Симон Боливар - Освободитель Венесуэлы

«Моя возлюбленная — Венесуэла, которую я ставлю превыше всего…» (Симон Боливар)
 
   Все телевизионные программы в те дни шумели о похищении Мадуро.
- А знаете,- оживился вдруг Александр Иванович - ездили мы  тут с Вероникой Павловной в университет на Ленинских горах, и в сквере у проспекта Вернадского увидели памятник Симону Боливару. Оказывается, установили его в 2023 году в связи 240-летием со дня рождения Боливара. Это венесуэльцы передали в дар Москве установленную в Каракасе копию конного монумента итальянского скульптора Адамо Тадолини.
- Кажется, официальная валюта Венесуэлы называется боливар. Только вот о нём  самом почему-то мало вспоминают…
-  Вероятно потому, что Карл Маркс  в своей статье о Боливаре  раскритиковал его за диктаторские замашки, в советское время о нём просто старались не вспоминать.   Сейчас ситуация изменилась, особенно   после похищения Мадуро.
- Тогда мы ждём от вас подробного рассказа об этом герое.
- Полное его имя в одной строке не уместится - Симо;н Хосе; Анто;нио де ла Санти;сима Тринида;д Боли;вар де ла Консепсьо;н-и-По;нте Пала;сиос-и-Бла;нко. Отсюда сразу видно, что Боливар - потомок  высокородных аристократов. Родился Симон Боливар 24 июля  1783  года в Каракасе,  столице Венесуэлы.
    Тут хотелось бы сделать небольшое отступление о самой Венесуэле. Колумб попал в эти «благодатные», как он их называл, края во время своей третьей экспедиции. Когда испанцы увидели в дельте реки Ориноко индейские дома на платформах, что высились на вбитых в дно сваях, они назвали эту землю Маленькая Венеция, или Венесуэла. Местных жителей Христофор Колумб описывал как добродушных и щедрых. Только вот относились испанцы к этим добрым людям   бесчеловечно. Мужчин отправляли  в  рудники, женщин - на плантации, а самых сильных вывозили в Испанию как рабов.  Понятно, что многие аборигены сбегали. Тогда для работы на местных плантациях испанцы стали завозить чернокожих рабов из Африки. Со временем среди обитателей венесуэльских поселений  образовались  несколько каст. Рядом с белокожими испанцами жили креолы  (местные уроженцы испанского происхождения), метисы (потомки белых и индейцев), мулаты (потомки белых и негров), самбо (потомки негров и индейцев) и, наконец, местные индейцы и негры-рабы. Причем испанцы  относились к креолам (а наш герой, напомню, был креол) подчёркнуто  пренебрежительно, хотя это был самый образованный слой местного населения. Потому среди креолов особенно и нарастали  антииспанские  настроения. Хотя к концу XVIII века любой богатый мулат или метис мог купить за тысячу реалов сертификат, заверяющий, что его обладатель - кавалер «чистых испанских кровей».
     Отец нашего героя, выходец из семьи знатных испанских басков, служил казначеем при генерал-капитане, то-есть правителе Каракаса. С годами он скопил солидное состояние, помимо денег владел богатыми  имениями и плантациями. Но женился он поздно, в сорок семь лет, на 14-летней Марие. Вскоре она подарила мужу сына и двух дочерей, а позднее, в ночь на 25 июля 1783 года еще одного сына - Симона. Однако всего через несколько лет умерла одна дочь, за ней скончался сам отец, а спустя  шесть лет  умерла от туберкулеза и мать, донья Мария. Мальчик Симон остался на попечении своей преданной няни, негритянки Ипполиты. Воспитанием сироты занялся его дядя Карлос Паласиос, который взял в наставники своему любимому племяннику двадцатилетнего Симона Родригеса. Это был  чрезвычайно образованный человек, вольнодумец, который объехал всю Европу, по слухам, и в России побывал. Вместе с учителем молодой креол занимался  не только науками. Он учился верховой езде на полудиких скакунах, во время долгих прогулок общался с местными индейцами, с черными рабами  и с суровыми льянерос.
- Это кто такие?
- Это скотоводы и погонщики скота, отчаянные и независимые  жители бескрайних равнин Венесуэлы. Тогда уже, общаясь с простонародьем, Симон научился    в невольнике видеть человека.  Родригес познакомил юного Боливара с идеями английских и французских  энциклопедистов и с американской «Декларацией прав человека и гражданина».
    В 1799 году родственники Симона решили отправить юношу в Мадрид, на попечение  высокородного и богатого дяди дона Эстебан Паласиоса. В столице Симон изучал право, вращался в высшем свете и даже познакомился  с наследным принцем доном Фердинандом, будущим королем Испании.  В Мадриде юный Симон познакомился с Марией Тересой Родригес, единственной дочерью богатого каракасца, и   женился на ней. После свадьбы молодые вместе вернулись в Венесуэлу. Но тут в Каракасе разразилась желтая лихорадка, и молодая супруга умерла на руках своего мужа.
- А сколько ему было тогда?
- Всего 19 лет. Чтобы отвлечься от горестных дум,  Симон Боливар вместе  со своим другом Родригесом  отправились  в Европу. В  Париже, Боливар не бездельничал, а продолжал обучение в  Политехнической   и  Высшей  школах. Здесь он стал очевидцем коронования, а, вернее,  самокоронования Наполеона. (См."Рим и воспоминания о Наполеоне"). С той  поры человек, которого Симон Боливар почитал «героем республики и гением свободы» превратился для него в «двуличного тирана». Боливар покинул  Францию и отправился в Италию. Но и здесь они с Родригесом оказались невольными свидетелями ещё одной коронации Наполеона в Милане, на этот раз как  короля Италии. Через Венецию, Феррару, Болонью, Флоренцию и Перуджу  друзья отправились  в Вечный город. Испанский посол предложил молодому и чрезвычайно богатому креолу  посетить Папу Пия VII. Боливар принял приглашение, но нарушил этикет, отказавшись целовать крест, вышитый на папской туфле, чем привёл в негодование испанского посла и всех присутствующих.   В 1805 году Боливар даже наведался в  Соединённые Штаты Америки.
    Боливар вернулся в Каракас. Город ещё не оправился от недавней  неудавшейся высадки  революционного генерала Миранды,   который мечтал о создании      независимой от Испании «колумбийской   империи». 
- Мечты, созвучные  идеям Боливара.
 -  В  1808 году Наполеон, расширяя границы империи, провозгласил своего старшего брата Жозефа Бонапарта  королем Испании. Испанцы попытались, было, сопротивляться, в стране возникали партизанские отряды и союзы борьбы с завоевателями. Но      французы, преодолев отчаянное противостояние, оккупировали  значительную  часть испанской территории. Они блокировали испанские колонии в Южной Америке, связь с внешним миром была нарушена, торговля прекратилась, жизнь осложнилась.  И население венесуэльской столицы восстало. 19 апреля 1810 года молодые патриоты во главе с Симоном Боливаром свергли правящего генерал-капитана. Симона Боливара направили за границу, чтобы получить поддержку и закупить оружие. В Лондоне Боливар встретил своего кумира - генерала Франсиско де Миранда,  которого называли  «предтечей венесуэльской независимости». Вместе они вернулись на родину и потребовали от конгресса окончательного разрыва с Испанией. Так 5 июля 1811 года Венесуэла первой из испанских колоний в Южной Америке провозгласила независимость. Миранда был объявлен диктатором и генералиссимусом войск республики.  А   Боливар поступил на службу офицером в повстанческую армию.
    На Каракас, меж тем, неумолимо наступали испанские войска, а изнутри молодую республику подрывали бесконечные мятежи и заговоры. А тут ещё и сами силы небесные обрушились на город. Весна  в тот год выдалась особенно жаркой. В четверг на Страстной неделе, когда жители были на службе в церквях, случился  первый толчок землетрясения, от  которого закачались и загудели    церковные колокола. Сразу за первым последовал второй толчок, от которого земля заходила ходуном, со страшным гулом  она почти вставала на дыбы и рушилась. Тысячи жителей были погребены под развалинами. Разрушенный город окутывали густые клубы пыли. Священники заголосили, что это кара Господня за попытку  венесуэльцев установить «безбожную» республику.
    Но и тогда Боливар продолжал мучительный штурм неприступной крепости Пуэрто-Кабельо, которую испанцы с моря подпитывали продовольствием, солдатами и боеприпасами.  Отправленный Миранде призыв о помощи остался без ответа, ибо сопротивление его армии было сломлено, и 25 июля 1812 года  Миранда был вынужден подписать перемирие с испанским генералом Монтеверде. Боливар со своими сторонниками расценили это как «преступную трусость» и измену. Они  даже  арестовали своего недавнего кумира Миранду, но  несколько дней спустя испанцы перешли в активное наступление и захватили Миранду в плен. Позднее его отправили в Испанию, где он и умер в тюрьме города Кадис.  Боливару  же с несколькими офицерами удалось бежать. Так пала  Первая Венесуэльская республика. Венесуэлу возглавил испанский генерал Монтеверде, восстановивший в стране  колониальный порядок.
   Осенью Боливар добрался до Картахены, столицы Новой Гранады (Колумбии), где в 1811 году  представители нескольких провинций подписали  Акт об автономии, суверенитете и независимости от Испании.   Здесь Боливар опубликовал манифест, объясняющий причины поражения Первой Венесуэльской республики и призывающий новогранадцев объединить усилия и продолжить борьбу за независимость Венесуэлы, ибо «от свободы Венесуэлы зависит и ваша свобода», - писал он.  Боливара с небольшим отрядом отправили в поселение Барранке, неподалеку от границы Венесуэлы. 29-летний Симон, потерявший родину, власть, друзей и состояние, не утратил, однако, надежд и упорства. Он денно и нощно обучал и муштровал своих солдат. С помощью местных жителей принялся строить плоты, запасаться  продовольствием. И 22 декабря, не испросив  разрешения начальства и нарушив воинскую дисциплину, Боливар погрузил  на плоты и лодки свою крохотную, но хорошо обученную армию и стремительно направился вверх по течению реки Магдалены. Отбив у испанцев селение Тенерифе, они  захватили  несколько пушек и шлюпок с оружием. Стремительно продвигаясь дальше, Боливар за пятнадцать дней освободил от испанских войск весь район Магдалены, о чем и сообщил  диктатору Новой Гранады - Родригесу Торрисесу. Поколебавшись,  тот предоставил Боливару небольшое войско, с которым Боливар двинулся к  Венесуэле.
    Невзирая на постоянные дожди и сильные ветра, верные солдаты  Боливара одолели  сложнейший переход через Анды.  Они пробирались по болотистым руслам горных речушек,  преодолевали ущелья, карабкаясь по отвесным скалам. От голода и усталости некоторые теряли сознание и срывались в пропасти. Но, несмотря на тяжелейшие испытания, в кровопролитном сражении у  пограничной Кукуты в марте 1813 года патриоты одержали  победу. Захватив оставленные испанцами боеприпасы,  Боливар со своими 700 бойцами  очистили от испанцев другие пограничные с Венесуэлой области   и начали продвигаться вглубь Венесуэлы. За три месяца Боливар с  горсткой бойцов, преодолевая горные перевалы, прошёл 1200 километров,  выиграл шесть крупных сражений и десятки мелких боев и освободил от испанцев весь запад Венесуэлы. 4 августа 1813 года его армия вошла в Каракас, который приветствовал освободителей колокольным звоном и цветами. Муниципалитет провозгласил восстановление Второй Венесуэльской республики. Боливара произвели в генерал-капитаны и провозгласили Освободителем (Либертадором) Венесуэлы. Учредив орден «Освободителя Венесуэлы», Боливар наградил им всех командиров своих  отрядов.
   В это же время венесуэльский генерал Мариньо освободил от испанцев  восток страны. Боливар пригласил его в Каракас, чтобы  согласовать дальнейшие действия. Но Мариньо отказался из   опасения оказаться в  подчиненном положении. Напрасно Боливар призывал его объединить усилия и обратить  разрозненную борьбу за независимость во всенародную войну южноамериканцев против испанцев.
    В начале 1814 года, несмотря на просьбу  Боливара об отставке,   Ассамблея Каракаса  единодушно провозгласила Освободителя диктатором. Тогда были отменены многие обременительные налоги, сокращены подати с индейцев,  провозглашена свобода внешней торговли и запрещена  работорговля. Однако, то здесь, то там  в стране вспыхивали мятежи, а единства среди республиканских командиров так и не было. Боливар в одиночку снова пошёл приступом на несокрушимую крепость Пуэрто-Кабельо, но под натиском присланного королём из Испании подкрепления снова вынужден был  отступить.
   В это время  испанский генерал Монтеверде призвал на помощь и провозгласил генералом беспощадного авантюриста Бовеса, который сумел привлечь на свою сторону полудиких  пастухов-льянерос. Призывая к борьбе с аристократами, Бовес-Крикун, как его называли, обещал всякие вольности и передел собственности.  Перед лицом новой угрозы войска Боливара и Мариньо объединились, но 15 июня 1814 года в кровопролитном сражении конница  Бовеса беспощадно растоптала республиканские войска. (Впрочем, этот враг Второй республики вскоре и сам погиб: патриот Амбросио Брабанте в разгаре боя заколол его копьем). А  Боливару и Мариньо удалось спастись.
     Долгие месяцы Боливар томился на острове  Ямайка, призывая патриотов объединиться и снова выступить на  борьбу с испанцами. В декабре 1816 года ему удалось собрать отряд из 250 человек, с которыми он высадился на побережье Венесуэлы. Здесь Боливар торжественно провозгласил освобождение рабов и обещал дать солдатам повстанческой армии землю. Это привлекло на его сторону многих. С пополнившейся армией Боливар направился к Каракасу, но эта кампания  не увенчалась успехом.
   В следующем году Боливар во главе освободительной армии, преодолев  высокогорные перевалы Анд, направился в Новую Гранаду. Разгромив испанские войска, армии Боливара и новогранадского генерала Сантандера уже через 75 дней  вступили в город Боготу. За эти заслуги конгресс присвоил Боливару звание бригадного генерала и объявил гражданином Новой Гранады.
    Боливар обратился к конгрессу с просьбой утвердить его декреты об отмене рабства и о наделе льянерос землей, призывал к объединению Новой Гранады и Венесуэлы в единое государство — Колумбию.
   В январе 1821 года Боливар стал готовиться к решительной схватке с  испанцами. 28 июня Боливар после семилетнего отсутствия вновь вошел во главе своих солдат в Каракас, где единственным оплотом испанцев оставалась неприступная крепость Пуэрто-Кабельо. 
    Но теперь ему ещё предстояло освободить от испанцев соседний Эквадор. Ценой немалых жертв и усилий Боливару удалось одолеть испанцев. 28 мая 1822 года эквадорская кампания завершилась победой. Утром Боливар в парадном генеральском мундире, верхом на белом коне, во главе отряда вступил в город. С балкона одного из домов прекрасная незнакомка бросила ему лавровый венок. А уже вечером на балу Боливар познакомился с ней.  Это была 22-летняя  прекрасная Мануэлита Саэнс, которая, бросив мужа, стала верной и любящей подругой Боливара до самой его смерти.
    Боливар попытался, было, отговориться от поста президента. «Моя профессия - солдат. Я не диктатор, я только военный руководитель». Но после настоятельных обращений конгресса Боливар согласился вновь занять пост президента объединённого государства Великая Колумбия, куда вошли Венесуэла, Новая Гранада, Панама и Эквадор.
      В ноябре 1823 году генерал Паэс, назначенный Боливаром командующим  венесуэльской армии, взял, наконец, последнюю цитадель испанцев в Венесуэле -  крепость Пуэрто-Кабельо.
   Боливар в это время находился уже в Перу.    Перуанский конгресс обратился к нему с просьбой  поддержать их борьбу за освобождение страны и назначил Боливара диктатором с неограниченными полномочиями. Роялисты отчаянно сопротивлялись, подосланные наёмники пытались убить Боливара. Наконец,  9 декабря 1824 года  у городка Аякучо произошло  решающее сражение, в  котором под командованием Симона Боливара выступили общим фронтом аргентинские, колумбийские, венесуэльские, чилийские и перуанские повстанцы. Через полтора часа ожесточенного рукопашного боя  испанцы в беспорядке бежали. Этой победой завершилась долгая 15-летняя война за независимость Южной Америки. Новый Свет, открытый Колумбом и закабалённый конкистадорами, обрел свободу.
    Конгресс Верхнего Перу  предложил в честь Боливара назвать освобождённое государство -  Республика Боливар. Один из конгрессменов заявил: «Если от Ромула произошёл Рим, то от Боливара произойдёт Боливия». Но освобождённая от испанцев страна была обескровлена войной, солдаты требовали жалованья, крестьяне – земли, рабы - свободы. Боливар видел только  один выход - в объединении всех республик вокруг Великой Колумбии, чтобы была одна власть, одни законы, одна денежная система. Боливар приступил к конфискации принадлежавших испанцам рудников, отменил наиболее тяжкие налоги и повинности. Он приступил к написанию единой конституции, в которой провозглашалось равенство всех граждан перед законом. При этом он никак не хотел устанавливать демократию типа Соединенных Штатов. « Нам лучше перейти в магометанскую веру, чем перенять способ правления США», - говорил Освободитель. «Если мы пойдем этим путем, то завещаем грядущим поколениям новый колониализм».
    Однако разбуженные войной страсти продолжали кипеть, а взлетевшие на высокие посты деятели стали думать каждый только о своих интересах.  Некоторые  опасались, что Боливар станет всемогущим,  и, следуя по пути Наполеона, провозгласит себя императором. Они даже предлагали распустить Великую Колумбию, чтобы каждая из ее трех частей — Эквадор, Новая Гранада и Венесуэла — стала  самостоятельными республиками.
- Так оно и до сих пор остаётся…..
- Устав от бесконечных распрей и споров, Боливар в сентябре 1826 года навсегда покинул Перу.  И едва колумбийские войска вышли, правительство отменило боливийскую конституцию, низложило Боливара с поста президента Перу и назначило на этот пост генерала Ла Мара. Вслед за этим была провозглашена независимость Эквадора. «Тот, кто служит революции, вспахивает море», - горестно писал Боливар.
   Боливар  вернулся в Боготу, надеясь, что принятие боливийской конституции спасёт  молодые республики от анархии и всеобщего разложения.    Вскоре к Боливару присоединилась и Мануэлита Саэнс. К этому времени здоровье Боливара сильно подорвалось. Он поседел, стал раздражительным и гневливым, его одолевали  приступы головной боли и лихорадки. Подчас он просто терял всякий интерес к окружающему. Поскольку Боливар не вмешивался в избирательную кампанию, то большинство в учредительном собрании получили сторонники генерала Сантандера. Они  предложили ограничить власть президента и превратить провинции в автономные области.
   Тогда по настоянию соратников  Боливар объявил учредительное собрание распущенным, а  себя  провозгласил диктатором. Но при этом он по-прежнему бездействовал, никого не преследовал и почти не покидал своего  дома в Боготе. Всё чаще он препоручал решение важных государственных дел Мануэлите, которая разъезжала по городу в форме офицера колумбийской армии с почетным эскортом из гусар.  Против Боливара поднялась кампания злобной клеветы и обвинений. Послышались  призывы избавить республику от «мерзкого тирана».
      Ночью 25 сентября 1828 года  вооруженные  заговорщики ворвались в дом недомогающего Боливара, убили его адъютанта. Боливару чудом удалось спастись.     Возмущённые сторонники Боливара призвали к расправе.  Под натиском приводимых доводов, Боливар передал заговорщиков военному суду, который  приговорил их к расстрелу. В последнюю минуту Боливар заменил своему бывшему соратнику генералу Сантандеру смертную казнь на высылку из страны. К слову, после смерти Боливара и распада Великой Колумбии Сантандер в 1832 году вернулся на родину и стал президентом Новой Гранады.
    А вот Боливар после этих событий   стал непоправимо быстро терять остатки физических и духовных сил. В письме другу он пишет, что после его ухода начнется гражданская война, и Великая Колумбия распадется на свои составные части. Тем более, что все его сподвижники либо погибли, либо оставили его.
    15 января 1830 года Боливар возвратился из Эквадора в Боготу. Когда на площади появился овеянный славой, неустрашимый Освободитель, которого ни одна пуля  не задела в бою, люди оторопели, некоторые женщины заплакали. Перед ними был измождённый старик с потухшим взором и едва слышным, хриплым голосом.
     Боливар снова отказался от должности президента, и на этот раз конгресс принял его отставку. В мае 1830 года Боливар уговорил Мануэлиту остаться в Боготе. А сам, отказавшись от своих земель, домов и даже от государственной пенсии, с несколькими верными друзьями отправился в Картахену, откуда намеревался отплыть в Англию. Но нужных денег у него не нашлось, да и друзья опасались, что Боливар не выдержит тяжелого морского путешествия. Его перевезли в прибрежный городок Санта-Марта. И тут к тихо умирающему в гамаке Освободителю стали стекаться бывшие соратники. Им он продиктовал свою последнюю волю, сказав в завершение: «Колумбийцы! В предсмертный час я думаю о благе родины. Если моя смерть будет способствовать прекращению раздоров и укреплению единства, я без ропота сойду в свою могилу».
    В середине дня 17 декабря 1830 года Боливара не стало. Ему было всего  47 лет. Кинулись переодеть покойника, но, не нашли  ничего подходящего. Пришлось просить у соседей чистую белую рубашку.
     В соответствии с волей покойного его прах перевезли в Каракас. В 2013 году по распоряжению президента Уго Чавеса  в центре города был выстроен пантеон, где в мраморной гробнице теперь и  покоится прах Боливара.
      В Латинской Америке имя Боливара увековечено в названиях государства Боливия,  департамента в Колумбии и штата в Венесуэле, а также в названиях городов, улиц  и денежных единиц (боливиано  в  Боливии,  боливар в  Венесуэле).   
   Ему установлены многочисленные  памятники, о нём написаны исторические труды.  Боливар является главным героем  романа талантливого колумбийского писателя Габриэля Гарсиа Маркеса  «Генерал в своём лабиринте».