Трудное счастье марии глава 27

         АЛЯ ХАТЬКО  &  ОЛЕГ ВАЙНТРАУБ

Т Р У Д Н О Е    С Ч А С Т Ь Е     М А Р И И
               
 Глава 27. Как устранить соперницу?
Возвращение Маши в родные пенаты стало для Наташи настоящим стрессом. За эти последние полгода она уже была полностью уверена, что Петр “у нее в кармане”. Оставалось только по-настоящему забеременеть, а не на словах и тогда от ЗАГСа ему не отвертеться. Но возвращение Маши нарушило все ее планы. После ее возвращения Петр сильно изменился, вернее изменились их отношения. До этого, если он приходил с работы немного пораньше, то изнывал от нетерпения в ожидании, когда она придет. И тогда он просто набрасывался на нее, раздевался сам и раздевал ее, и они занимались любовью где попало: в комнате, в коридоре, на кухне. В сексе он был ненасытный и никакой контрацепции не признавал. Удивительно, что до сих пор она еще не забеременела, хотя успела уже распространить слух по деревне, что ждет ребенка.
Но теперь все изменилось. Придя с работы, он допивал початую бутылку водки и заваливался спать, иногда даже не дождавшись ее. Любовью они стали заниматься реже, а поговорить с ним было просто не о чем. Он теперь просто ускользал из ее рук, а удержать его ей кроме секса было просто нечем. А еще соседи рассказывали, что видели его часто после работы у дома Маши. Что он там делал? Искал возможности встретиться с ней? А ведь она ушла от него и черт знает с кем она там полгода валандалась, может там у нее и любовник появился, он готов ей все простить и принять ее обратно. При этих мыслях Наташа от злости скрежетала зубами и готова была придушить Машу своими руками. Сейчас она думала только об одном: как устранить соперницу? Она прекрасно понимала, что пока жива Маша и где-то тут недалеко, Петра она не получит. Какие только она в мыслях планы не вынашивала! Конечно, физически ее устранить (убить, утопить, придушить, отравить) она не рискнет, себе же дороже. Если преступление раскроется, то самой можно угодить на нары, а это ее не устраивало. Но как заставить ее уехать из деревни? Если только какой-нибудь дурак решит жениться на ней и увезти с собой? Но это маловероятно. Если может быть только сильно заболеет и уедет куда-то далеко лечиться? Тоже надежды на это мало. И что ей станется? Ходит здоровая, как кобыла, пахнет. Вот если только что-то натворит и ее за это посадят? Но что может натворить такого скромная женщина, чтобы ее посадили? Кого-то убить? Знала она Машку еще по школе, не сможет она такое сделать. Что-то украсть? Но что тут можно такого украсть? Да и за это много не дадут…
Вот если самой что-то сделать, чтобы после свалить на нее? Но что? Теперь эта мысль постоянно преследовала ее. Неделями искала выход. И, наконец, придумала. А что если поджечь дом, где они будут находиться с Петром? В таком случае, конечно, в первую очередь, все подумают на Машу. Мотив налицо: месть сопернице и неверному мужу. Только это нужно будет сделать очень аккуратно, чтобы никто не заподозрил ее саму, и еще как-то обеспечить себе надежное алиби. С последним совсем просто. Когда начнется пожар выскочить в одном белье и поднять крик на всю деревню: “Пожар! Горим!”. Кто подумает на тебя, не сама же себя подожгла. Вот только незаметно нужно будет прокрасться к дому и полить керосином или бензином. Нет, только бензином! У Маши же была машина, и где-нибудь в канистре еще остался бензин.
Теперь неделя ушла на подготовку этой операции. Задумано было, конечно, хорошо, но где взять бензин? Не пойдешь же к Маше просить бензина или лазить у них по сараям. Заправки то в деревне нет, а в колхозную не пойдешь просить бензин. Сразу спросят для чего он тебе нужен? Да и сама засветишься. Значит нужно ехать в район или купить на заправке по дороге в район. И в автобусе канистру не повезешь. Сразу обратят на тебя внимание. Нужно на попутке добираться до заправки и обратно.
Так и сделала. У отца в сарае нашлась старая канистра. Пришлось над ней поработать, чтобы не выглядела такой уж страшной. Очищала ее в сарае, а когда стемнело, пошла с ней к дому, чтобы ранним утром, пока вся деревня спит, выйти на большак и “голосовать” попуткам. Ждать пришлось долго, потратила почти полдня. Доехала до заправки без проблем. А тут стал вопрос: какой бензин купить? Она не знала каким бензином заправляют Волгу, а спросить было не у кого. Решила купить самого дешевого. Хотела купить литров 5, а заправщик налил полную канистру. Пришлось домой тащить все 20 литров, да еще так, чтобы тебя никто не увидел. Опять пришлось дожидаться темноты. Шла по темной улице, вокруг не было ни души. Когда до дома оставалось метров 100, откуда ни возьмись из какого-то дома вывалилась группа цыган и пошли ей навстречу. А тут еще, как назло, машина навстречу и осветила ее, как на сцене. Одно утешение, что это же не свои деревенские, эти ее в лицо не знают. Уставшая доплелась домой, целый день для этого потратила. Чтобы отец случайно не обнаружил канистру, спрятала ее в кустах за сараем. И в эту ночь решила к Петру не идти.
Теперь, когда бензином она уже запаслась, стала прикидывать, когда совершить эту “акцию”. Лучше всего это будет сделать в пятницу ночью. Петр, как всегда, перед выходными напьется и уснет, а она, переодевшись с старые отцовские рабочие брюки и куртку с канистрой проберется задворками к дому Петра. Обольет бензином заднюю часть дома, но сразу зажигать не будет. Пустую канистру отнесет к дому Маши и бросит ее где-нибудь около их теперь уже пустого гаража. Потом вернется к дому Бойко, зажжет бензин и быстро юркнет в дом, там снимет свой “маскарад”, накинет халатик и выскочит во двор с криками: “Пожар! Горим!”, побежит к соседям и станет стучать в окна и звать на помощь. Так она все себе распланировала.
                (продолжение следует)