Три поросёнка

Оказывается, сказка «Три поросенка» гораздо древнее нежели многие из нас думают, и берет свое начало в английском народном фольклоре. Более того, сюжетная линия истории «Три маленьких поросенка», а именно так звучит название произведения в оригинале, значительно отличается от той истории, которую мы знаем. Оригинал английской народной сказки сильно отличается от её пересказа Сергеем Михалковым. И когда злой коварный Волк, охочий до свежей свинины, без труда рушит жилища Ниф-Нифа и Нуф-Нуфа, то он их съедает, а не спасаются они в каменном доме третьего поросёнка Наф-Нафа. Да и имён у поросят в английской сказке нет, сюжет сказки просто знакомит читателя с некими тремя маленькими подсвинками, которых мать, в какой-то момент, отправляет в мир, дабы они обрели самостоятельность. Как мы знаем, дети на Западе после окончания школы уезжают из дома. У них там не принято, чтобы несколько поколений жили все вместе. В США, например, считается, что каждый ; сам творец собственного счастья. Поэтому после совершеннолетия ты просто обязан оторваться от маминой титьки и съехать из родительского дома куда подальше. Отныне ты сам должен обеспечивать себя без помощи мамы и папы. В долг, конечно, дадут на первое время, а так, живи как хочешь. Считается, что европейцы и американцы очень ценят свою индивидуальность и личное пространство, поэтому и не хотят быть перед кем-то в долгу и за кого-то нести ответственность, даже перед собственными детьми. Они и так всю свою молодость «убивают» на этих спиногрызов. Так что пошёл вон, и куй себе счастье где-нибудь на стороне.

Ещё один момент. Куда деваться второму сыну в дворянской семье, если первый по закону должен унаследовать отцовское поместье? А второй или третий как? Им был один путь. В монахи, в Орден тамплиеров, в священники, в наемники с теоретической надеждой завести семью, если уцелеет или не подцепит чуму или венерическую болезнь во время походов. Благо войн было предостаточно и было где попытать счастья. То Столетняя, то Тридцатилетняя. С другой стороны, земли в Европе патологически не хватало. Везде - барон на бароне. Все поделено, измерено, учтено, заложено и перезаложено. И это притом, что несмотря на массовые эпидемии и бесконечные войны, население Европы все равно росло гигантскими темпами. С 1800 по 1913 год оно почти утроилось, достигнув 458 миллионов человек. Этот скачок произошел на глазах всего лишь трех поколений. И конца ему не было видно. Европа была критически перенаселена половозрелой молодежью, не знавшей, на какой алтарь себя положить. Да ещё повсеместно царил голод, нищета и бродяжничество. Даже Колумба понесло в Индию с голоду, а не от жажды дальних странствий. Как писал один испанец про то время: «Если кто чем-либо и закусывал, так только вши моею грешной плотью». В Испанию скоро пошёл поток золота из колоний, а жрать все равно было нечего. По всей стране бродили толпы безработных дворян в лохмотьях, вроде дона Сезара де Базана, и искали, чем бы пообедать. В 1798 году, накануне этого последнего демографического взрыва, то есть массового производства «лишних людей», дотошный английский священник Томас Мальтус, как раз предположил, как остановить безудержный рост человеческой популяции. И вывел формулу, что сие возможно только через войны, эпидемии и голод. В Англии, как мы помним, за бродяжничество вешали вдоль дорог, а иные буквально мёрли с голоду в продуваемых со всех сторон хижинах и халупах. В Ирландии, например. Там крестьяне являлись как бы «лично свободными», но только были они без земли. Они ее арендовали у британских дворян, захвативших эту страну еще в XVII веке. Основу рациона простого ирландца составлял картофель, но из-за неурожая есть становилось нечего. А добропорядочные англичане все равно требовали арендную плату, ведь у них же правовое государство, где каждая сторона должна выполнять свои обязательства! Вот и представьте теперь трёх поросят на этом «прекрасном», как любит выражаться Дональд Трамп, фоне. Ведь сказка-то английская!

Считается, что два младших поросёнка пали жертвами собственной лени и разгильдяйства, как небезызвестная у нас попрыгунья Стрекоза. Однако, учитывая всё вышеописанное, это вряд ли. Халатность тут не причём. Сказку  переиздали в 1886 и 1890 годах, за авторством собирателя народного фольклора, литературоведа, антиквара и издателя Джеймса Холивелла-Филлипса. И вышла она под оригинальным названием «Три маленьких поросенка» в сборнике «Детские стишки Англии», где и была, скорее всего, «правильно» отредактирована. Какой она была изначально, можно только гадать, ведь судя по всему, про поросят слышали ещё в до-Римские времена.  Кельтские, германские, валийские, скандинавские, нормандские и иные племена, населявшие Альбион в разное время, формировали английский народный фольклор, привнося в него индивидуальный колорит, наполняя предания своими мифическими героями, верованиями и ритуалами. Определенный отпечаток на содержательную часть сказаний и характер героев оставляли природные особенности, быт и устройство общественных отношений, характерные эпохе, которой принадлежит произведение. Это может объяснить некоторую жестокость или неуместность поступков в народном предании, песне или сказке былых времен при осмыслении её содержания современным обывателем. Вот и ярким примером как раз является эта сказка-басня о трех поросятах. В издательской версии сказки главными героями являются три поросёнка и волк, что отличается от местной дартмурской вариации, в которой волку противостоят три маленькие пикси - это такие мифологические существа, разновидность эльфов или фей, живущие вблизи болот или пещерах. И не волку, а хитрому лису. По сюжету у каждого пикси был свой дом: деревянный и каменный, лису удалось их разрушить и съесть пикси. Но у одного был железный дом, который оказался лису не по силам. Тогда лис использовал все свои хитрости, чтобы схватить пикси: звал его, то за сладкой репой, то на ярмарку, но всё уходил ни с чем. Но однажды удача улыбнулась, как-то утром лис обнаружил дверь незапертой, и он поймал пикси спящим в постели, посадил его в коробку и запер. Пикси стал морочить лису голову, и предложил ему сделку, мол, если тот откроет коробку, то он обещает рассказать чудесный секрет. Почему-то хитрый лис поддался на провокацию и открыл коробку, где тут же пикси напустил на него такие чары, что лис сам попал в коробку и там, в конце концов, и умер. Такова предыстория.

Вообще, эта история про трех поросят довольно запутанная. Версий несколько. Можно предположить, что Михалков, сочиняя русскую версию, опирался на текст Эндрю Лэнга из «Зеленой книги сказок» (1892), а тот, похоже, ориентировался на одну из сказок «Дядюшки Римуса» Джоэла Чендлера Харриса. В этой истории 1881 года было пятеро поросят, которых мать свинья предупредила о коварстве Братца Волка, и после ее смерти они построили себе домики из того, что попалось: соломы, палок, грязи, досок. Волк легко добрался до четверых поросят и съел их, но в каменный дом смог влезть только через дымоход, где и сгорел в камине. В обработке Лэнга, уже лис похищает поросят, живущих почему-то в домике из грязи и капусты. Только он их не ел сразу, а складировал. В общем, в семье был только один благоразумный младший брат, который выбрал каменный дом. Лис тоже попытался залезть через трубу, но упал в котел и сварился. Лэнг и мораль добавил: когда поросенок Блэки вызволил брата и сестру из берлоги лиса, то старший Брауни перестал валяться в грязи, а Уайти перестала быть жадиной, потому что поняли, как эти недостатки привели их к беде. Но англичане не очень любят сказки с моралью о пороках. И большей популярностью стала пользоваться версия про трёх поросят и волка, опубликованная Джеймсом Холливелом-Филипсом. В ней двое младших строят себе домики - один из соломы, другой из прутьев и веток деревьев. Идя по пути наименьшего сопротивления, они формально относятся к работе, предпочитая играть и резвиться. Лишь старший поросенок относится к делу с должным усердием и строит домик из камня. Развитие сюжета приводит к гибели младших поросят от зубов волка, который с легкостью рушит наспех сделанные жилища из некачественных материалов. Усердие старшего сохраняет ему жизнь, поскольку волк не может разрушить каменный дом, что заставляет «серого» применить хитрость. Он пытается уговорами завлечь хитрожопую свинью на огород, где растет отменная репа, в яблоневый сад и даже на рынок, который изобилует вкусными съестными припасами. Но тот не поддается на уговоры, что свидетельствует о его рассудительности, поэтому волк решается на последнее ухищрение - попасть в дом через дымоход. Свин понимает замысел и разжигает огонь, на котором тут же в котле кипятит воду. Соответственно плану, волк попадает в кипящий котел, а поросёнок накрывает его крышкой. В конце сказки дальновидная свинья сам кушает варённую волчатину. Вот так-то. У Михалкова ещё проще и гуманнее, все живы и здоровы, а волк просто ошпаривается.

Нам не страшен серый волк,
Серый волк, серый волк!
Где ты ходишь, глупый волк,
Старый волк, страшный волк?

Во времена Советского Союза, в Пензе на улице Московской, был мясной магазин «Три поросёнка», где продавали свинину, колбасу и говядину с мослами. Но это так, к слову. Ирония наших бывших партийных деятелей. В детстве мне казалось, что там продают игрушки, пока сам не увидел откуда берутся сосиски. Ведь в нашем городе были знаменитые для всех мальчишек и девчонок игрушечные магазины «Буратино» и «Чебурашка», где не продавали дрова и апельсины, а тут сосиски. Велико же было моё удивление, когда я ел ещё и котлеты из «Трёх поросят». Впрочем, вернёмся к мыслям.

Почему два поросёнка построили свои домики из говна и палок? Неужто они были действительно такими безответственными и дураками? Думается, что нет, если вспомнить, что землю в Англии только арендуют. К тому же земля паскудная. Покойный ныне Олесь Бузина писал как-то, что Европа исчерпала свои природные ресурсы, когда распалась Римская империя. «Нас восхищают римские дороги и акведуки, сохранившиеся по всей Европе. Но ради них пришлось вырубить леса нынешней Италии и Франции. Строительство требовало огромного количества крепежного леса. Топили тоже дровами. Ораву римских граждан нужно было кормить и развлекать. В один прекрасный момент все это кончилось, и леса больше не осталось. Вот вам и ответ, почему рядовой немец уже в X веке строил свой дом из фахверка. Не из камня, не из кирпича, не из дерева, как наши предки славяне, у которых лесов было в избытке, а по первой эрзац-технологии. «Фахверк» в буквальном переводе - «домик-клетка». Каркас-клетку строили из дерева, которое было уже в дефиците. А промежутки заполняли чем угодно — глиной, соломой, булыжниками, кирпичами и даже, пардон, сушеным коровьим дерьмом. Все это красиво красили, цветочки под окно - и приходи, кума, любоваться. Добро пожаловать в наш Франкфурт из фахверка! Боже, как оно горело, это пятисотлетнее коровье дерьмо (воистину историческое!), когда его бомбила англо-американская авиация во Вторую мировую! Так пылало, что даже первый в истории человечества огненный шторм зафиксирован тогда же в Гамбурге». Вот и думайте, откуда появились такие ненадёжные и шаткие домики. Всё имеет смысл и причину, особенно у прагматичных англичан. Опять же, среди поросят не могло быть братства в том смысле, в каком мы его понимаем. Старший поросёнок получил наследство, остальные пошли на фиг. Вот откуда у него домик из камня, кто бы что ни говорил. Никаких иллюзий по поводу своих младших братьев он не испытывал, по английским законам и по праву рождения именно он стал хозяином каменного домика. Это в России делят на всех поровну, а на Западе никогда. Поэтому и ненависть между ними и войны всякие происходят постоянно. Королевские семьи воевали друг с другом всю свою историю, предавали, казнили и делали всякие подлости. С чего бы три английских поросёнка могли между собой дружить и испытывать друг к другу нежные чувства? Это у Михалкова они братья, а у Холивелла-Филлипса только один остаётся в живых. Вот и британский король Георг V, который приходился царю Николаю II двоюродным братом, не захотел спасать кузена и его семью от неминуемого расстрела. Не дал приюта в каменном Лондоне. Ишь, чего удумал! В Англию захотел! А вот фиг тебе! Ступай откуда пришёл. И это у них в крови. Американцы могут бить себя в грудь, клянясь помочь в случае беды, но когда эта самая помощь понадобится, сделают в первую очередь так, как выгоднее им самим. Перед угрозой наводнения американ может пообещать, что завтра утром отвезет вас подальше от океана, а утром позвонит и скажет, что планы изменились, и ему удобнее поехать с родственниками. В США принято думать в первую очередь о себе и своей семье, а не о братьях и сёстрах, кои и не родственники даже, а конкуренты. Вы их фильмы видели? Тот же «Достать ножи» всё об этом. Они так воспитаны и этого у них не отнять. Они другие и не такие, как мы.

У американцев, да и вообще у европейцев, вообще нет такого слова, как «совесть». Их conscience куда ближе к уму, чем к сердцу, сродни «сознанию», но никак не «состраданию» и тем более не «стыду». Есть scruples («уколы совести»), но и это отдает скорее скрупулезностью, да и слово это почти вышло из употребления. «Бессовестность» обычно переводится на английский, как «бесчестность». Для русского уха это все-таки не одно и то же. Поэтому у нас в России и по сей день главные критерии в спорах о справедливости - «честно или нечестно», «по совести или не по совести». Иначе никак. Еще митрополит Киевский Иларион в XI веке завещал следовать не букве, а духу - благодати и истине. Хотя мы всегда ставим и ставили справедливость выше закона. Не то европейцы и американцы с британцами. Они тупо преклоняются перед буквой закона, которой подчиняют даже боготворимую ими свободу. Если завтра примут закон ходить на четвереньках – все встанут на четвереньки и пойдут, как бы неудобно это ни было. И будут считать это справедливым и правильным решением. Морализировать по этому поводу они не станут, всё отдано на откуп политикам и проповедникам. Заметьте, что на Западе никогда не бастуют против вредного закона, но всегда кричат о правах. Потому что такое право ещё не запретили. А если запретят? Ну, не будут больше кричать. Ведь в такой ситуации, это будет наиболее целесообразной, эффективной, и выгодной позицией. В тюрьму за убеждения никто не пойдёт. Куда лучше изменить свою точку зрения, нежели ломать систему отцов-основателей. Нет страшнее упрёка для западного обывателя, чем упрёк в коммунизме. Фашистом обозвать можно, но упаси вас бог нанести такое тяжкое оскорбление, как назвать американского патриота и демократа коммунистом. Это же клеймо и позор на всю жизнь. Тебя никуда с этим не пустят и не примут. Ужас! Им же с детства внушили, что коммунизм – это зло. Почему зло? Потому что так сказали, и это закон. Негласный, но общественный. А законы нарушать нельзя. Это железная мораль Запада. Так у них всё устроено. На том стоят, и стоять будут, и перешибить этого практически невозможно. Наоборот, вас затравят и убьют, не физически, так морально. И как сказал Гоблин, если ты антисоветчик – ты обязательно русофоб.

Горько только от того, что целый ряд российских чиновников, политиков, олигархов, артистов и писателей фактически согласились с позицией американского идеолога Иммануила Валлерстайна, согласно которой мир делится на Запад, его периферию и полупериферию. Где даже дуракам очевидно весьма удобная для господ конструкция, закрепляющая  их концепт колониального устройства мира. Но «наши» прихвостни рады и этому. Всё-таки их дети живут в метрополии, а наша страна, как-никак, но тоже является частью общеевропейской христианской цивилизации. Мы же, в конце концов, с Западной Европой имеем антропологическую идентичность, схожесть традиций, художественных стилей, а главное – мы всегда поклонялись одному богу и руководствовались одним Евангелием. Нас даже до сих пор объединяет всех вместе Нагорная проповедь, хоть и выпячивать Христа уже не толерантно. Но всё это ложь! Либеральное низкопоклонческое враньё! Россия совершенно особенная и самодостаточная цивилизация, поэтому у западных элит никогда не было иллюзий относительно «единой христианской цивилизации». Россия всегда преподносилась ими если не варварской и азиатской страной, то, по меньшей мере, отсталой периферией «цивилизованного» Запада. Обесчеловечить русских было всегда делом принципа. Эта злая и маленькая Европа, населенная всевозможными грызунами и кровососами, устраивавшая бесконечные войны между собой и в мире, в какой-то момент возомнила себя великой. Есть такой эксперимент: если в клетке размером в квадратный метр разместить двух крыс - самца и самку, - они поначалу расплодятся в геометрической прогрессии. Но потом, когда им станет тесно, и маленькому крысиному сообществу перестаёт хватать еды, оно начинает территориальные войны с соседями за источники пропитания. В таких войнах нет места милосердию. При стрессе мать-крыса без сожаления съедает своих крысодетей. И даже на воле, ранней весной, голодающие полудикие популяции крыс сокращаются не из-за пристального внимания хищников извне, а из-за яростных междоусобиц, и для крыс каннибализм вполне нормален. Маленькая Европа - как раз и есть такой крысятник. Отсюда их извечная мечта о сокращении численности людей на Земле.

Но вот беда, в силу навязчивой идеи в верхах РПЦ периодически активизируются планы единства двух основных христианских церквей с последующими попытками приблизить РПЦ к греческой православной, греко-католической и собственно католической церквям. Достаточно вспомнить реформы Никона, расколовшие РПЦ надвое, или игры российских императоров с униатами на Украине, или экуменические попытки патриархии РПЦ сблизиться с Ватиканом уже в наше время. Тогда как Ватикан извечно вел себя иначе. Его как бы готовность к сближению с православными всегда предполагала изменение устава последних и их поглощение католиками. Эта крысиная возня никуда не делась и среди священнослужителей. Западно-христианская церковь исторически была первой глобальной ересью по отношению к изначальному христианству. И, в отличие от истинных последователей Христа, изгнавшего, как мы помним, торговцев из Храма, римско-католическая церковь состоялась как раз в результате её поддержки торгашами западного Средиземноморья. По такой же схеме произошла и Реформация римско-католической церкви в XVI веке, когда основателя протестантизма Мартина Лютера активно поддерживали бюргеры Германии. Римско-католическая церковь не только пустила торговцев в храм, но торговцы сами возглавили Ватикан в папском обличие. Ничего святого хоть и не было, но антихристианское стало возобладать всё сильнее. Педерасты-священники, поддержка Гитлера и его нацистов, гомосексуальные браки, педофилия, явные тому доказательства. И с этими сатанистами РПЦ постоянно изыскивает мира и согласия? Впрочем, русская православная церковь за рубежом реабилитировала генерала Власова, и теперь не считает этого мерзавца предателем. Но, как известно, Московский Патриархат и Русская Зарубежная Церковь воссоединились. Да так, что спустя 127 лет после изгнания Романовых в Исаакиевском соборе РПЦ обвенчала-таки некоего «царевича» Гошу с некоей тёткой без роду, без племени. Солдатиков ещё для пущего виду понагнали из Преображенского комендантского полка с шашками наголо. В общем, суть РПЦ, с её гнилыми монархическими идейками, вылезла наружу. Разумеется, то, что называется Русским духом, тут и не пахнет. Здесь скорее просматривается явное желание попов к новому господству и самодержавию.

Главное различие между нами в том, что Российская империя шесть веков прирастала землями, которые заселяли преимущественно земледельцы-пахари, Европа же четыре века прирастала насильно присоединяемыми к ней колониями. Разная география и принципиально разные изначальные экономические уклады предопредели формирование различных моделей поведения российских и европейских этносов. То есть различие наше ценностное, и вытекает оно из совокупности географических, климатических, экономических и, следовательно, социокультурных сущностей. И если кочевники всегда следовали за флорой и фауной и защищали свое право на это движение, торговцы защищали свои товары, финансисты - свои капиталы, а промышленники - активы, то образ жизни земледельцев предполагает защиту своей земли, то есть Родины. Земледельческий уклад жизни России, где 94% населения были крестьянами, предопределил не только созидательную модель поведения русского человека и его ненасильственность, но и целый ряд других качеств русского менталитета: особое отношение к правосудию, где справедливость превыше закона, к государству, где оно не хозяин, а высший судья, к обществу, семье, личности и прочее. Сегодня же граждане России, и европейцы в массе своей забыли суть Нагорной проповеди. Однако если европейцы сделали это добровольно и сознательно, то мы во многом вынужденно. Но у нас всегда была и есть мужицкая правда. И если они стремятся уйти от христианских установлений еще дальше, в сторону безудержного потребления, то мы, по крайней мере, хотя бы на уровне инстинкта стремимся удержать наше общество в рамках традиционной высокой морали. И эти два образа жизни всегда были несовместимы. Вот почему границы между Россией и Западом постоянно наполняются военными конфликтами и, разумеется, не по нашей вине. Именно Запад стремится, еще со времен крестовых походов, поставить соседние страны в зависимое от себя положение. Такова природа их крысиной цивилизации, сформировавшейся не в храмах и монастырях, а на торговых площадях и рынках. У нас же не всё продаётся и не всё можно купить, а это великая ценность. Поэтому и Буратино не Пиноккио, и Волшебник Изумрудного города другой, и три поросёнка не свиньи английские.