Стеклянные дома на Болоте Глазастом

В Калитве все знали Якова Щуку — миниатюрного гоблина с легендарным воображением. Его стройплощадка «Хрустальный Прыжок» ютилась на краю болота, где комары заглушали грозу, а лягушки были с тележку. Вместе с Фунтиком и Мокряком он строил дома целиком из стекла — с кривыми окнами и башнями, будто выросшими из пены.

Гоблин Яков Щука, лысый, с зелёным хохолком, в яркой рубахе и круглых очках, размахивал чертежом, на котором было нарисовано нечто вроде замка, но с крыльями.

— Слушайте, братцы! — воскликнул он, тыча пальцем в облако над болотом. — Этот дом должен отражать закат так, чтобы даже лягушка-великан заплакала от красоты!

Фунтик, устроившийся в кабине своего крана, выглянул из окошка и протёр пот со лба:

— Яков, ты опять фантазируешь? У нас сегодня надо поставить стену, а не слёзы лягушек собирать! Да и комары-мутанты уже второй час вокруг крана кружат — один чуть не утащил мой обед!

И правда, над болотом жужжали комары с глазами, как у сов, и крыльями, мерцающими, как радуга. Они то и дело пытались утащить инструменты или просто посидеть на голове у Мокряка.

Мокряк, высокий и худой, в сером халате, стоял на лесах, держа в руках кривое окно — такое, что в нём всё переворачивалось вверх ногами.

— Эй, Яков! — крикнул он, прищурившись. — Это окно вообще для чего? Чтобы соседи видели, как мы едим кашу задом наперёд?

— Именно! — гордо ответил Яков. — Это окно эмоциональной перспективы! Оно заставляет гоблинов смотреть на мир иначе!

Фунтик фыркнул:

— Ага, теперь я вижу, как ты падаешь с лесов… вверх ногами. И это, между прочим, страшно!

Внезапно из болота раздался громкий «КВА-КВА-БУМ!» — прямо из трясины выползла огромная лягушка, вся в блестящих водорослях, с глазами, как фары паровоза.

— Кто тут стекло бьёт?! — пророкотала она. — Мои головастики спят! Вы всю ночь сверлили, как будто вам срочно надо построить дворец для комара!

Яков, не растерявшись, снял очки, протёр их рукавом и вежливо поклонился:

— Уважаемая Лягушачья Величество! Мы не бьём стекло — мы его поём! Каждое окно — это музыка света!

Лягушка прищурилась:

— Музыка?.. А можно мне окно, чтобы в нём мои морщинки не видны были?

— Конечно! — воскликнул Яков. — У нас есть «Омолаживающее кривое стекло №7»! С ним вы будете выглядеть как головастик в цветущей юности!

Лягушка задумалась, потом кивнула:

— Ладно. Только если завтра снова будет шум — я проглочу ваш кран целиком. И комаров своих выпущу!

— Обещаем! — хором закричали гоблины.

Когда лягушка уползла обратно в болото, Фунтик спустился с крана и подошёл к товарищам.

— Ну что, продолжаем?

— А как же иначе! — сказал Яков, снова надевая очки. — Сегодня — стена, завтра — башня, послезавтра — целый город, где даже комары будут носить очки и читать стихи!

Мокряк вздохнул, но улыбнулся:

— Ладно уж. Только дай мне нормальное окно… хотя бы на сегодня.

— Нет такого слова — «нормальное»! — воскликнул Яков. — Есть только «не до конца воображённое»!

И они снова взялись за работу, пока болото шептало им свои тайны, а комары-мутанты, взволнованные, начали сочинять первые строфы болотной поэмы.

Конец… или начало?