Луша и Фотий идут в лес за пахучей ёлкой

Ясное  морозное утро встречал большой хоровод причудливых ёлок в  лохматеньких шапках. Они дружно  блистали колючими фрагментами   стекловаты недалеко от деревни.
Снег искрился вокруг,  серебрясь на проводах линии электропередачи. Ветер сыпал блестки, а может  золотушки на бани, амбары и деревянные туалеты покрытые изморозью.
Встающее  солнце над горизонтом хитро улыбалось смотря на пару идущих  по  дороге нелепых  фигур
Кто же это?
- Ба! Ломая  корку  плотного снега  шли к лесу  двое, причём весьма одухотворённо.  Широкими скользкими лыжами люди  взламывали плотный наст  словно два атомохода прокладывающих северный путь, оставляя за собой ,  ломаные в клочья куски  . Эти фигуры шли не останавливаясь  соревнуясь между собой  в быстроте и ловкости бега.


В это время лес жил неспешной,  насыщенной жизнью. Прямо с утра там  раздавались  удары о дуб  недавно вставшего  дятла. Он  готовил   утренний завтрак из жуков короедов. Подойдя к краю леса две  фигуры остановились, оглядываясь по сторонам, сейчас стало видно что это наши друзья Лукерья и Фотий. Парень деловито скрутил самокрутку и закурил.
Дома деревни в дали  потонули в дыму самосада .
Лукерия и Фотий на себе ощутили вкус палёной газеты и табака вперемежку со свежим воздухом  в окружающем поле.
И куда же идут молодые?

Правильно! Они идут за  пахучей и  мохнатою  ёлкой.  Утренний мороз бодрит.
Лукерья улыбаясь  вслух приговаривает:
- Декабрь год кончает - студит, лютует - зиму начинает.
Передвигая ногами в лыжах пытаясь встать по удобнее Фотий уткнулся в мягкий комок. Что прыгнуло в верх , комья снега полетели парню в лицо.
Ба! Да это же зайчик из под ног  кувыркнулся!
-Ты куда же  бежишь, шалунишка? - кричит Фотий. 
- Иди сюда , как раз подойдёшь  на воротник для  Лукерьи!

Но куда там, заяц о себе был другого мнения. Он помчался от них  в перелесок.
И вдруг,   мохнатое "покрывало" понеслось в след за Зайцем. А, это же лиса его догоняет! Заяц  хитрит, петли выписывает.
- Не захотел на воротник, станешь вкусным обедом - вздыхает Фотий.
- Да белый воротничок не помешал бы - кокетливо произносит Лукерья

Вот, вот сейчас схватит лиса его бедолагу. В ожидании чуда сердце уходит у наших товарищей в пятки. Но нет,  Заяц ловко прыгает через заснеженную сенокосилку. А лиса не успевает свернуть и врезается лбом. В морозном воздухе слышится металлический звон.
Быстро смекнув что случилось и издавая радостный рык. Фотий развернув свои лыжи и помчался к сенокосилке.
Подъехав  парень хватает рыжую за хвост и  поднимая рассматривает.
- Белый воротник ушёл, зато рыжий попался - выкрикнул Фотий победно заржав.
- О да, хочу, хочу! Мой дурачок неси её скорее сюда! - закричала ему в ответ Лукерья.

А на белоствольной берёзе каркает ворона, устанавливая справедливость - Охотнику лисий воротник, а Зайцу морковку!   
Вдруг в лесу что-то ухнуло как из бочки, потом ещё раз.  Что же это такое?
Лукерия внимательно смотрела на   запущенную и позаброшенную  поляну заваленную пластиком и строительным мусором выглядывающим то здесь, то там из сугробов.  Наконец подняв голову она  увидела филина, сидящего на сосне. Это он вылупив на неё большие глаза издавал идиотские звуки. Лукерья сначала  остолбенела, а  потом схватившись за сердце покачнулась и  упала в занесённый снегом овраг. Там далеко , глубоко   молодуху  охватила чёрная бездна. И  зловещая трясина  похожая на гуано стала жадно засасывать девицу. О, да! Это   Луша попала в западню лесного Маньяка  и она на закричала Фотию:
- На помощь, насилуют гады!
Послышался треск берёз и осин. Это поспешно ломая молодые деревья к ней спешил  её ухажер. Наклонившись над ямой маньяка , он связал все четыре  лыжные палки и подал подружке.
- Скорее, скорее, оно меня поглощает-  хрипела сидящая по шею в гуано Лукерья.
 Сердца наших друзей безумно  стучали, кровь стыла в жилах обоих.
- Держи крепче и подтянись! - орал  раскрасневшийся Фотий.
Но гуано не отпускало, смачно чавкая глубже  засасывало несчастную Лушу.
Поединок продолжался мучительно долго. Молодые напрягались и тянулись друг к дугу что есть мочи. Наконец гуано жалобно хрюкнув, отпустило девицу. И Лукерья при помощи Фотия все таки  выбралась из   ямы маньяка. Слёзы радости   катились по стройной  фигуре подруги. А Фотий хрипло дыша и сморкаясь матерился проклиная Маньяка.
Наконец отдышавшись  Фотий улыбнулся, а Луша смущённо опустила  глаза. Юноша обнял её и стал целовать в щеку и затылок, а так же в другие родные сердцу места. Вскоре счастливая  парочка присела пить  пить чай с коньяком на поваленной ураганом  берёзе.
Поедая бутерброды с икрой и заснеженных крабов, запивая деликатесы чайком Фотий украдкой поглядывал на пышную девичью грудь. Она  распирала овчинный  тулупчик и манила к себе. Парень подмигивая приговаривал:
- Хороша моя Луша - никому не дам скушать!
Лукерья раскрасневшись благодарно кивала в ответ.

А вокруг них  простираясь на тысяча метровые  километры спал  седой и дремучий Нытвенский лес. Молодые смотрели вокруг причмокивая и наворачивая бутерброды. Кругом  замерли  и даже не шевелились   иголки сосен покрытые  алмазной россыпью  инея. Наши друзья  продолжали поглядывать  по сторонам ,  зима - колдунья зачаровала их. А их красные как   маки губы  расплывались  на   лицах. Их   освещали  радужные  огоньки идущие от заснеженных  елей, и  пней великанов. Ну вот наконец стрелы Амура пронзили навылет  сердце Фоти и Луши. Намагничиваясь они прижимались все плотнее и плотнее  друг к другу. Так рождалась любовь в предновогоднюю ночь. Ночь страсти и поглощенья.  Да так, что  наши герои забыли  про красавицу  ёлку валявшуюся рядом в снегу. Она мешала им целоваться и Фотий пнул её подальше ногой.

Время шло  и  совсем стало   стемнело. Вскоре издалека  послышался нарастающий  вой.  Меж деревьев замелькали зловещие огоньки.   Дождались, это волки!
  Что же делать?   Выстрел Фотея издавая пронзительный запах разнёсся по красивой опушке. Лукерья  сморщилась понимая что происходит  конфуз. Но не желая  расстраивать парня,  мило улыбнулась ему.  И Фотий почувствовав одобрение  выдал ещё целую очередь пронзительных звуков,  лесную поляну  накрыл  сизый туман.  А настигающие их волки  оказались в его эпицентре. Скуля и визжа людоеды в предсмертных  судорогах  по попадали в снег. Почувствовав что спасена, Лукерья бросилась к Фотию, целуя его в небритые щеки. Наконец после стольких больших приключений и конфуза наши влюблённые возвратились домой. Уставшие и  довольные, с красавицей ёлкой  под мышкой.

А в деревне заледеневшие  часы на коньке Сельсовета пробили двенадцать. Наступил Новый Год на Урале ! В добротных уютных  дома дружно грохнули  фейеверки. Да так, что повышибало все стекла! Немедленно ветер ворвался в избушки  наметая сугробы вокруг наряженных ёлок. А народ веселился разогретый крутым самогоном, ему было все нипочем. И наша красавица ёлочка заплясала волшебными огоньками в домашнем сугробе. Ну вот, на часах 12 в Москве, и бой Кремлёвских курантов! Наш народ уже два часа в снегу, дыму и пьяном угаре веселится   плескает винцо  и шампунь,  друг на друга. А на улице под фонарём кто-то упал и торчит из сугроба.    Только Луша и Фока сидят тихо обнявшись у электро камина. Они  мечтают  о завтрашнем дне, о ляльке, о хорошей зарплате и поездке  в тёплый и мокрый Бангкок.

 С годом скачущего Бегемота! С Новым 2026 !