Часть пятая и шестая

 Выдающийся модельер Собакин. Часть пятая. Соседские и уличные злоключения.

Изображение на иллюстрации сгенерировано нейросетью Alisa Al.

…Земные и небесные приключения. Название старого художественного фильма,еще из времен Советского Союза. О чем там речь идет, не знаю. Выбрала вместо эпиграфа…

Мы шли по улицам весеннего города, прошли их и вышли к дому. Дорога сужалась и понижалась, дорога наполнялась выбоинами настолько, что асфальтовое покрытие совсем исчезало.

Мы обошли вокруг пруда, где нынче, в самой середине рукотворного озера, медленно тонуло и погружалось в грязь и ил многоэтажное здание не то центра микроэлектроники, не то будущей микрохирургии…

Возведенный почти до крыши панельный, местами железобетонный и кирпичный долгострой, не был достроен полностью, потом заброшен.

Теперь Центр косился на нашу группу: Я, мой ребенок, собака, всеми провалами чернеющих впадин - глаз, никогда незастекленных окон так, как будто бы на всей Земле времена ужастиков из Постапокалипсиса уже наступили, уже пришли...

Не позволяя себе вдохновляться ужасами реальной нашей жизни, не разрешая себе даже мечтать о том, как это бывает, когда на Земле после Великой Ядерной катастрофы остались в живых только мы трое, я вертела головой, я постоянно оглядывалась.

Раз в десять лет, всем городом поднимался вопрос, как проблема, раз в десять лет громко, и в прессе тоже, начинал обсуждаться вопрос:

- А не пора ли собраться всем миром и не пора ли нам восстановить, реконструировать и отремонтировать заброшенный Центр до уровня возможного использования здания, как Центра Микроэлектроники или же, в этом здании, проживания людей, как в обычном многоквартирном доме?

Потом о ремонте здания благополучно и надолго вновь забывали.

А пока, около пруда, в густой и жёсткой осо;ке любили жить и прятаться от людей стаи бездомных и беспризорных собак. И лучше всего, не надо бы нам, этим собакам на глаза попадаться…

Но то ли Бог нас сегодня помиловал, то ли нам просто повезло, крутила я головой по всему периметру обзора и напрягалась всем телом, напрасно. На всей дороге от пруда и Центра Микроэлектроники к дому, никто из всей стаи бродячих и злых собак нам с ребенком и щеночком не встретился.

Дорога продолжала сужаться и понижаться. На этой дороге появлялось всё меньше асфальта и всё больше впадин с большими и грязными лужами.

И если бы я хотела бы или умела бы хвалиться то, гордо надувая щеки, могла бы всем заинтересованным окружающим и слушателям говорить:

- Мы живем в коттеджном поселке. У нас коттедж на две семьи.

И была бы полностью права. Посреди города, почти в самом его центре, располагалась небольшая деревня, наполненная ветхими домами.

Старые домики выкупались понемногу частными лицами и сносились. На их месте отстраивались новые коттеджи в три, очень редко в два этажа.

И среди этой новой, коттеджной деревни оставались два ветхих барака. Каждый из этих бараков действительно был на две семьи.

Я своим благоустроенным жильем гордилась всё то недолгое время, пока его получала.

- Старая казарма для офицеров бывшей летной школы, вот что такое наш новый дом. - Размышлял и объяснял мне муж, оглядывая благоустроенный коттедж. Я только пожимала плечами, в ответ на вопросительный взгляд мужчины:

- И что же за чудное жилье ты для нас всех взяла? - Я вновь пожимала плечами. Особого - то выбора никакого для нашей семьи, при получении жилья, как подарка, в МЭРии, то и не было…

И не считала, вслед за мужем, более продвинутым, городским и столичным жителем, что провалились мы в неизвестной машине времени в те давние прошлые времена, когда личный туалет, а не общественный, на пять очков - посадочных в туалете мест, во дворе, а не на улице, через два квартала, был удачей и настоящим благодея;нием. Вот только эти давние времена закончились лет сорок назад!...

Подумаешь! Я, вместе с отцом, сельским ветеринаром, половину области, в своём, собственном, детстве изъездила. И всегда отец получал именно такой коттеджик - бара;чек на две семьи. Деревянный барак был или каменный, но всегда за стенкою жили соседи. И, Слава Боу, что были соседи только одни!

Чем ближе подходили мы к нашему дому, тем больше я этим домом гордилась. У нас был двор и небольшой участок.

С землёю и разными растениями. И в этих растениях можно было свободно выгуливать и даже выпускать без присмотра собственного кота!

Теперь же я несла на руках домой щеночка! Не заворачивала его, не прятала, как подобранного бездомного котёнка под куртку. Не умоляла животное на ближних по;дступах к дому:

- Пожалуйста, не мяучь, не пищи! Дай мне донести тебя тихонечко до дома. Потом, если все будет хорошо, ты не заболеешь от уличного голода, к нам привыкнешь, я выпущу тебя в наш садик и огород.

Кошки не умеют жить только внутри двора. Немного подрастая и научиваясь самостоятельно есть, котята «выходят на промысел». Они слоняются по улице. Они заглядывают «в гости» к соседям.

И, если соседи - люди попадаются хорошие, то выставляют они для котят чашку с кошачьим кормом. Но могут некоторые соседи, иногда, случайно или как - то так, накормить котеночка отравой для крыс и мышей.

Тогда котёночек приползает домой и тихо во дворе умирает. Или пропадает, не приходит больше домой, неожиданно и совсем.

И, самое главное, нельзя говорить никому из соседей, что котеночек наш, что я его недавно из беспризорных найденышей - котят с улицы принесла. Анонимность повышает шансы котят навыживание.

Не знают ведь пока ещё соседи - наш это беспризорный доходяга - котеночек или он Очень Породистый Кот Главы Всех Нотариусов Нашего Города. И кто же рискнет обидеть Главу Всех Нотариусов, чтобы извести ее шикарного, обязательно очень и очень породистого кота!

Да, повышала анонимность кошачьего заселения шансы каждого котеночка на выживание!

Поэтому на вопросы соседки, наш ли это кот, я храбро и искренне врала:

- Не знаю, первый раз этого котенка вижу! Хотя нет! Второй! Раз видела, как он выходил со двора нашей соседки - Главы Всех Нотариусов НашегоГорода. Возможно, это её новый кот.

Не чувствовала я в тот момент себя ни Святым Петром, ни Иудой из Святого Писвния, который трижды за ночь отрекался от Христа, перед тем как его, Иисуса Христа, на казнь распятием повели.

Я знала, что своей ложью я спасаю кота от отравления, погубления, пропадания...

А если мой подобранный на улице котеночек дорастал до взрослых лет и до размеров большого кота, то его шансы на жизнь сильно повышались. Потому что каким - то коллективным соседским разумом, соседи знали, что если этот кот, что полгода мелькает своей расцветкой, окрасом, пушистым хвостом, перед глазами у них, то, значит, этот кот чейный - то. И это обязательно кот одной из уважаемых в этих местах, соседской семьи и, значит, этот кот нужный, он - конвенциональный!

И, раз уж этот, примелькавшийся в общих соседских глазах кот, все время здесь живет, то он и дальше может тут жить.

Соседи жили среди города приво;льно и вольго;тно, как в деревне.

Соседи растили на открытых грядках своих огородов и участков помидоры и огурцы. И часто, и очень дружески, жаловались мне, что ходят по грядкам невоспитанные коты, топчут коты, как мамонты, нежные всходы моркови и баклажанов.

И даже, о ужас! Рискуют коты отрыть на грядке ямку и нас&сать под нежный зеленый кустик. А зарывая ямку, котенок или кот обязательно загубит всё насаждение.

Поэтому он должен быть беспощадно изничтожен! Не кустик томата, конечно же, а котенок или кот. И хуже всего для соседей были маленькие, игручие, озорные, котята. Поэтому, пропадали котята постоянно…

А то, что без кота в доме, стоя;щем на земле, жизнь не та, мои соседи не понимали. Двойной волной приходили посреди года мыши. Весной, когда оттаивала земля. И было мышам в полях голодно. И поздней осенью, когда тоже становилось холодно, расплодившееся мышиное поголовье скатывалось в погреба; и подвалы, искало там убежища и тепла.

Я ужасалась тем болезням, которые могли принести с собой мыши: Туляремии, мышиной лихорадке. И я кричала мужу:

- Спаси! - когда включала свет на кухне и видела, как мышь свободно и грациозно балансируя хвостом, шла по моей посудной полке, облазавши лапами всю чисто помытую посуду.

Или старалась мышка жить всем мышиным семейством в продуктовом шкафу. Или же занимала под жилплощадь газовую плиту. И сильно, и возмущенно, пищала мышь на меня, обеспокоенная счастьем своих мышат - малышей, когда я хотела разжигать огонь в газовой плите, ради приготовления обеда…

Конечно же, лучший лев и тигр в нашей семье был наш Муж и Папа! Как тот заправский сна;йпер, охотник - сибиряк, муж залегал или заседал в засаде, муж охотился. И бил из пневматической винтовки, стараясь попасть точно в глаз.

Вот только вместо соболя или бе;лки, посреди ночи, среди выстрелов, грома и шума, нам доставалась замученная и подраненная пневма;тикой мышка. Которую тоже и немедленно, становилось мне и ребенку жаль.

Нет, кошки справлялись со своей работой по уменьшению поголовья мышек в доме незаметно и тихо.

И точно так же тихо, от всей соседской любви и ласки, кошки пропадали…

Поэтому я шла вместе с ребенком домой и не пряталась, поэтому я так счастлива была, что несу на руках домой сегодня не котёночка маленького, а щенка…



Выдающийся модельер Собакин. Часть шестая. Мы ушли…



МЫ УШЛИ, НО ПАМЯТЬ ОСТАЛАСЬ. 9Е. 2025.



Из надписи перед входом в школу. Прочитано сразу после Последнего Звонка. Вместо эпиграфа…



Щеночек уставал сопротивляться и сражаться со мною, незнакомой и нелюбимой собачёнышу тёткой, которая зверски похитила ребёночка от общей собачьей семьи и друзей. А теперь, жестокая, тащила Собаке;на куда - то в непонятном направлении. И все никак не могла дотащить…



Собакин сопротивлялся ещё и драл меня за рукава куртки и кожу рук своими маленькими, мягонькими коготочками. Но сил рычать и взлаивать у щеночка не оставалось. Малыш сопел, уставал и на моих руках потихонечку засыпал.



Мы шли, обгоняя пожилую женщину с сумками и покупками, затем отдыхали на скамеечке, потому что мой ребенок на обратном пути ходить долго тоже уставал.



С другого конца небольшой скамейки примостилась уставшая после похода по магазинам за продуктами пожилая женщина.



И незаметно наш случайный разговор переходил почти в знакомство, затем соскальзывал в общую колею женского разговора, такого единственно привлекательного для двух незнакомых раньше женщин - об одежде.



- А Ваша кофта была со;здана с идеей, что в бабушкином сундуке долго - долго лежали куски канвы, ткани для вышивания. И некоторые вышивки умелица - вышивальщица уже начинала вышивать, потом забросила. - Начинаю рассказывать я, своей новой знакомой, историю создания неизвестным модельером её одежды. В последнее время меня увлекает сам процесс разглядывания новой и, кажется, дорогой, очень оригинальной одежды.



И как же часто я вижу на дорогих костюмах и платьях следы зало;мов на ткани. Зало;мы на костюмах и платьях, как складки на местности, возникают от того, что все люди вокруг или почти все люди, пользуются готовой одеждой современного китайского производства.



А уж какие там лека;ла, при пошиве этой одежды, в ход идут, какими выкройками производители одежды пользуются?...



Подозревала смутно я, что контуры фигур у двух разных рас: Монголоидной китайской и европеоидной для наших провинциальных женщин, тоже немного не совпадают. Поэтому морщинится, заламывается, идет резкими складками в разных неположенных местах совершенно новая вещь.



И портится удовольствие,пропадает желание рассматривать нарядную даму некоторых лет в дорогом костюме вся спина которого заполнена ненужными складками - зало;мами, начиная от плеч, потому что плечи костюма для дамы были скроены неправильно и нуждались в корректировке, хотя бы подплечниками. Продолжаются зало;мы в костю;мных подмышках. А это показатель неправильно скроенных у костюма пройм рукавов и ока;тов рукава;…



Уже не обращаешь тогда внимания на массу параллельных складочек ткани на линиях и в том промежутке, где спинка костюма от талии переходит к ли;нии бедра. И понимаешь, что весь костюм нуждается в перекрое и подгонке именно для фигуры этой дамы по ее нестандартной для китайских модельеров, чуточку более женственной чем плоские женщины - кита;йки. Наши ведь, русские дамы бывают чуточку полнее, упитаннее по фигуре…



А, иногда, проходишь мимо и видишь, как в примерочных рядах совершается издевательство над самым заветным женским желанием:



- Сделайте меня красивой! - Это желание бывает неискоренимо у женщины в любом или почти в любом возрасте!



Вцепивщись в обновку идет покупательница в примерочную. Потом выходит из кабинки, преображённая в новую, нарядную ткань, оглаживает себя, спрашивает с надеждою у продавца:



- Ну, как?



- Великолепно сидит! - Отвечает покупательнице русская продавщица с обширного вьетнамского рынка.



Тогда покупательница крутится перед зеркалом и выворачивает, выгибает назад и в стороны шею, пытаясь всю себя, такую красивую разглядеть!



Никто ведь не скажет ей, покупательнице, полной правды о посадке новой одежды по её фигуре! А женское желание выглядеть красавицей бывает так велико!



А то, что слишком пышные бедра покупательницы, отъеденные на русских сытных хлеба;х, кашах, макаронах, старательно не вписываются в прокроенную по китайским лекалам ткань и собираются в складки поперечные и диагональные, беспощадно уродуя дамскую фигуру! Да, разве же скажет продавщица, что как мотылёчек вьется около покупательницы, привлеченная ароматом близких денег от большой состоявшейся покупки, разве скажет она честно покупательнице об этом!



И, даже если, пробегая по рынку мимо, скажешь будущей страдалице, обречённой потом носить свою неудачную покупку долго, если не вечно, донашивать всю жизнь!…



И говоришь - то мимоходом с небрежной интонацией Ильфо - Петровской Эллочки - Людоедки:



- Парниша, у Вас вся спина белая. - Уже предполагая, что сейчас будут посылать. Не как посылку по почте, а далеко, нецензурно, надолго…



Но все - таки говоришь, переполненная ответственностью не перед женщиной - покупательницей или мифической женской солидарностью, а перед тем постоянным процессом Творческого Создания Модельером новой вещи, при котором каждая созданная вещь должна найти своего покупателя и сделать так, чтобы именно в этой вещи человек вдруг почувствовал себя самым элегантным и самым - самым красивым! Поэтому приостанавливаешься и говоришь:



- Извините, у Вас вся спина сзади в зало;мах! - И получаешь в ответ:



- Проходи, проходи! Мимо проходи! - Потому что нельзя разрушать процесс обмана и самообмана, женского и солидарного на пути ко Всеобщей Женской Мечте:



- Сейчас я одену на себя это и стану самая - самая красивая!



...И все - таки я говорю своей новой знакомой по небольшой скамейке, пока рыжий щенок Собакин спит у меня на руках, забавно подрагивая задней левой задней ножкой, а мой собственный ребенок притулился на краешке скамейки и осторожно, и издали рассматривает наше новое приобретение:



- У Вашей кофты - интересная судьба. Увиденные неизвестным нам модельером кусочки и остатки ткани для вышивания, канвы, с нанесенными на ткани красками большими цветами - розами, частично даже вышитыми, так долго будоражили его, модельерское воображение, что не удержался он и перенес на новую ткань, красиво разместил на благородном синем цвете основного тона Вашей кофты пропечатанные мелкими квадратиками пока еще не вышитые цветы. И крестиками разметил части цветов, которые вышивальщица начинала вышивать, но так и недовышила…



Я неожиданно оказываюсь по;нятой.



- Эта кофта у меня давно, - мне отвечает пожилая женщина. - Я ее тоже люблю и считаю очень красивой.



Я так устала в последнее время прочитывать различные модельерские идеи, созданные из остатков, обрывков и нехватки тканей, ради пошива из того, что осталось у них, у зарубежников, на фабрике, а не ради украшения наших женщин!



…Идет мне навстречу женщина в костюме, где половину женщины, рассеченной тканями поровну и вдоль, покрывает зеленая ткань, а вторую половину - фиолетовая!



Проморгавшись немного понимаешь:



- После всех выкроек закончилась на фабрике однотонная ткань на костюм. Поэтому было принято решение выкраивать женские платья по половинке выкроек из разных тканей, потом половинки сшивать.



Затем "эксклюзив" модельера перевезли через несколько границ. В России стали развозить по магазинам, предлагать задо;рого нам. И некоторые костюмчики и платья, скроенные и сшитые с нехваткой ткани, уже нашли своего покупателя.



Я рада сейчас, что моя история и мысленное расследование истории создания модельером кофты для моей новой знакомой получается необычной и красивой, а не усеченной от нехватки на фабрике ткани, не собранной из старых остатков и небольших кусков и не облагороженной тканью, местами пробитою молью!



Да, да! Каждая вещь, каждая задумка модельера, несет в себе, следы его мысли, идеи, потом рассказывает о том, как замысел из ткани в готовую вещь воплощается.



Шьют шубы из мельчайших кусочков старого меха. Или же накладывают кусочки меха на кожу или ткань. Оригинальность, конечно же, в этой вещи получается.Тепла только нет.



Для наших широ;т одежда из меха и пуха необходимость, не роскошь! Бедняга животное, отдавая свою шкуру на выделку, обеспечивает нам, зимой, непроницаемость от холодных резких ветров, защищает своею посмертно содранной кожею…



От чего может защитить небольшой кусочек кожи, нашитый на ткань, не понимаю, при всей оригинальности обшемодельерского замысла?…



- Я и сама вышивать люблю, - рассказывает мне тем временем собеседница.



...Понимаю и знаю. Моя бабушка хранила у себя расшитые её старшей дочерью рушники. А на стене у кровати моей бабушки висела в раме целая картина «Девушка с кувши;ном». Сидела у родника целая большая девушка, вышитая разноцветными нитками мулине. Сидела девушка перед родником и перед своим разбитым кувшином.



Я только рассматривала в детстве эту картину, даже не представляя себе, какая бездна труда и терпения вложена в создание картины - вышивки, что висела в раме на стене. И откуда же вышивальщицы - женщины брали на это время!



- У меня есть даже несколько кофточек, скроенных и сшитых для меня из платков! - Продолжает разговор и рассказывает моя собеседница. - Соседка моя в тяжелые годы разрухи и перестройки, когда рухнул весь Советский Союз, из платков шила кофты и потом обвязывала горловину крючком. И так нарядно у неё получалось!



...И это мне тоже понятно. Разбирала бабушкины архивы после ее смерти... И останавливалась, брала в руки пожелтевшие вырезки из газет, садилась и читала. Мне было интересно!



Просматривала большую плиту «Книги о вкусной и здоровой пищи! С шелковой ленточкой, красной закладкой между страниц.



Раскрывала тяжёлый кирпич книги «Домоводство».



Та жизнь закончилась, она насовсем ушла.



Та детская, почти наивная, забота на государственном уровне о девушках и женщинах:



- И если Вам не хватает красивой новой одежды, то Вы можете сами придумать её, раскроить и сшить. Из самой неожиданной вещи, непригодной к носке на голое тело, например, платка или из двух платков, может получиться не только повязка на грудь, как паре;о, но и красивая новая кофта на выход, для праздника, - учило женщин государство всеми листочками отрывного календаря - численника, всеми вырезками из газет. - Вы сможете сшить себе новую вещь по нашим выкройкам, которые лягут у любой мастерицы точно, Вы можете подогнать свою вещь по себе, увеличить размер или уменьшить.



Вы можете заложить новые вытачки, изменить про;йму рукава, выровнять у нового платья подо;л. Я разбирала бабушкины архивы, я понимала политику давно исчезнувшего государства, политику Партии и Правительства!



Была у этого государства, у всего Советского Союза уверенность, что современная ему женщина сумеет справиться со всем на свете: На заводе сталь выплавит, дома щи успеет сварить, займется воспитанием Правильных Детей.



А на досу;ге, если он, этот досу;г, как свободное время, у неё останется, ещё успеет из двух - трех нарядных шёлковых платков себе платье праздничное сшить…



Эх, как бы мне сейчас пригодилась такая вот наивная, но общегосударственная во мне уверенность!...