Лиса с улыбкой Моны Лизы. Глава 4

Все имена, фамилии и события, описываемые в данном детективе, являются полностью вымышленными. Любое совпадение с реальными людьми, живыми или умершими, а также с реальными происшествиями — не более, как случайность. Сюжет рождается в режиме реального времени, и даже сам автор порой не знает, какой поворот судьбы ждет героев в следующей главе. Это свободный полет фантазии, не имеющий ничего общего с действительностью. Благодарю за прочтение и за комментарии!


Глава 4

Татьяна Власенко жила «на широкую ногу», по крайней мере в цифровом пространстве. Её аккаунт напоминал глянцевый журнал, где нет места бытовым проблемам и невымытой посуде. Фотографии себя любимой в лифте и в туалетах кафе. Огромные букеты роз, которые едва помещались в руках. А также обязательные атрибуты «красивой жизни»: а-ля брендовые сумки и туфли, бокалы с игристым на фоне ночных огней и те самые губы, за которыми почти не было видно лица.

— Типичная охотница за лайками, — прокомментировала Лара, листая фотографии. — Кажется, я раньше её где-то видела. Может, она блогерша? Но посмотри, Владимир, на даты.

Лара начала прокручивать ленту вниз.

— Видишь? Последние два месяца она почти не выкладывала сторис из клубов. Только домашние фото. Но интерьер... это не квартира в твоем подъезде. В гостях у подружек?

Лара остановилась на снимке, где Татьяна позировала в шелковом халате на фоне окна, за которым виднелся ночной город. Как мы, девушки, всё же похожи. У Лары тоже был такой снимок. В декабре после работы она как-то заехала к подруге на кофе. В квартире не было жарко, поэтому приятельница дала ей свой махровый халат, мол, накинь на плечи. Темнело рано, и с девятого этажа город смотрелся как на ладони. Подруга так и запечатлела Лару — на фоне подсвеченных административных зданий и в махровом халате.

На Татьяне халат был из серии «элитных». По заломам на ткани было видно, что ещё совсем недавно его достали из упаковки. Возможно, за полчаса до фотосессии. Девушка смотрела в камеру с вызовом. Всё бы ничего — снимок как снимок. Но Лара заметила одну деталь — в отражении полированной дверцы шкафа позади Татьяны виднелся размытый контур, в котором угадывался мужской силуэт.

— Ты заметил? — кивнула она Владимиру. — Она с мужчиной. Да и интерьер более похож на интерьер отельного номера.

— Я обратил внимание и на другое: мужчина, силуэт которого отражается в дверце шкафа, — это не муж Татьяны, — отозвался Владимир. — Её муж худощавого телосложения, а этот в два раза шире. Я сталкивался с Артемом несколько раз в лифте.

— Понятно, что она не с родным отцом в гостинице встречалась, а с каким-то «папиком». Осмелюсь заметить, выставлять подобные фото на всеобщее обозрение — это как игра на грани фола. Гипотетически муж мог убить Татьяну за то, что она ему изменяла, но парень погиб вместе с ней. Мог убить и мужик, потому что кому понравится такая подстава. А если он еще и женат — то руку приложить могла и его вторая половинка. Потому что незачем разевать рот на «чужое добро», — произнесла Лара.

Она посмотрела на часы и добавила:

— Засиделась я с тобой. Совсем забыла, что мне домой пора.

— Что — мама так и не встает? — поинтересовался Владимир.

— Увы... Поэтому я и застряла в этом городе, а то бы мы уже давно уехали. Спасибо, что приняли на полставки психологом в ЗАГС, где я работала ранее.

Они договорились, что созвонятся завтра, а к этому времени Владимир прошерстит страничку погибшего и, по возможности, вскроет мессенджеры супругов.

Как и всегда, дома было полно дел, и за ноут Лара села «глубоко вечером». За что же, Татьяна Власенко, тебя всё-таки убили? В эту минуту ей на глаза попался пост Татьяны, на который Лара ранее не обратила внимание.

«Возможно, сейчас меня забросают шапками и старыми тапками. А кто-то и вовсе отпишется. Но Бога нет, — писала Татьяна. — Есть символ, удобный церкви, государству и людям. Рядовым гражданам — чтобы ждать от кого-то помощи и перекладывать вину на чьи-то плечи. Церкви — чтобы сдерживать человеческие пороки. Государству — чтобы… додумайте сами. Что сейчас представляют наши праздники? Необходимо освятить продукты. Йес! Нужна святая вода. Йес! Нужно крестить ребенка, чтобы не болел. Йес! Йес! Йес! Будь Бог — он бы сразу прекратил войны. Что сделал бы Бог? Он наслал бы стихийные бедствия на каждую страну. Беды и болезни. Наводнения, землетрясения, чуму. Он бы сказал: "Стадо вы мое неразумное. Разве я создавал вас, чтобы вы уничтожали друг друга? Вот вам болезни и ливни. Вот вам землетрясения. Обратите внимание на проблемы внутри своих стран. И перестаньте, в конце концов, воевать"».
Может, Татьяну убили религиозные фанатики? И её мужа заодно?

Продолжение: