То, что живёт под кожей

Валерия всегда думала, что у собак особая форма любви. Не такая, как у людей: без слов, без условий, чистая и тёплая. Особенно у Бакса. Он мог подолгу лизать ей ладони, запястья, иногда щёку, если она наклонялась к нему слишком близко. В этом было что-то успокаивающее, почти детское.
— Ну всё, хватит, — смеялась она, вытирая руки о джинсы. — Я тебе не мороженое.
Но одна мысль однажды зацепилась в голове и не отпускала. Почему именно лизать?. Почему так настойчиво, так сосредоточенно, словно он не ласкал, а изучал?
Бакс был умным псом. Слишком умным для обычной овчарки. Иногда Валерии казалось, что в его взгляде живёт что-то древнее, не домашнее, не приручённое до конца. Будто в нём всё ещё оставалась память о времени, когда человек не был хозяином, а был частью окружающего мира — такой же добычей, как и всё остальное.
Однажды ночью она проснулась от холодного, влажного прикосновения к пальцам. Комната тонула в лунном свете, тени на стенах казались вытянутыми и неправильными. Бакс стоял рядом с кроватью. Не вилял хвостом. Не дышал шумно. Просто медленно и тщательно лизал её руку.
— Бакс… что ты делаешь?
Он не остановился. В его движениях не было радости. Не было игривости. Было что-то другое: сосредоточенное, почти профессиональное. Как у существа, которое выполняет важную и привычную работу.
Валерия осторожно отдёрнула руку. Пёс сделал шаг вперёд и снова коснулся её кожи языком. Её охватило неприятное чувство, будто она внезапно оказалась не хозяйкой, а объектом.
И тогда мысль сложилась окончательно, как кусочки жуткой мозаики.
Язык. Запах. Тепло живого тела.
Для него это не просто проявление любви. Это способ чувствовать то, что скрыто глубже. То, что находится под кожей. То, что твёрже и важнее плоти.
Она вспомнила, как хищники на природе вылизывают кости, когда мяса уже почти нет. Как язык скользит по ним, проверяя, не осталось ли хоть капли жизни, хоть следа ценности.
Её дыхание стало прерывистым.
— Ты ведь не поэтому меня любишь… правда? — прошептала она.
Бакс поднял голову и посмотрел ей прямо в глаза. В его взгляде не было злобы. Не было угрозы. Только спокойное принятие. Как будто он никогда и не скрывал правды.
Она убрала руку под одеяло. Сердце билось слишком громко. Пёс постоял ещё немного, потом сел и улёгся рядом с кроватью, как делал всегда. Обычный, верный, спокойный Бакс. Но для Валерии что-то уже изменилось.
С тех пор она не позволяла ему лизать себя. Гладила его, разговаривала, кормила, чесала за ушами. Всё было как раньше — почти. Но каждый раз, когда его язык показывался из пасти, её воображение рисовало не ласку, а белые, гладкие формы под кожей. Каркас, который держит её тело. То, что остаётся, когда всё остальное исчезает.
И она поняла: собаки любят нас не только за тепло, запах и заботу. Не только за голос и руки, которые гладят. Они любят нас ещё и за то, что внутри нас есть кости — твёрдые, настоящие, те, что живут дольше кожи и крови.