1. Павел Суровой Тёмно-лиловая комета

 Пролог.

 Когда-то давным давно,я пошёл записывать музыку неизвестной мне тогда группы.Название мне ни о чём не говорило.Альбом назывался так же,но среди любителей его называли просто «Апрель».
О том,как я писал этот альбом с «Днипро» на «Айдас» я написал в своей книге «Бабушкин портал»(Сквозь пелену времен) и миниатюре «Fault Line».Поэтому не стану повторяться.

 Прошло несколько лет,я сходил в армию.А после возвращения,выменял у одного приятеля на «кучу»демократов»(пластинок) отличный диск новой (для меня)группы Deep Purple “Fireball”.Пластина была «в улёт»!Все треки забойные.Но больше всего мне «въехала» вещичка «Fools».Это было что-то с чем-то.Рваный роковый ритм и виолданчель.Это было просто обалденно.
 
 В дальнейщем эта группа стала моей самой любимой группой.Что-то сродни с Битлами и Элвисом.И по сей день я люблю её не меньше,а больше,чем в самом начале.Каждый альбом-откровение!
 Возможно,не каждый меломан является их почитателем.Кому-то ближе какая-то другая музыка.Но для меня они навсегда останутся самыми крутыми.


« Тёмно-лиловая комета », или  Мои «Deep Purple»

  Deep Purple — британская рок-группа, образованная в феврале 1968 года в английском Хартфорде, — по праву считается одной из самых заметных и влиятельных групп в истории хард-рока 1970-х. Именно с их именем музыкальные критики связывают формирование жанра и его стремительное развитие: Deep Purple называют одними из основателей хард-рока, группой, заложившей его фундамент и определившей дальнейшее движение.
 Музыканты «классического» состава — гитарист Ричи Блэкмор, клавишник Джон Лорд, барабанщик Иэн Пейс — воспринимаются критиками как инструменталисты-виртуозы, каждый из которых не просто играл свою партию, но формировал язык группы. Их мастерство, помноженное на энергию времени, сделало Deep Purple ориентиром для целого поколения рок-исполнителей.
Коммерческий успех лишь подтвердил масштаб явления: в мире было продано более 100 миллионов копий альбомов группы. Признание пришло и на институциональном уровне — в 2016 году Deep Purple были введены в Зал славы рок-н-ролла, а в 2020 году британский журнал Classic Rock включил их в список «50 величайших рок-групп всех времён».

Предыстория

 История Deep Purple начинается не с грохота усилителей и не с легендарных риффов, а с идеи — зыбкой, неустойчивой, почти утопической. Инициатором её стал барабанщик Крис Кёртис, покинувший в 1966 году The Searchers и решивший во что бы то ни стало вернуться в музыку. Его замысел был нетипичен даже для бурлящих шестидесятых: группа, в которой музыканты сменяли бы друг друга «как на карусели». Проект получил соответствующее название — Roundabout.

 В 1967 году Кёртис привлёк к делу антрепренёра Тони Эдвардса — человека из Вест-Энда, владельца семейного агентства Alice Edwards Holdings Ltd, но при этом не чуждого музыкальному бизнесу. Эдвардс уже имел опыт работы с артистами и обладал тем, чего так не хватало многим начинающим группам, — организационным чутьём и финансовыми возможностями.

 В это же время на перепутье оказался и клавишник Джон Лорд. Он только что ушёл из ритм-энд-блюзовой группы The Artwoods, созданной Артом Вудом, и оказался в гастрольном составе The Flowerpot Men — коллектива, существовавшего, по сути, ради раскрутки одного-единственного хита, Let’s Go To San Francisco. Музыкальная неопределённость, в которой пребывал Лорд, удивительным образом совпала с туманными планами Кёртиса.

 Их знакомство произошло почти случайно — на вечеринке у Вики Уикхэм, легендарной «искательницы талантов». Кёртис загорелся возможностью увлечь Лорда своим проектом, и тот на время поверил в идею Roundabout. Вскоре, однако, стало ясно, что Кёртис живёт в собственном, «кислотном» мире, где грань между вдохновением и хаосом практически стерта.

 Одним из предполагаемых участников должен был стать Джордж Робинс, бывший бас-гитарист Cryin’ Shames. Но перед тем как окончательно исчезнуть из проекта, Кёртис успел сделать одно важное заявление: у него, мол, есть на примете «фантастический гитарист — англичанин, который живёт в Гамбурге».
Этим гитаристом был Ричи Блэкмор.

 Несмотря на юный возраст, Блэкмор к тому моменту уже успел пройти серьёзную школу. Он играл с Джином Винсентом, выступал в составах Mike Dee And The Jaywalkers, Screamin’ Lord Sutch, Neil Christian and the Crusaders и других коллективов. С октября 1962 по апрель 1964 года Ричи был участником The Outlaws — студийной группы продюсера Джо Мика, где познакомился с Дереком Лоуренсом, будущим продюсером первых альбомов Deep Purple. Постоянные гастроли привели его в Германию, где он даже попытался создать собственный коллектив — The Three Musketeers, просуществовавший всего два месяца и давший один-единственный концерт в Мюнхене.

 Первая попытка привлечь Блэкмора в Roundabout совпала с исчезновением Кёртиса, который позже объявился в Ливерпуле, и закончилась ничем. Но Тони Эдвардс проявил настойчивость, подкреплённую чековой книжкой, и в декабре 1967 года Ричи вновь прилетел из Гамбурга — на прослушивание.
Как вспоминал Джон Лорд, тот вечер многое решил:

 «Ричи приехал ко мне на квартиру с акустической гитарой, и мы тут же написали And The Address и Mandrake Root. Мы провели чудесный вечер. Сразу же стало ясно, что дураков он вокруг себя не потерпит, но это мне и понравилось. Выглядел он мрачно, но — таким ведь и был всегда».

 Вскоре к группе присоединились басист Дэйв Кёртисс и барабанщик Бобби Вудман — музыкант с богатым прошлым, игравший ещё в 1950-х под псевдонимом Бобби Кларк в группе Винса Тейлора Playboys и у Марти Уайлда в Wildcats. Ричи Блэкмора поразило, что Вудман использовал сразу две бочки — редкость для того времени.
После ухода Кёртисса Лорд и Блэкмор снова занялись поиском басиста. Выбор пал на Ника Симпера — отчасти потому, что он играл в The Flowerpot Men, а отчасти по причинам куда менее музыкальным: Ричи нравилось, как Симпер выглядел на сцене. Внешняя сторона дела для Блэкмора имела значение. Сам Симпер, впрочем, не воспринял предложение всерьёз, пока не узнал, что в группе будет играть Вудман, которого он боготворил.

 Репетиции начались в Дивз-Холле — большой ферме на юге Хартфордшира. Именно там стало ясно, что Вудман выбивается из общего звучания. Расставание оказалось болезненным: человеческие отношения были отличными, но музыка требовала другого.
Параллельно шёл мучительный поиск вокалиста. Прослушивали многих — в том числе Рода Стюарта, который, по воспоминаниям Симпера, «был ужасен». Пытались заинтересовать Майка Харрисона из Spooky Tooth, но тот отказался. Не сложилось и с Терри Ридом, связанным контрактными обязательствами. В какой-то момент Блэкмор был готов вернуться в Гамбург, но Лорд и Симпер уговорили его остаться — хотя бы ради репетиций в Дании, где Лорд был хорошо известен.

 После ухода Вудмана в группу пришли 21-летний вокалист Род Эванс и барабанщик Иэн Пейс — оба из The MI5. В новом составе, под новым названием, но всё с тем же менеджером Тони Эдвардсом, группа отправилась в короткое турне по Дании.
О том, что название нужно менять, договорились заранее. В Дивз-Холле составили список вариантов: Orpheus, Concrete God, Sugarlump… Пока однажды утром среди них не появилось новое слово — Deep Purple. После недолгих выяснений оказалось, что предложил его Ричи Блэкмор — в честь любимой песни своей бабушки.

 Так началась история Deep Purple.

 Первые концерты и неожиданная удача

 Первая возможность выступить перед по-настоящему большой аудиторией представилась группе в апреле 1968 года — в Дании. Для Джона Лорда это была знакомая территория: всего годом ранее он уже гастролировал здесь с группой St Valentine’s Day Massacre. Кроме того, датская сцена находилась в стороне от главных рок-магистралей Европы, а значит — позволяла экспериментировать без лишнего давления.

 Даже с названием группа ещё не определилась окончательно.
«Мы решили начать как Roundabout, а в случае неудачи превратиться в Deep Purple», — вспоминал Лорд.

 По версии Ника Симпера, всё решилось ещё более прозаично — прямо на борту парома: когда журналист спросил у музыкантов, как называется группа, Ричи Блэкмор, не задумываясь, ответил: Deep Purple.
Первый концерт прошёл под вывеской Roundabout, но на афишах для верности значились и Flowerpot Men, и Artwoods. Музыканты старались произвести максимально сильное впечатление — и, по воспоминаниям Симпера, имели «ошеломляющий успех». Единственным, у кого тур оставил мрачные воспоминания, оказался Иэн Пейс. Из-за проблем с разрешением на работу его прямо в порту доставили в участок в полицейской машине с решётками. «Хорошенькое начало!» — вспоминал он, добавляя, что по возвращении от него «воняло псиной».

 Американский прорыв

 Материал дебютного альбома Shades of Deep Purple был записан в безумном темпе — за два дня почти непрерывной 48-часовой сессии в старинном особняке Хайли под руководством продюсера Дерека Лоуренса, знакомого Блэкмора ещё по временам Джо Мика.

 В июне 1968 года на Parlophone вышел первый сингл группы — «Hush», песня американского автора Джо Саута. В Лондоне она давно пользовалась популярностью в клубах, и именно Лорд с Симпером настояли на её выборе, аранжировку же сделал Блэкмор. В Британии сингл прошёл почти незаметно, зато в США поднялся до четвёртого места и стал особенно популярен в Калифорнии. Лорд с улыбкой отмечал странное совпадение: в те дни там активно распространялась разновидность «кислоты» под названием Deep Purple.

 Британский рынок оставался холоден, но выступление группы в радиопрограмме Top Gear Джона Пила произвело сильное впечатление на специалистов. Альбом не попал в чарты Великобритании, однако в США добрался до 24-й строчки Billboard 200.
Второй альбом, The Book of Taliesyn, был построен по той же формуле, с упором на каверы. Они имели умеренный успех — достаточный, чтобы пластинка поднялась до 54-го места в американском чарте. Но то, что альбом, вышедший в США осенью 1968 года, появился в Британии лишь девять месяцев спустя и без поддержки EMI, ясно показывало: лейбл утратил к группе интерес.

 «В США мы сразу заинтересовали большой бизнес. В Британии EMI, эти глупые старички, не сделали для нас ничего», — вспоминал Симпер.
Возвращение домой и внутренний разлом

 Почти всю вторую половину 1968 года Deep Purple провели в Америке, подписав контракт с лейблом Tetragrammaton Records, финансируемым Биллом Косби. Были курьёзы — выступление в Playboy After Dark, участие в телешоу The Dating Game, где Джон Лорд оказался в числе проигравших и искренне расстроился.

 Но к Новому году группа вернулась в Англию — и столкнулась с реальностью. После залов вроде Inglewood Forum им предлагали выступать в студенческих помещениях на юге Лондона. Самооценка музыкантов изменилась, как и отношения внутри коллектива. Начались трения — прежде всего вокруг авторства и денег. Блэкмора раздражало, что Эванс и Лорд зарабатывали на би-сайдах, и споры становились всё острее.

 Записанный весной 1969 года третий альбом Deep Purple (или April) обозначил поворот к более сложной и тяжёлой музыке. Однако к моменту его выхода в Британии состав группы уже был фактически обречён. В мае Блэкмор, Лорд и Пейс тайно встретились в Нью-Йорке и приняли решение о смене вокалиста.

 «Род и Ник достигли предела своих возможностей», — вспоминал Пейс.
К тому же Эванс влюбился в американку и всерьёз задумался об актёрской карьере. Звучание группы тем временем становилось всё жёстче. Последний концерт американского турне Deep Purple дали в первом отделении Cream — и именно после Purple зрители свистом согнали хедлайнеров со сцены.

 Рождение Mark II

 По возвращении в Англию Блэкмор открыл для себя группу Episode Six — поп-роковый коллектив с неожиданно мощным вокалистом Иэном Гилланом. Лорд был потрясён его голосом не меньше. Гиллан согласился перейти в Deep Purple, но привёл с собой и басиста Роджера Гловера — своего соавтора и музыкального союзника.
Пока записывался сингл «Hallelujah», Эванс и Симпер не знали, что их судьба уже решена. Днём новый состав тайно репетировал, а по вечерам группа продолжала играть концерты в прежнем виде.

 «Мне было очень стыдно за то, как поступили с Ники и Родом», — вспоминал Гловер.
4 июля 1969 года в Кардиффе старый состав дал последний концерт. Так завершилась эпоха Mark I — и началась история Mark II.

 Симфония и выбор пути

 Именно в этот момент Джон Лорд предложил идею, которая казалась безумной и дерзкой: создать произведение для рок-группы и симфонического оркестра. Концерт в Альберт-холле 24 сентября 1969 года стал событием, принёсшим группе внимание прессы и место в британских чартах. Но вместе с успехом пришло и внутреннее напряжение. Блэкмора раздражало смещение фокуса на симфоническое начало, и он всё настойчивее тянул группу к тяжёлому, риффовому року.

 Постепенно стало ясно: именно этот путь — путь жёсткого, драматичного звучания — соответствует новой конфигурации Deep Purple. Звучание Гловера стало якорем, вокал Гиллана — идеальным выразителем нового курса, а Блэкмор превратился в центральную фигуру ансамбля.

 Всемирный успех

 Работа над Deep Purple In Rock шла под негласным правилом, сформулированным Блэкмором: «Если это не драматично и не захватывающе — этому не место на альбоме». Выпущенный летом 1970 года, альбом стал прорывом в Британии, а спонтанно записанный «Black Night» превратился в визитную карточку группы.

 Дальше события развивались стремительно: гастроли, конфликты, пожары, Jesus Christ Superstar с Гилланом в роли Иисуса, изматывающая работа над Fireball, а затем — Монтрё, сгоревшее казино и песня, родившаяся из джема на саундчеке.
«Smoke on the Water» стала не просто хитом — она зафиксировала момент, когда Deep Purple окончательно вошли в историю.

 Machine Head сделал группу мировой силой. Made in Japan запечатлел её на пике формы. Но за этим пиком уже маячил излом: усталость, гастрольный стресс, обострившиеся противоречия между Блэкмором и Гилланом. Альбом Who Do We Think We Are имел успех, но не принёс удовлетворения. Внутренний кризис стал очевиден — и уход Гиллана и Гловера был лишь вопросом времени.