Кино под надзором

Депутаты Госдумы напряглись. Им не понравилось, что отечественное кино обретает былую, советскую, популярность. Народ в кинотеатры валом валит… но не на то, на что хотелось бы народным избранникам. И это при том, что постновогодний кассовый сбор «важнейшего из искусств» превысил 10 млрд рублей. А это прямые доходы в бюджет в виде налогов.
Маленький ликбез. В СССР кинематограф входил в тройку главных доноров госбюджета, соревнуясь с табачной промышленностью (вино-водочная всегда была вне конкуренции). Почему? Самое доступное из развлечений – любую партийно-колхозную шнягу пускали в прокат по сельским клубам, где «поход в кино» был единственный формой культурного развлечения. Плюс отсутствие конкуренции со стороны Голливуда, единицы американской кинопродукции прорывались через «железный занавес». Не отбивались по затратам лишь те ленты, что «клали на полку» по идеологическим соображениям. Редкий, к слову, случай – любой «неоднозначный взгляд на советскую действительность» зарубался ещё на стадии утверждения сценария.
А потом пришли 90-е с плюрализмом и безцензурщиной. Вроде бы всё можно было показывать, цензура пала, голливудские новинки появлялись у нас, чуть ли, не на следующий день после американской премьеры, а народ не шёл. Кинотеатры, не имевшие средств на техническое перевооружение под стать получаемому из-за океана продукту, перепрофилировались под другие, менее рискованные виды бизнеса. По «Мосфильму» бегали стаи одичавших собак, старые кадры выживали в ожидании чуда, которое наконец-то произошло.
В нулевых стали снимать, иногда качественно. Появилась новая культура «похода в кино» - мультиплексы при крупных торговых центрах предоставляют дополнительный перечень услуг (не сами придумали, на Западе это давно). И всё равно – жалобы на слабый отечественный прокат, когда убытки кинозалов покрываются за счёт иноземных блокбастеров.
И вот, дождались! Но опять голоса недовольных, причём обличённых, какой-никакой, властью. А всё из-за того, что зритель валом валит не на патриотизм, а на старые сказки в новом прочтении. И добро бы на Мальчиша-Кибальчиша… на Чебурашку сомнительной национальности, и на деревянного гуманоида с корнями из недружественной Италии.
В Госдуме кино представляют три деятеля – Николай Бурляев, Елена Драпеко и Дмитрий Певцов. Казалось бы, вот кто костьми должен лечь за свободу творчества. Какое там…
  Певцов громче всех кричит о сомнительной художественной ценности лидеров кинопроката, об их тлетворном влиянии на неокрепшие умы. Что странно слышать от представителя почти либеральных «Новых людей», не перепутал ли он партию?
Непотопляемая «Лиза Бричкина», начинавшая свою политическую карьеру в команде демократа из демократов Собчака (потом в этом публично каялась), заявила о своевременности возвращения цензуры, мол, без неё творцы дезориентированы. Впрочем, не удивила – ещё в 2022 году она же предложила заменить в приказном порядке западные фильмы в российском прокате на китайские, индийские, казахские и узбекские киноленты, за что получила массу плевков в спину от прокатчиков.
Бурляев хотя бы пытался аргументировать антисказочную позицию. Признавая упрёки в свой адрес за ученика Дьяченко («Чебурашка-2»), он клянётся, что учил его совсем другому. Чебурашку бывший зять всемогущего Бондарчука считает жалкой ушастой пародией на символ России – могучего, грозного и зубастого хозяина русских лесов, приводя в пример… милейшего олимпийского Мишку из 80-го. Сюда же Николай Петрович добавляет «сказочных злодеев»: Бабу-Ягу, Кащея Бессмертного, «романтизированных» в «Последнем богатыре». Якобы, такая трактовка «искажает наши традиционные ценности». Что и говорить, старость – не радость…
Всё это было бы смешно, если… Выступавшая перед депутатами в качестве «девочки для битья» замминистра культуры Жанна Алексеева заявила, что впредь приоритетные для кинематографа темы «определяются с привлечением независимых экспертов, среди которых есть представители родительского сообщества, духовенства и других ведомств — Минобороны, Минобрнауки, Минпромторга и проч».
Ну, кажется, приехали, представляете, за какое кино будут голосовать представители Министерства обороны, когда гиперпатриотичные «Свидетель» и «Позывной «Пассажир» (тема СВО) с треском провалились в прокате. Сразу вспоминается сцена из «Зависти богов» Меньшова, где «компетентные эксперты» от райкомов и народных заседателей пытаются отличить эротику от порнографии.
Пока речь идёт только о госфинансировании детского кино. Вроде, об этом только и мечталось, если суд будут вершить специалисты в области культуры, не обязательно кинематографа, но близких форм. При других раскладах не видать нам второго «Чучела» или «Сто дней после детства», наступит новая эра тотальных «Васек Трубачёвых» (ничего личного, просто в качестве примера).
Чем хорошо госфинансирование? С ним съёмочная группа может себе многое позволить в плане подбора актёров и технических новшеств. Вряд ли сразу запретят независимых продюсеров, но здесь можно ждать удар исподтишка – будут сложности с кинопрокатом, а одними стрим-платформами дорогая постановка никогда не отобьётся. Играть с государством в подобные игры – заведомо проиграть, да так, что потом не придерёшься.
Всё тот же Певцов обиженно изрёк: «Как давали свои своим, так и продолжают давать, ничего не изменилось». Это «Зверь» о деньгах на кинопроизводство, а не о том, о чём кто-то подумал. Но стоп! В кино все свои, дружат домами, понимают друг друга с полуслова, кто-то выбивается в крупные чиновники. Но есть те, чужие, кого буквально выживают из театра, говоря при всех нелицеприятную правду (как сделал Александр Збруев в адрес вышеуказанного парламентария). Тут впору утереться и задуматься над своим реноме, а не множить дешёвые обидки.
Увы, человек несовершенен. Когда в корпоративном сообществе возникает недопонимание, кто-то со стороны обязательно встрянет в конфликт. Как сделал депутат от ЛДПР, презрительно произнеся «звягинщина» (Андрей Звягинцев). Что равносильно «тарковщине» (Андрей Тарковский), так ещё в советское время недалёкие умы называли непонятное им авторское кино, ставшее мировой киноклассикой. Но это потом… а пока это синоним антипатриотичной провокации, да ещё на государственные деньги. Ждём появления «андреевщины»?
«Звягинщину» услышали, процитировали… охоту на киноведьм можно считать открытой?
Я не хочу обсуждать художественные достоинства (и недостатки) «Чебурашек», это однозначно не моё кино. Но за него проголосовал рублём массовый зритель, да ещё присоветовал знакомым… какой ещё знак качество нужен?! Или депутаты считают, что их избиратель падок исключительно на фальшивые ценности и детей к этому приучает?
Совсем недавно посмотрел «Бременских музыкантов», тоже объявленных низкохудожественными и вредоносными. Смотрел без интереса, но понял одно – о таком кино мы мечтали в советском детстве. Чтобы с драками, хохмами на грани, музыкой на разрыв и бандитов побольше, короче, праздник непослушания. Кстати, советские «Бременские» тоже поначалу испытывали сложности с прокатом… кто-то «умный, но с полномочиями» углядел в них подражание «Beatles».
Предположим, что сопли-вопли Певцова-Бурляева-Драпеко найдут понимание в кремлёвских кабинетах и будут озвучены с самой высокой трибуны, пусть и без оформления на законодательном уровне. Кинопродюсеры, недавно обнаружившие «золотую жилу», снова начнут шарахаться от любых смелых и неоднозначных проектов, а на экраны польётся река псевдопатриотичной шняги, финансируемой госбюджетом, ибо в Фонде кино тоже не герои заседают. При отсутствии широкого проката западного кино, мы быстро вернём себе пустые кинозалы, от чего не спасёт ни один попкорн, даже бесплатный.
Что очень опрометчиво в наше непростое тревожное время, когда нервной системе жизненно необходима культурная релаксация.
Леонид Черток