Часть II. Новое пришествие Большого Змея. 1

Прошло около шести лет после последних событий, связанных с Лесным домом.  Никогда больше мне не довелось встречаться с Кини, и я даже не знаю, как сложилась его судьба.

С Беляевым я тоже почти не виделась. Мне было известно, что он пережил инфаркт года через два, после того, как мы с ним расстались. К сожалению, меня не было рядом с ним в тот трудный для него период, и я испытывала чувство вины за то, что оттолкнула его и разорвала все связи с нашими общими знакомыми.

Кто-то мог упрекнуть меня, что из-за Роялса я изменила своим идеалам, пренебрегла своими принципами и убеждениями. Но это был период переосмысления и становления меня, как новой личности на следующем отрезке моего жизненного пути. И в этот период любовь к Роялсу настолько захватила мой разум, связала по рукам и ногам, что у меня не возникало ни малейшего желания отвлекаться на кого-то другого.

Я написала Беляеву прощальное письмо благодарности за его хорошее отношение ко мне в лучшие для нас годы. Его заботу обо мне нельзя было измерить одними словесными излияниями, и мне хотелось отблагодарить его чем-то весомым; но для подобного поступка одного желания с моей стороны было уже не достаточно.
Я вновь почувствовала себя одинокой и никому ненужной.

Я думала о том дне, когда вернется Бакин Роялс (ныне здравствующий Луи Филлип Деамантес). Конечно, я буду счастлива с ним какое-то время, но потом вокруг меня опять образуется вакуум. И я боялась этого больше всего. И мне уже не хотелось, чтобы Роялс когда-нибудь снова нарушил порядок моего жизненного пространства. Я готова была смириться со своим одиночеством, лишь бы не бороться с тем отчаяньем, которое могло обрушиться на меня, доведись мне снова оказаться брошенной или отвергнутой.

Но Бакин появился, и я была бесконечно рада его видеть. Он здорово изменился за эти годы: его фигура стала крепкой и статной; нежное юношеское лицо приобрело жесткие черты мужественности; его короткая стрижка была неожиданно-ярким контрастом красиво-вьющимся локонам молодого метиса в прошлом.

- Не похоже, чтобы ты заявился сюда прямо из резервации, - сказала я ему, проведя ладонью по его жестким волосам и твердым мышцам. - Возможно, все это время ты служил в секретном подразделении? Только зачем было скрывать это от меня?

- Я не намерен оправдываться. За эти годы столько всего произошло… - усмехнулся Роялс в своей неповторимой манере — все его привычки остались при нем, и у меня отлегло от сердца. - Если ты готова меня выслушать, я поведаю тебе обо всем в мельчайших подробностях, только не сейчас и не здесь. Предлагаю незамедлительно отправиться в Лесной Дом, пока он еще стоит на прежнем месте и не утратил своего былого величия. В конце этого года кончается срок аренды, а Дуглас пока не решил: продлить ее или навсегда отказаться от своего сокровища. Сейчас ни лучшие времена, и владеть недвижимостью, которая не приносит прибыли у нас считается верхом расточительности. По-мне, было бы вернее продать этот дом, и ты получила бы часть денег.

- Печально, если мы лишимся последнего свидетеля, который мог бы напомнить нам о тех днях, когда мы впервые встретились там и провели столько приятных часов в обществе друг друга! - вздохнула я.

- Как не удержать воду между пальцев, так нельзя остановить лучшие мгновения пережитого! - произнес Бак с едва уловимой грустью, и неожиданно одарил меня своей обаятельной улыбкой; он обхватил руками мои бедра и, приблизившись ко мне вплотную, стал раскачиваться вместе со мной словно в танце (так он делал всегда, если хотел убедить меня в чем-то или признаться в своих чувствах). - Собирайся без разговоров, мы едем в Лесной Дом! Я привез пеммикан и твое любимое «бордо», то самое, что мы пили на прощальном ужине.

- Мы только встретились, а ты уже спешишь с какими-то делами, словно в нашем распоряжении совсем нет свободного времени и уже скоро придется проститься! - я едва сдерживала рыдания. - Я так ждала и боялась этой встречи. Боялась, что мне будет невыносимо больно расставаться с тобой.

- Но я пока еще рядом и о расставании просто не может быть и речи, - он нагнулся и нежно поцеловал меня в губы.

Я хотела, чтобы он целовал меня еще и еще. Я попыталась поймать его лицо, но Бак сделал упреждающий жест, выставив вперед руку с поднятым указательным пальцем:

- Так мы далеко можем зайти в наших желаниях. Попридержи коней, милая! У нас еще будет время, чтобы дать волю чувствам.

- Твои губы стали жестче, - высказалась я с легкой досадой. - А может я уже забыла, как ты целовал меня прежде? Впрочем, этот поцелуй тоже был великолепен!