Белая сказка

Лариса проснулась от непривычной, бархатной тишины. Такая тишина бывает только в одном случае. Она подбежала к окну — и сердце ёкнуло от восторга.

Зима. Она пришла не крадучись, не с мокрым дождём и слякотью, а как настоящая волшебница. Она взяла свою самую тонкую, воздушную пряжу и вдруг завьюжила кружевом. Кружевом, которое плетёт неведомая мастерица: каждое звено — уникально, хрупко, невесомо. Оно медленно, торжественно опускалось с неба, засыпая последнюю, пожухлую листву. Те жёлто-багряные пятна, что ещё вчера кричали о прощальной осенней красоте, теперь скромно прятались под белоснежным покровом.

На подоконнике уже лежала мягкая перинка, и на ней искрились первые снежинки. Каждая — как маленькая жемчужина, холодная и совершенная. А в воздухе, в свете утреннего окна, мириады этих жемчужин переливались мягким перламутром. Не слепящая белизна, а именно благородное, сдержанное сияние. Вся улица, крыши, ветви деревьев мерцали этим белым, искрящимся светом.

Это была сказка. Чистая, с иголочки, только что сошедшая со страниц. Лариса обнаружила её, как подарок, оставленный под дверью. За окошком снежинки не падали — они летели, танцевали медленный, завораживающий балет, зависали в воздухе, словно решая, куда же им присесть.

И среди этой тишины она представила, как Зима тихо-тихо укрывает землю прохладной, тяжёлой ладонью. Разглаживает все неровности, прячет чёрные потёки земли, сглаживает очертания дорог. Аккуратно, слой за слоем,  одевает спящий мир в белый, накрахмаленный наряд. Деревья — в пушистые манжеты и воротники, фонари — в шапки, скамейку во дворе — в идеальную простыню.

Мир за окном стал новым, незнакомым и безупречно чистым. И в этой чистоте, в этом сияющем молчании, было столько спокойствия и обещания. Обещания горячего чая, книг, долгих прогулок по скрипучему снегу с собакой и тихой радости от того, что сказка — вот она, за стеклом. Нужно только надеть варежки и выйти ей навстречу.