Стокгольмский синдром в центре Одессы Глава 25

25. Чемодан



Появление в «утробе» Славентия всякий раз гарантировало незаурядное приключение. Будучи человеком деловым, он оказывался здесь исключительно по надобности. Не напрасно Романыч за глаза называл его «горе-соседом» и «чудо-бизнесменом».

- Калькуттыч, у тебя морской китель в порядке? – без лишних реверансов сходу приступил он к делу и на этот раз.
- А что, намечается парад отставников? – привычно, с иронией откликнулся Романыч.

- Что-то в этом роде. Так в порядке или как?
- Разумеется! Ты же знаешь мою педантичность в подобных вопросах, - приглаживая волосы, отчеканил стармех.
 
- Отлично! Фуражка за мной. В воскресенье понадобишься мне в образе капитана иностранного судна. На английском что-нибудь внятное изобразить сможешь? – оживился «горе-сосед» по капле обрисовывая тематику грядущего мероприятия.
- Обижаешь! Пришвартуюсь любым бортом и при всякой волне. Вот только рожа моя не сильно буржуинская. Для такого дела меня месяца за два деликатесами нужно было откармливать, - сжимая для наглядности скупые щеки, Романыч демонстрировал утонченность лица.
 
- Рожа - дело второе. Важно, как ты себя вести станешь, - отверг упрек фирмач, - а откармливать тебя бесполезно. Ты из людей, проживающих жизнь в одном размере.
- Обрисуй сверхзадачу, порепетируем, вживемся в образ, - встрепенулся Романыч, предвкушая очередной спектакль.

- Образ простой: капитан-раздолбай, мелкий спекулянт и картежник, - поделился Славентий.
- Не вижу препятствий! Это же мой истинный портрет, дословная цитата, вырванная из служебной характеристики! - загорелся Романыч, - А что сим образом мы должны втюхать лопуху ушастому?

- Не втюхать, а сместить акцент! – листая записную книжку, поправил Славентий, - Лопух к тому же не ушастый, а Магнитогорский! – сходу добавил он, - происхождение наших джинсов вызывает у него некое сомнение.
- Я думаю, он прав! – растягивая слова, спародировал заокеанский акцент Романыч.

- Вот эту правоту мы должны возвести в заблуждение! – хитро подмигнул Славентий.
- Задачу понял. Объясняй методологию.

- Ты в образе западного капитана передашь мне чемодан с портками. Думаю, вполне убедительно, - разводя руки в стороны, растолковал бесхитростную затею деляга.
- Так просто? На улице суну тебе ридикюль и всё? Не повяжут нас? Тут нужно что-то покучерявей! – оживился вдруг Романыч, удрученный столь примитивной ролью.

- Ты и думай! – благословляя на импровизацию, отрезал Славентий.
- Значит так! Такие капитаны за здорово живешь по улицам не шастают. А с чемоданами тем более. Нужно к чему-то солидному швартоваться, - кинулся в рассуждения творчески озабоченный сосед.

- Ну-ну, продолжай! Начал неплохо, - одобрил преамбулу Стасик.
- Нужна гавань! Хаза! А для интуриста - отель!

- Соображаешь! – поддержал идею Славентий.
- Хорошо бы «Красную» или «Черное море», но там кругом глаза и уши.

- Это отметаем сразу! – запротестовал он.
- Отель «Юность», не «АтлантИк» конечно, с обнадеживающей Анной Сергеевной и известными на всю страну двух-коечными номерами*, но вполне приличное пристанище! – подвесил интригу что-то задумавший Романыч.

- Очень внимательно слушаю. Только не забывай, что тебя в нём не поселят даже с его молдавским паспортом, - Славентий беззастенчиво кивнул на меня.
- Селиться вовсе не обязательно. Важно создать впечатление. Ограничимся парадным выходом, - с придыханием и по-деловому заговорил Романыч,-  созвонюсь с Валентиной, пристроим накануне чемоданчик у нее в парикмахерской, а к часу «Х» я покажусь с ним на ступенях означенного заведения.

- Уже что-то. Чувствуется организаторский размах! Только не забывай, что возле таких отелей также крутятся ребятишки в штатском, - резонно предостерег Славентий.
- Тут ты прав! На ступеньках не вариант. Хорошо бы на стоянке машин. Авто организовать сможешь? Только солидное, что-то типа «Волги».
- Раз для дела нужно, будем искать «Волгу», - стряхивая пепел со штанин, заверил деляга.

Романыч загорелся. Задача была ему явно по душе. Он мигом набросал список мелочей, способных его, здешнюю персону, перевоплотить в солидного иностранца. Славентий огласил его вслух с комментариями: «Перстень-печатка - годится, я свой отдам; золотые часы - перебьешься, могу предложить запонки; два солидных чемодана- изыщем, есть у меня желтые с ремнями; сигара? – думаю, будет перебор, ограничимся пачкой «Мальборо», а зажигалка  «Зиппо» у тебя имеется.

- «Мальборо», уж совсем примитивно, - возразил Романыч.
- Мы же не ушлых КГБшников пытаемся ввести в заблуждение, а фарцу магнитогорскую. Не нужно перегибать, - охладил творческий запал Славентий.

- Я для куражу! Для оттенков индивидуальности. С сигарой солидней, - настаивал стармех.
- Слишком типичный образ выходит, как в кино. Хочешь проявить индивидуальность - смоли трубку, - уступил Славентий.

- Это вариант! Трубка у меня в закромах найдется! – вновь загорелся Романыч.
- Только наш «Беломор» в нее не толкай, а то все испортишь!

- Нечто я не понимаю! Аромат будет достойный! Хотя встречал я их капитанов, которые порой такое барахло курили, даже я в кашле заходился, - заверил бывалый морской волк.
- Ладно, истории оставь для девочек. К воскресенью все должно быть готово. На вас мелочи. За мной задачи глобальные.

           *  *  *

В последующие дни «утроба» походила на приемную комиссию театрального ВУЗа. Я выступал в качестве экзаменатора, Ромыч изгалялся, словно абитуриент. «Верю-не верю» стало мерилом выдаваемых им образов. Роль заморского капитана была ему близка, он шел от себя, в совершенстве владея материалом. Мне оставалось лишь удерживать его от излишнего переигрывания.

          *   *   *

Накануне в субботу Романыч нагладил и без того лоснящийся капитанский мундир, приколол на его лацкан эмблему кипрского судна «Калео» выуженную из личной фалеристической коллекции, и, разложив аксессуары, принялся ожидать генерального прогона.

К вечеру с большим чемоданом заскочил Славентий. Был деловит и краток. Сообщил, что все идет по плану, но есть нюансы. С «Волгой» договориться удалось. Сын профессора организовал ключи, но сесть за руль не в состоянии. Проданная им очередная семейная реликвия дала приличный доход, и на радостях он уже третьи сутки не приходит в себя.

- Дядька уверял, что ты с машиной на «ты»? Будешь за водителя. Только оденься поприличней, - не дожидаясь моего согласия, безапелляционно заявил Славентий.

Боязни автомобиля я не испытывал. Батя всю жизнь шоферил и совхозный самосвал дневал и ночевал в нашем дворе. Вырос, можно сказать, с баранкой в руках. Да и город уже знал вполне. Но без доверенности и на чужой «Волге» было, мягко говоря, волнительно.

- Никто вас не тронет! Вы же -  «Интурист»! – гася всяческие тревоги с опасениями, настаивал Славентий.

Среди прочих мелочей нами действительно была изготовлена табличка с надписью «Интурист». На обычном листе картона, выкроенном из блока сигарет, я синей тушью вывел это магическое слово. Разместив ее под лобовым стеклом «Волги» мы легким жестом планировали перевести автомобиль в разряд служебного и весьма уполномоченного.

Славентий между делом оглядел заготовленный реквизит, одобрительно покачав головой. Повертел в руках трубку и со словами: «помни мою доброту!», высыпал на стол пару запонок и перстень-печатку.

- Ну что ж! Быть тебе заморским капитаном! – перекрестив наотмашь Романыча, заключил он. Удивительно, но циничный представитель фарцы оказался весьма набожным и суеверным.

            *   *   *

Мы скоординировали планы на воскресенье. Утром Славентий заскочит за мной, и мы отвезем чемодан в парикмахерскую при отеле «Юность». Затем заберем из профессорского гаража обещанную «Волгу». Я пригоню ее сюда, оставив в безлюдном тупике на улице Свердлова (ныне Канатная). К означенному часу мы на пару со лже-капитан неведомого «Калео» выдвинемся на Пролетарский бульвар к отелю, где, дождавшись заезжих торгашей, разыграем шпионский детектив, цель которого - убедить Магнитогорских дельцов, что товар импортный и поставляется сюда иностранными судами.
 
            *   *   *

День с утра был пасмурный и прохладный. Я слегка мандражировал, словно перед экзаменом, что легко объяснялось криминальной составляющей намеченных на сегодня мероприятий. Но все на удивление пошло гладко. Оказавшись за рулем,  волнения разом испарились, и к условленному часу я доставил Романыча в отель.

Растворившись в фойе, он направился в парикмахерскую, где его ожидала Валентина. Пристроив авто на стоянке, я сунул под стекло табличку «интурист» и принялся перелистывать заграничный журнал, найденный в бардачке профессорской «Волги». Вскоре подле меня припарковалась красная «шестерка» на заднем сидении которой покуривали два невзрачных типа с помятыми лицами. Обернувшись к ним, Славентий что-то живенько пояснял, громко смеясь и демонстрируя непринужденность. Уткнув нос в журнал, я время от времени поглядывал в зеркало заднего вида, контролируя парадную лестницу.

             *  *  *

Швейцар услужливо распахнул стеклянную дверь, и из центрального входа отеля показался Романыч. В капитанском кителе и фуражке он был неотразим. Форменное пальто, перекинутое через руку, добавляло солидности его несуетливому заморскому образу. Поставив чемодан у ног, он извлек из кармана курительную трубку и, покрутив ее в руках, тут же сунул обратно. Оглядываясь по сторонам, потоптался на месте, демонстрируя окружающим капитанские нашивки. Публика в «шестерке» замерла, припав к окнам. Не давая им опомниться, в игру вступила Валентина. В ярком фирменном переднике отеля «Юность» она выпорхнула из-за спины Романыча, жестами указывая, где капитану-иностранцу отыскать интуристовское авто. В благодарность Романыч одарил гостеприимную «горничную» блестящей пластинкой жвачки, заставив Валентину невольно присесть в облегченном реверансе.

Импозантный капитан неспешно тронулся в нашу сторону. Откинув журнал на заднее сидение, я завел мотор. Оказавшись между легковушками, Романыч приземлил чемодан на асфальт, а Славентий легким движением прибрал его в салон «шестерки» сунув в ответ набитый тряпками дубликат. Я приоткрыл заднюю дверцу «Волги» приглашая интуриста. Капитан небрежно бросил подмененный чемодан в салон легковушки и на вполне сносном по Магнитогорским меркам английском распорядился: «В порт, пожалуйста!» Повинуясь закону детективного жанра, наши авто разъехались противоположными курсами.



______
*- имеется ввиду эпизод из кинокомедии «Бриллиантовая рука» где и упоминался данный отель.