Он был пчелой...

Чтобы рассказать обо всех чудесах и подвигах Мадхвачарьи, не хватит и нескольких месяцев. Но основным делом его жизни стала проповедь бхакти. Рама-нуджачарья ввел практику бхакти-йоги на юге Индии, а Мадхвачарья пришел, чтобы продолжить его дело и заложить фундамент могущественной сампрадаи.
С самого детства он постоянно думал о том, как принять санньясу. Уже в три года он проявил решимость в достижении этой цели.
...
В своей прошлой жизни Ачьюта Прекша был пчелой, но не обычной, – она жила в доме Пандавов. Однажды, когда Драупади приготовила прасад, пчела подлетела и из рук Драупади попробовала его. Благодаря этому в следующей жизни она родилась великим ачарьей – Ачьюта Прекшей, которому суждено было стать духовным учителем Мадхвачарьи.
Обнаружив своего сына в ашраме у Ачьюта Прекши, Мадхьяджеха Бхатта по блеску в его глазах понял, что происходит. Когда Васудева заметил своего отца, он тут же со свойственной ему прямотой попросил:
– Отец, разреши мне принять санньясу.
У Мадхьяджеха Бхатты подкосились ноги. Он стал отговаривать сына:
– Мы с твоей матерью – уже старые. Кто позаботится о нас? Ману говорит, что единственный долг человека – заботиться о своих старых родителях.
...
Он умолял его, приводя всевозможные аргументы, и в порыве отчаяния даже склонился перед своим сыном в поклоне.
Васудева, увидев это, сказал:
– Отец, это знак Господа – я должен принять санньясу. Никогда старший в семье не должен кланяться младшим, за исключением тех случаев, когда младший принимает санньясу. Поклонившись мне, ты уже дал мне разрешение. Можно считать, что я уже отрекся от мира. Отец ответил:
– Хорошо, я дам тебе разрешение, если ты упросишь свою мать разрешить тебе принять санньясу, и тогда мне не останется ничего, кроме как тоже согласиться.
На радостях Васудева побежал домой и, открыв дверь, с порога закричал:
– Мама, я хочу принять санньясу!
Бедная женщина чуть было не упала в обморок.
– Ни за что, никогда! – ответила она.
Тогда Васудева сказал:
– Хорошо, мама, тогда я ухожу из дома, и ты больше не увидишь меня. Если же ты дашь мне разрешение, то я буду иногда навещать тебя. Иначе я уйду сегодня же, и ты никогда больше меня не увидишь!
Зная характер своего сына, мать скрепя сердце согласилась, и Васудева вприпрыжку побежал в ашрам Ачьюты Прекши, радостно крича:
– Джай! Я хочу проповедовать!
Он принял санньясу только для проповеди. Единственное, чего он хотел, о чем постоянно думал, – это идти от двери к двери и рассказывать людям о живой энергии бхакти, которая находится в сердце каждого живого существа.
Вырвав согласие у своих родителей, он пообещал им:
– Я даю вам благословение: у вас родится другой сын, он позаботится о вас. А я буду заботиться обо всех людях.
Так в восемь лет он принял санньясу. Ачьюта Прекша, проведя обряд посвящения в санньяси, дал ему имя Пурнапрагья Тиртха, что значит «всезнающий, постигший полностью всю суть Вед», и решил обучить его ведической премудрости. Однако одно событие помешало этому.
На следующий день великий пандит диг-виджай Васудева бросил вызов Ачьюте Прекше. Узнав о предстоящем диспуте, собралось множество зрителей. Ачьюта Прекша занял место на вьясасане, а рядом с собой посадил своего нового ученика. Диг-виджай Васудева начал диспут: он говорил без перерыва три дня, а когда закончил, громадная толпа зрителей взорвалась аплодисментами и в полном восторге кричала:
– Джай, джай! Васудева, джай!
Все были абсолютно уверены, что опровергнуть его невозможно. Довольный, с торжествующей улыбкой, диг-виджай Васудева посмотрел на Ачьюту Прекшу. Тот с невозмутимым видом повернулся к своему ученику и сказал ему:
– Сначала пусть скажет мой ученик.
Пурнапрагья заговорил. И чем дольше он говорил, тем тише становилось вокруг. Он запомнил слово в слово все, что говорил диг-виджай Васудева: он брал каждое его высказывание и разбивал одно за другим, так что камня на камне не оставалось от аргументов пандита. Диг-виджай Васудева сидел, открыв рот, и удивлению его не было предела.
Когда диспут завершился и знаменитый пандит диг-виджай с позором ушел, Ачьюта Прекша сказал Пурнапрагье:
– Да, ты многое знаешь. Но тем не менее, так как ты стал моим учеником, я должен тебя учить. У меня есть книга, которую оставил мне духовный учитель. В свое время он объяснил ее мне, теперь я буду объяснять ее тебе. Завтра же и приступим.
На следующий день, когда собрались все ученики Ачьюты Прекши, он достал знаменитую книгу по философии майявады «Ишта-сиддхи» и торжественно объявил:
– Сегодня мы начинаем изучать великую книгу «Ишта-сиддхи»!
Он прочитал первый стих, который гласил: «Ты – Брахман, я – Брахман, Брахман в тебе, Брахман во мне, Брахман повсюду, поэтому я в почтении склоняюсь перед самим собой».
Пурнапрагья, сидевший среди других учеников, поднял руку. Ачьюта Прекша недовольно посмотрел на него и сердито спросил:
– Чего ты хочешь?
– В этом стихе 32 ошибки, – сказал Пурнапрагья и перечислил их все одну за другой, – зачем мне изучать писание, если в первом же его стихе столько ошибок? – продолжал он. – Я буду изучать только «Шримад-Бхагаватам».
Ачьюта Прекша хотел было возразить ему, но потом махнул рукой:
– Если ты такой умный, то иди сюда и объясняй «Шримад-Бхагаватам» всем.
Пурнапрагья стал объяснять «Шримад-Бхагаватам» своему духовному учителю и всем присутствующим. Чем больше Ачьюта Прекша слушал, тем радостнее он становился. Он уже забыл, что он – гуру, а это – его маленький ученик, недавно ставший санньяси, которого он только что сам хотел учить. Забыв обо всем на свете, Ачьюта Прекша только и мог говорить:
– Давай, давай, дальше. Рассказывай, рассказывай!
Объясняя Шримад-Бхагаватам, Пурнапрагья использовал ту же методологию, которую применяет Вьясадева на протяжении всего текста «Шримад-Бхагаватам». Было удивительно, насколько точно он знал ее и с какой легкостью использовал, объясняя шлоки этого писания. Все, как завороженные, слушали его объяснение. Наконец, он закончил. Очнувшись от духовного блаженства, Ачьюта Прекша спросил:
– Откуда ты все это знаешь?
– Не знаю откуда, но точно знаю, что из прошлой жизни, – опустив глаза, ответил Пурнапрагья.
Е.М. Ягья-валки деви даси. Жизнеописание вайшнавских святых.