Познание - это движение к знанию

Философия убеждает легко в том, что все эпохи известной истории человеческой объединяет одно - жажда понять, что значит быть человеком. В этом процессе человек оказывается «средоточием, вокруг которого вращаются все божественные силы, и, что одно и то же, божественная история, которая прежде происходила в широком пространстве всеобщего бытия, теперь разворачивается в узком пространстве человеческого сознания».

Немецкий философ Ф. Шеллинг отмечает, что принцип (божественного происхождения) «возвращен в человеке назад в его в себе и по намерению божьему должен был быть человеку имманентным, а не становиться опять потенцией или возможностью другого или нового бытия. Он — то ;;;;;; ;;; ;;;; (семя Божие — авт.), та теогоническая основа, которая должна оставаться в человеке»

Антропогенез — в философско-антропологическом представлении свободным от себя», или по-другому, «переход» к человеку как принципу свободы, которую Бог допускает, полагая мир свободным изначально. Но в наше время Юваль Харари в «Homo Deus» (2015) предупреждает: ИИ может сделать человеческий разум устаревшим, и тогда главный аргумент антропогенеза о «невозможности», противоречащей «здравому смыслу», внеземного происхождения природы и человека перестают быть аргументом идеализма.

Эволюционизм обосновывался в формулах витализма. В духе «витального» онтологического монизма — единства «души и тела» на основе телесности – презентированы антропогенетические идеи А. Бергсона, Г. Зиммеля, Г. Когена, В. Виндельбанда, Г. Риккерта, Ф. Ницше, М. Шелера, Х. Плеснера, А. Гелена. B защиту дарвинизма выступали К. Маркс и Ф. Энгельс, теорию антропогенеза дополнили своей «трудовой» концепцией. Л. Фейербах переместил в поле материалистической парадигмы всю антропологию и, как следствие, стало преобладать рацио-позиция, что лишь научное подтверждение, биолого-эволюционистское понимание происхождения человека может рассматриваться.

При всем критицизме философского мышления именно в моменте отношения к антропогенезу можно увидеть подлинное моноонтологическое мировоззрение Н. Гартмана. Есть трансцендентальная культуро-символическая философия Э. Кассирера , в то время как М. Хайдеггер высказал предупреждение о неотвратимой опасности поворота человека к своей сущности, забывающем о своей космической роли .
Доказано, по сути, априори, что возвращение к «единению с природой» невозможно — социальные и технологические структуры стали частью нашей биологии.

Современный человек не участвует — он обсуждает» (Леви-Строс, «Печальные тропики»). Если заглянуть в прошлое, то каждая эпоха добавляет новый слой в этот палимпсест, и это - Палеолит: «Я — зверь» ; ритуал. Неолит: «Я — хозяин» ; сельское хозяйство. XXI век: «Я — сеть» ; цифровые платформы.

Антропологический код через индивидуальное ; коллективное. Проявлен как страх одиночества (экзистенциальная тревога) стал основой для создания общин. Такого рода диалектика не только изменила способы взаимодействия с миром, но и перекодировала саму антропологическую матрицу, где эмоции и энергия, ранее направленные на диалог с природой, стали топливом социальной синергии. Механизм: ритуалы (от неолитических жертвоприношений до современных концертов) — это «котлы», где личные переживания сплавляются в коллективный опыт.

Исследования нейробиолога Антонио Дамасио показывают: эмоции — не побочный продукт мышления, а его основа. Социальные взаимодействия активируют те же зоны мозга, что и контакт с природой (островковая доля, префронтальная кора). Парадокс современности - чем сильнее развивается социальная коммуникация (интернет, СМИ), тем острее экзистенциальное одиночество.

Энергия эмоций, ранее расходуемая на взаимодействие с природой, стала инвестироваться в социальные связи. Получается, что знание о мире опосредуется для каждого человека социальными институтами, будь то образовательные учреждения, средства массовой информации или наука.

Такой подход к оценке ситуации отражает традиционные философские позиции эмпиризма и рационализма, которые подчеркивают индивидуальные способности восприятия и суждения как основания и критерии знания. Следующий рубеж - социальная синергия, когда эмоции как валюта коммуникации. Виртуальные сообщества компенсируют утрату «природного» диалога, но не заменяют его. И особенно в сети становится понятно, что даже экологические движения часто сводят природу к «ресурсу», призывая который следует срочно спасти.

Вывод по контексту, если знание равно движение, то все культуры демонстрируют нам схожие паттерны категоризации знаний у людей в разные эпохи; существуют общие принципы организации общечеловеческой памяти; наблюдаются универсальные способы обработки информации, и исторический анализ развития познания показывает - постепенное усложнение систем знаний; эволюцию методов познания и развитие форм фиксации знаний. На будущее - биохакинг и нейроинтерфейсы — новая фаза, где эмоции будут оцифровываться и транслироваться напрямую, создавая глобальную нервную систему.

Знание – важнейший аспект, который вбирает в себя власть и могущество. М. Хайдеггер вслед за Э. Гуссерлем выступал с критикой современного научного знания, которое отождествляет мир науки и так называемый объективный мир. Разум обеспечивает форму и структуру, ценности становятся итогом этого синтеза, как отмечал К. Ясперс, подлинное бытие раскрывается именно в коммуникации между экзистенцией и рациональным познанием.

Наука обычно считается надежным институциональным способом познания из-за того, что результаты исследований проверяются и перепроверяются независимыми друг от друга актами проверки. В итоге формируется целостная система человеческого бытия, где, по словам С. Кьеркегора, «страх есть головокружение свободы», а свобода, в свою очередь, порождает необходимость ценностного самоопределения.

В западной философии принцип индивидуализации раскрывает один из способов существования объективного мира. В нем выражается универсальная черта объективной реальности – существовать в виде индивидуальных систем, посредством которых проявляются общие законы бытия. При этом важно подчеркнуть, что данный процесс не является линейным, а представляет собой постоянное взаимодействие всех уровней человеческого существования.

Как подчеркивал В. Франкл, даже в условиях радикальной неопределенности человек сохраняет способность к смыслополаганию, что делает процесс формирования ценностей неотъемлемой частью его экзистенциального опыта. Общее, в зависимости от конкретных условий, принимает различные индивидуальные формы, без чего прекратилось бы движение, изменение и развитие, исчезла бы связь между объектами, что, в свою очередь, привело бы к распаду самого бытия, прекращению существования материи и движения.