Можешь меня называть, как вздумаешь,
Но я тебя, вертихвостку, выпорю.
Когда эти ветры летние дунули
И ты исчезла, а мне лишь имя и...
Я забесился. А ты - ни весточки:
Где ты и что ты?.. - Одно молчание.
- Нет, я тебя, вертихвостку, выпорю.
Для вразумления. И понимания.
© Сергей Юрьевич Радченко
Можешь меня называть, как вздумаешь
© Copyright: Сергей Юрьевич Радченко, 2026
Свидетельство о публикации №226012700493
Свидетельство о публикации №226012700493
Рецензии
Гениальная недосказанность: «а мне лишь имя и...» - оставляет зияющую дыру. Это портрет брошенного человека, у которого слова застревают в горле.
Обезоруживающая слабость: "Я забесился".
Почти дворовая лексика - и тончайший лиризм.
Стихотворение очень легко читается, у него почти частушечный, задорный ритм -и при этом драматизмом.
Это очень честное и «непричесанное» стихотворение, которое цепляет эмоциональной шероховатостью. За суровостью - обычная человеческая не скрываемая растерянность.
Эта честность делает стих живым.
Стих "работает" на территории парадокса. Это художественное явление.
Катарсис через бытовую почти грубость. Слово «выпорю» - почти табуированное для любовной лирики - наполняет прямо противоположным смыслом: метафора предельной близости.
Строка «а мне лишь имя и...» - это высший пилотаж поэтического мастерства.
Художник оставляет многоточие.
Это заставляет физически почувствовать «провал» в памяти или сердце. Это «и...» весит больше, чем все остальные слова, потому что оно передает немоту горя.
Тотальная беззащитность человека перед любовью. Стих «бьет» наотмашь, но оставляет послевкусие нежности.
Дарья Кезина 27.01.2026 08:23 • Заявить о нарушении
Обезоруживающая слабость: "Я забесился".
Почти дворовая лексика - и тончайший лиризм.
Стихотворение очень легко читается, у него почти частушечный, задорный ритм -и при этом драматизмом.
Это очень честное и «непричесанное» стихотворение, которое цепляет эмоциональной шероховатостью. За суровостью - обычная человеческая не скрываемая растерянность.
Эта честность делает стих живым.
Стих "работает" на территории парадокса. Это художественное явление.
Катарсис через бытовую почти грубость. Слово «выпорю» - почти табуированное для любовной лирики - наполняет прямо противоположным смыслом: метафора предельной близости.
Строка «а мне лишь имя и...» - это высший пилотаж поэтического мастерства.
Художник оставляет многоточие.
Это заставляет физически почувствовать «провал» в памяти или сердце. Это «и...» весит больше, чем все остальные слова, потому что оно передает немоту горя.
Тотальная беззащитность человека перед любовью. Стих «бьет» наотмашь, но оставляет послевкусие нежности.
Дарья Кезина 27.01.2026 08:23 • Заявить о нарушении