая же фотография была у них дома.
«Откуда она здесь?» — прозвенело у неё в голове.
Она перевела взгляд с фото на него — лежащего на постели, болеющего, уже давно немолодого мужчину. Вспоминала, как в детстве спрашивала маму об отце, а та лишь отмахивалась и всё время что;то придумывала.
Перелистнув несколько страниц, Анна увидела ещё одно фото матери в паре с молодым мужчиной, в старом парке, который сейчас уже перестроился и совершенно не похож на тот, что был прежде. Только отдельные фрагменты позволяли узнать, что это был именно тот самый парк.
Далее она находила всё новые снимки, на них мать то смеялась в компании таких же парней и девушек, то оставалась одна. Все фотографии были сделаны в том маленьком городке, где они жили до переезда в областной центр. Она всматривалась в немного пожелтевшие снимки и узнавала знакомые уголки городка.
Особое её внимание привлекали фото матери с симпатичным мужчиной, удивительно напоминавшим хозяина квартиры. Она бросила взгляд на него — и он, словно что;то почувствовав, открыл глаза и вопросительно посмотрел на неё, будто спрашивая: «Что случилось?».
Она встала, подошла к окну и какое;то время размышляла: как спросить? Наконец-то решившись, взяла фотографию, подошла к нему и села рядом.
Они вопросительно сверлили друг друга глазами. Он уже догадывался, что что;то произошло, но не понимал, что именно. Не мог и предположить, какая причина превратила ещё недавно улыбающуюся, жизнерадостную девушку с прекрасным настроением в серьёзную женщину с холодным взглядом.
В комнате повисла оглушающая тишина, нарушаемая лишь тиканьем часов на стене.
Анна, не отводя от него взгляд, тихо произнесла:
— Это моя мама. А это ведь вы? — и показала на парня рядом с матерью.
Жестом он попросил очки — она помогла ему их надеть. Взял фото — и замер...
Он онемел, глядя на снимок, где была его юношеская любовь — та, что сохранилась в нём по сей день. Помнил ее в этом летнем платье. Иногда его подхватывал лёгкий ветерок, обнажая красивые длинные ноги. Её волосы трепетно развевались на ветру. Большие сказочное глаза… Задорный смех, который он слышал и сейчас...
Словно удар кувалдой по голове. Волны холода и жара прокатились по телу, смывая последние силы. Он поднял взгляд на Анну...
Девушка сидела ошеломлённая, с широко открытыми не моргающими глазами. И только теперь он заметил, как она похожа на свою мать, и что в ней есть и его черты.
Ему показалось, что за мгновение он умер и родился вновь. Сердце готово было выпрыгнуть из груди. Внутри что;то до боли разрывалось и сжималось. Перехватывало дыхание. Он не мог сказать ни слова. Тиканье часов сливалось с ритмом сердец...
— Твоя мама? - ошарашенно переспросил он. - Женщина утвердительно покачала головой.
— Да. А это вы? Рядом с ней вы?
Некоторое время они молча смотрели друг-другу в глаза.
— Да, это я. - его шепот был едва слышен. — Анна… Я не знал, что ты есть!
Комнату наполнила оглушающая тишина.
— Ты меня ненавидишь? - он смотрел в ее глаза.
— Нет.
— Презираешь?
— Нет.
— А что?
— Не знаю…. - тихо ответила Анна.
Он протянул руку в порыве прикоснуться девушки, но так и не решился до неё дотронуться.
— Прости... - голос его дрожал...

Прошло несколько дней, болезнь отступила и он готовил на кухне легкий крещенский ужин.
Вынул из духовки пироги — запах меда и пряностей наполнил всю квартиру.
«Ну вот и всё!» подумал он, вытирая руки и он подошёл к окну. Стемнело. И на почти чёрном небе он увидел блеск и переливы вспыхнувшей звезды.
«Надо же…» — подумал он и в это время трель разорвала тишину. Он равнодушно подошел к двери и не спрашивая повернул замок…
Перед ним стояла Анна. Некоторое время они пристально смотрели друг на друга, глаза в глаза… Он смотрел на нее и чувствовал, как подкашиваются ноги. Он едва держался, чтобы не осесть.
— Это я... - тихо произнесла женщина и после секундной паузы произнесла: — Папа….
Они шагнули навстречу,  обнялись, крепко прижимая друг друга - у обоих по щекам текли слезы…­


2026