Росомаха-Тынэтваль

          Давно это было. В одном стойбище Чукотки жили разные семьи: семья росомах, семья волков, семья леммингов и семья белых медведей. У каждой семьи была своя яранга и обязанности. Росомахи и волки пасли оленей, семья леммингов собирала травы, коренья, ягоды, медведи рыбачили, а зимой ловили нерп и лахтаков. Все они жили дружно, помогали друг другу, чем могли.
          В стойбище родилось много детенышей, и чтобы все они были под присмотром, пока их родители были заняты работой по хозяйству, для малышей построили одну большую ярангу, где они играли и обучались. Все дети, как и взрослые, были очень дружны. Кроме одной росомахи, по имени Тынэтваль. Она была самой старшей и считала, что все ее должны были слушаться во всем, что она скажет – даже, если это будет какая-нибудь шалость.
          – Сегодня, пока наши родители работают, я приказываю всем сбежать в тундру и наесться ягодами, – говорила Тынэтваль громко.
          – Нам нельзя покидать стойбище без родителей! – возразил малыш лемминг по имени Пипик`эй.
          Другие замахали головками, соглашаясь с леммингом.
          – Молчи, глупый! Вы будете делать как я скажу, – не переставала командовать росомаха.
          – Сама ты глупая, – заступилась за друга белая медведица Ы`льыльк`эй.
          – Это я глупая? – разозлилась росомаха, – а ты некрасивая!
          Белая медведица заплакала от обиды. За нее вступился волчонок по имени Нычеварок`эн:
          – Зачем обзываешься? Ты сама глупая и некрасивая! Мы с тобой не будем дружить.
          – Сам ты такой! И это я не буду с вами дружить, – разозлилась росомаха, толкнула хвостом волчонка и вышла из яранги.
          Она села позади яранги и заплакала от обиды. Мимо проходила мама волчонка, которая ходила на речку за водой для малышей, она увидела плачущую Тынэтваль.
          – Почему ты не в яранге? Кто обидел тебя? – спросила волчица.
          – Со мной никто не хочет дружить! – разрыдалась малышка.
          – Почему? – спросила волчица.
          –  Еще обозвали меня глупой и некрасивой, – продолжала жаловаться росомаха.
          – Нельзя говорить такие слова – это плохо, из-за плохих слов язык становится синим.
          Тынэтваль еще сильнее расплакалась, достала язык и стала его рассматривать:
          – Теперь я еще и плохая стала, и язык станем синим!
          – Почему? Ты же их плохо не называла, – удивилась волчица.
Росомаха покраснела от стыда и сказала:
          – Назвала Пипик`эй «глупым», Ы`льыльк`эй «некрасивой», а Нычеварок`эн и тем и другим, потому что они не захотели пойти со мной в тундру за ягодами. Теперь они не будут со мной дружить.
Волчица погладила по головке малышку и сказала:
          – Ходить далеко от яранги без взрослых вам еще рано – это опасно. И нельзя заставлять других делать то, что он не хотят делать. И обзывать других – это некрасиво. Я знаю, как сделать, чтобы язык твой не стал синим – надо извиниться перед теми, кого ты обидела.
Волчица и росомаха вошли в ярангу.
          – Простите меня, друзья. Я больше не буду вас называть плохими словами. И не буду делать то, что нам не запрещено, – сквозь слезы сказала Тынэтваль.
          – Прощаем! – хором ответили малыши, подошли к росомахе и обняли ее.
С тех пор дети, как взрослые, жили долго, счастливо и дружно.

                Конец.