Прогремел очередной взрыв. Жители планеты Хапас – представители вида homo sapiens – несли большие потери. Сражались уже немногие. Большинство утратило веру в лучшее и отсиживалось в подвалах, ожидая своей участи. Было очевидно, что люди выйдут из этой войны проигравшими.
Всё началось два года назад, когда на Хапас прилетели представители более развитой расы. На их родной планете произошла экологическая катастрофа, и территория стала непригодна для жизни. Пришельцы искали новый дом. Надо ли говорить, что люди были не очень рады незваным гостям из космоса и содействовать им отказались. Инопланетяне улетели обратно ни с чем, а через пару месяцев случилось вторжение…
Началась кровопролитная борьба за территорию, в ходе которой люди были вытеснены из крупных городов, лишены инфраструктуры и были вынуждены отступить. Технологии человечества не позволяли нанести пришельцам существенный вред. Очень скоро Хапас был полностью захвачен. Гуманоиды заняли разрушенные и опустошённые города и стали приспосабливать их под себя. Выживших людей было решено собрать в одну колонию и отправить на другую планету. Выбор пал на планету Земля Солнечной системы. В то время природные условия на ней отличались от условий Хапаса и были не совсем пригодны жизни людей, но пришельцев это не волновало. В скором времени люди были выселены с Хапаса.
Земля стала настоящим адом для человечества. Оказавшись в неблагоприятных условиях, многие люди погибли. Оставшаяся часть людей была вынуждена бороться за своё существование и стремительно деградировала. Люди оказались совершенно не приспособлены к жизни без достижений научно-технического прогресса.
Прошло несколько тысячелетий, прежде чем Земля обрела привычный нам облик. Человечество приспособилось, эволюционировало и живёт на Земле в своё удовольствие. Разумеется, люди и не подозревают, что по сей день являются колонией. Они строят догадки о своём происхождении, а жители Хапаса с интересом наблюдают за жизнью людей, корректируют их развитие, получая свою выгоду. Но обо всём стоит рассказать по порядку.
…Двери университета раскрылись, выпуская меня в бесконечную паутину неуютных городских улиц. Меня встречал очередной пасмурный октябрьский вечер. Я поспешно прошла через толпу курящих у входа студентов, невольно вдохнув едкий сладковатый дым, и направилась к пешеходному переходу. Наконец-то пары закончились, и я почувствовала себя свободной, хотя настроение по-прежнему было на нуле. Я надела наушники и включила любимую песню, чтобы хоть как-то скрасить этот вечер. Начал моросить холодный осенний дождь. Я ускорила шаг и, пройдя вдоль торгового центра, вышла к его главному входу, где туда-сюда сновали люди. В нескольких десятках метров от меня виднелся вход в метро. Несмотря на холод и дождь, мне крайне не хотелось спускаться в это шумное и мрачное подземелье, но другого пути не было. Достав проездной, я спустилась вниз и оказалась в неуютном помещении с зелёными стенами и затёртыми колоннами. Послышался жуткий грохот и рёв прибывающего поезда, сильный порыв ветра из тоннеля заставил меня отвернуться в противоположную сторону. Поезд прибыл старый. Двери раскрылись, и я вошла в вагон. Часы показывали половину пятого вечера, людей в это время обычно мало, вагон был полупустой. Заняв свободное место возле двери, я откинулась на спинку и закрыла глаза. Грохот практически полностью подавлял музыку в наушниках, расслабиться и задремать не получалось. Проехав несколько станций, я вышла из поезда и поднялась наверх.
До общежития, где жила я, можно было добраться двумя маршрутами: только на метро или в начале пути сделать пересадку на московское центральное кольцо. Второй маршрут мне нравился больше, так как за сорок минут пути в тихом и удобном поезде можно было не просто отдохнуть, но и выспаться. Я не спеша поднялась на платформу и направилась в самое начало. Людей здесь было значительно меньше, чем в метро. Долго ждать не пришлось – уже через пару минут почти бесшумно прибыл красивый современный поезд. Когда двери раскрылись, я шагнула в вагон и поспешно заняла место возле окна. Я вытянула уставшие за день ноги вперёд, моя спина коснулась мягкой и удобной спинки сидения, и я с наслаждением потянулась. Поезд плавно тронулся. За окном медленно проплывали дома и деревья, время от времени появлялись сменяющие друг друга станции, серому полотну небес не было ни конца, ни края. Также медленно и лениво тянулась в моей голове цепочка мыслей. Поддавшись воспоминаниям, я погрузилась в раздумья.
Зовут меня Саша, но я предпочитаю, чтобы меня называли Алекса. Моё детство прошло в интернате, где меня постоянно травили за мой ум и отличное от чужого мнение, а также за то, что многие семейные пары хотели забрать именно меня. Мой невысокий рост, хрупкое телосложение и волнистые русые волосы вызывали восторг, а огромные серые глаза могли растопить любое сердце, но первое впечатление, увы, всегда оказывалось обманчивым. Я своенравный и свободолюбивый человек, из-за чего мне с самого детства было непросто найти общий язык со взрослыми. Каждый раз, возвращаясь в интернат, я слышала, что я сама себе враг, но не никогда придавала этому значение. Я давно привыкла к своему одиночеству и не испытываю страданий, если со мной не хотят общаться, а небольшие неудачи воспринимаю как неотъемлемую часть своей жизни. Трудности научили меня добиваться желаемого и твёрдо стоять на своём. Именно благодаря упорству сбылась моя мечта поступить в университет на бюджет. Но в глубине души, где-то на подсознательном уровне, я понимала, что мне тоже хочется любви и ласки. Временами меня охватывала невыносимая тоска о том, что у меня не было детства, что я никогда не была счастлива и не знаю, каково это – когда ты кому-то нужен. Я всегда искренне верила, что когда-нибудь и в моей жизни наступит белая полоса.
Несмотря на то, что прошло всего чуть больше месяца, учиться в университете мне нравится, хотя кое-что даётся с трудом. Я всегда очень интересовалась химией, поэтому выбрала специальность, связанную непосредственно с ней. Общежитие при поступлении мне было предоставлено на льготных условиях, а моей стипендии и выплат вполне хватает на оплату проживания, покупку проездного на месяц, продуктов и вещей первой необходимости, однако, более крупные траты мне не по карману.
…Громко объявили мою станцию. Я опомнилась и поспешно вышла на платформу. Поднявшись наверх и пройдя по переходу над железнодорожными путями, я вышла на улицу. Здесь, на севере Москвы, было совершенно сухо и, как казалось мне, теплее на несколько градусов. Ветер гнал вдоль шоссе опавшие листья; рыжие кроны деревьев, слившиеся в нечто единое, были единственным ярким пятном в этом сером осеннем мире. Подходя к пешеходному переходу, я обернулась. Взгляд невольно зацепился за стремительно приближающийся ярко-синий автобус. Я перешла на бег и мигом помчалась к остановке. Автобус обогнал меня и остановился, однако, мне удалось заскочить в салон до того, как двери закрылись, и автобус тронулся. Теперь можно было расслабиться и не ждать больше приключений на сегодня.
Через несколько минут автобус остановился напротив старой невзрачной девятиэтажки, которая являлась студенческим общежитием. Я вышла из автобуса, двери закрылись, и гул двигателя стал постепенно утихать. Я огляделась, будто оказалась в этом месте впервые. Рядом с девятиэтажкой находился небольшой лес, огороженный бетонным забором. За ним располагалось старое здание диспансера, выкрашенное бледно-жёлтой, уже облупившейся краской. За общежитием проходила узкая дорога, перед ним – городское шоссе. Напротив здания находился пустырь, обрамлённый зелёными гаражами. Из-за них, утопая в кронах деревьев, выглядывали старые пятиэтажки с потемневшими оконными рамами. А далее, словно колонны, на которых держится небесный свод, возвышались элитные новостройки. Мне нравился этот район. Было в нём что-то особенное, какая-то своеобразная атмосфера, от которой по моей спине бежали мурашки. Мне очень нравилось гулять по тем старым дворам, где нет ни души, где громко шуршит под ногами опавшая листва, где на растянутых меж двух деревьев верёвках мокнет под осенним дождём чистое бельё.
Я не заметила, как дошла до входа в общежитие, сбоку от которого висела табличка с надписью: «Дом студента». Я вошла внутрь, поздоровавшись с молодым охранником, который всегда как-то странно улыбался каждой мимо проходящей студентке, и поднялась на лифте на шестой этаж. Наше общежитие было коридорного типа: посередине коридора находился лифт и лестница, в обе стороны от лифта – комнаты. В обоих концах коридора располагались кухни, рядом с ними – туалеты и душевые. Хоть само здание было довольно старое, внутри ремонт был свежий: везде пластиковые окна, чистые стены персикового цвета, новые двери и кафель на полу. Я направилась вглубь коридора. С северной кухни доносились приглушённые голоса, звон посуды, а по всему этажу пахло жареной картошкой. В моём пустом желудке снова начались болезненные спазмы, и я поспешно вошла в комнату. Дверь оказалась не заперта – моя соседка Диана уже вернулась с пар.
- Привет!
- Привет, - отозвалась я, скинув рюкзак и стягивая куртку, - Катя тоже вернулась?
- Нет ещё, она написала мне, что задержится.
Наша комната рассчитана на четырёх человек, но по какой-то причине мы живём втроём. Мебели в комнате немного: две двухъярусные кровати – место над Дианой пустует – два стола, стулья и полки на каждого человека, небольшой встроенный в стену шкаф и маленький холодильник в углу.
Я переоделась и стала готовиться к ужину. Диана раскладывала покупки: новые джинсы, модная курточка, дорогая палетка теней… Мои соседки знали, как я живу, поэтому не хвастались обновками, вероятно, не желая меня обидеть. Я никогда не злилась на других людей из-за того, что им повезло больше, чем мне. Но, разумеется, мне тоже хотелось бы пройтись по магазинам и купить те вещи, которые мне нравятся. Иногда я расстраивалась, думая о своём финансовом положении. После выпуска я помахала ручкой родному посёлку, собрала все свои вещи и деньги и уехала поступать в Москву, понимая, что это мой единственный билет в нормальную жизнь. Я успешно поступила, но мои скромные сбережения были почти полностью потрачены: покупка холодильника в комнату, оплата общежития за полгода вперёд, проездной, канцтовары, халат, без которого не пустят в лабораторию… Очень много денег уходило на дорогу, так как льготный проездной я получила совсем недавно. Я очень боялась потерять или разбить свой старый, но хороший телефон; с ужасом представляла, сколько денег уйдёт на лекарства, если я вдруг заболею, а иммунитет у меня слабый.
- Как прошёл день? – спросила у меня Диана.
- Ничего особенного, - ответила я, грея руки о стакан горячего чая, – защищали сегодня очередную лабораторную по химии, у половины группы по нулям…
Я заметила, как у Дианы округлились глаза. Дело в том, что мы с ней, хоть и были в разных группах, занимались у одного преподавателя, о котором ходили жуткие слухи.
- Придирается? – спросила она.
- Терпимо, - ответила я, - если понять, что он от тебя хочет, то сдать несложно.
- В этом-то и проблема…
Мы одновременно усмехнулись. Тут дверь раскрылась, и на пороге показалась Катя. Мы кратко рассказали друг другу о том, как прошёл день, затем инициативу в свои руки взяла Диана, начав рассказывать Кате об одногруппнике, который оказывает ей знаки внимания. Я несколько минут посидела с соседками, затем потихоньку вышла из комнаты и направилась в душ. В моей личной жизни тоже всё было глухо, поэтому обсуждать с девочками мне было нечего.
После душа я направилась в сторону южной кухни. Свет там был выключен, в помещении никого не было. Окон на кухне было два: напротив входа и справа, на дальней стене. Из правого окна открывался потрясающий вид на закат. Лиловая пелена облаков была подсвечена золотистыми лучами заходящего солнца; в окнах новостроек, чёрными силуэтами вырисовывающихся на фоне пылающего заката, беспорядочно зажигался свет. В другом окне, где-то далеко-далеко, утопая в еле-различимой сиреневой дымке, вырисовывались башни Москвы-сити. Растущее возле общежития высокое дерево распластало свои ветви по железной крыше трёхэтажного здания, расположенного рядом. До самого горизонта, насколько хватало глаз, был виден бесконечный лабиринт городских улиц. Вечерний город манил меня. Мне хотелось выскочить на улицу и, натянув капюшон, бесцельно бродить по бескрайним проспектам, переулкам, дворам…
Вернувшись в комнату, я повторила материал к завтрашнему дню и стала готовиться ко сну. Усталость давала о себе знать. Мои соседки включили настольную лампу и, сидя за столом, шёпотом о чём-то разговаривали. Я легла на свою скрипучую кровать и, отвернувшись к стене, стала проваливаться в сон. Вообще студенты способны уснуть в любых условиях – сидя в метро, стоя в коридоре у стеночки и даже слушая лекции, при этом не вызывая подозрений и сохраняя максимально невозмутимый вид. Голоса соседок становились всё глуше, их разговор постепенно превращался в пустой набор совершенно не связанных друг с другом слов, и, наконец, я уснула.
В таком режиме проходили мои дни. Жизнь шла своим чередом, не преподнося мне неожиданных сюрпризов и неприятностей. В какой-то момент я даже подумала, что мне нравится этот спокойный ход событий, казалось, вот он – тот самый этап, которого я так долго ждала, наконец-то можно расслабиться и получать удовольствие от жизни. Но не тут-то было.
В тот день всё изменилось. По пути в университет я обратила внимание на молодого человека, стоящего недалеко от входа на территорию. Он был высокого роста и крепкого телосложения, в светлых джинсах и синей куртке. Больше всего в глаза бросались довольно длинные светлые дреды, собранные сзади, и солнцезащитные очки, хотя на улице было пасмурно. Мне показалось, что я вижу этого человека не впервые, и я вспомнила, что, действительно, видела его пару раз на прошлой неделе. «Наверное, тоже учится здесь», - подумала я, проходя через КПП. За весь день этот парень мне больше не встретился, и к концу пар я уже забыла о его существовании, но он напомнил о себе, появившись как извне возле входа в метро. На этот раз меня насторожило его внезапное появление у меня на пути, и я решила быть более внимательной.
Всю следующую неделю я ходила до университета, озираясь по сторонам. Со стороны могло показаться, что я страдаю манией преследования. Я видела этого незнакомца ещё несколько раз, и хотя по пятницам я занимаюсь в другом кампусе, он умудрялся появляться и там. Будто следил за мной. Эта мысль меня безумно пугала, но я старалась убедить себя в обратном. Кому и зачем я могу быть нужна? Однако, на случайные совпадения это уже не было похоже. «Это длится почти две недели, - думала я, - если он, и вправду, следит за мной, то за это время он уже мог бы составить полное расписание моих занятий!». Я была в полной растерянности и совершенно не знала, что мне делать.
После пар я по своему обыкновению отправилась в общежитие. Нервное напряжение никак не желало меня отпускать, я чувствовала опасность каждой клеточкой своего тела. «Так и с ума сойти можно! – думала я. – Ерунда это всё! Самые обычные совпадения. Сама себе надумала и пугаюсь теперь…». Для того, чтобы окончательно убедиться себя в этом, я обернулась. Незнакомец стоял возле входа в торговый центр рядом с метро. Этого я не ожидала, мне стало совсем не по себе. Но человек не преследовал меня, казалось, будто он даже не смотрел в мою сторону. Я на всякий случай прибавила шаг и нырнула в толпу людей. «Нельзя допустить, чтобы он узнал, где я живу, - размышляла я, - я ни разу не видела его рядом с общежитием, значит, он не знает. Но что же мне делать? Мне это совершенно не нравится…».
В общежитие я вернулась в расстроенных чувствах. Есть совсем не хотелось. Я села повторять материал к завтрашнему семинару, но сосредоточиться никак не получалось. Мои соседки сразу же заметили, что со мной что-то не так.
- У тебя всё хорошо? – спросила меня Катя.
- Даже не знаю, как сказать, - ответила я, глядя в пол, - боюсь, что вы примете меня за сумасшедшую.
- Мы все здесь немного сумасшедшие, - усмехнулась Диана, – рассказывай!
- Мне кажется, что за мной следят, - сказала я.
- Кто? – удивилась Катя.
- Какой-то незнакомый парень. Уже почти две недели ходит.
- Может, ты ему нравишься? – спросила Диана.
- Вряд ли. Уж очень странно он себя ведёт.
- Он из нашего ВУЗа? – продолжала Катя. – Где ты обычно его видишь?
- Как раз-таки, обычно он появляется возле университета и около метро. Я тоже сначала думала, что он студент, но внутри ВУЗа я его ни разу не видела. Не заходит он туда…
- Как он выглядит? Может, я или Диана видели его.
Я кратко описала незнакомца, но ни одна из моих соседок его не видела.
- В общем, я не знаю, что делать, - говорила я, - вроде, он не знает, где я живу, и это радует.
- Может, обратиться в полицию? – предложила Диана.
- А что я им скажу?
Соседки глубоко вздохнули. Ситуация казалось безвыходной.
- Но он ведь не ходит за тобой по пятам? – спросила Катя. – Он не подходил к тебе?
- Нет, - ответила я.
- Может быть, он сам отстанет. Если вдруг он попытается что-то сделать или будет тебе угрожать – не молчи, вместе мы придумаем что-нибудь. Можем вечером возвращаться вместе…
- Спасибо вам, - сказала я, - с вами хоть не так страшно.
В целом, вечер прошёл спокойно, и на следующее утро я, как обычно, спешила на пары. Диана сообщила, что сегодня не приедет в общежитие, так как отправится на выходные домой. Нам с Катей предстояло остаться вдвоём.
День начинался хорошо. Дождя не было, сквозь пелену облаков временами даже пробивались лучи солнца. В тот день занятия проходили в другом кампусе, находящимся почти в центре Москвы. Мне очень нравилось ездить туда несмотря на то, что до университета приходилось десять минут идти пешком. Я поспешно пробиралась через толпу студентов, идущих по широкому тротуару. Лучи солнца играли в яркой листве клёнов. Слева от меня располагался уютный парк, ограда которого густо поросла бордовым плющом. Атмосфера этого места была приятная и спокойная, я всегда наслаждалась этой короткой прогулкой от метро до дверей университета. Незнакомца-шпиона я в то утро, как ни странно, не встретила.
День прошёл замечательно. Впервые за долгое время у меня появилось хорошее настроение. Но перед тем, как я вышла из университета, в душе появилось неприятное чувство. Катя в тот день заканчивала позже меня, и это означало, что мне не только придётся ехать одной, но и сидеть в общежитии до восьми часов вечера в полном одиночестве. Такая перспектива меня совершенно не радовала, но делать было нечего. Пытаясь отогнать плохие мысли, я вышла на улицу и направилась в сторону метро.
Небо снова заволокли тучи, стало пасмурно. Чувствуя какое-то напряжение, я вынула один наушник и сделала музыку тише. Краем глаза в подворотне я заметила того парня. Он опять был здесь! Я опустила голову и быстро прошла мимо него. «Что ему от меня нужно? – не понимала я. – Кто он вообще? Почему я?». Я боязливо обернулась. Незнакомец шёл за мной! Он был в метрах тридцати от меня и не спеша шёл в общем потоке людей. Он не догонял меня, но и не терял из вида. Мне стало не по себе, к горлу начала подкатывать тошнота. «А если он будет провожать меня до самого общежития? – ужаснулась я. – Он не должен знать, где я живу! Я уже и так боюсь выходить на улицу… Надо оторваться от него!». Я ускорила шаг, насколько это было возможно, и снова обернулась. Незнакомец не отставал. Надеясь, что он не зайдёт за мной в метро, я нырнула в толпу и заскочила в здание. «Он всегда оставался возле метро, - думала я, - он ни разу не спускался за мной. Может, и сегодня он отстанет от меня…». Возле турникета я замешкалась, пытаясь найти проездной. Руки тряслись и не слушались, карточка постоянно выскальзывала и терялась в глубине рюкзака. Наконец, я достала билет и, преодолев турникеты, почти бегом направилась к эскалатору. Я решила не задерживаться на эскалаторе, но перед тем, как спускаться, обернулась вновь. Преследователь уже прошёл через турникеты и двинулся в мою сторону. Расстояние между нами сократилось до нескольких метров. Я рванула с места как ошпаренная и побежала по эскалатору вниз, несколько раз едва не оступившись. Ноги у меня подкашивались, сердце бешено колотилось в груди, дыхания не хватало. Вокруг были толпы людей, но я была уверена, что мне никто не поможет. Преодолев эскалатор, я оказалась на станции и пулей метнулась к уже прибывшему поезду. Возле дверей включились красные индикаторы, но я успела запрыгнуть в самый последний вагон. Через окно поезда я увидела, что мой преследователь тоже успел войти в вагон за мгновение до закрытия дверей. Протискиваясь между людей, я побежала в начало поезда. Мой невысокий рост и худоба сыграли мне на пользу: я довольно быстро продвигалась в толпе, незнакомец же значительно отстал. Но я не останавливалась. С каждым вагоном людей становилось всё меньше, и я понимала, что нахожусь в западне. Мне нужно было где-то затаиться и выскочить на следующей станции, но преследователь успел бы проверить все вагоны до остановки поезда. Тут я заметила свободное место. План в голове созрел моментально. Я стянула с себя рюкзак и куртку, оставшись в одной толстовке, надела капюшон и стала засовывать куртку в рюкзак, но поняла, что не успею. Я плюхнулась на свободное место, задвинула ногами под сидение рюкзак с торчащей из него курткой и опустила голову так, чтобы лица не было видно. Сидящие рядом люди с недоумением посмотрели на меня, но никто ничего не сказал. Я сидела как на иголках, бездумно глядя в пол и ожидая преследователя. Я очень надеялась, что мой план сработает, ведь права на ошибку у меня не было. Боковым зрением я заметила приближающегося человека в светлых джинсах. Это был он! Я напряглась в ожидании своей участи. Незнакомец остановился недалеко от меня. «Неужели, он догадался?» - ужаснулась я. Страх сковал меня настолько, что я не могла пошевелиться. Через пару мгновений преследователь, вероятно, оглядевшись, направился дальше, пройдя мимо меня. Я с облегчением выдохнула и, дождавшись, когда он уйдёт в конец следующего вагона, схватила рюкзак и помчалась в обратную сторону. К счастью, поезд начал сбавлять скорость – мы приближались к станции. Как только двери раскрылись, я выскочила из вагона и побежала прочь.
До общежития мне пришлось добираться другим путём. Ехать в ту сторону, куда отправился преследователь, было совершенно небезопасно. Когда я вышла из метро, сумерки уже начали опускаться на осенний город. Снова стал моросить мелкий противный дождь. Я натянула капюшон, спрятала руки в карманы и направилась в сторону общежития. Идти до него мне предстояло около пятнадцати минут, так как автобусы от метро в ту сторону ходили редко. В целях безопасности я вынула наушники и спрятала их вместе с телефоном в глубине рюкзака. В полумраке я вглядывалась в лица прохожих, прислушивалась к шагам сзади. По дороге, ослепляя светом фар, с шумом проносились отполированные до блеска иномарки; вдоль тротуара постепенно зажигались фонари. Я заранее достала пропуск, чтобы в случае неприятности сразу же заскочить в общежитие.
Перейдя дорогу, я стала не спеша подходить к мрачной девятиэтажке, в окнах которой тускло горел свет. Растущее рядом дерево уже сбросило листву и теперь обнимало здание чёрными голыми ветками. На мокром асфальте возле входа распласталось пятно зеленовато-белого света от старого фонаря над дверью. Недалеко от входа в полумраке маячила уже знакомая мне фигура. Этого я никак не ожидала. Он нашёл меня! Какое-то время я колебалась, но потом, собрав в кулак всю свою волю, я решила идти к нему и выяснить, чего он хочет. Но когда незнакомец вышел на свет, от моей уверенности не осталось и следа, а вдоль позвоночника побежал неприятный холодок. Луч света озарил лицо преследователя, и я остолбенела. Проблем со зрением у меня никогда не было, поэтому я отчётливо увидела, что солнцезащитных очков на лице у незнакомца не было. Но его глаза… Полностью чёрные, бликующие, словно сплошной огромный зрачок, они даже отдалённо не напоминали человеческие. Ко мне пришло осознание, что это вовсе не человек, и от этих мыслей стало ещё неприятнее. Гуманоид, если его можно так назвать, стоял у самого входа, попасть в общежитие возможности не было. Я совершенно не понимала, что мне теперь делать. Из ступора меня вывели голоса сзади: компания трёх парней обошла меня, стоящую посреди тротуара, и направилась к зданию. Пришелец поспешно шагнул в тень и отошёл подальше от входа. Я поняла, что это мой шанс, и, догнав ребят, пошла за ними. К двери в здание мы подошли все вместе. Один из парней заметил невдалеке странную фигуру, на которую я боязливо оглядывалась, и пропустил меня вперёд внутрь себя. Я обогнала остальных ребят и, бросив охраннику короткое «здрасьте», побежала по лестнице на шестой этаж. Оставаться внизу и ждать лифт не было ни сил, ни нервов, мне хотелось побыстрее добраться до комнаты и оказаться хотя бы в относительной безопасности. Забежав в комнату, я заперла дверь, включила свет и позвонила Кате. Та сняла трубку не сразу.
- Катя, привет, ты где?
- Я только что вышла из университета, нас сегодня пораньше отпустили, - послышался радостный голос подруги, - буду в течение часа. У тебя что-то случилось?
- Он нашёл общежитие, - начала в панике я, - я… я не знаю, как. Он шёл сегодня за мной, но мне удалось скрыться… Я не понимаю, как такое возможно. Приезжай скорее!
- Тише, успокойся. Где он сейчас?
- Я не знаю. Он стоял у входа… Если бы не те парни, я бы не вошла.
- Запри дверь в комнату на всякий случай. Я открою своим ключом.
- Я сделала это в первую очередь. Но… Катя, ты не видела его! Для него эта дверь не преграда! Можно считать, что её уже нет!
- Не думаю, что он войдёт в общежитие. Вход у нас один, там сидит охранник.
Сказать Кате, что тот незнакомец не человек, я побоялась. К тому же, сейчас я решила, что это вполне могло мне показаться в полумраке.
- Хорошо, приезжай скорее, - выдохнула я, - и будь осторожна. Кто знает, что придёт ему в голову!
На этой ноте мы с Катей попрощались. Меня сковал ужас. Ужас от осознания серьёзности ситуации и собственной беспомощности. Мне было не к кому обратиться за помощью, некому было защитить меня. Даже если я пропаду, то большинству людей не будет до этого никакого дела. Возможно, моё отсутствие и не сразу заметят. От этих мыслей становилось обидно и страшно.
Я просидела в запертой комнате, прислушиваясь к каждому шороху, минут двадцать. Но вскоре я немного успокоилась и решила пойти в душ. Выглянув в коридор, я прислушалась: на кухне слышались голоса, из соседней комнаты доносился смех. Всё было тихо и спокойно. Я заперла дверь, вошла в душевую и, заняв одну из кабинок, закрылась в ней. Шум воды окончательно успокоил и расслабил меня. «Сейчас я выйду из душа, дождусь Катю, и мы будем вместе пить чай», - думала я. Я не торопилась. Не знаю, сколько прошло времени, но, когда я выключила воду и завернулась в полотенце, дверь в душевую комнату тихо скрипнула. Поначалу я не придала этому значение, но потом прислушалась и поняла, что в помещении слишком тихо. Обитатели общежития обычно не крадутся! Ужасная мысль промелькнула в голове, я присела и посмотрела в щель между полом и дверью кабинки… Это был он! Гуманоид каким-то образом пробрался внутрь. Мне захотелось дико закричать на всё общежитие, чтобы поднять на ноги всех, кто здесь есть. Но я зажала себе рот рукой, понимая, что это не поможет, и, отойдя в самый дальний угол кабинки, стала одеваться в уличную одежду. Оставаться в здании было опасно. Не было никакого смысла возвращаться в комнату и запираться в ней, загоняя себя в ловушку, так как наша дешёвая межкомнатная дверь вряд ли задержит незнакомца. Бесполезно было бы бежать и на пост охраны – если пришелец, проникая в здание, прошёл мимо него, то охранник мне уже вряд ли чем-то поможет. Я туго зашнуровала на ногах домашние кеды и, оставив вещи в душевой, осторожно вышла из кабинки. В помещении уже никого не было. Я медленно вышла в коридор и огляделась. На этаже стояла гробовая тишина. Метрах в трёх от меня находилась ярко освещённая площадка перед лифтом, откуда имелся выход на лестницу, далее виднелся тёмный коридор, в середине которого стоял гуманоид. Я взглянула на его лицо ещё раз и окончательно убедилась в том, что он не человек. Я почувствовала, как ноги начали коченеть и словно пустили корни. Ужас с новой силой захлестнул меня. Мне оставалось только надеяться на то, что что я успею добежать до лестницы раньше незваного гостя. Словно прочитав мои мысли, гуманоид злорадно улыбнулся. Я не выдержала. Я рванула в сторону лестницы так, словно меня сильно толкнули в спину, дверь с жутким грохотом захлопнулась за мной. Я побежала вниз по лестнице, прыгая через несколько ступеней. Казалось, что вместо крови во мне течёт чистый адреналин. Через пару секунд громкий лязг железной двери повторился, и послышался нарастающий топот. Мне казалось, что я пробежала сотню этажей, когда череда лестничных пролётов сменилась просторным коридором со старой плиткой. На посту охраны никого не было. Уже не помню, как я преодолела турникет и оказалась на улице. Шаги сзади на некоторое время затихли. Я, не оборачиваясь, бежала в сторону перекрёстка, туда, где могли быть люди. Сейчас мне как никогда нужна была помощь. Где-то возле общежития завёлся автомобиль. Нарастающий рёв мотора стремительно сводил мои шансы на спасение к нулю. Перебегая дорогу, я посмотрела в сторону общежития. Единственное, что я увидела – мчащийся на меня огромный джип. Затем – удар, и я на некоторое время выпала из реальности…
Опомнившись, я почувствовала, что лежу на спине на холодном и мокром асфальте. Мелкие капли дождя оседали на лице. В ушах оглушительно звенело, я не могла пошевелиться. После удара тело болело настолько, что мне казалось, будто у меня переломаны все кости. Разум настойчиво твердил: «Вставай! Ну же! Нам надо спасаться!». Я с трудом открыла глаза. В свете фар серебристыми искрами проносились капли измороси. Возле водительской двери я заметила какое-то движение. Мне очень хотелось посмотреть этому созданию в глаза, но я почувствовала, что перестаю контролировать поток мыслей. Чувства притупились, и окружающая действительность стала похожа на нелепый тяжкий сон, который вскоре угас.
Когда я пришла в себя, то ещё долго не могла понять, что происходит. Я открыла глаза, но кромешная тьма никуда не исчезла. Я находилась в сидячем положении, мои руки и ноги были связаны. Когда в памяти вспыли последние события, мне стало очень страшно, и я попыталась вырваться. Но ничего не вышло. Более того, мне показалось, что ремни затянулись сильнее. У меня началась паника, я стала вырываться, но ремень сильно сдавил мне грудь, и я застонала от боли. Внезапно из темноты послышался голос девушки:
- Нет, нет, расслабься! Чем больше ты двигаешься, тем сильнее затягивается ремень.
- Я не одна? – спросила я, отдышавшись.
- Нас здесь шестеро вместе с тобой, - послышался мужской голос, - но тут ещё могут быть люди, которые не пришли в себя.
Выяснилось, что, помимо меня, были похищены ещё двое подростков – парень и девушка семнадцати лет, одинокая пожилая женщина, молодой парень и мальчик семи лет. Никто не понимал, что нас всех связывало, где мы находимся и для чего нас похитили. Время тянулось медленно. В помещении стояла тишина, диалог с присутствующими быстро сошёл на нет, и теперь никто более не желал нарушать молчание. Полная темнота начинала сводить меня с ума, но, в то же время, я не знала, что увижу, когда включится свет. Было страшно от неизвестности. «Интересно, где сейчас Катя? – думала я. – Сказала ли она хоть кому-нибудь о моём исчезновении?». Мне оставалось только надеяться на помощь извне, так как возможности выбраться самостоятельно у меня не было. Такое положение дел мне откровенно не нравилось, но делать было нечего. Я чувствовала, как внутри меня нарастает паника, и успокоиться никак не могла. Я понимала, что сейчас не распоряжаюсь ни собой, ни своей жизнью, и со мной могут сделать всё, что угодно.
Неожиданно включился свет. Он был настолько яркий, что ослепил меня. Я не успела разглядеть ни помещение, ни людей, находящихся в нём. Пытаясь открыть глаза, я сквозь слёзы заметила подошедшего ко мне преследователя. Тот освободил меня и, схватив за руку, куда-то потащил. Когда глаза привыкли к свету, я огляделась. Мы спустились по лестнице вниз и оказались в огромном помещении, заполненном странного вида летательными аппаратами. Я поначалу упиралась, но мои усилия были напрасны, вырваться не получалось. Пока мы шли, мимо нас прошло порядка десяти гуманоидов. В целом, они почти ничем не отличались от людей, за исключением более высокого роста и полностью чёрных глаз. Тут-то я стала догадываться, что, возможно, нахожусь очень далеко от родной планеты. Эта мысль повергла меня в шок. Я смутно догадывалась, что нас всех похитили с одной целью. Но с какой? Шантажировать мной кого-либо было бесполезно, так как у меня нет ни родственников, ни каких-либо других людей, готовых пойти ради меня на жертвы. Ставить опыты? В этом случае, совершенно не вписывалась пожилая женщина, ведь опыты разумнее ставить на молодых и здоровых. Я, хоть и была молодая, тоже не совсем подходила для этой цели, так как здоровой меня можно назвать с большой натяжкой. Я совершенно не понимала, что происходит и что мне теперь делать.
Наконец, длинный коридор закончился, и мы вошли в небольшое помещение. Гуманоид толкнул меня внутрь комнаты, кинул мне мой рюкзак и скрылся в дверях. Я осталась в полном одиночестве и огляделась. Комната была небольшая, вдоль одной стены стояла кровать и тумбочка, напротив – письменный стол и стул. Рядом с кроватью располагалось одно глухое окно. Двери в комнату были стеклянные, за ними виднелось ещё одно помещение такого же типа. Последняя, внешняя дверь была железная и открывалась только с помощью пропуска. Я села на кровать и расстегнула рюкзак. Внутри находились мои личные вещи, только все деньги, документы и колюще-режущие предметы были конфискованы. Я открыла пенал и заглянула внутрь: точилка для карандашей была на месте. Вытащив карандаш, я заточила его как можно острее. Может быть, это было глупо, но ничего другого под рукой не оказалось. Двери раскрылись, и в комнату вошёл мой похититель с ещё одним гуманоидом.
- Может, вы объясните, что происходит? – осмелилась я спросить.
- Мы просто изъяли тебя из неблагоприятной обстановки, - ответил гуманоид, которого я видела впервые.
- То есть, нынешнюю обстановку вы считаете благоприятной?!
- Это для твоего же блага.
- Благими намерениями вымощена дорога сами знаете – куда.
- С сегодняшнего дня ты живёшь здесь. Это не обсуждается. Лео присмотрит за тобой, - продолжал пришелец, кивнув в сторону похитившего меня гуманоида, - злить его не нужно. От тебя требуется только подчинение. А теперь я должен сделать тебе укол…
Гуманоид направился ко мне. Недолго думая, я всадила ему в руку остро заточенный карандаш и рванула к выходу. Но Лео перехватил меня. Укол мне, всё-таки, сделали. Что было дальше – я не помню.
Все последующие дни я провела взаперти в этой комнате. Лео всё время находился в соседнем помещении, которое оказалось предназначено специально для него. Говорить о том, что я хочу вернуться в неблагоприятную обстановку, было бесполезно. Я пыталась бунтовать, дралась и кусалась, но толку от этого не было – мне насильно кололи транквилизаторы. Мне было ужасно плохо, я перестала спать, постоянно думая о том, как хорошо мне жилось раньше. В какой-то момент я всерьёз задумалась о попытке свести счёты с жизнью. Но в моем положении это было практически невозможно осуществить, учитывая, что я всё время находилась под наблюдением. Тогда я попросту перестала есть. Я понимала, что это будет долгая и мучительная смерть, но так жить я не могла. Я голодала примерно сутки, но потом Лео смекнул, что к чему, но ограничился предупреждением. Моей смерти здесь, похоже, не хотели. Но я по-прежнему не понимала, зачем я здесь.
В один не очень прекрасный и ничем не отличающийся от предыдущих день меня снова куда-то потащили. Сопротивляться я не могла из-за слабости, мучившей меня с самого утра. Гуманоид подошёл к массивной двери, открыл её, после чего мы вышли на улицу. Здание, из которого мы вышли, снаружи напоминало большую железную полусферу с ровными рядами маленьких окон. Во все стороны от постройки лучами расходились дорожки с высаженными вдоль них деревьями и кустарниками, образуя уютный парк. Над всей территорией был возведён огромный стеклянный купол. Лео отпустил меня и, отойдя в сторону, уселся в тени на скамейке. Я поняла, что могу перемещаться по территории свободно, и устремилась к краю купола. Гуманоид усмехнулся.
- Все вы одинаковые, - лениво сказал он, - ничего не меняется.
Добежав до купола, я обнаружила, что стекло вплотную прилегает к земле, а его толщина достигала полуметра, не меньше. Разбить такое стекло было явно не под силу ни одному живому существу, тем более, мне. За стеклом виднелась бескрайняя, изрытая кратерами поверхность какой-то опустошённой планеты. «Но они же как-то выбираются отсюда!» - подумала я про пришельцев и побежала вдоль купола. Но ему не было ни конца, ни края; я не нашла ни единого люка! Я совсем не заметила, как сделала круг и вернулась ко входу, где, ожидающе улыбаясь, сидел Лео. «Глаза б мои его не видели!» - подумала я и, отойдя подальше, села на пустующую скамью.
Теперь я была окончательно уверена, что сбежать из заточения не получится. Даже если мне удастся выбраться из-под стеклянного колпака, то дальше бежать будет некуда. До Земли уж точно добраться не получится. «Неужели, я уже никогда не вернусь домой?» - с ужасом подумала я, и на глазах у меня стали наворачиваться слёзы. Я вспомнила, как ещё несколько недель назад я ходила в ВУЗ на занятия, жила самой обычной жизнью и не подозревала, что со мной может произойти. Раньше я смутно представляла себе своё будущее, а теперь что? Я не знала, чего можно ожидать от пленивших меня гуманоидов, и это пугало меня. Признаюсь, первое время я даже надеялась, что меня случайно сбила машина, и я нахожусь в коме, а всё увиденное, в том числе инопланетяне – не более, чем игры мозга. Но происходящее было слишком правдоподобно, и эту идею пришлось отбросить.
Сзади послышались шаги. Я поспешно вытерла слёзы и приняла максимально равнодушный и невозмутимый вид. Лео остановился напротив меня, я подняла глаза и с ненавистью на него посмотрела. Пришелец молча кивнул в сторону здания. Я поднялась и, опустив голову, направилась ко входу. Бегать от гуманоида по закрытой территории было бесполезно, поэтому я решила не тратить свои силы впустую.
Ночью мне снова не спалось. Я очень долго возилась в кровати, но, в конце концов, не выдержала и села рисовать, включив свет. Лео, спящий в соседнем помещении, моментально проснулся.
- Ты будешь сегодня спать или нет? – прошипел он и, сев на кровати, со злобой уставился на меня. Я, не обращая внимания, продолжала заниматься своими делами. Раньше меня сильно напрягал пристальный взгляд пришельца, но со временем я привыкла. Обычно гуманоид дожидался, пока я усну – частенько я лишь притворялась спящей, – и только после этого ложился спать, поэтому теперь ему снова пришлось наблюдать за мной. Но долго он не продержался. Признаюсь, у меня часто возникало желание прикончить гуманоида, пока он спит, и сбежать, но все опасные предметы, теперь уже включая точилку для карандашей, были отняты у меня. Поэтому однажды я решила утащить вилку, которую мне принесли во время обеда. Я надеялась, что Лео не заметит отсутствие столового прибора, но гуманоид оказался внимательным. В поисках вилки перевёрнуто вверх дном было всё, и пропажа, к сожалению, нашлась. Подобных планов у меня было много, но все они с треском проваливались.
Следующий день ничем не отличался от предыдущего, примерно в то же время гуманоид вывел меня на улицу. Какое-то время я бесцельно бродила по парку, пока не наткнулась на скамейку, где сидела девушка примерно моего возраста, может, чуть постарше. Она была очень красивая, со светлыми длинными волосами и большими выразительными глазами небесно-голубого цвета. Одета она была довольно хорошо.
- Привет! – сказала она мне.
- Привет, - мрачно отозвалась я, сев на край скамейки.
Незнакомка была, как мне показалось, слишком радостной, что было мне совершенно непонятно. «Транквилизаторы, что ли, на неё так действуют…» - подумала я.
- Я Эмма, - продолжала девушка.
- Очень приятно. Алекса, - представилась я.
- Ты давно здесь?
- Примерно месяц. А ты?
- Я не под наблюдением, я… работаю здесь.
- Работаешь?! – изумилась я. – Но ты же человек! Или я ошибаюсь?
- Да, я человек, всё верно, - ответила Эмма, - я психолог. Гуманоиды считают, что люди будут больше доверять психологу-человеку.
Я была несказанно рада встретить Эмму, ведь за месяц я впервые видела человека! Но она была свободна… Не стану увиливать – мне было завидно. Но я постаралась подавить в себе это чувство.
- Может, хоть ты объяснишь мне, что происходит? – взмолилась я. – Я ничего не понимаю. Со мной даже толком-то и не разговаривают! Где мы?
- Мы находимся на спутнике Хапаса – планеты, где обитают эти гуманоиды. Пришельцы наблюдают за определёнными людьми на Земле, затем похищают их и провозят сюда, где люди пытаются адаптироваться, а я им в этом помогаю.
- Для чего всё это? Что они делают с людьми потом? И сколько ещё мне тут сидеть?
- Обычно, за полгода все люди успевают привыкнуть. Кто-то раньше, кто-то позже. Потом они предлагают людям работу…
- А если я откажусь?
- Ты не можешь отказаться. Они заставят тебя.
- Значит, им нужна рабочая сила…
Эмма отвела взгляд куда-то в сторону.
- Но почему я? – продолжала я. – На Земле обитает столько людей…
- Ну, на ком-то же надо было остановиться, - ответила Эмма, - я не знаю, по каким критериям они выбирают людей.
Было очевидно, что Эмма что-то недоговаривает, и мне это очень не понравилось. Почему-то я была уверена, что Эмма знает, почему пришельцы похищают определённых людей. Но, с другой стороны, её тоже можно было понять: если кто-то из людей узнает что-то секретное, то все подозрения сразу же упадут на неё, ведь Эмма – человек, и она единственная, кто общается с пленными…
- Извини, мне надо идти, - сказала вдруг Эмма, - до встречи!
Девушка встала со скамейки и, свернув в сторону, скрылась за листвой кустарников. Я какое-то время сидела в ступоре, глядя в ту сторону, куда ушла Эмма. На моё плечо опустилась тяжёлая рука. Меня удивляло, как Лео узнавал, где именно я нахожусь, ведь парк такой большой! Вряд ли он ходил по всей территории в поисках меня. В голову стали закрадываться нехорошие подозрения. Я нервно дёрнула плечом и, встав со скамейки, направилась к зданию.
Следующие несколько дней мы встречались с Эммой на том же месте во время каждой прогулки. Наши беседы были не очень содержательными, но они помогали мне отвлечься. Я всегда была довольно чувствительным человеком, поэтому понимала, что Эмма проявляет осторожность в общении со мной. Казалось, она присматривается ко мне. Но для чего – непонятно. Вообще, с тех пор, как меня похитили, у меня было больше вопросов, чем ответов. Объяснение Эммы я, конечно, приняла к сведению, но истинная причина моего похищения мне так и не была ясна. Мне ужасно надоело жить в неведении. Но в тот день всё изменилось.
Как обычно во время прогулки я встретила Эмму на своей излюбленной скамейке. Но сегодня у девушки был очень серьёзный и даже немного встревоженный вид.
- Что случилось? – спросила я, сев рядом. – Ты сегодня сама не своя…
- У меня к тебе важный разговор, - ответила Эмма, - он должен остаться между нами… Я могу тебе помочь, попытаться вытащить тебя отсюда…
- А с чего бы вдруг тебе это делать? Ты же работаешь здесь и должна быть заодно с ними!
- Но я человек, как и ты. Я понимаю, тебе сложно довериться мне. Но я не настаиваю. Просто боюсь, что это твой единственный шанс.
- А где гарантия, что это не просто уловка? Что после того, как я соглашусь на побег, инопланетяне не свернут мне шею?
- Смерть была бы благом по сравнению с тем, что тебя ждёт впереди, - ответила Эмма.
- Но ты же сказала, что им просто нужны работники! – воскликнула я. – Ты обманула меня?
- Нет, это отчасти так. Я просто не стала вдаваться в подробности. Мне нужно было присмотреться к тебе, чтобы понять, будешь ли ты слепо подчиняться пришельцам или тебя ещё можно спасти. Люди разные бывают. А информация секретная, и я не могу говорить об этом направо-налево. Если гуманоиды узнают, то я рискую тоже оказаться под присмотром в соседней комнате…
- Ладно, - сдалась я, - разумеется, я очень хочу сбежать отсюда. Но только после того, как ты мне всё объяснишь.
- Хорошо, - согласилась Эмма, - итак, планета Земля является колонией, инопланетяне – её хозяева. Они наблюдают за людьми, вносят коррективы в их развитие. Всё, что происходит на Земле, делается по указке пришельцев.
- Зачем они это делают? Какой им толк от людей?
- Раньше на планете Хапас жили люди. Но пришельцы, захватив территорию, выселили их на Землю. Сейчас они усиленно контролируют землян, так как не хотят получить конкурентов за территорию в лице человечества.
- Но причём здесь я? И те несчастные пять бедолаг, которых похитили вместе со мной?
- У гуманоидов довольно высокие технологии, которые позволяют им заглядывать в недалёкое будущее. Там они высматривают людей, сделавших какое-нибудь нежелательное для пришельцев открытие, которое позволит человечеству выйти на новый уровень. Или находят революционеров, способных повести за собой людей и совершить государственный переворот. Им не нужны бунты. Потом пришельцы находят этих людей в реальном времени и забирают их. Им нужно, чтобы человечество было стадом, которым можно управлять. Хотя, думаю, их опасения напрасны: людям будет сложно конкурировать, гуманоиды в разы умнее и совершеннее физически, а их технологии позволяют им полностью уничтожить человечество в считанные дни.
- Тогда почему они до сих пор это не сделали?
- Потому что никто не сможет с уверенностью предсказать, что произойдёт в далёком будущем после потери целого вида. К тому же, у них есть весьма приятный бонус в виде бесплатной рабочей силы…
Я сидела в шоке. Мой разум отказывался воспринимать эту информацию. «Неужели, это правда? – с ужасом подумала я. – Значит, даже если я вернусь на Землю, пришельцам не составит особого труда найти меня снова».
- Тогда куда же я сбегу отсюда? – спросила я. Этот вопрос был весьма логичным.
- На планете Хапас есть безопасное место. Гуманоиды туда не суются, и люди, живущие там, могут быть спокойны. Но об этом позже.
- А что происходит с пленниками? Какую работу пришельцы хотят повесить на нас?
- Как раз об этом я и хотела поговорить. Гуманоиды используют пленников по полной программе. Пока они живут здесь, пришельцы разделяют людей на три категории в зависимости от их поведения и сговорчивости. Самым тихим и послушным они, как правило, дают любую неприятную и тяжёлую работу, которую не хочется выполнять самим. Людей средней категории они используют в качестве колонистов при освоении новых территорий. Это верная смерть. Большинство из них погибает, оказавшись в неблагоприятных условиях или подвергшись нападению обитающих по соседству существ. Но самая ужасная участь ждёт людей низшей категории. Это расходный материал. Инопланетяне испытывают на них новые лекарства, косметику, яды…
Я была в ужасе. Я прекрасно понимала, что у меня есть все шансы попасть в низшую категорию. Но и прислуживать гуманоидами до конца своих дней в мои планы тоже не входило. Мне казался несправедливым тот факт, что я должна мучиться здесь за то, чего ещё не совершила. «Либо побег, либо смерть! – решила я. – Иначе никак».
- Ну, что? Теперь ты мне веришь? – спросила Эмма.
- Это сложно, но я стараюсь, - ответила я, пытаясь собрать разрозненные мысли в кучу, - если ты поможешь мне сбежать, это будет здорово. Но как же ты? Неужели, ты надеешься, что инопланетяне не догадаются?
- Я уйду вместе с тобой. Значит, мы договорились?
- Да!
Конечно, сомнения у меня ещё оставались, ведь придумать можно что угодно. Но зачем? К тому же, гуманоиды наотрез отказывались мне что-либо объяснять, и это наводило на подозрения. «Ладно, - подумала я, - даже если Эмма меня обманет, хуже всё равно не будет. Меня, в любом случае, рано или поздно убьют, а шансов спастись у меня больше нет. Вряд ли гуманоиды преследовали какую-либо другую цель, похищая меня. И учитывая, что Лео нарочно сбил меня, когда я перебегала дорогу, можно догадаться, что пришельцы относятся к людям, мягко говоря, пренебрежительно…».
- В общем, так, - продолжала Эмма, - сбегать отсюда разумнее всего на Хапас, так как там мы сможем укрыться в безопасном месте. В других местах нас найдут в два счёта. К тому же, времени у нас будет мало – в тебе теперь есть маячок, и нас, в любом случае, отследят. Поэтому сбегать будем ночью, пока за тобой не наблюдают. Кстати, кто этим занимается?
- Лео, - ответила я. Эмма закрыла глаза и взялась за голову.
- Что-то не так? – испугалась я.
- Да. Лео – самый лучший шпион. Его обычно приставляют к особо опасным, - с этими словами Эмма смерила меня взглядом, - от каждого шпиона, работающего здесь, за всё время сбегали несколько человек, причем два-три – безвозвратно. Это нормальное явление. От Лео же сбегали только двое. Обоих вернул.
Я молча сидела, глядя куда-то в пустоту. Мне казалось, что после этого меня уже ничем не удивить. Видимо, удача – не моё второе имя.
- Впрочем, ладно, выкрутимся, - сказала Эмма.
- А с маячком что делать будем? – спросила я.
- У меня на Хапасе есть друг, он поможет нам. Главное, успеть до него добраться и запутать следы.
- Обнадёживает, - вздохнула я.
- В общем, пока что тебе придётся ещё немного здесь пожить. Постарайся не вызывать подозрений. А я попытаюсь узнать, когда кто-нибудь из инопланетян полетит на Хапас. Ближе к делу сообщу, что да как.
После этого Эмма сменила тему. Но не успели мы поговорить и пяти минут, как девушка неожиданно замолчала и как-то затравленно посмотрела мне за спину. Я обернулась – позади меня стоял Лео. «Вот интересно, слышал ли он о наших планах?» - подумала я. Я поднялась со скамейки и, попрощавшись с Эммой, направилась вслед за гуманоидом.
На следующий день Эмму во время прогулки я не встретила. Нехорошие мысли невольно стали закрадываться в голову. Но вечером тревога прошла, когда я увидела Эмму на пороге своей комнаты. Лео встал в дверях и сложил руки на груди, закрывая проход. Эмма вполголоса что-то ему сказала. Гуманоид обернулся и, бросив на меня презрительный взгляд, сказал:
- Какие мы нежные!
Пришелец отошёл в сторону, Эмма подошла ко мне и села рядом. Она для вида задала несколько незначительных вопросов, затем шёпотом сказала:
- Завтра встретимся на нашем месте. Постарайся не дать Лео выспаться, ходи по комнате, включай свет, делай что-нибудь…
- Хорошо, - тихо ответила я, после чего Эмма покинула комнату.
Ночью мне снова не спалось. Я думала о предстоящем побеге. Мне было страшно оттого, что у нас с Эммой была всего лишь одна попытка. Я понимала, что, если меня вдруг вернут назад, то я точно попаду в самую низшую категорию. Мысли теснились в голове, не давая мне покоя. Я ворочалась с боку на боку, вставала и ходила по комнате. Стеклянная дверь в комнату пришельца была, как всегда, приоткрыта, и гуманоид просыпался всякий раз, как только я начинала бродить. Я подошла ко окну и глубоко задумалась, глядя на тёмный и неприветливый парк. Мне вспомнилась жизнь на Земле. «Интересно, вспоминает ли обо мне хоть кто-нибудь?» - тосковала я. Мне так захотелось снова поехать в университет на пары, увидеть своих одногруппников. «Меня, наверное, скоро отчислят!» - с досадой подумала я. Я вспомнила, сколько усилий приложила для того, чтобы поступить туда, и мне стало обидно, что я в один миг потеряла всё. Опомнившись, я направилась в сторону кровати, но споткнулась в темноте о стул. Тот с жутким скрежетом отъехал в сторону. Я глянула на гуманоида: в темноте снова забликовала пара ненавидящих меня глаз.
- Ещё один звук от тебя услышу – вколю снотворное! – прошипел он, отворачиваясь к стене. Я легла в постель и после долгих мучений уснула.
Наступившее вскоре утро ничем не отличалось от предыдущего, разве что, Лео был злее обычного. Я часто думала, почему ко мне приставили именно его? Никогда бы не подумала, что меня сочтут особо опасной. Меня – худую беспомощную девушку среднего роста. Мне казалось, что при большом желании со мной могла бы справиться даже Эмма. Не скажу, что я была слишком агрессивна; разумеется, я пыталась бунтовать, но, думаю, здесь это вполне привычное явление. «Как-то неразумно поручать самому лучшему шпиону наблюдать за человеком, из которого одним ударом можно выбить душу, - размышляла я, - в то время как другие люди сбегают от его более слабых коллег. В чём же заключается моя опасность?». По росту я была намного ниже Лео, одной рукой гуманоид мог полностью обхватить мою руку в районе плеча. Временами я боялась, что пришелец убьёт меня и сам того не заметит.
В этот день мне как обычно было позволено выйти на прогулку. Я сразу же направилась к нашей скамейке, где встретила ожидавшую меня Эмму. Увидев меня, девушка поднялась и предложила пройтись, опасаясь, что нас подслушают.
- Сегодня ночью, в половине третьего, я буду ждать тебя у твоей комнаты, - сказала Эмма шёпотом и протянула меня свой пропуск, - с помощью этой карточки ты сможешь открыть дверь.
- Но там же Лео…, - начала было я.
- Постарайся сделать всё максимально тихо. Сегодня в три часа космолёт отправляется отсюда на Хапас. Но помни, что мы с тобой летим нелегально. Скорее всего, нам придётся отсиживаться в техническом отсеке…
- Что-то мне страшно немного… вдруг не получится?
- У нас есть шанс, и, я считаю, его надо использовать. Тем более, такая возможность есть ни у каждого. Единственный неприятный момент связан с маячком: даже после того, как он перестанет работать, твой маршрут можно будет отследить. То есть, бесследно исчезнуть не получится. У нас будет в запасе несколько часов, за это время нужно успеть избавиться от маячка и убраться с того места, где мы это сделаем.
- Спасибо, что помогаешь мне, - сказала я. Эмма обняла меня.
- До встречи, - сказала она, - я буду тебя ждать!
Прибавив шаг, девушка скрылась в глубине парка. Я направилась в обратную сторону, зная, что время прогулки заканчивается. Я не ошиблась – навстречу мне уже шёл Лео. Гуманоид дёрнул меня за руку и повёл обратно в здание. Скажу честно, нервы мои были на пределе. Мне казалось, что я живу здесь уже целую вечность. «Надо ещё немного потерпеть, - уговаривала я себя, - скоро всё закончится». Я очень надеялась, что наш с Эммой план сработает.
Этой ночью спать хотелось сильнее обычного. Но я старалась не смыкать глаз. Я очень боялась проспать нужный момент, но ставить будильник возможности не было, так как в этом случае Лео проснулся бы тоже. Гуманоид уже давно спал, даже не подозревая о моей затее. После двух часов ночи я стала собираться: сложила все свои вещи в рюкзак, переоделась и, приготовив пропуск, легла обратно в кровать, чтобы не вызывать подозрений, если пришелец вдруг проснётся. Но всё было спокойно и тихо, и через двадцать минут я приступила к действию. Я потихоньку открыла дверь и вошла в комнату гуманоида. Лео мирно спал, уткнувшись носом в одеяло и тихо посапывая. Я стала медленно, шаг за шагом, приближаться к следующей двери, отделяющей меня от свободы. Я боялась, что Лео почувствует моё присутствие сквозь сон и проснётся, но гуманоид спал крепко. Наконец, я подошла к двери и приложила пропуск. Та бесшумно раскрылась, выпуская меня в бескрайнюю темноту коридора, уже ставшего мне знакомым. Я поспешно вышла из комнаты, после чего дверь за мной также бесшумно закрылась. Я поймала себя на мысли, что только сейчас начала дышать полной грудью. В нескольких метрах от меня в темноте виднелись чьи-то очертания. Это была Эмма. Она забрала у меня пропуск, прижала палец к губам и, схватив меня за рукав, поспешно куда-то повела.
Пройдя по длинному коридору, мы оказались на взлётной площадке. Там, в полумраке, рядами стояли небольшие летающие тарелки, на одной из них тускло горела голубовато-белая подсветка.
- Нам сюда, - шепнула мне Эмма, и мы направились к космолёту.
- Послушай, а как мы будем выбираться? – спросила я. – Нас же могут заметить!
- После приземления мы выйдем через аварийный люк. К тому же, на территории космопорта у меня стоит автомобиль. Так что скрыться мы сможем.
Мы пробрались внутрь летающей тарелки. Было темно, лишь где-то слева множеством лампочек светился зал управления. Там кто-то копошился. Мы свернули вправо и, пробравшись наощупь через узкий люк, оказались в техническом отсеке.
- Здесь нас не найдут, - сказала Эмма, усаживаясь подальше от люка, - думаю, можно вздремнуть.
Я откинулась на стену и стала медленно погружаться в сон. Я уже почти спала, когда космолёт, тихо гудя, взлетел и вышел в открытый космос.
Мне снился последний день моей жизни на Земле. Снова я испытала весь тот ужас, скрываясь от Лео. Сон был настолько правдоподобный, что, казалось, всё это происходит вновь наяву. Вот я перебегаю дорогу, вижу стремительно приближающийся джип. Удар…
Я проснулась. Космолёт содрогнулся, вероятно, мы уже приземлились. Эмма сидела рядом со мной, протирая глаза.
- Кажется, нам пора, - сонным голосом сказала я.
- Да, мы уже на месте, - ответила Эмма, подобравшись к люку и нажав на неприметную кнопку. Люк тут же раскрылся, дневной свет ослепил нас. Мы спрыгнули на землю и поспешно отошли от космолёта. Когда глаза привыкли к дневному свету, я огляделась. Мы находились посреди огромной асфальтированной площадки, где время от времени приземлялись летающие тарелки и другие аппараты. Справа от нас расположилось невысокое здание с белыми фасадами и большими окнами. Слева в нескольких сотнях метров виднелась парковка.
- Нам туда, - сказала Эмма, щурясь от солнца, и я пошла за ней.
На Хапасе было утро. Солнце, недавно поднявшееся над горизонтом, грело своими ласковыми лучами. По периметру космопорта сплошной стеной зеленели деревья, над головой разлилась яркая синева высокого неба. Где-то на горизонте белели хребты гор. Хапас был так похож на Землю! Всё здесь напоминало о доме: свободный ветер, шорох листвы, тёплые лучи солнца. Мне так захотелось вернуться назад! Я едва сдерживала слёзы, мне хотелось упасть и заплакать навзрыд.
Вскоре мы добрались до забора из сетки рабицы и, обнаружив дыру в неприметном месте, пролезли через неё. Оказавшись на парковке, мы подошли к небольшой серебристой, изрядно запылившейся машине. Было видно, что автомобиль стоит здесь очень давно.
- Садись, - сказала мне Эмма, усаживаясь на водительское кресло, - нам стоит поторопиться. Лео уже мог обнаружить твоё отсутствие несмотря на то, что сейчас там раннее утро.
Я села на переднее пассажирское кресло, автомобиль завёлся и медленно двинулся к выезду. Шлагбаум поднялся, и машина выехала на шоссе.
- Что будем делать дальше? Где мы скроемся? – спросила я.
- На этой планете есть город – Вровер. Там живут свободные люди. Это единственное место, где мы в безопасности…
- То есть, гуманоиды и люди существуют вместе на одной планете?
- Да, но люди здесь – изгои. Нам тут не рады. О чём вообще можно говорить, если убийство человека за пределами Вровера не считается преступлением.
- Но почему тогда пришельцы до сих пор не уничтожили этот город и не выселили людей?
- Гуманоиды знают, что люди никогда не начнут войну первыми. Но и нападать не торопятся. Дело в том, что в этом городе люди заложили мощную ядерную бомбу, а по периметру установлены ракеты с носителем заряда. В случае захвата система будет активирована, произойдёт мощная ядерная атака. Пришельцам это не нужно. К тому же, у них под наблюдением имеется более крупный объект – Земля – и они, попросту, не желают отвлекаться на Вровер… Вот так и живём.
- Да…, - задумалась я, - звучит это всё печально. Как долго нам придётся ехать?
- Думаю, к вечеру доберёмся, если ничего не случится. Сначала заедем к моему другу – Нику – он поможет убрать чип. Затем все вместе продолжим путь.
Эмма достала телефон и кому-то позвонила.
- Привет, Ник, - сказала девушка, когда трубку сняли, - ты на месте? Отлично. Я заеду к тебе через пару часов. Нет, я не одна, со мной ещё человек, нам нужна твоя помощь. Ага, хорошо. И ещё, хотела предупредить – за нами хвост. Нет, это очень серьёзно, так что поторопись. Надеюсь, ты успеешь всё подготовить.
Эмма убрала телефон.
- Ты можешь поспать, если хочешь, - сказала она мне, - нам ехать часа три, не меньше.
- А если Лео нагонит нас? – спросила я.
- Не нагонит. Ему придётся оставить летающую тарелку в космопорте, так как перемещаться на них над поверхностью планеты разрешено только полицейским. Поэтому ему придётся ехать за нами на машине. При таком раскладе у нас в запасе будет около двух часов.
Между тем, космопорт уже остался далеко позади. Неширокая дорога лентой убегала вдаль, по обеим сторонам тянулось чёрно-белое защитное ограждение. Справа, подпирая небо, высокими стенами белели скалы, слева к дороге вплотную подобрался лес. Всю свою жизнь я мечтала отправиться в путешествие. Мне всегда хотелось посмотреть мир, побывать в других странах, прогуляться в лесах, где природа оставалась в первозданном виде, сходить в горы… Я закрыла глаза, представляя, что моя мечта сбылась, а всего того, что случилось со мной, не было. Будто не существует планеты Хапас, гуманоидов, а всё случившееся было кошмарным сном. Я, как и раньше, живу на Земле, где у меня есть верные друзья и большая дружная семья… Я почувствовала сквозь сон, что по моим щекам катятся крупные слёзы, но я была не в силах сдержать их. Я слишком устала. Моё сознание постепенно поглощала тьма, и я не видела особого смысла бороться со сном.
Протяжный сигнал автомобиля вырвал меня из сна. Я вздрогнула, открыла глаза и, ещё до конца не осознавая происходящего, уставилась на тёмно-синий багажник идущей впереди машины с затейливым, напрочь лишённым логики номером. С обеих сторон от нас тоже находились машины. Мы стояли на месте.
- Что такое? – сонным голосом спросила я.
- Пробка на въезде в город, - нервно ответила Эмма.
- Надо же, я думала, что у инопланетян нет подобного рода проблем, - продолжала я, потягиваясь.
- Ага, как же! Как это всё некстати, время уже начинает поджимать.
Я взглянула на часы: было уже пять минут двенадцатого.
- Так мы уже почти приехали? – спросила я.
- Да, - ответила Эмма, - нам бы успеть убрать чип и скрыться. Иначе будут проблемы.
Вскоре справа показался поворот. Эмма вывернула руль, вдавила педаль газа в пол, и машина устремилась в бесконечный лабиринт улиц. Минут через десять мы остановились у небольшого сооружения, похожего на трансформаторную будку.
- Приехали, - сказала Эмма, после чего мы вышли из машины. Перед нами простиралась городская улица, по обеим сторонам которой возвышались небоскрёбы.
- Ну и где…, - начала было я, но тут дверь в «трансформаторной будке» открылась, и в проходе показался молодой человек. Он был среднего роста и довольно худой, у меня сложилось впечатление, будто он сам сбежал из плена пару часов назад. Его тёмные волосы заметно подчёркивали бледность лица, а вокруг больших серых глаз легла тень. Парень жестом пригласил нас внутрь, и я пошла вслед за Эммой. Внутри сооружения оказался небольшой лифт. Пока мы спускались вниз, Эмма представила меня Нику. Мы спустились примерно на два этажа, после чего двери лифта раскрылись, и мы вышли в длинный коридор.
- Как давно вы сбежали? – спросил Ник.
- Чуть больше пяти часов назад, - ответила Эмма.
Повисло тяжёлое молчание. Я глубоко задумалась. «Странная какая-то эта Эмма, - думала я, - помогла мне сбежать, в космопорте у неё была заранее припаркована машина, друг в неё по счастливой случайности умеет избавляться от чипов, теперь вот это замаскированное здание…».
- Что-то мне подсказывает, что ты не просто психолог, - обратилась я к Эмме.
- Честно говоря, я совсем не психолог, - призналась она, - я шпион под прикрытием. Вижу, ты уже и так начала догадываться. Нас много. Мы стараемся освободить как можно больше людей. Каждый из нас делает это по-разному. Мне удалось внедриться. Город Вровер – наше убежище, туда мы приводим освобождённых. Изначально Вровер был основан как раз-таки бывшими пленниками, которым удалось сбежать. Это сейчас большая часть людей живёт там с самого рождения. Мы с Ником тоже оттуда.
- Получается, людям можно покидать этот город?
- Да, но это опасно, - ответил Ник, - гуманоиды могут сделать с человеком всё, что угодно, и никто не будет нас защищать.
Тем временем, мы подошли к железной решётке, отделяющей нас от винтовой лестницы наверх. Ник приложил к датчику в стене пропуск, и решётка стала медленно подниматься. Затем мы поднялись наверх и, выйдя из подвала, оказались в небольшом здании, где было несколько помещений. Окна были маленькие, и вид из них не отличался разнообразием – сплошной высокий забор без каких-либо ворот по всему периметру. Мозг вовремя подкинул мне удачное сравнение с бункером. Я следовала за приятелями, и наконец, мы оказались в комнате, посреди которой стояло странного вида кресло, а полки и столы были завалены различными устройствами.
- Эмма уже говорила, что тебя отслеживают с помощью маячка, - сказал Ник, - чтобы ты могла скрыться, нам придётся… «поджарить» чип.
Мне очень не понравилось слово «поджарить».
- А, может быть, мы его просто извлечём? – с надеждой спросила я.
- Он слишком мал для этого, - ответил Ник, - я даже не смогу определить, где именно он находится.
- Ну, хорошо, - согласилась я, - только объясните мне, что меня ждёт.
Ник поджал губы и опустил глаза, затем взглянул на Эмму. Та отрицательно покачала головой.
- Ты, главное, не волнуйся, - сказал мне Ник, - больно… будет, но не очень сильно.
Выбора у меня не было. Я понимала, что каждая минута моего промедления идёт мне же во вред. Ник велел мне сесть в кресло и взяться за поручни. Я выполнила указания.
- Ты не нервничай, - сказал Ник, - жить будешь. Наверное…
Отреагировать я не успела. В тот же миг меня сильно ударило током, и я потеряла сознание.
Не знаю, как долго я приходила в себя, но, когда опомнилась, Эмма и Ник были весьма обеспокоены.
- Ты как? – спросила Эмма.
- Пока не знаю, - простонала я, - вы уверены, что это сработало?
- Разумеется!
- И почему мне нельзя было сразу всё объяснить?
- Были случаи, когда люди пытались убежать, - ответил Ник, - и уговорить их потом было сложно. Это отнимает очень много времени. Кстати, о нём…
- Нам пора ехать, - сказала Эмма, протянув мне телефон и небольшой кулон на цепочке, - держи. С помощью этого телефона ты сможешь связаться со мной. Здесь немного другие принципы работы связи, поэтому твоё устройство бесполезно. А эта вещь тоже может тебе пригодиться.
Эмма взяла кулон, надавила сбоку, и с противоположной стороны показалось небольшое лезвие.
- Маленькое, но зато не вызовет подозрений, - добавила она.
- Спасибо, - сказала я, надев кулон на шею и спрятав телефон в рюкзак.
Вдруг в соседней комнате громко зазвенело оконное стекло, и в здании завыла сигнализация. Мы, не сговариваясь, бросились к выходу. В голове пульсировала одна мысль – что же теперь будет? «Как он смог так быстро нагнать нас?» - не понимала я. Мы бегом спустились вниз и обнаружили, что решётка уже почти опустилась до пола. Пришлось лечь на пол и протискиваться в стремительно сужающуюся щель. Так получилось, что я немного отстала. Пробравшись под решёткой, я вскочила и хотела уже догонять остальных, но гуманоид схватил меня за ногу, и я с криком упала. Лео не успел протиснуться под решёткой и остался по ту сторону, но ему удалось схватить меня. Эмма и Ник бросились ко мне.
- Сбежать хотела? – злобно прошипел гуманоид, подтягивая меня ближе к решётке. Ник схватил меня за руки, не давая пришельцу ухватиться за меня крепче. Эмма подскочила к Лео и наступила ему на руку. Пальцы гуманоида разжались, он выпустил меня и попытался схватить Эмму, но та успела отскочить. Мы поспешно отошли от решётки на безопасное расстояние.
- Зря ты портишь себе репутацию, - сказал мне Лео, поднимаясь и потирая руку, - с нами лучше жить в мире.
- Я жила с вами в мире восемнадцать лет, - ответила я, - я даже не догадывалась о вашем существовании до тех пор, пока вам не взбрело в голову ломать мне жизнь. Разве это справедливо – мучить человека за то, чего он ещё не совершил? Наказание без преступления!
- Иногда проще предотвратить события, чем устранять последствия.
- Но вы ведь уже изменили мою жизнь, забрав меня с Земли! Может, я уже и не сделаю того, что было суждено!
- Ты по-прежнему опасна, и тебе не место на свободе.
- Я не вернусь обратно, - сказала я, медленно отходя назад.
- Вернёшься, куда ж ты денешься!
Лео с силой дёрнул решётку на себя, та громко лязгнула. Мы поняли, что лучше не задерживаться.
- Уходим, - шепнул Ник, и мы, свернув за угол, рванули в конец коридора.
- С какой примерно вероятностью Лео убьёт меня? – спросила я.
- Шпионы редко сами ликвидируют людей, - ответила Эмма, - у него приказ доставить тебя живой.
Мы поспешно поднялись наверх и, выскочив на улицу, запрыгнули в автомобиль. Ник сел за руль, Эмма – рядом с ним, я же угодила на заднее сидение. Ник вдавил педаль газа в пол, и через пару мгновений мы выехали на шоссе. Следом за нами из подворотни вырулил огромный белый джип.
- За нами хвост! – предупредила я.
Преследовавший нас джип начал стремительно набирать скорость. Наш автомобиль стал вилять из стороны в сторону в общем потоке машин, Лео не отставал.
- Он обгоняет справа! – сказала я, и наша машина перестроилась в правый ряд, не давая гуманоиду вырваться вперёд.
- Теперь лево! Лево!
Автомобиль вильнул влево. Меня бросало по всему салону из стороны в сторону, нам протяжно сигналили со всех сторон. Многочисленные светофоры и плотный поток машин значительно усугубляли ситуацию. Ник свернул в сторону выезда из города. Широкое шоссе вскоре сменилось двухполосной дорогой без защитного ограждения, постепенно углубляющейся в лес. Машин на дороге стало в разы меньше. Джип гуманоида прижался сзади почти вплотную, Нику приходилось вилять сильнее, чтобы внедорожник не обогнал нас. Меня уже начинало тошнить. Впереди, в нескольких сотнях метров, показалась развязка; дорожная насыпь с каждым метром становилась всё выше. В этот момент послышался рев двигателя, слева мелькнул белый бок внедорожника, поравнявшегося с нами. Гуманоид стал прижимать нас вправо. Машина съехала на обочину, затем слетела с дорожной насыпи в кювет. Я, подлетев почти до потолка, вцепилась в спинку переднего кресла и закрыла глаза, но всё обошлось. От удара бампером о землю двери в нашей машине автоматически разблокировались. К счастью, никто из нас не пострадал. Но времени на то, чтобы прийти в себя, у нас не было.
- Уходим, скорее! – скомандовал Ник, и мы все выскочили из машины.
Я обернулась: Лео, бросив свой джип на обочине, стремительно приближался к нам. Мы бросились в разные стороны. Разумеется, Лео преследовал меня. Я побежала в чащу леса напролом, гуманоид не отставал. Неожиданно вслед мне стали раздаваться одиночные выстрелы. «Неужели он решил меня убить?» - с ужасом подумала я и побежала вперёд со всех сил. У меня будто открылось второе дыхание, нестерпимый страх подстёгивал меня. Вскоре меж деревьев замелькал дневной свет, послышался грохот поезда. Передо мной показались железнодорожные пути, поезд стремительно приближался. Я прибавила шаг, послышался протяжный сигнал. Но мне удалось проскочить перед поездом. С другой стороны путей оказался неглубокий овраг, и я, споткнувшись, кубарем скатилась на самое дно, получив несколько ушибов и разодрав руки. Опомнившись, я вскочила и побежала дальше. Мне повезло, что Лео не успел проскочить следом за мной, и теперь гуманоиду пришлось ждать, пока состав проедет. Это позволило мне выиграть немного времени, и у меня появился шанс на спасение. Я бежала вперёд, не оглядываясь, ноги уже отказывались слушаться меня, лёгкие горели огнём. Вскоре роща начала редеть, и я оказалась на окраине какого-то посёлка. Там имелась всего одна-единственная улица, вдоль которой стояли одинаковые, как под копирку, дома с белыми фасадами и окнами в пол. Каждое здание было огорожено высоким кованым забором. Я добежала примерно до середины улицы, когда поняла, что силы окончательно покинули меня и мне необходима передышка. Я свернула вправо и спряталась в узком проходе между заборами, густо обвитыми плющом. Я без сил упала на землю и прислонилась спиной к забору, пытаясь отдышаться. Нужно было отсидеться здесь какое-то время. Прохожих на улице было мало, меня никто не замечал. Внезапно меня настигло осознание того, что здесь мне никто не поможет. Но если на Земле мне всё было знакомо, то здесь я совершенно ничего не знаю. Это чужой, незнакомый мне мир, в который я попала несколько часов назад. Я понимала, что здесь меня никто не станет прикрывать, и, скорее всего, меня сдадут Лео при первой же возможности. История повторялась снова, но теперь мне было в разы страшнее. «Наверное, было бы лучше жить в неведении, чем знать свою незавидную участь,» - подумала я. Усиливающийся гул двигателя заставил меня опомниться. Сюда ехал автомобиль. Разумеется, это могли быть безобидные жители посёлка, но я чувствовала опасность каждой клеточкой своего тела. И предчувствие меня не обмануло – на дороге показался белый джип пришельца. Но мне повезло – гуманоид не заметил меня в узком проходе и проехал мимо. Проход между заборов, где пряталась я, был тупиковый, поэтому мне больше ничего не оставалось, как выскочить из укрытия и бежать в обратную сторону. Лео всё равно рано или поздно нашёл бы меня. Я мчалась по дороге, которая казалась бесконечной, впереди виднелся недостроенный мост через овраг. Там никого не было. «Лео не сможет проехать там на машине, - думала я, - может, мне удастся скрыться». Сзади послышался протяжный визг тормозов, я обернулась. Внедорожник развернулся и, нацелившись на меня, стал с громким рёвом набирать скорость. До моста оставалось метров двадцать, и это вселяло надежду на успех. Я добежала до цели и нырнула в небольшую дыру в заборе. Мост представлял собой голый остов, бетонных перекрытий не было и в помине. Я вскарабкалась на крайнюю балку и побежала по ней. Джип остановился недалеко от забора, гуманоид выскочил из машины и, протиснувшись в дыру, последовал за мной.
- Не усложняй себе жизнь, - раздался голос сзади, - ты всё равно никуда не денешься. Как же вы, люди, любите верить в благоприятный исход…
Расстояние между мной и пришельцем неумолимо сокращалось. Я перепрыгнула на соседнюю балку ближе к середине моста и пошла по ней.
- Думаешь, в городе изгоев ты найдёшь своё место? – продолжал Лео, перепрыгнув вслед за мной. Я шла вперёд, ничего не отвечая. «В любом случае, это будет лучше, чем жить в плену!» - думала я. Шаги гуманоида участились, я обернулась: пришелец уже был в паре метров от меня. Я перепрыгнула на соседнюю балку и побежала по ней, стараясь не терять равновесие. Оторвав взгляд от балки, я обомлела – моста дальше не было, он обрывался на середине оврага. Я развернулась, Лео, злорадно улыбаясь, не спеша приближался ко мне. Я была в западне.
- Не подходи ко мне! – закричала я. – Я прыгну!
Лео остановился в нескольких метрах от меня.
- Не прыгнешь, - с уверенностью заявил он и направился ко мне. Разумеется, прыгать с моста и лишать себя жизни мне хотелось меньше всего, и припугнуть этим Лео не вышло. Я попыталась перепрыгнуть на более дальнюю балку, но нога соскользнула, и я, словно в замедленной съёмке, ударилась о балку грудью и, не сумев уцепиться, полетела вниз. Сердце пропустило удар. Лео двумя шагами преодолел оставшееся расстояние и в последний момент успел схватить меня за руку. Пришелец втащил меня обратно и, крепко ухватив, направился в сторону машины. Я понимала, что в данный момент сопротивление может оказаться фатальным для нас обоих, поэтому решила дождаться более подходящего момента. Когда мы уже почти добрались до спуска с моста, я попыталась вырваться. Лео оступился и выпустил меня, пытаясь сохранить равновесие. Я приземлилась и помчалась к дыре в заборе. Перебравшись на другую сторону, я устремилась к машине, но тут раздался выстрел. Пуля попала мне в ногу, и я упала на асфальт в паре метров от автомобиля. Но, как ни странно, крови не было, будто рана моментально затянулась, затем почувствовалось лёгкое жжение. Моё тело сразу стало слабым и непослушным. Меня охватило отчаяние, но через пару мгновений темнота поглотила сознание.
Какое-то время я провела в беспамятстве, но постепенно чувства стали возвращаться ко мне. По ощущениям, я лежала на заднем сидении автомобиля. Наконец, глаза удалось сфокусировать на связанных скотчем руках. Я повернула голову и посмотрела на дверь – та была заблокирована. За рулём машины сидел Лео, больше в салоне никого не было. Я стала размышлять над планом побега. «Руки я освобожу с помощью кулона, - думала я, - но как быть с дверями? Они разблокируются, если мы попадём в ДТП… Это можно устроить!». Я нащупала на шее цепочку и, достав кулон, стала разрезать скотч. Через пару минут я освободилась и стала думать, что делать с Лео. Имеющимся лезвием я вполне могла перерезать пришельцу горло… Но одно дело – размышлять, и совсем другое – хладнокровно убить. Как бы сильно я не ненавидела Лео – он спас мне жизнь, и мне бы просто не хватило решимости. Однако, в моём распоряжении также была довольно длинная цепочка кулона. У меня появилась идея. Я аккуратно сняла кулон и стала дожидаться подходящего момента. Вскоре перед лобовым стеклом мелькнул знак, предупреждающий о резком повороте. Я вскочила и накинула цепочку на шею гуманоида. Тот инстинктивно схватился руками за шею, и машина на некоторое время осталась без управления. Этого было достаточно. Дорога вильнула в сторону, джип протаранил защитное ограждение и вылетел с шоссе. При ударе двери разблокировались, я выпустила из рук цепочку и выскочила из машины. Приземлилась я не очень удачно. Склон оказался довольно крутым, джип Лео несколько раз перевернулся, прежде чем остановился у ближайшего дерева. Я продолжала сидеть на склоне, ожидая дальнейших действий пришельца. Но всё было тихо. Тогда я поднялась и осторожно направилась к машине. Все мои вещи, включая телефон, с помощью которого я могла бы связаться с Эммой, остались внутри, и мне нужно было их вернуть. Автомобиль стоял на колёсах, пришелец по-прежнему не выходил. По пути в густой траве я обнаружила свой рюкзак, вероятно, вылетевший при аварии, затем через пару шагов – пистолет гуманоида. Любопытство взяло верх, и я подошла к машине. Лео был жив, после удара его зажало между рулём и водительским креслом. Гуманоид сильно не пострадал, но и выбраться самостоятельно тоже не мог. В целом, Лео повезло – он отделался лишь ушибами. Увидев меня, гуманоид пришёл в ярость и попытался выбраться, но ничего не вышло. Я достала пистолет и злорадно улыбнулась.
- Не скучай, - сказала я, несколько раз выстрелив в пришельца. Лео обмяк и вскоре отключился. Я, закинув рюкзак на одно плечо и достав телефон, стала подниматься к шоссе, ожидая, когда Эмма примет вызов. Наконец, она ответила. Я вкратце объяснила ей, что со мной произошло.
- Отправь свои координаты, - сказала Эмма, - мы приедем к тебе.
Я не спеша направилась к ближайшей заправке, сообщив Эмме, что буду ждать их там. Теперь у меня на душе было спокойно – я точно знала, что Лео застрял надолго. Я была уверена, что мы успеем добраться до Вровера до того, как гуманоид вновь сможет преследовать нас. Минут через двадцать на заправку прибыла чёрная машина, несколько раз просигналив. На переднем сидении я разглядела Эмму и Ника за рулём. Я подбежала к машине и устроилась на заднем сидении.
- А ты бойкая! – с уважением сказала мне Эмма. Я усмехнулась в ответ. Автомобиль тронулся и, словно укачивая меня, помчался вдаль по шоссе. Я постепенно погрузилась в сон, думая о том, что теперь мне ничего больше не угрожает.
Я проснулась, когда мы уже въехали в город. Широкое шоссе проходило высоко в воздухе, массивные ворота и бетонная стена, огораживающая город, остались позади. Под нами располагались заводы, фабрики и сельхоз угодья. Вероятно, город жил на полном самообеспечении. Впереди вырисовывались сияющие на солнце отполированными окнами здания, на крышах которых располагались сады. Внизу, во дворах повсюду виднелись пруды и парки. На секунду мне показалось, что я всё ещё сплю – настолько идеальным был этот город! Мне не терпелось выйти из машины. Наконец, впервые за долгое время, я почувствовала себя в безопасности, хотелось верить, что моя дальнейшая жизнь будет прекрасной. Ведь свобода – самая высшая ценность.
Высшая ценность, часть первая
© Copyright: Мария Садова, 2026
Свидетельство о публикации №226012501712
Свидетельство о публикации №226012501712
Рецензии