Притча о прочных связях

Строительный бум у воробьёв случался каждую осень: самцы неутомимо осматривали окрестности в поисках подходящего жилья, и объекты недвижимости быстро находили  счастливых обладателей. Воробьихи тем временем присматривались к потенциальным партнёрам, мечтая о прочных связях.

Жизнь шла своим чередом и по своим законам. Весна пробуждала чувства. Они рвались на свободу, создавая броуновское движение.

Вскоре свадебные воробьиные песни наполняли округу радостными звуками. А позднее – чириканьем подрастающих птенцов.

Будни Воробьихи-матери протекали в кругу домочадцев и близких друзей. Они позволяли чувствовать себя  нужной. Воробьиха не любила оставаться одна, всегда была готова помочь, даже если её об этом не просили. В душе она желала другим добра и хотела «как лучше».

Источник добродеятельности Воробьихи казался неисчерпаемым. Улыбаясь, она принимала слова благодарности и восхищения, считая их заслуженным вознагражлением. Её переполняло чувство гордости, и от этого она словно увеличивалась в размерах, превращаясь в пухлый шарик.

В такие моменты  Воробьиха-мать получала мощный прилив сил и была готова снова «причинять другим добро», не задавая себе лишних вопросов.

Постепенно такое поведение окружающие стали воспринимать как должное. Связи укреплялись, а вместе с ними и зависимости.

Через некоторое время слова благодарности звучали скудно и блёкло – перестали радовать Воробьиху. А в какой-то момент, по непонятным причинам, она начала всё больше раздражаться. Какая-то злая  сила вызывала в ней возмущение и недовольство непосильным бременем, которое на неё почему-то перекладывали или возлагали другие.
 
Теперь Воробьиха-мать резким щебетанием обрушивала претензии и требования на тех, кто ещё недавно был получателем её бескорыстной помощи.

– Почему вы сами ничего не делаете? Сели мне на шею! Обленились совсем! – громко чирикала она.

Домочадцы и друзья недоумевали:

 – Ты же стремилась всё делать  сама. Часто давала советы  и решала чужие вопросы. Очень в этом преуспела. Почему же теперь тебя это злит?

Воробьиха-мать возражала громко и пронзительно:
 
– Вы только и ждали моих советов и указаний. Хотели, чтобы я делала вашу работу. Сами на что годитесь? Если бы не я, вы бы...

Критика и обвинения звучали ежедневно, случались даже потасовки, так что перья летели в разные стороны.

Чувство превосходства, которое Воробьиха не замечала за собой, нарастало изнутри и подпитывалось кажущейся слабостью других.
Эта сила превращала её в охотника, который преследует свою жертву. Чем доступнее была добыча – кто-то слабый из окружения, – тем прочнее становились нездоровые связи между ними.

Однако, со временем жертвы сопротивлялись и переходили в наступление. Претензии и требования теперь сыпались на преследователя.

– Да, но..., – тихим бормотанием отвечала понурая Воробьиха-мать. Она сидела на ветке густого куста сирени, захваченная врасплох новой неведомой силой. Ей стало жалко себя и она вдруг разразилась горькими слезами.

 – Я не могу..., я не хочу..., – прорывались обрывки фраз сквозь её рыдания. – Какая же я дура несчастная, – всхлипывала Воробьиха, погружаясь в самообвинения и усиливая собственные страдания. Наконец-то она могла продемонстрировать свою слабость. Ей хотелось передать ответственность за свою жизнь другим.

Некоторые близкие друзья сочувствовали Воробьихе- матери. Активно включались в утешительно-спасательные работы, желали добра и хотели «как лучше». Другие злились, чувствуя за собой право открыто выражать свой гнев.

– Сама виновата. К чему привели её советы? Кому стало лучше?

Сами того не ведая, Воробьиха, её домочадцы и близкие друзья оказались в плену треугольника, почти Бермудского. Три неведомые силы зависимости прочно установили между ними связи. Эти силы присутствовали в каждом участнике. Поднимались и опускались приливами. Заставляли играть по своим правилам и давали  бонусы: каждый мог реализовать скрытые, неосознаваемые ими чувства и желания. Игра была трудной, изнуряющей. Чем дольше в неё играли, тем больше укреплялись связи нездоровым образом. Отказаться от игры было сложно.

Воробьиха-мать перелетала с места на место, рассеянно осматриваясь вокруг. Наконец нашла укромное место среди густой листвы дерева. Сидела нахохлившись, пытаясь понять, что с ней происходит.

– Неблагодарные! Я столько для них сделала, а они... – с ненавистью говорила Воробьиха. От гнева её бросало в жар, тело напрягалось, а внутри неистово бушевала буря.

– Никто меня не любит, никто... – вдруг прошептала она и замолчала. Напряжение незаметно уходило, словно отлив. Тело обмякло. Наступало облегчение, переходящее в беспомощность. Слёзы поткатывали к горлу и бились волнами негодования.

Наревевшись вдоволь, Воробьиха глубоко вздохнула и вдруг подумала:
– Если бы я научилась понимать свои истинные желания и чувства, что бы тогда было? И чего именно я хочу?

Вдруг, неожиданно для себя, она проговорила:

 – Надо перестать играть в эту нездоровую игру.

Эта мысль придала сил и радостная Воробьиха-мать тут же решила ей поделиться с близкими.

Шумная стайка воробьёв привычно копашилась в кустах благоухающей сирени.
Воробьиха заняла самое видное место и громко спросила:

– Что будет, если мы начнём открыто говорить о своих желаниях и потребностях?

– Тогда мы сможем больше доверять друг другу, – сказал один из молодых воробьёв.

Воробьиха-мать одобрительно качнула головой и продолжила:

– Что будет, если мы без манипуляций станем выражать свои просьбы и пожелания?

– Наверное, перестанем причинять вред себе и другим, – сказал старый воробей.

– Но как этому научиться? Что надо делать? – взволнованно защебетали воробьи и принялись оживлённо обсуждать важную тему.

Они хотели  выбраться из Бермудского треугольника и иметь добрые отношения, создавая другие – здоровые связи.

5 августа 2023

________________________
Справка

Броуновское движение — хаотическое движение микрочастиц в жидкости или газе из-за столкновений с молекулами среды.

Треугольник Карпмана — психологическая модель, описывающая три роли в нездоровых отношениях: Жертва, Преследователь и Спасатель. Люди часто бессознательно переходят между ними, создавая  конфликтные зависимые связи.