Литературные факты. Салтыков-Щедрин

АКАДЕМИЧЕСКОЕ ОБРАЗОВАНИЕ И ПИСАТЕЛЬ (АКАДЕМ)

[школа] Салтыков-Щедрин подсмеивался над преподаванием в гимназии русского языка и истории: "Какие у них там темы для сочинений даются не угодно ли написать сочинение о пустыне и море! Да ни одна из учениц не видела отродясь никакой пустыни, а вместо моря видела только Маркизову лужу (устье Невы) -- вот и сочиняй. А то не угодно ли описать Аничков мост!"

[школа] Таланта Салтыкова-Щедрина в лицее не признавали. Мальчик вынужден был прятать стихи, особенно если содержание их могло показаться предосудительным, в рукава куртки и даже в сапоги, но контрабанда отыскивалась, и это оказывало сильное влияние на отметки по поведению: в течение всего времени пребывания в лицее он почти не получал, при 12-балльной системе, свыше 9 баллов до самых последних месяцев перед выпуском, когда обыкновенно всем ставился полный балл. Поэтому в выданном ему аттестате значится: "при довольно хорошем поведении", а это значит, что средний балл по поведению за последние два года был ниже восьми

[школа] Уже в третьем классе гимназии во времена Салтыкова-Щедрина серьезно изучали Крылова, Державина, Карамзина. А старшие воспитанники обязательно должны были выступать со своими сочинениями

[универ] В 1834 году вышла из Московского Екатерининского института старшая сестра Михаила Евграфовича Салтыкова, Надежда Евграфовна, и дальнейшее обучение его было вверено ей и ее товарке по институту Авдотье Петровне Василевской, поступившей в дом в качестве гувернантки. Им помогали священник села Заозерья, о. Иван Васильевич, обучавший Салтыкова латинскому языку по грамматике Кошанского, и студент Троицкой духовной академии Матвей Петрович Салмин, которого приглашали два года кряду на летние вакации. Занимался Салтыков усердно и настолько хорошо, что в августе 1836 года был принят в третий класс шестиклассного в то время Московского дворянского института

ВДОХНОВЕНИЕ И РЕГУЛЯРНОСТЬ (вдохновение)

Салтыков вполне искренно не доверял своему огромному таланту и думал, что он только трудом и может брать

Салтыкова-Щедрина радовало, когда читателя пронимало. "А кабы разодрало с верхнего конца до нижнего, то было бы еще лучше"

ВЗАИМООТНОШЕНИЯ МЕЖДУ ПИСАТЕЛЯМИ. ЛИТЕРАТУРНАЯ ЖИЗНЬ (взаимоты)

Салтыкову-Щедрину доставляла искреннее удовольствие каждая написанная кем-нибудь хорошая работа: он делал восторженные отзывы, об "Устоях" Златовратского, которые ему очень нравились, о "Власти земли" Успенского, несмотря на то, что с некоторыми конечными его заключениями был не согласен. Он положительно становился даже как-то горд в такие минуты - и гордостью чисто общественной: "Дескать, все-таки мы впереди"

ВЫМЫСЕЛ. РОЛЬ ВЫМЫСЛА И СТИМУЛ(вымысел)

Салтыков-Щедрин любил представлять себе героев литературных произведений в реальных жизненных коллизиях

ЗАМЫСЕЛ (замысел)

Салтыков-Щедрин начал делать наброски к "Словарю забытых слов", но замысел осуществить не успел

ИЗВЕСТНЫЙ И НАЧИНАЮЩИЙ ПИСАТЕЛЬ (известный)

Когда Салтыков-Щедрин говорил молодым авторам: "Зелено, братец, зелено", его голос звучал как голос распекающего начальника

Салтыков-Щедрин, хотя и одобрил первую повесть Короленко, но печатать не стал: "Оно бы ничего, да больно зелено"

КОМНАТА. РАБОЧЕЕ МЕСТО ПИСАТЕЛЯ (комната)

Один из знакомых Салтыкова-Щедрина застал его раз пишущим на подоконнике, во время переезда на дачу, когда в кабинете все было уже уложено, и стол был чем-то загроможден; а за границей он ухитрялся иногда писать даже на маленьком круглом столике

Смотря на Салтыкова, нельзя было не удивляться, как ему не мешают работать посетители. Ни приемных и неприемных дней, ни особых приемных и неприемных часов, как у других, у него не было. Положим, что к нему не во всякое время ходили; но утром, часов с 11 и до обеда, его все и всегда могли застать и шли к нему совершенно свободно. Случалось иногда заходить к нему и вечером, и опять никто не говорил, что он не принимает или что его дома нет, и опять приходилось кого-нибудь встречать у него

ЛИЧНАЯ ЖИЗНЬ ПИСАТЕЛЯ (личная_жизнь)

"...я видела его в начале сороковых годов в доме М. Я. Языкова. Он и тогда не отличался веселым выражением лица. Его большие серые глаза сурово смотрели на всех, и он всегда молчал. Он всегда садился не в той комнате, где сидели все гости, а помещался в другой, против дверей, и оттуда внимательно слушал разговоры" (Из воспоминаний о молодом Салтыкове-Щедрине)

НАСТРОЙ НА РАБОТУ. КОНЦЕНТРАЦИЯ НА РАБОТЕ (настрой)

"В ту минуту, когда я почувствую, что внутренности мои не дрожат более, я кину перо, хотя бы пришлось умереть" (Салтыков-Щедрин)

ОБЩЕСТВЕННАЯ ЖИЗНЬ И ПИСАТЕЛЬ. PUBLIC IMAGE (общественная)

От российской действительности у Салтыкова-Щедрина были "постоянные болезненные припадки" и "мучительная восприимчивость"

Александр II прочитав "Губернские очерки", назначил Салтыкова-Щедрина вице-губернатором "Пусть делает, как пишет"

ОРГАНИЗАЦИЯ ПИСАТЕЛЬСКОГО ПРОЦЕССА (организация)

"Начал я "Пошехонскую старину" действительно с удовольствием, а потом надоела она мне ужасно, просто измучила... Образы за образами поднимаются и лезут в голову, а возиться с ними и скучно, потому что все это уже давно известно, и тяжело, потому что я ведь опять точно переживаю то время" (Салтыков-Щедрин)

"Не знаю, были ли у Салтыкова вещи, написанные сразу. Вероятно, были, но те, которые он мне читал, были в нескольких вариантах или, лучше сказать, редакциях, то есть, были написаны раз, потом поправлены, изменены и переписаны" (из воспоминаний современника)

ОСОБЕННОСТИ ПИСАТЕЛЬСКОЙ ПРОФЕССИИ (особенности)

Работать так, как работал Салтыков, не всякий может. Работа для него превратилась не только в обычное занятие, но и в какую-то непреодолимую потребность. Он не мог не писать: ни какие-нибудь дела, ни усталость и желание отдохнуть, ни знакомства и отношения, ни даже сама болезнь не могли удержать его от этого. Сплошь и рядом совсем больной, он садился к письменному столу и писал своим медленным, сжатым почерком страничку, другую, сколько мог

Салтыков зависел от журнальной работы, "Современник" много платить не мог, приходилось, как сам Салтыков однажды выразился, "перебиваться рецензиями", которых больше всего им и писалось

У Салтыкова было два рода знакомств и отношений: чисто домашние и литературные, которые он весьма резонно разделял и никогда не смешивал, и не смешивал, я думаю, не столько ради ограждения домашней жизни, сколько ради ограждения литературы от всего ей стороннего и чуждого

ПРИЗВАНИЕ И ОБСТОЯТЕЛЬСТВА (призвание)

В Вятке Салтыков-Щедрин для дочери губернатора составил "Историю России"

Влияние литературы в Царскосельском лицее времен Салтыкова-Щедрина тогда очень сильно в лицее: воспоминание о недавно погибшем Пушкине как будто обязывало нести его знамя и на каждом курсе предполагался его продолжатель. Такими продолжателями считались В. Р. Зотов, Н. П. Семенов (сенатор), Л. А. Мей, В. П. Гаевский и другие, в том числе и Салтыков

Салтыков-Щедрин начал писать с библиографических заметок

ПРОТОТИП И ТИП

Заезженный женой и бытом Юрьев единственную отраду в жизни находил в переводах Шекспира. Он послужил прототипом Лузгина из "Губернских очерков" Салтыкова-Щедрина

ПСИХОТИПЫ ПИСАТЕЛЬСКИЕ. ОСОБЕННОСТИ ПИСАТЕЛЬСКОГО ДАРОВАНИЯ (психотипы)

У Салтыкова было два рода знакомств и отношений: чисто домашние и литературные, которые он весьма резонно разделял и никогда не смешивал, и не смешивал, я думаю, не столько ради ограждения домашней жизни, сколько ради ограждения литературы от всего ей стороннего и чуждого

Работать так, как работал Салтыков, не всякий может. Работа для него превратилась не только в обычное занятие, но и в какую-то непреодолимую потребность. Он не мог не писать: ни какие-нибудь дела, ни усталость и желание отдохнуть, ни знакомства и отношения, ни даже сама болезнь не могли удержать его от этого. Сплошь и рядом совсем больной, он садился к письменному столу и писал своим медленным, сжатым почерком страничку, другую, сколько мог

Салтыков зависел от журнальной работы, "Современник" много платить не мог, приходилось, как сам Салтыков однажды выразился, "перебиваться рецензиями", которых больше всего им и писалось

Салтыков-Щедрин не мог спокойно и хладнокровно относиться к тому, что было бессмысленно, бессовестно, фальшиво, надменно, цинично, словом, что возмущало его чувство и не мирилось с логикой, и сейчас же реагировал на это как мог и умел, как находил лучше и целесообразнее

Я знаю случай, когда Салтыков, получив одно несправедливое и резкое обвинительное письмо, заплакал

ПУТЬ ПИСАТЕЛЬСКИЙ (путь)

[начало писания] В лицее, уже в первом классе, Салтыков-Щедрин почувствовал влечение к литературе и стал писать стихи. За это, а также и за чтение книг он терпел всевозможные преследования как со стороны гувернеров и лицейского начальства, так и в особенности со стороны учителя русского языка Гроздова

[творческий стимул] "Мне кажется, что писатель, имеющий в виду не одни интересы минуты, не обязывается выставлять иных идеалов, кроме тех, которые исстари волнуют человечество. А именно: свобода, равноправность и справедливость. Что же касается до практических идеалов, то они так разнообразны, что останавливаться на этих стадиях -- значит добровольно стеснять себя" (Салтыков-Щедрин)

[первые публикации] "Мне кажется, что писатель, имеющий в виду не одни интересы минуты, не обязывается выставлять иных идеалов, кроме тех, которые исстари волнуют человечество. А именно: свобода, равноправность и справедливость. Что же касается до практических идеалов, то они так разнообразны, что останавливаться на этих стадиях -- значит добровольно стеснять себя" (Салтыков-Щедрин)

[творческий стимул] "Оттуда, из Франции -- говорил Салтыков-Щедрин, -- лилась на нас вера в человечество, шло все доброе, любвеобильное и желанное, оттуда воссияла нам уверенность, что золотой век не назади, а впереди нас"

[первые публикации] Первое стихотворение Салтыкова-Щердрина "Лира" было напечатано в "Библиотеке для чтения" 1841 года за подписью С-в. В 1842 году появилось там же другое его стихотворение "Две жизни" за подписью С

[творческие перепитии] В Вятке, будучи деятельно занятым на службе, Салтыков-Щедрин не оставлял мысли быть писателем: в его бумагах исследователи находили заметки, выписки из прочитанных книг, краткие наброски мыслей, которые потом предполагалось "развить", и т. п.

"Оттуда, из Франции -- говорил Салтыков-Щедрин, -- лилась на нас вера в человечество, шло все доброе, любвеобильное и желанное, оттуда воссияла нам уверенность, что золотой век не назади, а впереди нас"

[творческий стимул] "Мне кажется, что писатель, имеющий в виду не одни интересы минуты, не обязывается выставлять иных идеалов, кроме тех, которые исстари волнуют человечество. А именно: свобода, равноправность и справедливость. Что же касается до практических идеалов, то они так разнообразны, что останавливаться на этих стадиях -- значит добровольно стеснять себя" (Салтыков-Щедрин)

В Вятке, будучи деятельно занятым на службе, Салтыков-Щедрин не оставлял мысли быть писателем: в его бумагах исследователи находили заметки, выписки из прочитанных книг, краткие наброски мыслей, которые потом предполагалось "развить", и т. п.

В лицее, уже в первом классе, Салтыков-Щедрин почувствовал влечение к литературе и стал писать стихи. За это, а также и за чтение книг он терпел всевозможные преследования как со стороны гувернеров и лицейского начальства, так и в особенности со стороны учителя русского языка Гроздова

Первое стихотворение Салтыкова-Щердрина "Лира" было напечатано в "Библиотеке для чтения" 1841 года за подписью С-в. В 1842 году появилось там же другое его стихотворение "Две жизни" за подписью С

РЕДАКТОР (редактор)

Одна сентиментальная романистка непременно желала окончить свой роман смертью героини от чахотки, а Салтыков нашел, что той будет гораздо лучше выйти замуж за героя, и потому взял и повенчал их

Один из бывших сотрудников "Отечественных записок" (С. Н. Южаков) рассказывает о Салтыкове-Щедрине в своих воспоминаниях, почему он однажды не принял повесть начинающего автора и как не мог удержаться, когда тот пришел за ответом, чтобы не сказать в его присутствии случившимся тут же сотрудникам: "Ведь вот автор -- совсем юноша... а мне, старику, было стыдно читать его повесть, столько скабрезности"

Салтыкову-Щедрину просто было необходимо, чтобы все сотрудники редакции собирались, говорили, советовались, чтобы он видел, что журнал есть общее и близкое всем дело

ХУДОЖЕСТВЕННЫЕ СРЕДСТВА И ОСОБЕННОСТИ (худ_средства)

Людей и предметы, которые обращали на себя внимание Салтыкова-Щедрина в отрицательном смысле, он всегда почти освещал со стороны совершенно неожиданной, самой прозаической, характеризовал их необыкновенно метко несколькими штрихами и открывал в них какую-нибудь новую глупость или гадость, которых вы, может быть, и не подозревали

Рисуя ужаснейших злодеев и негодяев, Салтыков-Щедрин или указывал причины и условия, сделавшие их такими, или искал способов воздействия на них, пробуждения в них стыда или, по крайней мере, страха перед судом детей и потомства, вообще, верил в возможность просияния злодейской души и не мог понять своей человеческой душой злодейства темного и совсем уж беспросветного

ЧИТАТЕЛЬ И ПИСАТЕЛЬ (читатель)

Кто знал лично Михаила Евграфовича Салтыкова-Щедрина, тот при чтении его сочинений получает особое удовольствие, потому что писал он часто то, что говорил, и писал совершенно так же, как говорил (только лирических отступлений да подробностей в разговоре обыкновенно не встречалось), так что точно видишь его перед собою и слышишь его голос

Нередко Салтыков начинал также рассказывать что-нибудь такое, над чем нельзя было не смеяться, особенно глядя при этом на его почти всегда серьезное лицо. По большей части это была действительность, изукрашенная его фантазией

Салтыков-Щедрин всегда боялся прослыть писателем "по смешной части" и даже в разговоре оставался иногда недоволен тем, что смеются

ЧТЕНИЕ ВОТ ЛУЧШЕЕ УЧЕНИЕ (чтение_учение)

Читать было почти нечего, так как в доме почти не было книг, а потому маленький Салтыков-Щедрин читал оставшиеся от старших братьев учебники. Среди них особенное впечатление произвело на него Евангелие

с лицея Салтыков-Щедрин полюбил Гейне, читая которого "надрывался от злобы и умиления