Калининский район как родина свободной печати

В некоторых сетевых магазинах тверскому читателю может встретиться книга «Москва – Петушки» Венедикта Ерофеева (24 октября 1938 – 11 мая 1990), изданная в конце прошлого, 2025-го года в деревне Боровлёво Калининского муниципальном округа Тверской области. Напечатана она издательско-полиграфическим комплексом «Парето-Принт». Впервые появившаяся в 1988 году в популярном журнале «Трезвость и культура» поэма «Москва – Петушки» позднее была переведена на множество языков мира.

Автора поэмы даже хотели увековечить на Курском вокзале столицы. Там первоначально находился гипсовый макет памятника Веничке, но по настоянию дирекции вокзала для бронзового памятника было подобрано другое место. В 2023 году обе садово-парковых скульптуры – Венички и его девушки из Петушков – были установлены в сквере между Марьиной Рощей и Тверским районом.
А информационным поводом к данной статье послужил вечер памяти тверских журналистов, проведенный 13 января 2026 года в музее «На теплой земле» на бульваре Радищева. На том вечере говорилось лишь о редакторах и штатных корреспондентах официально зарегистрированных СМИ. Хотя все десятилетие после первого издания поэмы было временем расцвета калининского самиздата, притом, что среди самиздатчиков встречались незаурядные личности.
Стенная печать практиковалась с июня 1988 года – кое-кто еще помнит фотогазеты и плакаты инициативной группы «Возвращение» с лозунгом «Даешь Тверь!» Первые свои листовки, еще с кареток пишущих машинок, группа выпустила в сентябре 1988 года. И пошло-поехало: листовки, однодневные газеты, сработанные на множительной и дремучей светокопировальной технике в подвалах НИИ и прочих учреждений. А самым первым журналистом-самиздатчиком стал бывший режиссер-постановщик Бийского городского театра драмы Владимир Михайлович Тишинин, ныне покойный. В городе, что на знаменитом Чуйском тракте, он инсценировал рассказы Василия Шукшина: в спектакле «Жил человек» были заняты В.Тишинин, Г.Акулов, С.Елизарова и другие. Потом Тишинин отбывал срок по уголовной статье, но всегда считал себя диссидентом. Уже в Калинине он торговал на развале капустой… И в июне 1989 года начал издавать журнал «Тверской вестник ДС», всего вышло 25 выпусков, последний – после августовских событий 1991 года. Издавал и газету «Буревестник». Его заместителем в редакционной деятельности был Александр Скуратов, фрезеровщик с незаконченным высшим образованием. Скуратов трудился на Калининском сельском строительном комбинате, когда в сентябре 1988-го корреспондент областной газеты «Калининская правда» Кира Степановна Кочеткова посвятила ему большой очерк «Путь в никуда». Именно Скуратов и Тишинин явились первыми ласточками полулегальной периодики.
Листовки раздавили задаром, а газетами и журналами торговали преимущественно на автовокзале и электричках. Калининский район стал первым в СССР административным районом, превратившимся в арену распространения альтернативной прессы. Торговцев газетами можно было видеть в электричках на перегонах Калинин – Редкино и Калинин – Лихославль. Чтобы не таскать прессу туда-сюда, ее оставляли в ячейках автоматических камер хранения на станциях Чуприяновка, Кузьминка, Кулицкая.
Созданная в мае 1989 года, Тверская организация Конфедерации анархо-синдикалистов приступила к изданию своего рупора – газеты «Прямая речь» под редакцией студентов Калининского госуниверситета братьев Виноградовых. Приложением к «Прямой речи» была газета «Бунтарь» (редактор «Комбриг батька Хаз»), тиражи «Бунтаря» вскоре выросли до нескольких тысяч, в 1989 – 1990 годах эту газету продавали в электричках по цене 40 копеек (для сравнения, центральная «Правда» стоила 5 копеек).  Теперь эти документы эпохи  – музейно-библиотечные, библиографические редкости региональной истории. Есть они в Государственной публичной исторической библиотеке России.
Забегая вперед, отметим, что судьбам далеко не всех распространителей можно позавидовать. Например, ответственный секретарь Тверской КАС Владимир Иванов в конце 1990-х добился политического убежища в Швеции, и умер на чужбине по прошествии нескольких лет.
1989 – 1990 годы – время единственных, пожалуй, в послевоенной истории СССР безденежных выборов. Общественная организация «Социальная инициатива» выдала четыре номера журнала «Тверской колокол» (редактор Сергей Виноградов). В декабре 1989 году под редакцией Михаила Крылова вышло независимое издание – журнал «Тверские новости»… Сотни, тысячи листовок, газет и журналов гуляли по Калинину. В малом количестве, но и в глубинке тоже – от Торжка до Торопца и Лесного. Факт остается фактом – у официальной печати образовался неформальный, но действенный оппонент.
Работало несколько печатных точек, к примеру, у анархо-синдикалистов, у группы «Возвращения». Дело дошло до курьеза – множительная техника обкома КПСС по ночам использовалась для нелегальной печати анархистских листовок и неучтенных талонов на водку! Впрочем, на Первомайской набережной, в Управлении КГБ по Калининской области, прекрасно знали о печатных центрах тверских анархистов, в их среду был внедрен осведомитель, представлявшийся иподиаконом Белой Троицы. И осенью 1990 года, во время судебного процесса над Тамарой Ивановной Целиковой, студенткой филологического факультета Тверского госуниверситета (судили за оскорбление президента СССР Михаила Сергеевича Горбачёва), в одночасье спалились все их печатные точки.
Однако станок «Возвращения» был хорошо законспирирован. Находился он в подвале одного из проектных институтов, где еще в конце 1960-х инженером-почвоведом, геологом работал уроженец Медновского района Юрий Алексеевич Шарков (1941 – 2010). Он вспоминал, что в конце 1980-х печатником там работал его односельчанин. Вечером Шарков сдавал материал, утром получал готовую печатную продукцию. Знали о том лишь три человека – его земляк и еще двое печатников. Труд и бумага – с доплатой «за вредность» – оплачивались Тверской ассоциацией инициативных групп. Ю.А. Шарков полагал, что печатники рисковали больше, чем редакторы, члены редколлегий и авторы публикаций. Печатники, по мнению Шаркова, внесли заметный вклад в дело возвращения городу и области топонимического наследия.
– Без выспренности, эти «бойцы невидимого фронта» достойны уважения, – впоследствии писал Ю.А. Шарков. – Имена всех мастеров печатного дела мне неизвестны, но об одном из них хочется сказать особо. Это полиграфист Геннадий Николаевич Генералов. Он с соратником и коллегой по цеху Александром Петровичем Корейщиковым обеспечивал печать изданий группы «Возвращение», общества «Мемориала», печать неформальной газеты «Зеркало», большинства выборных материалов... Корни Геннадия Николаевича –  на берегах речки Роськи в селе Сергиевское, что близ погоста Дмитровское под селом Медным [ныне Калининский муниципальный округ. – И.М.]. Потеряв отца, он воспитывался матерью, простой, умной и доброй женщиной. Окончил знаменитое профессиональное художественно-полиграфическое училище №12 в Калинине. Общительный, воспитанный, он обладал неплохим кругозором, был работящ и надежен.
***
О Николаевской железной дороге немало писали Николай Некрасов, Лев Толстой и Антон Чехов. Что вообще значит «чугунка» в переломные моменты отечественной истории? Хорошо о том рассказали Александр Неверов в повести  «Ташкент – город хлебный» и лауреат престижных литературных премий Гузель Яхина, современная российская писательница, автор романа «Эшелон на Самарканд» об одном из «поездов Дзержинского» с голодающими детьми Поволжья. А на вокзальную встречу Кирьяна и Анфисы в советском сериале невозможно смотреть без слез. Роман «Вечный зов» Анатолия Иванова опубликован в 1970-е годы. В том же ряду – и написанная в 1970 году поэма «Москва – Петушки», предвосхитившая и как бы освятившая бурную жизнь многих железнодорожных пассажиров в конце 1980-х – начале 1990-х годов/