Идя к цели 5 жизнь в огне 5

   И, тут же, она вспомнила Витюху. Витюха развозил еду на заказ, работая в её ресторане в Тель Авиве, ул. Уриэль Акоста,16.

- Так, Надя, я хотел тебе сказать, что тот охранник...помнишь его... так он сказал, чтобы я с тобой не говорил, потому что у тебя нет мозгов, у тебя вместо мозгов компьютер, который всё время щёлкает и всё вычислит и всех вычислит...

   В одну минуту память вернула её на мгновенье в прошлое.


   Она посмотрела в окно автобуса. За окном всё время менялся пейзаж. Автобус мягко шуршит шинами по асфальтом покрытия дороги. Вот поворот. Вот ещё один поворот. Автобус проезжает мимо сел. Остановился. Кто-то выходит. Автобус движется дальше.

- А долго ещё ехать?

   Надя посмотрела на Алексея.

- До конца...


   Она вновь посмотрела в окно. Она знает здесь все маршруты всех автобусов, ведь из Перохи они разъезжаются в разные стороны, когда едут в Оренсе и так же съезжаются в Пероху из разных направлений.

- Так кажется, что здесь действительно всё продумано... и всё  продумывается заранее...


   Вот и их остановка. Они выходят из автобуса.

- Надя, так Вы мне дайте номер Вашего телефона...

- Так у меня украинский номер и по нему нет возможности говорить.

   Надя достаёт из кармана свой кнопочный телефон.

- Так Вы же имеете связь с работниками Красного Креста...

- Имею... по ватцап...

- Так Вы мне дайте Ваш ватцап...

- У меня ватцап находится в телефоне хозяина, который он мне дал для того, чтобы я имела Интернет и от него вайфай к своему планшету... в планшете нет ватцапа... в планшете есть только вайбер...

- Так и как с Вами связаться?

- Так никак...

- А к Вам модно прийти?

- Не получится. Калитка закрывается на замок. Везде высокие заборы и пять огромных собак. Если Вы станете звать меня здесь под калиткой, то я всё равно ничего не услышу, так как дом далеко от калитки...

- Я собак люблю... я их не боюсь...

- Это хорошо, что любите собак...

   Надя одела рюкзак на плечи, взяла в руки пакет и двинулась через дорогу в сторону своего дома. Алексей пошёл рядом с ней через дорогу и остановился. Здесь их пути расходились в разные стороны.

- Пока...





   Надя подошла к калитке. Достала из кармана куртки ключи. Открыла замок. Положила ключи обратно в карман куртки и пошла к дому.


   Она проделала это всё автоматически, как всегда, но вот только сегодня, она делала это всё  словно в замедленном режиме. Именно в этом замедленном режиме шёл поток мыслей. Мысли шли медленно, словно складывались куда-то и уплотнялись, чтобы занять меньше места в объёме её памяти. И если она чувствует это сейчас, значит это что-то важное, очень важное и оно необходимо.


   Она открыла ещё одну калитку, ведущую в её двор, и остановилась, подняв голову вверх и посмотрев на высокую стену, остатки старого домовладения. Там, наверху, на этой стене дома, так любит сидеть Бабасик. Сидит там часами и смотрит куда-то вдаль, словно никак не насытится простором вокруг и свободой. Вот и сейчас, она видит его там, на высокой стене...

   Её сердце сжалось - печаль сменилась тоской...


   Она прошла далее вдоль дома. Подошла к окну, а за стеклом... Пуся, прилепился мордочкой к стеклу и... выжидает... Она открывает окно, так как оно никогда не закрывается и Пуся осторожно прыгает на стол, специально для этого подставленный под окно снаружи дома. Нюню сидит и смотрит. Нюню на посту, но выходить из дома не желает.

   Пуся крутит хвостом во все стороны и бежит следом за Надей в дом и тут же суёт свою мордочку в пакет. Нюню прыгает с комода, стоящего у окна и так же направляется к ней. Нюню никуда не суёт свою мордочку. Нюню всегда всего хватает. Но, Нюню здесь, со всеми вместе...

   Надя насыпала баюнам еду в мисочки, разбирает привезенные продукты и раскладывает всё по местам, затем отправляется посмотреть как растёт её 
 любимая свёкла, посаженная для эксперимента второго урожая.

   Густо посеянные семена свёклы так и взошли - густо. Она их прорывает и вот дошла до места, где так любит лежать Бабасик у сетки.


   Она больше ничего не прорывает. Она просто стоит и смотрит на излюбленное Бабасиком место. Сил нет. Она уходит в дом, но ей навстречу бежит Пуся. Пуся радостно крутится у её ног, Пуся заглядывает ей в глаза.

- Возьми меня на ручки! Пойдём гулять по огороде... как всегда...

- Нет, Пуся... идём домой...

   Пуся не отстаёт.  Пуся лапками цепляет её за штаны, пытается укусить.

- Ну, что ты будешь делать... Идём...

   Надя берёт Пусю на руки и они отправляются гулять по тропинкам огорода. Так настырно проситься гулять на ручках, Пуся привык с трёх месяцев.

   Тогда стоял тёплый сентябрь. Она ещё не завершила уборку урожая на своём огородике и ходила по тропинкам огородика, просматривая, что еще сделать, а кроха Пуся шёл,  нет, не шёл,  катился белоснежный клубком, следом и просился на ручки. Он цеплял коготками её за штаны и кусал ноги. Он не двал ей никуда идти, пока она не возьмёт его на ручки и пойдёт с ним гулять по огороду.

   Нюню вышла из дома и, увидев, что они гуляют по огороде быстро прибежала к ним. Нюню так же выросла у неё на ручках с десяти дней её жизни.



   Нюню была самой маленькой и самой слабенький из всех четверых котят Мышки. Она вообще не вставала и даже не могла пить молочко у мамы Мышки. Она просто лежала себе в люльке с другими котятами и даже не издавала никаких звуков.

   Мышка её вылизывала, как-то пыталась оживлять, но Нюню не проявляла никаких признаков желания бороться за свою жизнь. Котята подрастали. Открыли глазки, начали ползать кто-куда из люльки. А Нюню так и лежит с открытыми глазками и только смотрит на всё происходящее вокруг.


   Июнь месяц. Тепло. Нюню десять дней от роду. Надя выносит Нюню в огород в защищенное от ветра и солнца место и оставляет её там, периодически прибегая посмотреть и отнести на кормление к маме Мышке. А Нюню никуда не передвигается. Она лежит так как её положили.
 
   Вот и сентябрь. Надя вынесла Нюню и положив её в её место на огороде, пошла заниматься своими делами. Затем пришла посмотреть - как Нюню, а Нюню стоит в огороде, что-то вынюхивает на земле и затем ест землю. С того времени Нюню пошла на поправку. Но она всегда мало ест и  перед едой, так вынюхивает её, словно изучает - свойства и качество еды. В четыре месяца один за другим, погибли все котята Мышки, а Нюню пережила, адаптировалась к жизни, но так и осталась Нюню, ведь она была на столько слаба, что Надя не смогла дать ей имя.

   Но жизнь, первых четырёх  месяцев её жизни, видимо остались в её памяти и она так любит гулять, сидя у Нади на ручках.


   Прошлым летом Нюню исполнилось 10 лет. Она умная, спокойная и если Надя её зовёт, то Нюню мгновенно летит стрелой через весь огород. Нюню за десять лет чуть подросла, но очень мелкая и ест всё так же вынюхивая и вынюхивая еду. Она крутится у мисочки и всё время вынюхивает еду и если ей что-то не нравится, она отходит демонстративно от миски и садится рядом.

- Нюню, что нам не нравится? Такая вкусная еда...

   Нюню забрасывать свой хвост на спину, приподнимается на лапках, вытягивает своё тельце вверх и всем видом показывает недоумение, словно задаёт вопрос - Это что такое? Это еда?

   Нюню знает, что Надя будет менять эту еду на другую и будет менять до тех пор, пока Нюню не начнёт есть.


   Надя улыбается. Она знает, что они все магипулируют ею. Они даже не напрягаются добиться желаемого результата. Они все по-разному делают это.


   И только Бабасик, никогда ней не манипулировал. Он робкий, скромный, тихий, словно невидимый. Никогда ничего не просит. Никогда не пристаёт ни с какими своими желаниями. Таким же по характеру был и Мамун.

   Мамун и Нюню вдвоём растили Бабасика. Мамун не отпускал маленького Бабасика от себя. Мамун обнимает его лапками и прижимает к себе. Всё лето они вдвоём гуляют и валяются на травке в огороде. Такая трогательная идиллия. Большой, как медвежонок Мамун и кроха Бабасик. А Нюню лишь наблюдает за ними со стороны.


   Мамун уходил тихо, так же как и жил. Осень. Октябрь. Впервые за все годы, ночью он пришёл к Наде. Впервые за все годы Мамун лёг, заняв собой всю её грудную клетку. Он лежал уткнувшись свой нос в её шею. Она не шевелиться. Она боялась нарушить это время единения. Это впервые за пять лет. Так они лежали долго. Она гладила Мамуна. Внезапно он соскочил на пол. Она тихо позвала его. Мамун не отозвался. Она впала в дрему. Очнулась. За окном рассвет. Встала. Мамун лежал на полу на её футболке...

   Притихшие баюны замерли на кровати. Никто не просил ни еды, ни выпустить их во двор.


   Бабасику исполнилось год и четыре месяца, когда он остался без Мамуна. Это была осень, октябрь. Уже начались первые ночные заморозки, а Бабасик никак не хотел идти в дом. И, в дальней комнате в двойной раме окна, Бабасик сидел в открытой форточке и смотрел во двор и когда Надя закрывала форточку, Бабасик становился печальным.

   И видя печаль Бабасика, Надя оставила открытой форточку всегда, но сделала двойные двери из комнаты в комнату и внизу всех дверей сделала дверку для котиков, чтобы они могли свободно выходить во двор и входить в дом когда кому захочется в любое время года.

   Даже зимой, когда мороз, Бабасик оставался на своём посту в форточку и шёл в комнату ко всем, лишь когда замерзал. Бабасик не шёл на ручки. Бабасик в одиночку тосковал за Мамуном.





   Как-то неожиданно быстро Беатрис прислала ей сообщение по электронной почте о том, что она договорилась с Фанни по поводу компьютерных курсов и Надя может приехать в назначенное ей время.