Сенсация сверкнула и погасла, или Золотой зуб

Меня торкнуло, как только ребята в шурфе прошли горизонт пепла Флегрейского вулкана в Италии. Я отправил своих помощников пообедать в Борщёво, а сам продолжил. Как только появился фрагмент ребра мамонта, я подумал: сенсация! Я нашёл стоянку граветтских культур Костёнки 48! Или Бивнево 8! Но заинтересовал не привычный для костёнковских стоянок след наконечника на ребре, а жёлтый блеск под ним. Вынул комочек земли, рассматривая находку.
– Товарищ археолог, здравствуйте! – голос был приятным и с лёгким акцентом.
Я поднял голову и увидел над шурфом нелепо одетого человека: шляпа, мятая костюмная пара середины XX века, косоворотка, коричневые сандалии в дырочку – явно, Ростовской фабрики им. Микояна. Но если одежду этот человек снял с Хрущёва, то на первого секретаря не похож: высокий, моложавый, чуть расплывшийся; русая бородка клинышком и причёска полубокс. Одежда советское, обращение тоже. Что за фрукт?
– Как вы сюда попали? Тут нет турист-маршрута, – спросил я, вылезая наверх.
– О, я турист другого типа. Я турист гастрономический.
– Меня это не интересует. Покиньте район раскопок! Мешаете работать!
– Не покину, – мягко прервал меня человек. – Всё дело в вашей сегодняшней находке. Она не должна стать известной.
– Вы о ребре? Не смешите.
– Нет, я о зубе, который так некстати попал в это место. Его смогли локализовать в будущем, как только вы его нашли. Я должен забрать вашу находку.
– Каком ещё зубе?
– Он у вас в правой руке.
Я раскрыл кулак с жёлтым металлом в комочке земли, и понял, что это. Но откуда в каменном веке золотые зубы?
– Я попытаюсь объяснить. У нас минут десять, не больше.
И он уселся на пожухлую траву. Огорошенный я присел рядом.
Внизу, вдоль реки – село Борщёвка, вернее, длиннющая улица 8 марта, почти без строений – одни огороды да садочки. Потом – Дон с рыбацкой лодкой и унылым рыбаком. На левом берегу – распаханная пойма. За ней, за рощицей – озеро с пляжем и большое село Верховка с ипподромом.
Я вдруг опомнился, посмотрел на «пришельца» и сказал:
– Я жду объяснений. И где это вы такую одежду нашли? Очень неподходящую.
– Ой, не говорите! Выдернули меня прямо из колхозного праздника, от борща, даже куснуть пампушку не успел. Я там был с делегацией передовиков произволдства. – Он посмотрел вдаль, чуть подумал и сказал: – Этот зуб мой, отдуваться мне, – он широко улыбнулся, все зубы были на месте. Отличные зубы. – Я его потерял во время тематической экскурсии. Их пока организовано не более сотни, они популярны исключительно в определённых кругах. Три дня. Расселение в жилищах из бивней, охота, кулинария, знакомство с местной культурой. Фишка – экстравагантные блюда.
– Это бред какой-то. Тут только археологические экскурсии с этническими казачьими праздниками!
– Нет, это совсем не то. Группу из десяти-пятнадцати человек одевают по моде каменного века в шкуры, не в такие штаны, как на мне, а в шикарные обмотки из шкур, чувяки с травой, вооружают копьями, организуют стоянку. Местные пригоняют животных, на которых туристы охотятся. Потом устраивают праздник с трапезой из мамонтятины или буйволятины. Климат в тундро-степи предельно жёсткий и холодный. Прелесть! Экстрим! Для избранных!
– Какие ещё мамонты! Они вымерли двадцать тысяч лет назад!
– Вот-вот, вы сразу ухватили, так сказать, мамонта за хобот! – он мягко захихикал.
Я ничего не понимал, и моё недоумение сразу заметил турист:
– Поймите, что не все могут есть необычную для человека будущего пищу. Да, раздают всякие таблетки, но они действуют на каждого по-своему.
Он ещё говорил что-то про микробиомы, ферменты, соки… Но я задумался. А действительно, почему тут, на небольшой площади у села Костёнки найдены десятки стоянок людей каменного века? Говорят, что это место было нужно древним, потому что тут сходились пути животных, мигрирующих от ледника и обратно на пастбища…
Кстати, а как объяснить тут столько городищ? А это никакими миграциями животных не объяснишь. Неужели… и тут туристы?
– Но вы меня не слушаете! – Я очнулся. – Так вот. Когда я впился зубами в кусок костёрного мяса, заметьте, жесткого и с кровью, то незаметно для себя проглотил зуб. Треск услышал, но не сообразил. Потом мы ещё проживали тут пару дней, естественные надобности и всё такое. Хотя отходы мы должны собирать и увозить с собой, но кто это соблюдает? Разгильдяйство! Каюсь! О зубе я сообщил на базе. Но не в зубе дело, я его планировал заменить ещё до поездки, но так и не собрался. Теперь мне отрастили модный новый. Но сам зуб из жёлтого сплава не должен был попасть в то время!
Я посмотрел на комочек грязи с искоркой внутри.
– Я очень прошу вас, товарищ… эээ... господин археолог, верните мне мой зуб. Он не то что очень дорог, но нельзя ведь разрушать принятую у вас хронологию. Какие могут быть золотые протезы в каменном веке? Ещё зубного техника попробуй найди!
Он усмехнулся. Я машинально отдал ему зуб.
– Места тут теперь красивые. Не то что тогда. Одна тундра! При Хрущёве распахали заливные луга... А в десятом веке много вырубали на засеки, всю исконную русскую природу сгубили! – он любовался видами на Дон и пойму. Потом встал и куда-то делся.
А я вдруг подумал о великом переселении народов. Курганы, золото, скелеты, скифы, амазонки… Наша история – не реклама ли того переселения, которое устроили для привлечения туристов?
Думал, пока не пришли мои помощники-студенты. Сытые. Отдохнувшие. Для них раскоп и есть настоящий тур за сенсацией.

Январь 2026