Ах, любовь!

               
– Начинаем с такой, знаете, известной народной мудрости, которая уже давно мем «Любовь зла –  полюбишь и козла». И ведь это, кажется, идеальное описание, когда очень умные, очень рациональные люди вдруг делают в отношениях ну совершенно необъяснимый выбор, порой даже разрушительный.
– Сегодня мы как раз в это и погружаемся. Почему влюбленность делает нас немного не в себе, что ли? Что это за сила такая, которая может и семью построить, и жизнь снести под корень? Мы посмотрим на эту тему через призму идей из так называемого учения Виссариона. Сразу скажу, мы не будем его оценивать как религию, нет, мы посмотрим на это как на любопытную психологическую модель, которая делит любовь на два совершенно разных понятия.
– Да, совершенно верно. Наша задача сегодня –  это, что называется, отделить мух от котлет. Понять, где заканчивается вот этот природный, почти животный инстинкт и где начинается уже осознанное человеческое отношение. И почему трезвый взгляд на любовь сегодня может быть важен как никогда. Итак, давай разбираться. Вот это понятие – природная любовь – что это? Те самые бабочки в животе, гормоны, розовые очки?
– Ну, если совсем просто, то да. Это мощнейший коктейль из гормонов и эмоций, который буквально сносит крышу. В тексте это описывается как мощный чувственный всплеск, такая психологическо-биологическая привязка. И вот тут – внимание! – самое интересное: в её основе лежит эгоизм.
– Эгоизм?
– Да. Это не про какую-то высокую духовность, нет. Это про очень простое, инстинктивное. «Мне с тобой хорошо. Ты закрываешь мои потребности. Ты даёшь мне то, чего мне не хватает».  Вот и всё.
– Подожди, но это как-то цинично звучит. Вся мировая поэзия, Ромео и Джульетта,–  это всё о жертвенности, а тут получается – в основе всего: «Мне удобно».
– Ну, тут слово эгоизм не как оскорбление используется. Это, скажем так, биологический эгоизм, механизм.
– Механизм?
– У него чисто практическая, почти инженерная цель. Вот представь себе, два совершенно разных человека, разное воспитание, привычки. Если их просто вместе поселить, они же через час поругаются из-за неправильно поставленной чашки.
– Да, это точно.
– Так вот, природная любовь – это такой временный сверхмощный буст, как первая ступень у ракеты.
– Она создает такое притяжение, что эти двое готовы идти на уступки, прощать странности, учиться принимать друг друга.
– А-а-а, то есть это как клей для старта, чтобы они не разбежались в первую же неделю, пока идёт притирка.
– Именно. Это анестезия на время самой болезненной операции слияния двух миров. Но тут важно понимать две вещи. Во-первых, первая ступень ракеты всегда отваливается. Этот всплеск не вечен. Он свою задачу выполнил и затухает.
– Понятно.
– А во-вторых, и это главное, процесс абсолютно неконтролируемый. Его нельзя сознательно включить, если тебе человек не подходит, или выключить, если влюбился не в того. Это просто случается.
– Да. Это инстинкт. Чистая природа.
–  Хорошо, первая ступень отработала, клей подсох, пара съехалась, пережила первые ссоры. А что дальше? Ракета ведь должна лететь. Что её держит на орбите, когда вот это первоначальное топливо заканчивается?
 – И вот здесь, согласно этому учению, как раз и происходит переход от природной любви к тому, что можно назвать семьёй, настоящими отношениями.  И держится этот механизм уже на трёх совершенно других китах. Так. Это взаимная ответственность, взаимное усилие и умение жертвовать своими интересами.
– Ради чего?
– Ради общей, как там сказано, благостной атмосферы в доме. То есть страсть и химия уходят на второй план, а на первый выходит осознанная ежедневная работа.
 – А если вкладывается только один? Ну, знаешь, как это часто бывает. Один тащит всё на себе, прилагает усилия, жертвует, а второй просто плывет по течению.
– Тогда, как говорится в учении, это уже не семья, это лишь её видимость.
– Красивая картинка.
– Да, красивая картинка без тепла внутри.
– По сути, это и есть фундаментальный переход от эгоистичного «я хочу быть с тобой, потому что мне хорошо» к осознанному «мы строим наше общее будущее, и я готов для этого работать». И здесь, кстати, очень важный акцент на грамотной жертвенности.
– Грамотная жертвенность… звучит как что-то из бизнес-тренинга. Что это значит?
– Это значит, что жертвенность не должна быть из обиды, или из каприза, или из манипуляции. Это не когда, знаешь, один молча отказывается от своего хобби, потому что другому оно не нравится, а потом годами копит обиду. А когда оба садятся и говорят: «Смотри, у нас есть общий бюджет и два свободных вечера. Как мы их распределим, чтобы и ты сходил на свой футбол, и я на керамику и чтобы у нас ещё осталось время друг на друга?» Это совместное решение, осознанная уступка ради общего блага.
– Понятно. Ну а что, если это общее благо вступает в прямой конфликт с твоим личным счастьем?
– Давай представим сложный сценарий. Он тоже в источнике описывается. Человек много лет в семье. В семье, построенной не на страсти, а на привычке, на страхе одиночества.  И тут его накрывает та самая природная любовь, химический ураган к кому-то на стороне. Что делать? И вот здесь учение предлагает очень неоднозначный взгляд, но логичный в рамках этой системы. Оно говорит, этого человека нельзя априори считать предателем или злоумышленником.
– Как это?
– А вот так. Мы же уже говорили, что природную любовь нельзя вызвать или отменить силой воли. Она просто случается. Да, это создаёт огромную драму, трагедию. Но первопричина, получается, не в этом внезапном чувстве, а в том, что союз изначально был создан неправильно, не на той основе.
– Это очень непростая мысль, особенно для того, кого оставляют. Получается, само по себе чувство, оно не плохое и не хорошее. Оно просто есть… как гроза. Но оно может стать разрушительным, если попадает не туда.
– Именно. И это ведёт нас к более широкой проблеме, очень актуальной сегодня. Учение называет её обожествлением чувства.
– Обожествлением?
 – Да. Это когда сильное переживание, вот этот эмоциональный взрыв, становится высшим оправданием для любого поступка. Для разрушения семьи, для токсичных связей… там даже прямо сказано – для безумных извращений. Это позиция, когда человек говорит: «Я так чувствую, значит, это правильно. Это свято». И полностью отключает анализ последствий.
– Но, подожди, безумные извращения, Содом и Гоморра – это же очень сильные образы используются… Неужели всё так запущенно? Многие же скажут, что следовать за своим сердцем – это смелость, честность перед собой. Где грань-то между «я честен с собой» и «я просто эгоист, который всё рушит»?
– И вот это ключевой вопрос. Грань, согласно этой логике, проходит по последствиям и по мотиву. Вспомни любой фильм, где герой уходит из семьи к новой любви со словами: «Я не могу больше врать, я должен быть счастлив».
– Классика.
– То есть учение как бы спрашивает: а ты уверен, что это честность, а не просто потакание своему эгоизму, что ты не меняешь одну зависимость на другую, просто более свежую и яркую? Когда слово «любовь» приклеивают к чему угодно, чтобы оправдать разрушение, оно теряет смысл. И это, по мнению автора, и есть метафора Содома и Гоморры.
– То есть не как город, а как состояние общества?
 – Да, состояние общества, где чувства стали идолом. И этому идолу можно принести в жертву всё: долг, ответственность, других людей.
– Звучит довольно мрачно. С одной стороны – неконтролируемая химия, с другой – риск превратить её в разрушительного идола. Так что делать-то? Какой выход? Как не потерять голову?
– Выход в ясности ума. В чётком разделении понятий. Учение предлагает буквально развести по разным комнатам два явления. В одной комнате у нас природная любовь-химия, инстинктивная, эгоистичная, временная. Она важна, это стартовый двигатель, но это не цель, это инструмент. А в другой комнате любовь как осознанное отношение.
– Отношение?
– Да. Это уже не чувство, а действие.
– Так. То есть, когда мы говорим: «Я влюбилась по уши», это про химию, про первую комнату. А когда мы говорим: «Я тебя люблю» после 15 лет брака, ипотеки и больных детей, это уже совсем другой глагол. Про вторую комнату. Я правильно уловила?
– Абсолютно точно. Это отношение к другому без использования его для своих нужд, без требований: «Изменись, стань удобным для меня». С полным принятием вот таким, какой он есть. Это готовность прийти на помощь без всякой сделки в голове: ты – мне, я – тебе. Это уже не про бабочки. Это про волевое, ежедневное, осознанное решение быть рядом и строить общее.
– Получается, главный посыл – не отключать голову. Сохранять трезвость мысли даже в пик эмоционального шторма.
– Именно. Сохранять трезвомыслие, как сказано в тексте. И иметь прочный, ну, скажем так, внутренний моральный компас. Этот компас и помогает не путать любовь с зависимостью, страсть с истерикой, а заботу с выгодной сделкой. Эта ясность ума нужна, чтобы не сломать себе и другим жизнь под красивым лозунгом «это же любовь!».
 – Вот такой неожиданный, почти хирургический взгляд. Мы начали с забавной поговорки, а пришли к глубокому разграничению между биологическим инстинктом, который нас ослепляет, и осознанным выбором – заботиться о другом, который, по этой логике, и создаёт настоящие отношения.
– И в завершение, знаешь, есть одна мысль для размышления. Она может вообще всё перевернуть. Ваш любимый человек – это ваше зеркало. Он неизбежно вскроет ваши самые большие слабости, ваши страхи и недостатки. Если тебя до трясучки бесит его неорганизованность, скорее всего, это твоя собственная гиперконтролирующая натура кричит «караул». И праведная задача, как говорит текст, не в том, чтобы найти идеального партнера без проблем (таких не бывает), а в том, чтобы суметь принять эти трудности в другом как необходимое условие для твоего собственного развития. Суметь не возроптать, а спросить себя: «Почему меня это так цепляет? Чему я должна научиться через эту ситуацию?» И вот как такой взгляд меняет сам подход к поиску партнёра и к поведению в отношениях?