Торговец поневоле. Часть 2. Истории Зоны Отчуждени

Сон был тревожным. Дед снова стоял в кузове тентованного «Урала». Металл вибрировал под сапогами, передавая дрожь мощного дизеля. Вокруг стоял ор. Женщины прижимали к себе узлы с вещами, дети плакали тонко, на одной ноте.

- Прыгай, дед! Мест нет! - лейтенант в заляпанном химкомплекте уперся ладонью в грудь Степаныча.

Лицо офицера было серым от усталости, глаза - пустые стекляшки.

- Сын там! Дочка! - Степаныч пытался ухватиться за борт.

- Куда их?

- В тыл! В безопасную зону! За тобой вернемся вторым рейсом. Это приказ! Заводи мотор! Пошли!

Удар в грудь. Степаныч вылетел из кузова, больно ударившись копчиком о мерзлую землю. «Урал» взревел, выплевывая облако вонючего дыма. Дед вскочил, побежал следом, хватая ртом холодный воздух. В пыльном окне автобуса, шедшего следом, он увидел их. Дочка прижала ладонь к стеклу. Внучки - две светлые макушки - махали ему, что- то кричали. Губ не было слышно за ревом конвоя.

- Я сейчас! Я догоню! - хрипел он, спотыкаясь о камни.

Колонна скрылась за поворотом. Наступила тишина. Звенящая. Мертвая. Степаныч стоял посреди пустой дороги, глядя на брошенные чемоданы и растоптанные детские игрушки.

А потом небо лопнуло.

На горизонте, там, куда ушли автобусы, расцвела ослепительная роза света. Беззвучная вспышка выжгла сетчатку. Небо из серого стало ядовито- фиолетовым. Ударная волна пришла позже, сбив с ног, вминая в грязь. Степаныч лежал, забившись под ржавый остов чьей- то легковушки, и понимал: никто не вернется. Те ладошки на стекле - это было всё. Финал. Его бросили умирать в тишине новой, рождающейся Зоны.

Дед подскочил на лавке, обливаясь холодным потом. В палатке стоял жуткий гул. Кто- то яростно колотил по пустому ведру прямо над ухом.

- Эй, хозяин! Кончай дрыхнуть! - проорал грубый голос.

Степаныч вывалился наружу, едва не запутавшись в полах шинели. Голова гудела, будто по ней били кувалдой. Жуткий бодун мешал сфокусировать взгляд. Перед палаткой стоял караван: трое мужиков в камуфляже, навьюченные мулы с электронными блоками на боках.

- Чего орешь, образина? - выдохнул Дед, пытаясь не выблевать вчерашнюю водку.

- Уйди с глаз. Пристрелю.

- Злой ты, батя - рыжий караванщик сплюнул под ноги.

- Мы тебе добро привезли от Поставщика. Сказано передать: раз за первый день не подох и в бега не подался - значит, пригоден. Принимай апгрейд.

- В задницу свой апгрейд засунь - Дед развернулся, чтобы уйти в тень, но рыжий поймал его за плечо.

- Подписывай, старый. Нам некогда. Нас на Кордоне перекупы ждут.

Степаныч, чертыхаясь, ткнул пальцем в экран «Жилы». Караванщики тут же засуетились. Они работали молча и быстро, как роботы. Дед махнул рукой и побрел за палатку. Там сидел Бакс. Мопс выглядел так, будто его пропустили через центрифугу с гвоздями.

- Слышь, Степаныч... - просипел пес.

- Если ты сейчас не нальешь, я самоликвидируюсь. Мой интеллект не выносит этой вибрации мироздания. Ик!

- Сиди уж, философ - Дед достал из нычки бутылку. - Сейчас полечимся.

Они сели на лавку. Сзади грохотало, шипело пневматикой, лязгало металлом. Монтажники ставили новый объект.

- Вот скажи мне, Бакс - Дед жадно глотнул из горла и передал бутылку псу.

- Почему одних вывозят в автобусах под вспышки, а других оставляют гнить в этой дыре? Где справедливость?

Бакс лакнул горькую жидкость, сморщился так, что его морда превратилась в сушеный чернослив, и выдал:

- Справедливость - это сказка для тех, у кого нет патронов, дед. Зона не делит людей на хороших и плохих. Она делит их на функциональных и бесполезных. Автобусы - это был брак. Утилизация. А мы с тобой... мы - системная ошибка. Баг. Но именно баги иногда управляют всей программой. Ик! Наливай, бактерия. За наше никчемное, но гордое существование.

Они пили, пока шум стройки не слился в один тягучий гул. Мир плавно погас.

Проснулся Дед от непривычного комфорта. Спина не ныла. Холод не кусал за пятки. Он открыл глаза и оцепенел.

Это был не тент. Это был монолитный ангар из матового композита. Стены уходили вверх на пять метров. Потолок светился мягким, рассеянным светом.

Жилая зона:

Справа стояла широкая кровать с ортопедическим матрасом. Рядом - тумбочка с сенсорной лампой. Дед провел рукой по белью - натуральный хлопок. Дальше - полноценная кухня. Мойка из нержавейки, индукционная плита, холодильник, тихо урчащий в углу. Но самое невероятное - душ. Стеклянная кабина, из которой пахло хвоей и чистотой. Степаныч зашел внутрь, нажал кнопку - на него хлынул поток кипятка. Он стоял под водой, смывая грязь, пот и остатки похмельного кошмара.

Склад:

За герметичной дверью открылось помещение размером с небольшой магазин. Вдоль стен - стеллажи до потолка. Там стояли спецконтейнеры: черные, с оранжевыми датчиками давления и температуры. Каждый ящик подписан голограммой: «Медикаменты», «Консервы», «Боеприпасы 5.45». Всё четко, стерильно, надежно. В центре стоял верстак с набором инструментов.

Торговая зона:

Главный зал отделялся бронированной стеной. Там было окно с толстым стеклом, способным выдержать выстрел из гранатомета. Снаружи - массивный дубовый прилавок, обитый сталью. В столешницу была вмонтирована «Жила» - теперь это была не переносная коробка, а мощный терминал с голографическим дисплеем. Для клиентов стояла тяжелая скамья, прикрученная болтами к полу.

- Ну ни хрена себе приход... - раздался за спиной бас Бакса.

Мопс сидел на кожаном кресле в жилой зоне и с интересом разглядывал автоматическую кормушку.

- Степаныч, я официально заявляю: продаваться Поставщику было лучшим решением в твоей никчемной жизни. Ик! Смотри, тут даже климат- контроль есть. Больше никакой вони от твоих портянок.

Дед подошел к торговому окну. На дисплее всплыло сообщение:

«Объект обустроен. Репутация: 1.0. Статус: Активен. Первый клиент через 10 минут. Будьте вежливы. Улыбайтесь. Или просто не стреляйте сразу».

Степаныч поправил новую черную куртку с эмблемой вороны на плече. Он чувствовал себя хозяином этой крепости. Больше не было того жалкого пенсионера с желтым коробом.

- Бакс, на позицию - скомандовал Дед.

- Клиент идет.

Мопс вальяжно запрыгнул на внутренний прилавок рядом с Дедом.

- Давай, шеф. Покажем этим утыркам, что такое сервис класса люкс. Только если он начнет торговаться - я ему яйца откушу. Чисто для поддержания авторитета.

В дверь, обитую бронепластинами, гулко постучали.