Однажды в томске
Пока я занималась своим делом, а мастер копался в потрохах моего многострадального, у нас завязался разговор. Сергей оказался вежливым, разговорчивым и весьма эрудированным молодым человеком и, конечно же, я не могла обойти молчанием тему дороговизны всего самого необходимого и полушутя - полусерьёзно пожаловалась, что не могу купить даже, понравившиеся мне, хрустальные бокалы, которые , разумеется, оказались самой незаменимой вещью в моём хозяйстве.
– Хотите, я Вам их подарю?
Сказать, что я удивилась – ничего не сказать. Я опешила. Но, быстро придя в себя, предложила лучше своей маме сделать такой подарок.
– Мы с мамой десять лет уже не общаемся.
На моё «почему» он стал что-то рассказывать про старшего брата. Мне это было не очень интересно, потому что в голове пчелиным роем крутилась куча вопросов: « Как можно не видеть маму целых десять лет?!! Когда к этому нет никаких препятствий. Даже, если ты не виноват в вашей ссоре!». Ведь они же не бессмертны, наши родители!!!». Я стала его убеждать помириться с мамой, забыть обиды – должны же были десять лет, если не совсем изгладить, то, хотя бы, притупить боль. Однако Сергей был непреклонен - видимо, мои аргументы были недостаточно убедительны, и, получив плату за свой труд, так и ушёл «неубеждённым».
У меня не выходило из головы: «Как же так? Десять лет! Кто может быть роднее мамы?! Это немыслимо, невероятно, просто невозможно!». Однако, как оказалось, в мире нет ничего невозможного.
Был тёплый зимний вечер (эти вечера стали не такой уж и редкостью последние несколько лет в Западной Сибири). Красные и жёлтые снежинки, окрашенные огнями ближайшего светофора, тихо ложились на проезжающие машины. Я шла на остановку с вечернего Богослужения. На остановке одиноко маячила женская фигура. Не переставая надеяться на чудо, я подошла и спросила женщину, как долго она ждёт? Чуда не произошло – автобусов не было уже полчаса и, в обозримом будущем, не предвиделось. Стал собираться народ: пожилой мужчина с собакой, молодая парочка, девушка с модным рюкзачком за плечами. Мы разговорились с женщиной. Оказалось, она тоже была на Службе. Я знаю почти всех прихожан, но эту женщину вспомнить не могла, впрочем, как и после, я её никогда не видела. Мы успели поговорить о погоде, грядущей даче, непомерно выросших ценах, и, конечно же, речь зашла о детях.
- А я нынче к сыну в Белоруссию ездила.
Я начала расспрашивать, как там настроены люди, как к нам относятся - к русским, каким стал Минск, помнят ли советские времена?
- Только он не принял меня.
Я не поверила своим ушам.
- Как не принял?
- Сказал: «Уезжай назад».
- А невестка?
- А невестка стояла на крыльце и молчала.
- И что же Вы?
- Я не могла сразу уехать назад – все знали, что я поехала к сыну на месяц.
Стыдно.
- Но как же…? Куда Вы пошли?
- Никуда. Они постелили мне в коридорчике на каком-то сундуке. Я утром
вставала и сразу же шла во двор – сына ждать с работы.
– Вот мерзавец ! За моей спиной тихо ( как бы для себя) прозвучал мужской
голос ( видимо, от волнения, мы с женщиной стали говорить громко, и наш
разговор стал достоянием всех, стоящих рядом).
– Это она - стерва,- возразила девушка.
– Да почему же - она? Она же – не дочь, это он - сын.
- Потому что он – подкаблучник, - вступила в разговор девушка с рюкзачком.
- Но он же – родной сын, - не унимался парень .
Никто не остался равнодушным – всех настолько потрясла непостижимость ситуации, что разговор перерос в диспут. Каждый имел своё мнение. Снежинки уже несколько раз становились зелёнными. Мы попрощались с женщиной – наконец , пришёл её автобус , и она уехала. А я подумала: «Никто не виноват. Мы сами воспитываем своих детей. Просто эти двое нашли друг друга. Это только в физике одноимённые заряды отталкиваются».
Свидетельство о публикации №226012700078