Феодосмя Эрнест. изучение восьмой ночи

Новые персонажи и новые аргументы.
Крещение младенцев фактически запрещено в Слове Божьем.
Завет обрезания не даёт оснований для защиты крещения младенцев.

Этюд «Восьмая ночь».

 В начале предыдущей недели преподобный мистер Джонсон приступил к подготовке речи, которая должна была раз и навсегда
положил конец дальнейшим отступническим настроениям в своей пастве. Он был прекрасным проповедником и с кафедры порой выступал с самыми резкими осуждениями тех, кто расходился с его партией в религиозных взглядах и практиках. Он был более язвительным, чем разумным, и поэтому ему было легче осуждать чужие взгляды, чем отстаивать свои. Его речь о субботе, которую мы только что прослушали, была той самой, которую мы видели, как он готовил в начале нашего третьего вечернего занятия. Она была задумана как
презрительное, горькое и уничтожающее осуждение всех тех слабоумных,
доверчивых или фанатичных людей, которые в этот светлый день,
окружённые такими преимуществами, какими обладала _его_ община,
могли быть каким угодно образом побуждены отойти от священных границ
пресвитерианства. Мы не будем утруждать читателя даже кратким изложением
этой замечательной проповеди. Она была подготовлена с явным трудом и
заботой и произнесена с большой энергией и чувством. При других обстоятельствах это могло бы произвести тот эффект, на который рассчитывал автор
Его целью было удержать других людей от изучения вопроса о крещении или любого другого религиозного вопроса, за исключением тех случаев, когда это делалось для подтверждения их веры в доктрины, которым их обучали с детства.  Чтобы полностью достичь своей цели, ему следовало бы проповедовать об этом как минимум на неделю раньше. Теперь все понимали, что это было
направлено против определённых лиц, которые, как было хорошо известно, изучали вопрос крещения и, возможно, _рассматривали_ целесообразность или, скорее,
совестливая _необходимость_ изменить церковные отношения.
Во время его выступления многие взгляды были устремлены на места,
занятые дядей Джонсом и миссис Эрнест. Последняя чувствовала, что это было недопустимым оскорблением в адрес её отсутствующего ребёнка, которого, как она знала, к тому, что он сделал, подтолкнуло самое суровое и мучительное осознание своего непреложного долга. И хотя она плакала, слушая его, это были слёзы унижения и гнева. Эта проповедь сделала больше для того, чтобы разрушить её веру в пастора Джонсона и привязанность к церкви, чем всё остальное
Это были самые антипресвитерианские аргументы, которые она когда-либо слышала. Кроме того, это помогло привлечь внимание прихожан к работе, которая велась среди баптистов, больше, чем всё, что _они_ могли сделать или сказать.
 Многие были готовы пойти на баптистские собрания, чтобы узнать, что это за ужасные и соблазнительные доктрины, которые так возмущают их почтенного пастыря.

После проповеди он объявил, что в три часа в доме священника состоится заседание Сессии, на котором будут обсуждаться важные вопросы. Он также направил специальное приглашение _постоянным министрам_
(под которыми он подразумевал президента колледжа и тех профессоров, которые также были проповедниками) для встречи с ними.

Ни дядя Джонс, ни миссис Эрнест ничего не сказали Теодосии об этом зловещем
объявлении, потому что оба смутно догадывались, что дело касается её.

Дядя Джонс, как один из правящих старейшин и член Сессии,
считал своим долгом присутствовать. Однако он немного опоздал;
и когда он пришёл, то обнаружил, что они уже приступили к обсуждению текущего дела.
В разговоре возникла неловкая пауза
Когда он вошёл, разговор продолжался до тех пор, пока пастор не заметил, что вопрос, который они обсуждают, может быть неприятен для него. И если это так, то кворум будет соблюдён, если он решит уйти.

 «Если ваше дело каким-то образом связано с моей племянницей, — сказал профессор, — я предпочитаю быть свидетелем всего, что вы собираетесь сказать или сделать».

— Мы действительно говорили о ней, — сказал пастор. — И хотя мне больно это говорить, я считаю своим долгом упомянуть и о вашем случае, как о содействии и подстрекательстве к заблуждению, если не
Вы позволяете себе высказывать мнения, которые противоречат вашим обязанностям правящего старейшины церкви.


По мужественному лицу профессора Джонса пробежала легкая тень, когда пастор с явным неодобрением дал ему понять, что _одной_ из целей собрания было наложить церковное взыскание на его непокорную племянницу, а другой — предпринять шаги, чтобы сместить его с поста старейшины. Но он ответил очень спокойно:

«Не позволяйте моему приходу нарушить ваш рабочий порядок. Вы будете заниматься по одному делу за раз. Я буду присутствовать при принятии вами решения по этому делу»
Мисс Эрнест. Когда вы будете готовы выслушать меня, я уйду.

 «Мы понимаем, — сказал пастор, — что мисс Эрнест, пока её имя ещё значилось в наших списках, перешла в баптистское общество, попросила об омовении и была окроплена баптистским проповедником. Этим поступком она, несомненно, разорвала все связи с нашей церковью и должна быть исключена из _нашего сообщества_. Вопрос только в том, обязаны ли мы, как обычно, явиться и ответить на обвинения.


 «Не может быть никаких сомнений, — ответил профессор Джонс, — что мы обязаны,
Согласно нашим правилам, необходимо уведомить о вызове в суд за десять дней, приложив копию обвинений, выдвинутых против обвиняемого. Но в данном случае я возьму на себя ответственность за свою племянницу и скажу, что она предпочла бы самый быстрый и простой способ избавиться от нас. Она не желает больше иметь с нами ничего общего. Она считает, что уже отделилась от нашего сообщества, и, вероятно, не будет отвечать или защищаться от любых обвинений, не затрагивающих её моральный или христианский облик, которые вы, возможно, сочтете нужным выдвинуть против неё».

 После некоторых обсуждений было решено, что будет неправильно
Мы не можем пренебречь ни одной из предусмотренных формальностей, предусмотренных правилами дисциплины.
Следовательно, всё, что можно было сделать в то время, — это
потребовать, чтобы копия выдвинутых против неё обвинений,
имена свидетелей, которые должны были их подтвердить, а также
уведомление о необходимости явиться и дать ответ в течение десяти
дней после этого были вручены мисс Теодосии Эрнест. Для
приведения этих мер в исполнение был назначен комитет, состоящий из
пастора и секретаря.

«На данный момент вы закончили с делом мисс Эрнест», — сказал
Профессор Джонс, «и я уйду, чтобы вы могли свободно говорить о моём».

 «О нет», — сказал президент колледжа преподобный Т. Дж. Макнот, доктор богословия и права, присутствовавший по приглашению пастора. — Мы просто говорили о том, что _может_ потребоваться сделать в таком случае, как тот, который, по мнению нашего брата Джонсона, _в конечном счёте_ возникнет, если вы продолжите двигаться в том направлении, в котором, по его мнению, вы уже начали двигаться.

 — Братья, — ответил профессор, — давайте не будем понимать друг друга неправильно.
Вы меня хорошо знаете. Я простой и прямолинейный человек. Я не буду ничего скрывать по этому поводу. Моя племянница тщательно изучила Слово Божье, которое, согласно нашим стандартам, «ЯВЛЯЕТСЯ ЕДИНСТВЕННЫМ ПРАВИЛОМ ВЕРЫ И ПРАКТИКИ». Я помогал ей в этом исследовании. Мы оба пришли к выводу, как, по моему мнению, должен был прийти к выводу каждый здравомыслящий человек, что крещение, о котором говорится в Новом Завете, — это не окропление и не обливание, а погружение в воду, или, как это обычно называют, крещение погружением. В это я теперь твёрдо верю. Это я готов доказать вам или любому другому человеку, который чувствует
Я склонен разобраться в этом вопросе. Я докажу это, исходя из самого значения
_слова_ «крестить». Я докажу это, обратившись к _местам_,
выбранным для крещения. К погружению в воду и выходу из воды, которые, как говорят, предшествовали крещению и следовали за ним. Я докажу это, исходя из природы _намеков_ на крещение как на _ванну_, как на _посадку_ и погребение. Я докажу это свидетельствами отцов церкви,
что на протяжении веков это было _единственное_ крещение, а также свидетельствами _наших самых авторитетных авторов_, таких как Уолл и Стюарт, Неандер и
Колман, это крещение оставалось _обычным_ более тринадцати сотен лет, даже в Римско-католической церкви и в церквях, от неё отделившихся, и _до сих пор_ остаётся единственным крещением в восточных церквях. Я покажу вам точное время и место, когда и где это изменение было сделано по воле _Папы и его совета_. Я покажу вам, когда и как новая практика была введена в Англии и в этой стране. Я покажу вам это не в баптистских книгах. Эти факты основаны не на свидетельствах баптистов, а на наших собственных_
историки и богословы. _Вы знаете_, президент Макнот, что я говорю правду.
И мистер Джонсон тоже это знает или мог бы узнать, если бы
изучил имеющиеся у него доказательства. Итак, если вера в эти
вещи на основании таких свидетельств делает человека еретиком, я
хочу, чтобы вы чётко осознали, что я решительно настроен еретически. Хотя я заверяю вас, клянусь своей честью как мужчина и христианин, что я готов увидеть и признать свою ошибку, если _кто-нибудь из вас_ укажет мне на неё. Что касается крещения младенцев, то я не до конца убеждён. Я удовлетворён, поскольку
Любой человек может легко провести критическое исследование Священного Писания с целью доказать, что _в Слове Божьем нет ни прямой заповеди, ни примера, оправдывающих крещение кого-либо, кроме верующих_. Мы с пастором Джонсоном вместе усердно искали и заповедь, и пример, и он, как и я, был вынужден признать, что _их там нет_. Но Вудс, Стюарт и другие наши самые выдающиеся богословы, хотя и признали это, по-прежнему выступают за крещение младенцев. Следовательно, должно быть
должна быть _какая-то другая библейская основа_, на которой она зиждется. Я буду благодарен любому из вас, кто сможет указать на неё.

 Наступила минутная пауза. Сессия не была готова к такому признанию его веры, и никто не знал, что ответить.

 — Теперь я удалюсь, — продолжил он. — Перед вами дело, и вы можете принять такие меры, которые сочтете наилучшими.

Когда он ушёл, пастор сказал: «Я же говорил тебе, что он стал баптистом во всём, кроме имени. Я не верю, что его племянница когда-нибудь ушла бы от нас, если бы не его поддержка и поддержка её матери».

— Они, должно быть, чувствовали, — сказал полковник Уайт (мирянин, о котором мы уже упоминали), — они, должно быть, чувствовали сегодня, если у них ещё остались какие-то чувства. Я бы не оказался на их месте даже ради самой лучшей фермы в стране. У меня аж уши заложило от того, как вы их отчитывали. Но, похоже, это не принесло ему ни малейшей пользы. Я
сомневаюсь, что есть только один аргумент, который можно привести в его пользу,
и это тот же самый, который так легко убедил моего юного друга, эсквайра
Перси.

“Что это?” - спросил президент Макноут.

«Это _argumentum ad pocketum_. Я слышал от врачей, что
карманный нерв — самый чувствительный нерв во всём теле. Убедите
человека, что его хлеб насущный зависит от правильного убеждения, и он с большой вероятностью будет верить правильно. Это не всегда справедливо в отношении _женщин_, но я никогда не слышал, чтобы этот аргумент, если его благоразумно и умело представить, не убедил _мужчину_. Вы можете назначить комитет, который
проведёт переговоры с братом Джонсом и попытается убедить его в его заблуждениях.
 Возможно, вам следует это сделать, потому что это даст ему
приятная и почётная возможность напомнить ему о его еретических высказываниях или, по крайней мере, объяснить их. Но прежде чем вы это сделаете, позвольте мне сообщить ему, что попечительскому совету (председателем которого, как вы знаете, имею честь быть я) очень не хотелось бы отказываться от его _ценных_ услуг в колледже, но это необходимо.
Пресвитерианский колледж; и как бы они ни уважали его как человека и ни ценили как учителя, мы не можем оставить у себя того, чья ортодоксальность вызывает сомнения. Поверьте мне, братья, тогда вы увидите его в совершенно ином свете
сговорчивый и готовый признать свою неправоту».

 «Можете попробовать, — сказал пастор, — но я не верю, что у вас получится. Я знаю его лучше, чем вы. Он всегда был одним из самых _добросовестных_ людей, которых я когда-либо знал. Он будет _действовать_ так, как _считает_ нужным».

 «В этом нет никаких сомнений», — ответил старейшина, погружённый в размышления. «Он будет поступать так, как считает нужным.
Но он будет считать, что _неправильно_ что-либо менять в своих церковных отношениях или ещё больше углубляться в тему крещения, если только это не связано с защитой наших взглядов. Профессор Джонс
бедняк. Мало кто знает, но это правда, что в течение нескольких лет он оказывал существенную помощь миссис Эрнест и её детям. Таким образом, он полностью обеспечивал себя за счёт своего дохода. Сейчас у него растёт семья. Он рассчитывает обеспечивать их за счёт своей годовой зарплаты. Это всё, что он может сделать. Заберите это; выставьте его из дома, в котором он сейчас живёт, без арендной платы; дайте ему почувствовать, что он внезапно остался не только без средств к существованию, но и без работы и друзей, — и тогда он станет кем-то большим или меньшим, чем просто человеком, если сможет смотреть на свою беспомощную жену и детей и не слушать доводов разума».

Сессия назначила пастора и преподобного Т. Дж. Макноута, доктора богословия и доктора юридических наук, в качестве комитета, который должен был встретиться со своим братом Джонсом и помочь ему, а также попытаться убедить его в его заблуждениях, особенно в том, что касается крещения младенцев, поскольку в этом вопросе он, скорее всего, был наиболее уязвим. Затем сессия объявила перерыв и должна была собраться снова по приглашению пастора.

 Полковник Уайт считал себя комитетом из одного человека, который должен был облегчить задачу комитету из двух человек. Рано утром в понедельник он позвонил в дом профессора Джонса в тот час, когда, как он знал, профессора не было дома, потому что он
Он чувствовал, что ему нужна любая помощь, которую он только мог получить, и полагался на миссис Джонс и детей как на своих самых надёжных союзников.

 — Профессор сегодня утром на месте, миссис Джонс?

 — Не сейчас, сэр.  У него сейчас лекция.  Он будет через полчаса.  Присаживайтесь, полковник.

 — Нет, благодарю вас, мадам.  Я зашёл к профессору Джонсу по важному делу. Я встречусь с ним в колледже. Возникла проблема, которая, как я опасаюсь, сильно навредит его будущим перспективам.
Я просто позвонил как друг, чтобы предложить какой-нибудь план
— которого, боюсь, не избежать, — можно предотвратить».

 — Но, полковник Уайт, что вы имеете в виду? — спросила дама именно тем тоном, полным отчаяния и тревоги, который он хотел услышать.

 — О, — сказал он, беря стул и садясь так, чтобы смотреть ей прямо в лицо, — может быть, это и ничего. На самом деле я не верю, что из этого что-то выйдет.
Но всё же, я _опасаюсь_, что он может лишиться места в колледже.

Ходят слухи, что он собирается стать баптистом — или, по крайней мере, у него есть к этому склонность; и
Есть _некоторые_ попечители, которые склонны быть _очень придирчивыми_ в таких вопросах — даже слишком, я бы сказал. Что касается меня, то я склонен быть либеральным и сделаю всё, что в моих силах, — на самом деле, я могу сказать, что уже сделал всё, что мог, — чтобы повлиять на их решение. Вы знаете, что я всегда был на стороне профессора Джонса. Я знаю, что он достойный человек и превосходный преподаватель.
Я знаю, что он пользуется доверием — безоговорочным доверием,
как я могу сказать, — всего сообщества. А что, если он _действительно_
придерживается некоторых неортодоксальных взглядов по несущественному вопросу
спасение? — говорю я. — Да ведь он хороший человек, и мне этого достаточно. Но
вы же знаете, миссис Джонс, что люди мыслят по-разному, и я сомневаюсь, что попечители поступят разумно. Но я не могу остаться, —
продолжил он, вставая и направляясь к двери. — Как сосед, я не мог поступить иначе, чем просто зайти и рассказать вам о своих опасениях. Я постараюсь встретиться с самим профессором Джонсом и обсудить с ним, что нужно сделать.


 Он вышел из комнаты и как раз в тот момент, когда профессор Джонс собирался уходить домой, преградил ему путь, выйдя из здания колледжа.

— Мне жаль, — сказал он, — брат Джонс, что наш пастор употребил такие выражения, как вчера. Я не удивлён, что вы разволновались; я бы не вынес этого и вполовину так хорошо, как вы. Но я боюсь, что вы допустили некоторые выражения, которые навредят вам в глазах попечителей. Некоторые из них говорили со мной сегодня утром. Они говорят, что вы практически объявили себя баптистом, и они не видят смысла в дальнейшем
Пресвитерианский колледж нуждается в ваших услугах. Но я сказал: подожди немного.
Джонс — человек импульсивный. Вчера его чувства были задеты, и он
Он сказал больше, чем собирался. Он такой же пресвитерианин, как и я. С ним всё будет в порядке через неделю. Я взял на себя смелость сказать это за тебя. Я всегда был твоим другом и намерен поддерживать тебя в любых обстоятельствах, пока могу быть тебе полезен. Я не советую тебе скрывать или искажать свои взгляды. Я знаю, что вы не способны на _это_; но я лишь предполагаю, что, поскольку от этого зависит так много — можно сказать, ваша жизнь, — вы будете немного осторожнее и осмотрительнее в своих высказываниях.  Думайте что хотите, но вы не
обязан всегда говорить все, что ты думаешь. Ты понимаешь? Я чувствовал себя обязанным
дать тебе этот маленький намек. В нем может быть больше, чем ты осознаешь
.

Подобные мысли уже посещали профессора.
Его жена несколько раз высказывала нечто подобное. Однако до сих пор
опасность казалась далекой и неопределенной. Это действительно была
тёмная туча, но она висела низко над далёким горизонтом; теперь же она опустилась прямо над его головой и окутала всё небо своей чернотой.
 Ему в лицо смотрела лишь полная разруха. Он шёл домой,
почти ослепленный порывом страшные мысли. Он сел в тишине
его ужин. Его жена казалась еще печальнее и более проблемных, чем он
был. Едва он приступил к еде, как она спросила:

“Вы видели полковника Уайта сегодня утром? он был здесь, искал вас.
Я говорил вам, как это будет, когда вы впервые начали вмешиваться в этот вопрос
тема крещения; но вы не могли быть удовлетворены. И теперь мы должны
лишиться нашего уютного дома и всех средств к существованию и оказаться
на улице без гроша в кармане только потому, что ты не послушал свою
жену и не оставил всё как есть».

— О, я надеюсь, что всё не так плохо, моя дорогая.
— Ну, я не знаю, что может быть хуже. Полковник Уайт говорит, что попечительский совет собирается объявить вашу должность вакантной или что-то в этом роде, потому что вы стали баптистом. И, конечно, мы должны покинуть этот дом, который, как вы знаете, принадлежит колледжу, хотя мы обустроили его так, как будто он принадлежит нам. И ты знаешь, что ты
никогда не откладывал ни доллара из своей зарплаты, хотя я уверен, что не тратил и половины. Я так и не смог понять, что с ними стало и как мы
Я бы очень хотел знать, как мы будем жить. Если вы полагаетесь на поддержку этих невежественных и скупых _баптистов_, то любой поймёт, что мы обречены на голод. Они мало что могут сделать, даже если бы захотели, и ничего бы не сделали, даже если бы могли. Я уверен, что ненавижу тот день, когда они пришли сюда, чтобы нарушить мир и покой нашего города. Они не принесли мне ничего, кроме неприятностей.

— Но, моя дорогая жена, всё может обернуться не так уж плохо. Я действительно виделся с полковником Уайтом, и он по-дружески сообщил мне, что некоторые из попечителей немного задеты моим мнением на этот счёт
отличается от их собственного; но с его влиянием, оказанным в мою пользу, я
вряд ли думаю, что потеряю свое положение, по крайней мере, до тех пор, пока не смогу сделать другие
приготовления ”.

“Его влияние! Почему, он и душу и тело от всего этого дела.
Вы не знаете, что человек, как и я. Он не может навязать мне свое мягкое
слова. Я мог видеть злого умысла в его глаза, пока он говорил
об этом мне. Как только он увидел, как сильно это меня расстроило, я поняла, что это доставило ему огромное удовольствие. Он тот самый человек, который губит тебя. И я лишь желаю, чтобы ты сама не отдала себя в его руки
дубинка, которой я вышибу тебе мозги. На твоем месте я бы сам пошел к
попечителям и уладил дело.

“ Что я могу им сказать, моя дорогая?

“ Сказать? Зачем говорить им, что, хотя это правда, что вы уделили немного
времени исследованию этого предмета, вы так же хороши, как
Пресвитерианин, как и любой из них, и думает о выходе из пресвитерианской церкви не больше, чем сам президент Макнаут.
Пресвитерианская церковь. Я знаю, что ты _любишь нашу церковь_. Я часто слышал, как ты это говоришь. Твоим отцу и матери было хорошо в ней жить и умереть. Тимоти тоже было хорошо в ней.
Дуайт и Джонатан Эдвардс будут жить и умрут здесь. Это место достаточно хорошо для
пастора Джонсона, президента Макноута, ваших братьев-профессоров и всей
самой умной, влиятельной и богатой части города, и
_я не понимаю, почему оно недостаточно хорошо для вас_».

«Если бы я только был уверен, что это Церковь Иисуса Христа, это было бы всё,
о чём я мог бы просить, — ответил он. — Но я должен ещё раз обдумать этот вопрос».

— Да, я понимаю, как всё будет: ты будешь размышлять и размышлять, пока не совершишь преступление и нас не выгонят из дома. Но я знаю
Бесполезно с тобой разговаривать. Ты просто пойдёшь своей дорогой. Я лишь желаю тебе никогда не пожалеть так, как жалею я, о том, что ты вообще встретил баптиста.

 Наступила ночь, а вместе с ней и комитет, назначенный Сессией— преподобный пастор и преподобный доктор. Они заранее посоветовались и составили план аргументации. Мистер Джонсон знал, что не стоит снова ходить по кругу. Они тщетно _искали в Священном Писании_ хоть одно предписание или пример, которые могли бы оправдать крещение младенцев. Поэтому они пришли к выводу, что должны обосновать это _логически_.

«Я понимаю, — сказал президент Макнот, — что вы настаиваете на каком-то
_явном предписании_ или _образце_ для крещения младенцев, прежде чем вы
примете его как библейскую практику?»

— О нет, — сказал профессор Джонс. — Я ни в коем случае не настаиваю на
_характере_ доказательства. Я лишь прошу предоставить доказательства из Священного Писания, что это было либо обязательным, либо распространённым явлением. Вы можете найти эти доказательства в любой форме, в какой только сможете. Вы не найдёте ни _предписания_, ни _примера_, это точно. Мы уже пробовали. Если у вас есть какие-либо _другие_ свидетельства, давайте их выслушаем.

«По правде говоря, — сказал доктор богословия, — в наставлении не было необходимости.
 Ситуация была настолько очевидной, что первые ученики не могли не понимать свой долг, поэтому не было _необходимости_ указывать на него.

«Дети _всегда_ были частью _еврейской_ церкви, и, если бы не было сказано обратное, их, конечно, можно было бы считать частью _христианской_ церкви. Если, следовательно, вы не можете доказать, что они _были полностью исключены_ из христианской церкви, то совершенно очевидно, что они были приняты в неё, даже если об этом нет никаких упоминаний».

— На это, — сказал профессор, — я мог бы ответить, что крещение младенцев, если оно вообще требуется, является позитивным институтом нашей
религия — это нечто _по сути своей обязательное_ для христианских церквей.
 И мне трудно представить, как вы можете обосновать _позитивное обязательство выполнять определённый христианский долг в качестве члена церкви_,
исходя из того простого факта, что _об этом не сказано ни слова_. Ваш аргумент сводится к следующему. Евреи _обрезали_ своих младенцев мужского пола в возрасте восьми дней,
потому что Бог снова и снова ясно и недвусмысленно _повелевал_ им это делать.
Поэтому христиане должны _крестить_ всех своих младенцев, как мальчиков, так и девочек, _потому что_ Господь не давал _никаких_
заповедь на этот счёт_, и более того, потому что мы не можем найти ни малейшего упоминания о том, что кто-то из первых христиан делал это или отказывался делать, а также ни малейшего намёка на то, что от кого-то когда-то ожидали, что он будет это делать. Такая логика может показаться вам убедительной, но меня она никогда не убедит.

«Но я думаю, что могу с уверенностью отстаивать именно ту точку зрения, которую вы предлагаете, и доказать, что _младенцы_ (согласно вашему собственному языку) _были полностью исключены_ как из заповедей Спасителя, так и из примера ранних христиан. Напрасно мы искали какие-либо предписания
или пример, оправдывающий крещение младенцев, мы нашли достаточно как в наставлениях, так и в примерах, чтобы удовлетворить мой разум, поскольку я размышлял об этом и пришёл к выводу, что _крещение младенцев_ абсолютно и однозначно запрещено.

 «Это запрещено в самом повелении. Повеление крестить
_верующих_ — это повеление _не крестить_ никого, кроме верующих. Повеление
сначала сделать учеников, а затем крестить их — это повеление _не крестить_ тех, кто сначала не стал учеником. Если я скажу своему слуге пойти и вымыть всех старых овец в моём стаде, это будет равносильно
запрет на купание ягнят. Если я велю ему срубить все
_мёртвые_ деревья в роще, это будет равносильно запрету рубить
зелёные и живые деревья. И если он ослушается меня и срубит
зелёные деревья, я не сочту это уважительной причиной, ведь
_в прошлом году_ на _другой плантации_ я прямо приказал ему
_обмотать_ как зелёные, так и сухие деревья. Таким образом, повеление крестить _верующих_ исключает всех остальных; а поскольку младенцы не могут верить, оно исключает их из самого процесса крещения. Я бы также не хотел предлагать в качестве наказания за нарушение этого повеления такое
вот такое оправдание: о, Господи, я знаю, что Ты повелел крестить _только_
_учеников_ и _верующих_, но, поскольку Ты под _прежним_
устройством прямо повелел _обрезать_ детей, я подумал, что Ты
предпочёл бы крестить их под этим условием, хотя Ты и не сказал нам об этом. Разве Он не ответил бы: «Какое право вы имели устанавливать для Меня правила?» Если бы я повелел _иудеям обрезать своих детей_, они были бы обязаны это сделать.
А когда я повелеваю _христианам_ крестить _верующих_ и _учеников_, они обязаны это сделать.
«Вы друзья Мои, если исполняете то, что Я повелеваю вам». «Но тщетно вы поклоняетесь Мне, уча учениям, заповедям человеческим».

 «И как запрет может быть справедливо выведен из _повеления_, так он может быть выведен и из _примеров_. Среди всех толп, пришедших к Иоанну и крестившихся от него в Иордане, не было _ни одного младенца_.
 Иоанн требовал покаяния и веры в грядущего Мессию как обязательного условия. Он учил их, что вера _Отца_ не принесёт пользы в этом новом устроении. «Не думайте говорить им:
сами знаете, что наш отец — Авраам; но принесите и вы плоды достойные покаяния».

 «Те, кого крестили Иисус и его ученики, были взрослыми верующими, потому что фарисеи слышали, что Иисус сделал и крестил больше учеников, чем Иоанн. Он _делал учеников_ до того, как крестил их. Из трёх тысяч, упомянутых как присоединившиеся к церкви в день Пятидесятницы, не было _ни одного младенца_, и они не привели с собой ни одного младенца. Из пяти тысяч, присоединившихся через несколько дней, не было ни одного, кто не был бы взрослым верующим. Среди них были мужчины и женщины. Из великого множества
среди уверовавших и крестившихся в Самарии, когда Филипп проповедовал, не было ни одного малого ребёнка. Евангелист прямо относит их всех к двум категориям: «и мужчины, и женщины». И нигде, ни в одном случае нет даже намёка на то, что кто-то из них был крещён, и никто не был порицаем за то, что не был крещён. Если _это_ не исключает их полностью по примеру других, то я не понимаю, в чём сила примера. Поэтому я отвечаю на ваш аргумент, во-первых, доказывая, что даже если бы младенцы _не были_ _прямо исключены_, их всё равно не было бы
ни малейшего повода для их крещения; и, во-вторых, показав, что они были абсолютно исключены как из-за заповеди Христа, так и из-за практики ранних христиан».


«Тогда, — сказал мистер Джонсон, — вы не хотите верить, что „крещение пришло на смену обрезанию“, как я привык говорить своим прихожанам каждый раз, когда в моей церкви крестили младенца, вот уже двадцать лет».


«О нет, мистер Джонсон, вовсе нет. Я очень хочу в это верить — можно даже сказать, я очень желаю в это верить. Я лишь прошу вас
приведите _хоть малейшее доказательство_ из Священного Писания. Вы слишком хороший протестант, чтобы просить меня поверить вам на _слово_ или даже в часто повторяемые _утверждения_ всех священнослужителей страны. Приведите мне _один текст из Священного Писания_ в доказательство, и я поверю так же охотно, как и вы сами.

«Вы знаете, — ответил мистер Джонсон, — что мы учим, что крещение было установлено Христом, что оно является печатью праведности веры и что семя верующих имеет такое же право на этот обряд в соответствии с Евангелием, как и семя Авраама на обрезание в соответствии с Ветхим Заветом».

— О да, я знаю, что _ты этому учишь_. Я слышал и читал об этом сто раз.
И я не сомневаюсь, что большинство наших людей думают, что у тебя есть Писание, подтверждающее это. Однако мне недостаточно знать, что _ты_ этому учишь.
Я хочу, чтобы ты показал мне, где _Господь Иисус_ учит этому или где он разрешает _тебе_ учить этому. Где _сказано_ или хотя бы _намекнуто_,
что «семя верующих имеет не меньшее право на этот обряд в соответствии с Евангелием, чем семя Авраама на обрезание в соответствии с Ветхим Заветом»? Если это есть в Библии, вы можете это показать. Если я
Если я правильно понял, потомки Авраама имели право или, скорее, были обязаны
обрезать своих сыновей в возрасте восьми дней, _потому что Бог
прямо повелел это_. Чтобы дать детям верующих _такое же право_
на крещение, потребовалось бы _прямое повеление_ крестить их.
Но вы прекрасно знаете, что _такого повеления_ нет. Я слышал много непонятного для меня жаргона о «федеральной святости», «святости завета», «завете обрезания», «завете Авраама» и т. д. и т. п. Возможно,
в этом много смысла и Писания, но я не могу этого понять. Я
хочу простое изложение фактов на основе Писания. Вы говорите, что крещение
произошло в комнате обрезания. Покажите мне, где это сказано в Слове. Покажите
мне что-нибудь подобное”.

“Если вы примете Исповедание веры”, - ответил Доктор философии.
Божественность“, и, обратившись к 147-й странице, вы увидите тексты, на которых
основывается это учение”.

«Что ж, вот копия. Давайте их найдём. Мы приближаемся к сути. Если упоминается или цитируется какой-либо текст, который даёт _младенцу
Если дети верующих имеют такое же право на крещение, какое потомки Авраама имели на обрезание, или даже если это намекает на то, что крещение пришло на смену обрезанию, я удовлетворён. Это всё, чего я хочу».

 Книгу передали пастору, который нашёл страницу 147 и прочитал следующее:
«Быт. xvii. 7, 9, с Гал. iii. 9—‘И Я установлю мой
завет между мной и тобою, и потомством твоим после тебя, в их
поколениях, для вечного завета; быть Богом для тебя и для
твоего потомства после тебя. И сказал Бог Аврааму: ты будешь хранить мое
Итак, завет твой и потомства твоего после тебя в роды ваши».


— Погодите минутку, — сказал профессор. — Позвольте мне обратиться к нужному месту в Библии.
Мы лучше поймём, если будем читать в контексте. Вот, Быт. 17. 7–9. Почему они опустили 8-й стих: «И дам тебе и потомству твоему после тебя землю, по которой ты странствуешь, всю землю Ханаанскую, во владение вечное;
и Я буду их Богом»? Это всё проясняет. Бог договорился с
Авраамом, что он _даст_ его потомству землю Ханаанскую во владение
вечное владение; и в качестве условия, с другой стороны, он требовал
(см. 10-й стих), чтобы каждый ребенок мужского пола был обрезан. Я могу
все это понять; но какое это имеет отношение к крещению или христианству?
Не больше, чем вынос костей Иосифа из Египта”.

“О, да, это так, профессор Джонс, потому что мы читаем в Гал. iii. 9—”

“Остановитесь на минутку, пока я не найду нужное место. А теперь... но позвольте мне прочитать это. Я начну с 6-го стиха: «Как Авраам _веровал_ Богу, и это вменилось ему в праведность. Итак, знайте, что они _которые
Те, кто верует_, суть дети Авраама. И Писание, предвидя, что Бог оправдает язычников _через веру_, проповедовало Евангелие Аврааму, говоря: «В тебе благословятся все народы». А теперь ваш текст для проверки: «Итак, те, кто в _вере_, благословенны с верным [верующим] Авраамом».
Думаю, я могу это понять, но, хоть убей, не вижу здесь ни слова о
крещении или обрезании. Здесь нет ни малейшего намёка ни на то, ни на другое, как нет и намёка на поднятие медного змея в
в пустыне, или дарование закона на Синае, или падение стен Иерихона. Авраам _верил_ Богу. Так и христиане _верят_.
 Авраам был _благословлён_ за свою _веру_. Она была зачтена ему в праведность. Так и _мы_, верующие, тоже благословлены за веру в
Авраама; и это всё. Здесь, конечно, нет крещения младенцев. Что
дальше?»

«Римлянам 4:11, 12: «И он получил знак обрезания, как печать праведности через веру, которую имел, будучи необрезанным, дабы он был отцом всех верующих, хотя они и необрезаны», и т. д.»

— Вот она, — сказал профессор, найдя нужную главу. — Чтобы понять смысл, я вижу, нужно начать с начала главы. Павел доказывает, что оправдание происходит через _веру_, а не через _дела_. Поэтому он говорит, что даже Авраам _веровал_ (третий стих), и это было зачтено [или сочтено] ему в праведность; а в десятом стихе он спрашивает, как это было сочтено? _до_ обрезания или _после_? Это было раньше. У него была вера, и он получил знак обрезания как печать _праведности_ веры. И апостол
Далее он рассуждает о том, что если вера была засчитана _ему_ в качестве праведности, когда он ещё не был обрезан, то она будет засчитана в качестве праведности всем, кто верит во Христа, даже если _они_ не будут обрезаны. Но какое отношение всё это имеет к крещению? Об этом не упоминается и не говорится ни слова. Это то же самое чувство, которое выражено в Послании к Галатам: Авраам поверил, и, поверив, он был благословлён.
Таким образом, христиане, верящие так же, как он, будут благословлены, как и он; и, следовательно, все верующие могут считаться _его детьми по вере_. Единственными
Здесь делается намёк на обрезание, чтобы показать, что оно не имеет
никакого отношения к блаженству веры. На крещение здесь вообще нет
намёка. Если вы хотите убедить меня в том, что крещение пришло на
смену обрезанию, так что закон обрезания был перенесён на крещение,
вы должны привести мне что-то получше этого; а если бы было что-то
получше, в «Исповедании веры» это было бы процитировано или упомянуто. Поэтому я считаю само собой разумеющимся, что это самые убедительные доказательства, которые вы можете представить. И если они вообще что-то доказывают, то
Если это и имеет какое-то отношение к обсуждаемому вопросу, то оно заключается в том, что _все_ члены христианской церкви должны быть
_верующими_. Семя Авраамово получило некоторые благословения (владение Ханааном)
в силу обрезания, но _праведность веры_ принадлежала Аврааму,
поскольку он не был обрезан, и теперь принадлежит тем, кто является его детьми, не по обрезанию или чему-то подобному, а по той же вере, которую он проявлял. Те, кто _верит_, и _только_ те, кто верит, могут стать причастниками
благословение. Христианство — это _личная_, индивидуальная, а не _наследственная_ религия. В Новом Завете _каждый_ человек стоит на _собственном_ основании и несёт ответственность за _себя_ перед Богом».

 «Я не понимаю, — ответил президент, — почему вы считаете необходимым ссылаться на Священное Писание, чтобы доказать общеизвестный и всем известный _факт_. Хорошо известно, что обрезание было _посвятительным_ обрядом в иудейской церкви, и мы все согласны с тем, что крещение — это
посвятительный обряд в христианской церкви. Конечно, тогда оно
заменяет собой другой обряд. Оно имеет такое же отношение к
Христианин, то же, что и другой, по отношению к иудейской церкви. _Это дверь для входа._
Итак, церковь Божья была и остаётся во все времена по сути _одной и той же_, хотя и существует под разными названиями; и, следовательно, характер людей, принимаемых в её лоно, должен быть одинаковым. У иудеев эти люди принимались через обрезание, а у христиан — через крещение. Среди них были младенцы,
дети членов церкви; и, конечно же, они должны быть среди нас.
Нам не нужен какой-то особый _текст_, чтобы доказать это, потому что
это самоочевидно из общего смысла всего Слова».

 «Ваш аргумент, — ответил профессор Джонс, — сводится к следующему: младенцы были членами иудейской церкви, а поскольку церковь Божья всегда остаётся по сути своей неизменной, они должны быть членами христианской церкви.
 Входная дверь меняется, но характер людей, которые должны войти, остаётся прежним».

— Да, именно это я и имею в виду. Какие бы изменения ни были внесены, _состав участников не изменился_.


 — Тогда, — сказал профессор, — вы имеете в виду именно то, что точно не является
верно. Иисус Христос, повелев открыть _новую_ дверь,
повелел также, чтобы в нее _вошли_ разные люди. Евреям он сказал:
приведите своих детей мужского пола и слуг в возрасте восьми дней.Христианам он говорит: приведите всех, кто _верит_ в благословенное Евангелие, которое
Я посылаю вам проповедовать. Если он изменил одно, то точно так же изменил и другое. Верующим — как мы с мистером Джонсоном убедились, изучая Слово, — он явно велит креститься; но он не велит креститься _никому другому_, и никто другой никогда не крестился за всю историю, которую
Записи в Новом Завете. Также неверно, что христианство
_по сути своей то же самое_, что и иудаизм. Одной из самых искренних
забот Павла было объяснить и подчеркнуть эту разницу. Эта разница
была существенной — фундаментальной — конституционной. Иудаизм был
религией _дел_, а христианство — религией веры. Иудаизм был религией
внешних форм, а христианство — религией внутренних чувств. То было совокупностью всего еврейского народа, как злого, так и доброго; это относится только к истинно обращённым.
 То было национальным учреждением, а это — собранием истинных
верующие, из числа которых должны быть исключены все, кроме благочестивых сердцем и святых в жизни. Это существенное и фундаментальное изменение мы, как
 пресвитериане, признаём на практике, хотя и отрицаем его в теории. Мы _говорим_,
что младенцы являются членами церкви, но в этой стране мы не _относимся_ к ним как к таковым; мы не _обращаемся_ к ним как к таковым; мы не _рассматриваем_ их как таковых. В своих проповедях вы постоянно призываете крещёных детей, достигших сознательного возраста, «выйти из мира сего».
А когда они обращаются в веру, вы призываете их
_присоединиться к церкви_. Это правда, что, согласно «Исповеданию веры» (стр.
504), вы обязаны сообщить им, «что их долг и привилегия — приходить на Вечерю Господню», независимо от того, свидетельствуют ли они о своём обращении или нет, при условии, что они разумны и нравственны.
Но вы _никогда этого не делаете_; и половина наших прихожан не поверила бы, что у нас есть такое правило. Однако в других странах это делается. Наша теория воплощается в жизнь, и церковь наполняется
необращёнными мужчинами и женщинами. Это закономерный результат
принятия в церковь младенцев».

— Мне очень жаль, — ответил пастор, — что вы так говорите. Я
боюсь, что вы навлекаете на нас большие неприятности и вот-вот навлечёте ужасную беду на свою голову и на голову своей семьи. Я надеялся, что ради чести нашей любимой церкви вы поступите иначе. Однако мы выполнили свой долг. Сессия поручила нам
обсудить с вами этот вопрос и попытаться убедить вас в том, что вы
ошибаетесь; но мы видим, что вас _невозможно убедить_. Будем надеяться,
однако, что вы подумаете ещё раз и тщательно всё взвесите
Примите во внимание неопровержимые аргументы, которые мы привели, и позвольте им оказать на вас должное влияние. Возможно, от этого зависит больше, чем вы думаете. Полагаю, не стоит тратить больше времени на эту тему, поэтому мы желаем вам спокойной ночи.

 Профессор Джонс прекрасно понимал зловещий смысл этого напутствия. Он знал, что его дом, работа, всё, что у него было, зависело от воли нескольких человек, некоторые из которых с удовольствием сделали бы его положение как можно более плачевным, если бы у них ещё оставалась надежда
о том, чтобы привязать его к себе. С другой стороны, он знал, что те, к кому он мог бы пойти, не имели ни влияния, чтобы помочь ему, ни выгодной работы, чтобы обеспечить его средствами к существованию. Как только почтенная комиссия удалилась, он упал на колени и возблагодарил Бога за то, что до сих пор не поддавался искушению отрицать свою правоту или лгать, исходя из торжественных убеждений своей совести. А затем, предчувствуя неизбежное, он помолился о том, чтобы у него хватило сил
повиноваться воле Учителя и положиться на Бога в том, что касается последствий:

«О, Боже! Я не вижу перед собой ничего, кроме бед и горя. Нужда и страдания смотрят мне в лицо. Господи, дай мне силы принять их или, по крайней мере, стойко переносить их. Ты можешь извлечь добро из зла. Я вверяю свою судьбу в Твои руки. Я доверил Тебе свою _бессмертную душу_; почему бы мне не довериться своему телу и своей семье?» Ты обещал спасти одного и позаботиться о других. Помоги моему неверию! Я должен выйти, как Авраам, не зная, куда иду. Я взираю на Тебя, мой Отец на небесах, чтобы Ты открыл мне путь».

Когда он поднялся с колен, в его памяти с десятикратной силой и красотой прозвучали слова Теодосии, вышедшей из воды с лицом, полным небесной радости:
«Дядя, дорогой дядя! Благословенно _повиноваться_! Разве ты не можешь отказаться _от всего_ ради Христа?»


«Да, да, — бессознательно воскликнул он, — я откажусь от всего. Я
выполните где долг приводит, пусть следствие будь что будет. Я
отказаться от должности профессора и завтра. Бог усмотрит в некотором роде для меня
жена и дети”.

Разговор, который мы записали, происходил в его личном кабинете.
Вернувшись в гостиную, он с радостью обнаружил там свою сестру, миссис Эрнест, и её дочь, а также мистера Кортни, который зашёл, чтобы немного поболтать с Теодосией, и, узнав, что они собираются уходить, составил им компанию.

 Миссис Джонс так волновалась из-за результатов встречи с комитетом, что не могла ни наслаждаться обществом гостей, ни даже как следует развлекать их. Поэтому она испытала огромное облегчение, когда вошёл её муж и взял эту задачу на себя.

«Жаль, что я не знал, что вы с Тео. были здесь, — сказал он. — Я бы передал вам преподобный комитет, который только что покинул меня».
«Я не понимаю, что вы имеете в виду», — сказал мистер Кортни.

«Только это. Мои братья из церковной сессии узнали, что я больше не верю в то, что окропление — это крещение или что крестить нужно только верующих». И они поручили доктору МакНоуту и пастору
Джонсону попытаться вернуть меня к вере в их человеческие
традиции. Их главный аргумент в то время касался крещения
младенцев, как это было принято у иудеев. Крещение, говорили они, пришло на смену обрезанию; и как младенцев обрезали, так и младенцев нужно крестить. Что бы вы ответили?

«Я бы сказал: джентльмены, вы же _сами не верите_, что крещение пришло на смену обрезанию в том смысле, что крестить нужно тех же людей, которые были обрезаны; или, если вы _верите_ в это, вы не _исповедуете_ свою веру. Закон об обрезании распространялся только на мужчин, но вы крестите и мужчин, и женщин. Ребёнок,
когда это было _возможно_, его следовало обрезать в возрасте восьми дней, но вы крестите в любое другое время. Слуги и рабы, старые или молодые, рождённые в их доме или купленные за их деньги, должны были быть обрезаны, но вы никогда их не крестите — только детей.
Их должны были обрезать родители, а не священник; но вы требуете, чтобы крещение проводил служитель. Если закон об обрезании
переносится на крещение в _одном_ конкретном случае (без каких-либо указаний в Новом Завете), то он в равной степени переносится и во всех остальных.

«Тогда я бы сказал следующее: крещение _не могло_ прийти на смену обрезанию, потому что _обрезание всё ещё в силе_. Второе никогда не отменяло первое. Правда заключается в следующем:
 Бог заключил завет или соглашение с Авраамом, когда тому было девяносто девять лет, и пообещал его потомкам землю Ханаанскую.
Знаком или напоминанием об этом соглашении было обрезание каждого мужчины.
Таково было условие их вступления в Ханаан. Таково и сейчас условие их возвращения в него. Обещание остаётся в силе. Евреи
Они по-прежнему отдельный народ. Это их _знак_. Благодаря этому они ещё могут претендовать на своё наследие. Это его цель, и в этом его ценность. Завет не был расторгнут. Он всё ещё в силе, и его печать или знак всё ещё на месте.

“Бог заключил с Авраамом _ другой_ завет примерно двадцатью четырьмя годами
ранее, в котором он обещал ему, среди прочего, ‘Что в его семени
должны быть благословлены все народы земли’ —Быт. xii). 3. Это
то, на что ссылается Павел, когда говорит, Гал. iii. 8 — ‘Евангелие было проповедано
Аврааму, и Авраам поверил этому’. Он верил во Христа, чтобы
Он пришёл и в каком-то смысле стал членом церкви Христа. Так же, как и Ной, и Енох, и все, кто, подобно Аврааму, уверовал в Бога, и это было зачтено им в праведность. Они не были введены в неё через _обрезание_, как и сам Авраам, ведь прошло двадцать четыре года после того, как он услышал Евангелие и уверовал в него, прежде чем он был обрезан.
Он был членом мистического тела Христова и наследником _небесного_
Ханаана без печати обрезания. Благодаря _ему_ он и его потомки стали наследниками _земного_ Ханаана. Это была его цель, и ничего больше.
Благословения Евангелия для нас, как и для него, являются результатом _личной веры_. Таким образом, те, кто верит, благословлены [верующим]
верным Авраамом; и этот первый завет с Авраамом распространяется на нас. Если мы верим так, как верил он, мы будем благословлены так же, как был благословлен он. Это всё, что можно вынести из всего, что говорится об отношениях между патриархом и верующими.

«Я должен был сказать им следующее: господа, _вы_ называете еврейский _народ_ церковью Божьей и говорите нам, что христианская церковь — это
то же самое, но в другом обличье. Но Христос называет этот народ _миром_, противопоставляя его своей церкви. Ученики, которым говорил Христос,
Ин. 15:19, были людьми с хорошим и прочным положением в еврейском народе, который вы называете церковью. Однако Христос говорит: Я избрал вас _из мира_, — и поэтому мир, то есть еврейский народ, ненавидит вас. Павел был не просто членом, а _выдающимся_ членом этой иудейской общины; но он говорит, что _был гонителем ЦЕРКВИ БОЖЬЕЙ_.
Никодим был «учителем в Израиле»; но Христос сказал ему, что он не может
Он не мог войти в _свою церковь_, пока не родился свыше. Евреи нуждались в обращении так же, как и все остальные, прежде чем они могли стать частью
_церкви_ Божьей. Эту церковь Бог создал _впервые_, когда Иоанн начал проповедовать. Впервые он организовал видимое собрание кающихся, верующих, святых людей. Среди евреев были хорошие, благочестивые, преданные Богу мужчины и женщины, но они не собирались в _церковь_. Еврейский народ обладал некоторыми религиозными привилегиями, но это не было _церковью_ в евангельском смысле. И когда Христос основал свою церковь,
он установил такие условия членства, которые должны были сохранить его
чистоту и обособленность от любой национальной политики. Люди должны были не рождаться в лоне церкви, а вступать в неё через _веру и крещение_. «Кто верует и крестится». Но с введением крещения младенцев цель этого соглашения была полностью утрачена».

«Я часто задумывалась, — сказала Теодосия, — с тех пор как моё внимание было обращено на эту тему, о том, какие катастрофические последствия могут наступить, если теория педокрещения будет полностью реализована и младенцев действительно будут признавать членами видимой церкви и относиться к ним как к таковым».

«Если бы вы в полной мере осознавали, каковы будут последствия, вам
достаточно было бы отправиться в те европейские государства, где это действительно происходит. Вы
увидите людей, которые богохульствуют по пути в церковь, идут и причащаются Святых Тайн. Вы увидите, как они выходят из церкви, где так причастились, и открыто отправляются в бальный зал, на скачки, в пивной бар, в игорный дом, в петушиные бои и даже в самые низменные и отвратительные места, где предаются разгулу. Они — члены церкви. Они стали таковыми в возрасте восьми дней. Когда они смогли сказать
Они прошли катехизацию и были проинформированы в соответствии с
указаниями Пресвитерианского исповедания веры о том, что «их
долг и привилегия — приходить к Господнему столу». Крещение в
младенчестве и конфирмация в детстве — это всё, что нужно для
причисления к церкви. Они смеются над _верой_, требуемой
Евангелием. Они называют заблуждающимися энтузиастами тех, кто
утверждает, что знает что-то об этом из собственного опыта. Они знают о религии не больше, чем о её внешних обрядах. У них есть видимость благочестия, но они отрицают
власть. Такой была пресвитерианская церковь, в которой доктор Карсон проповедовал на севере Ирландии. «В общем пренебрежении к религии, — говорит его биограф, — прихожане не отставали от своих соседей.
 Скачки, петушиные бои и другие греховные развлечения были обычным делом, и на них часто приходили даже те, кто называл себя христианами.
 Душа этого благочестивого служителя Божьего была глубоко опечалена. Он хорошо знал
божественное совершенство христианства и ясно понимал, какими должны быть плоды Духа, но видел вокруг себя только
дела дьявола. Он въехал в толпу, заполнявшую ипподром, и увидел, как члены его собственной церкви разбегаются во все стороны, лишь бы не попадаться ему на глаза. … «Его церковь состояла из мирских людей, которых ни сила, ни убеждения не могли заставить подчиниться законам Христа». В Германии и некоторых других европейских государствах _все_ являются членами церкви. Каждый человек считается членом церкви.
Воры, игроки, пьяницы и проститутки — члены церкви.
 Мира не существует. Церковь поглотила его. Она
она приняла в свои объятия всю неверность, весь атеизм, все богохульства, все пороки и всю развращённость мира. Это
естественный и неизбежный результат принятия всех _младенцев_ в
церковь. Церковь перестала быть телом Христовым и превратилась в
отвратительную массу лицемерия и порока. Возможно, в ней есть
несколько добрых и благочестивых верующих в Иисуса. В ней много честных, благородных и нравственных граждан.
Но они, как _члены церкви_, ничем не отличаются от самых отъявленных негодяев, которые выходят из её стен
из зловонных выгребных ям бесчестья. Все они были крещены в младенчестве и конфирмованы в детстве без _какого-либо исповедания веры в Бога_.
Большинство из них отрицают необходимость каких-либо подобных изменений, и все они вместе садятся за один и тот же стол Господень.

 — Конечно же, мистер Кортни, вы не можете так говорить о _протестантских_ церквях Европы! Я знаю, что это верно в отношении католиков; но
со времён Реформации это не может быть верно в отношении других конфессий».

 «Да, миссис Джонс, я имею в виду протестантские церкви,
где бы они ни стали _национальными_ церквями, и в процессе
крещение младенцев охватило все население. Это _необходимо_
верно для _ любой_ церкви, которая принимает своих членов таким образом. Это было бы
верно в этой стране, если бы вы, пресвитериане, и епископалы, и
Лютеране и методисты могли бы любыми средствами добиться того, чего вы все так
усердно трудятся, чтобы достичь, а именно: чтобы вызвать _all на people_ в
крестят своих детей”.

“О, нет, мистер Кортни. Должно быть, у вас сложилось совершенно ошибочное представление о том, к чему мы все стремимся. Я верю, что мы, как и сами баптисты, стремимся сохранить наши церкви _чистыми_ и придерживаемся строгих правил в
наши условия членства и наша дисциплина так же строги, как и _ваши_. Мы
хотим, чтобы наши церкви состояли, как и сейчас, из благочестивых людей, и ни на день не допустили бы, чтобы такие, как вы упомянули, оставались в нашем сообществе.


— Я знаю это, миссис Джонс, но для этого вы должны постоянно отрекаться от своих поступков и на практике отрицать то, чему вы учите в теории. Я говорил о том, каким должен быть результат, если вы сможете убедить всех людей крестить своих детей и затем признать этих крещёных членами церкви _фактически_, как вы делаете это _теоретически_.

— Послушайте меня, и я докажу вам, что то, что я говорю, — чистая правда. Вы учите, что, как обрезание было дверью в иудейскую церковь, так и крещение — дверь в церковь Христа. Если это так, то все крещёные являются членами церкви. Теперь _вы, пресвитериане_, говорите, что все дети _верующих родителей_ должны быть крещёными. В ваших церквях крестят всех детей тех родителей, которые были крещены. Епископальная церковь крестит _любого_ ребёнка, за которого поручатся надлежащие опекуны. Методистская церковь крестит _всех_
дети, независимо от того, верят их родители или нет. Теперь, если бы вам удалось
(как вы все стараетесь сделать с помощью проповедей, книг, брошюр и газет) убедить всех людей в своей правоте и убедить их привести _всех_ своих детей и таким образом посвятить их в церковь Христа, — я спрашиваю вас, из кого _в следующем поколении_ будет состоять церковь? Она будет состоять из этих младенцев, которые затем вырастут и станут мужчинами. Если это поколение будет похоже на нынешнее или на прошлое, оно будет состоять в основном из невозрождённых мужчин и женщин. Немногие будут
обратятся — многие станут нравственными, большинство — порочными, а многие — самыми отвратительными. Однако все они войдут в церковь Иисуса
Христа через врата крещения, и каждый из них станет членом
видимого царства Христа».

«О нет, мистер Кортни; мы будем исключать порочных и недостойных с помощью дисциплинарных мер».

«Кто будет применять дисциплинарные меры, миссис Джонс? Это будет сборище
_невозрождённых_ людей». У них не было бы любви ко Христу или его делу.
Сила дисциплины в их собственных руках. Если они исключат всё, что делает
Если они не докажут свою набожность, то сами себя исключат. Они не сделают ничего подобного. Они могут исключать из своих рядов тех, кто _открыто_ и _скандально порочен_,
ради репутации своей конфессии, в то время как несколько сект
борются за превосходство; но если (как в тех странах, о которых я говорил)
какая-то одна секта сможет поглотить остальные и благодаря связям с государством
станет _национальной религией_, тогда человек будет отстаивать своё право на
Вечерю Господню и все церковные привилегии примерно так же, как он отстаивает своё право голосовать или пользоваться любой другой привилегией гражданства».

— Но если это так, мистер Кортни, почему мы не видим хотя бы каких-то проявлений этого принципа среди нас сейчас? Почему _наши_ церкви не полны необращённых мужчин и женщин?


— Просто потому, что вы не следуете своим принципам. Ваши церкви _полны_
неверующих, но вы отказываетесь их признавать. Вы ежедневно
отрицаете свои собственные поступки и постоянно опровергаете собственную теорию. Вы крестите младенцев и _говорите_, что делаете это, _чтобы ввести их в церковь Христову_. Но вы _не верите в это_. Вы никогда не относитесь к ним как
члены церкви. Вы не предоставляете им никаких привилегий членов церкви.
Вы не включаете их в список членов вашей церкви. Они не считают себя членами церкви. Они не претендуют на какие-либо привилегии членов церкви и не пользуются ими. Они не применяют церковную дисциплину к другим и сами не являются объектами церковной дисциплины.
Они практически так же отделены от церкви, как дети неверующего или готтентота. Таким образом, и _только_ таким образом, вы сохраняете хоть какую-то степень чистоты в своём реальном членстве. Ваша церковь состоит _в
на самом деле верующих, а не, как сказано в вашей книге, «верующих и их детей».  Таким образом, вы устраняете одно из зол, связанных с крещением младенцев, фактически отказываясь от этого акта и считая его на практике недействительным.  Миссис Эрнест не считает своего сына Эдвина членом церкви. Она не считала вас своей прихожанкой, мисс Теодосия, примерно до года назад, когда вы исповедали свою веру во Христа и, как они все выразились, «_присоединились к церкви_.» Как можно было сказать, что вы _присоединились_ к ней, если до этого момента вас не считали _отдельной_ от неё?
Крещёных детей, как и всех остальных, призывают выйти _из мира_ и _объединиться_ с народом Божьим, когда они уверуют во Христа.
Тех, кто таким образом _уверовал_ и публично исповедал свою веру, вы считаете членами церкви.
И только им вы даёте привилегии членов церкви. И этот простой факт —
то, что вы обязаны относиться к крещёным младенцам, _когда_ они вырастут,
так, как будто они вообще не были крещены, — сам по себе является достаточным доказательством
что ваш знаменитый историк Неандер говорит правду, когда утверждает, что
«Христос определённо не предписывал крестить младенцев».
— Что ж, мистер Кортни, — ответил профессор Джонс, — есть ли ещё какой-нибудь аргумент, который вы бы привели моим уважаемым гостям, если бы присутствовали на встрече?


— Да, сэр. Я бы сказал больше: господа, если вы считаете, что крещение младенцев
аналогично еврейскому обрезанию; если вы утверждаете, что христианская и
еврейская церкви — это одно и то же, но только в разных формах;
и что, поскольку в древности младенцев обрезали, младенцев нужно крестить
Если вы крестились в новой вере, как вы можете избавиться от необходимости в _национальной_ церкви? Еврейская церковь была национальной: она объединяла
церковь и государство. Христианская церковь такая же, и _она_ тоже должна быть национальным учреждением. Мы должны объединить церковь и государство. К этому должен стремиться каждый христианин. Там, где существует этот союз, нет
Христианин должен жаловаться, ведь в Писании этому уделяется столько же внимания, сколько и крещению младенцев. И далее, господа, вы должны принять и признать не только три чина служения,
как у епископальной церкви; не только дьяконы, священники и епископы, но и великий и верховный правитель над ними всеми, подобный Папе Римскому.В еврейском государстве были свои священники, свои первосвященники, которые контролировали определённое число других священников, и свой _верховный_ священник, который стоял над всеми ними.
Таким образом, для соответствия должны быть пресвитеры, епископы и архиепископы, если не Папа Римский. Это имеет такое же значение и такой же авторитет в Писании, как и крещение младенцев. На это они бы ответили, что христианская церковь устроена таким образом, чтобы
можно найти в _Новом Завете_, и мы узнаём, какими были его служители,
из того, какие из них были назначены или признаны Христом и
Апостолами; и они не назначали и не признавали ничего, кроме
_одного_ чина служителей. Это хорошая логика, я не возражаю. Но я спрашиваю,
не обозначено ли в Новом Завете _членство_ в христианской церкви
даже более ясно, чем её _служители_? Если крещение - это дверь
входа, покажите мне хоть один пример, когда любому человеку разрешено, а тем более
не приказано, входить по вере кого-либо, кроме него самого. Покажите мне
ни одного случая, когда младенца принимали в лоно церкви или приказывали принять;
ни одного случая, когда кого-то признавали членом церкви или хотя бы упоминали об этом. Они не могут найти ни одного такого случая, а значит,
согласно их собственным принципам, должны принять все атрибуты
епископата, церкви и государства или отказаться от крещения младенцев.

— Но, мистер Кортни, как вы сами говорите, среди нас, пресвитерианцев в этой стране, крещение младенцев — это _просто фикция_, поскольку мы не считаем крещёных членами церкви и не отказываемся от церковных правил в их пользу.
их руках; поскольку они, по сути, имеют к церкви не больше отношения, чем другие люди, и, следовательно, не могут навредить её репутации или уменьшить её духовность, какой _вред может причинить_ крещение младенцев?»

«Какой вред! Увы! мадам, я не в состоянии рассказать и о тысячной доле того вреда, который был причинён, причиняется и будет причиняться до тех пор, пока это практикуется. Простите меня, если я откажусь отвечать на ваш вопрос».

«Ну тогда, если ты не можешь сказать, какой от этого вред, почему ты так много выступаешь против?»

«Я не могу сказать! О да, но я _могу_ сказать. Я могу сказать так много, что ты
у меня не хватило бы терпения слушать. Я могу рассказать о нём такое, что вы
подумаете, будто упоминать о нём невежливо. И, по правде говоря,
именно поэтому я решил не давать вам прямого ответа на ваш
вопрос. Если бы мне пришлось говорить об этом поступке, который _вы_ совершаете как религиозный _долг_, как, по моему мнению, он того заслуживает, я бы охарактеризовал его как _отвратительный грех_, акт дерзкого неповиновения Богу; и вы бы вряд ли сочли, что мне, как вашему гостю, это подобает. Если бы я рассказал вам обо всём вреде, который, как я знаю, несёт в себе крещение младенцев, вместо того чтобы убеждать вас, я бы
вероятно, это разозлит тебя. Вы так долго привыкли смотреть на
это как на нечто священное, что вы вряд ли могли избежать чувства
возмущения, услышав то, что я, после тщательного и молитвенного изучения
субъект, я уже начал думать об этом ”.

“Я не понимаю, как вы могли сказать об этом гораздо худшие вещи, чем вы уже сказали
но уверяю вас, что я буду держать себя в руках, что бы вы ни говорили
вы можете. Так что можете считать, что у вас есть полное право говорить мне в моём собственном доме всё, что вы сочли бы уместным сказать мне или кому-либо ещё где угодно».

“Да, - ответила миссис Эрнест, - продолжайте и скажите нам все, что вы об этом думаете”
. Мне любопытно понять, что именно вы, баптисты, думаете
о нас, пресвитерианах. Я знаю, у тебя о нас очень низкое мнение, но я
хотел бы знать, насколько оно низкого свойства ”.

“Продолжай, Кортни; теперь ты возбудила женское любопытство, и ты
будешь обязана удовлетворить его. Если вы не _скажете_, что вы думаете, они
воображают, что это действительно что-то ужасное. Что касается меня, то теперь я
удовлетворён тем, что это _не предписано_, и поэтому я бы
Я не практикую это, но не вижу в этом большого _вреда_. Это простая церемония, и если она не обязательна, то очень _бесполезна_; но я не понимаю, кому от этого плохо. Однако теперь мы все готовы услышать от баптистов что-то неприятное. Мы не ищем ничего другого.

«Мне было бы очень жаль, если бы я узнал, что баптисты привыкли говорить
неприятные вещи _о_ своих оппонентах, что бы они ни считали своим долгом
сказать _им_. Миссис Эрнест считает, что я очень плохо отношусь к
 пресвитерианам. Она совершенно ошибается. Многие из лучших и наиболее
Самые искренние дети Божьи, которых я когда-либо знал, — это пресвитериане. Я не только высоко их ценю, я их очень люблю. Я люблю их не только как личностей, но и как христиан. Я считаю их своими братьями и сёстрами в Господе, но в то же время я думаю, что они были воспитаны в заблуждении и в некоторых вещах глубоко обмануты. Они в той же степени заблуждаются в своей вере и в своих поступках. Чем больше я их люблю, тем больше мне хочется их исправить. Я ненавижу ошибки и заблуждения как в них, так и в других. Я выступаю против этого; я
Я выступаю против этого; я осуждаю это как в них, так и в других. Я воюю не с ними, а с их _мнениями_. В большинстве случаев я даже не перестаю уважать их за эти ошибочные мнения, потому что знаю, что они искренни и добросовестны. Их обманули те, кто их наставлял. Им никогда не излагали истину в ясной форме. Раннее образование, конфессиональная принадлежность и предрассудки окутали их разум таким облаком, что ясному свету библейской истины трудно пробиться сквозь него.
их сердца. Я, как человек честный и искренний, когда я верил, что
окропление было крещение, и что младенцы должны быть крещены, так как я
сейчас. Так была Мисс Феодосии. Ни было, мы внезапно убедились, что мы были
неправильно. Свет озарил понемногу. То, что поначалу сомнения,
стало однозначно исследование пациента. Прошло совсем немного времени с тех пор, как я
сказал, как и вы, — крещение младенцев не является заповедью. Это не разрешено Словом Божьим, но всё же это всего лишь бесполезная церемония. Пусть те, кто хочет, участвуют в ней. От этого нет никакой пользы, но и вреда тоже. Поскольку
Со временем я изучил этот вопрос более тщательно. Чем больше я размышлял об этом, тем более пугающим мне это казалось. И теперь я полностью убеждён, что тот, кто крестит младенца во имя Отца, Сына и Святого Духа,
_совершает величайший грех в глазах Бога_! И это не менее верно, потому что хорошие люди делали это и продолжают делать. Хорошие люди часто по незнанию совершали величайший грех. Этот
превосходный и святой Божий человек, преподобный Джон Ньютон, после своего
обращения в течение многих лет занимался работорговлей. В то время это считалось
уважаемое и праведное дело. Многие достойные люди из прошлого поколения
занимались производством и продажей алкогольных напитков.
Тогда это считалось законным и христианским занятием. Ни один достойный человек не будет заниматься этим сейчас. Их невежество было их оправданием. Бог простил их, как простил Павла за гонения на его народ, — потому что он делал это по незнанию и искренне думал, что служит Богу. Однако его искренность не делала это деяние праведным. Этот поступок по-прежнему был ужасным злодеянием и дерзким безбожием. Поэтому я говорю о тех, кто практикует
крещение младенцев; я бы сказал им это, если бы мог. Они могут быть хорошими людьми. Некоторые из них — хорошие люди, искренние, добросердечные, преданные
христиане; но они по незнанию _грешат против Бога_. Возможно, мне не пристало _осуждать_ людей, которые старше, лучше и полезнее меня.
Но я, безусловно, могу умолять их, как своих братьев и отцов, поступать
«_не так безбожно_.»
— Но что в этом такого безбожного, мистер Кортни?

— Во всём. Во-первых, если вы позволите мне говорить прямо, _младенческое крещение, практикуемое пресвитерианами в этой стране, — это
Страна — это постоянно повторяющаяся ложь_!

«Вы _утверждаете_, что «крещение — это таинство Нового Завета, установленное Иисусом Христом не только для _торжественного принятия_ крещаемого в видимую церковь, но и для того, чтобы оно было для него знаком и печатью завета благодати, его приобщения ко Христу, возрождения, _отпущения грехов_ и его отдачи Богу через Иисуса Христа, чтобы он мог ходить в обновлённой жизни». — _Соборное послание_, с.
144.

 «Это либо правда, либо ложь. Если это _правда_, то человек
крещёный _принимается_ в видимую церковь Христа. Вы говорите, что это правда и что вы _таким образом принимаете_ его; но в то же время, если я укажу вам на одного из этих членов, принятых в младенчестве, который, шатаясь, выходит из пивной, и спрошу вас, является ли он членом церкви, вы ответите мне: _Нет_. Вам было бы стыдно думать, что такой негодяй имеет какое-либо отношение к вашей церкви. Является ли его отец членом церкви? Да, один из лучших людей в церкви. Он крестил своих детей? Да, полагаю, что да. Этого человека когда-нибудь исключали? Нет, отвечаете вы, он никогда не _вступал_ в
церковь. Он вырос диким и безрассудным мальчиком и всегда был им.
порочный, рассеянный человек. Он никогда не был в церкви; никто никогда не думал
о таких вещах. Есть милая молодая леди, нравственная, безупречная
по своему характеру; но она не претендует на религию — она
совершенно равнодушна к ней. Является ли _she_ членом вашей церкви? О, нет;
все наши прихожане - духовно мыслящие христиане. Она никогда даже не выражала раскаяния в своих грехах или малейшего желания присоединиться к церкви. Почему вы спрашиваете, состоит ли она в церкви? Просто потому, что я помню
когда она была _крещена_. Разве крещение не вводит человека в видимую церковь? Да; но мы никогда _не считаем_ их членами церкви, пока они не исповедуют свою религию и не вернутся в церковь. Тогда ваше крещение — это торжественная ложь, потому что оно вообще не вводит в церковь.

«Но теперь, если вы возьмёте другую сторону дилеммы и скажете, что мы _действительно_ принимаем их, — тогда, я отвечу, вы виновны в том, что допускаете в церковь Христа нечестивых и невозрождённых мужчин и женщин. Если вы признаёте их членами церкви и обращаетесь с ними как с членами церкви, вы сразу же разрушаете
различие между церковью и миром. Церковь больше не является
царством Христа. Она больше не является собранием _его_ народа. Она состоит, по крайней мере частично, из нечестивых и распутных _потомков_ его народа.

 «Но вы также говорите, что крещение является для крещёного «знаком и печатью его приобщения ко Христу» — «его возрождения» — и «отпущения его грехов» и т. д. Это правда или ложь? Вы _говорите_, что это правда. Мать приводит своего ребёнка, чтобы его окропили. Это
прекрасный ребёнок, и она искренне верит, что служит Богу, — и это так.
Она сама, прекрасный образ, стоит там с младенцем на руках. Но теперь я спрашиваю вас: «возрождён» ли этот ребёнок? Является ли он «ветвью, привитой ко Христу»? Прощены ли ему все «грехи»? Другими словами, является ли он _верующим_ в Иисуса Христа? Вы говорите: _Нет_, абсурдно даже думать об этом. Тогда, отвечаю я, ваше крещение _является ложью_, ибо оно призвано обозначать и скреплять печатью то, чего в данном случае не существует и не может существовать. Для _верующего_ во Христа крещение имеет все эти значения, но для бессознательного младенца оно не имеет никакого значения.
На самом деле в ваших умах нет ни малейшего подозрения, что ребёнок
рождается заново и становится частью Христа; и всё же вы говорите миру,
что этот обряд призван обозначить и закрепить тот факт, что так оно и есть.

_
«Разве не грех в доме Божьем, в качестве религиозного акта и во имя самого Иисуса, провозглашать миру такую практическую ложь?»_

— Признаюсь, я никогда не рассматривал это в таком свете. Есть ли у вас ещё какие-то претензии к нему?


 — Да, я хочу сказать, что _крещение младенца — это акт
высокомерное восстание против сына они”.

Миссис Джонс и миссис Эрнест оба подняли руки в полном
изумление. Экс посмотрел на него так, как будто она ожидала увидеть его
упасть замертво сделав то, что казалось ей столь неблагочестивый
объявление.

“Это самое поразительное заявление”, - сказал профессор. “Но я знаю,
вы бы не сделать это, если вы думали, что доказательств
поддерживать его”.

— Что?! — воскликнула миссис Джонс. — Доказательства того, что крестить ребёнка — это _грех!_ — настоящий _грех!_
бунт!—своевольный бунт! Что ж, я постараюсь вести себя тихо, просто чтобы
посмотреть, что скажет этот человек. Продолжайте, мистер Кортни; мы все внимание.

“Да, ” продолжал мистер К., - я сказал это; и я докажу, что это не
только мятеж, но и восстание, сопровождаемое такими обстоятельствами, которые придают
ему характер особой злобности. Это не просто грех, а _ужасный_ грех; самый вопиющий сам по себе и самый страшный по своим последствиям для церкви и для мира.

 — Право же, — сказала миссис Джонс, — мне любопытно, как вы будете выпутываться.

— Вы знаете, — сказал мистер Си, — что вы, пресвитериане, привыкли считать одни требования Христа обязательными, а другие — необязательными или, по крайней мере, менее важными, чем другие. Когда Христос пришёл в этот мир, _одной_ из главных целей, если не _главной_ целью его миссии, было создание видимой церкви. Он сам её основал. Он тщательно обучал своих учеников природе этих законов, и особенно тех органических, или конституционных, законов, которые лежат в основе всей надстройки. Именно _эти_ законы он, должно быть, особенно ценил
большое значение. Умышленное неповиновение этим основополагающим правилам, которые регулировали и определяли саму _природу_ основанного им видимого царства, должно было рассматриваться им как бунт, не имеющий себе равных. Самым _важным_ из этих основополагающих правил было то, которое определяло условия членства в его царстве. Оно лежало в основе всего. Характер, влияние и процветание его нового царства должны были зависеть от характера людей, из которых оно состояло. Теперь Иудейское царство, хотя и
В нём было много хорошего, и оно было прекрасным прообразом грядущих лучших времён,
но всё же в нём было больше зла, чем добра. В нём нечестивые
жили на земле, и праведники были среди них. Но теперь Христос
создавал не _земное_, а _духовное_ царство. Его владычество должно
было быть внутренним — властью любви. Подданными этого
царства должны были стать _обращённые мужчины и женщины_, которые
любили Бога и жили во славу Его. Никто не мог принадлежать к ней, как он сказал Никодиму, который не
_родился свыше_. Это была его церковь. Она была создана для того, чтобы
постоянная и живая иллюстрация силы и чистоты его религии. Члены этой церкви должны были стать его живыми посланиями,
известными и читаемыми всеми, описывающими природу и результаты его религии в их сердцах и жизнях. Ничто не является более очевидным, чем это.
 Церкви не только заповедано быть святой — ей велено быть святой, — но о ней говорится как о святой, и к ней обращаются так, как будто она свята. Она
всегда и везде рассматривается как сообщество искренне обращённых в веру мужчин и женщин. Сколько бы людей ни крестилось во имя Христа, они надевают на себя Христа. Они
были теми, кто верил во Христа. Они ходили верой. Они жили, но
не они — в них жил Христос. Они были грешниками, но
были призваны стать святыми, и теперь среди них было наследие, которое
было освящено. Они были особенным народом, ревностным к добрым делам. Не
от мира сего, не такие, как мир, ибо Христос избрал их из мира сего.
мир. Такой он создал церковь и такой он хотел видеть её до скончания времён.
Чтобы сохранить этот характер, он постановил, что в церковь должны приниматься только те, кто
раскаялся в грехе и уверовал в Него спасительной верой.
В эту церковь можно было войти через таинство крещения. Следовательно,
когда кто-то раскаивался, уверовал и свидетельствовал о том, что он родился свыше, его крестили и с этого момента он считался членом церкви.
 Сама природа церкви и цель её создания требовали, чтобы _никто другой не был принят_. Как же тогда, спрашиваю я, он может
без отвращения и негодования смотреть на _этот акт_, в котором служитель этой церкви, утверждая, что действует от её имени, подрывает
Он подрывает сам фундамент своей церкви, меняет её природу и сводит на нет саму цель её создания, сознательно и намеренно вводя в неё людей, которые, по общему признанию, не раскаиваются, не верят, не возрождаются, а являются детьми гнева, как и все остальные.

 «Если бы крещение обращало их — если бы сам акт крещения возрождал их, — тогда такому поведению можно было бы найти оправдание; но никто из _вас_ не станет притворяться, будто верит, что крещение оказывает такое влияние. Ты знаешь,
что крещёный ребёнок вырастает грешником, как и его некрещёный брат
так и есть. _Доктора богословия_ говорят о таких вещах; но ни один здравомыслящий мужчина или женщина не верят, что окропление лица младенца водой меняет его сердце и делает его новым творением во Христе
Иисусе. Если этот акт вводит его в видимую церковь Христа, то он входит в неё грешником, каким и был рождён; он входит в неё необращённым, нераскаявшимся и неверующим грешником — именно таким грешником, которого Христос запрещал вводить в церковь своим служителям. И каковы же последствия? Давайте посмотрим на историю церкви. Достаточно заставить того, кто любит
Иисус и его причины плакать кровавыми слезами, чтобы увидеть, что было
результаты этого непокорного вылета из инструкции
Мастер. В течение первых двух или трех сотен лет церковь оставалась
то, что Христос намерен. Это было сообщество, называвшее себя верующим. Вся история
наделяет своих членов характером исключительной честности и чистоты.
Это был свет, сияющий во тьме. Но когда начали появляться младенцы, вместо
обращенных, весь его характер изменился. Его духовность исчезла. Его служители были мирскими людьми, которые боролись
ради богатства, положения и власти. За несколько поколений она
поглотила мир, как современные национальные церкви в Европе. Вся
подлость и порочность страны были сосредоточены в церкви или в том учреждении, которое _называло себя_ церковью Иисуса Христа. Ни один язычник, даже сам Нерон с сердцем тигра, не был так жесток в своих гонениях на христиан, как это сборище крещёных младенцев, когда оно повзрослело и получило власть убивать. Ничто не могло сравниться с этой адской ненавистью.
То, что могла изобрести самая дьявольская изобретательность, казалось слишком жестоким для этих крещёных, чтобы применять это к тем, кто исповедовал веру во Христа, но не подчинялся их нововведённым обрядам и церемониям.
 Самые жестокие и беспощадные гонения были направлены особенно против тех, кто отрицал крещение младенцев. Это продолжалось во все времена. Это касалось не только католиков. Это практиковалось всеми так называемыми церквями, _которые принимали в свои ряды младенцев
_(включая вас самих) когда и где бы они ни смогли это получить
власть. Мир затоплен кровью святых, пролитой
этими членами церкви, которых люди, называющие себя _его
служителями_, от его имени, хотя и против его воли, ввели в заблуждение
в их младенчестве. Теперь я говорю, что действие, которое таким образом подрывает саму природу церкви Христовой и приводит к столь ужасным последствиям, _не является обычным грехом_. Такое искажение основополагающего закона его церкви — не обычный бунт. Это великое и ужасное преступление. Оно привело к великим и ужасным последствиям даже в современном мире. Его последствия,
даже здесь они были настолько ужасны, что у нас самих содрогается сердце при одной мысли о них; что же они могут быть в мире вечном, мы и представить себе не можем.


Но я пойду дальше. Я сказал, что «крещение младенца было _грехом_ — актом
высокомерного _бунта_ против Бога». Я доказал это. Теперь я скажу даже больше. _Крещение младенцев нечестиво_ — это акт
святотатства.

«Будьте осторожны, мистер Кортни, будьте осторожны|» — воскликнула миссис Джонс. «Это серьёзная тема. Не стоит бездумно использовать слова, которые вызывают такие ужасные ассоциации».

— Я _очень_ осторожен, миссис Джонс. Я намеренно выбрал эти слова,
потому что только они могут полностью выразить то, что я имею в виду. Я
хочу сказать, что для мнимого служителя Иисуса Христа _нечестиво_
встать перед всем миром и от ЕГО имени, по ЕГО велению, совершить как торжественный и священный обряд ЕГО религии действие, которое ОН НИКОГДА НЕ ПОВЕЛЕВАЛ И НЕ РАЗРЕШАЛ! Я считаю непреложным фактом то, что такой заповеди или власти не существует. Мы тщательно искали её, но не смогли найти. Её нет в
книга. И теперь возникает вопрос: «Даже если это не заповедано, какой в этом _вред_?» На этот вопрос мы и пытаемся ответить. Я говорю: _Если Бог не заповедал это и не узаконил это, то совершать это как обряд ЕГО религии, во ИМЯ ЕГО и с ЕГО мнимой властью — это акт нечестивого святотатства!_ Не иначе. Я знаю, что ваши проповедники не _замышляют_ ничего подобного; я знаю, что они
содрогнулись бы от одной мысли об этом. Они искренне верят, что _у них_ есть
власть. Они делают это _по незнанию_, как Павел преследовал церковь. Но
Хотя их невежество может в какой-то степени оправдать их поведение, оно не меняет сути поступка. А для того, кто изучил этот вопрос, кто искал авторитетное мнение и не нашёл его, как это сделали мы, для такого человека, который во имя Бога делает то, чего Бог не требовал, нужна такая степень безрассудства, которой, я уверен, обладают лишь немногие из тех, кто называет себя служителями Христа.

— Признаюсь, мистер Кортни, меня охватывает ужас, когда я слышу, как вы говорите. Я почти жалею, что настоял на том, чтобы вы рассказали об этом
 Я не верю и не могу поверить в то, что вы говорите.  И всё же я никогда больше не смогу увидеть крещение младенца без чувства ужаса.

 — Но почему вы не можете поверить в то, что я говорю правду?  Разве я не доказал каждое своё утверждение Словом Божьим?

 — О, что касается этого, то любой может доказать почти всё, что угодно, с помощью Священного Писания. Унитарии, универсалисты, методисты, епископалы и все остальные находят в Библии множество подтверждений тому, чему они учат.


 «Тогда как же народ Божий может знать, чего он от него требует?» :

— Ну, я не думаю, что мы _можем_ знать это с уверенностью. Я выросла в пресвитерианской семье и была научена тому, что они правы; и я думаю, что рискнула бы своей душой ради их веры так же, как и ради любой другой. Я не вижу причин, по которым мне стоило бы сильно переживать из-за этого.
— Вы не отрицаете, миссис Джонс, что вы должны повиноваться Богу, а не человеку, и что Священное Писание — это совершенное и непогрешимое руководство для веры и практики?

— О нет, я согласен, но проблема в том, что я не могу понять, чему они учат. Если бы я знал, что от меня требуется, я бы поверил
и сделайте это. Но мистер Джонсон говорит мне одно, а вы — другое,
а методист — третье; и, честно говоря, я не знаю, во что мне
верить и что делать.
 — Тогда я вам скажу. Бог будет судить _вас_ за _вашу_ веру и поступки. Поэтому вам не следует полагаться на меня, методистов или мистера Джонсона, но вы должны сами обратиться к Библии. Если там есть какое-то указание крестить младенцев, вы можете его найти, а также прочитать и понять так же хорошо, как доктор богословия.
 Не принимайте на веру то, что говорят они или я.
Это правда, но _исследуйте Писание_ сами. Используйте все возможные средства, но не позволяйте никому убеждать вас в том, что какое-либо учение или практика основаны на Слове, пока _вы сами не увидите это в Слове_. Вы не найдёте в Писании ни сомнительных, ни противоречивых учений, если обратитесь к _нему_ и будете _готовы_ верить и практиковать именно то, чему оно учит. Богословы могут противоречить друг другу и самим себе, но Слово Божье — это не книга сомнительных пророчеств. Оно говорит ясно, оно говорит решительно.
Он всегда говорит одно и то же. Попробуйте сами применить это к данной теме. Ваш пастор говорит вам, что у него есть полномочия в Новом
Завете крестить младенцев. Попросите его _показать вам_. Если это там есть, он сможет это найти. Вы сможете увидеть это так же хорошо, как и он. Возможно, он сошлется на заповедь «Идите и крестите» и т. д., но вы скажете, что это заповедь крестить _верующих_. Там ни слова не сказано о верующих _и их детях_, а только о верующих.
Затем он напомнит вам, что Иисус сказал: «Пустите детей приходить ко Мне»
ко мне и т. д. Вы ответите, что они пришли не для того, чтобы их _крестили_, а для того, чтобы за них _молились_: «И возложил на них руки, и отошёл». Это веский довод в пользу того, чтобы _молиться_ за детей, посвящать их Богу верой и просить у Него благословения для них, но не в пользу их крещения. Тогда он напомнит вам, что Пётр говорит: «Обетование дано вам и детям вашим». Вы ответите, что это обещание "дара Святого
Духа’, а не крещения; и, более того, оно ограничено теми, ‘кого
Господь, Бог наш, призовет’; а Бог не призывает младенцев, находящихся без сознания. Он
Тогда он скажет вам, что «неверующая жена освящается верующим мужем и т. д.: иначе ваши дети были бы нечистыми, но теперь они святы». На это ваш здравый смысл ответит, что здесь нет ни слова о крещении; и если ребёнок должен быть крещён, потому что он свят, то и неверующий муж, и неверующая жена должны быть крещены, потому что они тоже освящены или святы. Тогда он попытается найти какой-нибудь _пример_. Он
скажет вам, что было крещено несколько _семей_, и _почти_ наверняка в _некоторых_ из них были маленькие дети
 Вы обращаетесь к каждому месту и обнаруживаете, что те, кто был крещён, — это те же, кто, как говорится, слышал Слово, уверовал в Бога, радовался Богу, говорил на иных языках, прославлял Бога, служил святым, а в случае с семьёй Лидии их называют _братьями_.  Не найдя в Новом Завете ни наставления, ни примера, он обратится к
Ветхий Завет расскажет вам о завете с Авраамом, печатью которого было
_обрезание_, и оно распространялось на детей. Теперь, скажет он, этот
завет распространяется и на христиан, ведь Павел говорит: «Все, кто верит, — это
дети верующего Авраама. И если его дети по природе были обрезанными, то его дети по _вере_ должны быть крещены. На это вы ответите: да, его дети по _вере_ должны быть крещены, но кто они? Павел говорит, что это _верующие_, а не младенцы, рождённые от верующих. Далее вы скажете, что еврейских младенцев обрезали, потому что Бог _прямо повелел_ это сделать. Но Бог никогда не повелевал
Он не призывал христиан крестить своих младенцев. Напротив, он велел креститься только кающимся, верующим, возрождённым.
Крещение младенцев прямо запрещено, и ни один младенец не был крещён за тот период, о котором мы знаем из Священного Писания. Ему больше нечего сказать.
Это суть и итог того, что _он называет_ авторитетом Писания.
Осмелитесь ли вы теперь, с этим знанием в сердце, считать крещение младенцев Божьим установлением? Тогда я говорю: проверьте сами.
Изучите Писание, как это сделали жители Верии.id, и посмотрите, так ли это. Я не прошу вас верить мне на слово в отношении одного-единственного факта или обстоятельства. Обратитесь к Книге. Обратитесь не для того, чтобы придираться, а чтобы учиться. Обратитесь не для того, чтобы найти в ней аргумент, а чтобы понять свой долг. Изучите её; помолитесь над ней. Не успокаивайтесь, пока ваш разум не будет _удовлетворён_. Если _вы
не можете найти_ в Слове Божьем упоминание о крещении младенцев, можете считать само собой разумеющимся, что _его там нет_, хотя все богословы христианского мира утверждают обратное. Если вы _всё же найдёте его_, принесите Книгу и покажите её нам, заблудшим баптистам, и мы будем следовать ей, ибо мы искренне
Если мы знаем свои сердца, то будем стремиться «исполнять всё, что повелевает нам Христос».
 Если вы найдёте это, то вашим _долгом_ будет сообщить нам об этом, потому что в таком случае мы входим в глубочайшее заблуждение. Если вы правы, то мы входим в _ужасное_ заблуждение. Если Бог повелел нам крестить младенцев, то мы живём в открытом и явном _бунте_. Но мы хотим повиноваться; и если
вы укажете нам на нашу ошибку, то мы не только не разозлимся, но и _поблагодарим вас_ за заботу о нашем благе».


«В том, что вы сказали, — ответил профессор Джонс, — есть много верного».
Это поражает меня до глубины души. Я не могу отрицать, что крещение младенцев противоречит Слову Божьему; но, тем не менее, я никогда не воспринимал его как нечто ужасное, каким вы его изобразили. Однако я вижу, что так оно и есть. Если оно не приводит людей в церковь, то это ложь от начала и до конца, ведь именно это оно и претендует делать. Если это так, то это, очевидно, подрывает сам фундамент церкви как сообщества верующих. А если Бог не повелевал и не разрешал этого, то, конечно, было бы нечестиво делать это во имя Его.
хотя и так. Я не могу этого отрицать; но вы сделали несколько заявлений
относительно результатов его внедрения, которые я не склонен принимать
исключительно на веру.

 — Мой дорогой сэр, я не хочу, чтобы вы принимали что-либо на веру.
 То, что я не _доказываю_, прошу вас считать недосказанным.
 Я не собираюсь делать никаких заявлений, которые не могу подкрепить самыми убедительными доказательствами.

«Вы сказали, что крещение младенцев не практиковалось ни во времена первых христиан, ни в течение нескольких сотен лет после Христа. И что
Все церкви, как протестантские, так и католические, которые приняли его, преследовали святых, когда и где бы они ни обладали властью.
Всё это совершенно не согласуется с тем, что я всегда считал истиной. Я не отрицаю, что это так, но я не могу поверить в это без доказательств.


Мистер Кортни взглянул на часы и ответил:

«Уже почти пора спать. Сегодня у нас не будет времени, но в любое другое время, которое вы укажете, я убежу вас, что говорил не без причины. Я докажу вам это, опираясь на свидетельства древних отцов церкви, на
По свидетельству _ваших_ самых выдающихся историков и богословов, то, что я сказал, является абсолютной и полной правдой. Я докажу вам, что крещение младенцев было введено тем же способом и с той же целью, что и обливание и окропление, только началось оно несколько раньше. Я также покажу вам, каковы были последствия для истинно верующих, которые отказались принять нововведение.
Их изгоняли, чтобы они жили в пещерах и землянках.
Их пытали и мучили, на них охотились, как на диких зверей, и не мало
Сотни, тысячи, но не миллионы обрели венец мучеников — были убиты за свидетельство об Иисусе; не язычниками, не неверующими, не людьми мира сего, но _членами_ (так называемых) церквей Иисуса Христа, ставшими членами в младенчестве благодаря этому «_благословенному_» обряду крещения младенцев. Где мы встретимся?

 «О, возвращайтесь сюда», — сказала миссис Джонс. «Я начинаю испытывать своего рода
страшный интерес к вашим странным учениям; что-то — если вы простите мне это сравнение — вроде того, что я ожидаю услышать в предсмертной речи какого-нибудь
отверженный негодяй, осуждающий на эшафоте всё, что дорого и свято для добрых людей. Я не хочу проявить неуважение, но не могу придумать ничего другого, что так хорошо бы описывало мои чувства. Я содрогаюсь, когда ты говоришь, думая, что ты осмеливаешься говорить об одном из самых прекрасных и священных обрядов нашей религии как о смертном грехе; и всё же я хочу услышать всё, что ты хочешь сказать. Сестра Эрнест и Теодосия
придут с вами завтра вечером».

«Тогда так и будет. Мы встретимся здесь завтра вечером».




ЗАСЕДАНИЕ ДЕВЯТОГО НОЯБРЯ.

О времени и способе, с помощью которых крещение младенцев было заменено крещением верующих, заповеданным Христом.




 Исследование девятой ночи.


 Никто из собравшихся во вторник вечером в доме профессора, чтобы продолжить эту дискуссию, не ждал начала собрания с таким нетерпением, как миссис Джонс. Мысль о том, что действие, которое
она всегда считала одним из самых прекрасных и священных обрядов
нашей святой религии, на самом деле не является частью этой религии, а
наоборот, прямо противоречит ей и запрещено ею, привела её в ужас.
С тех пор как они поговорили прошлой ночью, эта мысль не давала ей покоя.
 Она разбудила мужа в полночь, чтобы сказать ему, что теперь будет бояться крестить младенцев.
Весь день она с тревогой перебирала в памяти аргументы мистера Кортни, но не могла найти в них ни одного ошибочного, хотя они и вели к пугающим, по её мнению, выводам. Однако одно соображение немного утешило её. Младенческое крещение _не могло быть грехом, иначе хорошие люди не стали бы его практиковать
Поэтому она была уверена, что в его рассуждениях должен быть какой-то изъян, хотя она и не могла его найти.

 И когда они остались наедине, она начала разговор с вопроса:
 не говорил ли мистер Кортни, что считает пресвитерианских и других
 педобаптистских священников хорошими и благочестивыми людьми?

 «Конечно, я говорил, что знаю таких.  Людей Божьих, которых я люблю как своих братьев по Евангелию. И я лично не знаю никого из них, кого
я был бы готов осудить за то, что он хуже меня самого».

 — Но как вы можете так говорить, мистер Кортни, если вы знаете, что все они
практика крещения младенцев, и научит так людей, которых вы говорите, не
только грех, но самый тяжкий грех: не только грех, но нечестивый
святотатство? Мне кажется, вы самый непоследовательный человек, которого я когда-либо слышал
.

“ Вы позволите мне, мадам, ответить на ваш вопрос, задав несколько
других? Были ли Лютер, Кальвин и реформаторы хорошими и святыми людьми?

“ Конечно, были, мистер Кортни. В этом никто никогда не сомневался».
«Был ли архиепископ Кранмер, принявший мученическую смерть за свою веру при
Марии Английской, хорошим и святым человеком?»

«Конечно, должен был быть».

«Были ли наши отцы-пуритане, основавшие Новую Англию, добрыми и святыми людьми, заслуживающими нашего благоговейного и трепетного отношения за их христианские принципы, которые привели их к тому, что они пожертвовали всем ради чистой совести, не запятнанной грехом?»

«Безусловно, так и было; но какое отношение это имеет к моему вопросу?»

«Вы поймёте, мадам, когда я задам ещё один вопрос. Разве это не великий и
страшный грех - преследовать и отнимать жизни людей за их религиозную
веру?

“Конечно, это так; и ни один хороший человек не сделает этого ”.

“ И все же, мадам, наши Отцы-пилигримы преследовали квакеров и
Баптистов приговорили к изгнанию и смерти. Крэнмер, прежде чем его сожгли на костре, был очень ревностным и энергичным в преследовании баптистов. (См. «Историю пуритан» Нила.) Кальвин добился осуждения Сервета за его религию, а Лютер призывал правителей своей страны преследовать тех, кто не разделял его взгляды.
Таким образом, вы видите, что добрые и благочестивые люди могут быть ведомы своим благочестием (при ошибочном понимании долга) к совершению самых ужасных и греховных поступков. Павел _искренне считал_, что служит Богу
Он служил, когда убивал последователей Иисуса, но его ошибка не делала его поступок правильным. Это всё равно был ужасный грех. Он совершил его по незнанию, и Бог простил его. Так же он простит ваших братьев-педобаптистов, которые по незнанию думают, что повинуются ему, крестя маленьких детей в его церкви. Но этот поступок всё равно греховен, ужасно греховен. Вы должны руководствоваться _Словом Божьим_, а не примером тех, кого вы считаете святыми.


 — Если я вас правильно понял, — сказал дядя Джонс, — вы сказали нам в прошлый раз
ночь, что крещение младенцев было в момент первого неизвестная
Христиане. Теперь это совершенно расходится с тем, что наши министры
всегда учил нас верить. Я уверен, что они усердно трудились
, чтобы создать в наших умах впечатление, что со времен
Апостолов и примерно шестьсот лет назад никто никогда
не ставил под сомнение необходимость крещения младенцев. Я уверен, что мне снова и снова говорили с кафедры и в частных беседах, что все отцы церкви единодушно утверждали, что крещение младенцев было
получено от апостолов, и мы не только не знаем, когда и как оно было введено, но и не располагаем историей какого-либо периода в жизни церкви, когда оно не было бы повсеместно принято и практиковалось».

 «Очень вероятно, — ответил мистер Кортни. — Доктора богословия часто делают подобные громкие заявления. Те же люди, которые уверяют вас, что Новый
Завет _изобилует_ доказательствами крещения младенцев, хотя ни один человек, ни живой, ни мёртвый, никогда не смог привести в его пользу ни одного предписания или примера.
Я могу с уверенностью делать подобные заявления об истории. И я говорю вам
их в этом, а в другом случае, если есть какая-либо запись младенческой
крещение в первые века церкви, вы можете _show it_, и я могу
_see it_. Ваши простые утверждения гроша ломаного не стоят — приведите свои
доказательства.

“Но разве у них нет таких доказательств?” - спросила миссис Джонс. “Несомненно, служители
нашей церкви такие же хорошие и правдивые, как служители любой другой церкви, и
не стали бы делать таких заявлений без веских и достаточных полномочий ”.

— Я отвечу на ваш вопрос, мадам, сославшись на труды некоторых наиболее выдающихся церковных историков, которые были
Педобаптисты, как и вы, но они не опустились бы до фальсификации истории в угоду своим убеждениям. Позвольте мне обратить ваше внимание, особенно ваше, профессор Джонс, на свидетельства очень примечательного класса таких свидетелей. Вскоре после Реформации протестанты-педобаптисты в Германии приступили к реализации проекта по сбору и систематизации всех известных и достоверных фактов из истории раннехристианских церквей. В этой работе участвовало множество самых образованных и выдающихся людей Европы. Они
Они имели доступ ко всем хранилищам древних знаний и были вполне компетентны, чтобы изучать и использовать их. Лютеранские князья и влиятельные дворяне покровительствовали этой работе, и ни денег, ни труда не жалели, чтобы создать достоверную картину древних церквей. Предполагалось, что история каждого века будет представлена отдельно. Поскольку книга была издана в Магдебурге, её авторов обычно называют «_Магдебургскими центуриаторами_.» Она была
выполнена с большой тщательностью и с момента публикации считается одним из самых достоверных и точных описаний раннего периода
история церкви. Теперь я хочу, чтобы вы помнили, что не было ни одного
Баптистом среди этих людей; и затем обратите внимание на их язык, который выглядит следующим образом
: "Они [Апостолы] крестили только взрослых или престарелых, независимо от того,
Евреи или язычники, примеры чего у нас есть в Деяниях II., viii., x.,
xvi. и XIX. главах. Что касается крещения младенцев, у нас нет
примера. Что касается _способа_ крещения, то он заключался в _окунании_ или
_погружении_ в воду во имя Отца, Сына и Святого
Духа, согласно указаниям, содержащимся в 6-й главе Послания к Римлянам и в
2-е послание к Колоссянам». Так они говорят о первом веке; а о втором веке они говорят следующее: «Ни один авторитетный автор не упоминает о каких-либо изменениях или отклонениях от прежнего века в отношении крещения».


Учёный и проницательный Эразм Роттердамский, писавший примерно в то же время, в своих комментариях к 6-й главе Послания к Римлянам говорит: «В апостольских писаниях нигде не говорится о том, что они крестили детей».

«Жан Кальвин, основатель вашей пресвитерианской церкви, говорит:
«Евангелисты нигде не упоминают о том, что кто-то из младенцев был крещён».

«Людовик Вивес, человек, пользующийся большим историческим авторитетом, говорит: «Никто из древних не крестился, пока не достигал зрелого возраста, и только те, кто этого желал и понимал, что это такое».

 Доктор Тейлор из англиканской церкви говорит: «Крещение младенцев противоречит вечному учению Христа, ибо, помимо прочего, Христос никогда не давал наставлений о крещении младенцев и сам никогда не крестил их, как и его апостолы (которые действительно явились). Всё, что он или его апостолы говорили об этом, требует предварительного крещения, на которое младенцы не способны. — _Liber. Proph._, стр. 289.

«Доктор Мосхайм, широко известный и почитаемый как выдающийся представитель педобаптизма,
говорит в своей «Церковной истории первого века»: «К крещению допускались только те, кто был предварительно
ознакомлен с основными положениями христианства и _также
предоставил удовлетворительные доказательства благочестия_ и искренних намерений».
О втором веке он говорит следующее: «Таинство крещения в течение этого века совершалось публично дважды в год, на праздниках Пасхи и Троицы.  Крещаемых после того, как они
Они повторяли Символ веры, исповедовались и отрекались от своих грехов, особенно от прелюбодеяния, блуда, воровства, убийства, чревоугодия, любодеяния, кражи, лжесвидетельства, хулы, гордыни, анархии, ереси и атеизма. Затем их погружали в воду и принимали в царство Христа торжественным призыванием.  Конечно, они не были младенцами в бессознательном состоянии.

«Неандер, ещё один ваш историк с мировой репутацией, прямо говорит:
«Крещение сначала совершалось только над взрослыми, поскольку люди привыкли считать крещение и веру неразрывно связанными. У нас есть все основания не считать крещение младенцев апостольским установлением, и его признание (которое последовало
несколько позже) как апостольская _традиция_, служит подтверждением этой гипотезы».

«Коулман, ещё один ваш писатель и гражданин нашей страны,
говорит: «Хотя _необходимость_ крещения младенцев была _доказана_ в Африке
и Египте в начале _третьего_ века, даже до конца _четвёртого_ века оно
не было общепринятым, особенно в Восточной церкви, и в конце концов
стало общецерковным институтом в эпоху Августина», которая, как вы
знаете, пришлась на начало пятого века.

“Теперь скажите мне, какого рода совесть должна быть у ваших министров, когда они
утверждают, перед лицом таких свидетельств, как это, от их собственных самых
выдающихся историков_, что младенцы всегда считались подходящими подопытными
для крещения! Но это еще не все. У нас есть положительное доказательство того, что
Константин и Григорий, а также множество других выдающихся людей, чья история задокументирована и которые, как известно, родились в христианских семьях и воспитывались в христианских общинах, были крещены только после того, как в зрелом возрасте заявили о своей вере. При этом есть
До 370 года от Рождества Христова не было зафиксировано ни одного случая крещения _ребёнка_.
Единственным исключением был сын императора Валленса, который, как считалось, умирал и был крещён по приказу его величества, поклявшегося, что не допустит возражений.
Более того, это был не младенец, а шестилетний мальчик. — _См. «Историю» Робинсона_.

«Теперь, если, несмотря на эти свидетельства, они будут утверждать, что крещение младенцев практиковалось, пусть они представят доказательства. Пусть они приведут хотя бы один случай. Пусть они докажут, что их собственные самые выдающиеся церковные историки лгали
свидетели, и мы придадим их показаниям должное значение».

 «Но, конечно же, мистер Кортни, — ответила миссис Эрнест, — наши священники не могут быть знакомы с этими свидетельствами».

 «Тогда это их вина, — сказал он. — Эти книги есть в их библиотеках — они цитируют их по другим вопросам — и если они не знают, чему учат эти книги, то только потому, что намеренно закрывают глаза на свет, чтобы оставаться в неведении».

«Вы говорите, — возразила Феодосия, — что эти авторы, которые идут на такие уступки, — педобаптисты. Они были членами церквей, которые
крестить младенцев окроплением. Сами они были крещены окроплением в младенчестве; и всё же они самым решительным образом заявляют,
что Христос не заповедовал этого, апостолы не предписывали этого,
и первые христиане не практиковали ничего подобного ни в то время,
ни в течение нескольких сотен лет. Как же тогда они могли
добросовестно оставаться в церковной общине хотя бы один день?
Я не могу понять, что за совесть у таких людей.

— Я тоже не могу, мисс Эрнест, но я позволю им самим за себя ответить.
Один из них — учёный Курцелл, который говорит: «Крещение младенцев не было известно в мире в первые два столетия после Христа. В третьем и четвёртом веках оно одобрялось немногими, но в конце концов, в пятом веке, оно стало распространяться в разных местах. И поэтому, — продолжает он, — мы, педокресты, соблюдаем этот обряд как древний обычай, а не как апостольское установление». Обычай крестить младенцев появился не раньше III века после Христа, и в течение первых двух столетий о нём не было ни малейшего упоминания.  Или, если вам так больше нравится
Чтобы ознакомиться с недавним изложением их доводов, возьмите «Циклопедию библейской
литературы» Китто, стандартный богословский труд педобаптистов, и откройте страницу
287, том 2».

«Книга лежит у меня на столе, — сказал дядя Джонс. — Вот, Тео,
найди нужное место и читай. Вот оно».

«Крещение младенцев не было установлено ни Христом, ни его апостолами. Во всех местах, где говорится о необходимости крещения, будь то с догматической или исторической точки зрения, очевидно, что оно предназначалось только для тех, кто был способен понять проповедуемое слово.
о том, что они обратились ко Христу по собственной воле.

 «Довольно убедительным свидетельством того, что во времена апостолов такого не было, может служить 1 Кор. 7:14, поскольку Павел наверняка упомянул бы о крещении младенцев ради их святости;
но даже в более поздние времена некоторые церковные учителя, такие как
Тертуллиан (De Bapt.) и другие, отвергали этот обычай. Действительно, его церковь
в целом (церковь Северной Африки) дольше других придерживалась
первоначальных правил. Даже когда крещение младенцев уже
_теоретически_ было заимствовано у апостолов, его _практика_ была
тем не менее долгое время оставался в зрелом возрасте».

 — Разве вы не говорили, что автором этой работы был педобаптист, мистер Кортни?

 — Конечно, говорил. Она была подготовлена рядом очень образованных и выдающихся богословов-педобаптистов и считается среди педобаптистов классическим богословским трудом.

— Что ж, должна сказать, что богословы-педобaptists — странные люди, — ответила Теодосия. — Но я продолжу: «В поддержку противоположного мнения сторонники [младенческого крещения] в прежние времена (сейчас их почти не осталось) ссылались на Мф. 19:14: «Пустите детей приходить ко Мне и не препятствуйте им, ибо таковых есть Царство Небесное».
и т. д.; но самым сильным аргументом в их пользу является требование крестить всех членов дома или семьи, 1 Кор. xvi. 17; Деян.
viii. 8; xvi. 33; но ни в одном из этих случаев не было доказано, что среди них были маленькие дети. И даже если бы они были, не было необходимости прямо запрещать им креститься, поскольку такое запрещение подразумевалось само собой.

“Конечно, мистер Кортни, человек-Предтеча!”

“Нет,” сказал мистер Кортни ... “Читать далее. Вы придете к своей сильной
причины в настоящее время”. Она читала на:

«Многие обстоятельства способствовали раннему введению крещения младенцев.
Путаница между внешними и внутренними условиями крещения и приписываемый ему магический эффект; путаница в представлениях о видимой и невидимой церкви; осуждение всех, кто не принадлежал к первой; учение о естественном падении человека, столь тесно связанное с предыдущим; и, наконец, желание отделить христианских детей от иудейских и языческих и более эффективно поручить их заботам христиан
община — все эти обстоятельства и многие другие способствовали введению крещения младенцев в очень ранний период».
«Теперь мы перейдём к _его доводам_. Он сказал нам, что этого нет в Священном Писании; что это не было предписано Христом; что это не было известно апостолам; что это было порождением заблуждения, согласно которому крещение обладало магической силой, а также ошибочного представления о том, что без него никто не может быть спасён, — и это лишь некоторые из обстоятельств. А теперь, если хотите, читайте дальше и узнайте, почему он, несмотря на всё это, является педобаптистом.

«Но, с другой стороны, крещение детей вовсе не _противоречит_
принципам христианской религии, после того как было сказано о разделении возрождения и крещения; ведь поскольку невозможно определить, когда начинается первое (истинным доказательством его существования является только святость, сохраняющаяся до конца жизни человека), _наиболее подходящим моментом для крещения, очевидно, является начало жизни_.  Тем не менее для завершения крещения необходимо исповедание веры. Таким образом, конфирмация или аналогичная церемония является
очень важное завершение. _fides infantium_ [вера младенцев] — это абсурдное предположение, о котором в Священном Писании ничего не говорится. «С другой стороны, крещёному ребёнку настоятельно рекомендуется быть частью общины и пребывать в Духе Божьем, становясь объектом воспитания и святого влияния церкви: 1 Кор. vii. 14, _поэтому природа и опыт учат нас сохранять крещение младенцев_, раз уж оно было введено».

— О да, — сказала миссис Джонс, — я всегда проявляю гораздо больший интерес к крещёным детям. Это такая благословенная привилегия
приведите наших малышей к Богу и посвятите их Ему в присутствии всего Его народа».


«Что касается меня, — ответил мистер Кортни, — то я предпочитаю Христа и его
апостолов «природе и опыту» в качестве моих учителей в вопросах религии.
Действительно, это благословенная привилегия — иметь возможность посвятить наших детей
Богу; и для этого у нас есть все полномочия, данные нам Словом Божьим. Мы должны посвятить их Ему с верой и молитвой и воспитать для Него.
Но позвольте мне сказать вам словами доктора Дуайта, одного из самых выдающихся служителей вашей церкви: «Ничто не является привилегией в
В религиозном смысле это то, что Бог сделал таковым; и Он не сделал ничего таковым, кроме как по-своему и на своих условиях. Крещение — это привилегия, если оно совершается и принимается так, как Он установил, _и ни как иначе_. Когда этот обряд совершается каким-либо иным образом, это явно не является послушанием Его повелению и, следовательно, не несёт в себе обещания — и, позвольте мне добавить, не даёт повода надеяться на благословение». — _Проповеди Дуайта_, т. IV, с. 343.

 «Я почти боюсь, — сказал дядя Джонс, — что вы посчитаете меня придирчивым, но я всё ещё не могу быть полностью удовлетворён этим вопросом. Вы
Действительно, было очень ясно показано, что многие выдающиеся историки и авторитетные писатели, которые, как известно всему миру, были
педобаптистами, признавали — и, по сути, в некотором смысле _доказывали_, — что крещение младенцев не практиковалось до III века или позже.
 Но всё же мне кажется, что я видел цитаты из трудов самих ранних отцов церкви, которые доказывали, что крещение младенцев практиковалось с самого начала. Не было ли недавно обнаружено какой-нибудь древней рукописи, которая проливает свет на это
предмет? Я уверен, что до меня доходили какие-то слухи о подобном.

“Вы нисколько не ошибаетесь”, - ответил мистер Кортни. “Рукопись
Ипполит был найден в 1842 году в армянском монастыре на горе Афон, в
Турция, автор Миноидес Минас, известный греческий ученый, которого
в то время М. Виллеман нанял для поиска древних книг и
рукописей. Эта работа была тщательно изучена многими выдающимися критиками и учёными, и теперь нет никаких сомнений в её подлинности.
 Бунзен, очень известный учёный-педобаптист, положил её в основу своей
книгу о ранних церквях, при подготовке которой он также консультировался с древними канонами и постановлениями».

«Но, пожалуйста, расскажите нам, кем был Ипполит?»

«Он был пастырем или епископом церкви в Понте, недалеко от устья Тибра, в Италии, и был учеником Иринея». Он жил в начале III века и, вероятно, написал рассматриваемую работу примерно через 225 или 230 лет после Христа.

 — Ну и что он говорит о крещении?

 — Он пишет: «В наши дни мы никогда не выступали за крещение детей, которое
в моё время _только начали практиковать_ в некоторых регионах, разве что в качестве исключения и новшества. Мы не знали о крещении _младенцев_».
А мистер Бансен, его переводчик и редактор, добавляет (т. 3, с.
180): «Педобарботирование в более современном смысле — то есть крещение новорождённых младенцев с заступничеством родителей или других опекунов — было совершенно неизвестно ранней церкви не только до конца II века, но и до середины III века».


«Но, — спросила миссис Джонс, — разве ранние отцы церкви не высказывались в пользу крещения младенцев?»

— Ни _слова_, мадам, за первые два столетия — ни единого намёка.
Это ещё не было изобретено. Они никогда _не слышали об этом_; и, насколько мы можем судить по их трудам, они даже не _думали_ об этом.


КЛЕМЕНС, которого причисляют к первым и который, как говорят, был спутником Павла, пишет: «Те, кто прошёл через испытание и обучение, являются достойными крещения».

 «Игнатий, который был того же возраста, что и Иоанн, и, как говорят, был его учеником, а также видел и разговаривал с Петром и Павлом, говорит: «Крещение должно быть
после проповеди должно сопровождаться верой, любовью и терпением».
Другими авторами этого века были Климент Римский, Поликарп, Гермес и Варнава (?); но те, кто тщательно искал, признают, что ни в одном из их трудов нет ни слова о крещении младенцев. Во II веке доктор Ф. А. Кокс, которого цитирует Орчард, говорит:
«Иустин Мученик, Афинагор, Феофил Антиохийский, Татиан, Минуций, Феликс, Ириней и Климент Александрийский — вот христианские писатели II века, которые до сих пор
«Не говоря уже о том, чтобы прямо говорить о крещении младенцев, не произнесите ни слова на эту тему».

 «Климент действительно говорит: «Крещеные должны быть детьми по злобе, но не по разуму; даже такими детьми, которые, как дети Божьи,
сбросили ветхого человека с его одеждами нечестия и облачились в нового человека». Это единственные дети, о которых он говорит как о имеющих право на крещение».

 «Вы упомянули Иринея», — сказал дядя Джонс. «Если я не ошибаюсь, я слышал, как его цитировали в поддержку крещения младенцев».

 «Я в этом не сомневаюсь. Те богословы, которые считают крещение
и возрождение — это одно и то же. В его трудах можно найти следующее предложение: «Христос прошёл через все века человечества, чтобы спасти всех; всех, я говорю, кто был _возрождён_ им
Бог — младенцы, и дети, и юноши, и люди в зрелом возрасте».
Это _единственный_ намёк, который, как утверждается, делает Ириней Лионский на крещение младенцев.
Некоторые имели наглость, не говоря уже о нечестности, утверждать, что Ириней Лионский считал крещение и возрождение одним и тем же, и что Ириней Лионский в некоторых местах говорит о крещении младенцев.
_другое_ место, где слово «возродить» используется в значении «крестить», — вычеркнуть здесь _возрождённое_ и заменить на _крещёное_, а затем сослаться на Иринея как на сторонника крещения младенцев».


«Я уверена, — сказала Теодосия, — что дело должно быть очень слабым, раз требует такой поддержки, и что сторонники этого дела должны быть очень слабыми, раз опускаются до таких аргументов в его пользу».

«Некоторые также утверждают, что Иустин Философ признавал крещение младенцев, когда говорил некоторым пожилым христианам, что они были последователями Христа с детства; или, как эти люди
читать, с самого _младенчества_. Но хорошо известно, что в те времена
всех _несовершеннолетних_, то есть всех, кому не исполнилось двадцати пяти лет, поскольку этот возраст считался пределом зрелости, часто называли детьми и даже младенцами. И мы читаем о некоторых случаях, когда люди становились епископами, будучи _младенцами_, то есть до того, как достигли совершеннолетия; и о многих людях, которые приняли мученическую смерть, будучи _младенцами_, и искренне исповедовали веру, которую чувствовали в своих сердцах и которая была запечатлена их кровью. Баптисты крестят столько младенцев, сколько смогут
как желание войти в церковь Иисуса Христа. Но вы не
обвините нас в том, что мы крестим младенцев, находящихся без
сознания;[3] а те, о ком упоминает Иустин Мученик, не были
_крещены_ в младенчестве, но с детства следовали за Христом. Только в начале III века мы находим самое первое достоверное упоминание о крещении детей.
Это были не младенцы, а маленькие мальчики и девочки, достаточно взрослые, чтобы _просить о крещении_, но ещё слишком юные, чтобы понимать его значение.

«К тому времени спасение и крещение стали считаться неразделимыми, и любящие родители начали с тревогой спрашивать: «Что станет с нашими детьми, если они умрут некрещеными?»  На это обычно отвечали, что они должны быть потеряны для вечности.  Почему бы тогда не крестить их и не обеспечить им спасение?  Кажется, некая богатая дама по имени
Квинтилла, которая, вероятно, была матерью и испытывала вполне естественное беспокойство за своих малышей, пришла к выводу, что если они просят о крещении, то должны его получить, независимо от того, свидетельствуют ли они о своём обращении
или нет; и она написала письмо Тертуллиану, епископу Карфагенской церкви, чтобы получить его одобрение этой новой доктрины. Ответ Тертуллиана на это письмо сохранился и содержит первое несомненное упоминание о крещении детей, зафиксированное в анналах церковной истории.

«Если бы крещение младенцев было всеобщим обычаем, как утверждают некоторые, — сказала Теодосия, — у Квинтиллы не было бы повода писать Тертуллиану на эту тему, потому что детей крестили бы в любом случае, независимо от того, просили они об этом или нет».

— Совершенно верно; и Тертуллиан ответил бы ей, что в церкви всегда было принято крестить маленьких детей и ей не нужно даже ждать, пока они попросят об этом; но он так не поступил.
 «Те, кто совершает крещение, — говорит он, — прекрасно знают, что его нельзя проводить необдуманно». Добрая леди, очевидно, считала, что этого достаточно, если дети могут _просить_ об этом, и процитировала Писание: «Просящему у тебя дай». На это Тертуллиан отвечает: «Что! Просящему у тебя дай! Каждый имеет право на это, как на милостыню! Нет! Скажи:
«Не давайте святыни псам и не бросайте жемчуга вашего перед свиньями, не убивайте и не прелюбодействуйте, не носите в себе греха других». Похоже, она имела в виду случаи с евнухом и Павлом, которые получили таинство, как только попросили об этом. На это Тертуллиан отвечает: «Если Филипп крестил евнуха на месте, давайте вспомним, что это было сделано по прямому указанию Господа». Евнух был _верующим_ в Писание;
наставление, данное Филиппом, было своевременным; тот, кто проповедовал,
другой увидел Господа Иисуса и уверовал в Него. Вода была рядом,
и апостол, закончив дело, был схвачен. Но вы скажете, что Павел был крещён сразу. Верно, потому что Иуда, в доме которого он был, сразу понял, что он — сосуд милосердия. Снисходительность
Бога может проявляться так, как ему угодно, но _наши желания_ могут ввести в заблуждение нас самих и других.

«Эта дама, похоже, как и вы, ссылается на слова Иисуса:
«Пустите детей приходить ко Мне и не препятствуйте им» и т. д. А Тертуллиан говорит, как и баптисты сейчас:
«Господь действительно говорит, чтобы они не препятствовали им приходить ко Мне; и
пусть приходят, пока растут; пусть приходят и _учатся_, и пусть их _наставляют_, когда они приходят; _и когда они поймут
христианство, пусть назовут себя христианами_.

 В другом своём сочинении Тертуллиан говорит: «Только взрослые могут быть крещены, потому что от крещёных требуются пост, исповедь грехов, молитва,
исповедание веры, отречение от дьявола и его дел».

«Таким образом, очевидно, что в то время, в начале III века, о крещении детей только начали говорить.

«Как бы странно это ни звучало, ваши богословы привыкли основывать самые убедительные из всех своих исторических аргументов на этом письме Тертуллиана к Квинтилле».

 «Как такое возможно?»

 «Они говорят, что крещение младенцев должно было _существовать_, иначе Тертуллиан не стал бы ему противиться. Если оно существовало _тогда_, то должно было существовать с _самого начала_, потому что у нас нет сведений о его введении и о каком-либо предшествующем противодействии ему. И невероятно, что его могли принять без сопротивления».

 «И что вы можете ответить, — сказала миссис Джонс, — на такие рассуждения, как
что это такое?»

«Мы просто говорим, что раньше его _не_ существовало. Что это _первое_ предложение о его введении и что оно было отклонено».

«Очень убедительно, должен сказать! Но какие у вас есть доказательства того, что это было первое предложение?»

«Лучшее доказательство из возможных: _оно первое в истории_. Если сторонники крещения младенцев скажут, что было какое-то предыдущее предложение, пусть они _представят_ его. Но мы могли бы обосновать нашу защиту иначе. Мы могли бы
признать, что крещение младенцев в начале третьего века было общепринятым и признанным _обычаем церквей_, и всё же
ни в коем случае не следует, что он был получен от апостолов
или имел какую-либо божественную силу.

 «Вы не верите, что епископальный и католический обряд конфирмации
имеет божественную силу, и всё же его можно проследить вплоть до крещения младенцев. Вы не верите, что существует какая-либо божественная сила,
которая крестит крещёных, но Тертуллиан ясно признаёт, что в его время _это_ было распространённым обычаем. Итак, он
даёт новокрещёным смесь молока и мёда и помазывает их святым елеем. Учение о возрождении через крещение и
Представление о чистилище восходит к этому раннему периоду или даже к более раннему, как и
соблюдение некоторых праздников и постов, а также огромное количество
самых абсурдных и глупых обрядов Римско-католической церкви.

«Когда мы впервые прочитали об этих глупостях, они уже были в ходу в церквях; насколько нам известно, им никогда не противостояли; они были в ходу задолго до того, как мы обнаружили там какие-либо следы крещения младенцев, и всё же кто из вас осмелится утверждать на этом основании, что Христос и его апостолы предписывали лишать крещаемых их
одежда — в руки нужно насыпать соли — нужно обмазать слюной священника — выйти из воды в белом — перекреститься —помазанные миром — выходят из воды с зажжённой свечой в руках и т. д. и т. п.

 «По правде говоря, простота Евангелия была искажена ещё во времена апостолов, и им приходилось прилагать немало усилий, чтобы предотвращать и исправлять несанкционированные дополнения и изменения в их учении. _Таким образом, тот простой факт, что мы находим какое-либо учение или обычай в церквях с давних времён, вовсе не является доказательством того, что они были получены от Христа или его апостолов_. Священное Писание — наш единственный ориентир. Вы, протестанты, признаёте это, и этим вы лишаете себя возможности
от всякого обращения к «_преданиям_ первых христиан» в отношении крещения младенцев или чего-либо ещё, касающегося доктрин и обрядов нашей религии. Так что ни для вас, ни для меня не имеет значения, существовало ли крещение младенцев до Тертуллиана. Однако мы показали, что до того времени это не было общепринятой практикой.
Тогда это предложение было выдвинуто впервые, и потребовалось всё третье и большая часть четвёртого столетия, чтобы оно получило хоть какое-то распространение в церквях.
И оно не стало _общепринятым_ церковным обычаем.
Это учреждение просуществовало до времён Августина, в начале V века.


«Это правда, как вы можете прочитать почти у каждого автора, пишущего о крещении, что _Киприан_, преемник Тертуллиана в церкви в Карфагене, получил письмо от некоего Фидуса, о котором больше ничего не известно, кроме того, что он написал такое письмо, в котором спрашивал, как скоро после рождения ребёнка можно крестить. Это произошло примерно через сорок лет после того, как Тертуллиан написал Квинтилле на эту тему. Киприан, похоже, не был
в состоянии решить этот важный вопрос и созвал собор
шестьдесят семь его собратьев-епископов из Северной Африки высказали мнение, что «Божья благодать не должна быть отвергнута ни одному сыну человеческому и что ребёнка можно поцеловать в знак милосердия _как брата, сразу после его рождения_». Это произошло в 257 году нашей эры. Именно этот Киприан высказал мнение, что вода, вылившаяся на человека, лежащего в постели (если он болен и не может погрузиться в воду), заменит крещение.


 «Каков был эффект от этого постановления Африканского собора?»

 «Похоже, что никакого.  Вероятно, это развеяло сомнения
Фидус; и младенцев, вероятно, крестили в Африке в ограниченном количестве, но у нас нет никаких записей о таких крещениях.
Спустя сто лет после этого доктор Уолл, историк-педобаптист, говорит, что часто поступали жалобы на то, что матерей не удавалось убедить погрузить своих детей в воду при крещении.
Спустя более ста двадцати лет после этого Григорий, епископ Константинопольский, высказал своё мнение о крещении младенцев. Вот его слова: «Но некоторые говорят: что ты думаешь о младенцах, которые не способны судить ни о благодати, ни о
Крестить их или нет, в зависимости от того, насколько велика опасность? Крестить их тоже?
Во всяком случае, _если есть хоть какая-то видимая опасность_; ведь лучше, чтобы они были освящены, не зная об этом, чем чтобы они умерли, не получив печати и посвящения. Что касается _других_, то я высказываю своё мнение о том, что, когда им исполняется три года или около того (потому что тогда они могут слышать некоторые мистические слова и отвечать на них; и хотя они не понимают их в полной мере, они могут получать впечатления),
они могут быть _освящены душой и телом_ великой тайной посвящения.

«Но ни указ шестидесяти семи епископов Киприана, ни мнение самого Григория, похоже, не убедили простой народ;
ибо в следующем поколении — в начале V века —
священники и епископы, поддержавшие новую практику, которая,
несомненно, была выгодна их собственным кошелькам, если не душам
маленьких христиан, крещённых водой, сочли необходимым собраться
на торжественном соборе и издать ещё один указ, гласивший, что
«младенцев следует крестить для отпущения грехов и что все, кто
отрицает это учение, должны быть прокляты»

«До этого великое множество верующих, опечаленных и возмущённых
коррупцией и нововведениями, проникшими в так называемую
католическую церковь, отделились и образовали собственные общины.
Из аргументов и указов, призванных вернуть этих _еретиков_ в лоно Матери-церкви, следует, что в некоторых аспектах они были очень похожи на наши баптистские церкви.

«Католический епископ Августин спрашивает: «Какую пользу может принести таинство крещения Христово младенцам, находящимся без сознания?»

«И на этот вопрос он отвечает: «Что касается этого вопроса, то благочестиво и истинно верующие считают, что вера тех, кто крестит ребёнка, приносит ему пользу». Но поскольку это рассуждение не показалось достаточно убедительным, был созван другой собор, который постановил:
 «Что они желают, чтобы всякий, кто отрицает, что маленькие дети освобождаются от погибели и обретают вечное спасение через крещение, был проклят». И это решение было подтверждено и одобрено Папой Римским в 417 году.
С тех пор мы можем считать крещение младенцев и крещение
спасение как установленная доктрина того тела, которое историки привыкли называть Церковью. Но указа с приложенным к нему проклятием оказалось недостаточно, чтобы убедить упрямых баптистов. Они
отказывались крестить своих детей и отрицали крещение католиков, отказываясь принимать их в свои общины, пока те не будут крещены ими самими. Католики называли это повторным крещением, или анабаптизмом.
Отсюда и название «анабаптисты», которое закрепилось за нами почти до наших дней. За эти тяжкие преступления католики отвергли нас.
против них была направлена мощная рука светской власти. Они добились от императора указа, согласно которому не только те, кто принимал повторное крещение, но и те, кто принимал таинство из их рук, должны были быть преданы смерти. «По этому закону, — пишет Гиббон, — триста епископов и несколько тысяч представителей низшего духовенства были изгнаны из своих церквей, лишены церковных владений и сосланы на острова». С этого дня и по сей день в каждой стране, где у педобаптистов была власть, наши братья подвергались жестоким и беспощадным гонениям.
гонения. Мы можем проследить их путь по страницам истории, освещённым
огнём, который поглотил их, и реками крови, которую они
пролили в свидетельство своей веры. Миллионы и миллионы этих
убитых святых стоят сейчас рядом с теми, кого обезглавили за
свидетельство об Иисусе; убитыми не их языческими врагами,
а их так называемыми братьями-христианами! — людьми, которых
ваши писатели называют «
Церковь», и чью историю вы записываете как историю Церкви!!!

 «Когда началась эта смертоносная работа, они упрекали Августина (которого
историки называют его _святым_) со смертью их пастырей, и сказал ему, что в судный день Бог потребует от него крови этих мучеников. «Мученики! — ответил он. — Я ничего не знаю о ваших мучениках.
 Воистину, мученики! Мученики дьявола! Вне церкви нет мучеников». У нас нет времени прослеживать их историю в последующие века под разными именами, которые им давали, как
Донатисты, новацианцы, катары или пуритане, паулицики, хенрики, петробрусианцы, меннониты, альбигойцы, вальденсы и т. д.; но позвольте мне
Если вы хотите продолжить изучение этого вопроса, я бы посоветовал вам прочитать
«Историю иностранных баптистов» Орчарда, в которой на небольшом
пространстве содержится огромное количество информации об этих гонимых и
страдающих учениках Иисуса».

«Не думаю, — сказал профессор Джонс, — что нам нужно сейчас тратить время на этот вопрос. Признаюсь, я более чем
убеждён. Меня только удивляет, что эти факты не более известны».

— Они являются общественным достоянием, — ответил мистер Кортни, — и давно известны баптистам. Но ваши друзья-педобаптисты не станут их читать или
послушайте их. И когда мы буквально обращаем их внимание на это,
они считают само собой разумеющимся, что здесь должна быть какая-то ошибка, иначе
они бы услышали об этом от своих собственных священников. Но я согласен с вами в том, что мы уже достаточно долго беседуем, а поскольку сегодня вечером в здании суда будет проповедь, предлагаю прерваться и встретиться снова завтра.

— Надеюсь, вы встретитесь здесь, — сказала миссис Джонс, — потому что у меня есть ещё одно очень серьёзное обвинение против баптистов.


 — Позвольте мне, мадам, узнать, в чём оно заключается, чтобы я мог лучше подготовиться к встрече.

«Это ваше _тесное общение_. Я почти готов признать, что
погружение в воду — это единственное крещение и что в Священном Писании не говорится о том, что младенцев нужно крестить, — хотя даже в этих вопросах вы, должно быть, ошибаетесь, ведь наши священники, безусловно, так же образованны и благочестивы, как и ваши, и тем не менее они всегда представляли факты в совершенно ином свете, чем вы».

— Но вы забываете, миссис Джонс, что я установил это на основании свидетельств _ваших собственных историков_ и _ваших собственных священников_.
факты. Я почти не цитировал баптистских авторитетов. Люди, которые говорят, что в Священном Писании нет ни заповеди, ни примера крещения младенцев, являются одними из самых образованных и выдающихся представителей _вашей собственной_ церкви. Люди, которые говорят, что само слово «крещение» означает «погружение» и что церковь на протяжении веков практиковала только погружение в воду, — это такие люди, как Макнайт и Чалмерс, одни из самых выдающихся представителей _вашей собственной богословской школы_. Те, кто утверждает, что
_несомненно_ крещение младенцев не было предписано Христом или
Апостолами, которые были представлены только после второго столетия, являются
такие люди, как Неандер, Коулман и Китто, одни из самых образованных и
выдающийся из ваших собственных церковных историков и библейских критиков.
Такие люди не стали бы говорить подобных вещей, если бы их не вынудила истина”.

“Это очень странно, мистер Кортни; но я не могу отрицать, что это правда.
и я могу быть убежден, что вы правы в этих вещах; но я уверен
Я никогда не смогу смириться с вашей практикой ограниченного общения.

 — Не будьте так уверены в этом, мадам.  Я не сомневаюсь, что смогу
покажу вам завтра, что _ вы, пресвитериане, так же ограничены
в плане общения, как и мы_. Единственная разница между нами заключается в
в вопросе, что такое крещение? Но пришло время перейти на
конференц-зал”.

Они нашли дом уже заполнен, и услуги, которые были начаты при
они приехали. Они пробыли там недолго, когда те, кто стоял рядом
к двери подъехал всадник и спешился. Это был мистер Перси. Мой читатель помнит, что после написания того письма Теодосии он
отправился в другой округ, чтобы предстать перед окружным судом. Он добрался до
Он приехал в субботу утром, незадолго до начала церковной службы, и посетил пресвитерианское собрание. В любое другое время он, вероятно, сослался бы на усталость после поездки, чтобы остаться в отеле, но в то утро он был очень несчастен и надеялся, что в церкви ему станет легче от лихорадочной тревоги, терзавшей его разум. Он не мог чувствовать себя
удовлетворённым от того, что поступил правильно, не став сам изучать
вопрос о крещении или пытаясь помешать Теодосии следовать своим
убеждениям в отношении долга. Он хотел
Пока он ехал, ему в сотый раз подумалось, что он никогда не писал того злополучного письма. Однако он ни на секунду не подозревал, какое влияние оно окажет на его собственные матримониальные перспективы. Он был уверен, что мисс Эрнест любит его всем сердцем, и ему никогда не приходило в голову, что это или какое-либо другое событие может привести к разрыву их помолвки или даже к отсрочке свадьбы. Но когда он вспомнил, с какой искренностью она относилась к каждому
Вопрос, касающийся религии, заставил его почувствовать, что он, должно быть,
Это причиняло ей сильную боль, и он горько упрекал себя за то, что позволил своему эгоизму настолько одержать верх над любовью.

Сначала он поздравил себя с тем, что обратился к ней с таким
призывом, который она _не могла_ проигнорировать, и, следовательно,
достиг цели, которую преследовал. Но, поразмыслив, он начал
понимать, что должен уважать её ещё больше и любить ещё сильнее,
если окажется, что её религиозные принципы настолько сильны, а
чувство долга настолько преобладает, что она не прислушается даже к голосу
_любовь_ сама по себе отвращала её от правильного пути.

 Он начал надеяться, что она не обратит внимания на его мольбы и выполнит свой долг. Он хотел бы вернуться вовремя, чтобы сказать ей, что ни за что на свете не станет обременять её совесть. Он утешал себя мыслью, что если его письмо возымеет какой-то эффект, то лишь отсрочит её решение до его возвращения, когда он решит устранить все препятствия на её пути.

Когда он занял своё место в церкви, его сердце и разум были в другом месте.  Если бы он только знал, какое решение она приняла и где она
Он сидел тогда — что же она делала! Он встал, когда прихожане поднялись, чтобы помолиться, и сел, когда проповедник сказал «аминь», как и все остальные,
но он не услышал ни слова из молитвы. Они пели старый знакомый гимн
на мелодию, которую он выучил в детстве; он присоединился к пению,
но когда оно закончилось, он не смог бы сказать, что это была за мелодия и какие были слова. Когда проповедник зачитал свой текст, он словно очнулся ото сна.
Он повторил: «Кто знает, как делать добро, и не делает, тому грех».
Дух тут же применил эти слова к его сердцу. Он почувствовал
что именно так и произошло с ним самим. Он обдумал
смысл заповеди Христа. Он был уверен, что не подчинился ей. Он
знал, что его долг — поступать так, как повелел Христос, но он
намеренно и добровольно отказался это делать; и что ещё хуже, он
использовал всё своё влияние, чтобы убедить мисс Эрнест поступить так же.

Основные мысли проповеди заключались в следующем: во-первых, люди всегда склонны искать оправдания своим порокам.

 Во-вторых, нет оправдания, которое использовалось бы чаще или на которое полагались бы так безоговорочно, как незнание.

В-третьих, хотя невежество, если оно было непреднамеренным и _неизбежным_, может служить смягчающим обстоятельством, как учил нас Иисус, когда говорил, что тот, кто не знал воли своего господина и не исполнил её, должен быть наказан _несколькими_ ударами плетью, тем не менее те, кто мог узнать о своём долге, были _вдвойне_ виновны. Само их невежество было грехом, а у тех, кто знал и признавал свой долг, но пренебрегал им или отказывался его выполнять, не было даже тени оправдания. Какие бы сомнения ни возникали в любом другом случае, их греховность была несомненна, а вина — ужасна.

Когда проповедник остановился на этой последней мысли, на лице мистера Перси отразилась агония
 и на глазах у него выступили слёзы. Он положил голову на скамью перед собой и закрыл лицо, чтобы не привлекать внимания окружающих. Как только прихожане разошлись, он поспешил в свой номер в отеле и провёл остаток дня в мучительных размышлениях о своём прошлом и нынешнем положении. Не только этот грех, но и сотни других, даже больше, чем он мог сосчитать, нахлынули на него
память. Жизнь, полная греха — греха против света, греха против любви, греха против глубоких и простых убеждений, связанных с долгом; грехи его раннего детства, грехи его расцветающей юности, грехи зрелой зрелости — все они толпились вокруг него и, казалось, призывали на его голову небесную кару. Он пытался молиться, как бедный мытарь: «Боже, будь милостив ко мне, _грешнику_». Но его молитва, казалось, отражалась от потолка комнаты. У него не было
посланника, который мог бы вознести его к престолу. Он чувствовал, что потерян. Его грех
был раскрыт, и у него не было Спасителя. Все его надежды рухнули. Он
Он не знал, что делать. Наступила ночь, и он сидел на краю кровати без света, чувствуя, что ночная тьма — это свет по сравнению с тьмой в его сердце.

 Его душевные муки были так сильны, что он не мог думать. Он мог только чувствовать. Он вставал на колени, чтобы помолиться, но не мог произнести ни слова. Он мог только стонать в душе. Он снова вставал и садился на край кровати. Так прошла ночь.
Наконец он бросился на кровать и от изнеможения заснул. Проснувшись, он увидел, что
Утром у него раскалывалась голова, а глаза были красными и опухшими. Он отказался от завтрака и попросил принести ему в комнату чашку кофе. Он чувствовал, что не может заниматься делами в суде, и послал за своим знакомым адвокатом, передав ему список дел с указанием по возможности отложить их рассмотрение, а если это невозможно, то явиться вместо него. Затем он попытался обдумать, что ему следует делать, учитывая его положение грешника перед Богом.
Его мучил не столько страх перед наказанием, сколько
_всепоглощающее чувство вины_! «О! — восклицал он снова и снова. — Какой я грешник! Каким грешником я был! Каким грешником я являюсь! Может ли быть милосердие к такому ничтожеству, как я! Господи, смилуйся надо мной, грешником».


Через несколько часов он приказал оседлать лошадь и отправился домой. Он провёл в пути ещё одну ужасную ночь, извиняясь за то, что так быстро вернулся, и говоря правду: «Я плохо себя чувствовал».


На второй день пути он обнаружил, что его сердце всё чаще обращается к молитве, не столько о _прощении_, сколько об _избавлении_ от
грех. Он ненавидел себя за свою порочность и жаждал освободиться от власти греха. И он всё больше думал об Иисусе как о
Спасителе от _греха_, а не от _ада_, пока наконец не понял,
что обращается к Иисусу, чтобы тот _спас его_ от _его_ грехов. «Да, — сказал он, — он пришёл спасти грешников — не праведников, а грешников». И нарекут имя Ему: Иисус, ибо Он спасает народ Свой _от грехов их_.
Разве Он не спасёт меня? Но я не из народа Его. Я отверженный. Я
предал Его в доме друзей Его. Может ли Он спасти меня?
_ я_? И Дух сказал: “Придите ко мне все вы, кто устал и
обременен, и Я дам вам покой. И _whosoever_ приходит мне в
изгоню вон”. “Конечно,” ответил он, “что включает в себя случай _my_.
Благословенный Иисус, спаси меня. Спаси или я погибну. Спаси, я не могу спасти себя сам.
Спаси, я отдаю себя в твои руки. Да, я принимаю Тебя как своего Спасителя.
 Ты спасешь меня. Ты спасаешь меня. О, драгоценный, драгоценный Спаситель!
 Ты воистину Господь моего сердца. Покажи мне, что Ты хочешь, чтобы я сделал. У меня нет ничего, кроме греха, но у Тебя есть вся необходимая праведность, чтобы
Умоляю тебя. Будь моим заступником. Будь моим Искупителем. Да, ты простишь — ты уже простил. Я вверяю тебе свою душу и верю, что ты способен и готов хранить её до дня искупления.

 Его горе прошло. Он обрёл надежду — он обрёл покой — он обрёл радость. Он ехал домой с радостным сердцем. Что теперь стало со всеми его
возвышенными стремлениями к мирской славе и богатству. Какое ему теперь дело до
положения в обществе, профессиональной репутации и всего того, что
ещё три дня назад составляло его желания. Он считал их чем-то меньшим, чем
тщеславие и ничего больше. Теперь его сердце наполнял лишь один вопрос:
«Господи, что Ты хочешь, чтобы я сделал?»

 Теперь он понимал, что имела в виду Теодосия, когда так много говорила о послушании воле Учителя.
С этими чувствами он въехал в город, не зная, что произошло с тех пор, как он уехал, и ничего не ведая о том, как его письмо повлияло на Теодосию.
ничего о её крещении; ничего о собрании, которое проходило в тот момент.
Он увидел свет в здании суда и услышал пение — спешился и
Он подошёл к двери и узнал, что это собрание баптистов. Без лишних вопросов он вошёл и сел.


Проповедь была посвящена тому, как важно для христиан исповедовать Христа перед миром. В конце проповеди было объявлено, что церковь готова принимать заявления о вступлении в ряды прихожан, и кандидатов попросили занять указанное место, пока братья поют гимн. Едва они начали второй куплет, как
Профессор Джонс и мистер Перси подошли друг к другу с противоположных концов комнаты.
Ни один из них не знал, что другой находится в доме. Оба они
Их сердца были переполнены, и кто бы удивился, если бы они, встретившись, бросились в объятия друг друга и заплакали друг у друга на груди!

 Нужно ли мне рассказывать, как Теодосия опустила на лицо свою тяжёлую вуаль и как громко билось её сердце, пока она ждала слов, которые должны были раскрыть эту тайну?

 Ей не пришлось долго ждать: мистер Перси первым рассказал о своём обращении. Он обратился всего несколько часов назад.
«В этот самый день, — сказал он, — я впервые смог осознать, что мои грехи прощены. Несколько лет назад мне казалось, что я
Я обратился в христианство, но теперь убеждён, что обманывал себя». Затем он начал с того, что признался в своём раннем осознании греха, и рассказал историю своего
приобщения к пресвитерианам, а также о том, как недавно он изучал вопрос о крещении. Хотя он был полностью убеждён, что погружение в воду — это единственное крещение,
он чувствовал, что изменение его церковных связей нанесёт непоправимый ущерб его мирским перспективам.
Он рассказал, как его грех настиг его в далёком городе, какие душевные муки он терпел последние два дня и как Богу было угодно даровать его душе покой.
Он возвращался домой. Он увидел свет в здании суда и, узнав, что там проходит собрание баптистов, решил попросить о крещении.

 Мне нет нужды задерживать внимание читателя рассказом о пережитой им благодати, который поведал профессор Джонс. Мне также нет нужды пытаться описать чувства Теодосии, её матери или миссис Джонс, когда разворачивалась эта сцена. Я просто скажу, что дядя Джонс и мистер Перси, а также ещё полдюжины человек были приняты в общину, и их крещение было назначено на утро субботы.





ИЗУЧЕНИЕ ДЕСЯТОГО НОЯБРЯ.

В основном она посвящена теме «тесного единения».




 Десятое вечернее исследование.


 В соответствии с просьбой миссис Джонс, которая была высказана накануне вечером, когда её гости уже собирались уходить, наша группа исследователей встретилась у неё дома, чтобы выслушать её жалобу на тесное единение. Эта тема приобрела для неё новый и трогательный интерес. Она была связана с её семейными привязанностями. Она чувствовала, что отныне в очень важном смысле она должна быть отделена от своего мужа.
И хотя с того момента, как она увидела, что он _решил_ принять крещение, она
из вежливости и привязанности она воздержалась от дальнейших споров с _ним_,
но её сердце было полно доводов, которые она жаждала высказать кому-нибудь ещё, показав, что по крайней мере в этом вопросе баптисты были самыми фанатичными, эгоистичными, самодовольными и неблагодарными людьми, которые когда-либо заслуживали звания христиан. Миссис Эрнест, хотя и придерживалась того же мнения,
пока её дочь и брат не связались с людьми, которых она раньше так осуждала,
теперь была почти готова признать
что они могут быть правы и в этом, и в других вопросах. По правде говоря, она
была похожа на огромное множество представителей обоих полов во всех наших религиозных общинах,
у которых никогда не было собственного мнения по какому-либо спорному вопросу веры
или практики. Она всегда полностью доверяла знаниям и благочестию своего брата Джонса и своего пастора Джонсона. В том, что _они_ говорили,
она никогда не сомневалась. Для неё они были непогрешимы, как священник для католика. Какое отношение она имела к этим сложным вопросам?
 Разве её пастор не посвятил свою жизнь их изучению? и разве не в
отчасти за это ему и платили — чтобы он думал за людей и рассказывал им, в чём заключается истинная вера и практика евангельской церкви?

Но теперь, когда её _брат_ усомнился в словах пастора, и даже
Теодосия одержала верх в споре, и её уверенность пошатнулась.
Она была в смятении и не знала, где искать истину.
Ей нужно было время, чтобы заново выбрать духовного наставника, и при этом она, скорее всего, больше полагалась на свои чувства, чем на разум.

 Мистер Кортни застал миссис Эрнест и Теодосию за ожиданием его возвращения.
Он вызвался проводить их до дома профессора, и даже Эдвин усердно готовился к урокам, чтобы у него было время пойти с ними и послушать дискуссию. По прибытии они обнаружили, что преподобный доктор Макноут, президент колледжа, зашёл на чашечку дружеского чая. По настоятельной просьбе профессора и миссис Джонс он согласился остаться и принять участие в беседе. Дядя Джонс на минутку вышел, и миссис Джонс начала разговор со слов:

 «Вам не кажется странным, доктор, что мой муж ввязался в
позиция, которая навсегда лишит нас возможности вместе воздавать хвалу Господу? Признаюсь, у меня сердце разрывается, когда я об этом думаю.
— Это действительно тяжело, мадам, но мы все знаем, что профессор Джонс
действовал в соответствии с требованиями своей совести. Я
не думаю, что кто-то из тех, кто его знает, может найти причину обвинить его в чём-то, кроме излишней поспешности в принятии решения. Если бы он
потратил больше времени и изучил весь вопрос как следует, то, должно быть, пришёл бы к другим выводам».

— Нет, доктор, мистер Джонс не действовал поспешно. Это не новая для него тема. Он работал над ней несколько месяцев, и я боялся, чем это закончится. Он изучил её самым тщательным образом и принял решение после долгих раздумий и молитв. Он знает каждый сантиметр земли, по которой ходил, и может объяснить вам причину каждого изменения своего мнения. Он не из тех, кто легко меняет свою веру после поверхностного изучения вопроса.
И именно это меня так беспокоит. Я знаю, что, когда он что-то решает, он открыто заявляет о своём решении.
По его убеждению, он непоколебим, как Гибралтарская скала. Я не надеюсь когда-либо вернуть его. Наши пути отныне разошлись: я пресвитерианин, а он баптист. Он откажется от должности профессора и займётся служением. Я пойду и послушаю его проповедь; я буду присутствовать, когда он будет причащать Святыми Дарами, и ни я, ни его сестра, которая любит его больше всех на свете, кроме меня, — ни одна из нас не сможет причаститься за столом, где председательствует наш брат и муж. Он будет
Он обязан исключить нас из числа тех, кого он называет святыми Божьими, как будто мы не христиане и никогда не рассчитывали на то, что будем вместе на небесах».

 «Что касается меня, — сказала миссис Эрнест, — если брат когда-нибудь станет пастором церкви и решит, что я должна креститься, я позволю ему крестить меня. Я подозреваю, что он так же компетентен в толковании Священного Писания, как и мистер Джонсон, если бы только он приложил столько же усилий для его изучения. Но я не понимаю, почему баптисты не могут вести себя как другие христиане.
_Мы_ всегда приглашаем их за _наш_ стол — почему они не должны приглашать нас
их? Разве мы все не верим в одного и того же Спасителя? Разве мы все не стремимся к одному и тому же раю? Интересно, ожидают ли они, что там будет два стола и они смогут сидеть отдельно в присутствии самого Иисуса, а всех, кто не был под водой, отправят в другую комнату? Нет, нет! Там мы все будем причащаться вместе, и здесь мы все должны причащаться вместе. Я не виню брата или Теодосию за то, что они стали баптистами, потому что знаю, что они были вынуждены сделать это из чувства долга.
Но я виню баптистов за их фанатизм и
немилосердно, и действуя, как будто они думали, что никто не был достаточно хорош
для небес, а себя; и я не вижу, как они гораздо лучше
чем другие люди, после того, как все”.

“Вы ставите вопрос на правильную почву”, - ответил доктор Макноут. “Каждый
человек должен быть полностью убежден в своем разуме, а затем должны быть на
свобода действовать из своих убеждений о долге. Мы требуем этого для себя
мы должны уступить это другим. Если кто-то чувствует, что не может повиноваться Христу, не приняв крещения, пусть примет его. Но пусть не говорит, что его совесть требует крещения, потому что
следовательно, _каждый человек_ должен. Я заявляю, что люблю Господа Иисуса, и искренне и честно желаю, если мне известно моё сердце, повиноваться всем Его заповедям. Но если профессор Джонс полностью убеждён в том, что Господь повелел нам креститься после того, как мы уверовали, то я так же полностью убеждён в том, что Он повелел нам окропиться, когда мы были ещё младенцами в неведении. Таким образом, моя совесть спокойна; и если бы я был крещён, то совершил бы тяжкий грех, потому что сделал бы то, что Христос никогда не заповедовал.
Итак, баптисты не имеют права просить меня поступиться своей совестью, и (я говорю это со всем уважением к вам, мистер Кортни) они не имеют права отстранять меня от трапезы Господней за то, что я не делаю того, что считаю грехом.


 «Вы ставите вопрос в очень резком свете, — ответил мистер Кортни, — и я рад, что вы это делаете. Я хочу честно и откровенно разобраться в этом вопросе.
Я не ищу обходных путей и готов подвергнуть нашу веру и нашу практику в этом и во всех остальных вопросах самым суровым и строгим испытаниям Писанием. Если мы ошибаемся, то ни один человек в мире не должен
Вы торопитесь стать правыми раньше нас, у кого нет другого закона, кроме Писания, и другого вождя, кроме Христа. А теперь давайте рассмотрим ваш аргумент. Вы говорите, что церковь не имеет права, согласно Писанию, исключать из своего общения любого человека, который исповедует любовь к Господу Иисусу и желает повиноваться всем Его заповедям, независимо от того, рассматривает ли он эти заповеди в том же свете, что и церковь, или нет. Многие мнимые христиане, похоже, смотрят на этот вопрос в том же ключе. Говорят, это _Господень_ стол;
и поскольку это его, а не наш стол, то и церковь, в которой он стоит, тоже его
собрание не имеет права исключать из себя тех, кто исповедует любовь к Господу и желает приблизиться к Нему».
«Конечно, — сказала миссис Джонс, — я не понимаю, как какое-либо собрание христиан могло бы присвоить себе право решать, кто может, а кто не может приблизиться к трапезе Господней, и на каком основании они могут делать столь самонадеянное заявление».

— Несомненно, — мягко ответил мистер Кортни, — вы подумаете, что это
великолепная демонстрация моей самоуверенности или баптистского самомнения.
Но я уверяю вас, что могу доказать не только себе, но и вам, что
удовлетворение, но также ваше и доктора Макнаута—

“I. Что каждая церковь Христа имеет исключительное право внутри себя самой
решать, кто должен быть участниками ее общения".

II. Что все педобаптисты, включая пресвитериан, привыкли
признавать и осуществлять это право на тех же общих принципах, что и
Баптисты; и,

“III. Ни одна церковь не может отказаться от этого права или пренебречь им, не совершив тем самым открытого бунта против позитивных требований закона Христа».

 «Я не знаю, — ответила она, — что вы можете сделать в первом случае
и последнее из ваших трёх утверждений; но я уверена, что вы не заставите меня поверить в то, что пресвитериане и методисты верят в тесное общение или практикуют его, как баптисты. Вы и мой муж доказали так много странного, опираясь на Священное Писание, с тех пор как он занялся этим исследованием, что я не буду отрицать, что вы можете доказать всё, что утверждаете, и это зависит от _них_. Но я уверена, что знаю о вере и практике нашей церкви столько же, сколько и вы. И я знаю, что мы
никогда не устанавливали никаких подобных ограничений за нашим столом, как ты обычно делаешь
накройте вокруг себя. Мы всегда рассматривали это как трапезу Господню, и мы
постоянно приглашаем к нашему причастию всех, кто заявляет, что любит имя
Иисус ”.

“Вы почти искушаете меня, мадам, сначала доказать мое второе предложение и
сразу показать вам, что вы, пресвитериане, столь же близки в своем общении
такими, какие мы есть, и что единственная разница между нами в том, что вы более
открыты в своем крещении ”.

— Я бы хотел, чтобы вы это сделали, и тогда, думаю, я смог бы лучше разобраться с вашими доводами по другим пунктам.


 — Хорошо, раз вы этого хотите, мы сначала рассмотрим это, а затем
вернитесь к другому. Если я правильно вас понял, это ваше мнение
что все, кто заявляет о любви к Господу Иисусу, должны быть приглашены к его
столу, и что практика вашего народа соответствует этому
правилу ”.

“Конечно; это трапеза Господня, а не наша. И мы не берем на себя обязательство
определять пригодность тех, кто подходит к ней. Пусть каждый судит
сам. «Пред своим господином он стоит или падает»; пусть придёт тот, кто думает, что в его сердце есть любовь к Иисусу».

 «Тогда, конечно, вы приглашаете католика, которого считаете
последователь и подданный антихриста, человека греха — великого врага и гонителя церкви, о котором было предсказано, что «он истребит святых Всевышнего» Он уверяет вас, что, хотя он любит, почитает и поклоняется Пресвятой Деве, Матери Божьей, он также любит её Сына и святого младенца Иисуса. И он уверяет вас,
более того, что его совесть требует от него быть верным слугой Папы, каковым он, как известно, и является. Если бы он отказался от своей веры и обычаев, он чувствовал бы себя виновным в смертном грехе.
Конечно, доктор, вы бы не исключили его «за то, что он не делает того, что считает грехом».


«Тогда есть ещё унитарии. Они утверждают, что любят Христа и
наслаждаются служением ему, хотя отрицают его божественность и
считают его всего лишь творением. Они искренни и честны в своей вере; конечно, вы принимаете их». Он говорит, что не мог поклоняться Христу, не будучи виновным в идолопоклонстве, а идолопоклонник не может войти в Царство Небесное. Вы ведь не отвергнете его за то, что он не делает того, что, по его _честному_ мнению, подвергнет его душу опасности уничтожения.

«А рядом с ним стоит универсалист. Вы, конечно же, приглашаете его, потому что он говорит, что любит Христа больше, чем любой из нас, и у него больше причин любить его. Мы можем любить его только как Спасителя тех, кто верит и кается, но _он_ может любить его как Спасителя всего человечества.
И он уверяет вас, что счёл бы бесчестным для Бога обрекать душу на вечные муки за те немногие грехи, которые он мог совершить в этой жизни, что он почувствовал бы себя ужасно виноватым, если бы осмелился в глубине души поверить, что сделает это. И я
Конечно, доктор, вы не могли, согласно правилу, которое вы установили некоторое время назад, исключить его за то, что он не верил в то, во что, по его мнению, он не мог верить без греха.

 «В мире есть много людей, которые приходят на ваши собрания, никогда не состояли ни в одном религиозном обществе, но, тем не менее, порой открыто заявляют о своей любви к Иисусу.
 Они благодарят своего Бога за то, что они намного лучше многих членов вашей церкви. Они не только уверяют вас, что любят Бога больше, чем вы или я, но и могут похвастаться тем, что всегда любили его и никогда не переставали любить.
Они мало что сделали, если вообще что-то сделали, за что, по их мнению, он может на них пожаловаться.
 На каком основании вы можете исключить их, если, согласно вашим правилам, это _Господень_ стол и каждый вправе сам судить о своей пригодности к нему? Как вы смеете говорить, что все они не придут и не наполнят ваш стол каждый раз, когда будет накрыто, не смешаются с вами, как равные вам, и не покажут миру, что они во всех отношениях имеют равные права на эту великую и исключительную привилегию церкви Иисуса Христа?

— О нет, мистер Кортни, я не это имел в виду. Я не хочу общаться с
католиками, или унитариями, или универсалистами, или атеистами; и мы, пресвитериане, никогда не приглашали за свой стол таких людей. Я лишь хотел сказать, что мы приглашаем _всех тех, кого у нас есть основания считать обращёнными в веру мужчинами или женщинами, открыто исповедующими свою веру во Христа._

— Ах, мадам, это совсем не то же самое, что приглашать _всех, кто
провозглашает_ любовь к хозяину стола. В конце концов, похоже, что
_вы_, а не _они_, должны судить об их пригодности. Но согласится ли доктор.
Макнот с этим новым правилом? Он говорит, если я правильно его понял, что «ни одна церковь не имеет права или не должна иметь ни малейшего желания исключать из лона своего Господа любого, кто _провозглашает_ свою любовь к
Господа Иисуса и желание повиноваться всем Его заповедям, а также
_искренность_ и честность в убеждении, что его вера и практика
правильны, _как бы сильно они ни отличались от веры и практики церкви_,
причастия которой он ищет».

 «Возможно, я выразился слишком расплывчато», — ответил доктор.
«Я не хотел сказать, что церковь не должна проявлять _свободу воли_ в этом вопросе; я лишь хотел сказать, что она не имеет права исключать тех, кого она считает _истинными христианами-евангелистами_. Вы, баптисты, не делаете вид, что сомневаетесь (по крайней мере, вы часто так говорите) в том, что пресвитериане и методисты, а также члены других евангелических церквей являются такими же хорошими христианами, как и вы сами, и во всех отношениях так же достойны и хороши
Мы так же достойны трапезы Господней, как и вы, за исключением того, что мы не были под водой. А поскольку нам не суждено оказаться под водой,
Поскольку мы добросовестно относимся к тому, что считаем заповедями Христа, вы не имеете права и не должны иметь намерения исключать нас из-за этого.

 — Не обращайте внимания на баптистов, доктор.  Мы ещё вернёмся к ним.  Сейчас мы изучаем практику пресвитерианцев и принципы, на которых она основана, и уже продвинулись в этом. _Вы
не оставляете_, кажется, каждому возможность самому определить,
подходит ли он для причастия. Вы _не приглашаете_ всех, кто
_считает себя_ достойным и подходящим, а только тех, кого _вы_
повод задуматься преобразуются или возрожденные люди—и свидетельство о
что вы считаете их таковыми является тот факт, что они являются членами в хорошем
стоя в одной из этих церквей, которые требуют доказательства обращения
в качестве условия для членства.”

“Именно так, сэр”, - ответил доктор. “Я сам не смог бы более точно описать нашу
практику”.

“Но есть еще одна вещь, которую вы, пресвитериане, требуете помимо
свидетельства об обращении, и без которой вы обойдетесь не больше, чем без
этого”.

— И что же это такое, скажите на милость? — спросила миссис Джонс. — Похоже, вы знаете об этом больше
для нас важнее, чем мы сами для себя».

 «Вы сами ответите на свой вопрос, мадам. Когда человек, ранее не принадлежавший ни к какой религиозной конфессии, обращается от своих грехов, раскаивается и уверует, а также убедительно доказывает, что он стал новым творением во Христе Иисусе, приглашаете ли вы его сразу, без каких-либо предварительных условий, за свой стол причастия?»

 «Конечно, мы так поступаем, как только он публично исповедует свою веру и присоединяется к церкви. Мы, конечно, не могли пригласить того, кто не был
_членом_ какой-либо церкви».

 «Очень хорошо, но как он становится членом? Разве он не
был крещён?»

 «Конечно, если его не крестили в младенчестве, он должен быть крещён.
 Крещение — это дверь в церковь, и никто не может быть её членом, если не был крещён».

 «Возможно, доктор, вы лучше знакомы с практикой вашей конфессии, чем миссис Джонс. Согласны ли вы с ней в том, что никто не может считаться полноправным членом церкви, пока не примет крещение? Или вы приглашаете его за свой стол, как только убеждаетесь, что он обратился в веру?


 «Наши правила в этом вопросе, — ответил доктор, — предельно ясны
изложено на страницах 504 и 505 «Исповедания веры» под заголовком «О ДОПУЩЕНИИ ЛИЦ К ТАИНСТВАМ СВЕРШЕНИЯ»:

«Дети, рождённые в лоне видимой церкви и посвящённые Богу в крещении, находятся под надзором и управлением церкви.
Их следует учить читать и повторять Катехизис, Апостольский
Символ веры и молитву «Отче наш». Их нужно учить молиться, ненавидеть грех, бояться Бога и повиноваться Господу Иисусу Христу. А когда они достигнут возраста, когда можно принимать решения, если они не будут вести себя вызывающе, то пусть ведут себя сдержанно и
чтобы быть стойкими и обладать достаточными знаниями, чтобы распознать тело Господне,
они должны быть проинформированы о том, что их долг и привилегия —
приходить на Вечерю Господню». «Когда некрещёные люди обращаются за
приёмом в церковь, в обычных случаях после того, как они
проявят себя в плане знаний и благочестия, они должны публично
засвидетельствовать свою веру в присутствии прихожан, а затем
быть крещёными».

— А на странице 456, — ответил мистер Кортни, — вы найдёте следующее правило: «Все крещёные являются членами церкви, находятся под её опекой и
подчиняются его управлению и дисциплине; а когда они достигают
возраста, в котором можно принимать решения, _они обязаны выполнять
все обязанности членов церкви_.

 «Таким образом, может показаться,
что, хотя вы, согласно вашему «Исповеданию веры», вольны не
провозглашать публично свою веру в случае тех, кто был крещен в
младенчестве, вы не должны отказываться от крещения. Все крещёные, независимо от того, обратились они в христианство или нет, по достижении совершеннолетия «обязаны выполнять все обязанности членов церкви». И если празднование
Святая Вечеря — одна из обязанностей членов церкви, они обязаны причащаться.
Но никому, кого _вы_ считаете _некрещёным_, каким бы благочестивым он ни был, не может быть позволено приблизиться к вашему столу, как и никому, кого _мы_ считаем некрещёным, не может быть позволено приблизиться к нашему. В чём же тогда разница между вашей практикой и нашей? В каком отношении ваше причастие более открытое, чем наше? Просто и только в этом: в том, что вы,
согласно странице 456 вашего «Исповедания веры», признаёте нерелигиозных
и необращённых, которые никогда даже не заявляли о своей принадлежности к
возрождающая благодать при условии, что они были крещены в младенчестве.
Мы не принимаем тех, кто не подтвердил своё раскаяние и веру достоверными свидетельствами. Однако я должен отдать вам должное и сказать,
что многие из ваших церквей в этой стране настолько пренебрегают вашими собственными правилами, что не приглашают и не требуют, чтобы крещёные дети приходили к столу Господню до тех пор, пока они не докажут своё обращение.
Таким образом, эти церкви и мы сами стоим на одной и той же позиции, то есть мы оба требуем доказательств как обращения, так и крещения, прежде чем
не принимаем и не приглашаем никого к нашему причастию».

 «Но всё же, — сказала миссис Эрнест, — мы не можем стоять на одной почве, потому что _мы_ всегда приглашаем вас, а вы никогда не приглашаете нас».

 «Причина не в том, мадам, что мы действуем по разным принципам, а в том, что мы расходимся во взглядах на _что такое крещение_, а следовательно, и на то, кто был крещён. Вы считаете крещёными всех, кого окропили водой в младенчестве. Мы считаем крещёными только тех, кто был погружён в воду в знак исповедания своей веры. Но вы не приглашаете к причастию тех, кого считаете некрещёными, а _мы_
do. Ваше _крещение_ имеет большее значение, чем наше, но ваше приглашение к причастию _никогда не выходит за рамки вашего крещения_. Разве вы не видите, что все наши разногласия касаются только крещения, а не причастия? Покажите нам, что окропление младенцев — это крещение, описанное в Писании, и мы сможем и сразу же расширим наше приглашение к причастию, чтобы охватить вас всех. Но пока вы не докажете нам это, вы не можете просить нас пригласить тех, кого мы считаем некрещёными.
А вы не можете пригласить тех, кого считаете некрещёными?

«За исключением детей членов вашей церкви, вы требуете
как обращения в веру, так и крещения в качестве предварительных условий для причастия. И по большей части в этой стране, хотя и не в Европе, вы отказываетесь от своего исповедания настолько, что требуете этого даже от них. Вы отказываетесь причащаться с универсалистами, унитариями и католиками, потому что, хотя вы и считаете, что они были крещены, вы не верите, что они пережили возрождение Евангелием. Вы отказываетесь общаться с новообращённым, хотя и убеждены, что он действительно родился свыше.
до тех пор, пока он публично не исповедает свою веру и не будет _крещён_. Именно по этой причине профессор Мозес Стюарт, один из ваших самых способных и образованных писателей, сказал, что если благочестивый член общества квакеров, или Друзей, настолько отступит от своих принципов, что захочет причаститься вместе с ним за столом Господним, то он должен отказаться, если только не будет сначала крещён.

 «Именно так и происходит с нами. Нам также нужны доказательства как обращения, так и крещения.
Мы не требуем ни больше, ни меньше того, что требуете вы.
Вас это не устраивает? Или мы будем и дальше обсуждать этот вопрос?»

— Мне не нужно было объяснять, — ответил доктор, — что пресвитериане
требуют крещения в качестве предварительного условия для причастия. Насколько мне известно, никто никогда в этом не сомневался. Я уверен, что ни у кого никогда не было причин в этом сомневаться.
— Тогда на каком основании вы так яростно жалуетесь на нас, ведь мы
требуем не больше, чем вы?

«Мы жалуемся не на то, что вы требуете _крещения_ как необходимого и неизменного условия для причастия, а на то, что вы требуете _погружения в воду_ и тем самым противопоставляете своё мнение всему христианскому миру.
Вы не только примете крещение, но и должны будете пройти _собственное крещение_, в то время как мы принимаем крещение всех других конфессий, включая вашу. Как же тогда вы можете говорить, что мы стоим на одной почве?

 «Я _не_ говорю, что мы стоим на одной почве в том, что касается _крещения_.
 Здесь я знаю, что мы расходимся во мнениях, поскольку несколько капель, которыми окропляют лоб младенца, находящегося без сознания, отличаются от погружения в воду верующего
Христианин или христианка — в жидкую могилу. Но что касается причастия, то мы согласны, по крайней мере, в том, что касается обсуждаемой темы
обеспокоенный. То есть мы оба нуждаемся в крещении как подготовке к
Библейскому подходу к Трапезе Господней. Вы это свободно признаете. Вы
признаете также, что ни одна пресвитерианская Церковь не имеет обыкновения приглашать или
разрешать приближаться к вашему причастию тем, кого _ вы_ считаете
некрещеным_. Более того, вы признаете, что у вас есть право исключать из вашего сообщества тех, кого вы считаете недостойными.
Поэтому мне нет нужды подробно останавливаться на этом вопросе.
Вы не можете отрицать, что я полностью обосновал
Моё второе утверждение, которое, как вы помните, заключалось в том, что «педобaptistские церкви, даже пресвитерианские, как и баптистские, привыкли признавать и осуществлять право самостоятельно определять, кого следует принимать в своё сообщество». _ И я также доказал, что «вы, как и мы, отказываетесь принимать любого, кто, по вашему мнению, не был крещён».

«До сих пор мы были единодушны; но поскольку вы считаете крещёными многих людей, которых мы считаем некрещёными, вы можете пригласить многих, кому мы должны отказать. В этом и заключается суть всего спора. Теперь позвольте мне
Я хотел бы задать вам один вопрос. Разве пресвитерианская церковь не претендует на право и не пользуется им, чтобы решать _для себя_, что такое крещение, в соответствии со своим пониманием Священного Писания?


— Конечно, претендует, — ответил доктор, — и вы можете найти её решение с цитатами из Священного Писания, на которых оно основано, на странице 146 «Исповедания веры»: «Опускание человека в воду не является обязательным, но крещение правильно совершать путём обливания или окропления».

 «Тогда почему вы или кто-то другой должны жаловаться, если _баптистская_ церковь должна
Чувствует ли она, что имеет такое же право решать сама, в соответствии со своим пониманием Священного Писания, и должна высказать своё мнение и привести тексты, на которых оно основано? А что, если она придёт к выводу, что «необходимо погружать человека в воду» и что крещение вообще нельзя совершать «окроплением» или «обрызгиванием»? Что тогда? Должна ли она вести себя так, будто не верит в это?
Должна ли она подчиниться вашему решению и принять в качестве крещения то, что вы рекомендуете, хотя она искренне верит и заявляет, что это не крещение?
И всё же именно этого вы так скромно требуете от неё, отказывая ей в праве исключать из своего общения окроплённых и облитых членов педобаптистских обществ. Если окропление и обливание не являются крещением, то они не были крещены; а если они не были крещены, то они не подготовлены к общению в соответствии с Писанием».

— Но как можно быть уверенным, — спросила миссис Эрнест, — что к причастию не допустят никого, кто не был крещён? Я знаю, что это обычная практика в церквях всех конфессий, но я не помню, чтобы где-то было сказано, что это обязательно.
прямое изложение Писания, на котором оно основывается ”.

“Нет необходимости, мадам, в каком-либо четком предписании, когда у нас есть
простой и безошибочный пример. Но в отношении этого пункта у нас есть
то, что эквивалентно обоим.

“У нас есть часто повторяемая заповедь — Покайся и крестись, верь и
крестись - показывающая, что крещение было _ когда-то_ за покаянием и
верой, без какого-либо вмешательства. Затем мы видим неизменный пример,
повторяющийся много тысяч раз и показывающий, что эта заповедь была
понята и выполнена буквально. Они уверовали и приняли крещение.
Крещение последовало сразу за исповеданием веры, не оставив времени для соблюдения каких-либо других обрядов. Затем мы читаем, Деян. 2:46, что после крещения они продолжали «преломлять хлеб».


Более того, таинство Вечери — это _церковный обряд_. Он был установлен для соблюдения _церковью_, собравшейся вместе в церковном качестве. И, конечно, в нём могли участвовать только _члены церкви_. И никто никогда не считался членом церкви, пока не был крещён. Это была дверь в мир, обряд посвящения
который был принят в народ Божий и присоединился к нему,
и таким образом получил право на привилегии видимого царства Христова.
Поэтому апостол, обращаясь к древним церквям, часто упоминал об их крещении.
Он всегда обращался к ним как к крещёным людям, которые облеклись во Христа через крещение, которые были погребены с Ним через крещение, которые были насаждены вместе с Ним через крещение, которые в некотором смысле были возрождены через крещение и которые были спасены через крещение.  Это настолько очевидно, что ни одна секта или конфессия не
никогда не считали некрещёных членами церкви и причастниками.
Насколько мне известно, баптисты открытого причастия — первые и единственные
христиане, которые выступали за причастие тех, кого они считали некрещёными.

«Этот благочестивый, образованный человек и превосходный комментатор, доктор Доддридж, автор книги «Возникновение и развитие религии в душе» и многих других замечательных трудов, говорит: «Несомненно, что самые древние отцы церкви всегда говорили о христианах в целом как о крещёных, и также несомненно, насколько нам известно о первобытных христианах, что они были крещёными».
Христианство распространилось настолько, что ни один некрещёный человек не мог причаститься.
Вечеря Господня». — (_«Разные труды»_, стр. 510.) Доктор Уолл, великий сторонник педокрещения, прямо говорит: «Ни одна церковь никогда не причащала людей до их крещения».
«Среди всех абсурдных учений, которые когда-либо существовали, ни одно не утверждало, что люди должны причащаться до крещения». Лорд-канцлер Кинг из Англиканской церкви в своей работе о церкви пишет на странице 196: «Крещение всегда предшествовало Вечере Господней, и никто никогда не причащался без крещения».
Евхаристия не совершалась до тех пор, пока он не был крещён». А те, кто может в этом сомневаться, могут обратиться к свидетельству Иустина Философа, который описывает практику ранних церквей в своей знаменитой «Апологии», адресованной римскому императору, примерно в 138 или 139 году нашей эры. Вы можете найти перевод той части этого памятного документа, которая относится к данной теме, у одного из ваших историков, преподобного Лаймана Коулмана.
Апостольская и первобытная церковь, стр. 340. «После крещения верующего и его воссоединения с нами мы приводим его к братьям, как
Они собираются там, где их призывают, и горячо молятся за себя, за того, кто просветил их, и за всех людей повсюду, чтобы мы жили достойно истины, которую познали, и соблюдали заповеди, чтобы мы были спасены вечным спасением. После молитвы мы приветствуем друг друга поцелуем. После этого президенту приносят хлеб, чашу с вином и водой.
Он берёт их, возносит хвалу и т. д.».
 — О, этого достаточно, мистер Кортни. Я не хотел знать, что Джастин
Мученик, или лорд Кинг, или доктор Уолл, или кто-то ещё говорили об этом, но только то, что было в Священном Писании. Если я правильно понимаю, вы, баптисты, утверждаете, что ваша вера и практика основаны исключительно на них.

— Это совершенно верно, миссис Эрнест, но я подумал, что вам будет приятно узнать, что те же самые Священные Писания, которые привели нас к необходимости крещения как обязательного условия для причастия, в равной степени смогли убедить всех наших самых образованных и ревностных оппонентов, так что, в чём бы ещё мы ни расходились во мнениях, в этом мы согласны. Секта
Сами баптисты, как мне кажется, были первыми и единственными людьми, которые когда-либо пытались доказать на основании Священного Писания, что в церковном общении могут участвовать и некрещёные.
Очевидно, что к этому их привело желание избежать позора из-за тесного общения с некрещёными. Они не могли отрицать, что единственным крещением является погружение в воду, и поэтому не могли не считать своих братьев, принявших окропление, некрещёными.
Они могли общаться с ними, только отрицая, что крещение является необходимым условием для причастия.  Но даже
Роберт Холл, который был лидером или, по крайней мере, самым способным защитником своей секты, несмотря на всю свою обширную эрудицию и выдающееся красноречие, не смог убедить педобаптистов в том, что _они_ должны отказаться от крещения _своих_ прихожан, хотя многие из них и некоторые баптисты утверждают, что были убеждены в том, что _баптисты_ должны отказаться от крещения тех, кто хочет причаститься у них. Но большинство баптистских церквей по-прежнему согласны со своими братьями-педобаптистами в том, что крещение необходимо для причастия, и мы должны продолжать придерживаться этого правила до тех пор, пока
кто-нибудь может найти в Священном Писании какое-нибудь наставление или пример,
противоречащие порядку, столь ясно установленному Христом и апостолами,
согласно которому сначала идут покаяние и вера, затем крещение, а потом преломление хлеба и другие таинства Божьей церкви.

«Совершенно очевидно, что если бы какой-либо иудей или язычник исповедовал свою веру во Христа во времена апостолов, но при этом пренебрегал или отказывался принять Христа в его святом таинстве крещения, то он никогда не был бы допущен к привилегиям члена церкви».

— Конечно, не был бы, — ответил доктор, — потому что тогда не было места сомнениям в природе или цели крещения.
 Апостолы видели, как это происходило, своими глазами.
 Сам Христос.  И все люди знали, что имелось в виду, когда им было велено креститься.
 Если кто-то отказывался или пренебрегал этим, это было _prima facie_ доказательством того, что он не был христианином и, следовательно, не мог причащаться. Это показывало, что он либо не верил, либо в глубине души был непослушен.  Поэтому ранние церкви были вынуждены
отвергайте всех, кто не желает креститься. Но сейчас ситуация совсем иная. Способ крещения во многих умах стал предметом большой неопределённости. Одни думают, что это одно, а другие — что другое; а третьи считают, что это может быть что угодно из трёх вариантов. Итак, поскольку хорошие христиане могут
стремиться поступать правильно, но при этом ошибаться,
как может какая-либо церковь взять на себя право решать, что один из этих способов правильный, а все остальные — нет, и таким образом исключать всех, кто не соответствует её стандартам? Ведь сейчас несоответствие стандартам не является
Дни апостолов — свидетельство неверующего или мятежного духа,
но лишь ошибочного понимания долга, в которое может впасть самый искренний
и благочестивый христианин».

 «Я признаю, доктор, что в этом аргументе есть
много правдоподобного. Это лучшее, что можно предложить в пользу
открытого причастия, и оно смогло убедить некоторых выдающихся баптистов. Но теперь, если вы уделите мне несколько минут своего искреннего внимания, я покажу вам, _что в этом нет ни капли
библейского основания или логической силы_».

— Вы говорите очень уверенно, сэр, и я с радостью уделю вам столько внимания, сколько вам требуется. Но если вы сможете сделать то, о чём говорите, я признаю, что вы мастер логики, — ведь я считаю, что это совершенно неопровержимо.

— Я знаю, доктор, что это лучший и самый сильный аргумент в пользу открытого причастия.
И всё же я уверен, что смогу убедить вас в том, что он не должен иметь _ни малейшего значения_ при решении этого спора, потому что у него нет даже тени основания в Слове Божьем, на которое можно было бы опереться. Но прежде чем я продолжу, я
С вашего позволения, я вернусь к первому общему положению, которое я намеревался изложить, когда мы начали эту дискуссию. Как вы помните, оно заключалось в том, что _каждая церковь Христа имеет исключительное право решать, кто будет частью её сообщества_. Мы уже видели, как ваша церковь и другие церкви привыкли пользоваться этим правом. Это просто право определять, кто будет иметь право на привилегии членства, — право, которое по необходимости должно принадлежать каждой такой церкви
организация, призванная сохранять свою чистоту или преемственность».

 «Я не склонен, — сказал доктор, — спорить с вами по этому поводу. Если баптистская церковь — это церковь Христа, я готов признать, что в определённых пределах она вправе судить о качествах своих членов и прихожан».

 «Что это за «пределы», доктор, о которых вы говорите?»

 «Требования Священного Писания. Она должна требовать только того, что
«Квалификация, соответствующая требованиям Священного Писания».

 «Но кто должен судить о том, чего требует Священное Писание, доктор: церковь или те, кто стремится к её причастию?»

«Она, конечно, должна судить сама. Священное Писание дано ей для руководства. Она должна сама всё изучить и руководствоваться своим пониманием его наставлений. Те, кто не является её членами, не имеют права диктовать ей, как принимать их самих, — это само собой разумеется».

— Но, доктор, что, если она, внимательно изучив Священное Писание, придёт к выводу, как это сделала ваша церковь, что к причастию не допускаются некрещёные?


 — Тогда, разумеется, она поступит так же, как и мы, — не допустит к причастию некрещёных.

«Но предположим, что она придёт к дополнительному выводу, что окропление и обливание — это не крещение и что, вопреки решению вашей церкви, _окунание человека в воду необходимо_ для крещения, как это описано в Писании. Что тогда?»

 «Тогда, я полагаю, она не должна принимать никого, кто не был таким образом «окунут», потому что она не может признать крещёными никого, кроме тех, кто был «окунут».

 «Конечно, должна. Это само собой разумеется. А теперь, доктор, я надеюсь, вы
видите ошибочность вашего хваленого аргумента в пользу открытого причастия. Ведь если каждая церковь будет сама решать, кто может причащаться, то
по законам Христа, и если _она_ должна быть толкователем и судьёй этих законов и если её приведут к выводу, что эти законы требуют, чтобы каждый причащающийся _был крещён_, что она сможет сделать для тех, кто был лишь окроплён или обливан? Должна ли она отвергать их, какими бы хорошими и благочестивыми они ни были? Они могут быть искренними и честными, могут быть умными и образованными, но _они_ не должны решать этот вопрос _за_ церковь. Те, кто вне церкви, не могут диктовать условия
общения тем, кто внутри. Церковь должна сама
исследуйте. Она должна принять решение сама, и по своему собственному решению она
должна действовать. Что делать, если природа крещения _be_ предметом сомнений
много добрых и святых людей—она как церковь не имеет ничего общего с их
сомнения, если они являются ее членами. Что, если хорошие и благочестивые люди, стремящиеся поступать правильно, иногда ошибаются? Церковь не должна отказываться от того, что считает правильным, и тоже ошибаться только для того, чтобы угодить им. Напротив, она должна стоять твёрдо, как великая скала в пустыне, как неизменный и устоявшийся ориентир, который люди могут видеть издалека в
их странствия и с его помощью вернуться на старые тропы. Если
другие, подобно моряку в море без карты и компаса, блуждают туда-
сюда, гонимые всеми ветрами доктрин, — она должна стоять, как маяк,
у подножия которого ветры и волны тщетно бьются друг о друга,
стоя вечно прямо и посылая далеко через океан сомнений и
неопределённости спокойный и неизменный свет, по которому они
могут направить свой курс в предназначенную гавань.

 «А теперь
взгляните ещё раз на свой аргумент. Во времена апостолов каждый
Все точно знали, что такое крещение, и каждая церковь была обязана исключать из своих рядов всех, кто не был крещен. Но теперь многие добрые и благочестивые люди сомневаются в том, что такое крещение. Одни думают, что это одно, а другие — что другое; и _поэтому_ ни одна церковь Иисуса Христа не должна иметь какого-либо мнения по этому поводу; и каждый должен быть принят, кто считает _себя_ крещёным. Церковь не имеет права решать даже то, что касается самого акта, посредством которого люди становятся её членами, или того, кому будет позволено пользоваться особыми и уникальными привилегиями.
привилегии членов. Всё это должно быть оставлено на усмотрение добрых и благочестивых людей,
_без учёта её сана_. Если _у них_ есть сомнения, она
должна отказаться от своего права решать за себя и смиренно принять
тех, кто считает себя достойным и квалифицированным, хотя у неё
может вообще не быть никаких сомнений. Разве вы не видите, что если принцип, на котором строится ваш аргумент, будет однажды принят, это разрушит не только независимость, но и саму организацию церквей? Принцип таков: баптистская церковь решила, что для этого необходимы определённые условия.
Это необходимо для её членства или участия в причастии; но есть определённые люди, не входящие в её ряды, которые считают, что она не должна требовать этих предварительных условий и может предоставлять привилегии членам церкви, не выполнившим их. Церковь соглашается с их требованием — принимает их на _их_ условиях — отказывается от собственного суждения и отвергает собственные правила. Разве она не теряет при этом свою отличительную особенность и не перестаёт быть баптистской церковью? Разве она вообще является церковью, если те, кто не принадлежит к ней, принимают за неё законы — решают за неё вопросы веры и практики, и
Кто будет определять, кто займёт место за её столом, и по каким правилам она будет осуществлять дисциплину? Ведь если они решат, что она не имеет права исключать кого-либо из-за отсутствия крещения, то они, конечно, с таким же основанием могут решить, что она не имеет права исключать кого-либо по любой другой причине.

 «Взгляните на свой аргумент ещё раз. Считается само собой разумеющимся, что, поскольку вы
и некоторые другие добрые и благочестивые люди сомневаетесь в природе акта крещения, НИКТО _не может прийти к какой-либо уверенности_ в этом вопросе; и поэтому ни одна христианская церковь не имеет права предпринимать какие-либо
решительные действия в этом направлении. Если это правда, то...Что касается крещения, то, конечно, то же самое можно сказать и о других вещах.
Необходимым следствием этого будет то, что ни одна церковь не имеет права придерживаться какого-либо мнения и действовать в соответствии с ним, если добрые и благочестивые люди других конфессий не согласны с ним. Ваш аргумент,
если он вообще чего-то стоит, уничтожает всякую церковную независимость и
церковное самоуправление и вынуждает каждую церковь Христа обращаться к тем, кто не является её членом и не проявляет особого интереса к её делам, с вопросом о том, во что она может верить, чему может учить и
и это в отношении вопросов, которые имеют для неё жизненно важное значение, затрагивают само её существование, определяя, кого она будет допускать к привилегиям членства».
«О нет, мистер Кортни, я не хотел сказать, что церковь не имеет права отказывать в _членстве_ тем, кто может искренне и честно расходиться с ней во мнениях по вопросам, по которым не смогли прийти к согласию даже хорошие люди. Но мы говорили только о _периодическом причастии_».

— Принцип один и тот же, доктор, независимо от того, является ли причастие регулярным
или постоянно. Если он может причаститься один раз, почему бы не причаститься дважды? Если дважды, почему бы не причаститься
десять раз — и вообще каждый раз, когда накрывают на стол? И если он может
по праву постоянно пользоваться этой особой и уникальной привилегией
члена церкви, почему бы ему не пользоваться всеми остальными привилегиями? Если у нас нет права
отлучать вас от общения с нами _время от времени_, то у нас нет и права
отлучать вас _навсегда_. И если у нас нет права отлучать _вас_,
не являющегося членом нашей церкви, то мы, конечно, не можем отлучить и того, кто является членом церкви, по той же причине. Ваше право выбирать церковь
Условия причастия включают в себя право определять для себя любые другие принципы веры или практики. Если вы можете диктовать, кто должен причащаться _один раз_, вы можете с таким же правом диктовать, кто должен причащаться постоянно. И всё же вы скромно требуете от нас, потому что вы и некоторые другие добрые и благочестивые люди сомневаетесь в природе крещения, чтобы мы уступили _наши_ убеждения _вашим_ сомнениям и заверили вас, что _мы не имеем права_ сами решать, какова природа самого акта посвящения в наше братство, — забывая, конечно, о том, что вы сами
Церковь однозначно решила для себя этот вопрос на странице 146 «Исповедания веры», где она заявляет, что «погружение человека в воду _не_
обязательно», и на странице 431 (глава vii. «Руководства»), где она
настоятельно требует, чтобы священник «крестил ребёнка водой,
выливая её на лицо ребёнка или окропляя его, без каких-либо
других церемоний». Пресвитериане могут сами решать, что такое крещение. То же самое могут делать методисты, лютеране, епископалы, католики и все остальные, кто решит, что это так
окропление или обливание. Но если баптисты претендуют на ту же привилегию,
они считаются виновными в неслыханной самонадеянности, и весь
педобаптистский мир хочет знать, на каком основании они, как и другие
церкви, осмеливаются думать самостоятельно, проводить собственные
исследования и делать собственные выводы; или, если они должны
думать, проводить исследования и принимать решения, вы требуете
знать, как они могут осмелиться воплощать свои убеждения на практике».

— О нет, мистер Кортни, мы не возражаем, — сказала миссис Джонс. — Мы не возражаем против вашего
_решаете сами_. Мы возражаем против сути вашего решения.
Если бы вы, как и весь остальной христианский мир, решили, что крещение — это окропление или обливание или что не имеет большого значения, как именно оно совершается, никто не стал бы возражать против того, что вы воспользовались абстрактным правом решать самим. Но мы _действительно_ считаем, что это свидетельствует либо о фанатизме, либо о самодовольстве, когда вы противопоставляете своё мнение всему религиозному миру.

— Значит, ваша идея о независимости церкви сводится к следующему: каждый баптист
Церковь имеет полное и безоговорочное право думать и принимать решения по всем вопросам веры и практики самостоятельно, при условии, что она всегда будет думать и принимать решения так же, как ваша церковь.


Но, доктор, у меня есть ещё одно возражение против вашего аргумента, которое заставляет меня задуматься, как он вообще мог хоть на мгновение убедить какого-либо мыслящего баптиста.
Дело в том, что он предполагает и принимает как данность, что _никто сейчас не может с уверенностью знать, каким был акт крещения_. Вы говорите, что во времена апостолов в этом не могло быть никаких сомнений, и поэтому все, кто не...
Те, кто должен был креститься, по необходимости были исключены; но теперь всё настолько неопределённо, что хорошие люди, стремящиеся поступать правильно, всё равно могут оступиться, и их не следует исключать из-за этого. Давайте посмотрим на это с другой стороны. Апостолы знали, что такое крещение, потому что они _видели_, как крестился сам Спаситель. Ранние церкви знали, потому что они _видели_, как апостолы крестили по образцу, который Иисус показал в Иордане. Но мы, живущие на этих окраинах земли, полностью зависим в плане получения информации от _писаного Слова_ _Бога_. Святого
Дух Вдохновения попытался передать нам в письменной форме
рассказ об организации церкви и таинствах видимого царства Христа,
чтобы мы могли сохранять их до скончания времён; но он так неумело
это сделал, что теперь совершенно невозможно понять, что он имел в виду. Мы не можем знать ни _кто_ должен был быть посвящён, ни каким образом они должны были быть введены в круг.

«Это правда, что он велел людям сначала _поверить_, а потом креститься. Это правда, что он ни разу не велел никому
нельзя крестить того, _кто не уверовал_. И что в
летописях нет ни _единого случая_, когда крестили бы кого-то, кроме
исповедующего веру, и нет ни одного прямого или косвенного
упоминания о крещении младенца, находящегося без сознания. И всё же люди говорят, что никто не может с уверенностью утверждать, что он не повелевал и не повелевает сейчас, чтобы маленьких детей, которые не могут ни верить, ни совершать какие-либо разумные действия в знак поклонения, крестили и таким образом делали членами его церквей.

 «Верно, о его народе всегда говорят как о возрождённом и обновлённом
народ; как святой и особенный народ, ревностный в добрых делах.
К церквям, упомянутым в Писании, обращались как к активным, разумным и благочестивым людям.
И мы знаем из печальных и частых наблюдений, что крещение младенца не возрождает его и не делает более святым, чем он был до этого. Мы знаем, что крещёные дети не становятся служителями Бога и его законов в силу своего крещения.
Однако никто не может сказать, что Христос не требовал, чтобы эти необращённые дети гнева и наследники ада были приведены в его церковь и стали её членами.

«Что касается обряда посвящения, который в Священном Писании называется крещением, то ваш аргумент исходит из того, что никто не может сказать, каким он был. Правда, само слово говорит о том, что это было погружение в воду, если читать его так, как мы читаем в любой другой книге. Ни один учёный никогда не задумывался о том, что оно означает окропление или обливание, ни в одной книге, кроме Библии, ни в одной части Библии, кроме Нового Завета, ни в одном месте Нового Завета
В Новом Завете это слово не относится к таинству. В остальных случаях его значение достаточно ясно. Когда Иосиф Флавий пишет об этом же
В Евангелиях говорится о юноше, которого крестили в озере, пока он не утонул. Ни один учёный никогда не сомневался в том, что юношу _окунали_. Когда он говорит о корабле, который крестили в море, никто никогда не осмеливался усомниться в том, что он имел в виду, что корабль _погрузили_. Никто никогда не сомневался в том, что имеет в виду Гиппократ, когда говорит о хирурге, который погружает зонд в рану. Никто не сомневается в том, что
Гомер имеет в виду именно это, когда говорит о кузнеце, который окунает огромный топор в воду, чтобы закалить сталь. Те, кто занимается обучением наших
Молодые люди, знающие греческий язык, никогда не затрудняются
определить значение этого слова у кого-либо из греческих поэтов,
философов или историков. Все языковые словари сходятся в том, что
это слово означает «окунать», «погружать», по крайней мере, в его
первичном и наиболее распространённом значении; и ни один из них не
указывает на «окроплять» или «поливать» — и всё же вы говорите, что
никто не может с уверенностью сказать, что это слово означает
_окунать_, а не обрызгивать или поливать.

 «Согласно свидетельству доктора Барнса, это слово действительно означает
В Новом Завете оно используется вместо еврейского слова «_табал_.»
Профессор Стюарт, один из ваших самых способных учёных, прямо говорит, что
это слово _табал_ всегда означает «_окунать_.» Это правда, что в
пятнадцати местах, где, по словам доктора Барнса, это слово встречается в Ветхом Завете, оно переводится как «_окунать_» или «_погружать_», везде, кроме одного места, где оно переводится как «_окрашивать_», что предполагает предшествующее действие — окунание. Однако никто не может утверждать, что это слово не означает «окроплять» или «поливать».

 «Это правда, что ваши самые выдающиеся библеисты, такие как Стюарт, Китто и другие,
Чалмерс и Макнайт согласны с тем, что это означало погружение, и прямо заявляют, что погружение было тем действием, которое совершалось в первых церквях.
И всё же вы говорите, что никто не может с уверенностью знать, что именно заповедал Христос и чего теперь должна требовать церковь.


«Верно, что Святой Дух, словно для того, чтобы исключить саму возможность какого-либо недопонимания, часто и разнообразно _намекает_ на это в Слове, говоря о нём как о погребении, омовении и тому подобном. Да, он вдался в подробности и даже объяснил, что это было сделано в
«реки» и места, где было «много воды», и что они спускались в воду, чтобы сделать это, и поднимались из воды после того, как дело было сделано; и всё же мы ничего не можем сказать о том, что это было.

«Действительно, история ранних церквей, написанная самими окропителями, такими как Магдебургские центуриаты, Мосхайм и Неандер, ясно показывает, что, говоря языком _London Quarterly_, посвящённого интересам англиканской церкви, «не может быть никаких сомнений в том, что первоначальная форма крещения — само значение этого слова — была полной
Погружение в воду, и что по крайней мере на протяжении четырёх столетий любая другая форма была либо неизвестна, либо считалась исключительным, почти чудовищным случаем.

 «Действительно, на основании древних ритуалов и церковных канонов мы можем утверждать, что на протяжении более чем тринадцатисот лет это был единственный обряд, признававшийся крещением, за исключением случаев тяжёлых заболеваний.

«Да, у нас есть безупречные записи, сделанные самими окропителями,
которые показывают, когда и как произошёл переход от крещения
погружением в воду к окроплению, а также сам указ Папы Римского,
на основании которого это было сделано. И всё же вы считаете само собой разумеющимся, что ни один баптист
Теперь церковь может с уверенностью сказать, что именно заповедал Христос.
И на этом основании вы требуете, чтобы она предоставила тем, кто подчинился папскому обряду окропления, ошибочно приняв его за крещение, те же церковные привилегии, которые она предлагает тем, кто вошёл в видимое царство Христа через назначенные им врата.

«Если у _вас_ есть какие-либо сомнения относительно природы крещения или того, кто должен креститься, вы можете изложить их в том виде, в котором они существуют, перед его судом, перед которым мы все должны держать ответ; но вы не должны ожидать, что баптистские церкви
участвовать в них или вести себя так, как будто для них существует хоть малейшая неопределённость в этом вопросе. Если и есть какие-то две вещи, которые, по их мнению, ясно и определённо изложены в Слове Божьем, то это то, что крестить нужно только верующих, и то, что крестить нужно погружением в воду. Таким образом, у них нет ни тени сомнения в том, что вы некрещёный.
А если крещение является обязательным условием, как вы сами верите и учите, то вы не
Мы не готовы и не можем требовать причастия от их рук, если только вы не возьмёте на себя решение вопроса о том, кого они будут считать крещёным».

 «О, мы готовы признать, — ответила миссис Джонс, — что мы не можем требовать этого по _праву_. Но _из вежливости_, мистер Кортни. То, чего мы не можем требовать по праву, мы, безусловно, можем требовать из христианской вежливости и доброты — я чуть было не сказала, из обычной вежливости». А теперь я прошу вас серьёзно ответить, считаете ли вы, что вы, баптисты, эгоистичны и невежливы, мягко говоря.
в вашем отказе приглашать за стол кого-либо, кроме верующих, принявших крещение? Вы ведь признаёте, что другие христиане так же хороши, как и вы сами, не так ли?

 «Конечно; мы отказываемся не потому, что вы не благочестивы, а потому, что _вы не были крещены_. И вы, как и мы, верите, что Учитель допускает _не всех христиан_, а только тех, кто является членами видимой церкви и был крещён. Вы никогда не приглашаете человека на причастие только потому, что считаете его
обращённым и хорошим христианином. Вы ждёте, пока он не присоединится к церкви и не примет крещение.

— Но мы считаем, — сказала миссис Джонс, — что мы были крещены.
Вы должны признать, что мы так же искренни и честны в своих убеждениях, как и вы в своих. Подавляющее большинство христианского мира считает, что _наше_ мнение
более обоснованно, чем ваше. Не будет ли с вашей стороны
проявлением уважения к решению более чем половины христианского мира и христианской снисходительности к тем, кто сознательно расходится с вами во мнениях, если вы пригласите их не по праву, а исключительно из вежливости?

«Это нельзя назвать христианской вежливостью, мадам, ведь она требует жертвовать христианскими принципами.
И я с такой же готовностью готовлюсь к причастию, как и к другим обрядам. Но прежде чем мы вступим в спор, я хотел бы вернуться и напомнить о третьем тезисе, который я сформулировал в начале этой дискуссии:
«Ни одна церковь не может пренебрегать или отказываться от права, данного ей её главой, сохранять чистоту своего сообщества, не совершая при этом открытого бунта против
позитивные требования закона Христа._

 «Мы уже видели, что каждая церковь обладает этим правом, и очевидно, что _обязанность_ пользоваться им вытекает из этого права.
_Кто-то_ должен решать, кто будет причащаться; в противном случае между церковью и миром не будет преграды. Если не каждый, кто пожелает, может прийти, то кто будет решать, кто может? Мы отвечаем: сама церковь».

 «По какому правилу?»

«По закону Христа, изложенному в его словах».

 «Разве она не может пренебречь этим или отказаться принимать решение самостоятельно и предоставить тем, кто находится вне церкви, решать, приходить или нет, как _они_ сочтут нужным?».

«Нет, ибо Бог поставил _её_ хранительницей своих таинств, которые он поместил в её пределах».

 «Но разве она не может изменить его порядок и сначала совершить причастие, а потом крещение?»

 «Нет, она, конечно, должна руководствоваться _его законом_».
 «Разве она не может вообще обойтись без крещения?»

 «Конечно, нет, если этого требует _его закон_».

«Разве она не может считать крещёными всех тех, кто _считает себя_ крещёным?»


«Нет; она должна руководствоваться _его Словом, как она его понимает_, а не так, как его могут понимать _те, кто не принадлежит к её кругу_. Она должна исследовать
и решать самостоятельно. Она должна признавать крещеными и относиться к ним как к крещеным только тех, кого, по ее мнению, действительно крестили в соответствии с моделью, описанной в Священном Писании. Она не законодатель, а просто исполнитель законов Христа. Она не вправе отменять их по своей прихоти. Она также не вправе применять одни законы и не применять другие. Если,
следовательно, _он требует_ крещения как обязательного условия для причастия, она
_не смеет_ ни в коем случае отказываться или пренебрегать этим. Она _должна_
следить за тем, чтобы его правила соблюдались, иначе она станет неверной своему доверию и воспротивится своему Господу.

«Если у вас есть какие-либо сомнения в том, что каждая церковь _является_ такой, какой её создал Христос,
хранитель её собственной чистоты и святости его таинств, совершаемых в её стенах, я отсылаю вас к Римлянам 14:5 и 2
Фессалоникийцам 3:6, где ясно говорится о праве церкви решать, кого принимать, и об обязанности церкви отлучать от себя всякого, кто ведёт себя неподобающим образом. Но как право, так и
обязанность постоянно, верно и беспристрастно выполнять его
неизбежно вытекают из того простого факта, что если церковь не
Она сама исключает неподготовленных и недостойных, и никто не может сделать это за неё.
И это вообще невозможно.

 «Теперь я готов ответить на ваш вопрос о христианской вежливости, которая заключается в отказе приглашать некрещёных к нашему причастию. Позвольте мне изложить это в надлежащей форме, и посмотрим, как это будет звучать. Предположим, что сегодня день причастия в баптистской церкви и что ваша церковь в полном составе приходит к нам и просит разрешения присоединиться к нашему столу — не по праву, а из христианской вежливости. Вы говорите нам с большой любовью и добротой: «Дорогие братья во Христе, мы...»
мы твёрдо убеждены, что ни одному некрещёному человеку, согласно законам нашего
Искупителя, не должно быть позволено приближаться к его столу. _Мы_ никогда не позволяем приходить в _нашу_ церковь тем, в чьё крещение _мы_ не верим. Мы не могли бы сделать этого, не согрешив против Бога. Мы прекрасно знаем, братья, что _вы придерживаетесь того же правила_. Вы согласны с нами в том, что было бы очень неправильно и греховно позволять кому-либо подходить
_к вашему_ столу, если вы считаете, что этот человек не был крещён. Мы также знаем, что вы считаете, что мы _не_ были крещены, и, следовательно, что
вы _не можете позволить нам приблизиться, не совершив того, что вы сочтете открытым и преднамеренным бунтом против законов Христа_. Но
мы считаем вас всех христианскими джентльменами и дамами, хорошо знакомыми с законами _вежливости_ и христианского _обращения_, и вам должно быть совершенно очевидно, что эти законы требуют от вас пригласить нас на ваше причастие. Вы наверняка не будете настолько _невежливы_, чтобы отказать нам.

 — О, мистер Кортни, это очень плохо! Разумеется, вы не имеете права смотреть на нас с такойвысоты!»

«Я прекрасно понимаю, мадам, что ваш народ не привык к
В этом свете ваши заявления о том, что мы должны пригласить вас на наше причастие, выглядят иначе. Вы настолько привыкли считать _себя крещёным_,
что не можете в полной мере осознать тот факт, что другие могут думать иначе. Но именно так это и должно выглядеть в глазах любого хорошо осведомлённого баптиста. И это ещё не самое худшее.

«Всегда и везде считается верхом невежливости просить кого-либо сделать что-либо, что, как хорошо известно, он будет считать аморальным, даже если просьба обращена к нему как к частному лицу».
и в личном качестве. Но невежливость становится гораздо более вопиющей, когда вы просите его, как общественного деятеля, в его официальном качестве, прямо и открыто противореча его _заявленным_ и _публично признанным_
убеждениям, сделать то, что, как вы знаете, он счёл бы неправильным, но что, как известно или могло бы быть известно всему миру, он счёл бы неправильным; то, о чём он снова и снова _публично заявлял_, что _не может сделать_ без вопиющего пренебрежения своими убеждениями в отношении права. Например, спросить у Сына Воздержания, который, как вы _знаете_, дал обет не
употреблять опьяняющие напитки; тот, кого вы _известны_, чувствует, что на нем лежат
особые и торжественные обязательства не пить; и все же просить его не просто
пренебречь обязательством, которое _ вы_ знаете, и которое мир
знает, что он признает это обязательным для своей совести; но просить его
сделать это публично и официально как Сын _ _Темперанса_, в
Комнате разделения, было бы чем-то вроде акта невежества, хотя и
гораздо менее вопиющим, чем просить баптиста, как баптиста, в его
публичном качестве члена церкви, пренебречь своими обязательствами перед своим
Спаситель, благодаря которому сохраняются чистота церкви и святость таинств.


 — О боже, нет!  Пожалуйста, мистер Кортни, не думайте о нас так плохо.  Я
уверен, что никто из наших служителей или прихожан не имел в виду ничего подобного, когда приглашал вас на наше причастие или жаловался, что вы не приглашаете нас на ваше.  Мы никогда не думали, что для вас это вопрос _совести_.

«И почему бы вам не подумать об этом, ведь мы проповедовали это с кафедры, провозглашали это в прессе и повторяли это
постоянно в частных беседах? Никому не нужно знать, на какой позиции стоят баптисты в этом вопросе.
Их взгляды уже давно и открыто известны всему миру. Нет никого, кто имел бы повод жаловаться на них, кто не знал бы или не мог бы не знать, что _они не могут обойтись без того, что они добросовестно считают_ христианским крещением; и что по _этой_ причине, а не из-за какой-либо невежливости или грубости, они не могут общаться с христианами, совершившими окрощение.

 «Но я ещё не закончил с этим вопросом о вежливости. Я хочу, чтобы наши
Друзья-педобаптисты, давайте проясним, на чьей они стороне. После того, как вы
попросили нас игнорируют самые священные обязательства, отказаться от нашей
совестливых убеждений долга, и в церкви, в нашей собран и
официальный емкость, отказаться от повиновения тому, что вы хорошо знаете, мы все
связи как императив, закон Христов, и совершить действие, которое вы
ну знаем мы искренне верим, что он запретил; когда мы уважительно
отказаться сделать это, и пожалуйста, дайте вам наше причинам, вы создали многие
и бессмысленный крик нетерпимости, эгоизма, невежества, и (будет
вы простите меня за то, что я это говорю?) =христианских грубостью=; как будто
более невоспитанным нам твердо противостоять все ваши предложения
игнорируя слова хозяина, чем он является для вас, кто исповедует, как мы
любите его, чтобы попросить нас, чтобы сделать это, или жаловаться на нас за то, что не делаю ее”.

“Но мы не просим вас делать то, что мы считаем неправильным”.

— Нет, вы просто просите нас сделать то, что, _как вы знаете, МЫ считаем неправильным_, а потом оскорбляете нас за то, что мы не осмеливаемся это сделать. Но не будем об этом. Я думаю, доктор, что вы столкнётесь с серьёзными, если не непреодолимыми трудностями в
ваш план взаимодействия с другими конфессиями, над дисциплиной которых вы не имеете власти».

«Как так?»

«Позвольте мне объяснить. Особая и исключительная привилегия члена церкви, пользующегося авторитетом в вашей церкви, — это свобода причастия. Когда вы исключаете недостойных, им больше не разрешается сидеть с вами за этим священным столом. Теперь предположим, что вы исключаете кого-то из членов церкви за ересь в учении или нарушение правил.
А завтра он объединяется с какой-то другой конфессией.
Разве он не может, согласно вашим принципам, вернуться и заявить о своих правах?
«Вы сажаете за свой стол представителя другой конфессии, хотя только что прогнали его как представителя своей собственной?»

 «Такое возможно, но я не думаю, что мы когда-либо сталкивались с подобными случаями».

 «Это потому, что ваше открытое причастие существует в теории, но редко применяется на практике». Если бы между вами и баптистами действительно существовало то взаимопонимание, которого многие из вас так жаждут, я мог бы предположить, что это происходило бы очень часто, что привело бы к полному разрушению какой-либо эффективной дисциплины в обеих конфессиях. Давайте посмотрим. Вы требуете от
все ваши сообщения, у кого есть дети, что они довести их до
церковь для крещения, не так ли?”

“Конечно, это священный долг каждого христианина родителей посвящаю
его потомство к Богу в этом Святом Таинстве при первой
удобство”.

“Очень хорошо. Теперь предположим, что кому-то из них придет в голову спросить вас
о _тексте_, на котором основано это требование. Вы могли бы, как вам
хорошо известно, перечитать весь Новый Завет, от Матфея до
Откровения, и не найти ни одного наставления или примера. Вы
попытались бы удовлетворить его словесными рассуждениями о завете
обрезание и т.д. Но он мог бы ответить, что еврейские дети были
обрезаны в восьмидневном возрасте, потому что Бог повелел это сделать. Если
Дети-христиане должны быть крещены, вы можете показать, как Он повелел
это ”.

“Вы скажете — нет, но приказ был необязателен; они должны были быть
крещены как само собой разумеющееся.

“Тогда очень хорошо. Конечно, это _было сделано_, и вы можете показать мне хотя бы
_один случай_ из тысяч «как мужчин, так и женщин», в котором был
один маленький ребёнок. Но вы не можете его найти. И он начинает сомневаться в
правомерности совершения в качестве обряда Христа того, чего Христос не делал
команда. Он не соглашается, чтобы воспитывать малышей в
церковь. Вы увещевать его и спорить с ним напрасно, и вы обязаны
наконец, чтобы исключить его. Я читал о подобном случае. Вы исключаете его, и
он приходит к нам, и мы принимаем его. Теперь он придерживается тех же взглядов и
виновен в тех же действиях. Но хотя вы не могли общаться с ним как с членом _вашей собственной церкви_, потому что он был виновен в _тяжком грехе_ отрицания крещения младенцев, вы _приветствуете_ его возвращение в следующую же субботу в качестве баптиста. Вы призываете его сесть за один стол с вами
за стол, с которого вы только что официально изгнали его. И я полагаю, что, если он откажется принять приглашение, вы будете впредь называть его
узколобым, эгоистичным, фанатичным и нетерпимым баптистом, который считает себя слишком хорошим, чтобы общаться с другими христианами.


То же самое может случиться и с нами, и это служит дополнительной причиной, _почему мы не можем_ общаться с представителями других конфессий. Я сказал, что мы не могли этого сделать, потому что вы, по нашему мнению, _не были крещены_; и это само по себе является неоспоримой и достаточной причиной, даже если бы не было
другое. Но есть ещё один аспект, связанный с церковной дисциплиной.
Давайте рассмотрим пример для наглядности. Один из служителей нашей
церкви проникся идеей о том, что обряд окропления, который вы позаимствовали у католиков, является действительным крещением, и настаивает на том, чтобы ввести его в наших церквях. Мы бы сочли это большим грехом.
Ради мира и чистоты нашего сообщества мы должны немедленно изгнать его и лишить церковных привилегий. Он приходит к вам, и вы с радостью принимаете его, а на следующий же день он возвращается и заявляет, что
член вашей церкви, в привилегиях которого мы только что официально отказали ему как члену _нашей собственной_. Разве вы не видите, что это правило, применяемое на практике, неизбежно сводит на нет все попытки установить церковную дисциплину?


— Но как баптисты теперь обходят эту трудность в своей среде?


— Очень легко и просто. Право на наше общение никогда не выходит за рамки нашей дисциплины.

«Тогда как же члены одной баптистской церкви могут претендовать на место за столом другой?
Ведь, насколько я понимаю ваше церковное устройство, каждая из ваших церквей является независимой организацией».

«Они _не могут_ претендовать на это как на _право_, и наше приглашение к причастию является проявлением вежливости только по отношению к тем, чья вера и практика настолько схожи с нашими, что ни один человек не может быть полноправным членом их общины, если он не является полноправным членом нашей общины.

 Правило, принятое мистером Уэсли (Дисциплина, см. 5-е), основанное как на принципах Священного Писания, так и на здравом смысле, по сути, такое же, как и то, что регулирует нашу практику. То есть «ни один человек не будет допущен к Вечере Господней, если он виновен в чём-либо
практика, за которую мы исключаем членов нашей церкви». Это правило,
как вы видите, сразу же вынуждает нас отвергнуть всех, кто учит и практикует окропление вместо крещения, а также всех, кто занимается тем, что мы считаем греховным, хотя и торжественным, издевательством над крещением младенцев, находящихся без сознания, или любых других людей, которые не принесли личного и убедительного покаяния и веры в соответствии с простыми требованиями Слова Божьего, которое _всегда и везде_ ставит покаяние и веру перед крещением, как и крещение перед причастием. Мы связаны этим курсом торжественными и
Самое впечатляющее наставление апостолов, 2 Фес. iii. 6: «Итак, мы повелеваем вам, братья, во имя Господа нашего Иисуса Христа, чтобы вы удалялись от всякого брата, который ведёт себя беспорядочно, а _не по преданию, которое вы получили от нас_.»
 — Клянусь, мистер Кортни, — сказала миссис Джонс, — я и не подозревала, что вы
У баптистов были столь веские и удовлетворительные причины для вашей исключительности.
и я обещаю вам сейчас, что никогда больше не буду жаловаться на вас
. На самом деле, если я когда-нибудь стану баптистом, я буду членом тесного общения
Баптистом ”.

— Я не понимаю, — сказала миссис Эрнест, — как можно руководствоваться Священным Писанием и быть кем-то ещё.
Я всё время думала, что для этого должна быть какая-то веская библейская причина, иначе Теодосия и её дядя не согласились бы на это.
Но теперь, когда я об этом думаю, я понимаю, что ни один из них не сказал ни слова на эту тему.

 Читатель, вероятно, помнит, что в начале этого разговора
Профессор Джонс вышел из комнаты по какой-то причине, которая в то время оставалась необъяснимой. Он вернулся через несколько минут, но не стал принимать участия в
беседа, в которой он, казалось, действительно испытывал очень мало интереса.
Миссис Джонс быстро заметила его рассеянную манеру, так отличавшуюся от
его обычного поведения; и несколько раз бросала тревожные взгляды на
его лицо, надеясь прочесть на нем причину. Но она смогла узнать только то, что
это было каким-то образом связано с Теодосией, которую он любил с
отцовской нежностью. Каждый раз, когда она поднимала глаза, он смотрел на свою прелестную племянницу с выражением глубочайшей жалости.
Она принимала участие в разговоре не больше, чем он сам.  По правде говоря, она почти не говорила.
мало что значило для кого-либо с тех пор, как накануне вечером в здании суда появился мистер Перси. Его рассказ о том, как он обрёл благодать, и его заявление о желании принять крещение поставили его в новое отношение к ней. Она не знала, что тогда он ещё не видел её письма, и однажды (но лишь на мгновение) в её сердце закралась мысль, что все эти перемены произошли ради _неё_, а не ради Христа. Однако она отвергла его в тот же миг, как он появился, и весь день была готова принять его обратно.
Она смотрела на него с тем же чувством, что и на своего жениха, и чувствовала, что теперь может любить его ещё глубже и сильнее, выше, чище и святее, чем та любовь, которую она с таким мучительным усилием пыталась задушить в своём сердце. Она думала, что он подойдёт и заговорит с ней до того, как она уйдёт с собрания, но он, казалось, не замечал её присутствия. Она была уверена, что он зайдёт утром, но ужин был уже на столе, а он так и не пришёл. Должно быть, этому помешало её письмо, но, конечно же, в нём не было ни одного грубого выражения, ни одного недоброго слова.
Разве её сердце не _болело_ от силы её любви, пока она писала это?
И теперь она пыталась вспомнить всё, предложение за предложением,
слово за словом, чтобы понять, не сказала ли она чего-то, чего не следовало говорить.

 День медленно клонился к вечеру. Она сидела у окна, откуда была видна дверь его кабинета, но та так и не открылась. Она прислушивалась к каждому стуку шагов по мостовой, но не слышала его знакомых шагов.
Как только щёлкнул замок входной двери, она вскочила со своего места и почувствовала, как кровь прилила к лицу и шее. Но она села
через мгновение, потому что она знала, что это её брат Эдвин. Мистер Кортни заходил после ужина. Мистер Перси ещё не пришёл, но она надеялась встретить его у дяди. Его там не было, и она замкнулась в себе.
Она сидела немая и почти не замечала того, что происходило вокруг неё, как мраморная статуя.

 Когда дядя Джонс вышел, он отправился к доктору Вудраффу, двоюродному брату мистера
Перси, который также был его самым преданным другом и доверенным лицом. Он должен был
выступить в роли шафера жениха в день предполагаемой свадьбы и только что вернулся от матери мистера Перси, где провёл
Сегодня он встретился с человеком, чья земная карьера, похоже, скоро завершится. Он пришёл, чтобы как можно мягче сообщить печальную новость Теодосии.

 Вот вкратце, что он рассказал профессору Джонсу:
 Слуга, который прислуживал в кабинете мистера Перси, пришёл туда утром и увидел молодого человека, лежащего лицом на полу с письмом Теодосии в руке. Когда слуга вошёл, тот, казалось, спал. Он разбудил его и поднял на ноги; но его взгляд был таким
диким, а лицо таким бледным, и его слова (скорее невнятные, чем
говорил) так странно и неестественно, что он уложил его на кровать и побежал за своим двоюродным братом, доктором.

 Когда доктор Вудрафф пришёл и прочитал письмо, он понял, в чём дело.
Мистер Перси с того момента, как он написал и отправил это тревожное письмо Теодосии на прошлой неделе, находился в состоянии сильнейшего душевного волнения. Большую часть времени он испытывал невыносимые душевные муки. Его физические силы были на исходе, а нервная система истощена и возбуждена. Он ушёл с собрания в здании суда (где ему так неожиданно представилась возможность
Он попросил о христианском крещении) и отправился в свой кабинет. Там он нашёл письмо Феодосии. До этого момента он и не подозревал, что его письмо причинило ей столько страданий или что оно привело её к такому решению. И всё же, если бы он был полностью собран и его разум не был бы уже измотан долгим перевозбуждением, шок, который он испытал, прочитав её ответ, быстро сменился бы более спокойными мыслями и мгновенным решением немедленно встретиться с ней, признать свою вину, попросить у неё прощения и взять себя в руки.
прямо в сердце. Но он был измотан телом и возбуждён разумом, и отвращение к происходящему было слишком сильным, чтобы его вынести. Он читал дальше, пока не дошёл до слов: «Когда ты вернёшься, я прошу тебя считать меня мёртвой. Так будет лучше для нас обоих». Бумага, казалось, потемнела у него на глазах. В комнате внезапно стало темно. Он почувствовал, как его разум окутывает странное, мечтательное спокойствие. Он упал со стула в глубоком обмороке или припадке.
 Через некоторое время он пришёл в себя, но у него не было сил подняться, и он снова опустился на пол
Он погрузился в странный, беспокойный сон, перемежавшийся полубредовыми видениями, в которых он видел прекрасное существо, больше похожее на ангела, чем на земное создание.
Оно подошло, подняло его и посмотрело ему в глаза так печально, так укоризненно и в то же время так нежно, что он попытался сказать ей, как болит его сердце при воспоминании о поступке, который причинил ей столько горя, но не смог произнести ни слова. Он попытался поднять руку и сделать какой-нибудь
знак, чтобы показать ей, что он любит её ещё больше за её твёрдую приверженность
правде, но мышцы не подчинялись его воле. Он не мог пошевелиться — он
Он не мог говорить — и она ушла. О, как глубока и как длинна была тьма той ночи! Она ушла! Он чувствовал, что потерял её навсегда. Сам свет его жизни теперь был во тьме — и всё же он ждал и наблюдал за её возвращением. Могла ли она так поступить с ним? Разве она не любит его по-прежнему? Тише! он слышит её шаги. Дверь открывается. Кто-то прикасается к нему. Он просыпается, чтобы поприветствовать её ласковым словом, но
видит только своего слугу, который пытается поднять его с пола и уложить в
кровать. Он смотрит на него странным взглядом, в котором уже зарождается безумие.
и велит ему оставить его в покое. Доктор сразу понял, что
лучшее, на что он может надеяться, — это долгая и мучительная лихорадка.
Пока силы пациента ещё не совсем иссякли, доктор решил
перевезти его в дом его матери, расположенный в двух милях от города. Сделав это, он приготовил лекарства, которые подсказывали ему его медицинские навыки, сел и стал наблюдать за больным, пока не убедился, что непосредственной опасности нет.
Затем, по просьбе матери, он вошёл, чтобы объяснить Теодосии, почему он не позвал её.  Он подумал
лучше объясни, как мы видели, на дядю Васю, и оставить его, чтобы сделать
он известен своей племянницы.

Профессор был так занят этим вопросом, что он
едва слышал дискуссию, которая происходила в его присутствии. Он был
рад, когда пауза в разговоре показала, что вовлеченные стороны
по крайней мере, на данный момент исчерпали свои боеприпасы и были
готовы к временному перемирию, если не к постоянному миру. Он перевёл разговор на другую тему, и через несколько минут преподобный
доктор ушёл.

Дядя Джонс возвращался домой вместе с Теодосией. Они шли медленно, и когда миссис Эрнест и мистер Кортни ушли вперёд, он нарушил молчание, напомнив ей, что она не проронила ни слова за весь вечер. «И, — сказал он, — я скажу тебе почему. Ты была расстроена тем, что мистер Перси не заходил к тебе с тех пор, как вернулся, и гадала, в чём может быть причина. Тебе станет легче, если я скажу, что он болен?»

— Не буду отрицать, дядя, что я думал именно об этом. Надеюсь, он не серьёзно болен.

«Врач не считает, что ему что-то угрожает в ближайшее время, но опасается, что пройдёт много времени, прежде чем он сможет вернуться к своим делам».

«Но, дядя, в чём дело? Я уверен, что никогда не видел его таким здоровым, как вчера вечером. Разве ты не заметил, как блестели его глаза, как свежели его щёки и каким богатым и звучным был его голос, когда он рассказывал о том, как чудесно Бог позаботился о его душе?»

«Я был слишком занят, чтобы внимательно наблюдать за ним, но я вполне могу себе представить, что его лицо неестественно покраснело, а сам он выглядел необычно
Блеск его глаз был лишь признаком сильного душевного волнения, которое предшествовало, если не вызвало, лихорадке, от которой он страдает сейчас.

 Они подошли к двери коттеджа.  Дядя Джонс решил, что лучше не вдаваться в подробности, и вернулся домой.

 Той ночью, если бы кто-то прошёл мимо окна комнаты Теодосии, он мог бы услышать множество всхлипов, перемежающихся с полушёпотом. Если бы она
знала _всю_ правду, её рыдания были бы громче, но её молитвы вряд ли были бы более искренними.

Посыльный, который на следующий день отправился навестить мистера
Перси, вернулся и сказал, что мистеру Перси не стало лучше. Так было и на следующий день, и на следующий.  Доктор  Вудрафф вызвал своего коллегу-практикующего врача, но не раскрыл ему и даже матери мистера Перси всей тайны его приступа.  Письмо, которое он нашёл в руке мистера Перси, он предусмотрительно отложил в сторону, чтобы вернуть ему, когда тот поправится.  Его существование было профессиональной тайной. Он объяснил свою болезнь долгим и утомительным путешествием верхом под палящим солнцем, а также душевным волнением, которое он испытал
сам публично признался в этом перед своим странным приступом.

 В субботу вечером миссис Эрнест получила письмо от миссис Перси, в котором та сообщала, что её сыну с каждым днём становится всё хуже и хуже; и, как ни странно, в бреду ему привиделось, что Теодосия разлюбила его и даже официально отказала ему. Эта мысль, по её словам,
занимала центральное место во всех его размышлениях и, очевидно,
оказывала большое влияние на течение его болезни; и доктор
Вудрафф предположил, что если бы Теодосия сама заверила его в том, что
Если бы их привязанность не угасла, она могла бы оказать успокаивающее и, возможно, исцеляющее воздействие.

 Миссис Эрнест передала записку дочери со словами, что, учитывая их общеизвестную помолвку, нет ничего предосудительного в том, чтобы удовлетворить просьбу миссис Перси.

 «Мы немедленно отправимся к нему, дорогая мама, — сказала Теодосия, прочитав записку со слезами на глазах. — Даже небольшая задержка может иметь фатальные последствия».

Когда они добрались до дома миссис Перси, он погрузился в беспокойный сон, от которого они не стали его будить. Они сели в
Они вошли в комнату и вполголоса заговорили о природе его болезни и о других вещах, которые подсказывали обстоятельства. Теодосия почти не участвовала в этом разговоре, разве что была очень внимательным слушателем.
Она села у изголовья низкой кушетки, на которой он лежал, но вскоре встала и, сделав вид, что заслоняет глаза пациента, поправила свечу так, чтобы свет не падал на неё. О, кто бы мог рассказать,
какие мысли тогда роились в её девичьем сердце! Как он изменился! Как побледнела — как стала похожа на труп его щека! Как исхудал его тонкий,
исхудавшая рука, лежавшая поверх одеяла! Какие сухие и лихорадочные губы! Какие запавшие глаза! Как они будут выглядеть, когда он откроет глаза? Узнает ли он её? Заговорит ли с ней? Что, если он _сейчас_ откроет глаза и увидит меня здесь? — и она почти бессознательно отодвинула стул подальше, чтобы он её не увидел. Его губы
дрогнули: она взяла ложку, стоявшую в стакане с водой на маленьком
столике, и смочила их. Он широко раскрыл глаза, пристально
посмотрел ей в лицо, бросил взгляд на её белое платье, заглянул
снова лицо. Ей показалось, что выражение удивления на его лице сменилось
едва заметной улыбкой. Но он ничего не сказал; он не сделал
никакого знака узнавания. Она снова села к столу и заплакала.

“Вы должны нуждаться в отдыхе, миссис Перси. Вы можете пойти и поспать, и оставить
его к нам сегодня вечером,” сказала миссис Эрнест. “Мы будем смотреть его
нежно, как вы могли бы сделать сами”.

Миссис Перси легла, а Теодосия отошла на некоторое расстояние от кушетки и села так, чтобы видеть каждое изменение, происходившее на его лице.  Любовь, которую она какое-то время пыталась искоренить в себе,
Её разум, подобно могучему дубу, который вырывает с корнем свирепая буря, лишь раскинул свои корни шире и глубже и крепче обхватил ими её сердце. И теперь, когда причина, заставившая её отвернуться от него, исчезла, она ещё сильнее и преданнее, чем когда-либо, цеплялась за надежду, что он всё-таки будет принадлежать ей. Снова и снова в течение той долгой ночи, когда она спешила сделать что-нибудь доброе, он открывал глаза и смотрел на неё с какой-то удивлённой нежностью.
Но он не говорил ни слова, и она не была уверена, что он вообще её узнаёт.

[Иллюстрация: Теодосия ухаживает за больным мистером Перси.]

 Той ночью он спал спокойнее, чем когда-либо, а когда на следующий день пришёл доктор, он прошептал ему на ухо, что во сне к нему явилось прекрасное видение и посмотрело на него с такой любовью, что он был готов заговорить и спросить, откуда оно пришло, но боялся, что его голос разрушит чары и видение исчезнет.

— Ты должна остаться с нами, дитя моё, — сказала миссис Перси, — пока моему сыну не станет лучше. Он постоянно говорил о тебе, пока ты не приехала, но теперь, кажется,
хотя само ваше присутствие в доме оказывает на него своего рода магическое влияние
потому что он тихий и даже не шепелявит ваше имя.
Доктор говорит, что, если бы ты только могла стать его сиделкой, он еще мог бы поправиться. Не так ли?
- Если моя мать считает, что в моем поступке не будет ничего неприличного.

Не так ли?

“Конечно, Теодосия, я думаю, ты должна вернуться и помочь миссис Перси
всем, чем сможешь. Но мы с твоим дядей собираемся сегодня креститься, и ты не захочешь пропустить это событие».

 Этот разговор происходил в зале, из которого открывался вид на
дверь, ведущая в палату пациента. Он услышал голос Теодосии; ему
показалось, что он услышал ее имя. Он издал какой-то звук, который напомнил о его матери
подойдя к нему и глядя в ее лицо с более естественным выражением, чем
у него было с момента нападения, он сказал:

“Мама, мне показалось, что я видела ее дух здесь прошлой ночью, и только сейчас я убедилась в этом
уверена, что слышала ее голос и подумала, что кто-то зовет ее по имени. Скажи
мне, здесь ли она”.

— Ты хочешь увидеть её, сын мой?

 — О да, я хочу попросить у неё прощения перед смертью.

 — Ты же не думаешь, что умрёшь, дитя моё!

«У меня странные ощущения, мама. Я не знаю, что такое смерть и как она приходит, но я уверена, что была очень близка к миру духов».

 «Ты испытываешь тревогу при мысли о смерти?»

 «Мой разум очень слаб, мама. Я почти ничего не чувствую и не думаю. У меня есть благословенный Спаситель: я помню об этом и буду доверять ему, даже если умру. Но скажите мне — я действительно слышал её голос или это был всего лишь сон?

 — Постарайся взять себя в руки, дитя моё.  Доктор говорит, что сегодня утром тебе нужно поспать.  Если ты хочешь увидеть мисс Эрнест, я пошлю за ней.

 — Как вы думаете, она придёт?

— Я знаю, что так и будет. Так что не волнуйся, ты увидишь её, когда проснёшься.


Вернувшись к гостям, миссис Перси пересказала этот разговор и настояла на том, чтобы Теодосия осталась и была рядом, когда он проснётся. Поскольку юная леди не возражала, миссис Эрнест ушла домой без неё.
Придя домой, она прилегла и немного вздремнула, а затем, взяв Эдвина за руку, присоединилась к дяде и тёте Джонс, которые направлялись на баптистское собрание.

Когда тем, кто хотел вступить в церковь, было сделано обычное приглашение прийти и заявить о своей вере, дядя Джонс был
Он был удивлён и обрадован, увидев, как его жена и сестра подходят и просят разрешения войти в церковь Божью. Ни одна из них не сказала ему ни слова на эту тему, потому что, хотя обе они и поддались своим убеждениям в том, что погружение в воду — это единственное крещение, несколько дней назад они обе пришли к выводу, что верующие — единственные
Те, кто в Священном Писании упоминается как крещёные, не смогли ни преодолеть отвращение к практике тесного общения, ни согласиться разорвать связи с теми, к кому они были так сильно привязаны.
до тех пор, пока объяснения мистера Кортни в их последнем разговоре не поставили под сомнение
то, что Господь Иисус не только повелел
верующим, и только им, погружаться в воду, но и запретил
всем, кто не уверовал и был погружен, подойти к его столу, и
потребовал от тех, кто таким образом стал, согласно его приказу,
членами его церкви, чтобы они тщательно охраняли чистоту
и постоянство его таинств, не позволяя никому приобщаться к ним
особые привилегии членов церкви, которые не имели, подобно
сами стали членами церкви в соответствии с тем же евангельским порядком. Эта
трудность устранена, теперь они были готовы креститься.

Нам нет нужды больше задерживать тебя, любезный читатель, описывая тебе
крещение этих троих, которые вместе с несколькими другими последовали
примеру своего Спасителя, спустившись в воду, и были погребены
вместе с ним в жидкой могиле. Мы также не можем продолжать историю, к которой, как мы надеемся, вы проявили такой большой интерес, что с радостью досмотрите её до конца. Мы завершили наше десятидневное изучение
Крещение по Писанию. Мы рассмотрели его с точки зрения способа совершения,
предметов и результатов. Мы старались делать это прямо и
откровенно, но, если нам известно наше собственное сердце, мы старались делать это по-доброму — и в духе той «милосердия», которая «радуется истине».

 Нам грустно оставлять нашу дорогую Теодосию в таком бедственном положении. Но она
должна ещё немного побыть в долине слёз, пока её собственные
печали не научат её сочувствовать скорбящим. Он был мудрейшим
человеком на земле, когда сказал: «По печальному выражению лица
сердце становится лучше ”. Ей нужна дисциплина горя, чтобы подготовить себя
к жизни, полной исключительной полезности, которая лежит перед ней - и история
которой скоро будет изложена в другом томе.




МЕЧТА,

Рецензия на заметку Н. Л. Райс о первой серии "Теодосии Эрнест".

От автора "Теодосии".


ПРЕДИСЛОВИЕ.

Единственная рецензия или расширенное неблагоприятное заключение о первом томе «Теодосии Эрнест» была опубликована в «Сент-Луис Пресвитериан» за подписью редактора Н. Л. Райса, доктора богословия.
Это заключение приводится здесь, а также
обзор уникальных утверждений мистера Р., рассмотренных во сне, а также
естественный эффект такого обращения с лучшими аргументами, когда-либо приводимыми
пресвитерианами или педобаптистами — обращение пастора Джонсона. Мы
рассматриваем этот отзыв в связи с замечанием г-на Райса как самый
весомый аргумент в пользу баптистских позиций.

Дж. Р. ГРЕЙВС.

_нашвилл_, 1857.


ЗАМЕЧАНИЕ О ТЕОДОСИИ.

 Н. Л. Райс.

 КАК ОНО ОПУБЛИКОВАНО В ПРЕСВИТЕРИАНИНСКОМ ЖУРНАЛЕ СТ. ЛУИСА.

 Если бы упорство и изобретательность были доказательствами религиозной истины, то не осталось бы никаких сомнений в том, что погружение в воду — единственный верный способ крещения.
Сторонники этой доктрины долго и упорно трудились, чтобы
подкрепить её утверждения. Проповедь, газета, брошюра, книга,
научные аргументы, утверждения и насмешки — всё было задействовано.
Затем пришлось заново переводить всю Библию, чтобы она соответствовала баптистскому толкованию. А теперь, по милости одного друга, перед нами _баптистский роман_,
называющийся «_Теодосия Эрнест, или Героиня веры_». Автор скромно
сокрыл своё имя, но произведение опубликовано издательством Graves, Marks & Ruthland, Нэшвилл,
Теннесси. Книга действительно поучительная и занимательная. Мы хотим вкратце отметить некоторые её особенности.

 В ней прослеживается осознание слабости доктрины, которую она призвана защищать. 1. Название выдаёт это осознание — «Героиня веры». В сердце каждого христианина живёт сильное сочувствие к борьбе и конфликтам истинной веры, возвышающейся над соблазнами и гонениями нечестивого мира.
Автор счёл необходимым воспользоваться этим благородным сочувствием. Если бы он выбрал более правдивое название — «_Героиня
«Погружение» — книга, которая так и не вышла из печати.
В рвении исповедующего христианство, молодого или старого, к узкой сектантской догме мало что можно назвать благородным или романтичным.
Автор просто решил, что для погружения в тему нужен более благородный заголовок, чем сам по себе.

Та же сознательная слабость проявляется в выборе _героини_
вместо _героя_, причём героини, которая является высокообразованной,
чувствительной восемнадцатилетней девушкой. Кто может не испытывать
сильного сочувствия к такой девушке, преданно набожной, очевидно, совестливой,
готова пожертвовать всем ради истины, споря с двумя или тремя мужчинами, которые намного старше её? Мы забываем о причине спора и сочувствуем девушке. Мы придаём её аргументам двойной вес и радуемся тому, в какое затруднительное положение попали её противники. Автор романа справедливо рассудил, что дело о погружении в воду и против крещения младенцев заслуживает всего этого сочувствия и даже большего. Если бы он был героем, а не юной героиней, его слушатели
взвесили бы его аргументы, а не поддались бы сочувствию.

Дело требовало ещё большей симпатии, и поэтому мисс Теодосия
Эрнест вступает в конфликт с мужчиной, за которого она собиралась выйти
замуж, — с бессердечным, чопорным пресвитерианцем, которого она любит
самой преданной любовью. Он против того, чтобы она присоединилась
к «презренной секте баптистов» (мы, естественно, сочувствуем человеку,
которому противостоят). Она, бедная
девушка, охвачена горем, вздыхает, плачет, молится и
решает разорвать помолвку только из чистой любви к
погружению! Читатель чувствует, как его глаза наполняются слезами сочувствия к
милое несчастное создание, у которого вдобавок ко всему была противница в лице матери, и
он сам почти готов погрузиться в воду, лишь бы утешить её. Кто бы мог подумать, что баптист так хорошо понимает, насколько важно
вызвать сочувствие у своих читателей, чтобы они не заметили
неубедительности его аргументов?

 Потребность в погружении в воду была ещё сильнее. Хотя мисс Теодосия
обладает исключительными познаниями в области баптистской теологии, у неё есть основания сомневаться в действительности своего крещения. На помощь ей призван профессор Кортни, выдающийся учёный. Он, будучи
Пресвитерианин, изучив всю тему, чувствует себя в дискуссии как рыба в воде. Он понимает греческий и может читать всех учёных авторов, пишущих на эту тему. С другой стороны, у нас есть, во-первых, мистер
Перси, джентльмен, помолвленный с мисс Теодосией, изображён совершенно несведущим в этом вопросе.
Преподобный мистер Джонсон, пастор молодой леди, говорит как невежда и простак.
Профессор Джонс, дядя героини, по его собственному признанию, никогда не изучал этот предмет и едва ли обладал достаточным здравым смыслом, чтобы не попасть в беду.
С такими противниками с обеих сторон погружение в воду может смело поднять голову и бросить им вызов.  Мы не можем не восхищаться тем, как ясно автор понимает необходимость своего дела.  Было чрезвычайно уместно, что он выбрал в качестве сторонников педокрещения таких людей, как мистер Перси, который «никогда серьёзно не задумывался над этим вопросом» (стр. 13); мистер
Джонсон, который сказал: «Я никогда особо не изучал эти споры»; и
«дядя Джонс», который, будучи профессором лингвистики, считал, что его родители и их пастор должны были присутствовать при его крещении, и «имел
я никогда не интересовался, хорошо они это делают или плохо» (стр. 121). Именно над такими людьми, как справедливо заметил автор, одерживают победу баптистские полемисты. И всё же мы не можем не удивляться тому, что он так публично опозорил своё дело, выбрав в качестве оппонентов учёного мистера Кортни таких невежд!

После того как были выбраны соответствующие персонажи, сторонникам
иммерсии, конечно же, было позволено делать смелые заявления, которые
совершенно не соответствуют действительности, и закрывать глаза на
суть дела, в то время как их невежественные и мягкотелые оппоненты
разевали рты от удивления.  Таким образом, «
«Героиня веры» интуитивно решает, что крещение — это действие и что если крещение совершается погружением в воду, то окропление и обливание не могут считаться крещением.
Её интеллект слишком высок, а восприятие слишком ясно, чтобы она хоть на мгновение усомнилась в своём решении, противоречащем мнению сорока девяти из пятидесяти самых мудрых и лучших людей, живших как в древности, так и в наше время. Автор справедливо
посчитал, что эта героиня должна быть очень самовлюблённой. Мистер Перси вынужден признать то, что, как известно любому уважающему себя учёному, не соответствует действительности: все словари поддерживают иммерсионистов. Это соответствовало цели
Писатель не обращает внимания на заявление учёного баптиста Карсона о том, что «все словари» против них. «Профессор Джонс»,
бедный простак, вынужден высказывать мнение, что погружение в воду было впервые
применено «безумцами из Мюнстера во время Реформации Лютера».
Он, бедняга, не может сказать, откуда у него взялась эта идея; но «возможно, он почерпнул что-то из „Истории Реформации“ Д’Обиньяка — возможно, он услышал что-то подобное с кафедры». А убеждённый баптист, мистер Кортни, «видел и
слышал подобных высказываний много раз из различных источников. Они часто
записано в Пресвитерианской и Методистской газеты” (стр. 160). И
ученый джентльмен серьезно берется за опровержение этого утверждения, которое
никогда не было сделано ни одним достаточно информированным пресвитерианином или записано в
любой респектабельной педобаптистской газете. Книга изобилует такими подлыми
искажения.

Книга написана с изобретательностью—это было необходимо, что должно быть.
Он скрывает от глаз факты и аргументы, на которые опираются педобаптисты, или искажает их, чтобы выставить в нелепом свете. Он вводит их в заблуждение
Он приводит аргументы, которые никогда не использует. Он создаёт историю, подходящую для данного случая. В романе всё это можно сделать так, что неосведомлённый читатель не сразу это заметит. Мы с удовлетворением отмечаем, как чётко автор показывает, во-первых, и в последнюю очередь, что для обоснования своих притязаний причина погружения должна обладать весьма специфическим преимуществом.

 В конце концов, поскольку он отстаивает вымышленную историю, он, вероятно, прав, используя вымысел для её защиты. Единственный способ найти таких невежественных и глупых пресвитерианцев, как Перси, Джонсон и Джонс, — это
Он выдумал их специально для этого случая, и нигде, кроме как в воображении ревностного приверженца полного погружения в веру, не мог он найти таких пресвитерианских барышень, как «Теодосия Эрнест, героиня веры».  Автор не мог успешно атаковать настоящих, живых пресвитериан, и поэтому, решив вступить в бой и одержать победу, он выдумал несколько подходящих ему персонажей, а затем выбрал для них оружие и объяснил, как им пользоваться, чтобы не навредить себе.  Храбрец! Дон Кихот едва ли мог сравниться с ним.

 Воистину, дело антипедобаптизма, похоже, «на последнем издыхании». Если
она не может заставить христианский мир принять иммерсионистскую Библию,
и если романы не поддержат её, то что же делать?

[Иллюстрация: пастор Джонсон размышляет над статьёй доктора Райса.]


ГЛАВА I.
СОН.

Мне приснился _сон_, но был ли он сном на самом деле, пусть судит тот, кто его прочтёт.

Мне приснилось, что я в кабинете пастора Джонсона. В руке у него была пресвитерианская газета под названием «Пресвитерианская газета Сент-
Луиса». Он только что нашёл статью доктора Райса о Теодосии. Его маленькие серые глазки заблестели, как только он увидел заголовок: «А
«РОМАН О БАПТИСТАХ», ибо после неприятностей с молодой леди и её дядей он с жадностью поглощал всё, что мог найти против баптистов. Однако по мере чтения его лоб всё больше хмурился, губы судорожно сжимались, а бумага дрожала от волнения, охватившего всё его тело. Однако он продолжал читать, пока не дочитал до конца.
Затем, словно желая убедиться, что он ничего не пропустил, он
начал с подписи и перечитал её слово в слово.
Закончив, он аккуратно сложил бумагу, положил её во внутренний карман пальто, несколько секунд смотрел на огонь, а затем трижды многозначительно кивнул головой, но не прямо вперёд, а по диагонали, склонив подбородок к левому плечу и повернув затылок вправо.

Что могла означать эта странная пантомима, я так и не понял во сне, пока он не вошёл в комнату, где его жена занималась домашними делами.

“Миссис Джонсон, - сказал он, - я хочу, чтобы вы уложили мою дорожную сумку. Я
должен совершить поездку в Сент-Луис и вернуться домой до субботы.
должен выехать сегодня утром”.

“Почему, моя дорогая, что, черт возьми, случилось?”

“Я хочу пойти и повидаться с доктором Райсом, мадам; мне не нравится, как он говорит
обо мне. Он имел наглость назвать меня _глупцом_, мадам; более того, он даже заявил, что во всей нашей конфессии нет такого большого глупца. Это уже слишком, мадам, человеческая натура не может этого вынести. Я считаю своим долгом пойти и поговорить с ним как брат по вере; я хочу сказать
ему в лицо, что я думаю, что он поступил со мной очень несправедливо, и, в
короче говоря, относились ко мне очень плохо”.

Миссис Джонсон, казалось, инстинктивно поняла, что ни о какой отсрочке или
протесте не может быть и речи. Она сразу же сделала необходимые
приготовления, и ее муж ушел.

Затем я увидел во сне, что он вошел в комнату, где преподобный
Доктор был занят письмом.

— Полагаю, это преподобный доктор Райс, — сказал он. — Меня зовут Джонсон, сэр; преподобный мистер Джонсон из ;. Я счёл своим долгом, сэр, прийти к вам по поводу вашей статьи о ;.

— Ах, я рад вас видеть, мистер Джонсон. Присаживайтесь, сэр; надеюсь, ваше путешествие было приятным.


— Да, сэр, вполне, но на самом деле я очень не люблю путешествовать, и ничто не заставило бы меня отправиться в путь, кроме чувства долга. Я счёл своим долгом, сэр, прийти и сказать вам, что, по моему мнению, вы очень плохо со мной обошлись, сэр. И позвольте мне сказать, сэр,
что вы сделали больше, чтобы разрушить мою уверенность и уверенность моей паствы
в правдивости наших позиций по вопросу крещения
вопрос, превосходящий все аргументы баптистов, которые я когда-либо слышал ”.:

— Что вы имеете в виду, мой дорогой сэр?

 Мистер Джонсон достал из кармана газету, о которой шла речь, и нашёл статью о Теодосии.


— Полагаю, сэр, — сказал он, протягивая газету доктору, — вы не станете отрицать, что являетесь автором этого?


— Разумеется, нет, — ответил доктор, быстро пробегая глазами по колонке, как человек, знакомый с этими словами. — Я считаю за честь, сэр, быть первым и, насколько мне известно, единственным человеком, который попытался ответить на вопросы, поднятые в этой необычной книге.
— Я не возражаю, — ответил мистер Джонсон, — против того, чтобы вы ответили на вопросы из этой книги.
На самом деле никто не мог бы радоваться больше меня тому, что на этот вопрос дан правильный ответ,
но я хочу, чтобы вы поняли, что вы поступили со мной и теми, кто был со мной в том споре, очень несправедливо. Это было нелюбезно, сэр, это было жестоко с вашей стороны — намекать, что во всей пресвитерианской конфессии нет такого глупца, как я, только потому, что я никогда сам не изучал вопрос о крещении, а полагался на доктора Дуайта, доктора Миллера и _других наших богословов_ в вопросах информации и аргументов. Я всегда с большим уважением относился, сэр, к
наши доктора богословия. Я полагал, что они должны быть благочестивыми, образованными и честными людьми. Я думал, что могу _полагаться_ на всё, чему научился у _пресвитерианского доктора богословия_; поэтому я взял за основу их аргументы, не осмеливаясь использовать ни один из своих собственных, и всё же за это вы считаете меня простаком и называете глупцом.

— Ах, мой дорогой брат Джонсон, прошу прощения; я не сразу понял, кто вы такой. Теперь я начинаю догадываться. Позвольте заверить вас, сэр, что я искренне сочувствую вам в связи с потерей столь прекрасной
Будучи членом клуба, как мисс Теодосия, и таким влиятельным старейшиной, как её дядя Джонс. Я прекрасно понимаю, мой дорогой сэр, что вы были глубоко
ранивены этим событием и до сих пор немного обижены. Но вы не должны
из-за этого ссориться со своими друзьями. _Мы должны СДЕЛАТЬ
ЧТО-ТО, чтобы опровергнуть аргументы_, представленные автором
в его нелепом повествовании об этой сделке. Мы должны либо ответить на эти аргументы трезвой логикой, либо разрушить их влияние с помощью _насмешки_. Я уверен, что, когда вы спокойно рассмотрите этот вопрос,
вы не только простите, но даже одобрите то, что я сказал».

«Что, сэр! Простите и одобрите то, что вы назвали меня _дураком_, только потому, что я не привёл более убедительных аргументов, чем те, что были предоставлены мне _нашими величайшими
докторами богословия_!»

«Ах, мой дорогой брат, я вижу, что ты ещё не совсем меня понял. Я хочу сказать, что для того, чтобы избавиться от влияния этого глупого рассказа, мы должны либо честно признать и логически опровергнуть факты и аргументы, которые убедили мисс Теодосию и её дядю в том, что мы неправы, а баптисты правы, либо обратить внимание на
Они отвергли книгу, назвав её «РОМАНОМ» и посмеиваясь над аргументами автора, как будто на них не стоило отвечать. А теперь позвольте мне сказать вам по секрету, что было гораздо проще намекнуть на то, что как «_роман_» это произведение не подходит для благочестивых людей, высмеять книгу и посмеяться над ней, чем опровергать её _факты_ или отвечать на её _аргументы_. Поэтому я надеюсь, что вы не примете это слишком близко к сердцу,
если присоединитесь к нашему веселью, ведь вы не можете не видеть,
что если бы я прислушался к вашим аргументам и аргументам вашего друга, профессора
Джонс, если мы будем делать всё, что в наших силах, наше дело будет разрушено раз и навсегда.
Но, ловко представляя всё это как совершенную бессмыслицу и глупость, я создаю у своих читателей впечатление, что у нас есть кое-что ещё, обладающее огромной силой, что не могло бы не убедить ваших оппонентов, если бы вы только знали об этом и рассказали о своих идеях.

— Но, сэр, — ответил мистер Джонсон, — я уверен, что привёл самые лучшие доводы, какие только мог найти.
Я взял доводы наших самых выдающихся докторов богословия, как живых, так и мёртвых, за исключением присутствующих. Я бы
Я хотел бы знать, сэр, был ли в нашей церкви когда-либо доктор, который стоял выше Тимоти Дуайта, доктора богословия, и Сэмюэля Миллера, доктора богословия, одного из президентовОдин из них был почётным профессором Йельского колледжа, другой — почётным профессором нашей ведущей теологической семинарии в Принстоне, штат Нью-Джерси. Я думал, сэр, что меня не обвинят в глупости, если я последую за Дуайтом и Миллером, и, следовательно, занял ту же позицию, что и эти выдающиеся люди, чтобы доказать мисс Теодосии, что Иоанн крестил не погружением в воду, а что Господь Иисус, должно быть, был _окроплён_ на берегу реки. Просто
переверните четвёртый том, страницу 349, в книге «Божественность» Дуайта. «Это, — говорит он, — невероятно, что множество людей, которых Иоанн крестил в пустыне,
были погружены в воду. Не будет преувеличением сказать, что это беспорядочное сборище
было погружено в воду обнажённым. Если бы их погрузили в воду в одежде,
это привело бы к неизбежным болезням и смерти._ Теперь я не хотел
говорить об этом мисс Теодосии, поэтому сказал, что их не могли
погрузить в воду из-за их большого количества, и в этом я мог
пойти на поводу у нескольких докторов богословия. Доктор Саммерс пишет на странице 82 своей работы о крещении:
«Он не мог крестить огромное количество людей, пришедших к нему, погружая их в воду», — и
Он приводит в качестве причины тот факт, что его служение длилось всего год или меньше, и за это время «он крестил, возможно, два или три миллиона человек» Он, как и я, считает, что они, должно быть, стояли рядами вдоль берега, пока баптист окроплял их водой, с иссопом или без него, он не знает. Доктор Иглтон из Теннесси приводит такое же объяснение.

«Великий доктор Райс, насколько я знаю, не осмеливается утверждать, как Саммерс и Дуайт, что это было «невозможно» и «невероятно», но даже он в своей работе о крещении на странице 116 основывает свои доводы на предположении
что «_это было маловероятно_.» А доктор Миллер, которого некоторые считают более авторитетным, чем Райс, прямо говорит: «_Нет никаких доказательств, и я осмелюсь сказать, что нет и вероятности того, что Иоанн когда-либо крестил погружением в воду._»
Тогда, когда я хотел доказать, что апостол крестил не погружением в воду, а как Иоанн, что я мог сделать лучше, чем последовать за этими великими докторами? Доктор Дуайт прямо говорит в четвёртом томе, на странице
349: _«Невозможно, чтобы те, кого Пётр и его сподвижники крестили в день Пятидесятницы, были погружены в воду_», — и приводит
в качестве причин он называет, во-первых, то, что у них не было подходящей одежды; во-вторых, что не хватило времени, и он прямо намекает на то, что не хватило _воды_.


«Итак, доктор Саммерс говорит, что это было невозможно, потому что не было подходящих мест для погружения в воду, и, кроме того, двенадцать человек не смогли бы крестить такое множество людей за шесть или восемь часов, оставшихся до конца дня.  То же самое говорит и сам доктор Райс на странице 120 своей работы о крещении, приводя по сути тот же аргумент. «Где, — ликующе спрашивает он, — апостолы нашли достаточно _воды_ для крещения такого количества людей?» И
снова: «Могли ли двенадцать апостолов крестить три тысячи человек в тот день?» И доктор Миллер, которого некоторые считают даже более выдающимся, чем доктор Райс, после рассмотрения этих трудностей заявляет:
«Таким образом, человек, который может поверить в то, что три тысячи человек в день Пятидесятницы были крещены погружением в воду, должен обладать великой верой и удивительной способностью подстраивать свою веру под свои желания».

«Таким образом, в этих двух вопросах, как вы видите, я пользовался авторитетом наших самых
учёных докторов, включая даже самого доктора Н. Л. Райса, и всё же
Доктор Райс называет меня дураком за то, что я не смог сделать лучше, чем они все.


 — О нет, простите меня, мой дорогой брат Джонсон, но я говорил не об этом.
 Я признаю, что вы уловили суть наших споров по этим вопросам, но ваш аргумент, основанный на значении греческого предлога «_en_», должен признать, был довольно простым, раз вы так сильно опирались на фразу
 «_с водой_.»

— Вовсе нет, сэр; я не могу с этим согласиться. По правде говоря, сэр, это наш главный аргумент для тех, кто не разбирается в науке. В нём больше
В ней больше правдоподобия, чем в любой другой книге, которую я когда-либо читал. И, сэр, позвольте мне сказать вам, что, хотя сейчас вы можете назвать это глупостью и счесть меня дураком за то, что я это использовал, я сделал это с разрешения не одного из наших докторов богословия. Преподобный Александр Ньютон, доктор богословия, в книге «Истина
Баптист приводит длинный и тщательно продуманный аргумент, основанный на
таком толковании этого слова. Доктор Саммерс на странице 100 прямо говорит, что
«с» — это правильное значение слова, «когда оно используется в связи с
крещением». И даже сам великий доктор Райс в своём споре с
Кэмпбелл, стр. 191, процитировал Блумфилда, чтобы показать, что «_en hudati_» следует переводить как «с водой», а не в воде. Как же тогда
доктор Райс может называть меня глупцом за то, что я использую его собственные аргументы и аргументы других
докторов, почти равных ему по уровню?

«Я не отрицаю, что ссылался на это, — ответил доктор, — но я слишком хорошо знаю, что это заблуждение, чтобы рисковать нашим делом из-за него, как это сделали вы. Но не столько из-за этого, сколько из-за того, что вы обратили внимание на неосторожные признания Барнса, Чалмерса и Макнайта, я подумал, что вы, мягко говоря, _неосмотрительны_.

— Но, мой дорогой сэр, разве все они не были пресвитерианами? Разве все они не были
ДОКТОРАМИ БОЖЕСТВЕННОГО НАУКИ? Разве я не мог направить любознательного члена пресвитерианской церкви к нашим пресвитерианским докторам богословия за информацией? Я знаю, что эти люди считались одними из самых мудрых и лучших из всех наших врачей.
Я считал само собой разумеющимся, что они изучили предмет, прежде чем писать о нём.
Я уверен, что у меня не было никаких подозрений в том, что они будут вводить в заблуждение тех, кто доверял их учению.

 — Но когда вы поняли, в каком направлении они ведут ваших исследователей, почему вы...
разве вы не противоречили им и не оспаривали их показания?

 «Я сделал всё, что мог, — ответил мистер Джонсон, — но, по правде говоря, я не доктор богословия, как вы, и поэтому не мог противоречить таким людям с таким же невозмутимым видом, как вы.  Если бы вы были там, вы могли бы сказать: «Мои дорогие юные друзья, эти учёные мужи и выдающиеся мастера пресвитерианской церкви действительно так учат, но они в корне неправы. Они заявили то, что совершенно не соответствует действительности; вы можете поверить мне на слово, но их словам доверять нельзя». Но ты больше не
Вы не больше моего могли бы отрицать, что доктор Барнс считает, что греческое слово «баптизо» означает то же самое, что и древнееврейское «табаль», и что он говорит и доказывает, что в Священном Писании оно означает «_окунать_.» Вы не больше моего могли бы отрицать, что Чалмерс и Макнайт оба безоговорочно считают погружение в воду значением этого слова и оба согласны с тем, что именно погружение в воду использовали Иоанн и апостолы. _Это_ слишком очевидно, чтобы спорить. Но они, как и вы, доктор богословия, и вы были модератором Генеральной ассамблеи в течение года, как Макнайт был модератором в течение двадцати лет, _вы_
Возможно, вы осмелились бы оспорить их слова — _вы_ могли бы усомниться либо в их образованности, либо в их правдивости, ведь если они говорили неправду, то либо по незнанию, либо намеренно. Но такому простому пастору, как я, не пристало ставить _моё_ слово против слова любого _из_ этих великих докторов, а тем более против всех троих.  Уверяю вас, сэр, что в таком споре вы, доктора богословия, имеете большое преимущество перед нами, простыми пасторами.
Когда этот учёный профессор теологии Мозес Стюарт говорит, что все
Все известные критики и лексикографы сходятся во мнении, что погружение в воду является общепринятым и основным значением слова «крещение» и что первые христиане понимали его именно так. _Вы_ можете просто сказать, что _ничего подобного не было_;
но люди будут ожидать, что я докажу это, причём очень убедительно,
прежде чем они поверят, что Стюарт солгал об этом или что человек с его выдающимися познаниями мог ошибиться.

[Иллюстрация: пастор Джонсон расспрашивает доктора Райса о его статье.]

 «Когда учёный Мартин Лютер говорит, что «крещение — это греческое слово, и
означает погружение», и что этимология этого слова, по-видимому, требует, чтобы крещаемый «был полностью погружён в воду, а затем
немедленно извлечён из неё», как он делает в своих трудах, т. 1, с. 386.
Вы могли бы ответить: «Доктор Мартин Лютер, должно быть,
сильно заблуждается на этот счёт, потому что я, доктор Н. Л. Райс, изучил этот вопрос и пришёл к выводу, что это неправда». Когда этот «благочестивый, образованный человек, ДЖОН
КЕЛЬВИН в своих «Институтах», б. IV, с. 15, говорит, что «слово «крестить» означает «погружать», и несомненно, что погружение было практикой
«Древняя церковь», — _вы_, как доктор богословия, можете сказать: «Доктор Джон Кальвин ошибался — это неправда». Когда этот весьма учёный и выдающийся
исследователь КАСАУБОН говорит: «Крещение совершалось путём ПОГРУЖЕНИЯ
или ОКУНАНИЯ в воду, о чём ясно говорит само слово “крещение”», — вам остаётся только сказать: «Касаубон либо очень плохо разбирался в этом вопросе, либо лгал, потому что я, доктор Н. Л. Райс, выяснил, что это не так».

«Когда учёный епископ Буссе заявляет, что «крестить — значит погрузить в воду, как это признаёт весь мир»; когда знаменитый критик Венема
говорит: «Слово _baptizien_, означающее крещение, нигде в Священном Писании не используется для обозначения окропления»; когда великий учёный говорит, комментируя Мф. iii. 6: «Крещение заключается в погружении всего тела в воду», — вы можете просто ответить: «Я знаю, что эти учёные иностранцы говорят такие вещи, но доктор Н. Л. Райс знает лучше».

«Когда такой человек, как доктор Джордж Кэмпбелл из Шотландии, президент пресвитерианского колледжа, говорит, что слово BAPTIZIEN как в священных, так и в классических текстах означает «окунать», «погружать», «погружаться»,
и было таким образом истолковано Тертуллианом, старейшим из латинских отцов церкви»,
что «оно ВСЕГДА трактуется в соответствии с этим значением», что «оно
ни в коем случае, ни в священных, ни в классических текстах, не используется в значении «дождь» или «окропление», вам нужно лишь сказать, что «доктор Джордж Кэмпбелл расходится во мнениях с доктором Н. Л. Райсом» по этим вопросам.

«Когда учёный профессор греческого языка, такой как знаменитый Чарльз Энтон
из Колумбийского колледжа, автор некоторых из наших самых ценных учебников по классической филологии, прямо заявляет, что «первоначальное значение этого слова —
to dip или to IMMERSE, а также его второстепенные значения, если они когда-либо были,
все так или иначе относятся к одной и той же основной идее», что
«о разбрызгивании и выливании не может быть и речи», вам нужно всего лишь сказать: «Мистер Энтон — всего лишь учёный _профессор_ языков, а я,
ДОКТОР БОГОСЛОВИЯ, беру на себя смелость заверить вас, что он
совершенно ошибается». ЭТО НЕПРАВДА; и пусть мир судит, невежественен ли профессор Энтон или лжёт.


 — Если бы я, простой пастор без титула, говорил так, мне бы не поверили.
 Я попробовал, сэр. Я решительно заявил, как доктор Миллер
сделал. Я намеревался использовать именно его слова: ‘Теперь мы утверждаем, что это
слово не обязательно и даже не обычно означает "погружать", но
также подразумевает мытье, разбрызгивание, обливание водой и подкрашивание
любой жидкостью, и поэтому очень хорошо согласуется с режимом
крещения путем разбрызгивания или обливания.’ «Я могу заверить вас, — говорит он в другом месте, — что слово, которое мы переводим как “крестить”, действительно означает применение воды любым способом, в том числе погружением в воду».
 Теперь я могу делать заявления с такой же уверенностью, как и сам доктор Райс.
но я обнаружила, что от меня ожидали, что я докажу их, и это на основании
Священных Писаний, и таким образом, чтобы демонстрация была понятна для
здравого смысла серьезной и проницательной, сообразительной девушки. Уверяю вас,
Я бы предпочел попытаться удовлетворить дюжину докторов богословия ”.

“Но почему вы не обратились к "Лексиконам", как я сделал на своих дебатах в Лексингтоне
? Почему вы позволили молодой адвокат, чтобы вырвать это оружие из
руки в самом начале? Мистер Кэмпбелл начал цитировать
«Лексиконы» в мой адрес, но я показал, что в эту игру могут играть двое.

— И всё же, я уверен, сэр, мисс Теодосия сказала бы, что вы проиграли, как бы хорошо вы ни играли. По правде говоря, доктор Альберт Барнс, указывая на _места_ в Ветхом Завете, где можно найти значение слова в том виде, в котором оно использовалось у евреев, устранил необходимость в каких-либо ссылках на лексиконы, если только это не было нужно для того, чтобы доказать, что Барнс был лжетолкователем, а этого мне не хотелось делать. Но
что могли дать мне Лексиконы для достижения моей цели, даже если их цитируешь ты сам?
Ты обратился к одиннадцати из них и, полагаю, дал
самые благоприятные определения, которые вы могли бы извлечь. Теперь вы помните, что ни мисс Эрнест, ни мистер Перси не придерживались такой позиции, как мистер.
Карсон или мистер Кэмпбелл в вашем споре. Никто в нашей компании не настаивал на том, что _immerse_ — это _единственное_ и _необходимое_ значение слова, а лишь на том, что это _обычное_ и _наиболее частое_ значение, в связи с которым оно _скорее всего_ будет употреблено, и поэтому его следует (согласно общепринятым правилам толкования) понимать именно так, _если только контекст не требует иного_.
Теперь вы, как и я, знаете, что в словарях принято давать
общеупотребительное, повседневное значение в качестве основного или _первого_ определения.
И всё же, когда вы попытались выяснить значение слова baptizo в словарях, что они вам сообщили?

«_Scapula_, согласно вашему собственному переводу, означает baptizo, то есть окунать или погружать; а также окрашивать, как мы окрашиваем вещи, погружая их в воду; а также погружать, окунать, покрывать водой и т. д.


«_Hedericus_ означает окунать, погружать, покрывать водой.


«_Stephanus_. — Окунать, погружать, как мы погружаем вещи в воду с целью
окрашивания или стирки; погружать, окунать, покрывать водой.

“_Шлёзнер_. — Погружать, окунать.

“_Паркхерст_. — Погружать в воду или мыть водой.

“_Робинсон_. — Погружать, топить.

“_Шривеллиус_. — Крестить, погружать в воду.

«_Гровс_. — Окунать, погружать, погружаться, нырять.

«_Бретшнейдер_. — Правильно, часто окунать.

«_Суидас_. — Тонуть, нырять, погружаться.

«_Уэр_. — Мыться, совершать омовение, очищаться; во-вторых, погружаться.
«_Гринфилд_. — Погружаться, окунаться, уходить под воду, тонуть.

«Итак, из всех одиннадцати вы смогли найти только _одного_, и это был неизвестный
к славе, которая не даёт _dip_ или его эквиваленту первого и основного значения. Мисс Эрнест сказала бы, что показания десяти свидетелей против вас перевешивают. Если бы вы предстали перед судом с десятью свидетелями против вас и только с одним за вас, мистер Перси, как адвокат, заявил бы, что ваше дело совершенно безнадёжно.

 «Но мистер Кэмпбелл в то время дал вам несколько других словарей, среди которых был:

«_Тезаурус Робертсона_» определяет это слово как «погружать в жидкость, мыть».

 «_Пасон_. — Окунать, погружать в жидкость, окрашивать, потому что это делается путём погружения.

«_Доннеган_. — Погружать несколько раз в жидкость, погружать, топить.

«_Джонс_. — Погружать, окунать, крестить, хоронить, подавлять.

«_Басс_. — Окунать, погружать в воду. Крещение, погружение, окунание.

«_Стокиус_. — Окунать, погружать в воду.

«Таким образом, у нас есть шестнадцать свидетелей, которые утверждают, что это его основное и общепринятое значение. Шестнадцать человек, которые утверждают, что это слово следует понимать именно так, если контекст не требует иного толкования. И только один человек, который считает, что его основное значение — _мыть_. Мистер Кэмпбелл также упомянул нескольких других людей, которые, по его словам, придавали этому слову тот же смысл, а вы этого не сделали
оспаривайте его слова”.

“Но что из всего этого?” - ответил преподобный доктор Райс. “Я бы на твоем месте
отложил в сторону все эти словари, процитировав всего одно предложение
великого баптиста, доктора Карсона, который, несомненно, должен был понять
что он говорит, и который не был другом спринклинга; и все же он недвусмысленно
говорит: ‘ЧТО ВСЕ СЛОВАРИ ПРОТИВ НЕГО ’. Этого свидетельства достаточно
для меня ”.

“ Но это было бы не ради мисс Теодосии или мистера Перси. Они бы попросили показать им КНИГУ и то место, где она находится, и прочитали бы её сами, а значит, наверняка узнали бы то, что вы должны
Я знал до того, как вы процитировали это, что он НЕ говорит о том, что все
Лексиконы против баптистов. Он НЕ говорит о том, что все или кто-либо из
Лексиконов считает окропление или обливание значением этого слова. Он
НЕ говорит о том, что не все они согласны с тем, что погружение или его эквивалент является основным и общепринятым значением. «В этом вопросе, — говорит он, — я не спорю с Лексиконами. Между ними существует полная гармония в том, что касается представления о погружении как о первичном значении слов bapto и baptizo.
 Мистер Карсон отрицает, что у этих слов есть какое-либо вторичное значение или что они
никогда не означает ничего, кроме «окунуть» или «погрузить». И именно в этом месте он говорит, на странице 55: «Все лексикографы и комментаторы настроены против него».
Я не смог бы удовлетворить своих читателей таким искажением фактов, даже если бы моя совесть позволила мне это сделать. Мы все знаем, что в словарях этим словам придаются второстепенные значения, и в нашей компании никто не ставил под сомнение правомерность такого подхода. Но, сэр, с тех пор как я заинтересовался этой темой, меня поразило, что ни один из них
из всех семнадцати лексиконов, упомянутых и процитированных вами и мистером Кэмпбеллом
_sprinkle_ или _pour_ имеют даже второстепенное значение. Они
предоставляют _wash_ и _cleanse_, но некоторые из них старательно объясняют
это потому, что вещи можно стирать и очищать, окунув их в
воду. И я задумался, особенно после того, как прочитал вашу статью,
что то, что мы привыкли называть _крещением_, — это даже не _омовение_.
Ведь если бы доктор сказал мне _омыть_ одного из моих детей, который был болен, тёплой водой, я уверен, я бы не почувствовал, что сделал
Я выполнил предписание, окунув кончики пальцев в воду и прикоснувшись ими к его лбу. И, по правде говоря, сэр, я полагаю, что
Я могу с таким же успехом сказать, что, поскольку вы так легкомысленно отнеслись ко всем аргументам, которые я приводил в ходе нашего обсуждения, и при этом не предложили мне ничего лучшего и не сказали, к кому из наших врачей я могу обратиться за более вескими или убедительными доводами, я начинаю сомневаться, не ошибаемся ли мы оба и не было ли у мисс Эрнест и её друзей более веских причин для того, чтобы покинуть нас, чем те, которые я могу найти для того, чтобы остаться там, где я нахожусь.

— Да, — воскликнул профессор Джонс (который внезапно появился, как это часто бывает во сне), — я часто думал о том, как бы мы разозлились, если бы те, кто обязан нам подчиняться, поступали так же, как некоторые из нас поступают с Богом. Доктор Райс, например, говорит маленькому слуге в субботу вечером: «Иди _умойся_ или иди _искупайся_ и надень чистую одежду для субботы». Слуга,
вместо того чтобы обмыть всё тело, набирает в ладонь несколько капель воды и выливает их себе на макушку. «Ты, малыш
«Негодник, — сказал бы доктор Райс, — почему ты не помылся, как я тебе велел?»

«Я помылся, сэр».

«Ты помылся! И это ты называешь _помыться_? Да ты даже голову не намочил. Иди сюда, сэр; я научу тебя, как нарушать мои заповеди».

«Пожалуйста, сэр», — восклицает мальчик. — Пожалуйста, сэр, не наказывайте меня. Я уверен, сэр, что ялся сам. Я могу вам это доказать, сэр.

 — Ах ты, дерзкий мальчишка. Ты только что признался, что плеснул всего несколько капель воды себе на голову.

 — Я знаю, сэр, но это было _мытье головы_, сэр. Я могу вам это доказать.
объединённое свидетельство всех ваших ДОКТОРОВ БОЖЕСТВЕННОСТИ, включая преподобного доктора Н. Л. Райса. Возможно, вы сейчас так злитесь, сэр, что не помните этого, но во время дебатов в Лексингтоне вы снова и снова повторяли, что крестить — значит _омывать_, а омывать — значит _крестить_, и когда _вы_ и другие наши ДОКТОРА БОЖЕСТВЕННОСТИ _крестите_, вы всего лишь льёте несколько капель воды на голову человека. Кроме того, вы снова и снова повторяли, что «умывание» — это «_общее_» слово (кажется, так, сэр),
и его можно использовать в любом контексте, а поскольку все
великие ДОКТОРА БОЖЕСТВЕННОСТИ используют, когда =Бог= велит _им_ «_умыться_»
люди, я уверен, сэр, вы не могли ожидать, что _я_ сделаю больше в
повиновении _вашему_ приказу, чем _вы_ делаете в повиновении ЕМУ.

«Но оставим это; я просто зашёл, доктор, чтобы поблагодарить вас за то, что вы так любезно отнеслись ко мне в своей статье о Теодосии. Это обычное дело,
когда человек, движимый чувством долга, покидает одну конфессию, чтобы
примкнуть к другой, и когда те, кого он покидает, пытаются клеветой разрушить его покой и подорвать его полезность.  Это обычное дело — нападать
его характер и ставят под сомнение его мотивы. И такой же подход иногда
используется для противодействия влиянию _спорной_ КНИГИ. Когда
его аргументы не были опровергнуты, моральный или христианский
характер автора подвергся нападкам, которые мало говорят о благочестии
нападавших и сами по себе являются очевидным доказательством того,
что в системе есть что-то гнилое, что требует таких грязных средств для
поддержания и порождает таких злобных людей, которые за неё
борются. Но мне было очень приятно видеть, что вы
Вы говорите обо мне «скорее с печалью, чем с гневом»; вы скорее склонны
жалеть меня, чем оскорблять. Вы считаете меня слабым и глупым, и это хуже всего. Я мог ожидать не меньшего, ведь мы все склонны
пренебрежительно относиться к разуму, который _не может_ увидеть то, что нам кажется таким же ясным, как свет. Вы подумали, что мой друг, мистер Джонсон, был недалёким,
потому что ему не удалось убедить ни меня, ни мою племянницу; и я мог бы
ожидать, что вы подумаете обо мне ещё хуже, потому что меня не удалось
убедить. Если бы мистер Джонсон использовал _все_ аргументы, которые мог
Судя по тому, что вы нашли в трудах пресвитерианских богословов, вы могли бы с полным основанием счесть его простаком.


«Он спорил с доктором Миллером и другими докторами о том, что слово «крестить» означает «окроплять» или «поливать», а также «погружать».


«Как и некоторые другие, в том числе и вы, он отрицал, что крещение Иоанна было христианским крещением.

«Как и вы все, он отрицал, что Иисус вошёл в воду или что Иоанн крестил в Иордане, но утверждал, что он окроплял людей, стоявших рядами на берегу.

«Как и вы, и другие врачи, он отрицал, что в Иерусалиме было достаточно воды, чтобы погрузить в неё три тысячи человек, или что на это было достаточно времени.


Как и вы, и другие врачи, он приводил доводы в пользу _смысла_ крещения, утверждая, что окропление лучше символизирует крещение, чем погружение.


Как и вы, и другие врачи, он приводил весьма убедительные доводы в пользу того, что излияние Святого Духа в день Пятидесятницы было крещением.

«Как и вы, и некоторые другие врачи, он привёл самый убедительный аргумент в пользу того, что можно перевести «_с водой_» как
«en udati». И он придал каждому из этих аргументов _всю_
силу, на которую они были логически способны, и если они не могли
противостоять простому здравому смыслу решительной и
искренней девушки, то это была не его вина, а вина самих аргументов.
Если бы он привёл все аргументы, которые, по его мнению, были
серьёзно изложены докторами богословия, маленький Эдвин
высмеял бы его до слёз. Что, если бы он, подобно доктору Дуайту, заявил, что «_сам Христос прямо учил нас этому
Погружение не является обязательным условием для применения этого постановления._’

“Когда он сказал Петр, Иоанн XIII.: ‘Он что промывают понадобится не волнует
ноги умыть, потому что чист весь Уит, из которой узнали
доктор приходит к выводу, что символическое стиральная идеальным, хотя применяется
только к ногам; как если бы он применялся также на руках и
головы, и если эта конструкция будет разрешен, надо признать
что декларация носит общий характер и распространяется на все иные символические
мытье, и поэтому к крещению, за исключением некоторых равнина
исключение». См. «Божественность» Дуайта, т. 4, стр. 150, 157.

 «Другой доктор богословия также заявляет, что «Христос не одобрял практику погружения в воду для религиозного очищения. Тот, кто омылся, сказал он Петру, не нуждается ни в чём, кроме омовения ног, но уже чист. От Иоанна, 13:9, 10. Прочитав этот текст в контексте, мы поймем, что он не только не вводил практику омовения всего тела как религиозный обряд, но и осуждал ее,
заявляя, что в этом нет необходимости, и отказываясь удовлетворить желание Петра.
чтобы вода была применена к нему в большем количестве, чем
Спаситель использовал её». См. Джеймс Вуд, доктор богословия, «О христианском крещении», стр.
35. Если доктор Вуд последователен в своих взглядах, то он применяет воду к младенцу. дорогая маленькая ножка, ведь именно обливание водой «_рук_» или «_головы_» Иисус «_не одобрял_» и «_не поощрял_».
Поэтому я полагаю, что доктор Вуд не только педобaptист, но и _педальный_ баптист, креститель ног.

 «А что, если бы мистер Джонсон сказал, как это сделал не один из ДОКТОРОВ
БОЖЕСТВО сделало так, что есть такое же доказательство того, что евнух погрузил
Филиппа, как и того, что Филипп погрузил евнуха? Однако великий
доктор Миллер говорит: «Есть такое же доказательство того, что Филипп был погружён, как и того, что евнух был погружён». И доктор Дуайт утверждает, что если «_eis_» означает «в», а «_ek_» — «из», то в повествовании об этой сделке
они оба погрузились _дважды_, а евнух — _трижды_. Вот его слова:
«Сделанные здесь заявления касаются евнуха и Филиппа; об обоих говорится, что _они спустились в
вода_, если мы переведём _eis_ как «в»; об обоих также говорится _что, когда они
вышли из воды_, если мы переведём слово _ek_ как «из». Теперь давайте
посмотрим, каков будет истинный смысл отрывка при таком толковании
рассматриваемых слов: _и оба они вошли в воду, и Филипп, и
евнух_. То есть _оба они погрузились в воду.
И он крестил его, то есть Филипп погрузил евнуха в воду._ И когда они
вышли из воды, то есть когда они оба погрузились в воду во второй раз и вышли из неё, _Дух Господень
застал Филиппа врасплох_. Другими словами, они оба погрузились в воду дважды, а евнух — трижды. См. «Божественность» Дуайта, т. 4, с. 350, проповедь о крещении.


«Предположим, что мистер Джонсон, как и доктор Вуд, серьёзно утверждал, что евнух должен был быть крещён окроплением, потому что он читал в Исаии, а Исаия где-то упоминает об этом, хотя и не в этом отрывке
В цитате, которую он читал, говорится, что Мессия _окропит_
множество народов, в то время как каждому учёному известно, что в Септуагинте, которую он, скорее всего, читал, слово _окропит_ не встречается.
«_thaumasontai_» — изумлять, «так он _изумит_ многие народы». И
доктор Адам Кларк говорит, что это лучший перевод с иврита. То, что
_евреи_ так понимали иврит, видно из их перевода.
И поэтому, читал ли евнух на иврите или на греческом, он не мог найти такого слова, как «окроплять».

«Но хотя ваши _доктора богословия_ наговорили столько чепухи, мой друг, мистер Джонсон, был достаточно благоразумен, чтобы понимать, что подобные аргументы не выдержат проверки искренним, пытливым _здравым смыслом_ даже у простой девушки, и поэтому не стал бы
Он использовал всё, что у вас было, и сделал с этим всё, что мог.
 Он использовал всё, что у вас было, и сделал с этим всё, что мог. Я признаю, что и он, и я использовали некоторые _очень простые аргументы_; более того,
что _все_ наши аргументы были глупыми, пока мы спорили против истины,
ибо каждый _ложный_ аргумент _должен быть глупым_, но ни один из нас
не был таким глупым, как некоторые из вас, ДОКТОРА БОЖЕСТВЕННОСТИ, и
поскольку вы сами осудили и высмеяли _те самые аргументы_, с помощью
которых не только он, но и тысячи ваших людей вводятся в заблуждение
и не могут подчиниться Христу, я верю, что и он, и они осознают свою глупость.
оставьте свои заблуждения, повинуйтесь своему Господу и, как я и моя племянница, объединитесь с его видимой церковью».


ГЛАВА II.


Тогда я увидел во сне, что пастор Джонсон сидит со своей доброй старой женой в их тихой комнате; но лицо его было печально, и она видела, что его сердце тревожится, и знала, что с ним что-то случилось за время его отсутствия. С истинно женским тактом она попыталась выяснить, что это было, не задавая прямых вопросов.

 «Надеюсь, моя дорогая, путешествие было приятным и по пути с вами не случилось ничего неприятного».

 «Всё было так приятно, как я и ожидала».

— Вы, конечно, видели доктора Райса. Мне говорили с тех пор, как вы начали работать, что он — идеальный образец христианского джентльмена и наверняка всё вам объяснит. Вам так не показалось?

 — Джентльмен! Да, полагаю, он из тех, кого люди называют джентльменами, — воспитанный, приятный джентльмен, — и он, вероятно, произнёс то, что, по его мнению, является лучшим извинением в данной ситуации.

 — Но вас это не вполне удовлетворило? Что ж, неудивительно.
Было бы слишком жестоко называть тебя большим простаком, чем все пресвитерианцы вместе взятые. Но какое объяснение он дал?

— Моя дорогая жена, — сказал пастор, внезапно подняв глаза и пристально глядя ей в лицо, — я начинаю думать, что нашим _докторам богословия_ можно доверять не больше, чем другим людям, и что мисс Эрнест, эсквайр Перси и профессор Джонс были правы, когда отбросили все их утверждения и обратились к Священному Писанию, чтобы самим найти его учение.

 — Но, мистер Джонсон!

— Да, моя дорогая, я больше никогда в жизни не поверю голословным утверждениям какого-нибудь _доктора богословия_.
 Только подумай об этом сейчас — доктор Райс
_смеётся_ над моими аргументами в пользу окропления, а также над аргументами мистера Перси и профессора Джонса. Он выставляет их на всеобщее посмешище.
 Он говорит о них так, словно они достойны лишь презрения; и всё же мы с вами прекрасно знаем, что эти аргументы я _позаимствовал_,
ВСЕ ДО ОДНОГО, у _доктора богословия_. Это те же самые аргументы, которые использовали доктор Иглтон, доктор Ньютон, доктор Вуд, доктор Саммерс, доктор Миллер, доктор Дуайт и даже сам доктор Райс. Но чтобы заставить мир поверить в то, что мы
У него есть более сильные и убедительные аргументы, но он смеётся над ними, как будто это пустая болтовня самого невежественного человека во всём христианском мире.
 Но приводит ли он какие-то более сильные или убедительные аргументы? Указывает ли он на главу и страницу в трудах наших докторов богословия, где они приводят что-то более убедительное? Вовсе нет.
Он был вынужден признаться профессору Джонсу, с которым я встретился у него дома, что сам использовал эти аргументы в споре с
Кэмпбелл; и профессор также указал ему на тома и
страницы в трудах наших _величайших_ докторов, где они приводили аргументы, _гораздо более нелепые, чем мои_, что мне было бы стыдно упоминать о них в разговоре с такой проницательной и разумной девушкой, как Теодосия. Что же мне, как христианину и христианскому священнику, делать? Я всё время верил, что мы правы, и поэтому так проповедовал и так поступал. Но ты же знаешь, я скорее отрублю себе правую руку, чем воспользуюсь ею, чтобы окропить другого младенца, если этого не требует Христос.
Я думал, что он должен был... потому что доверял учению наших врачей
Возможно, я ошибаюсь, но когда эти доктора выставляют напоказ те самые аргументы, которыми
я был убеждён, на посмешище религиозному миру и при этом не предлагают ничего лучше, я не могу не думать, что где-то в системе что-то не так.

[Иллюстрация: пастор Джонсон обсуждает крещение со своей женой.]

«Я намерен, с Божьей помощью, самостоятельно изучить _учение Священного Писания_. Я помню, что мы не смогли найти ни одной заповеди о крещении младенцев, ни одного примера крещения. Я помню, что наши лучшие комментаторы, такие как Барнс в этой стране и Ольшаузен в
Европа, говорят, что в тексте, на который я больше всего полагался, об этом ничего не сказано: «Пустите детей приходить ко Мне». Я помню, что мы не смогли найти ни одного текста, с которым согласились бы все наши богословы, требующего или оправдывающего эту практику, даже в отношении завета обрезания, который, по мнению доктора Макноута, является нашей самой крепкой опорой. Профессор Стюарт прямо заявляет в своём комментарии к Бытию, глава XVII: и галатам, что они могут позволить себе _никакого_
одобрения; а что касается окропления, то даже сам доктор Райс делал
нет, и я не осмелюсь утверждать, что греческое слово «крестить» в Священном Писании когда-либо было переведено как «окроплять» в каком-либо надёжном словаре или у какого-либо выдающегося критика. Он лишь утверждает, что его можно перевести как «омывать», а затем говорит, что омовение можно совершить, вылив на голову человека дюжину капель воды или меньше. Но _можно_ ли это сделать? Если вы или я скажем одному из детей, чтобы он умылся, но не _лицо_ умыл, а
_сам_, счёл бы _он_ полным и безоговорочным послушанием, если бы ему
нужно было лишь окунуть кончики пальцев в воду и коснуться ими
голову, или лицо, или ноги, или руки; ведь я не вижу, чтобы в прикосновении к одной части тела было больше благопристойности, чем к другой».

«Не думаю, что мы бы так поступили, моя дорогая», — ответила добрая женщина. — И если это так, то, я уверен, это должно быть каким-то _злым НАДЁРОМ — делать это в послушании
Божьим_ заповедям, которые мы сочли бы сущей безделицей, если бы
это делалось вместо реального послушания подобным заповедям с нашей стороны.
— Боюсь, моя дорогая, — продолжил пастор, — я ужасно боюсь, что мы были неправы. Видит Бог, я _хотел_ поступить правильно — видит Бог, я искренне верил
что я был прав; но после этого сообщения от доктора Райса дело стало казаться мне пугающе мрачным.


Я думал, молился и снова думал, пока у меня не закружилась голова.
 Я не могу не видеть Иисуса, крестящегося, как говорит Марк, «_Эис_», не просто в реке Иордан, а _в реке Иордан_. Я не могу не думать о том, как евнух и Филипп спускаются в воду, затем происходит крещение, а потом они выходят из воды. Я боюсь, что наши врачи _искажают_ и перевирают слова, пытаясь придать им менее значимый смысл. Я боюсь, что некоторые из них почти _увиливают_ от ответа, чтобы скрыть простой и естественный смысл языка.
Но, о, это ужасная мысль — что мы всё это время ошибались;
что я, служитель Христа, _всю свою жизнь_ был поборником заблуждения
и делал во имя его то, чего он никогда не заповедовал,
и постоянно отменял то, что он на самом деле повелел делать всем своим служителям. Я должен больше изучать этот вопрос. Я должен больше молиться об этом. Но если я обнаружу это — как бы я ни любил свой народ, как бы я ни любил свою церковь, как бы я ни любил своих братьев по служению, как бы я ни любил доктрины и таинства, которым я так долго учил, — я откажусь от всего этого.
Я верю, что люблю истину и люблю своего Спасителя больше, чем всех их, и я войду в воду, как это сделал евнух, и мистер
Перси сам крестит меня, как Филипп крестил евнуха, и когда мы выйдем из воды, я верю, что встречу Духа Господня, готового найти для меня место, где я буду трудиться, и благословить мою работу.

[Иллюстрация: во сне мистер Перси крестит пастора Джонсона.]

Затем, через несколько недель после этого, я увидел во сне, что мистер Перси вернулся из поездки в Нэшвилл и горные районы Теннесси
(рассказ об этом приводится во втором томе «Феодосии Эрнест»)
и он стоял на том же месте, где Феодосия вошла в воду. На берегу собралось множество людей. Многие из них пришли процессией из красивого нового баптистского молитвенного дома, который стоял рядом со старой школой, где Феодосия была принята в видимое общество народа Христова.
Многие пришли из великолепного старинного здания, в котором до недавнего времени пастор Джонсон служил в течение многих лет.
Многие пришли из других мест поклонения, и среди них было немало тех, кто редко бывал на подобных религиозных мероприятиях.
Они пришли просто ради того, чтобы удовлетворить своё любопытство. Но какой бы многочисленной и разнообразной ни была толпа,
все молчали, были торжественны и полны слёз, когда старик
остановился у кромки воды, повернулся к ним и, глядя в их выжидающие глаза, кратко изложил причины, по которым он, следуя примеру своего Спасителя и повинуясь его прямому повелению, которое он больше не мог понимать иначе, собирался «погрести себя со Христом через крещение».

У нас нет возможности рассказать обо всех причинах, которые он назвал в тот день.
Нам достаточно лишь отметить, что после искренней молитвы о наставлении свыше он решил «_исследовать Писание_» и отвергнуть мнение врачей.
Он не смог найти ни одного упоминания о крещении окроплением. Он также не смог найти ни одного текста, который бы
предписывал или оправдывал крещение младенцев. Судьями были
сами пресвитерианские доктора богословия, поскольку каждый текст,
который можно было бы назвать подтверждающим крещение младенцев,
по мнению полудюжины других текстов, не имел к этому никакого
отношения.

«Здесь, — сказал он в заключение, — много моих бывших учеников.
Я вижу их некогда знакомые лица. Некоторые смотрят на меня с жалостью; и если бы я продолжал во имя моего Учителя делать то, что он нигде не заповедовал, мне бы понадобилась их жалость.


Некоторые смотрят на меня с искренней печалью; и даже сейчас я вижу следы их слёз на их любящих лицах. Друзья мои, сейчас я
счастливее, чем был за все эти месяцы. Сомнения уступили место
уверенности, колебания — решению. Борьба, долгая, мучительная,
Душераздирающая борьба между старыми привязанностями и личными предпочтениями, с одной стороны, и долгом перед моим Господом и Учителем — с другой, наконец прекратилась, и я обрёл _мир_ с Богом и _мир_ со своей совестью.

«Возможно, есть люди, которые смотрят на меня с гневом; те, кто будет
поносить меня горькими словами; те, кто может клеветать на мои мотивы и
пытаться разрушить мою репутацию; те, кто может распускать слухи о том,
что их старый пастор был _ненормальным_ или кем-то похуже и что люди,
которым он так долго служил, были рады так легко от него избавиться.
Такие вещи говорили
о других, и, без сомнения, обо мне тоже будут говорить. Но, даже если ты будешь хулить меня, я всё равно буду любить тебя. Даже если ты будешь преследовать меня, я всё равно буду молиться за тебя и буду стремиться привести тебя к познанию всей истины славного Евангелия моего благословенного Бога. И поскольку ты не можешь заставить меня возненавидеть тебя, ты не можешь навредить мне своей ненавистью. Я расстаюсь с вами
всеми в любви к Евангелию и молюсь за всех вас, чтобы Бог помог
вам увидеть, как увидел я, грех и опасность отказа от
установлений Христа и учения, основанного на традициях и
заповедях людей».

Затем они спустились в воду, и мистер Перси, и бывший пастор
и он крестил его; и они вышли из воды, и я
проснулся — и вот, это был сон! И все же, любезный читатель, _ было ли ВСЕ это
сном_?

Конец.




СНОСКИ

[1] См. Доктора Миллера.

[2] «Что, — говорит профессор Мозес Стюарт, стр. 298, — каковы _классические_ значения слов bapto и baptizo? Оба этих слова означают «окунать», «погружать», «окунаться в какую-либо жидкость». Все известные лексикографы и критики сходятся во мнении». И снова, на стр. 288: «The
Первоначальным этимологическим корнем слов _baptizo_, _bapto_, а также родственных им существительных и прилагательных, по-видимому, является греческое
односложное слово BAP. Основным и первоначальным значением этого слова, по-видимому, было «окунать», «погружать», «пропитывать», «заливать» какой-либо жидкостью; и, как тесно связанное с этим, — «красить», поскольку это делалось путём окунания. И ещё раз: «Точная разница между bapto и baptizo заключается в том, что, хотя оба слова _совпадают_ в одном общем и первоначальном значении — погружение или окунание, — их употребление
Слово bapto использовалось для выражения идеи окрашивания, а также идеи погружения в воду. В то же время слово baptizo _не_ использовалось в дополнительном значении «окрашивание».

[3] Огромное количество свидетельств на этот счёт можно найти в книге Робинсона «История крещения.




» ТЕОДОСИЯ ЭРНЕСТ.
 ТОМ II.:
ИЛИ
ДЕСЯТЬ ДНЕЙ ПУТЕШЕСТВИЯ В ПОИСКАХ ЦЕРКВИ.

Нэшвилл, Теннесси:
Баптистское издательство.
С. К. Роджерс, Норт-Маркет-стрит, 59.
1866.


Зарегистрировано в соответствии с законом Конгресса в 1866 году Р. Б.
Дэвидсоном в Окружном суде Соединённых Штатов по Среднему
округу Теннесси.




СОДЕРЖАНИЕ

Первый день путешествия.

Обращенный неверующий — Авторитет Священных Писаний — Объект нашего исследования.
Церковь — одна или многих?—Есть ли у Церкви какие-либо ответвления
Трудности возрастают —Раскрыта тайна. Страницы 11-25

Путешествие на второй день.

Значение определенных слов и фраз, используемых в Священном Писании для обозначения
институтов, установленных Христом, таких как царство Божье и т.д.
рассмотрено и утверждено — призвание мистера Перси к служению. 26;–;67

Третий день пути.

Разница между Царством и Церковью, а также некоторые другие
Замечательные факты о Церкви, которые стали известны. Нет Церкви вселенской. 68–130
Путешествие на четвёртый день.

В котором мы находим некоторые признаки, по которым можно узнать истинную Церковь Христа, где бы мы её ни встретили. 131–165
Путешествие на пятый день.

Обнаружены новые признаки истинной Церкви. Список признаков завершён.
166–182

Путешествие на шестой день.

Римская церковь, испытанная знаками или библейскими испытаниями — введение епископата — епископат противоречит Писанию — отступничество Рима и его последствия для протестантов. 183–256

Путешествие на седьмой день.

Отступление о введении обряда крещения младенцев — начало суда над Англиканской церковью. 258;–;288

Восьмой день пути.

Суд над Англиканской церковью завершен — начат суд над методистской
епископальной церковью. 288;;–;;314

Девятый день пути.

Суд над методистской епископальной церковью продолжен и завершен —
Пресвитерианская, лютеранская и конгрегационалистская церкви пытались... 314–444

Путешествие на десять дней.

В котором Церковь находит и определяет себя. 444–485




ВВЕДЕНИЕ.

Наш благословенный Спаситель, когда он был на земле, знал, как сильно
Трудно привлечь внимание и открыть сердце для восприятия религиозной истины, если она преподносится абстрактно и в назидательной манере.
Поэтому он привык связывать изложение наиболее важных доктрин с _повествованием_, которое иллюстрировало и подкрепляло учение, привлекало внимание и обеспечивало восприятие его доктрины. У нас есть все основания полагать, что эти повествования по большей части были _вымышленными_. Представленные в них персонажи не существовали в действительности, а описанные события не происходили на самом деле. Он был доволен
чтобы _придумать_ повествование, _предположить_, что события произошли на самом деле,
чтобы с их помощью проиллюстрировать и закрепить великие уроки,
которые он пришёл преподавать. Мы не думаем, что на самом деле существовал «некий богач, у которого было два сына» и с которым произошло то, о чём он рассказывает в этой прекрасной притче о блудном сыне. Мы не думаем, что он имел в виду какого-то конкретного человека, которого назвал «неправедным судьёй, не боящимся ни Бога, ни людей», но всё же тронутым «настойчивостью» бедной вдовы и решившим восстановить справедливость. Его слушатели поняли
Мы прекрасно понимаем, что это были _вымышленные_ истории, призванные
_привлечь внимание_ к реальной истине. _Такая выдумка не является ложью._
Она не предназначена для того, чтобы вводить в заблуждение, и не вводит в заблуждение.
Её цель достигнута, когда она привлекает внимание к _истине_, средством выражения которой она является.

_ То, что часто делали пророки и что обычно делал Иисус, делали хорошие люди во все времена. Они _придумали истории_,
иногда короткие, призванные усилить и проиллюстрировать одну мысль, а иногда продолжительные и связанные между собой, чтобы передать
система доктрин или ряд истин. Это басни, притчи,
стихи, аллегории или простые истории — в зависимости от того,
что имеет в виду говорящий или пишущий. Если бы Баньян просто рассказал простым, назидательным языком о страхах, препятствиях, сомнениях, печалях, надеждах, трудах и окончательных победах христианина, он бы преподал именно то, чему был призван научить «Путь паломника». Но он не преподал бы это так эффективно и _так правдиво_, как сделал это с помощью своего неподражаемого художественного произведения.
в котором истина не только _сообщается_ на ухо, но и _демонстрируется_, так сказать, _глазами_ разума, проявляясь в своих естественных и необходимых результатах.

 Многочисленные авторы, которые так усердно и успешно трудились над тем, чтобы сделать религиозную истину привлекательной и понятной для детей и молодёжи, и чьи произведения составляют основную часть наших библиотек для воскресных школ, не пренебрегали использованием _повествования_ как _главного_ средства привлечения внимания и воздействия на сердце. И просто
так, как эти повествования устроены и сконструированы, _не только для того, чтобы_
_заинтересовать читателя, не просто вызвать у него сочувствие или пробудить его чувства_, но и донести важную информацию, преподать какой-то практический урок морали или религии, проиллюстрировать или подтвердить какую-то великую религиозную истину, если они подкреплены примером лучших людей прошлых дней и даже самого Господа.

А что, если правда в том, что нечестивцы сделали вымысел орудием самого ужасного зла? Что, если они использовали его, чтобы потакать самым низменным
страстям развращённого человечества? Что, если они использовали его как
орудие ложной философии и ложной религии? Что, если они
продали его, чтобы угодить болезненной и слащавой чувствительности? Что, если они наводнили страну грязными излияниями самых отвратительных и мерзких пороков и безбожия? Что, если неверующие завладели им и используют как самое мощное оружие против христианства? Должны ли мы оставить его в единоличном владении врагов Бога и человека? Да, они испортили и загрязнили его, но это
по-прежнему оружие невероятной силы. Мы отберём его у них
ухватитесь. Мы освятим его, посвятив Богу и душам. Мы будем
увеличивать его энергию искренней молитвой о благословении Небес. И мы
обратим его против порока и неверия. Мы будем использовать его против ошибок.
Мы сделаем его выразителем и защитником истины, какой она есть в
Иисусе. Почему бы и нет? Боимся ли мы сделать поэзию средством выражения истины,
потому что порочные и распутные люди иногда крадут её прекрасные
одежды, чтобы прикрыть самые распущенные представления самых отъявленных
распутников, когда-либо наделённых интеллектом? Боимся ли мы
Откажемся ли мы от наших священных песен из-за того, что лира была унижена и вынуждена петь то, о чём скромность не осмелилась бы сказать в простой прозе? Нет, ни в коем случае. Если другие оскверняют её красоту, неверно понимают её предназначение и злоупотребляют её силой, мы будем оплакивать искажение столь славного дара, но мы не откажемся использовать могучую энергию поэзии и песни для возвышения души, для чего они и были созданы. По той же причине мы не откажемся от порочного использования исключительно вымышленного повествования. _Мы не можем с чистой совестью отказаться от использования
Это оружие одновременно столь эффективно и столь необходимо в нынешних условиях.
_

 В первом томе «Теодосии Эрнест» мы попытались сделать её
средством обучения для той категории людей, до которых, как мы полагали,
было бы легче достучаться с помощью этого, чем любого другого, средства
в отношении некоторых тем, которые мы считаем чрезвычайно важными
для истинных интересов религии Иисуса. Когда мы приступали к этой работе, мы намеревались
собрать в одном томе такие аргументы и факты, которые, по нашему
мнению, необходимы для правильного понимания основных разногласий
между баптистами и другими христианскими конфессиями. Но мы
обнаружили, что не можем дать объективную оценку этому спору и уместить его в один том. Поэтому мы были вынуждены, вопреки нашим желаниям и первоначальным намерениям, продолжить обсуждение в этом томе.

Во-первых, мы ограничили наши исследования теми темами, которые
затрагиваются в так называемом «споре о крещении», _а именно_,
_актом_ крещения, объектами крещения и _причастием_. Мы не сказали всего, что хотели сказать, и не сказали всего, что намерены сказать, по поводу
Мы не являемся экспертами в этих вопросах, но те, чьим мнением мы дорожим больше, чем своим собственным, заверили нас, что по каждому из этих пунктов аргументация является убедительной и _неопровержимой_. Если в изложении этих аргументов есть что-то _недоброжелательное или неуважительное_ по отношению к тем, кто добросовестно пришёл к выводам, отличным от выводов автора и его собратьев, мы искренне сожалеем об этом. Мы бы ни за что не огорчили ни одного любящего нашего Спасителя и не заставили бы споткнуться самого слабого из его малых детей. Если мы не обманываем себя, то стремимся познать, сделать и научить простой истине
так, как мы находим это записанным в Священном Писании; и делать это с добротой и нежностью, но в то же время так, как чувствует человек, который должен будет ответить, если он «обманным путём будет обращаться со Словом Божьим».

 В этом томе мы рассмотрели тему _церковного управления_. Мы уверены, что самим баптистам (мы имеем в виду массы, а не образованную элиту) ещё многое предстоит узнать об истинной природе и устройстве библейской Церкви Иисуса Христа. Об этом говорили с кафедры или писали в газетах реже, чем о крещении.
 То, что о нём писали, до недавнего времени было
по большей части недоступно для простых людей; и многое из того, что, по нашему скромному мнению, не было приспособлено для того, чтобы дать им _полностью_ верное представление, даже если бы они это увидели. Однако мы с большим удовольствием приветствуем недавнее появление нескольких ценнейших работ на эту тему.
И если в чём-то мы расходимся во мнениях с авторами этих работ или с другими людьми, которые пытались развить истинное представление о Церкви Христовой, мы верим, что наши учения будут проверены _не_ общим мнением современных христиан, древних христиан, _не_
теориями или практикой педобаптистов или баптистов, но
просто и исключительно Словом Божьим. К этому стремился автор.
привести каждую позицию и тщательно исследовать ее в ее священном свете.
К этому он взывает. По этому, и только по этому, он будет судим.

НЭШВИЛЛ, 22 июля 185 г.

Десятидневное путешествие в поисках Церкви.




ПЕРВЫЙ ДЕНЬ ПУТЕШЕСТВИЯ.

Обратившийся в веру неверующий — авторитет Священного Писания — объект нашего исследования — одна Церковь или много? — есть ли у Церкви ответвления? — трудности нарастают — возникает загадка.

В дамской каюте одного из великолепных пароходов, курсирующих по Миссисипи, собралась разношёрстная компания, состоящая из людей, приехавших из разных уголков нашей страны и других государств. Некоторые лениво развалились на роскошных диванах; другие беспокойно расхаживали взад-вперёд по каюте; третьи разговаривали, сбившись в группы по два-три человека; четвёртые читали утренние газеты, которые услужливый клерк раздобыл на последней остановке.
другие были поглощены «последним романом» или другой низкопробной литературой, которую всегда можно найти на пристани, откуда отчаливает лодка
отправляемся. Все, что можно было прочитать, было захвачено кем-нибудь из
пассажиров, чтобы скоротать скуку монотонного путешествия, за одним
исключением. БОЛЬШАЯ БИБЛИЯ, которую какие-то великодушные люди
подарили яхте, лежала нераспечатанной на столе в центре. Увидев это,
джентльмен, который до этого расхаживал взад-вперёд по столовой,
вошёл через открытую дверь, сел за стол, с необычайным почтением
открыл книгу и молча прочитал несколько глав подряд.


Во внешности и манерах этого человека было что-то такое, что
привлекла к себе особое внимание дамы, отличавшейся изысканным вкусом,
аккуратностью в одежде и необычайной красотой и выразительностью лица.
Она сидела слева за столом и беседовала с почтенной дамой, которая с
несколько покровительственным видом объясняла жене новоиспечённого
пастора, как испечь особый вид хлеба.

Читатель Библии, усевшись, достал из кармана карандаш, как будто у него была привычка держать его в руке. И как только он
Он положил её на край страницы, по-видимому, собираясь сделать какую-то пометку или запись, но, вспомнив, что это не _его собственная_
 Библия, отложил её в сторону. Однако, закончив чтение, он перевернул книгу на форзаце, противоположном титульному листу, и медленно и аккуратно написал следующие строки:

 Книга Божья! пусть человек остерегается и внимательно вникает в слова;
Внимайте тому, что скажет Бог, и не прекословьте, но повинуйтесь.

 После этого он благоговейно закрыл книгу и вернулся в другую каюту. Как только он ушёл, молодая леди взяла Библию и
с истинно женским любопытством она поспешила рассмотреть надпись. Когда она
изучив ее, она обнаружила, что ее муж (человек благородной внешности, в начале
расцвете сил, одетый, как и она, с величайшей простотой, но с
наиболее совершенный вкус,) и принес его, чтобы посмотреть на него; заметив, как он был
читая его, “что человек-христианин, мой дорогой, и, может быть,
министр. Мы должны познакомиться с ним поближе”.

“Это вполне вероятно. Покажите мне, кто это, и я попрошу капитана
познакомить меня с ним.
Она указала на него, и её муж пошёл просить о желаемом
знакомстве.

— Капитан, вы знаете вон того высокого смуглого джентльмена?

 — Конечно, сэр.  Это доктор Тинкалл, раньше он занимался медициной, а теперь стал богатым плантатором.  Его летняя резиденция находится недалеко от Нэшвилла.  Он поедет с нами до самого конца пути.

 — Не будете ли вы так любезны познакомить меня с ним?

 — Конечно, но, возможно, его общество окажется не таким приятным, как вы думаете.
хотя, если уж на то пошло, он идеальный джентльмен. Но вы же знаете, что у вас, священнослужителей, есть своё мнение по некоторым вопросам, а у доктора, как говорят некоторые, оно совсем другое. На самом деле, — и капитан
понизил голос до шепота: “Говорят, что он универсалист, или
неверующий, или что—то в этом роде - я точно не знаю, что”.

“Тогда мне тем более не терпится познакомиться с ним”.

“Ну, я просто подумал, что лучше всего будет насторожить вас. Он идет сюда.
сейчас я вас представлю. — Доктор Подумайте-ка, позвольте мне познакомить вас с преподобным мистером Перси, молодым священником, который со своей супругой поедет с нами до Нэшвилла.

 — Я очень рад познакомиться с вами, мистер Перси.  Из нашей нынешней компании лишь немногие совершат это путешествие целиком, и я буду рад
— Я бы с большим удовольствием отправился в путешествие, если бы у меня были знакомые в дамской каюте.

 — Тогда пойдёмте со мной, и я познакомлю вас с миссис Перси.

 Они прошли в другую каюту, и мистер Перси представил его даме как доктора Тинкауэлла. Чтобы развеять её предположение о том, что он может быть священником, он добавил, что, по его мнению, он доктор не богословия, а медицины.

— Мне показалось, сэр, — сказала она, — что вы, должно быть, служитель Евангелия.


 — Почему вы так решили, миссис Перси?

 — По тому, с каким благоговением вы читали эту книгу, и по строкам, которые вы оставили на чистом листе в начале.

«У меня есть веские причины, мадам, любить и почитать эту книгу, хотя я совершенно не гожусь для того, чтобы излагать её славные истины.
Правда, когда-то я презирал её. Не скажу, что я её ненавидел: я едва ли считал её достойной чего-то большего, чем спокойное презрение. Теперь я чувствую, что она заслуживает гораздо более благоговейного отношения со стороны всех людей, чем то, которое она привыкла получать даже от христиан. Я не могу открыть его, не испытывая благоговения перед добротой и мудростью Бога, который его даровал.
— Значит, вы когда-то были неверующим?

— Если под неверующим, мадам, вы подразумеваете того, кто не верит, что
Книга под названием «Библия» была откровением от Бога, а я был неверующим.
Но я был чем-то большим.

 — Но вы же не были атеистом! Я привык думать, что ни один человек с обычным интеллектом и здравым смыслом не может быть атеистом.

 — Если под атеистом вы подразумеваете того, кто полностью уверен в отсутствии Бога, то я не был таким. Но если вы имеете в виду того, кто очень серьёзно _сомневается_ в существовании Бога; того, кто считает, что в природе, насколько нам известно, нет достаточных и убедительных доказательств существования Бога; то я был атеистом. Тот, кто осмелится
я беру на себя смелость утверждать, что Бога, безусловно, _не_ существует; ибо, хотя в пределах его сферы наблюдения не было никаких свидетельств существования Бога; ничего внутри него, ничего вокруг него, ничего на земле под ним или в небе над ним, что указывало бы на существование Бога, он не мог утверждать, что таких свидетельств _не могло быть где-то ещё_. Если только он не объездил
всю необъятную Вселенную и не изучил в совершенстве все
факты, которые она представляет, то один из миров, где он не был,
может оказаться тем самым миром, где Бог может быть познан в полной мере; тот самый факт
то, чего он не знал, могло быть тем самым фактом, который, если бы о нём стало известно, доказал бы существование Бога. Если кто-то настолько безумен, что придерживается такой точки зрения, вы вполне можете назвать его глупцом. В глубине души он сказал не просто, что нет достаточных доказательств существования Бога, тем самым поставив под сомнение его существование, а прямо и однозначно, что Бога нет.
 Такой человек не атеист, а антитеист — не только
_без_ Бога, но _против_ Бога. Я был атеистом, но не антитеистом».

«Пожалуйста, доктор, присядьте и расскажите нам (если, конечно, вы не возражаете
чтобы говорить об этом), как же ты вышел из этой тьмы неверия в свет веры».

«Когда я был неверующим, я без колебаний высказывал свои сомнения и объяснял причины, по которым я сомневался. Я с удовольствием вступал в споры с теми, кто был настолько глуп, как я тогда считал, что верил в такие невероятные вещи, как догматы христианской религии.
И почему я теперь должен сомневаться в своей вере в Бога и Его слово, и, прежде всего, в Иисуса Христа, моего благословенного Спасителя? Я с удовольствием
Поэтому я расскажу вам о процессе размышлений, который привёл меня к принятию истины. Но это долгая история:
аргументы разнообразны и могут показаться вам сложными, они потребуют от нас пристального и безраздельного внимания. Вряд ли мы сможем уделить этому достаточно времени, пока находимся на корабле, но я надеюсь, что до нашего расставания представится благоприятная возможность.[1] А пока позвольте мне поговорить с вами на другую тему, в которой вы, вероятно, разбираетесь лучше меня и по поводу которой я сейчас пребываю в состоянии тревожной неопределённости.

«Не так давно, по великой милости Божьей, я был приведён к тому, чтобы принять Иисуса Христа своим Спасителем. Сделав это, я признал его своим Господом и Царём. Я
чувствую, что только ему я обязан верностью во всех вопросах религии; и, если я не обманываюсь, я искренне желаю и намерен познать его волю и исполнять её. Я знаю, что он требует от тех, кто в него верит, чтобы они публично заявляли о своей вере в него и объединялись с его видимым народом. Я бы уже сделал это, если бы не одна трудность, которая до сих пор не устранена, и в устранении которой я не уверен.
в чём вы, возможно, могли бы мне помочь».
«И в чём же заключается эта великая трудность?»

«Просто в том, что существует так много различных организаций, каждая из которых называет себя Церковью Христовой, что я не знаю, какую из них принять и с какой объединиться».

— Позвольте мне предположить, — ответил мистер Перси, — что вы, вероятно, не
тщательно изучили этот вопрос, опираясь только на
_Священное Писание_, а позволили перекрестным лучам традиций и
предубеждений или, по крайней мере, ранних впечатлений затуманить ваш взор
и тем самым отвлечь ваше внимание от реального объекта ваших поисков, ведь
Если бы это было не так, я бы не понял, как вы могли усомниться хотя бы на мгновение.


 — Значит, вы считаете, что особые характеристики Видимой
 Церкви Христа настолько ясно и определённо изложены в Священном Писании, что ошибиться в этом вопросе невозможно?

— Конечно, так и есть, мой дорогой сэр. Так что не только легко не ошибиться, но, я бы почти сказал, _так что ни один здравомыслящий человек, который будет руководствоваться только Писанием, отбросив влияние всех человеческих учений, не сможет ошибиться_. Почему, сэр, после откровения
Что касается самого Христа, то главная цель новозаветных писаний — та самая цель, для которой они были созданы, — состоит в том, чтобы дать представление о конституции, законах и истории царства, которое Христос пришёл установить на земле. И было бы странно, если бы они были изложены настолько двусмысленно, что никто не смог бы их понять, или если бы у какого-нибудь искреннего исследователя возникли трудности с пониманием того, что представляет собой это царство в своих основных чертах.

— Как же тогда, сэр, получилось, что существует такое большое разнообразие
Почему среди добрых и благочестивых людей нет единого мнения? Если всё так очевидно, почему не все это видят и почему все видят это по-разному? Почему у нас есть епископалы, пресвитериане, лютеране, конгрегационалисты, методисты и, не могу сказать, сколько ещё кого, и все они утверждают, каждый для себя, что они и есть истинная Церковь Христа?

— Прошу прощения, джентльмены, — сказал мужчина средних лет, внезапно оторвавшись от газеты, которую он, очевидно, читал. — Я не понимаю, почему каждая из этих церквей считает себя
Это _Церковь_, но лишь потому, что она является _ветвью Церкви Христовой_.
Я служитель методистской церкви, и я уверен, что, хотя мы и считаем себя частью Церкви Христовой, мы не отрицаем того, что епископалы, при условии, что они добры и благочестивы, и
пресвитериане, и лютеране, и баптисты, и, по сути, все
евангельские христиане являются такими же ветвями Церкви Христовой, как и мы сами.

 — Тогда вы избавите меня от затруднительного положения, — ответил доктор, — доказав, что не имеет никакого значения, с какой из этих различных
организации, которые я объединю, поскольку все они в равной степени являются церквями Христа,
и я буду одинаково послушен ему, независимо от того, присоединюсь ли я к одной из них или к другой. Правильно ли я вас понял?


— О, конечно, я считаю, что моя конфессия более правильная, чем любая другая, иначе я бы не принадлежал к ней.
И если бы я мог дать вам какой-то совет, я бы сказал, сэр, что вам непременно нужно объединиться с методистами. Но всё же мы считаем, что каждый человек должен быть полностью убеждён в своей правоте и что каждый христианин, следовательно, должен принадлежать к тому сообществу, в котором он может наилучшим образом наслаждаться жизнью».

«Тогда ваше предложение не совсем подходит для моего случая. Я стремлюсь не к собственному _удовольствию_, а к тому, чтобы _исполнить требования Христа_. Я готов отказаться от себя, чтобы исполнить его волю. Я лишь прошу указать, какая из этих различных организаций (если таковая вообще существует) была основана им и в которую, следовательно, он требует меня принять. Они, безусловно, сильно различаются по доктрине, практике и составу участников. Не все они могут быть правы». Они не могут быть
каждая своей Церковью Христовой, если только Христос не основал несколько отдельных
Церкви. Они не могут быть _ветвями_ его Церкви, если только он не основал Церковь с несколькими разными ветвями. Это само собой разумеется. Но если он это сделал, то, конечно, в этой книге есть какое-то упоминание об этом; (благоговейно кладёт руку на Библию;) «и если вы будете так добры указать мне на это, я, безусловно, воспользуюсь вашим предложением и присоединюсь к тому сообществу, к которому, как мне кажется, я принадлежу». Моя религия принесёт мне больше всего радости».

Сказав это, он подтолкнул Библию через стол так, что она легла
прямо перед незнакомцем, который машинально открыл ее, но не стал
заглядывать в нее, когда он ответил: “Вы, конечно, не ожидали этого
найдите методистскую, или епископальную, или лютеранскую, или пресвитерианскую Церкви
поименно описанные в Слове Божьем, поскольку ни одна из них не существовала и не была
известный по имени в те дни, когда были написаны Священные Писания; но мы считаем
, что этого вполне достаточно, _ если основные доктрины и практики
каждой или любой из них могут быть установлены доказательствами Священных Писаний_. Если
Если учение и практика любой из них или всех вместе соответствуют Писанию, то они являются Церквями Писания».

 «Но разве вы не видите, мой дорогой сэр, что, хотя они _отличаются_ в учении и практике, они _не могут_ быть все Церквями Писания, если только Писание не учит стольким же различным и противоположным системам учения и практики, сколько существует Церквей. Если какое-то из них соответствует Писанию,
то из этого с необходимостью следует, что в той мере, в какой другие отличаются от
_него_, они отличаются от Писания. Писание _может_ быть только одно
Церковь Христа, если только Христос не основал несколько церквей и не дал им разные законы. Это, я уверен, не нуждается в доказательствах: это само собой разумеется.
И вот что я прошу и должен потребовать, прежде чем смогу воспользоваться вашим любезным предложением, чтобы я мог объединиться с любой из этих организаций и чувствовать, что я подчиняюсь ему, — это чтобы вы показали мне хоть какую-то тень доказательства, хоть какое-то слабое указание на то, что его Церковь _не_ была единой и неразделённой, что он дал разные конституции, законы и учения разным классам людей или, по крайней мере, что он санкционировал
_одна_ Церковь должна разделиться на то, что вы называете ветвями. Насколько я выяснил в ходе своих исследований, его царство описывается как неразделённое. Его народ назван _единым_. Есть одна паства и один пастырь: между ними не должно быть разделений. Все они должны говорить одно и то же. Мы действительно читаем о различных отдельных церквях, таких как Коринфская церковь, Эфесская церковь и тому подобных, — отдельных, самобытных и независимых организациях, — но они были едины в учении и едины на практике. Все они шли или должны были «идти
идите по тому же пути». У всех них был «один Господь, одна вера и одно крещение». Так я читаю; но если я читаю неправильно, я буду благодарен тому, кто укажет мне на мою ошибку. Вы говорите, сэр, что эти современные секты — _ветви_ Церкви. Если это так, то где или в чём находится главный и родительский ствол, посаженный Христом и взращённый апостолами, из которого растут эти ветви? Если оно ещё живо, я буду привит к нему. Если _оно_ мертво, что поддерживает жизнь в ветвях? Если
первоначальный ствол настолько разросся, что его невозможно найти, покажи
приведите мне какое-нибудь место из Священного Писания, где говорится о разделении, и какое-нибудь повеление, требующее, чтобы я добавил своё имя к любому из них, как я сочту нужным. Я
действительно читал о Христе как о виноградной лозе и об _отдельных христианах_ как о ветвях, растущих из него и живущих его жизнью; но нигде не говорится о материнском корне _церквей_, из которого растут ветви. Можете ли вы указать мне на такой отрывок?

— Действительно, сэр, — ответил проповедник, — я не отрицаю и не предполагаю, что кто-то может отрицать, что между христианами должно быть всеобщее единство и что разделения и разногласия, которые существуют между исповедующими
последователи Христа достойны всяческого сожаления; но в то же время, сэр, человеческая природа несовершенна: не все люди мыслят одинаково, и поэтому всегда были и будут различия во мнениях и, следовательно, в действиях».


«Совершенно верно, мой дорогой сэр, но это ни в малейшей степени не влияет на предмет нашего разговора. Я задаю следующий вопрос: что или кто является той организацией, которая была создана
Христос и назвал её своей Церковью или Царством? Я чувствую, что мой долг — присоединиться к ней. Вы отвечаете, что человеческая природа несовершенна и люди
будут отличаться друг от друга, так что одни будут думать так, а другие — иначе. Один говорит: «Здесь, в римско-католической иерархии»; другой говорит: «Там, в епископальной иерархии»; третий — в лютеранской; четвёртый — в пресвитерианской; и так далее, по всему списку. У вас есть своё личное мнение о том, что это происходит в методистской общине, но уверьте меня, что подойдёт любая из них. Мне кажется очевидным, что, хотя человеческая природа
_является_ несовершенным, но Божье _откровение_ таковым не является. В этом откровении (что признают все) раскрывается и описывается видимая организация, которая
была задумана и учреждена Иисусом Христом и называется его Церковью.
Что бы это ни было, это что-то _одно_, а не десяток разных вещей. Ибо, как сказал Иисус, царство, разделённое само в себе, не устоит.
Это именно то, чем оно представлено, и ничего больше.
Оно должно существовать до сих пор, потому что он предсказал, что оно никогда не падёт, что врата ада не одолеют его. Теперь моя цель — найти его, а найдя, стать его частью.
— Я не думаю, сэр, — сказал мистер Перси, — что вы встретите кого-то
серьёзная трудность в совершении открытия, если вы начинаете с _правильного места_ и смотрите в _правильном направлении_».

«Значит, я начал не с того места, потому что, признаюсь, до этого момента я пребывал в непроглядной тьме».

«Позвольте спросить, — сказала миссис Перси, — к какой конфессии принадлежали ваши родители?»

«Они принадлежали к англиканской церкви, мадам».

“Значит, тебя окропили в младенчестве”.

“Так мне сказали. И я помню, что, когда мне было около двенадцати лет
, епископ положил свои руки мне на голову и сказал несколько слов, которые
они сообщили мне, что подтвердили моё крещение и завершили процесс обращения меня в христианство».


«Значит, — сказала она, — у вас есть склонность к организации, которую вас с детства учили считать единственной Церковью Христа».


«Возможно, так и есть, мадам, но я не думаю, что вы понимаете истинную природу и масштабы трудностей, которые смущают и огорчают меня. Моя мать была доброй и набожной христианкой. В большинстве вопросов она была права; и
Я признаю, что не могу избавиться от смутного ощущения, что она, должно быть, была права во всём, что касалось её религии. Но в то же время
В то же время я вполне готов, при наличии достаточных доказательств, признать, что она была неправа. Мои родители не уделяли религии особого внимания в своей жизни. Они получили _свои_ религиозные убеждения от других в детстве, как и _я получил свои_, по крайней мере до недавнего времени; они никогда не подвергали их тщательному анализу, а считали само собой разумеющимся, что то, во что верит «церковь», должно быть правдой. Так что, если то, что называется церковью, ошибалось, они, конечно, ошибались. Но вот в чём проблема: _я_ больше не делаю религию предметом изучения в _своей_ жизни
чем _они_; следовательно, _моё_ суждение стоит не больше, чем
_их_ И когда я обращаюсь к тем, кто _посвятил_ свою жизнь именно этому вопросу, я обнаруживаю, что они пришли к таким разным и противоречивым выводам, что я готов отчаяться в возможности когда-либо узнать наверняка, что есть истина.

 «Я сосредотачиваю своё внимание на одном человеке. Я вижу, что его интеллект превосходит мой; что он благочестив, чего я никогда не смогу достичь;
что он обладает знаниями, которых я никогда не смогу получить. Он честен;
он серьёзен; он прилежен и набожен. Он посвятил свою долгую жизнь почти исключительно изучению этого предмета, и он
пресвитерианин. Я обращаюсь к другому, и он оказывается методистом; к третьему из того же класса, и он оказывается лютеранином, конгрегационалистом, баптистом или, возможно, как Фенелон, католиком.

 «И что же мне делать? Как мне решить, кто из них прав?» Как
осмелюсь в своем невежестве определить, что вся мудрость благочестивых мудрецов
оставляет открытым для обсуждения?

“Это именно то, что я сказал”, - ответил методист. “Все дело в том, что
Здесь столько неопределённости, и каждая из церквей может привести столько веских и убедительных доводов в свою пользу, что каждый должен прислушаться к своим склонностям и присоединиться к тому, что больше всего соответствует его чувствам.

 — Я так не думаю, сэр, — возразил доктор. — С другой стороны, когда я обращаю своё внимание на Бога, а не на человека, когда я заглядываю в Священное Писание, я нахожу, что _обязательства носят императивный характер_. Эта обязанность —
присоединиться к Церкви Божьей, публично исповедав веру во Христа, —
предполагает предварительное решение вопроса о том, кто и что
что такое Церковь. Следовательно, Священное Писание должно (если бы я только знал, как его найти) содержать такое конкретное описание природы и особенностей этой Церкви, чтобы я мог решить, какая она для меня, и не ошибиться. Тем не менее я признаю, что пока не нашёл в книге такого описания, а если и нашёл, то не нашёл соответствующей организации в этой стране».

— Простите, что говорю это, доктор, — ответил мистер Перси, — но, думаю, я легко смогу убедить вас, что ваши трудности гораздо серьёзнее
Они скорее вымышленные, чем реальные; или, скорее, они гораздо более теоретические, чем практические.
Простая истина заключается в следующем: вы не имеете никакого отношения к решениям других людей.
Ни вам, ни мне нет никакого дела до того, что может думать этот хороший человек или тот великий человек. Религия — это _личное_ дело; её вера — это _личная_ вера; её обязанности — это _личные_ обязанности. Она основана на _личном признании_ учения Слова Божьего. Вы несёте личную ответственность перед Богом за свою веру и
практику. Поэтому вы должны исследовать всё _сами_, а не позволять другим решать эти вопросы за вас.

«Вы можете исследовать предмет так, как будто никто до вас об этом не думал. Вы не должны считать решения других людей авторитетными для себя. Вы же не колеблетесь, когда нужно вылечить лихорадку, потому что  Гиппократ и Гален, Бурхаве или Сиденхем, Каллен или Бронсе не сошлись во мнениях ни в теории, ни на практике?»

 «Нет, сэр. Я сам провожу осмотр, сам принимаю решение и действую в соответствии с ним. Если бы мне пришлось ждать, пока врачи придут к согласию, я бы никогда не выписал рецепт.


 «Пусть так и будет в этом вопросе. Я вижу, что вы в
Вы искренни. Вы хотите знать истину. Вы признаёте Слово Божье единственным мерилом истины. Только так мы можем испытать нашу веру и практику. Вы верно подметили, что это слово учит тому, что видимое царство Христа не многообразно, а едино; и сейчас оно должно быть таким же, каким было во времена апостолов. У меня есть собственное мнение по этому вопросу, но я не буду навязывать его вам в качестве аргумента. Если вы не против, мы вместе во время нашего путешествия тщательно изучим Священное Писание.
Мы будем систематически анализировать его, чтобы понять, как оно было написано.
Мои рассуждения на эту тему. И когда мы закончим, если у вас останутся хоть какие-то сомнения, это будет больше, чем я ожидал. Мой друг, мистер Кортни, который присоединится к нам на следующей остановке, уделил этим вопросам больше внимания, чем я, и, несомненно, с удовольствием окажет нам помощь, как и наш друг- методист.

— Пожалуйста, — сказала миссис Перси, — отложите этот вопрос до завтра.
И, ради нашего общего блага, проведите расследование настолько тщательно и всесторонне, чтобы ни у кого не осталось сомнений.

— Но, мадам, вы не учли, что для этого потребуется всё свободное время, которое у нас будет в течение следующих двух недель.


 — Предположим, что так и будет: это время будет потрачено не зря.  Но мы продвинемся быстрее, чем вы думаете.  Мистер Кортни — ходячая библиотека по этим вопросам, а у мистера Перси есть личный опыт в подобных исследованиях.

— Очень хорошо, — ответил доктор. — Мы, по крайней мере, сделаем всё, что в наших силах.
Мы проведём полное исследование по этому вопросу, и если мы не закончим его во время нашего путешествия, вы с мистером Перси, я надеюсь, окажете мне честь
Прошу вас, продолжайте в том же духе у меня дома, после того как мы прибудем в Нэшвилл, ведь тогда вы будете моими гостями. Нет! Никаких отговорок. У меня есть претензии к вам обоим, о которых вы пока не подозреваете, и в своё время я с нетерпением жду возможности узнать, как и когда вы стали миссис Перси, ведь когда я видел вас в последний раз, вы были мисс Теодосией Эрнест, и как и когда мистер
Перси стал проповедником Евангелия, потому что, когда я видел его в последний раз, он считался всего лишь очень многообещающим молодым юристом.


 — Значит, сэр, вы не тот чужак, за которого мы вас приняли!

— Вовсе нет, мадам, в каком-то смысле я обязан вам, клянусь Богом, величайшим благословением в моей жизни.


 — Право же, сэр, для меня это загадка. Я не припомню, чтобы видела вас до сегодняшнего дня.


 — Вполне возможно, но я видел вас очень часто. Как-нибудь в другой раз
Я объясню: я так долго был заперт здесь, что мне нужно выйти на палубу и подышать свежим воздухом.





 ВТОРОЙ ДЕНЬ ПУТЕШЕСТВИЯ.

 За это время удалось лишь уточнить значение слов и фраз, используемых в Священном Писании для обозначения нового
учреждение, основанное Христом, которое люди обычно называют его Церковью, но которое в Священном Писании именуется его Царством.


Если читатель никогда не видел работы, продолжением которой является эта книга,[2] ему лучше отложить её до тех пор, пока он не сможет достать и прочитать «Феодосию»
Эрнеста, поскольку в ней есть многое, что невозможно полностью понять без некоторого знакомства с историей, описанной в этой книге. Если
он видел и читал это произведение, то, вероятно, у него возникнет слабое желание
хотя бы узнать, каким хорошим человеком был доктор Тингвелл
о том, как он связан с Теодосией и каким образом ему что-либо известно о ней или её муже; и прошу прощения за любопытство, которое привело к долгим разговорам и многочисленным догадкам между ней и мистером Перси о том, кем может быть этот незнакомец и в чём могла заключаться та услуга, за которую он признавал свою благодарность. Я не
говорю, что именно из-за этого она провела бессонную ночь, ведь по
палубе раздавались тяжёлые шаги проходящих туда и обратно людей,
слышался скрип румпеля и руля, часто раздавался звон
Звон лоцманских колоколов, подающих сигналы механикам; время от времени раздающийся звон большого колокола, подающий сигнал другим судам; постоянный грохот и тряска массивных механизмов; плеск мощных колёс, с помощью которых они двигались по поверхности реки.
Всё это вместе взятое не давало ей уснуть, а когда она не спала, то не могла не будить мужа каждый час, чтобы рассказать ему о какой-нибудь новой выдумке, связанной с таинственным доктором. Надеюсь, читатель простит её, если она покидала свою парадную комнату в ещё большем стремлении разгадать эту загадку, чем
чтобы изучить особенности христианской церкви.

 Едва они закончили завтракать, как она попросила мистера Перси
найти возможность возобновить их разговор. Он вышел
подыскать доктора и сообщил, что тот курит сигару на верхней палубе. Поскольку ночь была душной, а утро — безветренным, миссис
Вскоре Перси убедила двух или трёх дам, с которыми она познакомилась во время путешествия, что было бы здорово подышать свежим воздухом наверху. Вскоре мистер Перси уже прогуливался по палубе
с двумя молодыми дамами, а его жена прогуливалась с доктором Тингвеллом,
увлечённая серьёзным разговором.

 «Должен сказать, доктор Тингуэлл, с вашей стороны было слишком дерзко возбуждать моё любопытство и оставлять его неудовлетворённым на всю ночь. Мистер Перси и
Я не могла уснуть от беспокойства, пытаясь понять, каким образом вы узнали часть нашей истории и как могло случиться, что кто-то из нас мог неосознанно оказать вам такую большую услугу, как вы вчера намекнули. А теперь, пожалуйста, объясните.

 «С величайшим удовольствием, мадам, но только при условии, что вы
Отплатите мне за мою историю своей собственной, ведь, полагаю, мне почти так же любопытно узнать вашу историю с тех пор, как я видел вас в последний раз, как и вам — услышать мою.


 — Тогда пусть будет так. Я готов пообещать почти всё, что угодно, лишь бы это было разумно.
Только расскажите мне, как вы с нами познакомились и в чём заключалась услуга, о которой вы говорили и которую вы назвали величайшим благословением в своей жизни.

«Отчасти благодаря вам, мадам, я избавился от соблазна неверности и обрёл покой веры. Но чтобы не держать вас в неведении, я расскажу, как всё было. Я
поместье в сельской местности, в нескольких милях от твоего родного города, где я
проводил несколько месяцев тем летом, когда ты был крещён. Однажды
в воскресенье утром, въезжая в город, я заметил толпу, собравшуюся у старого школьного здания на площади, и, движимый праздным любопытством, подъехал и присоединился к ней. Вскоре я понял, что это религиозное собрание, но знал, что оно должно быть необычным, поэтому спешился и вошёл.

«Прошло много лет с тех пор, как я в последний раз присутствовал на _каком-либо_ религиозном богослужении.
И это был первый раз, когда я присутствовал на _баптистском_
встреча. Вся эта сцена очень заинтересовала меня своей новизной.
 Когда проповедь закончилась и вы так спокойно представились и рассказали о своём христианском опыте, я не буду вас расстраивать, говоря, как сильно я сожалел о вашем энтузиазме и удивлялся вашему безрассудству. Однако я был очень заинтригован. Я последовал за тобой к реке: я невольно содрогнулся, когда ты погрузилась в воду: я смотрел на твоё лицо, когда ты вынырнула; и, как бы странно тебе это ни показалось, я плакал вместе с теми, кто плакал в тот день. Мне было стыдно; я не видел причины для
Я упрекал себя и называл глупцом за то, что плачу, но не мог сдержать слёз.


Я забыл о деле, ради которого приехал в город, и вернулся домой грустный и задумчивый. Я начал спрашивать себя: а что, если это _не_ иллюзия? что, если религия — это суровая реальность? что, если Бог существует? что, если Библия правдива? что, если есть рай и ад? Разве не было хотя бы _вероятности_, что я могу ошибаться, а
те тысячи людей, которых я жалел или презирал как простаков или самозванцев,
могут быть правы? Да, я часто пересматривал свои аргументы и находил их
Всё верно; но разве не _возможно_, что в какой-то момент моя логика дала сбой? Не повредит ли, если я ещё раз пройдусь по этому пути? Я
решил сделать это, тщательно, шаг за шагом; но тем временем я
был встревожен; я был расстроен; я не мог думать ни о чём другом.
День за днём и ночь за ночью я возвращался к собраниям, которые, как вы помните, проходили сначала в школе, а потом в здании суда. Я был свидетелем всех исповеданий веры и всех семидесяти крещений.
И хотя я ещё не был убеждён, что Библия важнее
вместо того чтобы погрузиться в пучину вымысла и обмана, я потратил много часов на его тщательное изучение.


В конце концов мне пришлось покинуть эту часть страны.
 У меня было мало личных знакомых, и ни одному из них я не рассказал о своих страданиях, которые продолжались и усиливались, пока не подорвали моё здоровье. Я чувствовал, что так или иначе этот вопрос _должен_ быть решён; и медленно и мучительно, шаг за шагом, мой разум
возвращался из тёмной бездны атеизма к твёрдой вере в
величественную, духовную, разумную и действенную Первопричину, которую люди
Я обратился к Богу, а затем, ещё медленнее и с большим трудом, признал Библию откровением, посланным мне этим Богом.


Я не буду сейчас даже упоминать о природе того процесса рассуждения, с помощью которого была проделана эта работа. Когда-нибудь мы, если
провидение будет благосклонно, вернёмся к этому вопросу.[3] Сколько бессонных ночей и мучительных дней прошло за долгие и унылые месяцы, пока шло это повторное расследование, я даже вспоминать не хочу. И когда эта работа была завершена — когда я понял, что Бог существует и что
Священное Писание было его посланием нашему роду. Настало время ещё большей тьмы и ещё более мучительной душевной агонии. Разум мог показать мне, что Бог существует; но разум не мог сказать мне, чего этот Бог требует от того, кто нарушил его законы и восстал против его власти. Я чувствовал, что сделал это. Я был грешником. Бог из Библии был Богом, которого я не любил и не почитал. Само моё сердце восставало против его права управлять мной. И всё же я пытался привести свою жизнь и даже свои желания в соответствие с требованиями его Слова. Это было тщетное испытание: я
Я оскорблял каждый день, и с каждым днём меня всё больше угнетало чувство вины. Мне нужно было прощение за прошлое, и мне нужна была помощь в настоящем. Не могу сказать, что я сильно _боялся_ наказания.
 Я не думал об этом, но я был грешником и нуждался в избавлении. Я молился — о! какой напряжённой, какой искренней, какой мучительной была моя молитва! — «Господи, спаси меня, я не могу спасти себя сам!» Как Давид, я взывал: «Я в бедственном положении, о Господь, вступись за меня!»
И постепенно свет Его любви озарил мою душу. Я начал всё больше и больше изучать характер
Иисус _как Спаситель_. Это прояснило многое из того, что казалось загадочным в священных писаниях. «Он был возвышен, чтобы стать
_Спасителем_:» он был «Христом Господом, _Спасителем_:» «он пришёл, чтобы _спасти_
свой народ от грехов». Он _мог_ спасти меня: почему бы ему этого не сделать?
 «Кто хочет, пусть приходит», и «приходите», особенно он говорит «уставшим и обременённым». И «приходящего ко Мне не изгоню вон» Я поверил ему на слово: я попросил его спасти _меня_; я верю, что он спасёт — спас — спасает; и я рад встрече с тем, кто любит его так же, как я
сделайте это и расскажите, как много он сделал для моей души.

 «Теперь вы знаете мою историю, и я надеюсь, что вы расскажете мне свою, начиная с вашего крещения, а также столько из истории мистера Перси (если он сам не расскажет), сколько потребуется, чтобы объяснить тайну его появления в качестве священника, а не юриста».

— Я сдержу своё обещание, доктор, но вы же знаете, что, когда дама начинает говорить, особенно о себе, она никогда не знает, когда остановиться.
А мой муж сказал мистеру Кортни, что мы все соберёмся в каюте примерно в это время, чтобы возобновить наше исследование природы и
характеристики Церкви Христовой; и пока я не узнаю, почему вы не смогли распознать христианскую общину, в которой, как вы видели, я был крещён, я буду чувствовать, что ваша история не совсем завершена. Так что давайте спустимся. Я надеюсь, что методистский священник будет там, потому что я стремлюсь к всестороннему рассмотрению этого вопроса.

 «Вы не можете быть так же заинтересованы, как я». И с пониманием того, что вы вспомните о своём обещании при первой же возможности, мы сейчас спустимся вниз.


 Войдя в каюту, они обнаружили там мистера Кортни.
Перед ним лежала раскрытая Библия, в которую он вложил несколько маленьких листочков бумаги с карандашными пометками, обозначающими конкретные отрывки, на которые он хотел сослаться.

 Вскоре все расселись за столом. Некоторые из других пассажиров подошли достаточно близко, чтобы слышать разговор, но не стали принимать в нём участия.
Другие, понимая, что речь пойдёт о _религии_, тихо отошли подальше, чтобы их не _раздражало_ нечто столь неприятное и немодное.

 — Полагаю, вы понимаете, — сказал доктор мистеру Кортни, — что
Наша цель состоит в том, чтобы просто выяснить, _какая_ (если таковая имеется) _из
тех организаций, которые сейчас называют себя церквями Иисуса Христа, была основана =им= и признана в Священном Писании как =его церковь=_? Или, если быть более конкретным и практичным, является ли таковой Римско-католическая церковь, Греческая церковь, Епископальная церковь, Методистская церковь, Пресвитерианская церковь, Лютеранская церковь, Конгрегационалистская церковь, Баптистская церковь,
Камберлендский пресвитерианский; или всё это вместе, или ничего из этого?»

«Конечно, сэр. Мистер Перси объяснил мне вашу цель вскоре после того, как я пришёл
Вчера вечером я был на борту и размышлял о том, как мы могли бы добраться туда самым прямым и простым путём. Мне кажется, что для нас будет важно, если не необходимо, сначала точно определить, что мы подразумеваем под Церковью Христа. Давайте убедимся, что мы знаем, что ищем, и тогда мы сможем узнать это, когда найдём. Полагаю, мы можем считать само собой разумеющимся, что Господь Иисус
Где-то в этом мире у Христа есть видимая организация его народа, называемая _его Церковью_. Сам факт того, что мы её ищем,
Это свидетельствует о том, что мы признаём его существование. Поэтому нам не нужно обращаться к Священному Писанию, чтобы доказать, что в нём говорится о нём как о вечном институте, который должен существовать до скончания времён, то есть до второго пришествия Христа. Однако если бы нам нужны были доказательства, они есть в акте учреждения одного из таинств этой организации, в котором Христос говорит: «Как часто вы это делаете, вы являете смерть Господа, _пока Он не придёт_.» И снова в поручении создать и распространить эту организацию среди всех народов говорится: «Итак, идите, научите все народы»
«Идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святого Духа, уча их соблюдать всё, что Я повелел вам. И Я с вами _во все дни до скончания века_».
— Конечно, мистер Кортни, ни один христианин не сомневается в существовании такой организации, как Церковь Христа, поскольку все они утверждают, что являются её членами.
— Тогда мы можем сделать ещё один шаг. Для достижения нашей цели важно знать, что говорится об этой организации в Священном Писании. С этой целью мы
мы должны знать, _какими именами они его называют_, иначе мы не сможем понять, когда они говорят об этом».
«Хорошая мысль, — сказал доктор, — это может избавить нас от множества проблем. Я убеждён, что большая часть разногласий, которые мешают религиозному миру, возникла из-за небрежного использования слов и выражений. Давайте позаботимся о том, чтобы начать правильно, и тогда весь путь будет лёгким, приятным и безопасным.
И тогда у нас будет гораздо больше шансов прийти к правильным выводам».

 «Церковь Христова, говоря простым языком, — продолжил мистер Кортни, — это…»
“постоянно смешивается с царством Христовым. Однако на самом деле это так,
и согласно использованию Священного Писания, это совсем другое дело. Это не королевство
, а учреждение внутри королевства; точно так же, как наши суды
права являются не государством, а необходимой частью
государственного механизма. Давайте сначала получим некоторое определенное представление о Царстве
.

«Одно из лучших изложений этой темы, которые я видел, принадлежит перу доктора Джорджа Кэмпбелла, шотландского пресвитерианина и одного из самых откровенных и эрудированных писателей нашего времени. Он говорит (стр. 132): «
Религиозный институт, автором которого является Господь Иисус,
упоминается в Новом Завете под определёнными именами и фразами, с истинным значением которых нам необходимо ознакомиться, чтобы сформировать чёткое представление о нём и о природе всего сущего. Самое распространённое название этого института, или религиозного устроения, в Новом Завете — «царство Божие» или «царство небесное».
А название, данное _проявлению_ этого нового состояния, чаще всего звучит как «евангелие от
Царство», а если рассматривать его с несколько иной точки зрения, то «Новый Завет».


«Само Великое Существо, в ведение которого вверено всё сущее, в отличие от всех остальных, именуется «Христом». … В выражении «Царство Божье, или Небесное» явно прослеживается отсылка к предсказаниям, в которых эта экономика была раскрыта пророками Ветхого Завета, в частности пророком
Даниил упоминает его в одном месте как царство, которое воздвигнет Бог небесный и которое никогда не будет разрушено; в другом месте он говорит о нём как о
Царство, которое будет дано со славой и властью над всеми народами, племенами и языками, тому, кто подобен Сыну Человеческому».


Это мнение шотландского богослова в целом совпадает с мнением мистера Робинсона, изложенным в его «Лексиконе греческого Завета», где он пишет:
«Эти выражения» [Царство Божье, Царство Небесное и Царство Христа] «являются синонимами и обозначают Божественное духовное царство, славное правление Мессии. Идея этого царства основана на пророчествах Ветхого Завета, в которых предсказывается пришествие Мессии и его триумф.

«Несомненно, что пророки предсказали Мессию как царя: несомненно, что Иисус называл себя этим царём. «Ты говоришь это» — Я царь. «Для этого Я пришёл в этот мир». Когда Иоанн, пришедший подготовить народ, подготовился к приходу этого нового Владыки и проповедовал:
«Покайтесь, ибо приблизилось Царство Небесное» (это дословный перевод Матфея 3:2, в нашей версии — «Покайтесь, ибо приблизилось Царство Небесное»), он, несомненно, ссылался на эти пророчества, и люди, должно быть, так его и поняли. Поэтому, когда Иисус
Матфей, глава 4, стих 17, проповедует то же самое; и когда двенадцать апостолов были посланы проповедовать по всему Израилю, они говорили те же важные слова. Все, кто слышал их тогда, понимали, что они означают, что Христос, Мессия из пророчеств, пришёл и установил или собирался установить своё давно предсказанное _царство_.

«После того как служение Иоанна прекратилось и он был заключён в тюрьму, Иисус провозгласил (от Марка 1:15): «Приблизилось время — Царство Божие близко», или, буквально, «_пришло Царство_», поскольку греческое слово
(_Энкикен_) стоит в прошедшем времени, а не в настоящем. Время
настало. Какое время? Ответ очевиден: то, которое было предсказано
пророками. Время, когда должно быть установлено новое царство, которое
в конечном счёте заполнит всю землю и будет отдано подобному Сыну
Человеческому.

 «Старый уклад с его обрядами и церемониями, сложными
типами и символами с глубоким смыслом был заменён новым». Закон и пророки были до Иоанна, сказал Спаситель, но с тех пор провозглашено _царство Божие_, и всякий, кто стремится к _нему_, получает его.
со времён Иоанна Крестителя и доныне _царство Небесное_ подвергается насилию, и насильники захватывают его силой. А гордым, самодовольным фарисеям и скептически настроенным саддукеям он сказал: мытари и блудницы входят в _царство Божье_ прежде вас. Этого не могло бы быть, если бы царство уже не наступило.

«То, что иудеи действительно ожидали этого царства, видно из песни Захарии, из радостного восклицания старого доброго Симеона и из уверенности, с которой Анна, престарелая пророчица, говорила о
дитя Иисус для всех тех, кто ждал искупления в Иерусалиме. От Луки i.
67, ii. 25, 36. Также мы читаем, что Иосиф из Аримафеи, добрый и справедливый человек, член Синедриона, был одним из тех, кто _ждал Царства Божьего_; а два ученика, которые шли в Эммаус и так печально говорили о его смерти, заявили, что они _верили_, что именно он должен был искупить Израиль.

«Не будем же считать решённым следующее: 1. Что пророки, и особенно Даниил, предсказали появление христианства
1. Это учреждение — Царство Божье. 2. Евреи искали его и ожидали его пришествия, когда пришёл Иисус. 3. Сначала Иоанн, а затем Иисус заявили, что организация, которую Христос собирался создать и создал, была этим царством.

 
— Я не понимаю, зачем вам понадобилось так много усилий, чтобы доказать это, — ответил доктор. — Я не думаю, что кто-то когда-либо в этом сомневался. В конце концов, это не более чем утверждение о том, что Царство Христово было той организацией, которую основал Христос; и это было самоочевидным утверждением, не требовавшим доказательств.

«Тогда, я надеюсь, вы это запомните; и если вы обнаружите, что вы или кто-то другой пытается доказать, что то или иное, существовавшее _до_ времён Иоанна и Христа, или то, что возникло через тысячу лет _после_ того времени, является этим христианским царством, вы упрекнёте их в глупости. Здесь мы имеем первый критерий христианской организации: она была создана и начала существовать во времена или примерно во времена, когда Христос был на земле. Его не было раньше, потому что пророки предсказывали, что он появится
должно было установиться _тогда_. И Иоанн, и Иисус сказали, что _тогда_
время исполнилось. _Тогда_ это было проповедано. _Тогда_ люди устремились к этому.
_Тогда_ были установлены его законы. _Тогда_ были установлены его обряды.
_Затем_ характер его членов, способ посвящения, метод поддержания дисциплины и всё остальное, что было необходимо для его организации и существования, было определено Великой Личностью, которой было доверено управление им.


«Если вы теперь обратитесь к пророчеству в Книге Даниила, глава 11, стих 44, то увидите, что это царство, таким образом основанное, должно было стать _вечным_ царством.
и что оно должно было в конце концов уничтожить все остальные царства и заполнить всю землю. Однако оно не должно было быть установлено, как другие царства, с помощью _людей_. Камень, который стал великой горой и заполнил всю землю, был высечен _без участия рук_ — это была работа Бога. Поэтому Христос сказал, что Его царство не от мира сего; Его слуги не сражаются. У него не было человеческого правителя — в нём не было человеческих законов. Бог установил
царство, и Христос, вечно живой, должен был стать его Царём навеки. Ибо
пророк упоминает две характеристики этого царства: «оно
не должно _никогда быть разрушено_, а власть _не должна быть передана другим людям_. Христос в Своём царстве правит единолично и будет править вечно. Он не отдаст Свою честь другому, и если мы найдём какое-либо царство, называемое Его именем, которое Он не основывал и которым правят другие Владыки или другие законы, нежели Его, мы можем быть уверены, что оно названо ложно, ибо в царстве Христа царствует только Христос. Таким образом, вы видите, что у нас уже есть по крайней мере два признака или знака, по которым мы можем узнать это Царство, когда найдём его. А именно: оно началось с Христа и
Он был учреждён им, и в нём он не только верховный, но и _единственный_
Господь и Король. Его подданные и члены таковы, и только таковы, какими =он= их сделал: его законы таковы, и только таковы, какими =он= их установил.
Его должностные лица таковы, и только таковы, какими =он= их назначил. Его постановления таковы, и только таковы, какими =он= их установил. И если только Священное Писание не является непонятным в том, что касается именно этого вопроса, а не чего-либо другого,
мы можем без особых затруднений выяснить, каким было устройство его царства. Давайте рассмотрим
Итак, обратимся к Новому Завету и исследуем его самостоятельно.


Для начала давайте рассмотрим отрывки, в которых описывается природа этого царства. Христос говорит (Иоанна 18:36), когда Пилат допрашивает его по поводу обвинений, выдвинутых против него иудеями: «_Царство Моё не от мира сего._» Оно было _в_ мире, но не _от_ мира сего. У Него не было земного престола. Он не носил короны с драгоценными камнями. Он не держал в руках
царского скипетра. Он не претендовал на мирскую власть. По его приказу не сражались
сведенные воедино армии; и он ни в коем случае не был мирским правителем. И всё же он был
Он — царь; для этого он был рождён и для этого пришёл в этот мир. И чтобы не оставлять правителя совсем в неведении, он добавляет, что _подданные_ его царства — это те, кто верит в истину и повинуется ей.
 «Всякий, кто _истинно верует_, слышит глас Мой».

«Опять сказал им (Луки 17:20), когда они хотели знать, когда придёт Царство Божие: «Не приидет Царствие Божие приметным образом». В нём нет ничего, что могло бы привлечь внимание и вызвать восхищение у непосвящённого наблюдателя. Никто не
восклицайте, смотрите туда или сюда. Но Царство Божье находится _внутри вас_. Это внутреннее _душевное_ царство; и его правление основано не на внешней пышности и силе, а на _внутренней любви_ и сердечном послушании. В нём не было ничего, что могло бы привлечь внимание любопытных, но всё же это было _видимое_ царство. Иисус сказал, что там были
некоторые, кто не должен был умереть, пока не _увидел_, как это
произойдёт с силой. И это произошло в день Пятидесятницы и в
последующие несколько дней, когда к ним присоединилось более
восьми тысяч человек.

«Подданными этого царства были _видимые подданные_, мужчины и женщины, которые могли покаяться, уверовать и принять крещение.


«Таинства царства были _видимыми таинствами_, символизирующими как для глаз, так и для сердца верующего смерть для греха и смерть Спасителя за него.


«Законы царства были _видимыми законами_, записанными под руководством Святого Духа для наставления и контроля его подданных.

«_Исполнительная власть_ королевства, которой было поручено следить за соблюдением этих законов, представляла собой _видимую организацию_ с фиксированным и устоявшимся
конституция, в которой чётко указаны и тщательно определены объём полномочий, а также способы и случаи их применения».


«О да, мистер Кортни!» — довольно нетерпеливо воскликнул доктор. — Я всё это признаю. Полагаю, никто никогда не отрицал, что это царство было основано Христом и что это _видимое царство_. Но я хочу знать вот что: кто был его _подданными_?» из каких людей оно состояло? и как они в него влились?»

 «Ваш вопрос двойной, и ответ на него тоже должен быть двойным. Из каких людей оно состояло?»
сколько людей было принято в члены этого царства? Спросите Иоанна. Он пришел
подготовить людей, подготовленных к организации царства. Он
отверг самодовольных фарисеев и неверующих саддукеев, и всех
кто требовал приема для своих родителей; и получил только
_лично раскаявшийся_, который верил в того, кто должен прийти после него.
Спросите Иисуса. Он говорит: «Блаженны нищие духом, ибо их есть Царство Божие». Значит, это люди с кротким нравом и смиренным сердцем. «Блаженны гонимые за правду».
ради, ибо _их_ есть Царство Божие». Значит, они готовы
_пострадать_ за дело Христа. Более того, они должны быть
_послушны_ Христу, ибо он говорит: «Кто нарушит одну из заповедей
малых сих и научит так людей, тот малейшим наречётся в Царстве
Небесном; а _кто сотворит и научит их_, тот великим наречётся в
Царстве Небесном». Но это послушание не должно быть
простым _формальным_. Оно не должно сводиться к простому соблюдению обрядов, установлений и церемоний, ибо он говорит: «Если только ваша праведность
«Если вы не превзойдете книжников и фарисеев, то не войдете в Царство Божие».


Эти требования смирения и послушания упоминаются и в других отрывках, помимо параллельных этим.

«Когда ученики спросили его, кто будет _величайшим_ в царстве, он взял маленького ребёнка и поставил его перед ними, сказав, что, если кто не _обратится_ и не станет как дитя, он не сможет войти в царство, и что тот, кто в царстве _смирится_ больше всех, будет величайшим. Так же он учил, что _простое
Профессия_ не была пропуском в рай, а только _фактическое_ послушание.
 «Не всякий, говорящий мне: Господи! Господи!, войдёт в Царство Небесное, но только тот, кто _исполняет волю_ Отца моего Небесного».

«Внешняя нравственность не должна служить основанием для притязаний, ибо он заверил фарисеев и саддукеев, что мытари и блудницы, которые _раскаялись_ во время проповеди Иоанна, идут в Царство Божье впереди них и что они не только сами не войдут, но и другим препятствуют войти.

 «Слабой решимости и временного исправления недостаточно
Он говорит: «Никто, возложивший руку свою на плуг и озирающийся назад, не благонадёжен для Царствия Божия».

 «Подданные этого царства, как мы узнаём из Матфея, глава 6, стих 33, — это _добровольные_
или _вольные_ подданные. Они приходят к этому не по принуждению — _не по воле своих родителей_, или _опекунов_, или _спонсоров_, а по _собственному желанию_, и они не только _готовы_, но и _стремятся_ войти в это. «Ищите прежде Царства Божия и правды Его». Эти слова могли быть обращены только к добровольным участникам. И Матфей (ix.
12), кажется, передает идею о том, что они были не только желающими, но и
чрезвычайно _anxious_ войти. ‘Царство небесное терпит
насилие, и _нравственный_ (то есть искренний, энергичный) берет его
силой’. Недостаточно _видеть_, чтобы войти, но они должны _принимать_,
должны бороться, должны мучиться, чтобы войти; "ибо многие будут _видеть_, чтобы войти
войти и не сможет.’

«Но решающим и всеобъемлющим является отрывок из Евангелия от Иоанна, глава 3, стихи 3, 5, в котором
Царь объясняет Никодиму природу членства в Его царстве. «Если кто не родится свыше, он не увидит Царствия Божьего.
«Если кто не родится от воды и Духа, не может войти в Царство Божие».


Это основные, если не единственные, отрывки, в которых прямо описываются
_требования для вступления_ в Царство в связи с фразами «Царство Божие» или «Царство Небесное». И это, по крайней мере, несомненно: _никто не является и не может быть НАСТОЯЩИМ
членом этого царства, если только он не обратился_, не стал смиренным,
раскаявшимся, верующим и послушным Христу и не стремился к гражданству
с искренним, сердечным желанием. Царство Христа — это не
не в одних лишь внешних _формах_. Он царствует в _сердцах_ своего народа. Его подданные _повинуются_ ему, потому что они _любят_ его, _и ни один человек, который не любит его искренне и от всего сердца; который не доверяет ему смиренно, но в то же время уверенно; который не стремится искренне, решительно и неустанно во всём ему ПОВИНОВАТЬСЯ, не является достойным подданным его царства_. Он должен в своём сердце признать Христа своим Господом и Царём
и стремиться исполнять Его волю, прежде чем Христос сможет считать его своим подданным и относиться к нему как к сыну».


— Кажется, теперь я начинаю вас понимать, — сказал доктор. — Вы
я считаю _всех, кто любит Христа, равными подданными этого видимого царства_».

«Вовсе нет, сэр. Вы меня совершенно неправильно поняли. Я пытался
ответить на ваш _первый_ вопрос, касающийся того, из каких людей состоит царство. Я ещё не подошёл ко второму вопросу, который касается
_того, как они стали его частью_. Покаявшиеся, верующие, смиренные, любящие и послушные — вот достойные подданные, и _единственные_ достойные подданные _для_ царства. Они — члены _не_видимого царства Христа. Христос царствует в их _сердцах_: Христос правит их _жизнью_.
Они принадлежат Ему по искуплению и будут царствовать с Ним во славе. Но
для того, чтобы они стали членами Его _видимого_
царства, которого мы сейчас ожидаем, необходимо нечто большее. Они
такие, какими Он признал их _имеющими право на членство_, но они ещё не являются его членами. Авель и Авраам, Давид и Даниил, Иов и Иисус Навин, а также все могучие сонмы древних святых обладали этим качеством.
 Они были детьми Божьими. Они доверяли ему и любили его. Они были послушны на земле, а теперь радуются вместе с ним на небесах. Но
они не были подданными того царства, которое Иисус Христос основал во времена Понтия Пилата, потому что оно ещё не существовало. Оно не было
установлено. Они предвидели его, они предсказывали его, они радовались тому, что оно грядет, но они не могли быть его членами, пока оно не наступило. Если бы они жили во времена его существования, они бы обладали всеми качествами, необходимыми для членства, и, несомненно, стали бы его членами. _Но для того, чтобы они стали членами Церкви, требовалось нечто большее, чем их благочестие.
_

«Христос, как Царь, указал видимую дверь для входа в Свою
видимое царство. Те, кто хотел бы стать его подданными, должны сначала «стать такими в _своих сердцах_», а затем, когда они будут «должным образом и истинно подготовлены», они могут и должны быть _посвящены_ в ходе церемонии, которую ОН назначил. Они перестали _любить_ мир в своих сердцах, и теперь они должны открыто выйти _из_ мира и признать своё подчинение Ему в той форме и манере, которые ОН предписал. Пока они этого не сделали, они могут быть его подданными _фактически_, но не являются его подданными _в полном смысле слова_. Они могут быть его
_сердце_, но они не принадлежат его _организованному_ и _заметному_
королевству».
«Думаю, — сказала миссис Перси, — я могу проиллюстрировать, что вы имеете в виду:

«Король воссел на трон посреди мятежного народа,
который отказался ему подчиняться и в сердце своём, и на деле говорит:
«Мы не хотим, чтобы этот человек правил нами».

«Он окружает себя несколькими верными подданными. Он даёт им свод законов и, среди прочего, представляет определённую _формулу_, которая должна применяться в случае с каждым мятежником, который передумает и присоединится к ним.

«Этот свод законов обнародован как в королевстве, так и за его пределами; чтобы все стороны знали, что требуется от того, кто вступает в ряды верных.


Теперь, когда кто-либо из мятежников устал от мятежа, сложил оружие и _в глубине души_ решил служить королю, его можно _назвать подданным_. Он больше не мятежник. Он в глубине души стал послушным королю. Он признаёт его власть. Он намеревается и пытается исполнить его волю; но он не является _юридически_ и _фактически_ подданным, пока _он
прошёл через церемонию приёма, предписанную королём_. И если бы он был _на самом деле_ послушным и знал об этом требовании, он бы сам сразу же обратился за таким законным и официальным приёмом; он бы не стал продолжать жить среди мятежников и считаться одним из них.
 Это был первый акт послушания: испытание, назначенное королём, чтобы _проверить_, действительно ли он послушен. И до тех пор, пока он пренебрегал или отказывался _повиноваться_ в _этом_ вопросе, он не мог считаться одним из верующих».


«Но что, — сказал мистер Перси, — если те, кто называл себя служителями
королевство и толкователи закона должны были заверить его, что какой-то
другой_ тест был именно тем, что требовалось; или что _ никакой_ тест вообще не был
нужен в его случае?”

“Тогда я бы сказал, что эти нечестивые люди ложно и неправомерно помешали
ему войти внутрь, и что если бы все обстоятельства были известны
королю, он полюбил бы его и вознаградил бы его за добрые намерения, как если бы
они были приведены в действие. Но все же он _ не мог_, без
_отказываясь от собственного закона и отменяя форму принятия, которую он сам же и установил_, считайте его полноправным членом своего королевства».

— Благодарю вас, миссис Перси, — воскликнул доктор. — Ваше прекрасное сравнение прояснило всё дело. Христос — Царь. Он основал своё царство среди мятежников. Он посылает своих посланников, чтобы те рассказали им о Его доброте и попытались завоевать их сердца; ибо Его правление — это правление любви. Когда кто-то убеждается в своей неправоте и обращается к истине, он становится _подходящим кандидатом ДЛЯ Его Царства_; но он ещё только в перспективе, а не на самом деле В Его Царстве. Чтобы войти в него лично, как он сделал это в своём сердце, телесно и зримо, как он сделал это в своём духе и
Для этого он должен принести _клятву верности_, приняв крещение, _обряд посвящения, запрещённый_ _королём_. Пока это не сделано, он может быть _другом_ короля, но он живёт среди его врагов.
 Он может быть предан королю душой, но он не надел его ливрею и не вступил в его ряды. И сколь же велика должна быть ответственность тех, кто, вопреки прямому указанию _ХРИСТА_, уверяет его, что, если _сердце чисто_, Царю больше ничего не нужно; или вводит его в заблуждение, убеждая, что ему нужно _что-то ещё_, а не
о том, что =он= повелел. Но когда один толкователь закона говорит одно, а другой — совсем другое, как новообращённому понять, что ему делать?


— Он должен изучить закон _самостоятельно_, сэр, — ответил мистер Кортни. — И он не найдёт в нём двусмысленности. Король сформулировал свою заповедь _очень ясно_, и никто не понимал её неправильно, пока её не извратили нечестивцы. Но давайте не будем отклоняться от темы. Вы видите, что если мы примем в свои объятия всех достойных членов царства, всех смиренных, кающихся, верующих и послушных, то у нас будет _невидимое_ царство, границы которого
о которых известно только Тому, Кто вникает во все сердца и знает все мысли.

 «Я с готовностью признаю существование такого царства. Оно включает в себя сотни и тысячи самых достойных и богобоязненных детей Божьих, которых нет в видимом царстве: некоторые из них, хотя и обратились, ещё никогда публично не исповедовали свою веру ни в какой форме. Возможно, у них не было такой возможности; возможно, они не были достаточно уверены в своей любви к королю; или, как и вы, доктор, они могут сомневаться в том, что такое настоящее видимое царство, где его можно найти и как оно устроено.
в него нужно войти. В него входят тысячи людей, которым их духовные наставники внушили, что они _уже в
царстве Христа_, в то время как они состоят в какой-то _другой организации_, настолько непохожей на него, насколько это вообще возможно, во всём, кроме названия. Они добрые и благочестивые дети Божьи. Они любят Спасителя, и Христос царствует в их сердцах на земле, и они будут царствовать со Христом на небесах. Они
_его_, и он знает, что они принадлежат ему: они находятся в его невидимом
_духовном_ царстве, но не в его _видимом_ царстве; и он не может
они будут, пока они не вошли в нее, что и заметный
таинство, которое царь назначил для этой цели. Для иллюстрации того, что
Я имею в виду, какой писатель когда-либо демонстрировал более глубокое и духовное
знание о действии благодати в сердце верующего, чем Фома а.
Кемпис? Какой служитель Христа когда-либо демонстрировал больше доказательств любви к
Христос и любовь к душам, чем Фенелон? Какая женщина когда-либо делала и
страдала больше ради дела Спасителя, чем мадам Гийон? И всё же ни одна из них не принадлежала к видимому царству Христа, если не считать Церковь
Рим — это царство Христа, а не Антихриста. И как в невидимом царстве есть много тех, кого нет в видимом, так и в видимом царстве есть много тех, кто не имеет на него права и никогда не будет признан Царём. Обряд посвящения _не наделяет никакими нравственными
качествами_; без предшествующих ему покаяния и веры он бесполезен. Колдун Симон был крещён и должным образом посвящён в
Видимое царство Христа, но у него не было ни доли, ни части в этом.
Он был так же глубоко пропитан желчью горечи, как и силой
после крещения он был скован цепями беззакония, как и прежде;
в то время как бедный разбойник, умерший на кресте, не был крещён и никогда не проходил обряд посвящения, но всё же вошёл в Божий рай вместе со своим
Искупителем.

 «Именно эта ошибка, сэр, — обращаясь к методисту, —
(смешение видимого с невидимым царством) впервые привела к введению
младенческого крещения. Спаситель сказал: «Если кто не родится от воды и Духа, не может войти в Царствие Небесное», подразумевая (если он имел в виду водное крещение) его _видимую_
Царство на земле, о котором мы говорили; но люди понимали это как _не_видимое царство, или царство славы на небесах,
и поэтому решили, что, поскольку крещение было единственной дверью в
небеса, оно не должно быть отказано никому, даже новорождённым младенцам».

 — Простите меня, мистер Кортни, — сказал доктор, — но мы отклоняемся от темы. Мы изучали природу _видимого царства_ Христа,
которое было основано им во время его пребывания здесь и которому суждено
существовать до его второго пришествия. Мы установили, что оно должно было
состоят из смиренных кающихся грешников, которые были послушны законам
Христа и уповали на него в своём спасении; и что, когда они
получали _это право_, их должны были ввести _в это состояние_
обрядом крещения. И хотя некоторые люди с другим характером могли быть посвящены,
они всё равно оставались врагами и бунтарями, хотя и носили имя
друзей и подданных. И хотя некоторым людям с таким характером
было отказано в посвящении, и они не могли считаться действительными членами,
это не лишало их права на духовные и
вечные благословения, обещанные тем, кто обладает качествами
подданных. Думаю, теперь мы можем сделать вывод, что понимаем природу
этого царства в его отношении к _отдельным людям_. Если рассматривать
его как _чисто духовное_, или _невидимое_, царство, то оно включает
всех, кто в глубине души признал Христа своим Царём и в своей жизни
отдаёт ему (насколько они знают его требования) быстрое и искреннее
послушание. Если рассматривать его как _видимое_ царство, как _организованную
институцию_, то в него входят те, кто _вышел из этого состояния_
от мира_ и отдалились от него, открыто заявив о своей преданности,
_и были должным образом посвящены через обряд крещения_, как повелел Король.


«Но теперь я как никогда далёк от цели, которую преследовал, начиная это расследование. _Я хочу знать, где находится это королевство и что оно собой представляет, и как я могу стать его частью_. Я верю, что являюсь членом того, что мы называем _невидимым_ королевством. В душе я подданный короля. По своей милости он дал мне _желание повиноваться ему_;
и он требует, чтобы я _исповедовал_ его перед людьми и _видимым образом_ соединялся с ним
_его народ_. Не могли бы вы сказать мне, _где они находятся_ и как мне к ним присоединиться? Существует по меньшей мере _дюжина_ различных организаций, каждая из которых утверждает, что состоит из истинно верующих, принявших крещение. Я знаю, что по большей части это хорошие и благочестивые люди, и я ещё не до конца убеждён, что их окропление не является действительным крещением. Таким образом, на данном этапе все они имеют на меня равные права; однако
Я знаю, что они не могут быть _все_ правы, иначе они бы все согласились.
 Царство Христово не может быть разделено само в себе, потому что сам Христос
заявил, что если это так, то оно должно пасть. «Дом, разделившийся сам в себе, не устоит; и всякая власть, разделившаяся сама в себе, не стоит». Поэтому я знаю, что все эти _отдельные_ и _соперничающие_ организации с их различными формами правления, противоположными системами верований и конфликтующими интересами не могут быть его царством; но вы пока не показали мне ни одного признака, по которому можно было бы определить, какая из них действительно принадлежит ему.

 «Наберитесь терпения, доктор. Мы ещё не закончили наше исследование
королевства. Мы действительно установили, что _оно состоит из
верующие, принявшие крещение_; и эта подсказка, если вы последуете ей, приведёт вас к истине. Но мы пока не будем отвлекаться от нашей главной темы. Теперь нам остаётся рассмотреть
царство с точки зрения его _организации_. Вы установили его
_состав_: теперь давайте посмотрим на его _управление_, или государственное устройство. В этом королевстве есть не только _подданные_, или граждане, но и _король_, и _свод законов_, и _исполнительный орган_, который управляет ими от имени короля и по его воле. Этому _исполнительному органу_ и
Только ему одному Король поручает видимое управление Своим царством.
 Теперь, если мы обнаружим какую-либо организацию, претендующую на то, чтобы быть этим царством, или частью этого царства, члены которой _не были крещены_, вы должны отвергнуть их на основании уже установленного факта, а именно:
 _Видимое_ царство Христа состоит не просто из верующих, а из _крещёных_ верующих; и если мы обнаружим какую-либо организацию, которая отвергла
Если мы откажемся от Христа как от Царя (не формально, а фактически) _признав подчинение другому правителю_ или другим законам, отличным от его, мы можем сразу же
отвергайте его притязания на этом основании. Оно _не может_ быть царством Христа,
если в нём не правят _его законы_, не управляет _его исполнительная власть_ и
не поддерживается _его авторитет_».

«Это само собой разумеется, сэр. Но где и что представляет собой _эта исполнительная власть_, о которой вы говорите?»

«Это организация, которая в Новом Завете называется «_церковь_».»

— Я думал, сэр, что Церковь и королевство — это одно и то же.
Просто разные названия одного и того же объекта.

 — Вовсе нет, сэр.  Церковь — это _местная_ организация, которой король поручил следить за исполнением его законов.  Она находится в королевстве: она составляет _а
часть_ царства: она подчиняется _законам_ царства; _но
она не является царством_, точно так же, как суды и исполнительная власть любого государства не являются самим государством».

«Мой дорогой сэр, вы меня удивляете. Разве термин «церковь» в Священном Писании не используется постоянно и почти неизменно как синоним слова «царство»?
Разве она не включает в себя всё видимое сообщество исповедующих христианство? Я уверен, что таково общее впечатление. Как ещё мы можем читать о
вселенской Церкви, древней Церкви, воинствующей Церкви и
торжествующей Церкви?»

— Вы _не_ так _читаете_ Священное Писание, сэр. Святая католическая, или вселенская, церковь — это выдумка людей. В Священном Писании это слово обычно используется для обозначения лишь _местного_ собрания христиан, которые собираются в одном месте, чтобы соблюдать заповеди Христа и заниматься делами, связанными с Его царством. В тех немногих местах, где
оно имеет более широкое значение, оно используется в переносном смысле, в силу
того, что это очень распространённый и естественный оборот речи, в котором название части применяется ко всему целому. В Священном Писании оно _никогда_ не используется для
обозначьте такое церковное учреждение, как то, которое вы называете
Англиканской церковью, Римско-католической церковью, Пресвитерианской церковью,
Методистской церковью и тому подобное. Но для подробного рассмотрения этого вопроса потребуется немало времени, и я боюсь, что некоторые из вас уже устали от этого сухого обсуждения. Мы увидели, что такое _царство_ Христа, и пусть этого будет достаточно на сегодня. Завтра мы попытаемся составить более
чёткое представление о природе его _Церкви_».

«Я доволен, — ответил доктор, — потому что, по правде говоря, всё это
Это настолько ново для меня, что я чувствую, что мне нужно время, чтобы обдумать то, что мы обсудили, и убедиться, что мы не отклонились от сути. Позвольте мне взять Библию и ещё раз изучить все эти отрывки, в которых говорится об этом царстве. Когда мы встретимся здесь утром, я, возможно, буду готов сделать следующий шаг в этом исследовании. С вашего позволения, мистер Перси, я приглашу вашу добрую леди прогуляться со мной по палубе и выполнить обещание, которое она дала вчера.

«Я, конечно, не буду возражать, сэр, при условии, что смогу договориться о таких же выгодных для себя условиях, как и вчера».

Компания вышла из дамской каюты и вскоре уже обсуждала другие темы.

 Доктор потребовал от Теодосии, чтобы она, согласно своему обещанию, рассказала историю своей жизни и жизни мистера Перси с момента её крещения.  Она многое ему рассказала, но не всё; и мы считаем, что читатель этих страниц должен быть особенно осведомлён о некоторых фактах, на которые она почти не ссылалась.
и, более того, она рассказала кое-что, что уже известно тому, кто прочёл первый том этого произведения. Мы думаем, что
Поэтому лучше всего будет продолжить повествование с того места, на котором мы остановились, и рассказать всё по-своему.

 Читатель помнит, что мистер Перси обратился в христианство по дороге домой, пришёл на собрание в здании суда, рассказал о своём переживании благодати и был принят как человек, достойный крещения.
 Однако прежде чем его крестили, он внезапно слёг из-за болезни.  Долгое время он балансировал между жизнью и смертью. Когда он признался в своей вере и попросил крестить его, Феодосия почувствовала, что единственным препятствием на пути к их предполагаемому союзу было
Он был свободен — он снова был её женихом. Она жаждала рассказать ему, как её сердце излило всю свою жизнь в том печальном и почти роковом письме, которое, как она чувствовала, стало причиной его болезни.


Когда мать и врач позвали её к его постели (как мы видели в предыдущем томе), она стала для него не только ангелом его грёз, но и ангелом-хранителем в часы бодрствования. Когда он
набрался сил, чтобы говорить, он рассказал ей, как горько рыдало его сердце при
воспоминании о его тщетной попытке убедить её отречься от своего Господа ради
него — отказаться повиноваться ясному и категоричному повелению Христа, в
чтобы она не огорчила и не обидела того, кого любила больше всего на свете, кроме Христа. Он сказал ей, что хотел бы отозвать то опрометчиво написанное письмо; что он надеялся, что оно никак не повлияет на её поведение; что он счастлив узнать, что она выполнила свой долг, не обращая на него внимания; что теперь он может доверять ей ещё больше — что теперь он любит её ещё сильнее — с тех пор, как он понял, что ничто не может сбить её с правильного пути.

А рассказала ли она ему, как это его письмо разбило ей сердце? Рассказала ли она ему, как оно на какое-то время почти лишило её власти?
Причина? Рассказала ли она ему, с какой _мукой_ она медленно и печально приходила к решению отказаться от _всего_—отказаться даже от _него_—ради Христа?

Она лишь сказала ему, что упрекала себя за то, что написала ответ,
который причинил ему столько страданий.

«Что! — воскликнул он. — Ты отправила ответ на моё письмо? Я его так и не увидел — я не знал, что ты его написала!»

Это навело её на новую мысль. От доктора она узнала, что он _видел_ это. Она знала, что это довело его до самой грани смерти.
Доктор забрал это из руки, которая сжимала это, даже когда он лежал
без чувств на полу своего кабинета. Теперь он был у неё в руках. Но мистер Перси ничего не помнил: удар, который нанесла ему рука, был настолько сильным, что оглушил его. Он так и не понял, откуда пришелся удар. Она перевела разговор на другую тему.

 «Ты быстро восстанавливаешься. Доктор говорит, что теперь тебе ничего не угрожает. Я должна оставить тебя и вернуться домой».

— Надеюсь, не сегодня.
— Нет, но если вы продолжите поправляться, то завтра. Моё присутствие больше не _необходимо_.

— Я понимаю, — ответил он. — Ты пришла, когда тебе сказали, что я, скорее всего, умру; а теперь твоя деликатность подсказывает тебе, что тебе не следует оставаться. Что ж!
 пусть будет так; но позволь мне сказать тебе, дорогая, что твой приход спас мне жизнь.
 Я знаю, что иногда мой разум блуждал; и теперь я осознаю, что у меня была странная фантазия — не знаю, откуда она взялась, — что ты полностью отреклась от меня и отвергла меня. Эта фантазия терзала моё сердце и отнимала у меня жизнь. Иногда во сне — может быть, в бреду — я видел, как твой образ парит в комнате и смотрит на меня с такой нежностью и жалостью.
Я увидел в её глазах сомнение в том, что это моя Теодосия. И когда я понял, что ты действительно здесь, что это твоя добрая рука приготовила мне еду, твоя рука дала мне пить, твой голос ответил на мой слабый зов, а твоё присутствие успокоило мой встревоженный разум, я сразу же воспрянул духом. Мне было ради чего жить, и теперь я чувствую, что буду жить, чтобы хоть как-то отплатить тебе за твою заботу.

— Ну-ну, тише, мистер Перси, вы слишком много говорите, и это может вызвать у вас жар. Постарайтесь успокоиться и уснуть. Ваша мама останется
с тобой, пока я не вернусь», — и она ускользнула, чтобы излить душу в благодарении тому Искупителю, который возвращал ей одно за другим все сокровища, от которых она отказалась, чтобы исполнить Его заповедь.

Она вернулась к матери, и прошло совсем немного дней, прежде чем разговор возобновился в маленькой гостиной в доме миссис Эрнест.

Прошло несколько недель. Мистер Перси снова был здоров и полон сил: он вернулся в свой офис и усердно занимался закрытием дел. ОнОн решил отказаться от своей профессии и заняться делом, к которому, как он чувствовал, его призвал Господь. Но об этом он пока не сказал никому, кроме своего друга и доверенного лица, доктора Вудраффа.

 «Что, — спросил доктор, — скажет на это Теодосия? Ты можешь отказаться от своего бизнеса, на котором ты мог бы быстро сколотить состояние, и посвятить _себя_ жизни, полной лишений и бедности. Но имеешь ли ты право обрекать на бедность _её_?» Готовы ли вы видеть, как _она_ влачит жалкое существование
бедной пенсионерки, выпрашивая _милостыню_ у баптистских церквей?»

“О нет, друг мой, ничего подобного не потребуется, служители Христа
достойны того, чтобы их нанимали. Они _earn_ получают поддержку. Это не
милостыня, а заработная плата, которую они получают”.

“ Да, да, вы вполне можете сказать, что они это понимают. Они _зарабатывают_ гораздо больше, чем получают.
Но хотя они и зарабатывают, те, кто получает выгоду от их труда, обычно понимают, что они не _обязаны_ платить за это.
И что проповедник должен быть очень благодарен, если они снисходят до того, чтобы дать ему средства к существованию.
Взгляните на факты, мистер Перси. В этом округе около двадцати баптистских церквей:
Есть ли среди них хоть один, кто хоть как-то поддерживает своего пастора? Я знаю этих людей лучше, чем вы. Они будут платить своим врачам, и
адвокатам, и механикам, и торговцам; но мне кажется, что они
намеренно провели подсчёты, чтобы выяснить, как _мало_ может
прожить проповедник, и как _мало_ они _обещают_ ему платить, но
считают, что это всего лишь подарок — просто милостыня, которую
он не может _законно получить_; и поэтому они _забывают_ об этом
и _пренебрегают_ этим, пока он не впадает в уныние и не переезжает в другое место
церковь, чтобы снова быть обманутыми подобными обещаниями. Некоторые прихожане
всегда рады, когда это происходит, потому что с этого момента они чувствуют себя освобождёнными
от всякой обязанности платить то, что они ему обещали».

«Наверняка, — сказал мистер Перси, — это преувеличение. Ни один христианин
не стал бы так пренебрегать не только требованиями элементарной честности, но
и прямым указанием Спасителя: «Кто проповедует Евангелие, тот должен
жить по Евангелию».»

— Я тоже так думаю, — ответил его друг, — и именно по этой причине я сильно сомневаюсь в том, что эти баптисты — христиане.
Поскольку вы ещё не присоединились к ним, я надеюсь, вы не рассердитесь, если я скажу вам об этом.
— Если бы я _присоединился_ к ним, было бы глупо злиться на правду; но я не могу поверить, что это _правда_.

— Тогда позвольте мне вас убедить. Есть один пожилой мистер Доу: я знаю его историю. Он стал священником после того, как у него появилась семья, и ради этого отказался от прибыльной работы. Он был пастором в половине церквей округа. Все ему доверяют — все считают его хорошим священником; но он никогда не был красноречивым, а теперь он стар и абсолютно
хочу. Он мне сам говорил, что трехсот долларов максимум, на что он
когда-либо получал за один год на проповедь, и чтобы узнать, что он имел
служат четыре церкви, две из них за тридцать километров от своего места жительства.
За несколько лет он заработал меньше половины этой суммы; и никогда еще он не был
в состоянии обеспечивать свою семью так же хорошо, как обычный механик или
даже поденщик. То есть министр по кому скучаю Эрнест был
погружаемся. У него есть таланты, которые позволили бы ему стать одним из первых людей в государстве, будь он адвокатом или оратором. Немногие ораторы могут сравниться с ним
Он обладает убедительным красноречием. Он популярен как проповедник и любим как человек.
 Он пастор церкви, в которой есть прихожане, каждый из которых мог бы платить ему пятьсот долларов в год и не чувствовать себя обделённым. Но они дают ему четыреста долларов за то, что он проповедует им дважды в месяц, и ещё около ста пятидесяти он получает от двух других церквей. До того как он стал священником, у него было кое-какое имущество. Он человек с утончённым вкусом.
Его семья привыкла к благородному обществу и считает, что для их счастья необходимо, чтобы рядом с ними были не просто
не только самое необходимое, но и некоторые удобства, не говоря уже о роскоши
 В результате он с каждым годом всё больше тратит и быстро
истощает своё состояние; и если он проживёт десять лет, то, скорее всего, окажется в таком же бедственном положении, как и мистер Доу; и это лишь примеры того, что является обычным, почти повсеместным явлением.

 — Возможно, друг мой, ты прав в этом отношении. Я знаю, что баптисты — бедный и малоизвестный народ, и полагаю, что у них нет возможности щедро обеспечивать своих служителей.

— Дело не в их бедности, мой дорогой сэр, а в их скупости. Вы
найдёте их _достаточно богатыми_, но слишком _скупыми_— вот какое это слово, сэр, — слишком _скупыми_, слишком прижимистыми, слишком алчными, слишком жадными, слишком эгоистичными, чтобы заботиться о ком-то, кроме себя. Им _нужны проповеди_, и они думают, что не смогут обойтись хотя бы без одной проповеди в месяц. Поэтому они
стараются получить как можно больше за минимально возможную сумму — обычно не более одного цента в неделю на каждого прихожанина.
А потом они называют себя _щедрыми_ и думают, что оказали проповеднику большую услугу
когда они выдадут ему эту жалкую сумму.

 «Итак, мистер Перси, если вы готовы сами вести такую жизнь и обречь мисс Эрнест на все страдания и горести, связанные с несбывшимися надеждами, низким социальным положением и абсолютной нищетой, то женитесь на ней, откажитесь от своей прибыльной профессии и станьте баптистским проповедником».

 «Вы рисуете мрачную картину, — сказал мистер Перси, — но я надеюсь, что есть и более светлый взгляд на это. Я должен поговорить с мистером Кортни на эту тему.
Не то чтобы я сомневался в том, что должен сделать, но...
Я могу понять, как получилось, что эти ученики Иисуса так пренебрежительно относятся к его законам. Что касается меня, _я буду проповедовать Евангелие Христа, независимо от того, сыт я или голоден_. Я _должен_ проповедовать. Я чувствую, что Бог призвал меня к этой работе, и горе мне, если я отступлю. Сейчас я не готов проповедовать, но после крещения я намерен посвятить своё время изучению того, что подготовит меня к этому. И я не чувствую, что могу относиться к служению спасения хоть вполовину так же преданно, как должен.  Я
буду, с Божьей помощью, отдавать служению всю свою жизнь и _все свои силы
моя жизня_. Я могу вынести бедность, я могу вынести трудности, я могу...

“Просто остановись на минутку”, - перебил его друг. “Ты можешь сдаться, мисс?"
Эрнест, или, что вам, кажется, того хуже, вы можете субъекта _her_ в
нищета, лишения и позор, если это в ваших силах, чтобы установить ее
среди высших? Ответь себе на этот вопрос, прежде чем действовать.

Лицо мистера Перси вытянулось. Он не рассматривал этот вопрос в таком свете.
 Он с тяжёлым сердцем сел за стол и начал подсчитывать, сколько он уже заработал и сколько времени ему понадобится, чтобы реализовать
сумма, которая обеспечит будущей миссис Перси достойный доход,
независимо от того, что он может получить за свои проповеди.

Вывод показался ему не совсем удовлетворительным, и он глубоко вздохнул,
подняв глаза от бумаг, а затем медленно и рассеянно направился
к коттеджу миссис Эрнест.

Войдя в дом, Теодосия по его лицу поняла, что у него на сердце лежит что-то тяжёлое,
и быстро нашла способ заставить его рассказать, что это.

«Ты знаешь, Тео., что завтра меня крестят и что в следующий
четверг состоится наша предполагаемая свадьба».

— Конечно; и хотя это может заставить здравомыслящего человека выглядеть серьёзным, я не понимаю, почему это должно вас огорчать.

 — Когда вы согласились стать моей женой, я был юристом.  У меня был прибыльный бизнес, который обещал с каждым годом приносить всё больший доход.  Я не просил вашей руки, пока не почувствовал, что в моих силах обеспечить вам то положение в обществе, которое так подходит вам с вашими достижениями. Я слишком сильно любил тебя, чтобы желать, чтобы ты стала женой бедняка, даже если бы этим бедняком был я сам.

 — Что ж, мистер Перси, я вам очень признательна и позвольте мне сказать, что я
Я слишком сильно любила тебя, чтобы стать женой кого-то другого, кроме тебя, даже если бы он был богат, как Жирар, а ты — беден, как Иов, когда он потерял всё, кроме жизни. Есть ли что-то, что может тебя расстроить?

 — Но, моя дорогая Теодосия, я вынужден отказаться от своего ремесла, а вместе с ним и от всех надежд на богатство или хотя бы на безбедное существование. Я легко могу смириться с этим ради себя самого, но я не имею права обрекать _вас_ на нищету и безвестность.

 — Тогда, полагаю, вы, как и многие другие, пришли к выводу, что ни один искренне верующий христианин не может добиться успеха в качестве юриста?

— Нет-нет, закон действительно таит в себе большие соблазны, но я знаю много честных юристов. Не то чтобы я был против своей нынешней профессии, но меня так сильно тянет к другой, что я чувствую себя вынужденным отказаться от этой.

— Значит, это правда, — сказала она, и в её глазах вспыхнули надежда и радость.
Она наклонилась к нему и продолжила: — Значит, моя молитва была услышана, и Бог призвал тебя стать служителем Его Слова.


 — Я действительно решил, что, когда Бог откроет мне путь, я посвящу свою жизнь проповеди Иисуса заблудшим.

“ И ты думал, что это будет для меня печальной новостью, что ты пришел с таким
печальным лицом, чтобы сообщить мне об этом? Это было в течение недели Великого
желание моего сердца, и главный бремя моих молитв”.

“Но, мой дорогой Тео, ты же не считаешь, что быть баптистским священником
значит быть бедняком — проводить жизнь в лишениях и тяжелом труде без
вознаграждение — почти, как мне сказали, без средств к существованию
. Я прожил достаточно долго, чтобы понять, что жизненные потребности — это суровая реальность: их нужно удовлетворять. Мы оба прошли через это
я привык наслаждаться некоторыми даже самыми изысканными прелестями светской жизни. Едва ли мы сможем жить в комфорте на такую сумму, которую баптистские церкви привыкли платить своим служителям, даже если я буду зарабатывать столько же, сколько лучшие из них, а на это я не могу рассчитывать.
 Я вот о чём думаю: если бы я мог посвятить пять лет изучению права, я мог бы обеспечить себе сумму, достаточную для нашего комфорта; и тогда я мог бы полностью посвятить себя делу Господа.

«А если за эти пять лет погибнут души, которые ты мог бы спасти, — что тогда?»

— Именно это и приводит меня в замешательство.

 — Позвольте мне, — спросила она, — дать вам совет.  Я знаю, что ничего не смыслю в делах, но в одном я уверена:
долг должен быть выполнен, какими бы ни были последствия.

 — Но разве последствия не влияют на то, что _является_ долгом?

— Конечно, есть; и если потеря бессмертных душ может стать
следствием того, что ты потратишь время на то, чтобы сколотить небольшое состояние, то, мне кажется, ты не будешь колебаться. Что касается меня, то я не стремлюсь к богатству. Я нахожу больше обещаний для бедных, чем для богатых, и эти обещания велики
тем, кто оставил дома и земли ради Христа».

 «Но доктор Вудрафф уверяет меня, что баптистские церкви так мало дают своим служителям, что семья не может жить в достатке на те скудные гроши, которые они неохотно выдают скорее как милостыню, чем как плату за его самоотверженный труд».

 «Что, если доктор действительно так говорит? _Иисус Христос_ говорит: «Не собирайте себе сокровищ на земле». Он говорит: «Не заботьтесь о том, что вам есть и что пить, ибо наш Небесный Отец знает, что нам нужно. Он питает воробьёв и одевает
лилии тоже будут заботиться о нас».

«Но я не чувствую, что могу доверять себе, а особенно тебе, в том, что касается милосердия этих баптистских церквей. Хотя я уверен, что всё не так плохо, как представил мой друг».
«Но разве вы не видите, мистер Перси, что _нам нужно доверять не церквям, а нашему Отцу Небесному_, который держит в своих руках сердца всех людей? Серебро принадлежит Ему, и золото, и скот на тысяче холмов.
Давайте смиренно стараться исполнять _Его_ волю, и ОН позаботится о том, чтобы у нас было всё необходимое».

— Значит, вы готовы рискнуть всем и действительно считаете, что я должен немедленно приступить к этой работе?


 — Нет, мистер Перси, я не готов ничем _рисковать_. Я получил _Божье обещание_, что мы будем обеспечены, и это не _рискование_ — верить, что Бог говорит правду, и принимать его слова всерьёз.

 Мы будем делать то, что он требует, а он сделает то, что обещал. _Иначе и быть не может_».

«Но посмотрите, как церкви оставили старого доброго мистера Доу прозябать в нищете после того, как он посвятил свою жизнь служению им».

«Да, я слышал об этом. Возможно, церкви поступили неправильно;
но если старый брат Доу доверился Богу, то он не проиграл из-за своей бедности. Всё содействует ко благу любящим Бога. Мы тоже можем страдать от бедности. Это не больше, чем сделал для нас Иисус; и если так, то мы можем радоваться даже в нашей бедности, что нам позволено _страдать_ ради него; ибо апостол говорит: если мы _страдаем_ с ним, то с ним же и _прославлены_ будем».

«Да благословит тебя Бог, мой ангел надежды и любви! Хотел бы я обладать твоей верой! Но пусть будет так, как ты предлагаешь. _Я откажусь от всего_— я откажусь
провозглашайте _Евангелие Христа_ и _доверьтесь Христу_ в отношении результатов. Я колебался не из-за себя, а из-за вас, но вы —
помощник в моей слабости. Я постараюсь довериться Богу, как делаете это вы. Но есть ещё кое-что, что меня беспокоит. Факты, которые сообщил мне доктор.
Вудрафф, говоря о скупости этих баптистских церквей в отношении поддержки их служения, вызвал у меня _сомнение_ — на самом деле серьёзное сомнение — в том, что они, в конце концов, являются церквями Иисуса Христа.

 — Как так?

 — Господь Иисус как в своих личных наставлениях, так и в учениях
Его Дух внушал щедрость. _Его_ народ должен быть _щедрым_ народом.
Он снова и снова призывал их _давать_; наставлял их трудиться, работая руками; не для того, чтобы они могли накопить богатство, а для того, чтобы у них было что _дать_ нуждающемуся. Он предостерегал их от того, чтобы они не копили сокровища на земле, и уверял их, что они не могут служить Богу и маммоне (ибо таково значение слова «маммона»).
Он говорил им, что благословеннее _отдавать_, чем _получать_; что служители его Евангелия достойны своего _вознаграждения_;
чтобы те, кто проповедовал Евангелие, жили Евангелием; чтобы тем,
кто служил в духовных делах, служили в плотских
вещах; и теперь, ввиду всего этого, когда я нахожу церковь, которая
желающие наслаждаться трудами и наставлениями служителя Иисуса
без отдачи, или настолько скупые, что отдают только _ очень малую
копейку_, чтобы обеспечить проповедь раз в месяц, пока они
я в состоянии с комфортом обеспечить поддержку пасторов, но не могу
не думать, что "это не его церковь"; и я не хотел бы быть
связаны с ней либо как прихожане, либо как служители».

 «Вероятно, вы ещё не знаете всех фактов, касающихся этого вопроса. Вы привели одну сторону; мистер Кортни или какой-нибудь другой баптист, обладающий опытом и наблюдательностью, мог бы рассказать вам о другой стороне. Что касается нашей маленькой церкви, то она была организована совсем недавно, и вы прекрасно знаете, что она _не в состоянии_ многого сделать, как и многие другие. Отбросьте эту мысль, пока не получите более точную информацию. А теперь расскажите мне, каким образом вы пришли к выводу, что должны посвятить себя служению.
[4]

«Я едва ли знаю, когда и как это убеждение пришло мне в голову, но с тех пор, как я доверился Иисусу как заблудший и беспомощный грешник и почувствовал, что спасён Его безграничной добротой и всемогущей силой, я отдал себя Ему. С тех пор я чувствую, что принадлежу не себе, а Тому, Кто умер, чтобы спасти меня; я должен жить не для себя, а для Него; я должен делать не то, что мне хочется, а то, что угодно Ему.
Когда я начал оправляться от болезни, которая так внезапно подкосила меня, я осознал, что в моей голове сложилось впечатление, будто если я
Поправившись, я должен посвятить себя служению. Сначала я отбросил эту мысль как совершенно нелепую. Я провёл свою юность и молодость, готовясь к другому занятию, которым я был вполне доволен и к которому уже приступил: зачем мне теперь менять все свои планы? Но это впечатление постоянно возвращалось: оно становилось всё сильнее и сильнее. Я пытался рассуждать логически.
Но всё равно _чувствовал_, что должен проповедовать. И наконец, после того как я полностью восстановился, я обнаружил, что мой высший разум на стороне
Чувства. Души гибнут; Бог установил служение как одно из средств — возможно, главное средство — для их спасения; у меня есть способности к учёбе и преподаванию; я могу проповедовать, и если могу, то _должен_ проповедовать, и таким образом делать всё, что в моих силах, чтобы донести до заблудших славное Евангелие Сына Божьего.


Но до сегодняшнего дня я никогда не задумывался обо _всех_ трудностях на этом пути. До сих пор я не осознавал, что стать служителем Евангелия — значит приложиться ухом к дверному косяку и просверлить в нём дырку в знак вечного служения. До сегодняшнего дня я не чувствовал, что
Решив стать священником среди баптистов, я отказался от всякой надежды не только на повышение в должности и почести, не только на богатство и безбедность, но даже на то, что для нас является комфортом, почти необходимым условием жизни. До сегодняшнего дня я никогда не чувствовал, что быть священником — значит не только быть _бедным_, но и быть _зависимым_; что церкви и мои собратья будут относиться ко мне не как к работнику, достойному _зарплаты_, а как к нуждающемуся пенсионеру, живущему не на их щедрость, а на их скупость; что, когда я отказался от богатства, славы, лёгкости и комфорта ради них и
Евангелие гласит, что они будут рассматривать меня только как объект своего
милосердия — подходящую тему для своих молитв_. Но даже от этого я не уклонялся
, пока не подумал о тебе. Я мог бы вынести это ради себя; но как я могу
видеть, как ты подвергаешься подобным вещам?”

“О, не беспокойся обо мне: наш Небесный Отец позаботится об этом.
не нужно терпеть ни печали, ни трудностей, которые нужно переносить, это не для моего блага.
Разве он не говорит, что всё содействует ко благу любящим его? А что, если мы будем страдать от всего этого? Разве он не
Он повелел нам довольствоваться лишь пищей и одеждой и сказал, что эти лёгкие страдания, которые длятся лишь мгновение, принесут нам гораздо более великую и вечную славу. Нам не нужны мирские утехи, когда у нас есть радость Его спасения. Нам не нужны мирские почести, когда у нас есть честь, которая исходит только от Бога».

— Что ж, мой дорогой утешитель, пусть будет так. Мы вместе приступим к делу спасения душ: вместе будем трудиться, вместе будем учиться, вместе будем молиться, и ты научишь меня, как ходить путём
верой, а не видением, и претерпеть, как бы видя Того, Кто невидим».

 Вечер следующей субботы был назначен для его крещения.
Толпа, собравшаяся на берегу реки, вероятно, была бы больше,
чем когда-либо собиралась там по такому случаю, но внезапный ливень загнал многих по домам и разогнал большинство тех, кто пришёл. Он твёрдо и спокойно вошёл в воду, принял крещение и вышел из воды, не выразив ни своих мыслей, ни чувств.
За исключением простого гимна крещения, который пели братья и
Сёстры пели, спускаясь по склону, вокруг царила тишина.
Несколько крепких рук сердечно пожали ему руку, когда он подошёл; но его официальное
признание в качестве члена церкви было отложено до обычного молитвенного собрания во вторник вечером.

В это время, после обычных песнопений и молитв, мистер
Кортни, который был назначен одним из дьяконов церкви, когда она
была организована несколькими неделями ранее, попросил братьев решиться
собраться на церковное собрание для совершения определенного
дела. Это было сделано путем вызова одного из дьяконов председательствовать, (там
не будучи пастором), спел пару строф из знакомого гимна и
призвал в свидетели присутствия и одобрения главы собраний.

 Затем мистер Кортни предложил официально признать брата Перси членом этой церкви, протянув ему правую руку в знак братства, чего они не смогли сделать у кромки воды.

Мистер Перси встал в удобном месте, и сначала дьяконы, а затем братья и сёстры прошли мимо него в установленном порядке и пожали ему руку в знак братства. И это было не просто формальностью. Он увидел
во многих глазах стояли слёзы. Он видел глубокую скорбь почти на каждом лице и
не мог не понимать, что своими руками они отдавали свои _сердца_
в христианской любви. Когда всё было закончено, мистер Кортни встал и произнёс примерно такую речь:


«Братья и сёстры, я узнал, что наш молодой брат, которого мы только что приняли, почувствовал призвание к служению.
Церковь должна одобрить это призвание, если она действительно считает его Божьим. Чтобы у нас была возможность судить об этом и учиться самостоятельно
Что касается его способности учить, я предлагаю вам попросить нашего брата Перси использовать свои дары среди нас. Хотя он присоединился к нам совсем недавно, мы давно знаем его как честного и нравственного человека. Некоторые из нас знают, что, как и Тимофея, его с детства обучали Священному Писанию, и теперь, когда он получил учение от Духа, мы можем обоснованно ожидать, что он сможет учить других. Он не похож на
«_новичка_,» недавно обратившегося из язычества в христианство, ибо он был тщательно
обучен доктринам и заповедям нашей святой религии; и
хотя ему следует ещё раз доказать своё призвание, прежде чем он сможет быть _рукоположен в сан служителя_, я всё же полагаю, что не будет ничего предосудительного в том, что он сразу же приступит к работе по призыву грешников к покаянию. Следует ли нам пригласить его проповедовать Евангелие в нашей церкви в следующую субботу, чтобы у нас была возможность понять природу его даров?

Когда уже собирались голосовать, мистер Перси встал и сказал: «Простите меня, братья.
Я действительно чувствую, что мой долг — проповедовать Евангелие Христа. Более того, я чувствую, что «горе мне, если я не проповедую Евангелие»; и в
Я уже посвятил себя исключительно этой работе. Но я не _готов_ приступить к своим обязанностям прямо сейчас. Мне нужно тщательно подготовиться. Я должен изучить какую-нибудь богословскую систему. Я признаюсь вам, что, насколько я помню, я никогда не читал книг по теологии. Поэтому я совершенно не готов __сейчас__ проповедовать славное Евангелие нашего благословенного Господа. Но, по милости Божьей, я надеюсь вскоре
приобрести необходимые навыки, если усердная учёба и искреннее
стремление к знаниям помогут мне в этом».

«Наш брат, — ответил мистер Кортни, — неверно истолковал нашу цель. Мы не собираемся _рукополагать_ его в _старейшины_ или, что то же самое, в _епископы_.
Нам нужны доказательства того, что он призван Богом, прежде чем мы сможем это сделать.
Но мы собираемся просто попросить его и уполномочить его продемонстрировать, обучая нас, свою способность учить и свою пригодность для работы, к которой, по его мнению, его призвал Бог». Пусть он учится так усердно, как только может.
Это не помешает ему рассказывать нам каждую неделю о том, что он узнал.
 Но мы верим, что он будет помнить, что _наша_ книга о божественном
Это _Библия_, и _наше_ богословие можно найти в этом единственном всеобъемлющем труде. Наше Евангелие — это Христос, распятый на кресте, с теми доктринами и заповедями, которые неизбежно группируются вокруг этого великого центра нашей веры и надежды. Пусть он возьмёт Новый Завет и
_изучит_ (_а не просто прочтёт_) учения Христа и апостолов,
пока его душа не проникнется их смыслом и не будет крещена их
духом, а затем придёт и расскажет нам, чему они его научили, и
он станет именно таким учителем, в котором многие из нас сейчас нуждаются».

Церковь пригласила его выступить перед прихожанами в следующую субботу, и после того, как он в очередной раз убедился в своём долге, он не осмелился отказаться.

 Это было во вторник вечером. В четверг в маленькой гостиной миссис Эрнест собралась небольшая компания друзей, и мисс Теодосия
Эрнест стала миссис Перси.

В утро субботы, охваченный множеством страхов и с сердцем, кричащим внутри него: «Кто может это вынести?» — мистер Перси произнёс свою первую проповедь.

Его разум был силён и тщательно подготовлен к глубокому исследованию и независимому мышлению. В детстве его мать
Он ознакомил его с буквой Священного Писания. И теперь, когда сам Учитель на собственном опыте научил его их духу и их силе, неудивительно, что с самого начала он оказался наиболее приемлемым толкователем христианской истины для искренних, но по большей части необразованных людей, составлявших его паству. У них не было пастора, и по какому-то невысказанному, но взаимному
пониманию он стал их священником до тех пор, пока не истечёт срок, необходимый для завершения его юридических дел.
Тем временем он усердно изучал тайны Евангелия.
 Он чувствовал, что у него нет времени на чтение тяжеловесных томов, которые называют богословскими трудами. По совету мистера Кортни он выбрал более короткий, хотя и не такой надёжный способ постижения истины. Он знал, что должен учить тому, что содержится в _одной_ книге. Он сделал эту книгу предметом своего ежедневного _изучения_. Он не просто читал, а _изучал_ Священное Писание каждый день. Он выбирал _темы_, а не тексты, в качестве основы для своих проповедей.
А когда он выбирал тему, то обращался к соответствию
и собрал все отрывки, которые могли пролить на это хоть какой-то свет.
Эти тексты он переписал на лист бумаги, чтобы они были у него перед глазами.
Он проанализировал их и классифицировал, чтобы понять смысл каждого.
Затем он обратился к нескольким лучшим комментаторам и ознакомился с их толкованиями и критикой, причём не только по поводу одного стиха, который номинально должен был стать текстом его речи, но и по поводу всех многочисленных отрывков, связанных с его темой. И когда он почувствовал, что усвоил это
Изучая Священное Писание, он был готов извлечь свои сокровища
из богатого хранилища, не забитого «учёными _муравьями_ мозга»,
но полного вещей, полезных для назидания тех, кто хотел знать, чему
Учитель учит в Своём Слове. Так он учился и так проповедовал; и
Бог был благосклонен благословить его служение с самого начала,
чтобы оно привело к осуждению и обращению грешников, а также к
утешению и укреплению святых.

Примерно в то время он закрыл свой бизнес и был готов уйти на покой
Полностью посвятив себя евангельской работе, он получил приглашение от церкви в одном из растущих небольших городов на юго-западе и был рукоположен в сан старейшины, или епископа, и пастора. В пылу своего раннего рвения он переоценил свои силы и подорвал здоровье. По настоятельной просьбе прихожан он покинул их на несколько недель, чтобы восстановить силы, посетив холмистую местность в Теннесси.




ПУТЕШЕСТВИЕ ТРЕТЬЕГО ДНЯ.

 В котором ещё более подробно раскрывается разница между Царством
Христа и Церковью Христа, а также некоторые
Становятся известны и другие примечательные факты, касающиеся Церкви.

 Когда на следующее утро компания собралась, доктор начал разговор так:

 «Полагаю, сэр, что вчера вы провели различие между _Церковью_ Христа и _царством_ Христа, рассматривая Церковь как местную организацию, созданную для определённой цели _внутри_ царства — как часть аппарата или механизма царства, если можно так выразиться».

— Вы не совсем правильно меня поняли, — ответил мистер Кортни. — Но поскольку
Эта идея лежит в основе того, что мы видим сегодня перед собой. Позвольте мне объяснить это немного подробнее.


Мы увидели, что «Царство Христово», «Царство Божье» и «Царство Небесное», как они используются в Новом Завете, являются синонимами и обозначают то учреждение, которое было основано Христом, пока он был на земле. Это было не еврейское царство, потому что еврейские пророки говорили о нём как о чём-то грядущем. Его ещё не было, когда явился Христос, ибо Он установил начало
от проповеди Иоанна. Именно _тогда_ исполнилось время и
Царство Божье было установлено. _Это царство представляло собой систему разделения
или сортировки, в которую кающиеся и верующие, уповавшие на
Иисуса как на Мессию-Спасителя, были введены через крещение в соответствии с
назначением Христа._

 «Те, кто отделился от массы (будь то иудеи или язычники) и открыто,
своим собственным действием, признал его перед всем миром в том значимом обряде, который он установил для этой цели, стали его _видимым народом_. Они надели его ливрею, стали называть его по имени, подчинились его законам, и таким образом он стал их предводителем на глазах у всего мира
Господь и Царь. Это царство должно было существовать до скончания времён и распространиться на весь мир. Всякий, кто раскаивался в грехе и уповал на Христа в поисках спасения, был готов стать подданным этого царства. Ему следовало креститься и таким образом формально объединиться с теми, из кого должно было состоять царство. В глубине души он уже был субъектом и
был готов стать им по собственной просьбе, фактически и формально. Но
без такого формального признания новых членов
не было бы _видимого_ различия между _его_ народом и народом _мира_. Нужна была какая-то форма, и Царь установил _эту_.
ТАКИМ ОБРАЗОМ, КРЕЩЕНИЕ — ЭТО ВХОДНАЯ ДВЕРЬ В ЕГО ВИДИМОЕ ЦАРСТВО.
_Те, кто не вошёл через ЭТУ дверь, не являются его членами._ Они
могут быть _благочестивыми_: они могут быть _раскаявшимися_: они могут быть _верующими_: они
могут быть друзьями короля: они могут быть даже фаворитами короля;
но пока они открыто не примут Христа и не _признают_ его перед всем миром, (не так, как _они_ считают нужным, а так, как
о Его назначении), они не являются и не должны рассматриваться как
принадлежащие _Его ВИДИМОМУ царству_. Чтобы стать членом еврейского
царства, нужно не только быть человеком, свободным от определённых
недостатков и пороков, и поклоняться Богу Израиля, но и быть
обрезанным. Таким образом, чтобы стать членом этого нового царства,
нужно не только покаяться и уверовать, но и креститься. Это условие
является обязательным и безусловным. Здесь нет исключений и лазеек для уклонения. Не поймите меня неправильно. Я не говорю, что крещение обязательно
к _спасению_: ЭТО зависит от покаяния и веры: но крещение _необходимо_ для членства в _видимом царстве Христа_ на земле.

«Таким образом, видимое царство Христа (о котором мы говорили)
_состоит из всех тех, кто открыто исповедал своё покаяние в грехах и веру во Христа, а затем был крещён во имя Его в соответствии с Его замыслом_. Он состоит из них;
и в нём нет _других_, просто потому, что, согласно законам
короля, это _непременные_ условия для членства.

«Теперь, я надеюсь, мы понимаем, что подразумевается под царством, когда о нём говорят как о _видимой_ организации.
Если это так, то мы готовы сделать ещё один шаг и узнать, что в Писании подразумевается под _Церковью_ Христа».

«Однако позвольте мне заметить, что наше английское слово church имеет настолько разнообразное и сомнительное значение, насколько оно широко используется, что мы должны дать ему определение, прежде чем использовать его, иначе мы вскоре окажемся в затруднительном положении и будем сбиты с толку.  Вы знаете, что иногда оно означает _здание_, где люди поклоняются Богу, а иногда — людей, которые поклоняются Богу в этом здании.
дом. Иногда это слово применяется к конкретной общине
христиан, а иногда — ко всем, кто придерживается определённого набора
доктрин. Иногда это слово применяется ко всем, кто придерживается
определённых убеждений в какой-то конкретной стране, например, к
пресвитерианской церкви в Шотландии или в Соединённых Штатах.
Некоторые авторы используют это слово для обозначения всех тех,
кто носит любое имя или принадлежит к любому ордену и _провозглашает_
веру во Христа; другие ограничивают его значение особой организацией,
с которой они связаны.
Поэтому нам необходимо выяснить, что
_Священные Писания_ подразумевают, что когда _они_ используют слово «церковь», нужно обращаться к _ним_ за его определением. Они используют его в определённом смысле, и это легко понять: они ясно выражают свои мысли. Греческое слово — _ekklesia_. Оно встречается в единственном и множественном числе сто пятнадцать раз в Новом Завете и переводится как «церковь» в нашей версии во всех случаях, кроме трёх. Чтобы правильно понять его значение в Священном Писании, мы должны изучить отрывки, в которых оно встречается. Но при этом мы не должны забывать, что у него _было значение_, столь же ясное и устоявшееся, как и
как и любое другое греческое слово, до того, как оно было использовано Христом и его апостолами;
и, следовательно, они должны были учитывать его первоначальное
значение, когда использовали и присваивали его. Это относится как к
_ekklesia_, так и к _baptisma_; и мы должны обратиться к Греции, чтобы
понять фундаментальную идею, которую содержат оба слова. Они оба
были чисто греческими словами; они возникли в Греции, и их значение
было закреплено в греческом языке».

— Пожалуйста, расскажите нам, мистер Кортни, как греки использовали это слово. Что оно значило для греков
«Как вы обращаетесь к грекам — устно или письменно?»

 «Вы лучше поймёте это, — сказал он, — если я сначала расскажу вам о происхождении этого слова. Оно произошло от другого греческого слова, _ekkalein_, которое означало _выкликать_. Вы знаете, что управление в древних городах Греции было демократическим, то есть осуществлялось квалифицированными гражданами, собиравшимися на законных основаниях для решения государственных дел. Собрания созывались городским глашатаем и поэтому назывались «_ekklesia_,» то есть «_созванные_;»
иначе говоря, это были собрания полноправных граждан, созванные из общей массы
население. Та же идея или очень похожая на неё идея содержится в
нашем английском слове _convocation_, когда оно применяется к собранию,
созванному для какой-то конкретной цели. Греческая «_экклесия_» состояла
из определённых лиц, которые, собравшись и организовавшись, составляли
официальный орган для решения вопросов, которые могли перед ними
встать. Это было не просто собрание, а _официальное_ собрание, состоявшее из лиц, обладающих определённой квалификацией, и каждое из которых имело свои особые права и обязанности как член _экклесии_. Это было не
не каждый житель города был, строго говоря, гражданином; и не каждый гражданин был членом _экклесии_, которой было поручено управление государственными делами; но _экклесии_ созывались. Возможно, это слово иногда, хотя и редко, применялось для обозначения обычных и неофициальных собраний. Кажется, именно так оно и используется в одном случае у Луки (Деяния 19:32) для обозначения _незаконного и буйного сборища_, которое ворвалось в общественный зал, называемый по-гречески «театроном», и большинство участников которого не знали, зачем они пришли
вместе. Но тщательное и критическое изучение всего контекста в
оригинале показывает, что здесь, как и везде, его общее и ограниченное значение
сохранено; для слова _ekklesia_, переведенного как собрание в
тридцать второй стих - это не то же самое, что переводится как "_people_’ в
двадцать шестом стихе, и не то, что переводится как "_the people_" в тридцатом;
это также не относилось к шумной толпе, которую городской клерк (регистратор
или председательствующий в _ekklesia_), наконец, сумел успокоить,
после того, как они в течение двух долгих часов выкрикивали дифирамбы Диане.
Но когда начался бунт и город взбунтовался, «_экклесия_»
вероятно, поспешно и _неорганизованно_ собралась в месте своего
совещания, в _театре_. Народ вошёл вместе с ними; и
беспорядки были настолько сильны, что _экклесия_ не могла
организоваться должным образом: поэтому она была
незаконной и проходила в беспорядке. Поэтому летописец
говорит в тридцать девятом стихе, после того как объясняет, что _текущее_
дело относится скорее к коллегии римских депутатов, чем к ним самим:
«Но если вы спрашиваете о _других_ делах, то это будет
определено на _законном_ (_экклесия_) собрании», то есть на регулярно созываемом или регулярно проводимом собрании _экклесии_; а затем, в сороковом стихе, после этих слов, он распустил _экклесию_.


«Это единственные места в Новом Завете, где это слово не переводится как «церковь». Здесь оно переводится как «собрание».
В то время это слово обычно означало _официальное_ и _организованное_ собрание.


«Лучше было бы перевести это слово как _собрание_, а не как церковь, в
Деяниях 7:38, когда Стефан говорит о мятежных иудеях, которые
отвергли Моисея и выгнали его из своих рядов, и в сердцах своих обратились вспять, к Египту. Это было «собрание в пустыне» — возможно, _организованное_,
официальное собрание, созванное для решения общественных
вопросов или обсуждения дел народа; но это не была _Церковь
Христа_. Не каждое собрание было _экклесией_, и не каждая
_экклесия_ была _экклесией_ Христа.

— Я как раз собиралась спросить, — сказала миссис Перси, — не будет ли каждое религиозное собрание, согласно вашему изложению вопроса, называться христианской церковью?

— Проявите немного терпения, мадам. Теперь мы знаем происхождение этого слова и его значение, которое оно имело, когда Христос использовал его и применил к своему учению. Осталось только выяснить, к какому именно учению он его применил. Это должно было быть _собрание_; и это собрание должно было состоять из тех, кто был избран или _призван_ участвовать в его привилегиях, иначе название, означающее _собрание призванных_, было бы неуместным.
Таким образом, _буквальное_ значение слова «_экклесия_ Христа»
То, что в нашей Библии названо «Церковью Христа», не могло быть ничем иным, как официальным или так называемым _собранием Иисуса Христа_. Это было _собрание ЕГО народа_, собиравшееся во ИМЯ ЕГО и решавшее дела по ЕГО
власти. Не какая-то невидимая абстракция, а реальное деловое
_собрание_, к которому мог прийти обиженный брат и рассказать о своей
обиде, и чьё решение по этому делу должно было быть окончательным и
бесповоротным. (Мф.
xviii. 15–18.)

 «Итак, если вы хотите узнать характер и квалификацию членов этого официального собрания Иисуса Христа, если вы хотите знать
были ли они обращенными или нет, крещеными или некрещеными:
были ли это взрослые мужчины и женщины или маленькие хнычущие младенцы, вам нужно
только взглянуть на образец, который был создан самим Христом; и
о котором у нас есть описание в Деяниях Апостолов, которое,
хотя и краткое, является настолько подробным и всеобъемлющим, что не упускает из виду ни одной
существенной черты ”.

“Пожалуйста, покажите нам это описание, мистер Кортни. Это как раз то, что я искал, — сказал доктор Тинкалл.

 — Вот, сэр, самое главное, в первых нескольких главах. Люк начинает
В этой истории он напоминает своему другу Феофилу, что уже писал ему, рассказывая обо всём, что делал Иисус, пока _оставался на земле_. Он сообщает ему, что после воскресения Христос провёл около сорока дней с апостолами, наставляя их в том, что касается Царства Божьего, а затем, велев им оставаться в Иерусалиме, пока не получат обещанного Святого Духа, вознёсся на небо. После этого около десяти дней, до праздника Пятидесятницы, мы провели в молитвах
Они собрались вместе с женщинами и братьями Господа в большой комнате на верхнем этаже где-то в городе. В какой-то момент в течение этих десяти дней Пётр встал посреди собрания и предложил обсудить один вопрос.
 Похоже, что это собрание состояло из определённых и признанных лиц, которых знали по именам и, скорее всего, регулярно вносили в список, поскольку «число _имен_ было около ста двадцати». (15-й стих.) Как вы заметили, все эти сто двадцать человек были учениками: «Пётр встал посреди
ученики». Значит, они были обучены; и они также были
_молящимися_ людьми. Среди них были мужчины и женщины. Все они имели равный голос
в этом деле, потому что «_они_» (а не Пётр) выдвигали кандидатов; и
после молитвы о небесном руководстве они бросили «жребий», и Матфий был избран.
[5]

«Здесь мы впервые встречаем одно из таких избранных собраний,
регулярно организованных _и ведущих дела_ во имя Христа. К этим
ученикам, после того как в день Пятидесятницы на них сошёл Святой Дух,
присоединились ещё три тысячи. Как они присоединились? «_Они с радостью
приняли слово и уверовали._» После крещения «они
преуспевали в учении и общении апостолов, в преломлении хлеба и в молитвах;» «и Господь ежедневно приумножал в _экклесии_ спасаемых». В пятой главе мы читаем, что после смерти Анании и Сапфиры на всю _экклесию_ напал страх. Именно _эта_ _экклесия_ избрала из своей среды
дьяконов, которые должны были заниматься раздачей продовольствия
бедным. Именно в этой _экклесии_ была вознесена молитва за Петра без
прекратилась, когда его бросили в темницу. Эта _экклесия_ в Деяниях
viii. 1 более конкретно обозначена как «_экклесия_, которая была в
Иерусалиме». Таким образом, это была _местная_ и ограниченная организация.
Это было _одно_ собрание, и не более того. Это была первая и старейшая из многих
Церквей, которые были основаны при жизни апостолов. Это была
Церковь, членами которой они являлись; и по этой причине к ней
обращались за советом, а её решения считались особенно ценными, но
_она никогда не претендовала на превосходство_ над другими церквями, которые были
организованная по тому же образцу и под руководством того же авторитета.


«Итак, здесь воплощена библейская идея Церкви Иисуса Христа. Это собрание тех, кто раскаялся в грехе, уверовал во Христа и затем был крещён.
Они регулярно собираются вместе, чтобы преломить хлеб и выпить вина в память о нём, а также для решения дел во имя его.


«Иерусалимская церковь была церковью не в большей степени, чем «церковь в
Антиохия», или «Церковь в Эфесе», или «Церковь Бога в Коринфе», или «Церковь Лаодикийская» — каждая из них была отдельной
отдельная и независимая организация. Мы не находим упоминаний о таком «учреждении», как Церковь Иудеи; но мы читаем о «Церквях по всей Иудее, Галилее и Самарии».
Мы читаем о «Церквях Македонии», «Церквях Галатии» и «Церквях Азии».
Нет _национальных_ Церквей. Нет _провинциальных_
 Церквей. Не существует _отделений_ Церкви в Иерусалиме или какой-либо другой Церкви. Ни одна Церковь никогда не называлась _частью_ какой-либо другой Церкви.
Каждая _экклесия_ была самодостаточной. Это было _собрание_
Христос воззвал к миру в том месте, где он находился.
 Поэтому оно называлось «_экклесия_» — собрание Иисуса Христа в таком-то месте. Это всё, и ничего больше».

 «Я бы хотела, — сказала миссис Перси, — чтобы мы могли сразу перейти к каждому месту, где встречается это слово, и прочитать его в контексте. Я всегда чувствую себя увереннее, когда знаю правду, после того как изучу вопрос _самостоятельно_».

«Удовлетворить ваше желание, мадам, не только возможно, но и очень просто. У меня в чемодане есть греческий словарь, и мы можем найти нужное слово за несколько минут
каждый отдельный отрывок, в котором встречается слово _ekklesia_».

 Он пошёл в свой кабинет и вскоре вернулся с нужным томом.


 «А теперь, — сказал он, — возьмите Библию и найдите места, которые я укажу.
Но сначала я отмечу, что уже не раз затрагивал эту тему.
Поэтому я могу предложить классификацию этих отрывков, которая
поможет нам в наших попытках определить точное и фактическое
значение этого слова, как оно используется авторами Нового
Завета. Например, оно используется три раза в Деяниях 19:32, 39, 41, в
Речь идёт о собрании, которое состоялось в городе Эфесе по поводу
дела Деметрия и его сотоварищей. Эти места мы уже видели.
Здесь это слово означает просто светское собрание и не имеет никакого отношения к религиозному институту. Затем это слово встречается дважды в контексте, где оно
относится к _еврейскому_ собранию — сначала в Деяниях 7:38, где Стефан
сообщает евреям, что Моисей был в «_экклесии_» в пустыне
с ангелом, который говорил с ним на горе Синай, и с нашими
отцами, которые получили живые пророчества, чтобы передать их нам.
Однако _экклесия_ не была _экклесией_ Христа. Она состояла из тех, «кто не хотел послушаться» (стих 39), кто «сделал тельца и поклонялся ему» (стих 41), от кого «Бог отвернулся и предал их на служение
небесным силам» (стих 42), и кто был таким же мятежником, как и гонители, к которым тогда обращался Стефан; ибо в стихе 51 он говорит:
«Вы, непреклонные и необрезанные сердцем и ушами, всегда
противитесь Духу Святому, как и ваши отцы».  Другой отрывок, в котором говорится о еврейском собрании, — это Послание к Евреям, глава 2, стих 12: «В
посреди церкви воспою Тебя». Это всего лишь
цитата из Псалма 21, стих 22, где это слово переводится как «собрание»: «Посреди собрания воспою Тебя».


«Теперь у нас осталось сто десять мест, где это слово в некотором смысле относится к христианскому институту. В большинстве из них вы
найдете буквальное и недвусмысленное указание на _местное собрание
учеников Христа_, примером которого может служить «Церковь,
которая была в Иерусалиме» Первые два из них находятся в Евангелии от Матфея, глава XVIII.
17: «Если он не послушает их, скажи об этом _Церкви_; а если он не послушает _Церковь_, то пусть он будет для тебя как язычник и мытарь». Это была местная община. Если бы это было не так, обиженный ученик не знал бы, где её найти или как к ней обратиться. Нарушитель был братом, и двое или трое, которых он должен был привести в качестве свидетелей, тоже были братьями в этой Церкви. Вот первый и основополагающий закон церковной власти и дисциплины. Братья должны были жить вместе в любви и согласии; но если кто-то чувствовал себя обиженным, он
Сначала ему следует пойти и попытаться повлиять на ситуацию личным разговором. Если это не поможет восстановить правильное расположение духа, ему следует взять с собой двух или трёх братьев и обсудить проблему в их присутствии. Если и это не поможет, тогда ему следует вынести вопрос на рассмотрение _экклесии_ — собрания учеников, _сошедшихся_ в официальном качестве для решения дел во имя Христа, — и решение их не подлежит обжалованию. Таково было понимание апостолов и таково было устройство основанных ими Церквей, как мы увидим далее.
Итак, мы ознакомились со всеми этими текстами. Становится ясно, что это была _Церковь_, (‘_экклесия_’,) _местное_ сообщество христиан, собравшихся для решения важных вопросов, а не ‘сессия’, или ‘консистория’, или ‘пресвитерия’, или ‘синод’, или ‘конференция’, и уж тем более не ‘классный руководитель’, или ‘проповедник’,
‘диакон’, ‘старейшина’, ‘священник’ или ‘епископ’, которым была
доверена эта власть и которые ею пользовались. Но давайте продолжим.
В следующем отрывке из Деяний II:47 вы увидите, что первая Церковь уже была организована и «Господь ежедневно приумножал её такими, какие должны быть
спасены». Это была местная община, в которой за несколько дней до этого было около ста двадцати человек, но в день Пятидесятницы к ним присоединились ещё три тысячи, и они продолжали проводить ежедневные собрания в храме и по домам, восхваляя Бога и пользуясь благосклонностью всего народа.

Далее, в Деяниях 5:11, мы читаем, что, когда Пётр так сурово наказал Ананию и его жену за их алчность и ложь,
«великий страх объял всю церковь и всех, кто слышал это
вещи.’ И в следующий раз он упоминается, акты VIII вида. 1, даже до
другие похожие общество организуется, как бы показывая сразу и для
когда-нибудь, что каждый _ekklesia_ было бы отдельно и независимо от всех
другие завершенным в себе, эта церковь специально
места, как Церковь в Иерусалиме.’ В то время было
великое гонение на ‘Церковь, которая была в Иерусалиме’.
А затем в третьем стихе: «Что же касается Савла, то он разорял Церковь», то есть Церковь в Иерусалиме, потому что он ещё не отправился в Дамаск и не покинул Иерусалим.

«Теперь обратитесь к следующей главе, Деяния 9:31, и вы увидите, что эта идея получила дальнейшее развитие. «Церковь, которая была в Иерусалиме», больше не была одинока. Она больше не была _Церковью_. Она была _первой Церковью_. Она была _образцовой Церковью_. Именно в ней впервые воплотилась и проявилась идея Христа, когда он говорил о своей Церкви. Это был образец, по которому должны были строиться другие церкви и которому они должны были соответствовать во всех существенных деталях. Но это была не _единственная_ церковь: она была одной из множества, ибо здесь мы читаем: «Тогда было
_Церкви_ распространились по всей Иудее, Галилее и Самарии и
возросли; и, ходя в страхе Господнем и в утешении Святого Духа,
умножились».

 «Это примечательно. Мы не читаем о том, что Иерусалимская церковь расширилась и стала _церковью Иудеи_, или _церковью Галилеи_, или _церковью Самарии_. Ни здесь, ни где-либо ещё мы не читаем о _территориальной_ или _провинциальной_ церкви. Нигде нет ни слова о каком-либо крупном «учреждении», включающем в себя множество местных сообществ и называемом «_церковью_», как
Епископальная церковь, методистская церковь, пресвитерианская церковь,
лютеранская церковь и т. д. Каждая местная организация была самодостаточной церковью.
Каждая из них была такой же церковью, как и любая другая. Каждая из них была независима от всех остальных.
Но этот факт станет ещё более очевидным по мере нашего продвижения. Следующее место — Деяния 11:22, где снова особо упоминается Церковь в Иерусалиме:
«Когда же _Церковь, находившаяся в Иерусалиме_, услышала об этом, то послала Варнаву, чтобы он отправился в Антиохию».


 «Варнава сначала отправился в Тарс, родной город Павла, и, когда он прибыл туда, Павел и Варнава, увидев друг друга, обрадовались».
Найдя нового ученика, он привёл его в Антиохию; и в течение целого года, как вы читаете (стих 26), эти двое «собирались с _Церковью_
в том городе и учили многих людей». Эта Церковь, по-видимому, была миссионерской, как и Иерусалимская; потому что после того, как Павел и
Варнава проповедовали им около года, они отправили их основывать
новые церкви в других местах, как вы можете видеть в тринадцатой главе.
Но следующее место, где встречается слово «церковь» (_ekklesia_), — это
первый стих двенадцатой главы, где история возвращается к
«Церковь, которая была в Иерусалиме», сообщает нам, что царь Ирод протянул руки, чтобы схватить некоторых из _Церкви_, и убил
Иаков и Пётр были заключены в тюрьму; а в пятом стихе говорится, что «за него непрестанно
молились _в Церкви_ Богу». Это не означает, что они молились в _здании_ или сооружении, в котором они собирались для богослужения, поскольку история сообщает нам, что у христиан _не было таких зданий_ в течение примерно двухсот лет после этого, но они продолжали собираться в домах, в иудейских синагогах или где бы то ни было. И слово
(ekklesia) _никогда_ не используется в Новом Завете или в любой другой греческой книге, написанной до или во времена апостолов, для обозначения дома или здания. Молитва совершалась в _собрании учеников_. Это была Церковь Христа, находившаяся в Иерусалиме.


Затем история возвращается в Антиохию, и мы читаем о «_Церкви, которая была в Антиохии_», как мы несколько раз читали о «Церкви, которая была в Иерусалиме». В этой Церкви были пророки, и Церковь признавала их авторитет и действовала в соответствии с их
Они получили наставления и отправили Павла и Варнаву в миссионерский тур.
Они дошли до Дервии, а затем вернулись тем же путём, «утверждая души учеников», которых они обратили, «наставляя их
продолжать в вере»; «и, поставив над ними пресвитеров (Деян.
xiv. 23) _в каждой церкви_, помолившись с постом, предали их Господу, в Которого уверовали». Затем, спустя некоторое время, они снова пришли в Антиохию и рассказали о своей работе. Они собрали _Церковь_
вместе (стих 27) и рассказали обо всём, что Бог сделал с ними, и
как он открыл дверь веры для язычников.

 «Но когда некоторые иудеи пришли в Антиохию и стали учить, что братья-язычники должны быть обрезаны и соблюдать закон Моисеев, Павел и Варнава много спорили с ними, и было решено узнать мнение апостолов и старейшин, которые, обладая даром пророчества, могли авторитетно разрешить этот вопрос, и для этого Павел и Варнава должны были отправиться в Иерусалим. Они были
направлены _Церковью_ в Антиохию (стих 3) и были
с радостью принят _Церковью в Иерусалиме_ (стих 4), а также апостолами и пресвитерами. Когда апостолы и пресвитеры собрались, чтобы обсудить это дело, похоже, что это было на большом церковном собрании, потому что (стих 12) _всё множество_ хранило молчание и внимало Варнаве и Павлу, которые рассказывали, какие чудеса и знамения Бог совершил через них среди язычников. И когда они закончили свой рассказ, Иаков произнёс короткую речь о предстоящем деле, а затем (стих 22) мы читаем, что это понравилось апостолам и старейшинам, и
_вся_ (_ekklesia_) _Церковь_ должна была отправить избранных из своего числа в Антиохию с Павлом и Варнавой.


«Это была мудрая предосторожность, поскольку Павел и Варнава были известны как ярые противники иудействующих учителей, и эти люди могли сказать в отсутствие таких свидетелей, что они исказили или неверно истолковали решение апостолов и старейшин».

— Но, мой дорогой сэр, — сказал доктор Тингвелл, — разве вы не видите в самом факте того, что Антиохия обратилась по этому вопросу в Иерусалим, признания верховной власти Церкви в Иерусалиме? Этот факт сам по себе должен
никогда не отказывайтесь от своей теории о независимости Церкви. Антиохийские братья не согласны: разногласия становятся настолько серьёзными, что могут отвлечь и расколоть Церковь. Они не принимают решения самостоятельно, а отправляют его в далёкий город, в _другую_ Церковь, и просят её вынести решение. Но какая в этом необходимость, если Церковь в Антиохии полностью равноправна с Церковью в Иерусалиме и может самостоятельно решать любые вопросы веры или практики?

— Прочтите двадцать четвёртый стих, доктор, и вы увидите одну из причин, если
Это не единственная причина, по которой Антиохия спросила, почему Иерусалим дал такой совет:
 «Ибо мы слышали, что некоторые из вышедших _от нас_
вводят вас в заблуждение, говоря, что вы должны быть обрезаны и соблюдать закон; _которым МЫ не давали такой заповеди_.»
 Эти учителя пришли из Иерусалима. Они были членами
_Иерусалимской церкви_. Они утверждали, что говорят от _имени апостолов_, и, несомненно, следовали практике _той Церкви_,
которая, как мы уже видели, была _образцом_, по которому следовало создавать другие церкви.

«Поэтому нет ничего более естественного и уместного, чем отправить в
Иерусалим запрос, _так ли это было_? _так ли_ постановили апостолы?
_было ли_ это принято в той церкви? Но помимо этого, вы заметите, что хотя апостолы и старейшины объединяли всё
Церковь, которая была в Иерусалиме вместе с ними во время их совещаний и в их послании,
тем не менее, Церковь в Антиохии _не_ послала к _Церкви_
в Иерусалиме, а к «_апостолам и пресвитерам_» (стих 2.)
Апостолы повсюду признавались говорящими от имени Бога, и
как полностью уполномоченные Христом наводить порядок во всём, что касается Его Царства. _Апостолы_ обладали властью без старейшин и без Церкви.
Любой из них мог решать подобные вопросы без совета или одобрения других.
Но чтобы показать, насколько они были не похожи
_современные епископы_ — как же они старались избегать даже видимости
господства над Божьим наследием — они созвали братьев из своей
Церкви на совет и огласили своё решение не только в своих
собственным именем, но в имени братьев, заботясь, однако, о том, чтобы основать
_ его обязательную силу_ на том факте, что оно казалось благим _честивому
Ghost_ и к нам (стих 28), чтобы мы не возлагали на вас большего бремени, чем эти
необходимые вещи и т.д.

“Я вижу, сэр, что вы правы. Продолжайте читать тексты ”.

— Следующее вы найдёте, миссис Перси, в 41-м стихе этой же главы: «Он прошёл через Сирию и Киликию, утверждая _Церкви_». В 4-м стихе следующей главы (xvi.) вы найдёте ещё кое-что, проливающее свет на это решение апостолов. Там ясно сказано:
признаны не как постановления Иерусалимской церкви, а как постановления
апостолов и старейшин, которые были в Иерусалиме. В 5-й главе вы узнаете
что _церкови_ были утверждены в вере и ежедневно увеличивались в
числе.

“Из Деяний XVIII. 22, мы узнаем, что в Кесарии была Церковь.
Павел приземлился там, поднялся и поприветствовал Церковь, а затем отправился в
Антиохия. Из Деяний 20:17 мы узнаём, что Павел, находясь в Милете, послал в Эфес, чтобы собрать старейшин _Церкви_, к которым он обратился с той самой трогательной и возвышенной речью, 28-й стих которой
Стих является частью послания: «Итак, будьте бдительны по отношению к себе и ко всей
пастве, над которой Святой Дух поставил вас надзирателями (буквально
_епископами_), чтобы вы питали _Церковь Божью_, которую Он искупил
собственною кровью». Этой Церковью, должно быть, была Церковь в Эфесе,
поскольку это была единственная паства, над которой они могли
считаться пастырями или надзирателями. В Деяниях апостолов это слово больше нигде не встречается.
Так что теперь вы можете обратиться к Посланию к Римлянам, глава 16, где в первом стихе Феба названа сестрой и служительницей _Церкви_
которая находится в Кенхрее. В 4-м стихе Павел говорит о «_всех Церквях_ язычников». В 5-м — о _Церкви_, которая находится в доме Акилы и Прискиллы. В 10-м послании он говорит, что _Церкви Христовы_
приветствуют римских христиан; а в 22-м он называет Гая не только _своим_ хозяином, но и хозяином _всей Церкви_, под чем, как я полагаю, он подразумевает либо то, что его дом был открыт для каждого члена Церкви, который хотел его навестить, либо, что более вероятно, то, что _экклесия_ собиралась в его доме для богослужений и решения дел.

— Боже мой, — воскликнула дама со вздохом, — надеюсь, вы уже почти закончили
с этим длинным списком текстов. Я уже порядком устал
слышать одно и то же снова и снова; и я уверен, что если ваша
цель состояла в том, чтобы показать, что библейская Церковь была _местной и независимой корпорацией_, то вы доказали это более двадцати раз. Почему бы нам не принять этот факт как данность и не перейти к чему-то другому?

— О нет, — ответила миссис Перси, — мне это очень интересно. Я никогда прежде не изучал тщательно, что на самом деле означает это слово с точки зрения Священного Писания.
Как следствие, мой разум был
Я прихожу в замешательство, когда думаю, говорю или читаю об этом. Это правда, теперь у нас есть одна из идей; но ещё предстоит выяснить, есть ли у нас _все_ идеи. Это слово используется в _многих_ местах в этом смысле; но не используется ли оно в _некоторых_ местах в каком-то _другом_ смысле? Я не могу быть _уверенным_ в этом, пока мы не изучим _все места_; и я уверен, что это сэкономит нам время и силы в нашем будущем исследовании, если мы усвоим этот урок, пока он перед нами. Итак, мистер Кортни, пожалуйста, расскажите нам о следующем месте.

 «Оно упоминается в первом стихе первой главы Первого послания к Коринфянам; и
Поскольку ваш друг, похоже, стремится как можно быстрее покончить с этим скучным делом, мы можем объединить с ним несколько других подобных дел. Это, так сказать, адрес или направление этого письма к коринфянам: «Церкви (_ekklesia_) Божьей, которая в Коринфе».
 Адрес второго письма выдержан в том же стиле. Письмо к галатам адресовано _церквам_ Галатии, а письма к
Послание к Фессалоникийцам адресовано _Церкви_ Фессалоникийской. Таким образом,
вы видите, что одним словом можно заменить пять мест. В четвёртой главе
В 17-м стихе Первого послания к Коринфянам Павел говорит, что послал Тимофея, чтобы тот напомнил им о его путях во Христе, которым он учит повсюду в _каждой_ (‘_ekklesia_’) _Церкви_. В шестой главе, 4-м стихе, он говорит им, что лучше
поручить решение мирских вопросов наименее уважаемым членам
_Церкви_, чем обращаться в суд к неверующим. Седьмая глава, 17-й
стих, завершает его наставления о том, как жить с неверующими
супругами. В конце он говорит, что именно это он предписывает
_во всех Церквях_: десятая глава
глава, 32-й стих: «Не обижайте ни иудеев, ни язычников, ни _Церковь Божью_»; глава 11, 16-й стих: «У нас нет такого обычая, ни в _Церкви_ Божьей»; 18-й стих: «Когда вы собираетесь в _Церкви_ (_ekklesia_), между вами происходят разделения»; 22-й стих: «Что? у вас нет домов, где можно есть и пить?» или презираете
_экклесию_ Божью и стыдитесь тех, у кого её нет?» Двенадцатая глава, 28-й стих:
«Бог поставил в _экклесии_ сначала апостолов, потом пророков» и т. д. Четырнадцатая глава, 4-й и 5-й стихи: «Тот, кто
говорящий на незнакомом языке созидает _себя_, а пророчествующий созидает _Церковь_ (_ekklesia_). Больше тот, кто
пророчествует, чем тот, кто говорит на языках, за исключением того, что он истолковывает, чтобы
Церковь могла получить назидание’; 12-й стих: "Ищите, чтобы вы могли
превосходно, в назидание _ церкви_: ’19-й стих‘В _Церкви _ я
предпочел бы произнести пять слов своим пониманием, чтобы своим голосом я
мог бы научить и других, чем десяти тысячам слов на незнакомом языке;’
23-й стих: «Если же _вся Церковь_ придёт вместе и всё скажет
с языками, и войдут к вам незнающие или неверующие, то
не скажут ли, что вы беснуетесь?’ 28-го стиха, если же не будет истолкователя, пусть
он (говорящий на незнакомом языке) соблюдать тишину в _ekklesia_;
но пусть он говорит сам с собой и с Богом’; 33-й стих: ‘Ибо Бог не есть
виновник смятения, но мира, как во всех Церквях святых’;
35-й стих: «Если они (женщины) хотят чему-нибудь научиться, пусть спрашивают своих мужей дома; ибо для женщин стыдно говорить в (_экклесии_) _церкви_.» В 1-м стихе 16-й главы Павел говорит
упоминает _Церкви_ Галатии; а в девятнадцатом —
_Церкви_ Азии и _Церковь_ в доме Акилы и Прискиллы, о которой уже упоминалось.

«Теперь, пропустив обращение во Втором послании, обратимся к восьмой главе, где после упоминания _церквей_ Македонии в первом стихе мы читаем в 18-м и 19-м стихах о том, кто был прославлен _во всех церквях_ и кто был избран _церквями_ для путешествия с Павлом; а в 23-м стихе — о «братьях наших, посланниках церквей», перед которымиВ 24-м стихе Послания к Коринфянам
Коринфян призывают проявлять свою любовь. В 8-м стихе 11-й главы апостол говорит: «Я ограбил _других
«Церкви_, получая от _них_ плату за служение вам»; и, перечислив некоторые из своих испытаний, скорбей, гонений и бед, он добавляет в 28-м стихе: «И сверх всего этого, на меня возлагается забота (не о _всей Церкви_, заметьте, а) о _всех Церквях_.» В следующей главе, в 13-м стихе, он спрашивает коринфян, в чём они уступают _другим Церквам_, кроме того, что он
не было для них бременем. В Гал. 1:22 снова упоминаются
_Церкви, которые были в Иудее_. Он говорит филиппийцам, 4:15, что
_ни одна Церковь_ в определённом случае не участвовала с ним в
пожертвованиях и приношениях, кроме них самих; а в Кол. 4:15, 16 мы читаем о
_Церкви_ в доме Нимфы и _Церкви_ лаодикийцев. В
В 1 Фес. 2:14 снова упоминаются _Церкви_ Божьи в
Иудее. Во 2 Фес. 4:4 Павел заявляет, что он гордится или хвастается
фессалоникийцами в _Церквях Божьих_.

— Видите ли, мадам, — обратился он к неизвестной даме, — мы сейчас очень быстро с ними справляемся и скоро закончим список.

 — О, сэр, я совсем не тороплюсь.
На самом деле, после того как миссис Перси объяснила, что мы ищем, я заинтересовался так же сильно, как и любой из вас.
Так что, пожалуйста, не пропускайте ни одного места из-за меня и не относитесь к ним небрежно. Давайте убедимся, что мы знаем не только общепринятое значение, но и _все значения_, которые это слово имеет в Священном Писании, сколько бы времени и усилий это ни потребовало.

«Обратимся тогда к 1 Тим. 3:5, где Павел описывает характер епископа или пастора как человека, который хорошо управляет своим домом: «Ибо если кто не умеет управлять своим домом, то не сможет ли тем более управлять Божьей _экклесией_?» Если он не может управлять своей семьей, то можно с уверенностью сказать, что он не подходит для того, чтобы председательствовать в _экклесии_ и заботиться о душах».

— Простите, — сказал доктор, — я думал, что _епископ_ — это тот, кто управляет _епархией_, включающей в себя несколько церквей.

 — Так и есть в случае с современными епископами, но когда мы приходим к рассмотрению
вникая в природу должностных лиц, установленных в первых Церквях
Христом и апостолами, мы не найдем таких епископов, о которых вы думаете
. Новозаветный епископ был просто и единственно _пастырем
единственной церкви_. Но пока оставим это в стороне; мы поднимем это снова
.

“Следующее место находится в 1 Тим. iii. 13: «Чтобы ты знал, как тебе следует вести себя в доме Божьем, который есть _Церковь_ живого Бога». Слово, переведенное здесь как _дом_, не означает здание, но это то же слово, которое в 1 Кор. 1:16 переведено как
_домочадцы_ или _семья_. «Я крестил также и домочадцев Стефана» и т. д. О братьях и сестрах в каждой Церкви говорится как о семье,
Отцом и Главой которой является Бог. В пятой главе, 16-м
стихе, Павел наставляет, что члены Церкви, у которых есть вдовствующие родственники, должны заботиться о них, а не перекладывать их содержание на _Церковь_.

«В следующем отрывке, во втором стихе Послания к Филимону, мы читаем о Церкви, которая была в доме этого возлюбленного брата. Иаков в своём Послании, стих 14, говорит:
«Если кто из вас думает, что он благочестив и не обуздывает своего языка, но обольщает своё сердце, у того пустое благочестие». И
Иоанн в третьем Послании, адресованном возлюбленному Гаю,
вероятно, тому самому, о ком Павел говорит как о своем хозяине, и о церкви
, говорит, что братья и незнакомцы свидетельствовали о его
благотворительность перед _ the church_; (стих 6;) и сообщает ему, что он (Иоанн)
написал письмо _ the church_, но что некий Диотреф
предотвратил его получение и (стих 10) изгнал некоторых из церкви
которые хотели принять братьев, через которых он это послал.

«Теперь мы подходим к последней книге летописи, и, по некоторым сведениям,
самая важная из них с точки зрения её свидетельства по этому вопросу, поскольку она показывает, какими были церкви в последние дни, о которых у нас есть хоть какая-то вдохновлённая Богом история, и предсказывает, что должно было случиться с ними в последующие века.


В Откровении 1:4, 11, 20 вы увидите, что они ещё не были объединены в епархии или какие-либо церковные «учреждения». Он обращался не к Церкви в целом и не к Церкви Азии, а к «семи Церквам, находящимся в Азии».
 Во второй и третьей главах он последовательно обращается к каждой из этих семи Церквей по имени.
и снова, и снова призывает тех, у кого есть уши, услышать, что Дух говорит _церквам_. Откр. 2:1, 7, 8, 11, 12, 17, 18, 23, 29. В двадцать третьем стихе он говорит: «И _все церкви_ узнают, что Я есмь испытующий сердца и утробы» и т. д. Третья глава, 1, 6, 7, 13, 14, 22, как и отрывки во второй главе, представляют собой всего лишь формы обращения — к ангелу _Церкви_ в Сардисе и т. д., а также повторения фразы: «Имеющий ухо да слышит, что Дух говорит _Церквам_». А затем, в завершение всего, в
В последней главе (стих 16) вы можете прочитать: «Я, Иисус, послал своего ангела, чтобы он засвидетельствовал вам об этом в _церквях_.»


«Мы рассмотрели около сотни из ста пятнадцати мест, где встречается слово _ekklesia_. Во всех этих случаях, я думаю, в целом признаётся, что это слово используется (там, где оно вообще относится к христианской институции) в ограниченном и специфическом смысле для обозначения _одного местного и независимого организованного сообщества или собрания христиан_. Теперь мы рассмотрим некоторые случаи, в которых, как принято считать, это слово имеет отношение к
ко всему множеству Церквей, рассматриваемых в совокупности, как если бы
они были единой Церковью, которую можно было бы с полным правом назвать
_вселенской_ Церковью, или, говоря языком символа веры, «святой католической
Церковью»; и мы увидим, внимательно изучив их, отрывок за отрывком,
что ни в одном из них _нет такого понятия_. У авторов не было такого
представления, и их слова не означают ничего подобного».

— Конечно же, мой дорогой сэр, — сказал мистер Перси, — вы, должно быть, заблуждаетесь на этот счёт.
Ведь если меня не дезинформировали, то это было
Баптисты, как и другие, почти единодушно признают, что в некоторых _немногих_ местах «церковь» определённо используется как синоним «царства» и относится ко _всем_ церквям Христовым во все времена и во всех странах, рассматриваемым как одна огромная единая организация: то тело, главой которого был Христос: то великое собрание, ради которого он отдал себя, чтобы искупить его для Бога. Разве даже наши лучшие учёные и критики не принимают это как должное?

— А что, если так и есть, друг мой? Из этого не следует, что мы тоже должны принимать это как должное. Мы проводим независимую экспертизу для _себя_.
чтобы узнать, что в Священном Писании означает слово _ekklesia_,
переведённое в нашей версии как _Церковь_. Мы не спрашиваем, что
этот или тот человек думал об этом слове: мы сами обращаемся к первоисточнику.
Мы возвращаемся в Грецию, во времена до нашего Спасителя, и смотрим, в каком
смысле это слово использовалось в языке, к которому оно принадлежало, до того, как его взял Учитель и присвоил своему учению. Мы обратимся к Септуагинте, чтобы узнать, в каком смысле это слово использовалось евреями. Мы
обнаружили, что греки использовали его для обозначения избранного или созванного собрания:
возможно, мы можем допустить, что иногда они использовали это слово для обозначения _любого вида_ собрания.
Поэтому в тех местах, где евреи использовали его в своей Септуагинте, мы находим то же значение: Втор. xviii. 16, «В день _собрания_», и Пс. xxii. 22, «Посреди _собрания_».
Следовательно, мы должны _придерживаться этого значения, когда_ обращаемся к Новому Завету. Экклесия Христа — это _избранное_ и _призванное_ собрание,
или, по крайней мере, это _собрание_ Христа — собрание, которое было
учреждено и организовано им для определённых целей, которые он
Он особо указал в своих наставлениях своему народу, из кого он должен состоять. Христос нашёл это слово, значение которого уже было определено. Это значение соответствовало его цели, поэтому он взял его и применил к _своему учреждению_. От этого применения оно не утратило своего первоначального значения: его смысл не изменился. Именно потому, что оно _имело_ именно такое значение, Христос выбрал его и применил к своей организации. Это означало собрание до того, как он присвоил его себе, и собрание после того, как он его присвоил; но тогда это было _особенное_
собрание — это было _его_ собрание — собрание Христа и Бога; и теперь, после того как оно было применено таким образом — после того как оно было таким образом _присвоено_ Христом, — при использовании им или в отношении его царства оно будет иметь это новое и присвоенное значение. Экклесия была бы священным собранием Иисуса Христа: это было бы не обычное собрание, а только то _официальное_ собрание, которое созывалось бы _его_ властью,
организовывалось бы по _его_ плану, для достижения _им_ поставленных целей и вело бы дела от _его_ имени. То, что он _сделал_
То, что он учредил и организовал религиозную институцию (либо сам, либо с помощью апостолов), что он дал ей устав и законы, что он возложил на неё обязанность проповедовать своё Евангелие, что он оставил ей право совершать свои таинства и исполнять свои законы, общепризнано. Эту институцию он назвал _своей_ _экклесией_— своей Церковью. Вы спрашиваете меня, что это была за институция — из чего она состояла?
Как я могу ответить на ваш вопрос так ясно, так легко и так удовлетворительно, чтобы указать вам на само учреждение, каким оно является на самом деле
существовала после того, как была организована, и процветала
под пристальным взглядом тех, кого он
_лично наставлял и вдохновлял свыше_ на то, чтобы они следили за её
деятельностью. Я переношу вас в Иерусалим. Я показываю вам институт в том виде, в каком он существует на самом деле. Я знакомлю вас с «Церковью», которая была основана в городе, где был распят Христос, и из пригорода которого он вознёсся к славе. Апостолы и старейшины, которым он дал наставления, — это
Он посылает на них Своего Святого Духа, чтобы они вспомнили всё, чему Он их научил. _Эта_
организация была Его экклесией. _Это_ было необходимым видимым воплощением Его идеи. _Должно быть, именно это_ Он и имел в виду под Своей экклесией.
_Всё_ это Он и имел в виду под Своей экклесией. При жизни Христос не раз говорил о своей Церкви.
И когда _это_ тело было достаточно организовано, Лука, вдохновлённый свыше, говорит, что _это была Церковь_.

 «Итак, если бы эта Церковь находилась под руководством Христа или его апостолов,
Если бы эта Церковь, под руководством Христа или апостолов, включила в свою юрисдикцию всех христиан, то она распространилась бы и охватила другие местные организации или религиозные общества, сделав их _подчинёнными_ и _зависимыми_ от себя.
Мы должны были бы признать, что экклесия Христа — это некое
крупное центральное учреждение, подобное Римской церкви,
держащее множество местных общин в состоянии зависимости и
подчинённости. Если бы эта Церковь, под руководством Христа или апостолов, включила в свою юрисдикцию всех христиан в
Иудея, мы могли бы считать экклесию Христа национальной
учреждение. Если бы оно подчинилось контролю какой-либо другой или
всех остальных местных организаций таким образом, чтобы обеспечить _взаимную_
зависимость и подчинение одного целого большинству или большинству целого, мы могли бы предположить, что Церковь Христова состоит из всех местных обществ, таким образом взаимно подчинённых. Но мы не находим ничего подобного. Эта Церковь _никогда_ не подчиняла себе другие и никогда не подчинялась сама. Оно никогда не включало в себя ничего другого
и не становилось частью чего-то другого. Оно было «
Церковь, которая была в Иерусалиме», и ни больше ни меньше. Она так и не стала Церковью Иудеи. Но она была окружена «_Церквями, которые были в Иудее_», и каждая из них была такой же независимой, такой же _Церковью_, как и она сама. Она стояла обособленно и независимо, не признавая подчинения никому, кроме Христа, как он сказал в своём слове или мог бы сказать через своего Духа. Когда были основаны другие церкви
в Антиохии, Коринфе, Эфесе и Колоссе, каждая из них была такой же
независимой и самодостаточной, как и эта. Так было
образец, по которому они все были созданы. Чем же на самом деле была Церковь Христа? Просто _местным собранием
крещёных верующих, которые собирались по его воле, чтобы совершать
его таинства и управлять его царством от его имени_. Мы пришли к
такому выводу не из каких-то случайных _намёков_, не из каких-то туманных
и метафорических выражений. Нам не пришлось _выводить_ это из
какой-то _фигуры речи_, мы увидели это как _реальное_ и действующее
существование. И теперь, я говорю, то, что было установлено _фактами_, не может
не стоит _беспокоиться_ из-за _фантазий_. И даже если мы найдём какой-то слабый намёк или метафорическое выражение, которое, кажется, относится к чему-то другому, а не к этому, и в корне отличается от этого, как если бы это была экклесия Христа, мы не покинем яркий солнечный свет и твёрдую почву вдохновлённых и неоспоримых исторических _фактов_, чтобы последовать за каким-то _ignis fatuus_ в трясину метафор, сравнений и фигур речи. Я говорю, что Христос не имел в виду создание провинциальной, национальной или церковной церкви
универсальной, просто потому, что я не могу найти в Библии никакой _истории_ такой Церкви. Я читаю о «_Церквях_ Иудеи», и о «_Церквях_ Галилеи», и о «_Церквях_ Самарии», и о «_Церквях_ Галатии», и о «_Церквях_ Азии», но ни слова об _учреждении_, которое охватывало бы их все, или о каком-либо количестве таких учреждений. Поэтому я утверждаю, что такого учреждения не существовало. Если кто-то говорит, что оно было, то он должен это _доказать_, и не на основании традиции — (мы все знаем, что традиция — лгунья с седой головой; и для
лично я не поверю ни единому его слову, если оно не будет подкреплено другими свидетельствами.
пусть он докажет это на основании _этой книги_, в которой, как мы все согласны,
содержится все, что необходимо для нашей религиозной веры и практики. Я
буду руководствоваться Библией. Я готов взять
Библию, и Библию целиком, с _ каждым словом, переведенным верно и справедливо
; но у меня не будет ничего, кроме Библии. Христос — мой единственный законодатель в вопросах религии; и я не обязан подчиняться закону, который он не устанавливал.


 — Но, мистер Кортни, — сказала странная дама, — позвольте спросить вас,
сторонники провинциальных, национальных и других связанных с ними церквей не приводят никаких текстов из Священного Писания, на которые они могли бы опереться в своих притязаниях.
Я так часто слышал о Святой Католической Церкви, Церкви воинствующей и Церкви торжествующей, о Церкви на земле и Церкви во славе, о древней Церкви, об апостольской Церкви и о вселенской Церкви, что я уверен: для таких фраз должно быть _какое-то_ место в Писании.

«Вы слышали много такого о Священном Писании, мадам, чего никто не может найти в Библии. Ни одной из этих фраз там нет. Всё это просто человеческие домыслы
фантазии — очень милые и в некотором смысле достаточно правдивые; но в строгом и буквальном _библейском смысле_ слова «Церковь» не существует такого понятия, как Церковь, если только это не простое местное собрание или конгрегация верующих, организованная в соответствии с требованиями Христа и для конкретных целей, которые он преследовал. _Церковь Христа — это просто видимая судебная и исполнительная власть в его видимом царстве._

— Но вы же не отрицаете, что существует такая вещь, как невидимая Церковь,
наряду с видимой Церковью.

 — Вы можете представить себе, мадам, великую идеальную _невидимую РЕСПУБЛИКУ_
Объединяя всех тех, кто во все времена и во всех странах ненавидел королей и королевскую власть и стремился к свободе. Это не то, что _существует_.
Этого никогда _не было_. Но вы можете _думать_ об этом; вы можете _говорить_ об этом; ораторы могут произносить речи об этом; поэты могут писать песни об этом; и это может занять место в нашем сознании и в нашем языке, как если бы это была реальная действительность. Таким образом, я могу представить себе
невидимую «общину» Иисуса Христа, состоящую из всех, кто в глубине души любил Его и повиновался Ему в своей жизни, насколько это было в их силах
понять его волю. Мы можем говорить о таком собрании и петь о том, каким славным и радостным оно было бы, но _здесь_, на земле, такого собрания никогда не было и не будет. То, что может произойти на небесах, — это другое дело. Наш друг, доктор, ищет Церковь Христа _на земле_. Он хочет _присоединиться_ к ней. И _эта_ Церковь — _видимое_ собрание. Наш вопрос заключается в том, является ли это _местной_
независимой общиной, в которой есть всё необходимое для того, чтобы
она могла считаться полноценной Церковью Иисуса Христа, или же она является частью
какой-либо крупной видимой организации, которой она подчиняется и перед которой отчитывается. Если это _местная независимая организация_, то, конечно, из этого следует, что те обширные _объединения_, которые называются
церквями, такие как методистская церковь, пресвитерианская церковь,
епископальная церковь, лютеранская церковь и тому подобные, _не являются и не могут являться_ церквями Иисуса Христа, поскольку они не являются такими местными и независимыми организациями, а представляют собой обширные объединения взаимозависимых и подчинённых друг другу обществ. Я говорю, что Церковь Христова _не является_ ничем подобным
объединение, независимо от того, включает ли это объединение _часть_ или _всех_ исповедующих Христа, которые находятся в какой-либо стране или во всём мире, потому что _Церковь, какой мы её видим в этой книге, не была объединением каких-либо Церквей_, ни в большей, ни в меньшей степени, но каждая Церковь была самодостаточной и независимой от всех остальных».

— Я прекрасно знаю, — сказал мистер Перси, — что никакие _частичные_ объединения не признаются Церквями в Слове Божьем.
Например, не существует такого понятия, как союз всех религиозных обществ в какой-либо стране или
ни провинция, ни империя, ни какой-либо союз, придерживающийся определённого набора доктрин, как методистская или пресвитерианская церкви, — но так ли уж верно, что такого союза, о котором говорят как о _существующем между всеми церквями_ и объединяющем их в одну великую ВСЕЛЕННУЮ ЦЕРКОВЬ! Я считал установленным всеми авторитетами фактом, что существует _такая_ церковь, которую обычно называют «_вселенской церковью_».

«Я не признаю никаких авторитетов, — сказал мистер Кортни, — кроме авторов
Нового Завета, и я не знаю ни одного места, где бы они что-то уступили
что-то в этом роде. Возможно, здесь есть какие-то метафорические намеки на
такую _изображение_ или _идеальную_ Церковь. Как верующие в каком-то одном месте
собираются и образуют реальную и видимую Церковь, так и мы можем
представить себе всех верующих в мире _так, как если бы они
собрались_ в одном огромном собрании, и вполне обоснованно могли бы
назвать это идеальное собрание вселенской Церковью. Но хотя мы можем
представить себе такое собрание и говорить о нём, такого универсального
собрания не существует, не существовало и никогда не будет существовать
на земле. Так что, какими бы многочисленными и
Какими бы очевидными ни были эти намёки, они не могут иметь никакого отношения к _реальной_ организации настоящей и видимой Церкви. _Это_ не вселенская Церковь. _Этого не может быть._ Давайте на минутку представим, что эта вселенская Церковь существует на самом деле. Она _существует_. _Где_ она?
_Что_ она собой представляет? Если она вообще существует, то это Римская Церковь. Она —
единственное тело, которое _претендует_ на то, чтобы быть Святой Католической или Вселенской
Церковью и включать в себя _всех_ искупленных.Англиканская церковь не претендует на это за пределами владений своей королевы.
Методистская церковь Севера или Методистская церковь Юга не претендуют на это. Пресвитерианская старая школа или новая школа не претендуют на это.
 Они лишь утверждают, что являются её частями, ответвлениями. Но где и что такое _целое_? Как я уже говорил, это нечто, что можно _представить_, о чём можно _говорить_ и из-за чего можно _спорить_, но оно имеет лишь _идеальное_, то есть _воображаемое_, существование. Как реальной и действующей
видимой организации, её сейчас не существует, и с тех пор, как ученики покинули Иерусалим и разошлись по всему миру, проповедуя слово и
Основания для создания церквей есть везде, но ничего подобного никогда не происходило.
И если мы предположим, что какие-то отрывки из Священного Писания относятся к чему-то подобному, то мы должны будем предположить, что они относятся к несуществующему.

 — Но почему бы нам сразу не ознакомиться с этими отрывками, чтобы мы могли судить сами? — спросил доктор.

 — Конечно, сэр, прошу прощения, я знаю, что слишком затянул с ответом. Мистер Перси, похоже, считает, что может найти эту вселенскую церковь.
Может быть, он окажет нам любезность и укажет на тексты, которые, по его мнению, свидетельствуют о её существовании.


 — Признаюсь, сэр, — сказал мистер Перси, — что я не изучал этот вопрос
 Я считал это само собой разумеющимся.  Я не знал, что кто-то
сомневается в этом.  Но давайте обратимся к Евангелию от Матфея, глава 16, стих 18: «На этой скале Я воздвигну Свою Церковь, и врата ада не одолеют её».

 «Это первое место, — сказал мистер Кортни, — где в Новом Завете встречается слово экклесия.  Вопрос в том, что имел в виду Христос, говоря об этом?» Что это было такое, что он обещал построить? Как
Мы можем это выяснить?”

“Я думаю, очень легко, ” сказала Теодосия. “ Нам нужно только посмотреть,
когда он это сделал, и посмотреть, что он построил". Что мы сделали
я уже почти в сотне различных мест, где упоминается это слово,
и везде оно неизменно означает _местное и независимое собрание_».


«Мне это не кажется таким простым, — возразил мистер Перси, — потому что, на мой взгляд, есть по крайней мере две очень серьёзные трудности, препятствующие такому толкованию. Во-первых, Христос использует термин «моя Церковь» в настолько общем смысле, что его едва ли можно ограничить каким-то конкретным отдельным сообществом. Он не говорит: «Я построю свои церкви, каждую отдельно», но: «Моя церковь в целом». Другое дело, что эта церковь, какой бы она ни была
Она должна была быть _вечной_. Врата ада не должны были одолеть её. Но это не могло относиться ни к одной местной организации. _Они_ постоянно рушатся. Первые Церкви давно исчезли с лица земли, и сатана безраздельно властвует в тех самых городах, где сами апостолы были инструментами для их созидания. Следовательно, Христос должен был говорить о какой-то более обширной и более постоянной организации.

— Очень хорошо, — ответил мистер Кортни. — Я люблю отвечать на возражения и сначала рассмотрю ваше последнее. Вы говорите, что эта церковь, должно быть, была
вечная организация, поскольку врата ада не одолеют её. Но ни одна местная организация не была вечной; следовательно, это не могла быть какая-то местная организация, а нечто более постоянное, что и имел в виду Христос. Ваша логика хороша, и вы, конечно, кое-что знаете о более постоянной организации, о которой он, должно быть, говорил. Можете ли вы рассказать нам, что это было? Это была _видимая_ организация, _основанная Христом_, которая _существует_ по сей день. Это не методистская церковь, поскольку она была основана
Джон Уэсли. Это не пресвитерианство, ведь оно было основано Джоном
Кальвином. Это не современное англиканство, ведь оно началось с короля Генриха
Восьмого. Это не католицизм, ведь он — Антихрист».

 «Конечно, — ответил мистер Перси, — ни один баптист не утверждает, что это было что-то из перечисленного. Это была «вселенская церковь». Она состояла из всех истинных
Церкви Христа, рассматриваемые в совокупности как одна великая объединённая организация».


«Если то, о чём вы говорите, мистер Перси, было всего лишь _идеальной_ организацией, чем-то _вообразимым_, но не существующим в _реальности_,
мы не имеем к этому никакого отношения; но если вы имеете в виду, что существовала
_реальная_ и _видимая_ организация, основанная Христом и включавшая в себя
_всех_ членов всех его Церквей, то вы, несомненно, можете привести
какие-то записи о её высказываниях или поступках. У нас есть очень
подробные отчёты о деятельности Церкви в Иерусалиме, в Антиохии и в некоторых других местах, и, конечно же, у нас должна быть какая-то история этой всеобщей Церкви. Когда она собиралась? Каковы были его полномочия? Какое дело было у него до этого?
Мы тщательно поискали и нашли
ничего подобного. Этого точно не было при жизни апостолов.
 Церкви, которые они основали, оставались отдельными и независимыми.
Они никогда не объединялись в одну большую централизованную организацию; а если и объединялись, то не только сама организация была разрушена, но и все записи о ней исчезли.

«Признаюсь, сэр, что у меня не было чёткого представления о том,
что именно Спаситель обещал построить, и, поскольку он не построил
всемирную _видимую_ церковь, я полагаю, что он имел в виду свою
_невидимую_ церковь».

«Но язык едва ли применим к чему-то невидимому и идеальному.
Здание — это _видимый_ и _материальный_ объект, и речь должна была идти о какой-то реальной и видимой организации».


«Как же тогда вы обходите эту трудность, мистер Кортни?»


«Я вообще её не обхожу. Я просто убираю её со своего пути следующим образом: говоря «моя Церковь», Христос _не_ имел в виду какую-то конкретную местную организацию». Он не имел в виду Церковь в Иерусалиме или Церковь в Коринфе. Тем более он не имел в виду все Церкви, объединённые в _одну
великая Церковь_. Но он просто использовал это слово как _название своего
учреждения_. А что это было за учреждение, мы уже видели».

«Я не уверен, что правильно вас понял».
«Тогда позвольте мне привести пример. Вы юрист. К вам обращается клиент за юридической информацией. Вы говорите ему, что закон таков-то и таков-то; и поэтому «_суд_» будет давать указания «_присяжным_.» Что вы подразумеваете под _судом_? и
что вы подразумеваете под _присяжными_? Не какого-то конкретного _отдельного судью_,
которого вы, возможно, имеете в виду, и уж тем более не всех судей мира,
объединённых в одного гигантского «_универсального_» судью; но вы имеете в виду _любого из
все_ судьи, перед которыми может быть рассмотрен иск; и не какой-то
_конкретный состав_ присяжных, тем более все присяжные в мире,
объединённые в один огромный конгломерат «всемирного» жюри; а просто то жюри,
какое бы оно ни было и где бы оно ни находилось, которое может быть
назначено для рассмотрения дела. «_Суд_» — это название или титул,
присвоенный определённому должностному лицу, когда оно выполняет
определённые официальные обязанности.
«_Жюри_» — это название или титул, присваиваемый определённому официальному органу или собранию, когда они выступают в определённом официальном качестве. Теперь, когда
Суды и присяжные в Британской империи ведут дела и вершат правосудие от имени королевы Виктории, и поэтому их вполне можно назвать _её_ судом и _её_ присяжными, имея в виду просто _её институты_, организованные по её распоряжению для ведения этого конкретного дела от её имени. Первые суды и коллегии присяжных, которые были организованы, возможно, были распущены; за ними последовали другие, и они, как и первые, исчезли; но _институт_ продолжает существовать: _присяжные_ по-прежнему являются важной частью судебной системы.
отправление правосудия. Каждый год формируется и распускается тысяча присяжных.
Но присяжные (если использовать это слово в качестве названия института) существуют вечно. Они существуют с тех пор, как неохотно король впервые предоставил своим подданным право на суд присяжных из их равных.
Они будут существовать до тех пор, пока будет существовать конституция английского или американского правительства. И если я скажу,
что суд присяжных «_построен_» на «_скале_» конституции и
что советы тиранов никогда не смогут «_одержать верх_» или свергнуть
Я бы говорил об этом так же, как Христос говорил о своей Церкви; но в таком случае вы бы не стали настаивать на том, что присяжные должны быть чем-то гораздо более обширным и постоянным, чем небольшая группа или собрание из двенадцати избранных мужчин, должным образом квалифицированных и уполномоченных для выполнения определённых конкретных задач, каковыми, как всем известно, являются присяжные.

 — Итак, видите ли, мистер Перси, _обе_ ваши проблемы решаются одним и тем же способом.

 — Я сдаюсь, сэр. Но если это не отвлечёт нас от нашей цели,
я бы хотел услышать, как мистер Кортни объяснит весь этот отрывок. Я
Я знаю, что это привело к большому разнообразию мнений, и сам я не могу прийти к единому мнению по этому поводу. Теперь я полностью
уверен в том, что подразумевается под _Церковью_; но что было _камнем_, на котором
Христос сказал, что Он воздвигнет её? Был ли этим камнем Пётр? Или это был
Христос? Или это было что-то, сказанное Петром?

«Если бы мудрецы не расходились во мнениях по этому поводу, — ответил мистер Кортни, — я бы,
уверен, никогда не почувствовал, что в тексте есть какая-то тайна.
Мне он всегда казался таким же простым и понятным, как любой другой _образный_ язык.

«Христос спрашивал своих апостолов, что говорят о нём в мире. «Кем люди Меня называют?» Они отвечали: «Кто говорит, что Ты — Иоанн Креститель, кто — Илия, кто — Иеремия, а кто — один из пророков». «А что, — сказал Он, — _вы_ думаете? Кем _вы_ Меня называете?» Пётр с присущей ему быстротой ответил за всех: «Ты — Христос, сын Бога живого». _В это_ они верили. Это было исповедание _их веры_. Они считали его Мессией. Они верили, что он послан Богом. Они приняли его как своего Господа. Они доверились ему
Он говорит, что должен искупить Израиль.

 Иисус отвечает, что такая вера исходит только от Бога. Благословен, или счастлив, ты, Симон, сын Ионы, ибо не плоть и кровь открыли тебе это, а Отец Мой, сущий на небесах. И я говорю тебе то же самое: ты называешься «_петрос_» (мужская форма греческого слова, означающего «_скала_»), а затем (меняя род на тот, в котором это слово означает буквально «скала») на этой «петре» я воздвигну или построю «_свою_ _экклесию_». Эта вера в меня как в Мессию, Сына Божьего, должна стать _основой_ моего института под названием «Церковь».
Сравнение, по-видимому, навеяно именем Петра. Твоё имя — Рок; и как камни используются в качестве фундамента для зданий, так и на этом метафорическом, или образном, камне он, метафорически говоря, воздвиг бы своё здание. Если бы он имел в виду, что построит его _на самом Петре_, он бы не менял род слова. Пётр как личность был _петрос_, а не _петра_, но именно на этой петре он собирался строить.

«А теперь давайте подробнее рассмотрим, в чём заключается сила этого сравнения. Каким именно образом это признание
Отношение Петра к _экклесии_ Христа такое же, как отношение фундамента к зданию.
 Просто: сначала закладывается фундамент здания, а затем возводится надстройка.
 Фундамент _является необходимым условием_ для возведения прочного здания.
 Таким образом, это исповедание, это _исповедание веры_ во Христа как в Мессию Божьего должно было стать важным _условием_ для организации его Церкви. Эта вера во Христа лежит в основе
этого метафорического здания. Церковь состоит из _отдельных людей_; но
Прежде чем эти люди смогут объединиться в Церковь, _должен быть заложен фундамент в виде исповедания веры во Христа_.Церковь, построенная на этом фундаменте, будет стоять вечно.
На любом другом фундаменте она будет подобна дому, построенному на песке: ветры и бури невзгод, гонений и искушений вскоре приведут к его полному разрушению. Христос говорит каждому, кто стремится войти в этот святой храм, как Филипп сказал эфиопскому военачальнику: «Если ты всем сердцем уверуешь, то сможешь». Другого условия недостаточно. И точно так же, как
_присяжные_, которые, если они не состоят из лиц, обладающих должной квалификацией и принесших надлежащую присягу, не являются _присяжными_ ни по закону, ни фактически, хотя могут быть таковыми по форме и названию; так что Церковь, состоящая из тех, кто формально или фактически не исповедует веру во Христа, не является истинной Церковью Христа. Она может быть единой по внешнему виду и названию,
но она не построена на этом камне; и в соответствии с конституцией
и законами его королевства, она не является _законной_ Церковью и не имеет
полномочий вести его дела».

 «Если я не ошибаюсь, — сказала Теодосия, — это сравнение Церкви с
здание не является редкостью в Священных Писаниях. У меня неясный
памяти увидев его в нескольких других местах”.

“Конечно, мадам. Он используется несколько раз на пол”, - ответил Г-н
Кортни“, и это в такой связи, чтобы устранить всякую тень
сомнения, если оно у нас еще осталось, относительно его применимости к _локальной
Церкви_. Церкви в Коринфе он говорит (1 Кор. 3:9): «_Вы_ — Божье строение».
Ефесянам он говорит (Еф. 3:23): «В Нём _вы_ и созидаетесь в жилище [не _в_
жилище] Бога через Духа». Колоссянам он говорит (Кол.
ii 6, 7): «Как _вы_ приняли Христа Иисуса, Господа, так и ходите в Нём, укоренённые [основанные] и _утверждённые_ в Нём и укреплённые в вере, которой научены». Так же (Иуды 20): «Но вы, возлюбленные, _утверждайтесь_ на _святейшей вере_» и т. д.

Итак, из этого текста мы узнаём следующее: Христос собирался основать учреждение, которое должно было называться «_его_ _экклесия_,» или его собрание, которое сейчас на английском языке обычно называют «_его Церковью_.» Но эта Церковь
не могла быть построена до того, как был заложен её _фундамент_ в виде открытого исповедания веры в него как в Мессию Божьего. Его _экклесия_ должна
стоять на этом основании. Её члены должны верить во Христа.
Это необходимое и непременное условие; и _то_ учреждение,
которое _он_ воздвиг на этом фундаменте, никогда не будет разрушено.
Это _учреждение Христа_. Он называет его «_моя экклесия_.». Она зиждется на
скале _веры_, а не на внешних формах. Следовательно, она состоит из
_верующих_, а не из верующих и их крещеных детей. Это
_вечное_ установление, которое существует с тех пор, как он его основал, и будет существовать до тех пор, пока он не вернётся. «Врата ада не одолеют его».
Следовательно, оно никогда не может _отступиться_ и не нуждается в _реформировании_, ибо всегда будет пребывать в своей первозданной чистоте и простоте. Именно такое установление существует сейчас, и я надеюсь, что, прежде чем мы проведём ещё много дней в его поисках, мы сможем его найти.

«Но теперь, чтобы у вас не осталось _застарелых сомнений_ в том, что _эта
Церковь_, которую Христос и Павел так красиво сравнивают со зданием, может
в конце концов, это не какая-то масштабная централизация церковной власти — не какое-то множество в одном — что-то, части которого были «церквями», а всё вместе — «церковью». Давайте уделим несколько минут следующему месту, которое, по сути, является единственным другим местом, где Христос использовал это слово. Это рассеет последние тени неопределённости.

— Я уверен, — сказал мистер Перси, — что не вижу, как можно объяснить это дело ещё проще, чем оно уже кажется мне. Мимолётные сомнения, возникшие у меня в голове, были вызваны тем, что я не обратил внимания на термин
«_Церковь_» — это общее название или имя _христианской
организации_, но я пытался применить его к какому-то _отдельному
примеру_ этой организации. Благодаря вашему объяснению я
понял, в чём заключалась трудность. Я лишь удивляюсь, что не
смог увидеть истину так же легко, как моя жена, пока мне на неё
не указали.

«Знаете, мой дорогой, — сказала она, — мы, женщины, склонны
делать поспешные выводы, в то время как вам, джентльменам,
нужно время, чтобы прийти к тому же выводу». Мы доберёмся туда первыми, но у тебя есть преимущество: ты можешь оглянуться и увидеть дорогу, по которой пришёл, в то время как мы знаем только то, что мы
 Но теперь, когда вы с мистером Кортни открыли для себя принцип, на котором следует интерпретировать текст, я придумала ещё одну иллюстрацию.
 — Прошу вас, мадам, — сказал доктор, — давайте рассмотрим её, потому что, признаюсь, эти взгляды церкви настолько новы для меня и настолько отличаются от всех моих предубеждений, что я несколько сбит с толку и нуждаюсь во _всём_ свете, который может пролить на эту тему.

«Принцип, — сказала она, — тот же, что и в случае, когда имя отдельного человека каждый день применяется к виду, роду или семейству, к
к которому он принадлежит. Когда мы говорим о _дубе_, что это самое величественное из лесных деревьев, мы не имеем в виду какой-то конкретный дуб и не имеем в виду, что все дубы в мире составляют один «универсальный» дуб. Каждый дуб — это отдельное дерево, но мы применяем название отдельного дерева ко всему виду — _не_ в совокупности, как _один большой дуб_, а по отдельности, как сотни и тысячи деревьев, каждое из которых имеет _одно и то же название_. Но я не знаю, понятно ли я выражаюсь. Возможно, пример поможет лучше, чем моё объяснение.
Когда Бог велит Иову взглянуть на его бегемота или левиафана, которых он сотворил, он не имеет в виду какого-то конкретного бегемота или левиафана.
 То, что он говорит о них, характерно для каждого из них и применимо ко всему роду этих могучих чудовищ, обитающих на суше и в море.

— Или возьмём более знакомый пример, Тео, — сказал мистер Перси. — Когда он обращает наше внимание на коня, несущегося в бой, он не имеет в виду какого-то конкретного боевого коня, а включает в это понятие всех лошадей, к которым применимо его описание. И мы привыкли к тому, что
Сегодня мы будем использовать слово «лошадь» в обычной речи так же, как слово «церковь» используется в тексте, который мы обсуждаем. Мы говорим о
_лошади_, имея в виду _любого_ представителя породы, как Павел говорит о каждой церкви; о _лошади_, подразумевая под этим конкретную
лошадь, как он говорит о _церкви_ в Иерусалиме и тому подобном. О лошадях, то есть о тех, что на какой-то плантации или в каком-то штате,
как он говорит о церквях Иудеи, Галатии и Азии; и мы
каждый день говорим о лошади как о самом желанном из домашних животных;
о послушании лошади; о скорости лошади и тому подобном,
точно так же, как Иисус здесь и Павел в другом месте говорят о Церкви как
основанный на скале; как купленный Его кровью; как тело Христа, который
является его главой; и, поскольку мы не подразумеваем под термином ‘конь’, когда он используется
в этом общем или репрезентативном смысле все лошади в мире
объединенные в одну огромную лошадь, видимую или невидимую, мы больше ничего не подразумеваем под
термином ‘Церковь’, когда он используется в этом репрезентативном или родовом смысле.
смысле, все Церкви в мире, объединенные в одну великую видимую или
невидимая церковь. Итак, моя иллюстрация, если и не такая красивая, как дерево миссис
Перси, или не такая величественная, как ее бегемот, имеет, по крайней мере, такую
рекомендацию, что она совершенно знакома. ”

“В самом деле, сэр, - сказал доктор, “ это очень поразительно и убедительно,
хотя следует признать, что это не очень поэтично. И, что касается меня лично
Я готов, мистер Кортни, перейти к другому тексту, о котором вы говорили ”.

«Я почти забыл, что мы собирались сделать, и спасибо тебе за то, что напомнил мне об этом. Я сказал или, возможно, хотел сказать, что Христос, до сих пор
Насколько нам известно, лично он употребил это слово всего дважды: один раз, как мы уже видели, и второй раз, вскоре после этого, в следующей главе. В этом отрывке он указывает на одну из целей, ради которых была создана Церковь. Если миссис Перси обратится к Евангелию от Матфея.
xviii. и начнёт с 15-го стиха, она может прочитать нам этот отрывок.

«Более того, если твой брат согрешит против тебя, пойди и скажи ему о его проступке наедине. Если он послушает тебя, ты приобрёл брата; но если он не послушает тебя, то возьми с собой
ещё одного или двух, чтобы устами двух или трёх свидетелей подтвердилось всякое слово. И если он не захочет слушать их, _расскажи об этом Церкви_; но если он _не захочет слушать Церковь_, пусть он будет для тебя как язычник и мытарь».

«Из другого отрывка мы узнали, — сказал мистер Кортни, — что Христос сам организует Церковь и что она должна состоять только из верующих в него как в Мессию Божьего. Но мы не имели ни малейшего представления о _целях_, которые должна была преследовать эта Церковь, или о
способ, которым его дело должно было быть представлено перед ним. В этом,
однако, поток света проливается на эти моменты. По крайней мере, одной целью было
обеспечить мир и гармонию между братьями и
чистоту собственного членства.

“Этот текст содержит фундаментальный закон церковной дисциплины. Это
процесс, который следует соблюдать в случае разногласий между членами Церкви
. Брат, который чувствует себя обиженным, должен сначала пойти к обидчику и попытаться уладить конфликт в личной беседе. Если это не поможет, он должен взять с собой одного или двух братьев и обсудить с ними ситуацию.
Он должен присутствовать при их разговоре и посмотреть, какой эффект произведут их предложения. Если и это не поможет, он не должен позволять ране заживать, а язве — распространяться. Он не должен выходить в мир и разглашать о недостатках своего брата или жаловаться на свои собственные. Он должен _рассказать об этом Церкви_; а если он _не послушает Церковь_, то он больше не обязан относиться к нему как к брату-христианину. На этом всё. Когда _Церковь_ приняла решение, вопрос
считается решённым. Обжалованию не подлежит. Вышестоящей инстанции не существует
к кому он может обратиться. Церковь превыше всего. Её решение окончательно. Оно не может быть отменено никаким другим органом, кроме неё самой. Христос — Царь, а Церковь — исполнительная власть в его царстве. Что делает Церковь, даже если она состоит всего из двух или трёх человек, собравшихся во имя _его_, просящих мудрости у
_ему_, и, руководствуясь строго _его законами_, он говорит (стихи 18–20), что
он одобрит это, ибо будет незримо присутствовать среди них.

«Теперь давайте обратимся к этому тексту, чтобы получить ответ на наш вопрос: “_Что такое Церковь?_”


«Я думаю, доктор, что сейчас вы не считаете себя членом Церкви Христа
видимой Церкви вообще. Но наш друг-методист считает, что вы стали бы одним из них,
если бы присоединились к одному из тех религиозных обществ, которые
обычно называют церквями. Предположим, что вы присоединились к его
обществу и у вас с ним возникли разногласия, из-за которых вы
почувствовали себя обиженным. Вы пошли к нему и обсудили этот
вопрос, но безуспешно. Вы взяли с собой ещё одного или двух человек и попытались
уладить ссору с их помощью, но у вас ничего не вышло;
и теперь вы, как подданный Царства Христова и связанный его законом,
Я чувствую, что вы можете сделать только одно: вы не вольны обращаться в гражданские суды; вы не должны _рассказывать_ об этом _миру_; вы также не вольны оставлять этот вопрос нерешённым и тем самым поддерживать ссору между двумя членами тела Христова. Закон Короля ясен и непреложен: вы должны рассказать об этом Церкви. Вы готовы это сделать; но где же ваша Церковь? Кому вы расскажете?
Кто должен принимать решения за вас? Церковь. Но что такое Церковь? Это классный руководитель? Нет. Это из-за класса? Нет. Это министр, который отвечает за это? Нет.
Это что, квартальная конференция? Нет. Это Генеральная конференция? Нет”.

“Конечно, нет”, - перебил методист. “Методистская церковь
состоит из всех тех лиц, которые прошли шестимесячный
испытательный срок, были рекомендованы классным руководителем и приняты
ответственным служителем в полноправные члены. Никто, надеюсь, это так
просто представьте себе, что мы рассматриваем класс, или министра, или
Конференция, как Церковь Христа”.

“Очень хорошо,” сказал мистер Кортни. «Ваша методистская церковь состоит из всех, кто прошёл испытательный срок в классе и был принят в полноправные члены
членство. Мог ли доктор Тхинквелл рассказать о своей беде _им_? Он не мог рассказать об этом даже методистской церкви на Юге; а если бы и мог, то это была бы не _методистская церковь_, потому что она должна включать в себя и методистскую
церковь на Севере; а это была бы только американская часть. Чтобы рассказать об этом методистской епископальной церкви, он должен возвысить свой голос так, чтобы его было слышно от Мэна до Флориды и от Нью-Йорка до Калифорнии. Нет,
он должен возвысить свой голос над шумом океана и прокричать о своих жалобах
через всю Атлантику, иначе он не сможет «_рассказать об этом Церкви_», как
велел ему Христос.

«Если бы он был епископалом, или пресвитерианцем, или принадлежал к какой-либо другой крупной религиозной конфессии или церковному учреждению, которые обычно называют церквями, у него были бы те же трудности. Если эти огромные учреждения и есть Церковь, _он не может говорить с Церковью_— он не может заставить её услышать его. И если мы предположим, что Церковь — это то самое _универсальное_ нечто, о котором мы говорили, то проблема станет ещё серьёзнее. Ведь тогда, когда он расскажет о своей беде методистской или епископальной церкви,
или пресвитерианской церкви, или лютеранской церкви, он рассказал об этом только отделу, а не самой церкви».


«Простите, сэр, — ответил методист, — но мне это кажется полной бессмыслицей, ведь вы не можете не знать, что мы все рассматриваем слово «церковь» в двух разных значениях. В одном смысле оно означает всех тех, кто исповедует истинную религию, — всех верующих во Христа. В другом значении это слово используется для обозначения
единого местного сообщества или общины верующих. В предыдущем отрывке
для нас оно имеет это ограниченное значение. «_Именно_, — как говорит учёный Блумфилд в своей заметке к этому месту, — обиженный брат должен был рассказать о своей обиде той общине, к которой они оба принадлежали».

 «Я прекрасно понимаю, — ответил мистер Кортни, — что слово «церковь» в общепринятом употреблении имеет не два, а полдюжины значений; но я утверждаю, что в _Новом Завете_ как религиозный и официальный термин _оно имеет только одно значение_. «Церковь Бога и Христа» была чем-то единым и не более того.
Когда речь идёт об этом институте, имеется в виду именно это единое целое
задумано. Иисус сказал, что построит именно это. Это было именно это.
Врата ада не должны были одолеть его. Именно с этим
брат должен был поделиться своей жалобой. И это было местное собрание
христиан, организованных в соответствии с указаниями Христа.
Блумфилд был прав. Именно в местную организацию, ‘ту самую
общину, к которой они оба принадлежали", обиженный брат должен был
высказать свою жалобу. В этом мы полностью согласны. _А теперь послушайте меня_: если
это _было_ тем телом, о котором говорил Христос, то я докажу вам, что те
Учреждения, которые люди называют пресвитерианской церковью, епископальной церковью и методистской церковью, являются открытыми и систематическими
бунтарями против закона Христа. Они аннулировали и отвергли ЕГО
закон о дисциплине и заменили его собственными изобретениями».

 «Это очень резкие слова, сэр, и вам следовало бы хорошо их обдумать, прежде чем произносить. Выдвигать подобные обвинения против большинства людей, исповедующих христианство, — дело серьёзное.
И, сэр, Бог привлечёт вас к ответственности за столь резкие и необоснованные обвинения в адрес его возлюбленного народа.

Проповедник, очевидно, _прочувствовал_ всё негодование, которое он выразил не только словами, но и голосом, и выражением лица.
Рассеянная публика, которая читала, разговаривала или вяло
отдыхала на диванах, привлечённая необычным тоном взволнованного
оратора, повернула головы к столу, за которым шла дискуссия.
Несколько человек встали со своих мест и подошли, чтобы видеть
лицо мистера Кортни, который очень спокойно ответил:

«Я не привык обсуждать эту тему»
религии, делать утверждения, которые я не был готов полностью поддержать.
Если я не покажу вам, что в этом вопросе эти так называемые Церкви имеют
_rebelled_ против Христа, отложите и _nullified_ его закона, и
заменены правила самостоятельно на своем месте, тогда вы можете дать
излить все негодование, которое вы думаете, что должен чувствовать к
клеветник братьев”.

— Но, сэр, — воскликнула незнакомка, — если мы _бунтари_ против
Христа, мы не можем быть христианами. Если эти церкви открыто, систематически и сознательно пренебрегают его законами, они не могут быть его народом.
И всё же я уверен, что даже вы, как бы плохо вы ни относились ко всем, кроме своей компании, не станете отрицать, что в этих церквях столько же благочестия и преданности интересам религии, сколько даже среди самих баптистов.

 «Я надеюсь, мадам, что ни вы, ни кто-либо из вашей компании не поймут меня настолько превратно, чтобы вообразить, будто я имею в виду _отдельных членов_ того, что я говорю о _церковном учреждении_, к которому они принадлежат. Некоторые из самых лучших и преданных мужчин и женщин, когда-либо носивших христианское имя, были католиками.
Но вы, как и я, верите в то, что
Римско-католическая иерархия настолько _бунтарская_, что является самим
«_антихристом_,» «_человеком греха_,» и «_сыном погибели_,»
предсказанными в Священном Писании. Некоторые из её _членов_ — добрые подданные Иисуса, которых ввели в заблуждение; но _организация_
антихристианская и разрушительная для истинного послушания Христу. Поэтому я не
отрицаю, что в этих других так называемых церквях существует огромное количество
_индивидуального благочестия_; я не ставлю под сомнение тот факт, что там много верующих,
которые следуют истине и совершают поступки во спасение душ; но я говорю следующее: эти
Эти учреждения своими конституционными законами, устройством своих судебных систем, принятыми на их собраниях и опубликованными в их дисциплинарных книгах, исповеданиях веры и т. д., _отменили_ закон Христа и заменили его _своим собственным_. И _этот акт я называю_ актом открытого, систематического и преднамеренного _бунта_. Если вы можете подобрать для него более мягкое, но при этом подходящее название, можете назвать его как-то иначе. Христос-Царь говорит: «Скажи это Церкви». Они говорят:
Нет, ты _не_ должен говорить это _Церкви_. Ты должен сказать это
«_ответственному министру_» или «назначенному им комитету». Если он или они не примут решение, которое устроит и вас, и министра, вы можете сообщить об этом на ежеквартальной конференции и т. д. _Христос-Царь_ говорит: «Сообщите об этом _Церкви_». Они говорят: «Нет, вы должны сообщить об этом на заседании, а если заседание не примет решение, которое устроит обе стороны, сообщите об этом пресвитерии, синоду и общему собранию». _Христос-Царь_ говорит:
«Расскажи об этом _Церкви_». Они говорят: «Нет, ты должен рассказать об этом _епископу_ или тем, кого назначил епископ». Церковь, которая
То есть собрание или «конгрегация, к которой принадлежат оба брата», неизвестно.
Всё дело выведено из-под контроля Церкви, где Христос повелел принимать решения, и передано в другие руки, которым Христос не давал полномочий. Если это не _аннулирование_ закона Царя и не замена его другим законом, то я не понимаю, что это может быть. Если это не бунт, то как Церковь может бунтовать? Тот же орган, которому брат должен был _рассказать_ о своей обиде, должен был _принять_ решение по этому вопросу; и _его_ решение было
Это должно было стать окончательным решением. Обжалованию оно не подлежало. Когда он получил решение
_Церкви_, на этом всё и закончилось. Теперь, если вы действительно верите, что _Церковь_, как её назвал Христос, была _местным сообществом_, как вы смеете препятствовать брату в посещении её? И как вы смеете отказывать ей в праве выслушивать и принимать решения? Как вы смеете отбирать власть у _Церкви_ и передавать ее священнику и его комитету, или ежеквартальной, или ежегодной, или общей конференции? Если пресвитериане считают, что речь здесь идёт о «местной
собрание народа Христова», как он смеет менять закон Христа и требовать, чтобы брат сообщил об этом _собранию_, и на каком основании дело может быть передано на рассмотрение пресвитерии, синода или общего собрания? Если в соответствии с конституцией нашего правительства право объявлять войну и вести переговоры о мире прямо предоставлено генеральному правительству в Вашингтоне, то любая другая организация, которая возьмёт на себя выполнение этих конкретных действий, поставит себя в положение мятежника. Если вы и другие религиозные организации
Если рассматривать Церковь, о которой здесь говорится, как местное собрание, то нет ничего более очевидного, чем то, что вы не намерены подчиняться закону Христа. Ведь вы и они, совершенно пренебрегая _его_ заповедью разрешать разногласия _в Церкви_, требуете, чтобы они разрешались в совершенно другом месте и совершенно другим органом. Власть, которую Христос прямо дал _Церкви_, вы отняли у Церкви и передали в руки отдельных лиц или определённых «судебных органов».

«Можно с полным правом сказать, что Церковь, — ответил методист, — делает
сама делает то, что поручает своим уполномоченным агентам и представителям.
Эти судебные органы являются агентами Церкви, через которых она осуществляет свою волю.


— Давайте на минутку остановимся на этом, — сказал мистер Кортни. — Церковь, которая
по велению Христа должна была в конечном счёте вынести решение между несогласными братьями, — это «_местное сообщество, членами которого они оба являются_.» Разве не это вы только что утверждали?


— Конечно, это так.

«И всё же вы говорите нам, что эти судебные органы, эти конференции, советы, синоды и ассамблеи являются уполномоченными
представители и агенты «_Церкви_». Да, они могут быть агентами тех объединённых организаций, которые вы называете методистской церковью, пресвитерианской церковью, епископальной церковью и так далее; но они не являются агентами _местного сообщества_, членами которого были оба этих брата. _Их действия не являются действиями этого сообщества._ Очень часто они прямо противоположны тому, что решило это сообщество. Они не слуги и не агенты, а _хозяева_ этого общества.
Они создают законы для этого общества. Они требуют от этого общества подчинения.
Они считают, что общество несёт ответственность перед ними, а не они перед обществом. Если общество откажется одобрить их действия, оно будет немедленно
отлучено от того, что они называют телом Христовым, как коррумпированный и оскверняющий член. Если оно восстанет против их указа или откажется его выполнять, оно само будет исключено из того, что они называют «Церковью». Если, таким образом, Христос оставил это дело Церкви,
_а Церковь — это местное сообщество_, членами которого являются оба брата,
то эти организации — _узурпаторы_. Они узурпировали
власть, которую Христос им не давал, и отняли её у тех, кому она была дана. Почему, сэр, даже если бы Церковь _делегировала_ свою власть конференциям, соборам, синодам или ассамблеям, этот акт _был бы совершенно недействительным_. Христос не мог его санкционировать. Он дал Церкви власть, которая должна осуществляться там; и она может быть делегирована только при открытом отрицании ЕГО ЗАКОНА, изложенного в этом тексте. Если, следовательно, речь идёт о местном обществе, о котором
говорил Христос, то весь авторитет ваших конференций, вся
Власть сессий, пресвитерий, синодов и советов даётся,
заявляется и осуществляется не только без санкции короля, но и в
открытое нарушение его заповеди. Церковь, которая _даёт_ её,
является мятежной. Тело, которое получает и осуществляет её,
ни в коем случае не является истинной Церковью Иисуса Христа, а
является, мягко говоря, самозванцем. Христу нет дела до такого
тела. Христос никогда не учреждал такое тело. Христос сделал поместную церковь высшей инстанцией. Она не имеет права подчиняться какой-либо земной власти, и в тот день она
Если она это сделает, то перестанет быть Церковью Христовой, ибо в ЕГО Церквях _только Он — Царь_. Она может просить _совета_ у сестринских Церквей или у мудрых и святых людей, но она не смеет и не может делегировать другим высшую власть, которой Христос наделил её. Его Церкви не позволено выбирать какого-либо человека или группу людей в качестве своих хозяев. Все её члены одинаково подчинены Христу и одинаково ответственны только перед Ним. Но как же тогда ими управлять? как можно было поддерживать дисциплину? Как можно было сохранять чистоту тела? Были законы, но как
могли ли они быть применены и какой властью претворены в жизнь? В этом заключалась
великая проблема. При ее решении, говорит Павел, многообразная мудрость Божья
стала известна начальствам и силам в небесных местах. Его
план был очень прост, и везде, где его честно испытывали, он оказывался
совершенно эффективным. Он сделал каждого священником и царем. Он
наделил каждого члена церкви правом исполнять его законы, но только тогда, когда
собирается вместе с братьями. Все, кто мог удобно расположиться, пришли добровольно и по взаимному согласию образовали
«_экклесия_», или официальное собрание, Христа. Оно подчинялось _его_
законам: оно действовало по _его_ велению: оно использовало _его_ имя, чтобы придать своим действиям законность; и как он _уполномочил_ его и наделил всей полнотой власти, так он и обещал пребывать в нём своим Духом и утверждать на небесах то, что оно делало на земле. В этом собрании все были равны. Не было ни подданных, ни господ. Ради порядка нужно было назначить председателя, но его выбрали сами братья. Он был лишь временным главой среди равных. Благодаря этому
На этом собрании совершались таинства. На этом собрании лежала обязанность следить за соблюдением законов Христа. Оно не могло _создавать_ законы. Оно не могло _изменять_ законы. Это было бы узурпацией прерогативы его Господа. Оно могло только применять и исполнять законы Христа. Именно к этому собранию, и ни к какому другому, брат должен был обратиться со своей жалобой; и когда оно выносило решение, никакая власть на земле не могла его отменить. Каждая церковь была самодостаточна — независима от любого земного контроля и подчинялась только закону Христа. _Это_ была Церковь Христа и Бога.
_Это_ было то учреждение, которое, как сказал Христос в другой главе, он построит, и это было то собрание, к которому он в этой главе направляет обиженного брата, чтобы тот изложил свою жалобу. Из этого отрывка мы узнаём только об одной из его целей, но, обратившись к 1 Кор. XI. 20–34, вы увидите, что именно на этом официальном собрании совершалось таинство Вечери Господней. Не как отдельные личности, а как _экклесия_,
_официальное_ собрание членов Церкви, они преломили хлеб и
выпили вино в торжественном и печальном, но всё же радостном воспоминании о его смерти. Если вы
Если вы обратитесь к Римлянам, глава 14, стих 1, то обнаружите, что этому телу было дано право решать, кого принимать в свои ряды. Если вы изучите пятую главу Первого послания к Коринфянам, то увидите, что этому телу было дано право и обязанность исключать из своих рядов безнравственных и порочных людей и предавать их сатане. Из Послания к Галатам, глава 6, стих 1, и Второго послания к Коринфянам, глава 2, стих 8, вы можете узнать, что этому телу было дано право восстанавливать нарушителя в правах при условии его раскаяния. Из 2 Фес. 3:6 видно, что их священным и непреложным долгом было отречься от тех, кто _изменил
таинства_ или совершались не по-христиански.

 «Эти обязанности и обязательства были обязательными для каждой экклесии;
и для их выполнения ей не требовалось и не разрешалось вмешательство кого-либо другого.
 Даже богодухновенный апостол, обращаясь к коринфянам,
не стал бы передавать дело о наказании в руки Церкви;
он лишь наставлял их в том, что требовал закон Христа в отношении
нарушителя. И, раскаявшись, он не стал принуждать его вернуться в лоно церкви, а любезно _попросил_ их подтвердить его
любовь к кающемуся, чтобы он не был подавлен чрезмерным горем».


«Думаю, — сказал доктор Тхинквелл, — теперь мы можем перейти к рассмотрению
других отрывков, которые, по вашим словам, обычно понимаются как относящиеся
к Вселенской церкви. Кажется, мы продвигаемся, но очень медленно».


«Общий принцип толкования, который мы только что установили, — сказал мистер Кортни, — поможет нам быстрее разобраться с остальными. Мы
увидели, что как происхождение слова ekklesia, так и его
практическое применение во многих случаях, когда оно относится к _реальному_ и
_видимая_ организация, она означала лишь _местную_ и независимую группу христиан — никогда все христиане не объединялись в одну группу. Кроме того, мы увидели, что это слово, не теряя своего значения, может использоваться в общем смысле как _название института_, основанного Христом. Точно так же мы каждый день применяем имя отдельного человека ко всему виду или семейству, к которому принадлежит этот человек. Например, мы говорим: «Слон — самое умное из животных» или «Собака — друг человека». Теперь, когда термин «_Церковь_» используется таким образом, он
Не более необходимо понимать это как указание на то, что все церкви объединены в одну великую церковь, видимую или невидимую, чем предполагать, что слова «слон» или «собака», используемые таким образом, должны обозначать всех слонов в мире, объединённых в одного неповоротливого слона, или что все собаки объединены в одну огромную собаку, которая является спутником некоего великана, включающего в себя всех людей на земле. Давайте применим это правило к трём отрывкам, в которых Павел говорит о том, что преследовал Церковь: 1 Кор. 15:9, Гал. 1:13, Фил.
iii. 6. «Ибо я наименьший из апостолов и недостоин называться апостолом, потому что я гнал Церковь Божию». «Ибо вы слышали о моём прежнем образе жизни в иудейской религии, как я сверх меры гнал Церковь Божию и опустошал её». «О рвении, с которым я гнал Церковь».

 «Некоторые считают, что в этих местах Павел имел в виду не что иное, как вселенскую Церковь. По правде говоря, он не мог иметь в виду ничего, кроме «Церкви, которая была в Иерусалиме», потому что это была _единственная_ Церковь, которую он когда-либо преследовал. В глубине души он хотел
Он собирался преследовать христиан и в Дамаске, если найдёт их там; но он этого не сделал. Христос встретил его по дороге и превратил тигра в ягнёнка.
 И когда Павел добрался до Дамаска, он стал проповедовать веру, которую когда-то разрушал, и сам подвергся жесточайшим гонениям со стороны своих бывших соратников. А что, если бы Павел действительно преследовал дюжину или сотню церквей? Из этого не следует, что он хотел сказать,
что он преследовал какую-то огромную видимую или невидимую организацию,
объединяющую всех членов Церкви на земле. Если я скажу
что я потратил много времени на охоту _на лису_ или на убийство _оленя_,
я не имею в виду, что я охотился и убил какую-то огромную «_универсальную_»
лису или «_универсального_» оленя. Легко понять, что, охотясь
_на любую_ отдельную лису, я охотился на «лису»; а убивая любого
отдельного оленя, я убивал «оленя». Почему мы не можем позволить Павлу использовать слова таким же образом? Если он преследовал какую-то конкретную церковь, то он преследовал «церковь».


 «Это очевидно, это здравый смысл. Спортсмен может понять, хотя это может озадачить доктора богословия. Кстати, мне это всегда казалось очень
Мне кажется странным, что люди не берут с собой свой _здравый смысл_, когда приходят изучать смысл Священного Писания.
Предположим, доктор, что ваш друг из Луизианы напишет вам что-то вроде следующего: «Я плантатор, выращивающий хлопок, но я недостоин называться плантатором, выращивающим хлопок, потому что около двадцати лет назад я был ярым противником Уитни и хлопкоочистительной машины».

«Что бы вы или кто-либо из присутствующих подумали о здравом смысле этого человека, который на основании этих слов серьёзно утверждает, что, хотя
Хлопкоочистительная машина — хорошо известная техника, и на тысячах плантаций можно увидеть множество отдельных хлопкоочистительных машин.
Однако около двадцати лет назад, должно быть, существовало нечто грандиозное и
сложная машина, состоящая из всех хлопкоочистительных машин мира,
объединённых в одну _большую хлопкоочистительную машину_ «_универсальную_», иначе этот человек не мог бы с полным правом сказать, что он выступал против «_хлопкоочистительной машины_»! И всё же именно в этом виноваты богословы, когда они принимают как должное или пытаются доказать, что когда-то должно было существовать и до сих пор должно существовать некое огромное конгломератное тело, видимое или невидимое, называемое «вселенской» Церковью и состоящее из всех христиан или всех церквей мира. В противном случае Павел мог бы
не мог бы с полным правом сказать, что он «преследовал _Церковь_ Божью».


 — Думаю, сэр, — сказал доктор, улыбаясь, — мы можем считать, что с этими тремя отрывками мы разобрались.


 — Тогда давайте возьмём ещё один. Перейдём к Посланию к Ефесянам, глава 3. 10 и 21: «Для того, чтобы
ныне начальствам и властям на небесах была известна через Церковь
многообразная премудрость Бога». «Ему слава в Церкви во Христе Иисусе во все роды, до скончания века».


«Идея, заложенная в первом из этих двух отрывков, заключается в том, что _ангелы_
Бог, которого в других местах называют князьями и силами, мог бы взглянуть на это чудесное изобретение Иисуса Христа для исполнения Его законов и обеспечения комфорта и благочестия Его народа и увидеть в нём доказательства мудрости Божьей. Это было _Божественное_ изобретение, отличающееся бесконечной мудростью. _Ничто другое не могло бы сработать так хорошо._ Люди не поверили в это. _Люди_ всё время вмешивались в Божий замысел и пытались его изменить. _Люди_ отложили его в сторону и заменили другими планами, но _ангелам_ он кажется
само совершенство мудрости. И одной из целей Бога при создании Церкви было то, чтобы через неё его мудрость стала известна небесным силам и властям. Но в чём же заключался этот план? Что _была_ эта Церковь? Как мы уже видели, это было местное собрание, в котором каждый член был равен всем остальным и через которое во имя Христа и по его власти должны были совершаться его таинства и исполняться его законы. Что такого есть в этих текстах, что требует
объединения всех церквей в одну, чтобы
подходящий язык? Предположим, что мой друг в Англии напишет мне
что он собирается опубликовать новую историю паровой машины‘, чтобы
королям и принцам, в их дворцах и на их
престолы, _может быть, благодаря двигателю станет известно о разностороннем мастерстве
изобретатель_:’Что бы вы подумали о здравом смысле этого человека, даже
хотя он был доктором механики, кто мог настаивать на том, что
хотя паровой двигатель был определенной и хорошо известной машиной, и существовало
огромное множество отдельных и отличных друг от друга паровых двигателей, все же не было
должен быть, так или иначе, огромным конгломератом «_универсальных_»
двигателей, состоящих из всех паровых двигателей мира, объединённых в один;
иначе слова моего друга о том, что «двигатель демонстрирует
многогранное мастерство изобретателя», будут совершенно
непонятными? Однако именно так богословы рассуждают о
подобном выражении Павла.

«В другом отрывке он говорит: «Ему слава в Церкви во
Христе Иисусе во все века, до скончания мира». Здесь я мог бы отметить, что в оригинале говорится «_во_» Иисусе Христе; а в некоторых рукописях
прочтите в Церкви «_и_» в Иисусе Христе. Но простая словесная критика
не поможет нам разобраться в вопросе, который мы обсуждаем. Богословы говорят, что Церковь, о которой здесь идёт речь, должна быть Церковью _вселенской_, иначе слова апостола совершенно неуместны и не имеют смысла. Что ж, давайте обратимся к нашему _здравому смыслу_ и попробуем.

«Я беру книгу, написанную каким-то великим поклонником драматургии, и читаю:
«Пусть поэзия Шекспира будет почитаема в театре режиссёрами и
актёры будут играть до скончания времён. Теперь, ваш доктор богословия, рассуждения
на этой, как он это делает на пол, не могли бы заверить меня, что, хотя есть
множество отдельных локальных театрах почти в каждой стране
цивилизованный мир, но что там необходимо, так или иначе, быть где-то
или другие какие-_one_ подавляющего ‘_universal_’ театр, состоящий из всех
театры в мире объединены в одну, либо видимый или невидимый, или
еще язык этого писателя является неправильным или бессмысленным; для
термин ‘библиотеки theatre_, использованных в этой связи, может означать не менее
в этом великом, охватывающем весь мир учреждении; и, возможно, он мог бы направить меня за дальнейшими доказательствами к самому бессмертному барду, который говорит, что «весь мир — театр» и т. д. Когда же люди научатся использовать свой разум в религиозных вопросах так же, как и в других?

— Согласен, — сказал доктор Тингвелл, — что мы уже разобрались с шестью из этих отрывков.
Но остались ещё некоторые, с которыми я не знаю, что делать, если только мы не признаем существование всеобщей или универсальной церкви.
Например, те, в которых говорится о церкви как о «_теле_ Христа, который является её _главой_».

— Таких отрывков несколько, — ответил мистер Кортни. — Фигура речи смелая и красивая, и апостолу Павлу она очень нравилась, потому что он использовал её снова и снова. Иногда мне казалось, что он позаимствовал её у Луки, любимого _врача_, потому что никто лучше врача не мог в полной мере оценить её силу и уместность. Однако до сих пор,
не проповедуя учение о вселенской Церкви, видимой или невидимой,
она может лишь с соблюдением приличий относиться к одной местной организации. И чтобы устранить даже тень сомнения в
Что касается этого вопроса, то сам апостол ясно и не раз
упоминает об этом. Он использует эту же иллюстрацию в своём Послании к Колоссянам, в Послании к Ефесянам, а также в Посланиях к
Римлянам и Коринфянам. И если в каком-то из этих мест формулировка может показаться неопределённой, то вся неясность устраняется при обращении к другим местам. Например, в Послании к Колоссянам есть простое утверждение (Кол. 1:18): «И Он — глава тела Церкви, полнота Церкви».
А в стихе 24 говорится: «Ради тела Его, которого телом Он будет жить».
В Посланиях к Ефесянам, Римлянам и Коринфянам он приводит это в качестве аргумента в пользу кротости, взаимной привязанности и терпения. Членов каждой церкви призывали любить друг друга, потому что все они были _одним телом_, главой которого был Христос. У них были разные дары и способности: кто-то был учителем, кто-то — пророком, кто-то мог говорить на иных языках, а у кого-то был дар исцеления. Возможно, у кого-то не было ни одного из этих необычных даров, но без них нельзя было обойтись: каждый был полезен на своём месте. (Еф. 4:11–16.) Все они были
«Необходимо для созидания» (буквально, для _строительства_) «тела Христова, чтобы оно росло в Того, Кто есть глава, из Которого всё тело, составляемое и совокупляемое посредством всякого сочленения и соединения, при действии в свою меру каждого члена, получает приращение к созиданию самому себя в любви».

 «Этот язык очень уместен, когда речь идёт об одном человеке»
Церковь, члены которой связаны узами христианского братства, где каждый помогает другому радоваться и возрастать в благодати.
О таком теле можно с уверенностью сказать, что оно «_хорошо соединено и
компактированный_. Но теперь, если вы примените это к тому, что люди называют
‘универсальной_’ Церковью, это просто бессмыслица. _ Где ваша вселенская
Церковь, которая таким образом надлежащим образом соединена и уплотнена?_ Являются
Методисты, и пресвитериане, и лютеране, и баптисты, и
Епископалы, таким образом, ‘объединились и уплотнились’?

“Но нет необходимости спорить об этом. Сам апостол определяет
что он имел в виду под телом Христовым в этих местах, и это так ясно
и определенно, что исключает малейшую возможность ошибки.

“Обратимся к Римлянам xii. 3-8: ‘Ибо я говорю: по милости, данной мне,
_каждому из вас_, чтобы он не мыслил о себе больше, нежели должно думать, но чтобы он мыслил скромно, по мере веры, какой каждому из вас Бог уделил. Ибо как _мы_ [каждый из нас] имеем много членов в одном теле, и все члены не имеют одного и того же назначения, так и мы, [члены Церкви], будучи многими, составляем одно тело во Христе, и каждый из нас принадлежит всем и все — каждому.

«Итак, кто же были эти _члены_ тела Христова? Были ли это разные
Церкви, которые объединились в одно тело? Или же это были
_отдельные члены одной Церкви_ в Риме, к которой был обращён Павел
писал? Это был «всякий из них», ст. 3. Это были _отдельные_
члены Церкви, которые были членами тела, а это тело было _их собственной
Церковью_, а не разными Церквями, которые были членами или _ветвями_ какого-то
крупного церковного учреждения.

«Но теперь обратимся к 1-му посланию к Коринфянам, глава 12, стих 12, где эта метафора раскрывается и прорабатывается во всех мельчайших деталях, а её предполагаемое применение выражено в следующих словах: «Ибо, как тело одно, но имеет многие члены, и все члены одного тела, хотя их и много, составляют [однако] одно тело, так и Христос». Стих 14: «Ибо тело — не один член, но многие».
многие». Затем он продолжает объяснять, что, хотя каждый орган отличается от других своими возможностями и функциями, он является не только частью тела, но и абсолютно необходим для его целостности и комфорта.
 Тело — это не только глаза, уши, руки или ноги; но Бог расположил каждый его орган на своём месте и наделил его способностью выполнять свою функцию. Глаз не может обойтись без ног, а ноги не могут нормально функционировать без глаза. И даже те члены общества, которые кажутся самыми слабыми и бесполезными, всё равно занимают своё место
незаменимый. Никто не может быть увезен или ранен, но все остальные
пострадают. И затем, в 27-м стихе, чтобы устранить все возможные сомнения
относительно применимости сравнения и показать им и нам
что он имел в виду не кого-либо другого, а только саму Коринфскую Церковь
, он говорит: ‘Теперь ВЫ тело Христово", и члены в частности".
”

“Этого достаточно, сэр”, - ответил доктор. «Когда само Вдохновение обратилось с просьбой к одной-единственной местной организации, с моей стороны было бы безумием настаивать на том, что это должно означать что-то ещё.  Вы можете продолжать
к другим вашим текстам».

 «Если миссис Перси обратится к пятой главе Послания к Ефесянам, она найдёт, что слово «церковь» встречается там пять или шесть раз в два раза большем количестве стихов и используется в значении, очень похожем на то, которое мы только что рассмотрели. Давайте начнём с 22-го стиха: «Жёны, повинуйтесь своим мужьям, как Господу, потому что муж есть глава жены, как и Христос глава Церкви, и Он же Спаситель тела. Поэтому, как Церковь повинуется Христу, так и жёны должны повиноваться своим мужьям во всём. Мужья, любите своих жён, как и Христос возлюбил Церковь и предал Себя за неё, чтобы освятить её, очистив ту, которую Он освятил, дабы она была свята и перед Ним».
жены, подобно тому, как Христос также возлюбил Церковь и отдал себя за нее;
чтобы Он мог освятить и очистить ее омовением водным посредством
слова, чтобы он мог представить ее себе славной Церковью, не имеющей
пятна или порока, или чего-либо подобного; но чтобы она была святой и
без единого изъяна. Так и мужчины должны любить своих жен, как собственное тело.
Кто любит свою жену, тот любит себя. Ибо никто никогда не имел ненависти к своей плоти, но питает и греет её, как и Господь Церковь. Ибо мы — члены тела Его, от плоти Его и от костей Его.
«Посему оставит человек отца своего и мать и прилепится к жене своей, и будут двое одна плоть. Тайна сия велика; но я говорю о Христе и Церкви».


«Я не понимаю, — сказал мистер Перси, — как мы можем ограничить применение этих слов Церковью в Эфесе. Это Церковь, за которую
Христос умер, Церковь, которую он любил и отдал за неё свою жизнь:
та Церковь, которую он собирается представить себе как славную
Церковь, святую и чистую, без пятна или изъяна, или чего-то подобного».

— Да, — сказал мистер Кортни, — это та самая Церковь, которую, по его словам, он _построит_ в Евангелии от Матфея, глава 16, стих 18. Та самая Церковь, в которую он велел обиженному брату прийти и рассказать о своей обиде. Через неё его мудрость должна была стать известна начальствам и властям на небесах, и через неё он должен был прославиться навеки. И, как мы уже видели, это не какая-то _конкретная_ поместная церковь, и тем более не _все_ церкви, объединённые в одну большую коллективную «вселенскую» церковь. Перечитайте 23-й стих. Он даёт ключ к правильному пониманию
весь отрывок. Христос — глава этой Церкви, которую Он возлюбил, за которую умер и которую освятит и спасёт — _так же_, как муж — глава жены. «Муж — глава жены, как Христос — глава Церкви». Что же здесь подразумевается под _женой_? Все ли жёны во всём мире, взятые вместе, составляют одну большую «вселенскую» жену? Вовсе нет. Слово «жена» используется как
_обобщающее понятие_. Оно обозначает замужних женщин в целом. Оно не объединяет всех замужних женщин в одну огромную группу.
Жена, видимая или невидимая, «всеобщая», но это просто означает, что у _каждой_ жены из всего множества есть свой муж, который направляет её, защищает и устанавливает для неё законы. Точно так же Христос является главой, защитником, Спасителем и правителем своей Церкви. Как «жена» здесь не означает всех жён в одном лице, так и «Церковь» не может означать все Церкви в одном лице. Но смысл в том, что каждая истинная Церковь из всего множества Церквей связана с Христом настолько тесным и нежным союзом, что он напоминает союз между мужем и женой.
воистину, это так, как если бы каждая церковь была частью его самого, «кость от кости его и плоть от плоти его»


Слово «церковь» здесь, как и в других подобных местах, которые мы рассматривали, относится не к большому объединённому целому, а к _каждой из_ всех церквей. Точно так же, когда Павел говорит, что неверующий муж освящается
женой, он не может иметь в виду, что все неверующие мужья в мире
должны рассматриваться как один большой коллективный «вселенский»
муж, который освящается одной огромной коллективной, видимой или
невидимой, «вселенской» женой. Он имеет в виду только то, что каждый
и каждый неверующий муж находится в таком же отношении к своей
верующей жене.

 «Это же правило применимо ко _всем_ этим отрывкам, которые на первый взгляд кажутся относящимися ко всему множеству
Церквей, рассматриваемых в совокупности, как к одной большой конгломератной Церкви.
Такой Церкви не существует: такой Церкви никогда не было, и, по самой природе дела, такой Церкви никогда не будет на земле. Мы
можем _представить_ себе что-то подобное; и как поэт «даёт воздушным
_ничтожествам_ пристанище и имя», так и мы, задумавшись о
все члены Церкви, как если бы они были собраны в одной огромной экклесии,
мы можем дать название этой _концепции_ и можем назвать ее ‘Церковью
всеобщее", но оно будет иметь не больше реальности, когда мы назовем его таким образом
, чем было раньше. Это все равно будет простым творением мозга.
И я не обнаруживаю, чтобы ни Павел, ни какой-либо другой автор "Слова"
когда-либо задумывали это или называли это. Церковь Христова, _как исполнительный орган в Его Царстве_, должна быть видимой и действующей, занимающейся делами. Она не может быть невидимой: она _не может_ быть
всеобщее. Если бы это было так, то это не было бы настоящим (_экклесия_) собранием.

«_ЦАРСТВО может быть всеобщим_. Царство включает в себя все Церкви.
_Видимое_ царство включает в себя всех, кто исповедует свою веру во
Христа и был крещён, даже если они не являются членами какой-либо
Церкви. Эфиопский военачальник был _в видимом царстве_, когда они с Филиппом вышли из воды, но он ещё не присоединился ни к одной
Церкви.

 «Есть ещё _невидимое царство_ Христа, которое простирается ещё дальше.
 Каждый, кто уверовал во Христа и в своём сердце принял
Тот, кто любит его как своего Господа, является подданным этого царства. Народ Христов не
весь состоит из _его Церкви_. Некоторые находятся _даже в царстве
самого Антихриста_; ибо он говорит, когда мистический Вавилон, опьяненный кровью святых, вот-вот будет разрушен: «Выйдите из него, народ Мой, чтобы не участвовать вам в язвах его». Церковь — это не
царство, и царство — это не Церковь; но Церковь _является институтом царства_, точно так же, как суды являются институтом государства, то есть частью государства, уполномоченной
законы государства и ведение определённого вида деятельности под контролем государства, но не в рамках государства. Тем не менее верно, что _каждый подданный_ невидимого царства
_обязан_ по закону Христа стать, если это возможно, подданным
_видимого_ царства, исповедав свою веру и приняв крещение. Также верно, что долг и привилегия каждого такого подданного _видимого царства_ — стать и, по возможности, оставаться _членом какой-либо церкви_. Только будучи членом церкви, он может участвовать в
о Царстве или причаститесь к символам преломлённого хлеба и пролитой крови Спасителя в память о Нём.


Мы рассмотрели все места, кроме одного, и оно вряд ли прольёт свет на этот вопрос. Это Послание к Евреям, глава 12, стих 23 — отрывок, безусловно, очень образный и малопонятный. Мне кажется наиболее вероятным, что апостол использует здесь это слово в его _общегреческом значении_,
то есть просто для обозначения собрания или созыва избранных
лиц, а вовсе не в его специальном значении. Он противопоставляет
Еврейская экономика и христианский уклад в целом.
Их отцы, жившие по закону, пришли на гору Синай — гору, к которой можно было прикоснуться; гору, которая пылала огнём и была окутана тьмой и бурей.
Они услышали пронзительный звук ужасной трубы, и голос произнёс такие страшные слова, что те, кто их услышал, молили Бога никогда больше их не слышать.
 И настолько ужасной была эта сцена, что даже Моисей задрожал от страха. _Таков_
был ужасный аспект _закона_. Но вы, живущие по Евангелию,
мы пришли на гору Сион — гору мира, безопасности и красоты — в город живого Бога, небесный Иерусалим, к
бесчисленному сонму ангелов, к общему собранию и Церкви первенцев,
которые записаны (или зарегистрированы) на небесах, к Богу,
Судье всех, к духам праведников, достигших совершенства, к Иисусу,
Посреднику нового завета, и к крови окропления, которая говорит лучше,
чем кровь Авеля. _Это_ то, о чём говорится в Евангелии.

 «Итак, они представлены как восшедшие на _небеса_
Иерусалим. Именно _там_ они встречаются с бесчисленным воинством ангелов.
 Именно _там_ они находят «_панегурей_», что переводится как «общее собрание», но буквально означает великое _праздничное_ собрание, и там они встречаются с «экклесией» «_первенцев_,» тех, кто является _особым
избранником_; именно так этот термин использовался в иврите; или тех, кто имел право первородства и был _зарегистрирован_ на небесах.

 «Итак, греческая экклесия представляла собой собрание призванных и квалифицированных граждан, наделённых определёнными правами и _зарегистрированных_ в городе
записи. Итак, Павел говорит здесь о _избранном собрании_ привилегированных
лиц, чьи имена были _регистрированны_ в _heaven_, как имеющих там свое
гражданство.”

“Пусть это означает, что он может”, - сказал Феодосию: “я не вижу, что мы можем
чему научиться от него о Конституции и характере Церкви
Христа _on earth_, если оно будет, что оно должно состоять только из
верующие, имена которых написаны в Книге Жизни Агнца”.

— Что ж, — сказала странная дама, — я рада, что вы наконец-то справились с этим утомительным заданием. Я и не подозревала, как много в Священном Писании говорится о Церкви.

— И я тоже, — сказала Теодосия. — И я рада, что их учение такое единообразное и простое. Теперь я всегда буду _знать, что такое церковь_ и что _не является_ церковью. Вам не кажется, доктор, что теперь вы сможете узнать церковь, когда встретите её?

— Должен признаться, мадам, что то, что мы обнаружили, настолько отличается от моих предубеждений — от всего того, что я с детства считал Церковью и что я всегда считал Церковью, — что мне нужно немного времени, чтобы всё обдумать. Я хочу поразмыслить над этим и помолиться, а потом, возможно, я буду готов ответить на ваш вопрос.
вопрос. В настоящее время, я уверен, вся компания, должно быть, устала от этого
долгого обсуждения. Давайте отложим любой дальнейший разговор на эту тему
до завтра”.




ЧЕТВЕРТЫЙ ДЕНЬ ПУТИ.

В котором обнаруживаются некоторые отличительные признаки, по которым человек может
узнать истинную Церковь Иисуса Христа, где бы ему ни довелось ее найти.

Удивительно, какие странные слухи о их разговорах доходили до той части корабля, где пассажиры-джентльмены играли в карты и курили сигары.


У тех, кто их слышал, складывалось следующее впечатление:
Эти два джентльмена и очень приятная дама (которая, кстати, считала себя очень умной) изо всех сил старались убедить старого неверующего доктора Тхинкуэлла, что если он согласится на крещение, то наверняка попадёт в рай, а если нет, то его отправят в ад, как и всех остальных, кто не верит в Бога и не признаёт истинность Библии.

Некоторые, однако, считали, что у спорщиков были разные мнения по этому вопросу и что _только баптистский проповедник_
Перси обрекал на вечные муки всех, кто не пил пиво.
погибель; и что он заверил методиста, что найти методиста на небесах так же трудно, как найти скумбрию в пруду для лошадей. Другой заявил, что слышал часть сказанного и может заверить толпу, что они всё доказывают с помощью Священного Писания.
«И этого, — сказал он, — достаточно, чтобы показать, что Библия бесполезна.
Ведь что бы в мире ни хотел доказать человек, он может найти для этого текст». Да, господа, — продолжил он, — я слышал, как этот парень
Кортни сказал, что у него есть больше сотни сообщений, подтверждающих, что
В мире есть только одна церковь, и находится она где-то в старой стране».


«Одно можно сказать наверняка, — ответил его друг, — они не смогут убедить меня в том, что старый пастор Томпкинс не знает, что говорится в Библии. А он самый убеждённый пресвитерианин из всех, кого я видел».

«Дело в том, — сказал другой, — что все они правы и все они неправы.
Они должны проявлять милосердие друг к другу и не посылать друг друга в ад только потому, что не готовы идти в рай через воды Иордана».

Однако наши спорщики, к счастью, не знали об этих замечаниях.
Не сомневаясь в правдивости и достаточности священных писаний,
они вернулись к ним с полной уверенностью в том, что смогут найти в
них образец христианской церкви, настолько совершенный и
настолько ясно описанный, что им не составит труда распознать его
и по этому образцу определить, что институт церкви всё ещё
существует в мире.

«Если я не достиг своей цели вчера, — сказал мистер Кортни, — то я докажу вам это в Священном Писании — и не в отрыве от контекста».
не из текстов, а из тщательного сравнения и скрупулезного изучения _всех_ мест, где встречается слово ekklesia (или Церковь), — что это учреждение не является царством, а представляет собой организацию, созданную для определенных конкретных целей в рамках царства, подобно суду или присяжным в нашем государстве».

«Я ещё раз обдумал факты и аргументы, — ответил доктор, — и должен признать, что не вижу ни искажения текста, ни логических ошибок.
Но всё же я не вижу, что стал намного ближе к достижению цели»
объект, который я имею в виду. Вы убедили меня, что Церковь — это
местная и независимая организация, существующая где-то в пределах царства; но
вы не показали мне, что это такое, и не сказали, где я могу её найти.

 «Я, надеюсь, являюсь членом невидимого царства Христа: я хочу стать частью видимого царства. Для этого, как я понимаю, я должен публично исповедовать свою веру и принять крещение. Кому я должен исповедовать свою веру?» и по чьему указанию я должен креститься? Это входит в компетенцию _Церкви_. Если таковы _законы_
королевство, а Церковь является исполнителем и распорядителем этих законов
тогда я должен обратиться к Церкви в ее официальном качестве с просьбой
принять и окрестить меня”.

“Совершенно верно, сэр”.

“Но я не знаю, что это за Церковь. _ вы_ скажете мне, что это такое.
ее можно найти среди баптистов. Другой говорит, среди пресвитериан.
Мои родители учили меня, что епископальная - это Церковь, и наш
Мой друг-методист уверяет меня, что я волен выбирать из дюжины претендентов и что мне больше всего понравится там, где
истинная Церковь для меня. Теперь я хочу знать вот что: как я могу определить
что из всего этого правильно? Можете ли вы показать мне в Священных Писаниях какие-либо такие
отличительные знаки, которые позволят мне распознать истинную
Церковь, когда я ее увижу?

“Совершенно определенно, я могу. Писание очень ясно, и обильно
явные, на эту тему.

«Мы уже видели, что первый пример _экклесии_, или Церкви Христовой, был дан в Иерусалиме. Это был образец, по которому строились другие Церкви Нового Завета; и то же самое
образец должен регулировать устройство, членство и обряды христианских церквей вплоть до настоящего времени.

 «Человеческие конституции могут подвергаться изменениям, но Божественный закон, не подлежащий улучшению, никогда не может быть изменён.
Поэтому, чтобы узнать, что представляет собой христианская церковь _сейчас_, нам нужно лишь узнать, что было _существенным тогда_».

— Это само собой разумеется, мистер Кортни, но мы должны быть очень осторожны, чтобы не спутать существенное с несущественным и, следовательно, безразличным.


 — Совершенно верно, сэр, осторожность не помешает, и поэтому можно
Нам было бы полезно заранее определить, что _является необходимым и
важным_. Все остальное мы можем отбросить».

 «Первые Церкви, например, — предположила Феодосия, — собирались в частных домах или в еврейских синагогах; но это было лишь случайностью, и они были бы такими же настоящими Церквями, если бы собирались в великолепных храмах или в густом лесу».

— Или, — сказал мистер Перси, — в «пещерах и логовах земных», как они были вынуждены делать в древности. Но поскольку это было официальное учреждение, действовавшее от имени другого лица, там должен был быть
некоторые _конституционные_ ограничения в отношении его организации — в отношении того, кто должен входить в его состав, и в отношении объёма его полномочий. Христос, как царь в этом новом царстве, которое он основал, издал определённые законы и установил определённые таинства. Для правильного понимания и применения этих законов и таинств он назначил Церковь своей судебной и исполнительной властью. Итак, судебная и исполнительная власть должны состоять из определённых _лиц_, организованных по определённому плану и руководствующихся в своей официальной работе конкретными и установленными правилами.
По крайней мере, это следует считать _необходимым_».

 «Не лучше ли, — спросил доктор, — рассмотреть один вопрос за раз и убедиться в его обоснованности, прежде чем переходить к другому? Так мы избежим путаницы и устраним даже тень сомнения».

— Очень хорошо, — ответил мистер Кортни, — и давайте сначала выясним, из каких _личностей_ должна состоять Церковь, чтобы мы могли считать её истинной _Церковью Иисуса Христа_. И я говорю: 1. _Она должна состоять из тех, кто является членами видимого царства._ Это само собой разумеется.
(после того, что мы уже выяснили, а именно: что Церковь — это
институт внутри царства, отвечающий за соблюдение законов и
установлений царства;) ведь невозможно представить, чтобы
король доверил исполнение этих законов и соблюдение этих
установлений тем, кто не является частью царства; и мы уже
видели, что никто не может быть частью видимого царства, если
он не исповедует _покаяние_ в грехе и _веру_ в
Христос, и в знак этого исповедания _крестился_ в послушание Его заповеди.

«Но, чтобы не показаться слишком поверхностным в решении этого вопроса, давайте снова обратимся к Писанию и с помощью тех же средств, с помощью которых мы выяснили, кто является членами видимого царства, узнаем, кто является членами видимой Церкви.

 Полагаю, мы согласны в одном: _что бы ни было существенным для членства в Церкви во времена =апостолов= и в организованных ими Церквях, это_ ПО-ПРЕЖНЕМУ СУЩЕСТВЕННО».

— Конечно, — ответил доктор, — это не требует доказательств, ведь со времён апостолов никому не было позволено менять
устройство Церкви. Они установили его в соответствии с наставлениями Иисуса и Святого Духа, которого Он послал, чтобы научить их и напомнить им обо всём. То, что было установлено их заповедями или их примером, никогда не может быть отменено, изменено или модифицировано какой-либо властью на земле. Поэтому, какой бы они ни сделали Церковь,
это _была_ Церковь, и _только_ такой она должна быть _сейчас_ и _всегда_,
до второго пришествия Христа».

«Очень хорошо. Теперь давайте обратимся к Книге и посмотрим, какими были апостольские
 церкви _в отношении своего членства_, ведь сейчас речь идёт именно об этом
на рассмотрении.

 «Вы помните, что первым примером _экклесии_, или Церкви Христовой, была та, что была основана в Иерусалиме. Люди, из которых она состояла, были «подготовлены» и «приведены в готовность» Иоанном. Он принял их _в царство_, крестя их в знак покаяния и веры, согласно повелению Того, кем он был послан. Точное время, когда из этих материалов была сформирована первая _Церковь_, неизвестно. Впервые мы встречаем её в Деяниях апостолов, где она _занимается делами_ царства как «экклесия».
15, 26. Тогда их было всего сто двадцать, и они собрались в верхней комнате и после молитвы приступили к избранию одного из своих товарищей, чтобы он занял место, освободившееся после смерти Иуды. Все они были «учениками», следовательно, их обучали. Все они были
исповедующими веру во Христа и все они были людьми молитвы.
Поэтому мы можем с уверенностью заключить, что все они были
_исповедующими веру_. Среди них были мужчины и женщины, но _детей не было_.
Вскоре после этого мы узнали, что к ним присоединились ещё три тысячи
_ekklesia_ в один день; и с тех пор она называется «_ekklesia_ [или Церковь], которая была в Иерусалиме».
Первоначальными сто двадцатью были молящиеся мужчины и молящиеся женщины — ученики Господа.
Три тысячи были из тех, «кому было возвещено» (Деяния
ii. 37); они были достаточно взрослыми, чтобы «покаяться» и «с радостью принять» Евангелие;
и когда они это сделали, их _крестили_ и присоединили к Церкви;
и, как и первые, «они твёрдо придерживались учения апостолов и общения, преломления хлеба и молитвы»
молитвы». (Деяния 1:42.) Таким образом, похоже, что среди них не было ни одного маленького беспомощного младенца. Те, кто продолжал прибывать ежедневно (стих 47), были «теми, кто должен был спастись», или, как сказано в оригинале, буквально «_спасёнными_.» Следовательно, они по необходимости были верующими,
поскольку никого другого нельзя назвать «спасёнными», и особенно
поскольку весь опыт показывает, что младенцы, если и не всегда
спасены, то часто спасены во грехе. К ним присоединились ещё пять
тысяч человек (Деяния 4:4), которые слышали и понимали
Они слушали проповедь и уверовали в спасение своих душ; то же самое можно сказать и о «множестве мужчин и женщин», которые присоединились к ним, как записано в Деяниях 5:14. Точно так же большая группа священников (Деяния 6:7) не была допущена, пока они не стали «послушны вере»
Таким образом, Церковь, очевидно, состояла из «учеников» — тех, кто мог
слышать и понимать слово, верил в него и раскаивался в своих грехах, а затем принимал крещение. Здесь упомянуто более восьми тысяч мужчин и женщин, не считая «множества» других людей, которые, как говорится,
к этой _экклесии_ присоединились новые члены, _но среди них не было ни одного, кто не был бы ОФИЦИАЛЬНЫМ ВЕРУЮЩИМ_. Если среди них были младенцы, то Лука был лжеисториком. Таким образом, мы считаем одним из характерных признаков истинной Церкви Христовой то, что она состоит из верующих, а не из «верующих и их детей», как учат некоторые, и не из верующих и _всех_ детей, которых можно заставить принять обряд крещения, независимо от того, верующие их родители или нет, как утверждают наши друзья-методисты вместе с большинством сторонников педокрещения.

— Пожалуйста, остановитесь ненадолго, мистер Кортни, — воскликнула Теодосия. — Нам, вероятно, ещё не раз придётся обращаться к этим характерным признакам.
Я бы хотела, чтобы они были записаны.

 С этими словами она достала из ридикюля небольшую дощечку и написала на ней следующее:

 Признаки, по которым можно распознать истинную Церковь Иисуса Христа.

 I. Она состоит только из тех, кто исповедует веру во Христа.


«Если вы считаете меня участником этого расследования, — сказал методист, — я возьму на себя смелость выразить протест против принятия этого теста».

«И я тоже, с позволения этой компании, которая, как я полагаю, действительно
стремится познать всю истину, как она есть в Иисусе».

Последним выступавшим был мужчина в расцвете сил, хотя несколько седых волос уже преждевременно смешались с его угольно-чёрными локонами. У него было крупное
телосложение, но он был очень бледен, а его выразительные большие
чёрные глаза казались ещё больше и чернее на фоне мраморного лба и
пепельно-серого, бескровного лица. Всё утро он слушал очень
внимательно и время от времени
Он сделал небольшую пометку в своём блокноте, записав изложенные тезисы, но, очевидно, с намерением использовать их в другое время, а не сейчас.  Говоря это, он выразительно положил руку на край стола и показал, что, как бы ему ни хотелось уклониться от спора, теперь он готов принять участие в дискуссии.

— Я с большим удовольствием выслушал, — продолжил он, обращаясь к мистеру Кортни, — большинство ваших замечаний, ибо я люблю наблюдать за бесстрашным и смелым исследованием любого предмета, особенно связанного с
наша святая религия. До сегодняшнего утра я был прикован к своей койке из-за болезни и поэтому не имел удовольствия присутствовать на ваших предыдущих беседах, которые, как я понимаю, занимали часть каждого утра в течение нескольких дней. Я не собирался принимать участие в вашем обсуждении. Однако, я надеюсь, вы простите меня, если я предположу, что на самом деле нет никаких оснований для этого _испытания_, которое вы так правдоподобно придумали и попытались обосновать с помощью такого хитроумного набора библейских доказательств.

 — Конечно, — ответил методист, — мы не можем признать такое испытание
Это так, но если мы это сделаем, то это _сразу же отлучит от церкви_ почти весь христианский мир.
— Это правда, — сказал другой, — но я возражаю не по этой причине.
Я понимаю, что в этом споре можно апеллировать только к _Святому Писанию_. И хотя я считаю своим долгом интерпретировать это слово в соответствии с тем, что «Церковь» понимала под ним в каждую эпоху и в каждой стране, я настолько убеждён в том, что Церковь понимала его в соответствии с его естественным и законным значением, что готов апеллировать к этому слову в его истинном значении.
как записано, и принимать каждое предложение в его общепринятом и правильном значении, как того требует здравый смысл; и возражение, которое я выдвигаю против предложенного теста, заключается в том, что он _на самом деле не основан на Писании: он не подтверждается Писанием_».

«Это, безусловно, — ответил мистер Кортни, — веское основание для возражения. Мы хотим найти _Церковь, основанную Христом и апостолами_. Мы не признаём никакой власти, кроме Библии. Мы _знаем_,
что традиция лжёт, но мы знаем, что слово Божье — это истина. Как протестанты, мы считаем, что это _достаточное_ правило как для нашей веры, так и
практика. То, чего мы не можем там найти, мы не обязаны признавать имеющим какую-либо обязательную силу; и мы, как отдельные личности, каждый из которых несёт ответственность перед Богом Библии, обязаны каждый для себя изучить и понять её учение. Если вы можете принять _учение Церкви_, то это потому, что вы уже решили для себя вопрос о том, что такое Церковь на самом деле. Но это как раз тот вопрос, по которому мы спорим. Мы пока не знаем, что такое Церковь и где она находится, и, следовательно, не можем ни просить о ней, ни принимать её
интерпретации. Но если вы придете к этой книге, и разберем
для себя в смысл слов, мы с удовольствием отдыхать
любые возражения, вы можете предложить.”

— Я думаю, сэр, — ответил епископ (ибо это был не кто иной, как протестантский епископальный епископ епархии ;), — я думаю, сэр, что понимаю вашу позицию. Я готов встретиться с вами на ваших условиях. Я хочу сказать следующее: _неверно, что_ апостольские церкви состояли _только_ и _во всех случаях_ из взрослых верующих.

— Тогда мы должны отказаться от нашего теста, — ответил мистер Кортни. — Но вы же не ожидаете, что мы поверим вам на слово. Вы, конечно же, расскажете нам, кого ещё апостолы приняли в члены Церкви, и укажете нам главу и стих, чтобы мы могли сами увидеть это в Писании.

— Конечно, мой дорогой сэр, я покажу вам это в Книге, — и с этими словами он придвинул к себе Библию и открыл её на шестнадцатой главе Деяний. — Следует признать, — сказал он, — что в отчёте о Церкви в Иерусалиме не упоминается никто, кроме таких, как
вы указали; но из этого не следует, что других не было
_совсем не было_. Мы не читаем о том, что апостолы когда-либо были крещены,
но мы не сомневаемся, что они были крещены. И хотя нет никаких записей
о крещении и последующем членстве в Церкви детей и семей иерусалимских христиан,
тем не менее, поскольку мы знаем, что
_в других местах_ апостолы крестили всё домохозяйство по вере главы дома,
и поскольку Пётр в той речи, в которой он впервые возвестил о благой вести и условиях спасения во Христе, сказал:
Евреи заверили их, что обещание относится не только к ним, но и к их детям.
Я думаю, мы можем с уверенностью заключить, что впоследствии они приняли детей иерусалимских христиан, хотя никаких записей об этом не сохранилось. И это предположение значительно
укрепляется тем обстоятельством, что ни в Священном Писании, ни в какой-либо другой истории тех дней мы не читаем о каком-либо волнении или суматохе
по поводу исключения детей, а ведь они наверняка были бы, если бы в устройстве Церкви Божьей произошли столь значительные изменения
на самом деле так и было, поскольку, согласно правилам иудейской церкви,
_дети всегда_ принимались в лоно церкви и не могли быть исключены из него без того, чтобы это не вызвало по крайней мере вопросов, если не возражений».

«Вы можете счесть нас неразумными, — ответил мистер Перси, — но мы можем быть удовлетворены только в том случае, если нам будет дано чёткое указание на то, что
дети _могут_ стать членами церкви, или если нам будет показан _пример_ того, что они _стали_ членами церкви. Наше исследование Священного Писания уже показало нам, что Церковь — это _деловая организация_: организация
которому Христос, Царь, доверил исполнение Своих законов и совершение Своих таинств. Мы не можем представить себе, чтобы такой орган состоял из маленьких детей, полностью или частично.
И если вы не покажете нам приказ, согласно которому они были приняты, или какой-либо пример их фактического присутствия, мы будем сомневаться в том, что они вообще когда-либо были приняты.
В Иерусалимской церкви, единственной из тех, что мы исследовали в этом отношении, мы нашли записи о принятии в лоно церкви восьми тысяч человек и множества других, но _все_ они...
без _единого исключения_ они упоминаются как мужчины и женщины, которые могли
слышать слово, верить слову, принимать его с радостью и продолжать
в учении и общении апостолов. Нет ни малейшего намёка на то, что
они взяли с собой детей или что во всей этой огромной компании был
хотя бы один плачущий младенец. Но вы говорите, что они _могли
быть_, хотя об этом нет никаких упоминаний. Я бы сказал, что там
могли быть _обезьяны_! В абстрактном смысле это не невозможно. Но где доказательство?
В том, что Питер сказал: «Обещание — это
тебе и твоим детям?» Но это было не обещание _членства в Церкви_, а лишь обещание, что Бог «излит Духа Своего на всю
плоть, и ваши сыновья и ваши дочери будут пророчествовать» и т. д. Какое
отношение это имеет к младенцам? Связано ли это с тем, что дети
были обрезаны по закону Моисея? Но эта Церковь не была ни продолжением, ни модификацией Моисеева закона. Это был _новый_ институт. Оно
принадлежало _новому_ царству, о котором пророчествовали пророки и которое
пришёл установить Христос. «Закон и пророки были _до Иоанна_».
Затем они были заменены пришествием Господа. Он установил законы для Своего Царства. Если младенцы были частью иудейской системы, то
это потому, что Бог _так предопределил_ и ясно _объявил_ через
Авраама и Моисея; и если Иисус так же ясно или вообще без всяких слов объявил, что они должны быть частью Его нового установления, то вы можете показать нам запись в Новом Завете, который является законом Его Царства, как Ветхий Завет был законом другого Царства».

«Я понимаю, господа, что сделанные мной выводы не дают _уверенности_ в том, что в Церкви _в том виде, в котором она существовала, были младенцы
в Иерусалиме_, но они, по крайней мере, делают это чрезвычайно вероятным; и если мы
сможем доказать, что они были приняты _в любое время_ или в _любом месте_
_любым_ из апостолов, это будет иметь такое же значение для нашего аргумента,
как если бы мы могли показать, что они были в Церкви в Иерусалиме».

«Совершенно верно, сэр, — ответил мистер Кортни. — Найдите их, где сможете, и мы уступим вам».

«Я как раз собирался обратить ваше внимание на 16-ю главу Деяний, в которой мы находим два примера того, как Павел и Сила принимали у себя целые семьи верующих.
И вы знаете, что это лишь два примера из нескольких
другие такого же рода, как семья Корнилия, Стефана и т.д.”.

“Состоял ли кто-нибудь из этих семей из неверующих или из маленьких
младенцев?”

“Скорее всего, так и было: в большинстве семей такие есть”.

“Но есть ли какие-нибудь _доказательства_ того, что в _ этих_ семьях они действительно были?
семьи? Считается ли кто-нибудь из них неверующими или младенцами? Напротив, разве не сказано о доме Стефана, что они
«посвятили себя служению святым»? Разве не сказано прямо о семье Корнилия, что «Святой Дух сошёл на них,
и что они говорили языками и прославляли Бога?» (Деяния 10:44–46.)
 Разве домочадцы Лидии не были «братьями» (о которых говорится в 40-м стихе главы), которых Павел и Сила утешали после того, как вышли из тюрьмы и вернулись в её дом? И разве Павел не ‘говорил слово ко
всему’ дому тюремщика, и разве ‘весь дом его’ не объединился с
ним в вере? Версия 34. Если я правильно прочитал, существует столько же
доказательств того, что они "_верили_", сколько и того, что они были
‘_крещены_”.

“Но есть, - сказал методист, - по крайней мере, два места, в которых
Дети признаются членами Церкви, и об этом говорится в Кол. 3:20, 21, где Павел говорит: «Дети, повинуйтесь своим родителям во всём».
И в Ефесянам 6:1: «Дети, повинуйтесь своим родителям в Господе». Если бы они не были членами Церкви, как бы их могли призывать к повиновению _в Господе_?
 И, по сути, если бы они не были в Церкви, как бы Павел вообще мог обращаться к ним, ведь его послания были написаны для Церквей?

 — Мой дорогой сэр, — ответил мистер Кортни, — как вы думаете, перестаёт ли человек быть _ребёнком_ своего отца, когда становится достаточно взрослым, чтобы верить в Евангелие?
У греков ребёнок не становился _законно_ мужчиной, пока ему не исполнялось
_двадцать пять лет_, точно так же, как у нас он не становится мужчиной, пока ему не исполнится
_двадцать один год_. До тех пор его называли ребёнком — иногда _маленьким_ ребёнком, хотя он был достаточно взрослым, чтобы считаться мужчиной у нас. Но не будем придираться к словам, одно можно сказать наверняка:
_эти_ эфесские и колосские дети _не могли_ быть младенцами,
иначе было бы глупо обращаться к ним. Они должны были быть достаточно взрослыми,
чтобы _понимать послание_, иначе оно не могло бы быть обращено к ним.
для них. И если они были достаточно взрослыми для этого, то были достаточно взрослыми и для того, чтобы понять Евангелие и уверовать во Христа. Поэтому апостол в начале письма обращается к колоссянам как к «святым и верным братьям во Христе» (Кол. 1:2), а письмо к Ефесянам адресовано «святым», которые были «верны во Иисусе Христе». (Еф. i. 1.) Более того,
это были люди, которые ‘верили во Христа" и ‘любили святых’,
(i. 13-15.) Они были мертвы, но возвращены к жизни Евангелием,
(ii. I.) Они ‘были во тьме, но теперь стали светом в Господе’, ст.
8.”

— Но разве в истории _любой_ из других церквей нет _ничего_, — спросил доктор, — что противоречило бы удивительным фактам, произошедшим в Иерусалиме?
 Были ли _все_, кто когда-либо присоединялся к какой-либо из церквей, такими же верующими, как те, кто был в первой церкви?

 — Судите сами, сэр. Следующая церковь, о которой у нас есть хоть какие-то сведения, — это церковь в Самарии. О ней мы читаем (Деяния 8:12): «Они уверовали в Филиппа и крестились, мужчины и женщины». Если там были и дети, то Лука был лжеисториком, иначе он бы упомянул об этом
о них. О членах Римской церкви говорится как о верующих, и таких верующих, что «о вере их гласил весь мир».
(Рим. 1:7, 8.) К коринфянам Павел писал: «Церкви Божией, находящейся в Коринфе, освященным во Христе Иисусе, со всеми призывающими имя Господа нашего Иисуса Христа, как их, так и нас». (1 Кор. 1:2.)

«Церковь Фессалоникийская, — говорит Павел, — приняла слово с великой скорбью, но с радостью Духа Святого» (1 Фес. 1:6). И _нигде_
Нигде, ни в одном месте нет ни малейшего намека на то, что какая-либо церковь состояла или могла состоять из кого-либо, кроме верующих. На самом деле, принятие кого-либо еще должно быть навсегда исключено из-за тех целей, ради которых была создана церковь. Как мы уже видели, она должна была стать судебной и исполнительной властью в царстве Христа. Именно церковь должна принимать новых членов. (Рим. xiv. 1.) Церковь должна изгонять нечестивых. (1 Кор. 5:4, 5.) Церковь должна восстанавливать кающихся. (2 Кор. 2:7, 8.)
Церковь должна назначать служителей. (Деян. 1:23; 6:5.) Церковь должна
посылайте миссионеров. (Деяния xiii. 3.) Таинства Царства
хранятся Церковью; и в Церкви, когда она собирается вместе,
должна совершаться Вечеря Господня как вечное воспоминание о
Его любви до Второго пришествия Христа. (1 Кор. xi. 20, 33.)
Такие обязанности _не могут выполняться маленькими детьми_ и не будут должным образом выполняться необращёнными. Предполагать, что Христос возлагал такие обязанности на детей и необращённых, то есть на всех, кроме верующих, — значит считать его таким же глупым, как мы и ожидали
ни в ком, кроме идиота или сумасшедшего».

 «Но вы забываете, — ответил методист, — что Церковь не состояла _полностью_ из таких людей, и в нашем сообществе они не имеют никаких привилегий, пока не заявят о своём желании обратиться, не присоединятся к классу и не пройдут шестимесячный испытательный срок».

«Хотя Церковь всегда принимала в свои ряды маленьких детей через крещение, — с достоинством добавил епископ, — обряд конфирмации всегда считался необходимым для признания их полноправными членами Церкви».

— Я прекрасно знаю, — сказал мистер Кортни, — что у вас обоих есть эти небиблейские и антибиблейские атрибуты, которые вы называете Церковью. Я не хочу обсуждать их сейчас. Мы вернёмся к ним в своё время. Из Писания мы знаем, что Христос установил на земле царство, как и было предсказано пророками. В этом царстве он один — царь. Он установил законы и обряды. Видимое управление этими законами и постановлениями он возложил на «Церковь», которая, как мы уже видели, состояла из _верующих_ в любом
место, где собрались официальные представители, чтобы провести это мероприятие от его имени. Вы говорите, что эта Церковь состояла из «верующих и их детей» или из верующих и _всех_ детей, которых можно было крестить. Единственное доказательство, которое вы приводите и которое хоть как-то похоже на свидетельство, — это то, что несколько семей были крещены апостолами. Теперь я скажу, что, во-первых, в записях нет ни одного упоминания о том, что в какой-либо из этих семей был хотя бы один ребёнок или неверующий. Вы можете найти целые _семьи_ взрослых верующих людей в каждом
По соседству, и такими они могли быть, судя по тому, что записано в
 Затем, я говорю, во-вторых, что запись на самом деле _показывает_,
что все они _были_ верующими, поскольку их называют братьями и
говорится, что они верят, радуются, говорят на иных языках,
прославляют Бога и посвящают себя служению.

«Этого, конечно, достаточно, чтобы опровергнуть ваше доказательство; но теперь я пойду ещё дальше и скажу, что принятие необращённых, будь то дети или взрослые, полностью разрушило бы те самые цели, ради которых
Церковь была учреждена, и, следовательно, было бы не меньшим безумием принимать их. Я знаю, что мы расходимся во мнениях, потому что мы расходимся в том, для достижения каких _целей_ была учреждена Церковь. Вы, епископалы, смотрите на неё как на инструмент спасения. Вы крестите детей и принимаете их в Церковь, чтобы _спасти их души_. Вы делаете вид, что таким образом _возрождаете_ их и _делаете их членами Христа_. Однако _Священное Писание_ учит, что
они должны _сначала_ стать членами Христа (по вере), а _затем_
члены Церкви Христовой. Они приходят в Церковь не _ради_
спасения, но они имеют право на её привилегии и обязаны
участвовать в её деятельности, потому что они уже спасены.
Они должны _принадлежать Христу_, прежде чем смогут
_действовать от имени Христа_. Он не поручает мужчинам и
женщинам (или даже маленьким детям) управлять законами и
установлениями своего царства, пока они не станут добровольными
подданными Царя. И если Церковь, как мы убедились, является уполномоченным представителем Его Царства, то
Отсюда, конечно, следует, что _никто, кто не исповедует веру в него, не может быть принят в его лоно_. Принять их означало бы передать управление делами его царства в руки его врагов.


— Но, мой дорогой сэр, — воскликнул методист, — мы не доверяем управление _делами_ церкви крещёным детям церкви.


— Совершенно верно, сэр. Вы не доверяете ни детям, ни взрослым. Вы вообще не доверяете Церкви. Вы, проповедники, узурпировали всю власть и сосредоточили её в своих руках.
Церкви ничего не остаётся, кроме как благоговейно повиноваться вам, как вы поклялись благоговейно повиноваться своему епископу или главному священнику. А вы, сэр, — обращается он к епископу Епископальной церкви, — также взяли на себя право распоряжаться Божьим наследием. Но об этом мы поговорим позже. Сейчас я хочу сказать следующее: вы оба крестите маленьких детей, чтобы сделать их _членами Церкви_. Когда вы это сделаете,
я полагаю, вы не станете отрицать, что они являются членами клуба; а если они являются членами клуба,
_как вы смеете лишать их каких-либо прав или привилегий, которые
Христос даровал членам Церкви_? Уполномочивает ли Слово где-либо исключать членов Церкви (за исключением явных грешников) из трапезы Господней до тех пор, пока они не станут «ищущими» или пока они не выучат несколько вопросов и ответов из катехизиса и не получат епископское благословение на голову? Уполномочивает ли Слово где-либо изгонять любого члена Церкви (за исключением явных грешников) с церковного собрания или лишать его равных привилегий с другими членами Церкви? Если да, то вы можете показать мне текст. Если нет, то ваш ребёнок
члены церкви имеют право на те же привилегии, что и все остальные члены церкви».

 «Вовсе нет, сэр, — ответил епископ. — Они были бы лишены равного участия в привилегиях и обязанностях членов церкви из-за своей неспособности должным образом пользоваться ими или выполнять их.
Следовательно, не требовалось никакого прямого указания в Священном Писании».

 «Но если это так, — ответил мистер Кортни, — то с вашей стороны было бы величайшей глупостью принимать их в члены церкви. Если они
не могут ни пользоваться привилегиями, ни выполнять обязанности Церкви
Члены Церкви, какое дело им до Церкви? Зачем делать их членами Церкви, пока они не будут готовы исполнять обязанности членов Церкви?

 «Бесполезно, сэр, — очень серьёзно сказал епископ, — спорить об этом, пока мы не пришли к согласию по другому вопросу, а именно:
 не установил ли Христос таинства своего дома как средство спасения?»

«Ну, если вы крестите ребёнка, чтобы спасти его душу, это другое дело.
А если вы сделаете его членом Церкви, чтобы он мог пользоваться церковными обрядами, то, возможно, он сможет их получить. Но я не смог
я не нашёл в этой книге никаких указаний на то, что эти или какие-либо другие церковные привилегии могут быть дарованы кому-либо, кроме кающихся и верующих. Христианский
уклад был введён Иоанном; и Иоанн не принимал и не крестил никого, кто не исповедовал своё раскаяние и веру.

 «Христос сам был следующим проповедником в этом укладе; и он, как и Иоанн, провозглашал, что люди должны сначала покаяться — должны сначала уверовать, а _затем_ креститься.

«Пётр был первым, кто проповедовал Евангелие после вознесения Иисуса.
Он сказал, как и его Учитель: «Покайтесь и креститесь» И они не были
крестили их только после того, как они «с радостью приняли слово».

 «Когда Филипп проповедовал Христа самаритянам, они сначала уверовали, а потом крестились.


 «Когда евнух попросил крестить его, ему сказали, что это возможно только при условии, что он уверует.


 «Павел не был крещён, пока не раскаялся и не уверовал.

«Семья Корнилия не была крещена до тех пор, пока на них не сошёл Святой Дух, тем самым подтвердив, что они принадлежат Христу.


Лидия не была крещена до тех пор, пока Господь не открыл её сердце, чтобы она внимала Евангелию и верила в него, как проповедовал Павел.

«Мытарь уверовал во Христа со всем домом своим, и они крестились.


Крип, начальник синагоги, уверовал в Господа со всем домом своим; и многие из Коринфян, услышав об этом, уверовали, и они крестились.


Все церкви, которым были адресованы послания, состояли, как мы видели, из верующих во Христа. И, говоря словами знаменитого
Педобаптист Ричард Бакстер, автор книги «Отдых святых», может сказать: «Одним словом, я не знаю ни одного слова в Писании, которое давало бы нам хоть малейшее
нет ни малейшего намека на то, что когда-либо человек был крещен без исповедания спасительной веры, или на то, что дает хоть малейшее основание крестить кого-либо в какой-либо другой вере._»

«Я думаю, джентльмены, — сказал доктор Тингвелл, — мы будем вынуждены оставить это испытание в нашем списке. Мне кажется, что если _что-то и можно доказать_ с помощью Священного Писания, то это то, что _первые церкви состояли только из верующих, исповедующих свою веру_. А теперь давайте поторопимся, иначе мы
закончим наше путешествие до того, как завершим наше исследование. Есть ли ещё какие-то особенности, которые неизменно и по необходимости
характеризовали этих древних членов Церкви?»

 «Да, сэр, — ответил мистер Кортни. — Все они по необходимости были _крещены_, ибо именно через обряд крещения они были
приняты в _видимое царство_; а видимая Церковь не могла выйти
_за пределы_ видимого царства ради своих членов».

 «Значит, вы не утверждаете, что крещение — это дверь в _Церковь_?»

— Строго говоря, нет, сэр. Это путь в «видимое _царство_», а через царство — в Церковь. Никто не может
попасть в Церковь можно только через крещение; но каждый крещёный верующий не является членом Церкви. Евнух оказался в видимом царстве, как только был крещён; но он не был членом ни одной Церкви. Церковь состоит из крещёных верующих, которые добровольно объединились в соответствии с библейским устройством, чтобы совершать  таинства Христа и соблюдать его законы. Но верно и то, что никто не может быть членом Церкви, если он не был крещён, как если бы крещение само по себе было дверью в Церковь».

— Простите, мистер Кортни, — сказала Теодосия, — но разве баптисты не принимают новых членов в церковь через крещение?


 — Конечно, нет, мадам. Иногда они думают, что принимают, но на самом деле _формального_ принятия не происходит, и их членство считается само собой разумеющимся.
Но дело обстоит следующим образом: кандидат приходит в церковь и просит крестить его. (Если ему было неудобно приходить в церковь, он мог попросить об этом любого, кого церковь ранее уполномочила проводить обряд. Но всегда желательно и разумно получить совет
и с одобрения Церкви, когда это возможно.) Церковь, выслушав его рассказ о пережитой благодати, чтобы иметь возможность судить о том, действительно ли он кающийся верующий, направляет его (если его рассказ удовлетворительный) к крещению. А затем, после крещения, члены Церкви или пастор от их имени дают ему правую руку общения в знак того, что он принят в число членов Церкви. Сначала он
отдаёт себя Христу в своём сердце, через веру; затем он идёт к
народу Христову и _исповедует_ своё покаяние и веру. После
для этого они уполномочены и обязаны принять его в _видимое
царство_ через крещение; и тогда он присоединяется к какой-либо общине
(_ekklesia_) народа Христова, чтобы участвовать с ними во всех
установлениях Христа, помогать им в их трудах и подчиняться им в любви.
Однако в целом прошение о крещении рассматривается обеими сторонами как прошение о принятии в Церковь в качестве члена.
Решение о том, что он должен быть крещён, сопровождается решением считать его членом Церкви, как только он будет крещён.
крещён; и, следовательно, сразу после крещения он становится членом Церкви, во всех смыслах и целях, даже без какого-либо формального акта признания».


«Всё это не имеет отношения к нашей нынешней цели, — сказал мистер Перси. —
Вопрос не в том, становится ли человек членом Церкви _после_
крещения, а в том, может ли он быть членом Церкви _до_ крещения и без крещения?» Независимо от того, делает ли крещение человека членом Церкви или только даёт ему право стать членом Церкви, несомненно, что _все_ члены апостольских  Церквей были крещёными.

 «Давайте я так и напишу в табличке», — сказала Феодосия.  Она написала, и это
тогда прочтите следующее:

 Признаки или отличительные черты, по которым можно распознать истинную Церковь Иисуса Христа.

I. Она состоит только из тех, кто исповедует веру во Христа.

II. Её члены должны были быть крещены после исповедания своей веры.



— Думаю, моя дорогая, — сказал мистер Перси, когда она прочла это вслух, — вы немного превысили наши полномочия, добавив этот последний пункт. Мы увидели, что Священное Писание учит, что все они были верующими.
Мы знаем, что все они были крещены. Но наши друзья могут возразить, что крещение _обязательно должно следовать за исповеданием веры_, потому что
отсечёт даже тех настоящих христиан, которые случайно крестились _до того_, как
стали достаточно взрослыми, чтобы верить или исповедовать свою веру».

 «А что, если так и будет?» ответила она. «Я думала, мы будем решать эти
вопросы, опираясь на учение Книги; и если Книга учит, что
члены Церкви должны быть истинно верующими, то она так же ясно,
и в тех же отрывках, учит, что крещение должно _следовать_ за верой. «Покайтесь и креститесь», «веруйте и креститесь» — вот что заповедали Иоанн и Христос; и все члены Церкви, о которых мы читаем, _сначала_
раскаялись и уверовали, а _затем_ были крещены после _исповедания_
своего раскаяния и веры. Мы не нашли ни одного случая, когда крещение
было бы _первым_, а вера и раскаяние последовали за ним.
— Она права, сэр, — сказал доктор, — насколько позволяют наши
исследования; но можем ли мы с уверенностью сказать, что видели _все_
учения Слова по этому вопросу?

«Если бы существовала хоть малейшая тень доказательства того, что подобный случай имел место, наши друзья-педобаптисты давно бы его продемонстрировали, — сказал мистер Кортни. — Они говорили нам, что младенцев обрезали,
и, следовательно, _должны быть крещены_: что Христос брал на руки маленьких детей и _благословлял_ их, и, следовательно, они _должны быть крещены_: что он велел своим ученикам _привести их_ к нему, чтобы он мог возложить на них руки и благословить их, и, следовательно, они _должны быть крещены_: что слово Божье нигде не говорит
_запрещает_ их крещение в прямой форме, и, следовательно, они _должны быть крещены_: нам говорят, что дети рождаются грешниками и, следовательно, _должны быть крещены_: что они называются святыми и
следовательно, они _должны быть крещены_. Они говорят нам, что они _рождаются в Церкви_, и, следовательно, _должны быть крещены_; и что их _нужно крестить, чтобы привести в Церковь_. Они приводят огромное
количество самых разных странных и противоречивых причин, по которым они
_должны быть крещены_; но они никогда не приводили _ни одного
случая_, когда младенец или кто-то другой, не исповедовавший покаяние или веру,
_когда-либо БЫЛ_ крещён Иоанном, Христом или кем-то из апостолов, — разве что они могут считать это само собой разумеющимся
что крещёные _домохозяйства_ или семьи не были верующими семьями — предположение, которое, как мы убедились, совершенно несостоятельно».

 «Если, — сказала Теодосия, — крещение этих _семей_ доказывает, что
_младенцы_ были крещены, то я берусь доказать, что _младенцы голосовали за генерала Тейлора_, когда его избрали президентом.
Я могу найти дюжину мужчин, каждый из которых подтвердит, что он и вся его семья голосовали за героя Монтерея и Буэна-Висты. Но поскольку маленькие дети не могут голосовать, а Конституция требует
что каждый избиратель должен быть двадцать один год от роду, я принимаю это как должное
что эти семьи состояли из выросших мальчиков, или других законных основаниях
право голоса. Что бы вы подумали, доктор, о писателе, пишущем о
конституционных условиях гражданства в Соединенных Штатах, который
должен утверждать, что маленькие младенцы, безусловно, имеют право голосовать за
в истории страны зафиксировано несколько случаев, когда _ все
семья_ голосовали за Вашингтон, за Джефферсона, за Джексона и
Тейлор!— _Я_ бы сказал, — перебил его мистер Кортни, — что он проявил столько же здравого смысла и столько же знания правил логики, сколько и те богословы, которые утверждают, что младенцев нужно было крестить, потому что среди тысяч и тысяч тех, кто верил и был крещён во времена апостолов, было около полудюжины семей.

— Но мы снова обсуждаем позицию, которую уже обсудили. Мы убедились, что членами Церкви могут быть только те, кто исповедует веру.
Теперь нам предстоит выяснить, могли ли они быть членами Церкви до того, как
был _крещён_?»

«Вряд ли стоит спорить об этом, — сказал мистер Перси, — поскольку, насколько мне известно, _все_ конфессии в целом согласны с тем, что никто не может быть принят в Церковь без той церемонии, которую они называют крещением».

«Тем не менее я был бы рад, — ответил доктор, — узнать, на _каких авторитетных источниках_ все конфессии основывают этот пункт своей веры и практики».

— Это очень легко доказать, доктор. 1-е. Христос _повелел_ им уверовать и креститься, и это произошло после исповедания веры.
вера и покаяние — первый формальный акт внешнего послушания.

“2. Все, о ком мы читаем в Книге, были сразу же крещены после исповедания своей веры. Три тысячи человек, уверовавших в день Пятидесятницы, и все те многие тысячи, которые присоединились к ним впоследствии в разных местах, были крещены. Нет ни одного зафиксированного случая, когда кто-то был принят без крещения.

“3. К первым христианским церквям обычно обращались как к _крещёным_
людям. Нам говорят, что они «_были крещены во
Христа_,» «_были погребены с ним через крещение_,» и тому подобное.

«Эти доказательства настолько убедительны и полны, что, хотя некоторые и отказались от какого-либо _личного исповедания веры_, ни одна деноминация, претендующая на звание христианской церкви, никогда не отказывалась от того, что они называли крещением, и не считала полноправными членами церкви тех, кто не получил _чего-то_, что они считали крещением».

 «Как же тогда, — спросил доктор, — это может быть характерной или _отличительной_ чертой, если все претенденты обладают ею в равной степени?»

— Истинная Церковь, сэр, — сказал мистер Кортни, — должна не просто иметь обряд
которое _называется_ крещением: оно должно быть настоящим крещением: оно должно быть _тем самым крещением_, которое заповедал Иисус Христос и _практиковали эти первые
Церкви_. Не может быть истинной Церковью Христа та, которая _отменила_ его крещение и _заменила его какой-то другой церемонией_, даже если эта другая церемония носит то же название, что и его крещение».

— Но, мой дорогой сэр, — воскликнул доктор, — разве вы не понимаете, что если мы попытаемся найти практическое применение этому знаку, то нам придётся сначала разобраться во всех спорах о крещении, чтобы
установить, какой именно поступок заповедал Христос?»

«Вовсе нет, сэр. Не нужно будет _доказывать_, каким был изначальный поступок, поскольку они сами это признают; не нужно будет и доказывать, что они его _изменили_, поскольку они, по крайней мере некоторые из них, признали это и открыто заявляют о своём _праве_ изменить его снова — так часто, как они сочтут нужным.

«Хорошо. Тогда мы можем считать, что сделали как минимум два шага в нашем исследовании. Мы установили, что Церковь, как
что её члены должны быть истинно верующими и что эти верующие должны быть крещены. Что дальше?


— Если вы позволите мне предложить ещё один признак, — сказал мистер Перси, — я напомню вам, что вчера во время нашего обсуждения мы пришли к выводу, что Церковь, если рассматривать её как реальный, видимый, действующий организм, является _в каждом случае_ местным и _независимым_ организмом. Теперь, поскольку мы ищем реальную
и видимую Церковь, мы обнаружим, что это местная,
отдельная и независимая организация, самодостаточная и _не
Она не связана с другими в рамках какого-либо крупного церковного учреждения_.
Она не может быть совокупностью объединённых религиозных обществ, связанных друг с другом и подчинённых друг другу или какому-то общему главе.
Она стоит особняком, обладая высшей властью во Христе в отношении своих членов;
но не имеет власти за пределами своего числа. В Священном Писании нет и намёка на подчинение Церкви Церкви, одной Церкви многим или всех Церквей одной. Не было ни территориальных, ни национальных церквей. Иерусалимская церковь была _единой_ церковью:
Церковь в Антиохии была _another_ церковью: церковь в Эфесе была
другой. Каждая из множества Церквей, которые были "рассеяны
по всей Иудее, и Галилее, и Самарии’, была такой же
Церковью, как и Церковь в Иерусалиме. Не было никакой Иудейской Церкви,
включающей их всех; и ни одна из них, ни все вместе взятые, не претендовали на то, чтобы
осуществлять власть над какой-либо другой”.

“Конечно, ” сказал Доктор. «Если мы что-то и узнали о Церкви, так это то, что она является местной и независимой организацией».

«И это в равной степени относится к Церкви, — сказал мистер Кортни, — независимо от того, рассматриваем ли мы её как реальное, видимое и действующее _собрание_, собравшееся вместе для поклонения Богу и соблюдения законов и установлений Христа, или же, в соответствии с современным языком, мы используем этот термин в широком смысле для обозначения нашего _умственного представления_ обо всех видимых Церквях мира, как если бы они были объединены в _одно великое вселенское собрание_. Целое не может отличаться от частей, из которых оно состоит.

 «Если каждая истинная Церковь, как мы видели, является местной и независимой
Если говорить об организации, то совокупность всех организаций не может включать в себя те, которые не являются местными и независимыми. И если объединённые церковные учреждения не являются истинными и библейскими церквями, то такие учреждения не могут быть частью истинной и библейской _концепции_ видимой вселенской церкви.

 «Для меня совершенно не важно, — сказал Доктор, — из чего может состоять эта _воображаемая_ организация.  Я хочу найти реальную». Я легко могу представить себе великую видимую вселенскую Церковь, включающую в себя все истинные видимые Церкви. Я также могу представить себе великую видимую Церковь,
включая все то, что претендует на звание Церкви. Я могу представить себе огромную
_невидимую_ Церковь, включающую всех верующих, прошлых, настоящих и будущих;
но это не то, что я ищу. Я хочу найти ту видимую
организацию, которой Христос доверил управление своими законами и установлениями; и я уверен, что, когда я ее найду, это будет
_местная и независимая организация_, состоящая из крещеных верующих».

«Позвольте мне записать эту третью отметку в моей табличке», — сказала Теодосия.

Когда она закончила писать, на табличке было следующее:

Признаки или отличительные черты, по которым можно распознать истинную Церковь Иисуса Христа.

I. Она состоит только из тех, кто исповедует веру во Христа.

II. Её члены должны были быть крещены после исповедания своей веры.

III. Это местная организация, независимая от всех остальных.


 «Меня не совсем устраивает этот последний признак, — сказал мистер Кортни.
 — Он говорит правду, но не всю правду». Каждая Церковь Иисуса
Христа является отдельной организацией, самодостаточной и способной самостоятельно выполнять все функции Церкви. Она может принимать
члены. Рим. xiv. 1. Она может поддерживать дисциплину (1 Кор. v. 1–13), исключая или отстраняя членов. Она может восстанавливать их в правах после покаяния. 2 Кор. ii. 1–11. Она может отвергать лжеучителей и изгонять тех, кто придерживается ложных учений. Тит. iii. 10; Откр. ii. 14, 15, 20. Она может избирать
своих должностных лиц. Деяния 6:1–7; 14: 23. Она может рукополагать и отправлять миссионеров, или евангелистов, для основания других Церквей, которые, однако, после своего основания будут столь же независимы, как и она сама. Деяния 13: 1. И она может делать всё то, что в Писании предписывается любой Церкви
Христос. Но, будучи независимой от всех других церквей или
федераций в своей организации и в исполнении своих функций, она
настолько абсолютно зависит от Христа, своего Господа и Царя, что
_не может издавать законы_, а только исполнять законы, установленные
Христом; и она не может осуществлять _никакую власть_, кроме той,
которая была специально делегирована ей Христом. Это просто и исключительно _исполнительный_ орган, которому Христос
доверил управление Своим царством в соответствии с конституцией и законами, которые Он установил для его руководства и управления.
Поэтому я бы предпочёл, чтобы, когда вы записали это как
_независимую_ организацию, вы добавили какое-нибудь слово, чтобы обозначить предел этой независимости».


«Я думаю, сэр, — ответил мистер Перси, — что мы достаточно хорошо понимаем, что мы подразумеваем под нашим знаком, особенно после вашего объяснения. Но позвольте мне спросить, не является ли это абсолютное признание _Христа как единственного главы и законодателя_ одним из характерных признаков истинной Церкви? Если это исполнительная власть его королевства, то она, конечно же, должна исполнять законы короля. Христос — её единственный Господь. Он делает
законы. Именно _как его законы_, и только в этом качестве, Церковь может их исполнять; и в этом она должна действовать в строгом соответствии с требованиями Короля. Исполнительная власть не может издавать законы для себя. Она связана уже изданными законами и должна приводить их в исполнение независимо от того, одобряет она их или нет. Она не может их отменить. Она не может их аннулировать. Она не может их изменить или модифицировать. Он может только спросить: «Каковы были намерения законодателя? Что он сказал и что он имел в виду, когда сказал это?» Когда это становится известно, он не может
на усмотрение. Если он изменит закон; если он откажется исполнять его в том виде, в котором он был дан, это будет равносильно бунту и _отделению_ от
королевской власти. Он больше не является _его исполнительной властью_. Он больше не является _его Церковью_. Но если она зайдёт ещё дальше и позволит другим правителям издавать законы для неё и признает верность другим державам, то она не только восстанет против законного правителя и отделится от него, но и объединится с его врагами или, по крайней мере, с его соперниками.
Тогда она будет не просто не христианской церковью, а _анти_христианской.
не только не от Христа, но и против Церкви Христовой. И не будет никакой юридической разницы в том, принимают ли эти новые правители и законодатели свои новые постановления от своего имени, открыто и сознательно, на основании своей власти, или же они претендуют от имени Христа на право, _которого он им никогда не давал_. Церковь Христова имеет Христа _только_ для себя
Она — Царь и Законодатель и никогда не признает власть какого-либо человека или группы людей — даже свою собственную — над тем, чтобы изменить хоть йоту или титлу в законе Христовом или установить новые законы или правила в отношении себя
таинства, условия членства, правила дисциплины или что-либо ещё, что входит в её компетенцию как Церкви Христовой.


Это, безусловно, неоспоримый вывод, который с необходимостью следует из признания того, что Христос — её единственный Царь. И я не
предполагаю, что какой-либо человек или группа людей, называющих себя христианами,
будут отрицать, что Христос является главой всего своего тела, то есть Церкви,
или что Церковь должна принимать что-либо в качестве правила веры или практики,
которое не опирается на «Так говорит Господь» как на свой авторитет».

Миссис Перси снова взяла в руки планшет и ввела этот знак, после чего на экране появилось следующее:


ПРИЗНАКИ ИЛИ МАРКИ, ПО КОТОРЫМ МОЖНО ОПРЕДЕЛИТЬ ИСТИННУЮ ЦЕРКОВЬ ХРИСТОВУЮ

1. Она состоит только из тех, кто исповедует веру во Христа.

2. Её члены должны были принять крещение после исповедания своей веры.

3. Это местная организация, независимая от всех остальных.

4. Только Христос является её Царём и Законодателем, и она не признаёт никакой власти, кроме Его, над собой.


«Теперь мы увидели, — сказал мистер Кортни, — характерные черты библейской Церкви в отношении её _членства_ и _устройства_.
Нам ещё предстоит узнать, в чём заключались его особые _учения_ и каковы были _цели_ или задачи его организации».


«Я помню, — сказала Теодосия, — что, когда мы на днях изучали природу _царства_, мы обнаружили, что все его подданные были добровольными подданными, которые пришли по собственной воле и согласию и просили о принятии. Разве не является отличительной чертой Церкви в этом царстве то, что её члены должны стать таковыми по собственному
личному и добровольному решению?»

 «Конечно, является, и я благодарю вас за то, что вы напомнили нам об этом, потому что я
я почти забыл об этом, ” сказал мистер Кортни. “Вы также можете добавить этот знак
к своей табличке; ибо нет ничего более определенного, чем то, что члены
этих первых Церквей (которые всегда должны быть образцом истинного
Церкви Христа) стали членами со своего личного согласия и
своим собственным добровольным актом. Каждый сам за себя ‘с радостью принял
слово’. Они добровольно ‘присоединились’ к обществу верующих.
Их не заставляло это делать правительство с его штрафами, тюремным заключением и розгами. Их не принуждали к этому родители или
учителя. Их не приняли, когда они были маленькими беспомощными младенцами,
и не сделали членами Церкви без их собственного ведома или согласия. Нет ничего
более очевидного, чем тот факт, что члены Церкви Христа были
созданы для того, чтобы стать обращенными людьми — теми, кто был обновлен в характере
и расположении своих умов - кто был возрожден силой Божьей.
Бога и сотворил новые творения во Христе Иисусе. Они были пришельцами, но
теперь стали сыновьями. Они были во тьме, но теперь стали светом в Господе
. Они жили ради плоти, но теперь они жили ради
Духа. Старое прошло, и все стало новым. Те
, кто таким образом изменился, будут любить Христа и любить его народ, и
захотят быть связанными с ними. Такие люди желали бы процветания
Царства Христа и в своих сердцах молились бы о его продвижении.
Такому, и только такому, можно было с соблюдением всех приличий доверить
управление бизнесом и отправление таинств
королевства. Религия - дело добровольное. Религия — это _личное_ дело. Она связана с личными убеждениями, чувствами и
личные поступки. Никто не может быть религиозным по доверенности. Он должен покаяться сам, поверить сам, полюбить Господа Иисуса сам, и сам он должен повиноваться, приняв крещение как таинство Христа и объединившись с его Церковью как с народом Христа».

«Я не вижу, — сказал доктор, — что здесь может быть какое-то возражение. Мы определённо не нашли в Священном Писании ни одного примера принудительного членства в Церкви».

Феодосия записала в табличке пятую пометку, а именно:

«5. Его члены стали таковыми по собственному желанию».

— А что мы скажем о его учении? — спросил доктор.

— Это, — ответил мистер Кортни, — гораздо более сложный вопрос, чем может показаться на первый взгляд. Хотя все согласны с тем, что существуют определённые фундаментальные доктрины, на которых зиждется вся система евангелизма, потребовалось бы слишком много времени и это слишком усложнило бы наше нынешнее исследование, чтобы изучить и точно определить, что это за доктрины и насколько церковь может утратить их или отойти от полного их принятия, не переставая при этом быть истинной церковью Иисуса Христа.

— Однако, — сказал мистер Перси, — есть по крайней мере _одно_ учение, которое заложено в самой природе древнего исповедания веры, а именно: учение о божественной природе и мессианстве Иисуса.


— Так же, — сказала Теодосия, — было и учение о том, что человек — грешник, а Христос — единственный Спаситель, поскольку обе эти идеи связаны с покаянием и верой.

«Для наших целей будет достаточно, — ответил мистер Кортни, — сказать, что истинная Церковь Иисуса должна верить в основополагающие доктрины Евангелия Христа и учить им. Вероятно, мы не будем расходиться во мнениях относительно того, что это за доктрины».
доктрины таковы, что не создают никаких трудностей при применении
нашего теста; и если нам это удастся, вопрос можно будет решить так же,
как и сейчас».

 Поэтому Теодосия добавила шестой пункт:

 «6. Она содержит в качестве догматов веры основополагающие доктрины
евангелия Христа».

 «Мне кажется, нам нужно сделать ещё кое-что, — сказал мистер Перси, — чтобы завершить нашу таблицу. Не каждое объединение членов Церкви или не каждое _собрание_ членов Церкви является Церковью Христа.
 Его Церковь была учреждена с определённой целью. У неё есть определённые задачи
с точки зрения: определённых обязанностей, которые необходимо выполнять; и её можно рассматривать _как Церковь_, только если рассматривать её в связи с этими целями и обязанностями».

«Совершенно верно, сэр. Могут существовать объединения или собрания, состоящие исключительно из действительных членов истинной Церкви, и даже включающие всех членов такой Церкви, организованные для каких-то светских, нравственных или даже религиозных целей, но всё же это не будет Церковью.

«Экклесия Христа — это не просто объединение или собрание его реального и видимого народа.
Это _официальное_ собрание, созданное для конкретных целей
цели, чётко обозначенные в Слове.

 «Присяжные — это не просто собрание двенадцати человек; или двенадцати человек, должным образом уполномоченных быть присяжными; или двенадцати действующих присяжных (когда они освобождаются от своих официальных обязанностей в качестве присяжных и) занимаются каким-то другим делом. Они являются «_присяжными_» только в том случае, если должным образом уполномочены, должным образом организованы и действуют в своём _официальном_ качестве в соответствии с законами, регулирующими их деятельность. Таким образом, Церковь — это не просто собрание членов Церкви,
собирающихся вместе для достижения каких-либо общих или частных целей.
но только официальное собрание, созываемое в соответствии с _законом_
короля, по воле которого оно существует и от имени которого действует».

 «Вы хотите сказать, — спросила Теодосия, — что Церковь существует только тогда, когда она официально собирается?
Перестанет ли Церковь быть Церковью, когда её распускают, и снова станет Церковью, когда соберётся снова?»

— Только в том смысле, мадам, что наш законодательный орган перестаёт быть законодательным, когда собирается на обед. Его члены по-прежнему являются членами парламента, обладают должной квалификацией и готовы действовать; но они _не могут_ действовать _как
законодательный орган_ до тех пор, пока они снова не соберутся в качестве официального органа. И если бы в этот период кто-то из членов или все члены отправились на политическое собрание и приняли резолюции, выдвинули кандидатов или создали общество трезвости, это _не_ было бы действием «_законодательного органа_» и не имело бы юридической силы. Таким образом, Церковь, когда она
была упразднена, всё ещё существует в виде своих членов и их качеств;
но она не может совершать никаких церковных действий, таких как судебная и исполнительная власть в Царстве Христовом, до тех пор, пока не объединится как
_официальная организация_. Но мы собирались поговорить о конкретных целях, ради которых была создана Церковь Христа. Об этом мы должны узнать из учения, изложенного в книге, как и обо всём, что мы знаем о Церкви. Мы должны выяснить, что Церкви было _поручено делать_ и что апостольские Церкви действительно _делали_ в своём официальном качестве Церкви Иисуса Христа.

«Это не доставит нам особых хлопот после того, как мы уже провели
исследование. Из наставлений, которые Учитель дал обиженному брату,
Матфея 18, мы узнали, что одной из его обязанностей было
должна была разрешать разногласия, которые могли возникнуть между её членами. Из
Деяний 1:22, 6:5 мы узнаём, что она должна была сама выбирать своих руководителей. Из
Деяний 11:22, 13:3 мы видим, что в её компетенцию входило выделение и
посылка миссионеров. Из 1-го послания к Коринфянам, глава 5, стих 13, мы узнаём, что нужно было исключить из церкви грешников и нарушителей порядка.
А из 2-го послания к Коринфянам, глава 2, стих 8, мы узнаём, что таких можно было восстановить, если они раскаивались.  Из 1-го послания к Коринфянам, глава 11, стихи 20–34, мы узнаём, что нужно было регулярно соблюдать таинство Вечери Господней в память о Нём.  Из Откровения, глава 2, стихи 14, 15, мы узнаём, что нужно было должным образом
меры по сохранению чистоты учения; а из 2 Фес. 3:6 и 1 Кор. 11:2 следует, что она должна сохранять таинства в их чистоте,
как она их получила».
«Думаю, — сказал мистер Перси, — мы можем подытожить всё это в нескольких словах. Церковь — это видимая исполнительная и судебная власть королевства.
В качестве исполнительной власти она принимает новых членов, избирает должностных лиц, рукополагает служителей, отправляет проповедников или миссионеров, соблюдает таинства и обеспечивает регулярное и публичное поклонение Богу. В качестве судебной власти она разрешает споры, исключает нарушителей порядка, восстанавливает
Церковь кается, осуждает ложные учения и делает всё необходимое для сохранения мира и чистоты своих членов.


Мы не нашли ни одного примера того, чтобы она осуществляла _законодательную_ власть.
Она не принимает новых законов. Она не осмеливается отменять или даже изменять законы Христа: это было бы посягательством на прерогативу короля.

«Единственный случай, который на первый взгляд _кажется_ актом законодательства, — это когда _апостолы и пресвитеры_ связали с собой Церковь своим постановлением об обрезании. Деяния 15:22, 23.
Но именно апостолам и пресвитерам была обязана своим существованием Антиохийская Церковь
послано. При этом делается акцент на том, что обязательная сила указа
заключена не в Церкви, а в Святом Духе. Из Деяний 16:4 мы узнаём, что, хотя _братья_ и были связаны с богодухновенными апостолами и пресвитерами,
_только в том, что касалось отправки посланников_; ведь указ здесь прямо назван указом _апостолов и пресвитеров_, которые находились в Иерусалиме, отдельно от Церкви. _Они_ были вдохновлены и наделены всеми полномочиями для
_законотворчества_; но _Церковь_ могла лишь исполнять законы, которые издавал король
Он воплотил или мог воплотить это через тех, кого он вдохновил на то, чтобы они говорили его слова».




ПЯТЫЙ ДЕНЬ ПУТЕШЕСТВИЯ.

В этот день Скрижаль была завершена — великая трудность — новый персонаж.

Когда наша компания собралась утром четвёртого дня, они обнаружили, что их окружает группа жаждущих слушателей.
Дискуссия начала вызывать большой интерес у пассажиров. Даже
неверующие были рады найти что-то, что хоть немного разбавило бы монотонность утомительного путешествия. Церковное управление стало главной темой для обсуждения на всём корабле.

Однако следует признать, что, за исключением дамской каюты, где мистер Перси, Теодосия и мистер Кортни могли говорить сами за себя, партия, которую они представляли, не пользовалась особой популярностью.  Преобладало мнение, что все, кто исповедует веру во Христа и подчиняется его законам, принадлежат к его Церкви. И это считалось достаточным
ответом на любой аргумент в пользу строгого следования библейской модели.
Если бы это было принято, _некоторые из этих профессоров сразу же
отошли бы от церкви_.

 В этом, по сути, и заключается главная трудность на пути к всеобщему
принятие истины в отношении этого вопроса. Каждый преподаватель религии, присоединившийся к какому-либо религиозному обществу, полностью верит в то, что он является членом Церкви Христа, и его разум не примет ничего как истину, что противоречит этой вере. Если вы будете рассуждать с ним, опираясь на Священное Писание, покажете ему новозаветную модель Церкви и укажете на полное несоответствие между его обществом и институтом Иисуса Христа, он может даже не попытаться ответить. Скорее всего, он даже в мыслях не будет пытаться примирить разногласия, но скажет
«Я не в состоянии понять все учения Священного Писания, но я знаю, что _мой добрый священник_, мои дорогие братья и я сам _принадлежим к Церкви_; и любое учение, которое отдаляет нас от неё, ложно». Это непробиваемый щит: ни одна стрела истины из Священного Писания не может пробить его, никакая сила логики не может вырвать его из рук автора. Он с готовностью примет любую теорию Церкви, которая считает его частью Церкви, даже если она будет включать в себя практическое неверие и откровенное распутство материалистического христианства — все мерзости
Сам Антихрист. Но любая теория, сколь бы она ни опиралась на Священное Писание, которая исключает его самого и тех, кого он считает честными христианами, представляется ему простым абсурдом, о котором не стоит и рассуждать.

Тем не менее это страшная правда: все _не могут_ быть правы. _Если и существует какой-то образец из Писания, то люди отошли от него на свой страх и риск_. Церковь Христа должна быть такой, какой её создал Христос и какой он заповедал быть своему народу. Это одна определённая и конкретная вещь,
ясно описанная и легко узнаваемая в Священном Писании. И если
Народ Христов был ослеплён туманом и облаками традиционных заблуждений и введён в заблуждение такими же слепыми лидерами, как и они сами. Он может простить их: он простит их. Но теперь он возлагает на них торжественную и непреложную обязанность вернуться к КНИГЕ, «испытать старые пути» и вернуться к той организации, которую он основал.

— Не окажете ли мне любезность, — спросил епископ Феодосийский, когда они
уселись за стол, — и не покажете ли мне ту маленькую табличку, которую вы
делали вчера?

 — Конечно, господин.

 Он пробежал взглядом по нескольким граням и, обращаясь с вопросом к
Мистер Кортни спросил, каким, согласно этим правилам, должно быть его определение Церкви?


 «_Церковь_, сэр, — ответил школьный учитель, — _является местной и видимой судебной и исполнительной властью Царства Христова_. Она состоит из тех членов царства, которые добровольно объединились для поддержания общественного богослужения Богу, соблюдения таинств Христа и исполнения его законов. Но, если я не ошибаюсь, вчера мы не до конца заполнили нашу таблицу. Когда мы закончим, она будет выглядеть так:


Признаки или метки, по которым можно узнать истинную Церковь Христову.

1. Она состоит только из тех, кто называет себя верующими во Христа.

2. Ее члены были крещены, исповедуя свою веру.

3. Это местная организация, независимая от всех остальных.

4. Он имеет Христа своим царем и законодателем, и признает нет
но авторитет его выше своего собственного.

5-й. Ее участниками стали такими по их собственный добровольный акт.

6. В качестве символов веры в нём содержатся основополагающие доктрины
евангелия Христова.

 «Теперь эти господа, которые всё это время присутствовали,
свидетельствуют, что мы нашли каждый из этих признаков, чётко обозначенных в
это СВЯТОЕ СЛОВО. Претендент на церковные почести, который не может показать эти
признаки, следовательно, не является Церковью, основанной на Писании. Это не _ та_ Церковь
, которую основал Христос. Это не та Церковь, которую Он основал на
камне веры. Это не та Церковь, которую он уполномочил и рукоположил,
осуществлять власть своего королевства от его имени ”.

“Я не чувствую желания обсуждать с вами эти позиции”, - ответил
епископ. «Сейчас неподходящее время и место для подобных дискуссий. Я готов признать, что _вы_ искренне верите в то, что у вас есть, после
Тщательное и усердное исследование показало, что это отличительные и особые признаки истинной христианской церкви, как они описаны в Священном Писании. Я готов признать, что эти умные дамы и господа, которые так терпеливо слушали вас и видели, как вы переходили от главы к главе и читали тот самый стих, на котором основано ваше мнение, возможно, были вынуждены согласиться с вами. И всё же я докажу вам, что у вас есть веские причины не доверять собственным выводам.

— Полагаю, вы не станете отрицать, что вы, как и другие мужчины,
человек, а значит, подвержен ошибкам. Я не говорю, что вы _неправы_,
я лишь допускаю возможность того, что вы _можете быть_ неправы. Если вы
правы, то Церковь Христова — очень незначительное явление. Я не
знаю, где она находится. Я не читал о ней. Я не располагаю достоверными сведениями о его существовании.
Признаюсь, я не видел и не слышал ни о каком сообществе людей, называющих себя Церковью, которые объединяют в себе _всё_, что, по моему мнению, требуется согласно этой табличке. Но если где-то, в каком-то уединённом месте, существует такое собрание или
если в какой-нибудь незнакомой стране будет сотня или тысяча таких
собраний, то, несомненно, они никогда не были признаны Церковью
Христа никем, кроме них самих; и когда эта небольшая группа
невежественные люди, неизвестные истории и научному богословию,
заявляют о своих претензиях не просто быть частью Церкви, но быть
сама Церковь, и вся Церковь, и единственная Церковь, против
бесчисленных тысяч самых преданных последователей Иисуса, не только в
этом веке, но и во всем прошлом, со времен апостолов до
Не кажется ли вам, даже вам самим, что в настоящий момент _более вероятно_, что вы и ваша небольшая компания ошибаетесь, чем то, что все собравшиеся и сменяющие друг друга воинства Божьи заблуждались?


— Если бы это было правдой, — сказал мистер Кортни, улыбаясь, — что множество всегда право, я бы во многом согласился с вашим предположением. В таком случае, возможно, было бы разумно, чтобы ни один человек не обращался к _Библии_ в поисках своей религиозной веры, а просто интересовался мнением _большинства_.
Если мы примем этот план, то все мы, христиане, будем вынуждены
В католицизм, а затем, как и все люди, в идолопоклонство. Я полагаю, что по меньшей мере две трети всего населения поклоняются идолам, а подавляющее большинство всех исповедующих христианство — католики. Что касается меня, то я предпочитаю руководствоваться учением Иисуса и апостолов, а не мнением подавляющего и бесчисленного большинства. Я говорю вместе с Павлом, что даже если «ангел с небес» будет учить иному учению, нежели то, которое я нахожу в этой священной книге, да будет он проклят. Я не осмеливаюсь следовать за толпой, творящей зло.


 — О нет, мой дорогой сэр!  Вы меня не поняли.  Я не отрицаю, что
Священное Писание — единственный источник веры и практики. Я готов, чтобы этот вопрос был рассмотрен с точки зрения Слова; но я говорю следующее: вы и ваша небольшая компания с большей вероятностью можете ошибаться в _своём понимании_ Священного Писания, чем все христианские народы во все времена. Мы должны руководствоваться Словом; но является ли оно тем Словом, которое понимаете _вы_ и ваша небольшая компания? или как бесчисленные тысячи
народа Божьего, известных в истории, понимали это и практиковали это в каждую эпоху? Должна ли вера древней Церкви угаснуть?
просто так? Разве отцы Церкви поступали просто так? Разве святые мученики поступали просто так? Церковь
Христова, мой дорогой сэр, — это не словесная абстракция, которую можно почерпнуть из Завета и записать на табличке. Это историческая реальность. Мы можем проследить её путь на карте истории с самых ранних времён до наших дней. Сначала небольшой ручей, затем
могучая река, потом обширное море, а теперь и могучий океан, которому
в конце концов суждено стать всеобъемлющим потопом, который поглотит
всех врагов и всех противников».

— О да, — ответил мистер Кортни, — я бы хотел поговорить с вами об этой «исторической церкви» целый час.
Возможно, она скоро встретится нам на пути. Но я боюсь, что сейчас забуду ваш аргумент, который, если я вас правильно понял, сводится к следующему: каждый человек должен обратиться к Священному Писанию, чтобы узнать, что такое Церковь, но, читая его, он не должен понимать, что Церковь — это то, что _там_ сказано.
Он должен считать само собой разумеющимся, что там сказано то, что говорит древняя историческая Церковь, — то, что говорят отцы, — и то, что говорят мученики
есть. Так вот, Отцы и мученики были, без сомнения, очень хорошими людьми.
Они верили сами за себя и пошли давать отчет за себя
сами. У вас есть то же слово веры, что и у них. Вы должны
верить самостоятельно, и Бог возложит на вас личную ответственность за
вашу веру и вашу практику. Он призывает вас основываться на ЕГО СЛОВЕ,
а не на традиционных легендах или не вдохновлённых свыше исторических записях ранних церквей, отцов церкви или мучеников.


«Дело в том, сэр, что мы не знаем и не можем знать с достаточной степенью уверенности, во что верили отцы церкви и мученики».
учить. Их труды были искажены и вставлены так, что они сами
теперь с трудом узнали бы их; а история часто является простым изложением
традиций, а традиции часто являются просто бабушкиными баснями. Я хочу
чтобы моя религиозная вера и практика опирались на что-то лучшее, чем
расплывчатые и противоречивые описания веры древних Церквей,
Отцы и мученики. Затем вы говорите, что _я, как отдельный человек, могу ошибаться_ и на самом деле ошибаюсь чаще, чем все добрые
христиане всех времён. Я мог бы согласиться с этим, но всё же я чувствую, что
Поскольку я несу личную ответственность, я должен лично изучить и лично решить для себя этот вопрос, как и все остальные. Когда я откажусь от своего права использовать собственное суждение, чтобы решать для себя, чему учат Священные Писания, я отправлюсь в Рим и найду непогрешимого священника.
 Ничто иное не послужит моей цели. Никто другой не смог бы взять на себя всю ответственность.

 «Но я встречусь с тобой на твоих условиях». Я приму ваше историческое испытание.
Ибо истина — и я докажу вам это с помощью _ваших собственных
историков_ — заключается в устройстве древней Церкви, вере и
Практика отцов церкви и мучеников в отношении этого вопроса вплоть до времён Киприана была именно такой, как указано в этой табличке. Я пойду ещё дальше. Я покажу вам, что вплоть до Реформации это была вера и практика всех тех христианских общин, которые признавали _Библию_ своим авторитетом или которые _позволяли своим прихожанам читать Библию_. Теперь, если вы попросите меня
принять толкование Священного Писания, которое даёт какая-либо церковь или народ, пусть это, умоляю вас, будет та церковь и те люди, которые
_имели_ Писание и _искали_ Писание, и были вольны понимать его в соответствии с его смыслом, в отличие от тех, кому было запрещено читать его или верить во что-либо, кроме того, что говорили их священники, под страхом смерти».


— Остановитесь на минутку, пожалуйста, мистер Кортни, — перебил доктор Тинквелл. — Давайте разбираться с этим по ходу дела. Я хочу
понять, какое отношение это имеет к рассматриваемому вопросу. Я просил вас
рассказать мне, какая из церквей является истинной Церковью Иисуса Христа. Вы предложили скорее _показать_ мне, чем рассказать, и посоветовали искать её в
Книга. Мы видели её такой, какой она была организована и учреждена
Христом и апостолами. Таким образом, мы установили, что это была местная
община крещёных верующих, добровольно объединившихся в соответствии с
законом Христа, чтобы совершать его таинства и исполнять его законы. Для
удобства мы, как мы выяснили, время от времени записывали некоторые
особенности этой Церкви. До сих пор мы полностью руководствовались Священным Писанием. Мы совсем не зависели от истории или традиций. Теперь, если наша скрижаль — это
Если она совершенна, то есть если она обладает всеми отличительными признаками истинной Церкви или достаточным количеством отличительных признаков истинной Церкви, чтобы мы могли распознать её, когда наше внимание будет обращено на неё, то зачем нам усложнять вопрос, отвлекаясь на изучение истории? Если этого можно избежать, я не хочу, чтобы моя вера основывалась на каком-либо другом свидетельстве, кроме богодухновенных записей. _Этому_ я могу доверять. За пределы этого я боюсь выходить. Мне всё равно, что думают другие люди; я не спрашиваю, во что они верят.
Для меня это ничего не значит: я должен решать сам. Я буду руководствоваться собственным мнением.
и определяться в соответствии с учением КНИГИ, насколько я понимаю её язык.
Поэтому мне кажется, что мы можем, по крайней мере на данный момент, обойтись без каких-либо исторических свидетельств по этому вопросу.
Я не понимаю, почему мы не можем сразу приступить к рассмотрению различных притязаний и решить, у кого из претендентов есть характерные признаки.

— Сэр, — ответил мистер Кортни, — вполне возможно решить этот вопрос, не располагая никакой другой информацией, кроме той, которую мы можем почерпнуть из Священного Писания, с одной стороны, и из наших личных наблюдений, с другой.
другой; но в то же время будет более удовлетворительным, если мы
обратимся к несомненным историческим свидетельствам, касающимся
дела любого из истцов, чтобы мы могли принять решение, полностью
ознакомившись со всеми обстоятельствами. Такие свидетельства,
однако, будут появляться по ходу дела, и их можно будет не учитывать,
пока не возникнет необходимость.
— Тогда, пожалуйста, давайте приступим к практическому применению
открытых нами правил. Мне не терпится добиться хоть какого-то
прогресса.

«Кого мы испытаем первым?»

 «Я бы сказал, что Римско-католическая церковь в силу своего возраста...»
и масштабы её притязаний заслуживают нашего первоочередного внимания.
Полагаю, здесь нет никого, кто считал бы её истинной Церковью Христовой,
но я хотел бы точно понимать, на каких основаниях мы вынуждены отвергать её».

— Мне не очень нравится, — сказал мистер Кортни, — что мы идём по пути, который исключает или даже кажется исключающим из нашей таблицы любое библейское испытание, которое может быть предложено.
Ибо из слов нашего Спасителя, обращённых к Петру, очевидно, что «врата ада не одолеют его
Церковь», а также из различных пророчеств, в которых его царство представлено как вечное и растущее, следует, что Церковь Христа, какой он её учредил, должна была оставаться неизменной во всём, что важно для её существования.
Я бы с радостью добавил такое историческое свидетельство, которое позволило бы нам отождествить себя с Церковью первых отцов и святых мучеников, чьё свидетельство, по-видимому, так высоко ценится нашими друзьями, что они ставят его выше буквального смысла самого Слова. Это правда, мы можем узнать церковь и без этого знака;
Верно и то, что тем, чьи познания в церковной истории ограничены, может быть сложно применить этот тест. Но он не менее ценен для тех, кто обладает необходимой информацией.
_Сам тест_ прост и основан на Писании. Церковь Христа началась с Христа.
До него она не существовала. С тех пор она существует. Любая организация, претендующая на то, чтобы быть этой Церковью, но возникшая через тысячу лет после её основания, не может быть тем, за что себя выдаёт. Это само собой разумеется. И для _всех тех, кто знает происхождение_ претендента,
Этот аргумент столь же обоснован и убедителен, как если бы он был в
силах самого невежественного человека применить его так же безупречно, как и они сами; а тем, кто не знает, он может быть доступен благодаря
_неопровержимому_ историческому авторитету. Следовательно, хотя я бы
очень не хотел делать его _единственным_ критерием, я не могу не считать его самым надёжным и безошибочным. И вы заметите, что при применении этого теста нам не нужно требовать от претендента _доказательств_ того, что он родился во времена Христа. Мы готовы принять как данность, что
каждая из тех организаций, которые называют себя христианскими церквями,
возникла вместе с Христом, если только мы не сможем доказать, что они появились позже.
История большинства или всех этих организаций была написана ими самими, и эта история содержит _их собственные утверждения_ о времени, месте и способе их возникновения. Теперь, если мы докажем происхождение каждой из них на основании их собственных заявлений, я уверен, что ни одна из них не сможет обоснованно возразить.

— Но разве вы не видите ещё одну трудность в применении этого теста?
— спросил доктор. — Мы установили, что Церковь Христова
Это местная и независимая организация. Церковь, которая была организована где-то в прошлом году, появилась более чем через 1800 лет после Христа,
и, следовательно, если бы ваше правило было принято, её нельзя было бы считать истинной Церковью Христовой.


— Вовсе нет, — сказал мистер Кортни. — Мы сейчас говорим об _институте_, который Христос учредил и назвал своей Церковью, а не о каком-то конкретном _образце_ этого института. Если я скажу, что суд присяжных был впервые учреждён в Англии тысячу лет назад и существует до сих пор, я не буду отрицать, что суд присяжных, который был сформирован
Вчерашнее заседание было настоящим судом присяжных. Чтобы оно стало судом присяжных, достаточно, чтобы оно состояло из людей, обладающих схожими качествами, и было организовано с теми же целями, что и его древний английский прототип. Мы используем слово «церковь» в его общем смысле. Мы говорим об исполнительном органе в Царстве Христовом. Это царство существует до сих пор, каким он его создал. У него тот же Господь и те же законы. У него также те же таинства и та же _исполнительная власть_. Эта исполнительная власть — Церковь. Царство не может существовать и сохраняться без Церкви, потому что только Церковь является
уполномочена _принимать членов_ в царство либо своим собственным действием,
либо действием назначенных ею должностных лиц. Царство переходило от
поколения к поколению в результате регулярной смены подданных.
Следовательно, должна была существовать регулярная смена Церквей, которые принимали и взращивали их. Но все эти Церкви должны были быть сформированы по _одному и тому же образцу из Писания_ и быть регулярными преемниками друг друга.
Если мы когда-нибудь обнаружим новую организацию с _новой конституцией_, состоящую из _других материалов_ и управляемую _другими
Если мы обратимся к правилам_ первоначальной Церкви, установленным Христом, то легко поймем, что это не его Церковь, а нечто новое, пришедшее ей на смену. Мы не утверждаем, что образцовая Церковь, существовавшая в Иерусалиме, или любая другая из Церквей, основанных в апостольские времена, сохранилась до наших дней, а лишь _утверждаем, что всегда существовали Церкви, созданные по одному и тому же образцу_. Те первые
Церкви не прекращали своего существования до тех пор, пока не появились другие церкви, произошедшие от них и имеющие того же Господа, ту же веру, то же крещение.
те же цели, те же обязанности, тот же характер членов, и, как и они сами, исполняющие законы и соблюдающие установления царства. Так что, я надеюсь, миссис Перси может добавить к своему списку и это испытание, а именно:

«Оно началось во времена Христа и продолжается по сей день».

«Если вы позволите мне, — сказала миссис Перси, — предложить ещё один признак, я бы сказала, что Церковь Христа никогда не может быть _преследующей_
Церковь».

«Это правда, мадам, — сказал мистер Кортни, — и поскольку мы приняли одно историческое испытание, нам не нужно возражать против другого, ведь, как и
с другой стороны, это будет очень ценно для тех, кто достаточно разбирается в истории,
чтобы применить это на практике ”.

“Но сначала, ” сказал Доктор, - давайте посмотрим, имеет ли это, как и
другие, санкцию Священных Писаний. Мы не должны забывать, что этот
_alone_ является нашим авторитетом”.

“Конечно,” ответил мистер Кортни. “Священные Писания учат, что он должен
быть _persecuted_ Церкви, но никогда сам гонитель. Она должна
_терпеть_ несправедливость, но не причинять её. Если её преследуют, то
преследователи должны быть вне её. Церковь Христа никогда не могла
преследовать саму себя. Её законом был закон _любви_. Мир мог бы ненавидеть
Он должен был благословить тех, кто его ненавидел. Мир должен был убить и уничтожить его, но он должен был молиться за тех, кто злобно молил его и преследовал. Зверь и лжепророк должны были вести против него войну.
великий дракон должен был стремиться уничтожить её; женщина, сидящая на звере, должна была опьянеть от крови святых; и была сила, которая должна была занять место Бога и «_изнурять_ святых Всевышнего» самыми жестокими и страшными гонениями; но Церковь Христова не должна была ни преследовать, ни мстить
на своих врагов. Ни одна новозаветная церковь не была гонительницей, и нет никаких указаний на то, что народ Христа когда-либо должен был стать гонителем.
Поэтому мы можем с уверенностью сказать, что всякий раз, когда мы встречаем претендентку на церковные почести, на чьих одеждах пролита кровь святых, она не является Церковью Иисуса Христа».

Феодосия добавила к своим табличкам восьмую отметку: «Она никогда не гонит ради совести».

— А теперь, — сказал мистер Перси, — позвольте мне предложить ещё одну пометку, и тогда, я думаю, наша табличка будет готова. Она настолько историческая, что
Чтобы применить этот критерий, нужно немного разбираться в истории, но это, несомненно, библейский критерий. Он заключается в следующем: ни одна _отступническая_ церковь не может быть Церковью Иисуса Христа.


«Отдельные члены, лицемерно заявлявшие, что признают Христа своим Царем, могут стать отступниками и выйти из церкви или быть из нее изгнанными; как говорит апостол: «Они вышли от нас, потому что не были от нас».
Целые общества могут, отвергая правление Христа, изменяя его установления или подчиняясь в вопросах религии другим правителям, а не Христу, лишиться его царства. Но поступая таким образом, они, несомненно, _перестают быть
Церкви Христа_. Они могут сохранить название, но они больше не являются тем, что подразумевает это название. Они не могут быть одновременно и в Его царстве, и вне его. Они не могут быть подданными Христа, сохраняя верность другим господам и подчиняясь им в религиозных вопросах. Всякий раз, когда
Церковь становится отступницей, отрицает веру или отходит от
практики первых Церквей в каких-либо _существенных аспектах_, она в
тот же момент перестаёт быть Церковью Христа и больше не имеет
никакой власти как исполнительница Его воли. Она сама становится
бунтовщицей».

— Я не очень хорошо разбираюсь в этом, — сказала Теодосия. — Мы знаем, что первые церкви допускали очень серьёзные ошибки как в доктрине, так и в практике.
Однако их не отвергали сразу.

 — Вы оба правы, — сказал мистер Кортни. “Это не каждую ошибку в
учение, или любой отход от простоты практика
первая церковь, которая представляет собой отступничество; но есть некоторые доктрины
и некоторые практики, которые несовместимы с самой природой
Евангелие, и если Церковь принимает эти его отступником, и нет
больше в Церкви Христовой.

“Церковь Христа повсюду в Священном Писании представлена как
верная и истинная. Она никогда не отказывается от своей преданности своему Господу. Мы
действительно, читали, что ‘должно было произойти отпадение’, но это было
отпадение паразитов, которые привязались к
царству, а не к самому царству. Это был только человек греха и
сын погибели, мертвая и гнилая масса религиозной коррупции,
которая отпала. Нет ни малейшего намёка на то, что «Невеста», «жена Агнца» должна нарушить свою верность и оставить Возлюбленного. Она была
Её должны были _испытать_: её должны были преследовать: её должны были изгнать в
пустыню (то есть в безвестность): её должны были скрывать от
глаз мира на протяжении многих веков; но она всегда должна была
быть верной, любящей и послушной женой. Она никогда не должна была стать
пьяной блудницей, восседающей на звере багряного цвета, и никогда
не должна была, подобно потомству этой блудницы, стать блудницей или
сожительницей блудниц. Поэтому, если кто-то из людей, называющих себя именем Христа, в моё время отказался от его отличительных черт,
народ, _они, несомненно, больше не являются его народом_.
Церковь, состоящая из людей, не избранных им, подчиняющаяся правителям, не уполномоченным им, и соблюдающая _обряды_, не предписанные им, _не является его Церковью_, какой бы она ни была когда-то. У Христа нет
_восставших_, _мятежных_ Церквей. Когда какая-либо Церковь отвергает его как своего единственного
Царь, его больше нет в его царстве, и вся его власть как правителя исчезла. Его крещение не является крещением царства, потому что оно больше не имеет права принимать членов. Его служение не является
служение в царстве, поскольку оно больше не уполномочено рукополагать служителей. Оно может распространять свои взгляды и увековечивать себя, но оно не может продолжать или создавать Церковь Христову».

 «Ещё одна мысль, — сказал мистер Перси, — и, думаю, мы будем готовы перейти к рассмотрению претензий. Вот она: всё, что _сейчас_ является существенной характеристикой истинной Церкви, _всегда_ было таковым с момента основания Церкви. Если, например, Церковь Христова не может преследовать
сейчас, то никогда не было такого времени, когда она могла бы это делать; и если отступник
Церковь не может быть Церковью Христа сейчас, как не было и времени, когда
Церковь, ставшая отступнической, могла бы иметь право управлять
законами или установлениями Царства Христова. Если это правда, что любая
Церковь, которая _сейчас_ станет _отступницей_, тем самым полностью
лишит себя возможности совершать какие-либо официальные действия от
имени Христа. Тогда должно быть верно и то, что каждая Церковь, которая
когда-либо становилась отступницей, в момент этого становилась
неспособной совершать истинное крещение или настоящее рукоположение.
Короче говоря, с того момента, как она перестала быть истинной и подлинной Церковью Иисуса Христа, в соответствии с выявленными нами библейскими характеристиками, с того самого момента все её официальные действия стали недействительными.

 «Мне кажется, — сказал епископ, — что ваши поиски истинной Церкви теперь будут похожи на поиски иголки в стоге сена.  Вы отсекли её со всех сторон, так что она неизбежно станет настолько маленькой, что её почти или совсем не будет видно. Признаюсь, мне становится всё интереснее присутствовать при находке.

«Я хотел бы увидеть ту Церковь, которая существовала в видимом и реальном
облике со времён Христа, которая никогда не преследовала, никогда
временно не отступала и которая _всегда_ придерживалась фундаментальных
доктрин Евангелия; Церковь, членами которой являются _только_ те,
кто сначала уверовал, затем крестился и своим личным и добровольным
действием стал её членом. Я говорю, что если бы существовала
какая-нибудь церковь, которая обладала бы _всеми_ этими качествами, я бы хотел увидеть её и познакомиться с ней. Но если бы я считал себя принадлежащим к какой-либо
как участник этой дискуссии, я должен торжественно протестовать против
суда над моей Церковью по любым подобным правилам ”.

“И я должен так поступить, ” сказал методист, - поскольку я не вижу необходимости в такой
крайней строгости построения. Народ Божий - это те, кто любит
его и доверяет ему, и где бы они ни собирались, везде есть Церковь
Божья”.

— В _определённом смысле_ это так, — ответил мистер Кортни. — Но каждое собрание тех, кто любит Бога, _не является ТОЙ ЦЕРКОВЬЮ, которой Христос поручил дела Своего видимого царства_. Каждое собрание его
народ — это не та Церковь, которую основал Христос и к которой он призывает вас, как послушных его подданных, присоединиться и поддерживать её.
_Эта_ Церковь — _особое собрание_; и если в Книге она описана с такими отличительными признаками, которые мы обнаружили, то ваш протест — это просто заявление о том, что вы не хотите, чтобы вас испытывало Слово Божье. Если есть _хоть одна_ из этих букв, которую мы придумали сами и не нашли в Книге, скажите нам, какая это буква, и мы сразу же вычеркнем её из нашей таблицы. Вы наверняка
признайте, что есть _какой-то_ способ узнать истинную Церковь. Если вы можете предложить нам способ получше, мы примем его. Но пока кто-нибудь не укажет нам на более верный и надёжный путь, мы должны следовать этому. Мы «_искали в Священном Писании, так ли это_;» и лично я не знаю другого способа узнать, что такое Церковь, кроме как найти это в Священном Писании».

— Мне не нужно ничего другого, — сказал доктор Тингвелл. — Когда Бог говорит Своим
Словом, я не ищу других доказательств истины. Я принимаю Библию, и Библия
только в нём я нахожу руководство во всех вопросах, касающихся религии. То, чего я не могу найти в нём, меня не волнует. То, что я нахожу в нём, я, надеюсь, всегда буду готов смиренно принять и с радостью подчиниться. Я признаю, что понятия не имел, как много в Слове Божьем говорится об этом. Мне казалось, что, поскольку я обнаружил так много различных мнений среди тех, кто называет себя христианами, Священное Писание должно быть очень неопределённым и оставлять этот вопрос открытым.
Но я обнаружил, что это не так. Те, кого мы нашли, определённо были
характеристики Церквей апостольских времён. Я не знаю,
есть ли _сейчас_ Церкви, обладающие этими же
характеристиками, или нет; но если есть _хотя бы одна_, и она настолько
ничтожна и презираема, что мир даже не знает её по имени, то с этой
Церковью я, если получится, объединюсь и буду помогать, насколько Бог даст мне сил, в её созидании. Я никогда не смогу довольствоваться чем-то человеческим,
что заменяет то, что установил сам мой Господь. И я не понимаю, почему люди, которые любят Иисуса и хотят следовать _его_ законам, должны колебаться
Давайте не будем приравнивать церковную организацию к вере или практике, а обратимся к Библии и проверим её на соответствие простым учениям, данным в Священном Писании. А теперь, мистер Кортни, если вы не устали, давайте обратимся к Книге и проверим её на соответствие одному из претендентов. Я стремлюсь к видимому прогрессу. Мы потратили несколько дней только на подготовку. Надеюсь, теперь мы сможем продвигаться быстрее.

«Меня так заинтересовали предварительные этапы, — сказала Теодосия, — что я почти забыла, с какой целью мы их проводим».

«Что ж, теперь мы готовы к рассмотрению заявки и сначала посмотрим, как будет выглядеть Римская церковь, если мы изучим её в свете Святого Слова. Похожа ли она на церковь Иисуса? Есть ли у неё знаки и метки, которые Христос поставил на правителе своего царства?»

 «Не лучше ли отложить рассмотрение этой заявки до завтра?» — спросил мистер Перси. «Мы не можем сказать, сколько времени это займёт.
Скорее всего, мы все устанем ещё до того, как закончим.  Есть опасность, что в своём нетерпении мы достигнем чего-то осязаемого
В результате мы будем торопиться с решением некоторых вопросов, к которым не следует относиться легкомысленно, или испытывать терпение наших друзей, которые, похоже, проявляют к этой теме почти такой же интерес, как и мы.

 «Вы правы, — сказал доктор. — Я и сам уже устал от сегодняшнего долгого заседания.
Но когда мы встретимся утром, пусть будет понятно, что мы не будем тратить время на предварительные разговоры».






В которой Римская церковь подвергается испытанию Писанием и оказывается не Христовой церковью.


Когда на следующее утро группа собралась, они сразу же вошли внутрь
субъект, как и люди, стремящиеся поскорее справиться с долгожданной задачей
.

Мистер Кортни начала разговор, сказав: “будьте любезны
давайте планшет, миссис Перси, чтобы освежить наши воспоминания. Это, вы
все мы помним, это его только использовать. Мы нашли в Священном Писании кое-что, касающееся Церкви.
И когда мы убедились, что это _там_, мы включили это сюда, просто для удобства ссылок и чтобы систематизировать наше применение учений Священного Писания.  Обратите внимание: _мы судим Церкви не по нашим меркам, а по
ТЕСТЫ НА ЗНАНИЕ БИБЛИИ, из которых наша таблица — всего лишь памятка_. Мы обнаружили —


1. Что Церковь Христова, согласно Писанию, состоит только из верующих во Христа, а _не из верующих и их детей_. [См. стр. 138–149.]


2. Что все её члены были _крещены_ после исповедания своей веры. [См. стр. 149–156.]

 «3d. Мы пришли к выводу, что Церковь является местной и независимой организацией, а не крупным коллективным церковным учреждением, состоящим из множества обществ, подчинённых друг другу или общему главе. [См. стр. 156
–157.]

«4. Мы обнаружили, что, хотя церковь во всём подчиняется Христу как своему царю и законодателю, она не создаёт законов для себя и не подчиняется никаким другим законам, кроме законов Христа. [См. стр. 158–160.]


5. Мы обнаружили, что её члены становятся таковыми не по принуждению или ограничению, а свободно и добровольно, по собственному желанию. [См. стр. 160–162.]

«6. Мы обнаружили, что церкви, основанные на Писании, придерживаются определённых особых
_учений_, которые по необходимости содержатся в самом изложении
евангелия. [См. стр. 162–163.]

«Эти критерии мы можем применять, не обладая никакими другими знаниями о различных
претенденты на это звание могут дать нам больше, чем мы можем почерпнуть из личного наблюдения за их профессиями и практикой.  Таким образом, вопрос о том, что такое Церковь, может быть легко решён без какого-либо знакомства с _прошлым_ нескольких претендентов на это звание. Но поскольку Церковь Христова была предметом пророчеств, и мы можем увидеть в Писании не только те особенности, которыми она обладала _тогда_, но и те, которые _она должна будет проявить в грядущие времена_, мы воспользовались этим обстоятельством и заглянули в зеркало пророчеств в поисках некоторых особых черт.
Чтобы увидеть соответствие, нужно обратиться к истории. Таким образом, мы обнаружили —

 «7. Что Христос предсказал, что его Церковь, которая началась с ним, будет вечной; и, следовательно, истинная Церковь — это та, которая не была разрушена или побеждена сатаной и вратами ада. [См. стр. 174–176.]

 «8. Кроме того, нам стало очевидно, что Церковь _Иисуса_, исполнительница _его_ законов, никогда не могла быть Церковью _гонителей_. [См. стр. 176–177.]


И наконец, в-девятых, мы обнаружили, что ни одна отступническая Церковь не может быть истинной Церковью Христа и не может иметь никакой власти в его царстве. [См. стр.
С 177 по 179.]

 «Эти признаки присущи каждой истинной Церкви Господа Иисуса Христа.
Мы должны отвергнуть ту претендентку, которая не может их продемонстрировать.
Нам всё равно, как она себя называет. Нам всё равно, насколько многочисленны, умны или _благочестивы_ её члены, потому что Церковь составляют не цифры, не ум и не благочестие. Чтобы быть Церковью _Христа_, она должна
состоять из таких людей, которых _=он= определил, — то есть из крещёных
верующих. Она должна быть _организована_ в соответствии с _его_
указаниями и образцами, которые =он= привёл в Священном Писании, и
в доктрине и на практике как официальный орган она должна соответствовать =его= законам. Теперь, если даже очень многочисленная группа очень умных и благочестивых людей объединилась в христианскую общину, но при этом _не следует_ наставлениям Учителя относительно его Церкви, их нельзя считать его Церковью. Они _не являются_ тем институтом, которому Христос, как Царь,
доверил исполнительную власть в Своём царстве; и если они пытаются
осуществлять её, то они (хотя и неосознанно, но от этого не менее верно) являются узурпаторами и мятежниками. Они могут
Они могут быть друзьями короля. Они могут в глубине души желать добра королевству. Они могут искренне стремиться к невидимому расширению королевства в сердцах людей. Они могут верить во Христа ради спасения своих душ и помогать тысячам других людей уверовать и спастись. Но те организации, _в которые они входят_, не являются _церквями Христа_ в той же мере, в какой они не называются так. Чтобы быть _его церквями_, они должны не только состоять из _его народа_, но и быть организованными по _его_ уставу, и
в _своих официальных_ действиях руководствуются _его_ правилами».

 «Конечно, — воскликнул доктор, — мы все это понимаем. Мы
собрали из Священного Писания _библейские_ признаки или характерные
особенности _библейской_ Церкви, и теперь нам остаётся только
справедливо и честно, без страха и пристрастия, применить их к
нескольким претендентам, которые просят признать их Церквями
Иисуса и относиться к ним соответственно. Если кто-то не пройдёт эти библейские испытания, мы можем, как мне кажется, считать _этот факт_ сам по себе
достаточная причина для того, чтобы отвергнуть его притязания, поскольку очевидно, что ни одна Церковь Христа не может не стремиться соответствовать
требованиям своего Господа, изложенным в Его Слове. А теперь, _пожалуйста_, не будем больше тратить время на предварительные разговоры, а сразу приступим к делу.

— Позвольте мне, — сказал епископ, — предположить — не для того, чтобы поставить под сомнение ваши изыскания (вы и так достаточно сузили свой кругозор),
а просто для того, чтобы показать, что вы ещё не совсем готовы, — что в своей табличке вы не упомянули ни об _офицерах_, ни о _министрах_
Церковь. Вы не поинтересовались, сколько степеней в истинной Церкви: одна, две или три.

— И сейчас, — ответил мистер Кортни, — у нас нет в этом необходимости, поскольку этот вопрос неизбежно возникнет, когда мы будем применять наше _четвёртое испытание_.
Ведь если Христос не назначал епископов-прелатов, то Церковь,
которая _подчиняется_ таким епископам, вышла за рамки
евангельского порядка и подчинилась власти других правителей,
а не Христа. Тем самым она перестала быть Церковью Христа и
стала Церковью епископов: так как _episcopos_ означает «епископ»,
ваша Церковь по праву называется «_епископальной_, то есть Церковью _епископов_
».

«Однако сейчас я лишь скажу, что Иерусалимская церковь была способна принимать членов и совершать таинства до того, как в ней появились _диаконы_.
В Деяниях 14:23 мы читаем о церквях, которые, по-видимому, существовали без _старейшин_ или пресвитеров.
Из этого я делаю вывод, что церковь может _существовать_ без каких-либо должностных лиц до тех пор, пока она не сможет _выбрать_ своих диаконов и пастора и должным образом их назначить.
рукоположен. Она не завершена, но всё же _это Церковь_, и у неё есть полномочия совершенствовать свою организацию путём _избрания_ из числа своих членов пастора для служения Слову и дьяконов для служения в мирских делах. Но у нас будет возможность вернуться к этому вопросу по мере продвижения наших исследований. И теперь мы готовы, доктор, продолжить, как вы и просили, и применить наши тесты к самым дерзким и высокомерным из всех претендентов на церковные почести. А как обстоят дела с Римско-католической церковью? Состоит ли она только из верующих?

«Конечно, нет. Почти все её члены становятся таковыми в
_младенчестве_, без личной веры или какого-либо притворства. И, в
отличие от американских пресвитерианцев и методистов, Римская
католическая церковь на практике не отвергает свою теорию и фактически не отрекается от своих членов до тех пор, пока они не докажут своё обращение или, по крайней мере, желание избежать ада. Она считает, что они стали христианами фактически, как и по форме, благодаря церемониальному обряду крещения младенцев. В этом,
как они говорят, они были возрождены и стали членами Христа и его
Церковь существовала до того, как стало возможным личное обращение к Христу. Даже
поэтому, хотя мы и должны признать, что все её взрослые члены искренне
верят во Христа, она всё же включает в себя тысячи и тысячи людей, которые
не только не способны участвовать в делах Царства Христова, но даже не
знают, где у них правая рука, а где левая. Примените второй критерий.
Все ли её члены были крещены?

— Наш ответ на этот вопрос, — сказал доктор, — должен зависеть от нашего решения другого вопроса, а именно: _Что такое крещение_? Если окропление
Если младенец — это крещение, то они были крещены. Если же крещение — это только погружение верующего в воду, то они не были крещены.

Вы помните, что я усомнился в целесообразности введения этого теста (если бы его можно было избежать) на том основании, что он поставил бы нас перед необходимостью пересмотреть все аспекты спора о крещении.


«Нам не нужно делать ничего подобного, сэр, — ответил мистер Кортни. — Римский
Католическая церковь никогда не _утверждала_, что окропление является действительным крещением,
только до тех пор, пока оно не было признано таковым _Папой Римским_ или «_Церковью_».
То, что Христос заповедал погружение, что практиковали первые Церкви
и что практиковалось везде и всегда (за исключением
предполагаемых случаев необходимости) на протяжении более тысячи трехсот лет, ни один римлянин
Католик не станет отрицать. Оставалось, чтобы протестанты, люди, исповедующие более чистое христианство и с большим почтением относящиеся к авторитету Священного Писания и исторической правде, чтобы епископалы, пресвитериане и методисты искажали и фальсифицировали историю, извращали и мистифицировали Священное Писание, чтобы добиться
по крайней мере, хоть какая-то тень поддержки церемонии окропления, которую они заменили для крещения по Новому Завету. Римская церковь не чувствовала
необходимости в таком подходе. Она не обращалась за санкцией к _Священному Писанию_.
Постановление собора или булла папы — вот вся власть, которая ей нужна.
Именно на _такой_ власти и _только_ на такой она открыто и _признанно_ заменила погружение окроплением. Она не делает из этого секрета; она открыто и смело заявляет об этом перед лицом
Бог и человек, она _изменила_ обряд; хотя Христос заповедал, а первые церкви практиковали _погружение в воду_, она всё же
Она имеет право _менять_ законы и постановления, и она изменила _это_ на окропление или обливание. Она расскажет вам, _когда_ она это изменила, и объяснит, _почему_ она это сделала. Она постоянно и справедливо упрекает протестантов, практикующих окропление, в том, что они переняли _её_ обряд вместо крещения Христа и Писания, в то время как они делают вид, что отвергают её власть и подчиняются только написанному Слову.

«Таким образом, нам остаётся решить только один вопрос: имели ли папы и соборы Римской церкви право отменять таинство
Христа, а на его место поставить другого, носящего то же имя,
но совершенно иного по форме и сути?»

«Разумеется, не может быть никаких сомнений в правильности решения _этого_
вопроса, — ответил доктор. — Но уверены ли вы в том, что факты таковы, как вы их изложили?»

«Если бы я не был в этом уверен, я бы их не излагал. Но я не прошу вас принимать их на веру.
Я прошу вас проверить их самостоятельно. Я укажу вам на средства, с помощью которых вы сможете
убедиться в справедливости моих слов, даже если вы настроены скептически.
[6]

 «1. Я мог бы сослаться на утверждения церковной истории. Что
Что говорит Неандер? Что говорит Мосхайм? Что говорит Шафф? Что говорят Магдебургские центуриаторы? Что говорит каждый образованный и честный историк, будь он сам погружателем или окропителем, тщательно изучивший этот вопрос?


«Никто не может внимательно прочитать то, что они собрали по этому вопросу, и не быть готовым сказать вместе с этим выдающимся педобаптистом, профессором Стюартом,
«Это доказанный факт, а именно древняя практика погружения в воду. Итак,
действительно, все авторы, тщательно исследовавшие этот вопрос, приходят к такому выводу. Я не знаю ни одного древнего обычая, который казался бы более
четко сформулировано. Я не понимаю, как это возможно для любого искреннего человека, который
исследует предмет, отрицать это.’

“2. Я мог бы сослаться на эти массивные Памятники древнего
практика, в баптистерии, с их огромным искусственных прудов глубокой
достаточно, чтобы купаться; и я спрашиваю, с какой целью это могло быть
построенных, на столько стоить и труда, если крещения не было
погружение.

«3. Я мог бы обратить ваше внимание на тот необъяснимый с другой точки зрения факт, что в  Римско-католической церкви на протяжении многих веков взрослые и дети, мужчины и женщины, всегда раздевались перед тем, как их собирались
крещение. ‘Противен, как и этот обычай был, - говорит Стюарт, - но это как
несомненно, как то свидетельство может сделать это.

“Но мне не нужно пытаться доказать то, чего заинтересованная сторона никогда не делала
делала вид, что отрицает, а именно, что погружение было первоначальным крещением, и
что оно было признано и практиковалось Римской церковью, и что,
авторитетом пап и соборов оно было изменено на
поливание и кропление.

«Этот весьма учёный католик, доктор Ф. Бреннан, в своей работе по истории крещения прямо говорит, что так оно и было. Доктор
Чейз приводит следующий перевод первого абзаца того, что
Бреннан представляет как

«Синоптический обзор древности и современности в отношении крещения,
[среди тех, кто признаёт власть папы]»

 «В ПРОШЛОМ. | «В НАСТОЯЩЕЕ ВРЕМЯ.
 «Триста лет назад крещение было | «Сейчас крещение — это, как правило,
как правило, и обычно это | обычно обливание человека водой; и только в
 водой; и только в исключительных | в Миланской церкви крещение погружением
 случаях — окроплением или обливанием | до сих пор практикуется как нечто
 водой; последнее, как способ | свойственное только этой церкви,
 крещения, более того, вызывало | и исключительное; в других местах оно
 вопросы; да что там, оно даже было | каралось бы».

«Боссюэ, знаменитый римско-католический епископ Мо, говорит: «Мы не читаем в Священном Писании о том, что крещение совершалось иначе, [чем погружением в воду,] и мы можем доказать это, опираясь на _решения соборов
и в соответствии с древними ритуалами, на протяжении ТРИНАДЦАТИ ВЕКОВ крещение совершалось таким образом по всей Церкви, насколько это было возможно_.

Опять же, говоря о том, что крещение — это погружение в воду, которое было дано Христом и практиковалось апостолами: «Хотя это и неоспоримые истины, тем не менее ни мы, [католики,] ни приверженцы мнимой реформированной религии не прислушиваемся к анабаптистам, которые считают погружение в воду необходимым и обязательным. Ни они, ни мы не побоялись _превратить_ это погружение, как я могу сказать, всего тела, в простое
«Окропление или вливание в одну из его частей». В другой работе, в которой он
защищает римско-католическую традицию отказывать мирянам в причастии
чаши, он приводит следующий аргумент: «Крещение погружением в воду,
которое так же ясно описано в Священном Писании, как и причастие под
двумя видами, тем не менее _было заменено обливанием_ с такой же лёгкостью
и без особых споров, с какой было установлено причастие под одним видом;
ведь для сохранения одного из них есть та же причина, что и для сохранения
другого». В это твёрдо верят реформаторы (хотя
некоторые из них в настоящее время спорят об этом) что крещение было установлено для того, чтобы его совершали путём полного погружения в воду; что Иисус Христос принял крещение таким образом, и его апостолы совершали крещение таким же образом;
что в Священном Писании не упоминается никакое другое крещение; что в древности его понимали и практиковали именно так; и что крестить — значит погружать в воду: эти факты, я говорю, единогласно признаются всеми реформированными [протестантскими] учителями, самими реформаторами [протестантами]
и теми, кто лучше всех понимал греческий язык и
древние обычаи как иудеев, так и христиан; Лютером, Меланхтоном, Кальвином, Казобоном, Гроцием и всеми остальными, а с тех пор и Жюрье, самым готовым к спорам из всех их служителей.
 Лютер даже заметил, что это таинство по-немецки называется _Tauf_,
из-за глубины, потому что они глубоко погружали в воду тех, кого крестили. Если в мире и есть абсолютно достоверный факт, то это он.
Тем не менее не менее достоверно и то, что все эти авторы считали крещение без погружения в воду законным и что
Церковь по праву сохраняет обычай окропления; и _Церковь_, поддерживая эти два обычая, которые, как доказывает традиция, одинаково безразличны, не сделала ничего необычного, а лишь защитила от беспокойных людей тот авторитет, на котором зиждется вера невежд.

 С этим полностью согласны многие другие римско-католические писатели и учителя. Все они признают и готовы доказать (если потребуется), что крещение, описанное в Священном Писании, было погружением в воду и совершалось именно так.
Но поскольку _внешнее_ действие не было сущностным,
В отношении таинства Церковь имела право и воспользовалась им, чтобы _изменить_
обряд и заменить погружение в воду части тела погружением в воду всего тела.


«Если, несмотря на эти открытые уступки со стороны самых выдающихся представителей Римской церкви, остаётся хоть малейшее сомнение в том, что Римская церковь изменила обряд Христа и ввела вместо него другой, то это сомнение будет развеяно тем простым фактом, что все усердные исследования учёного доктора
Уолл не смог найти ни одного упоминания о мнимом крещении окроплением или обливанием среди ранних христиан, за исключением случаев предполагаемого
_необходимость_ из-за опасной болезни; и ни в одной стране, которая не находилась под властью Папы, не было сделано это подношение.
«Все те страны, — говорит он, — в которых узурпированная власть Папы
принадлежит или принадлежала ранее, перестали окунать детей в купель, но все остальные страны мира, которые никогда не признавали его власть, по-прежнему это делают».

“Если какая-либо тень сомнения все еще остается, она, несомненно, должна быть
развеяна рассказом самих католиков о
времени и способе, когда и каким образом была произведена _change_.

Мистер Робинсон собрал из их латинских документов следующие факты
:

“В семьсот пятьдесят третьем году Астульф, король
лангобардов, захватил город Рим. Папа Стефан III бежал во Францию
Чтобы обратиться за помощью к недавно избранному Пипину
королю. Он, которого многие считали узурпатором, воспользовался этим
событием и с речью великого политика обратил его в свою пользу
. Он с глубоким почтением изучал _письмо, которое святой
Пётр написал и отправил ему с небес_ через Стефана
убедите его помочь Церкви. Он пообещал немедленно выполнить
небесное поручение, и он выполнил свое обещание, освободив Италию от
лангобардов, заменив Стефана и щедро одарив Церковь.
Стефан не был неблагодарным к своему благодетелю. Он освятил свой титул на
корону, совершив королевское помазание Пипина в церкви Св.
Стефан сделал его первым помазанным правителем в Европе и предал анафеме французов, если они когда-нибудь передадут свою корону кому-то другому, кроме потомков Пипина. Стефан прожил во Франции всю зиму.
и у него случился тяжёлый приступ болезни, вызванный усталостью от
путешествия и неразберихой в делах, от которого, однако, он
скоро оправился.

 «Во время своего пребывания в монастыре Сен-Дени он ввёл
римский обряд. Весной следующего, 764-го года, в ответ на
обращение нескольких монахов из Кресси, которые обратились к нему
за советом, он высказал своё мнение по девятнадцати вопросам, один из которых разрешён
_это был первый подлинный закон о крещении погружением в воду_,
который со временем стал пониматься как окропление. Вопрос
Вопрос заключался в том, допустимо ли _в случае необходимости_, вызванной болезнью младенца, крестить его, выливая воду из руки или чаши на голову младенца? Стефан ответил: Если такое крещение совершается в таком _случае необходимости_ во имя Святой Троицы, оно должно считаться действительным.

«Учёный Джеймс Баснейдж (римско-католический антиквар) делает несколько весьма уместных замечаний по поводу этого канона, например, что «хотя это и считается первым законом для окропления, он не запрещает окунание; что он
позволяет брызгать только в случае непосредственной опасности; что подлинность
это отрицается же католиков; что многие законы были приняты после этого
время в Германии, Франции и Англии, чтобы заставить погружения, и без каких-либо
предоставление в случаях необходимости; а потому, что этот закон не изменить
режим погружения в общественных крещения, и что он не был до пяти
сто пятьдесят семь лет после того, что законодатель в Совет
в Равенне, в год тысяча триста одиннадцать, заявил погружения или
брызгать безразлично’.

«Не отрицается, что обливание и окропление применялись в случае необходимости и до этого, но это делалось без _юридической санкции_,
и всегда было сомнительно, является ли это действительным крещением. Однако это было узаконено в _случаях необходимости_ папой Стефаном III и во всех случаях папским собором в Равенне».


«Я не думаю, — сказал доктор, — что нам нужно тратить ещё какое-то время на этот вопрос. Если что-то и можно подтвердить свидетельскими показаниями, то, по-видимому, можно с уверенностью сказать, что эта церковь когда-то крестила погружением в воду, а теперь делает это
обливание или окропление. Если _первым было_ крещение, заповеданное
Христом, то они упразднили его и заменили другим действием; и поэтому
теперь они не являются Церковью. Если первым было _не_ крещение, заповеданное Христом,
то они были язычниками без крещения и, следовательно, не были
Церковью».

«Но, — сказала Феодосия, — они не были Церковью, даже если их _действие_
крещения соответствовало Писанию. Они не были бы Церковью,
согласно нашему критерию, даже если бы были крещены, если бы это не было
совершено на основании личного исповедания их веры. Мы обнаружили в нашем
Изучение Священного Писания показывает, что не только все были _крещены_ до того, как стали членами Церкви Христовой, но и что они _не были крещены до тех пор, пока не исповедали своё покаяние и веру_. Следовательно, пока эти или любые другие люди были крещены до того, как уверовали, они не являются членами Церкви, описанной в Писании.
 _Погружение_ в воду младенца, находящегося без сознания, — это такое же евангельское крещение, как и _окропление_ такого младенца».

— Возможно, вы правы, — сказал доктор. — Я подумаю об этом позже. Давайте перейдём к третьему испытанию.

«Является ли Римско-католическая церковь местным и независимым сообществом крещёных верующих или же это крупная организация, объединяющая множество местных сообществ?  Задать вопрос — значит ответить на него. Каждый, кто хоть что-то знает об этой иерархии, знаком с тем фактом, что каждая из тысяч местных общин является лишь частью великого объединения под названием Римско-католическая церковь, центральная власть которой находится в городе, носящем её имя, или, скорее, в Папе Римском, где бы он ни находился. И совершенно точно, что мы не нашли прообраза такой церкви в
Новый Завет. Церковь, примеры которой мы так часто видели, была
во всех случаях независима от всех других Церквей. Она никогда не
подчинялась ни одной другой Церкви или всем другим Церквам; и ни в
одном случае она не требовала и не принимала подчинения от всех
других Церквей или от какой-либо другой Церкви. И даже если бы мы
признали существование вселенской Церкви, описанной в Писании, эта
Церковь должна состоять из Церквей, описанных в Писании. Если отдельные церкви были независимыми местными
объединениями, то великая соборная церковь должна состоять именно из таких
независимые тела. Целое не может состоять из материалов, отличных от тех, из которых состоят его части.
Поэтому ни одна крупная конфедерация так называемых Церквей не может быть в этом общем смысле Церковью Христовой, если каждый член этой конфедерации не является Церковью, завершённой в себе и полностью независимой от конфедерации, частью которой она предположительно является. Даже если мы
представим себе нечто, состоящее из частей, которые являются церквями, а в совокупности представляют собой Церковь, и назовём это представление видимой Церковью
Будучи универсальной, она не могла включать в себя церковные установления, состоящие из местных сообществ, подчинённых какой-либо национальной центральной власти или даже подчинённых друг другу. Если видимая Церковь Христа, рассматриваемая как местная организация, является целостной и независимой, то его видимая Церковь, рассматриваемая в совокупности, должна состоять _только_ из таких местных и независимых сообществ. Целое может включать в себя не больше, чем все его части. Но давайте перейдём к четвёртому критерию. Есть ли у Римской церкви другой законодатель, кроме Христа? Признаёт ли она
«Есть ли у неё какая-либо власть, кроме его власти, над ней самой?»

 «Конечно, нет, — воскликнул мистер Перси, — если под Церковью вы подразумеваете весь церковный аппарат, включая пап и кардиналов, епископов и священников!
 Римская церковь признаёт власть над собой и без колебаний отменяет и изменяет даже законы Христа. Но если вы хотите спросить, есть ли у какой-либо из тех местных конгрегаций, которые называются римскими, власть над ней самой, то я отвечу, что нет.
Католическая церковь признаёт любую власть, кроме власти Христа, выше своей собственной.
Это уже другой вопрос».

 «Наш друг доктор, — ответил мистер Кортни, — ищет
видимая Церковь Христа. Он желает присоединиться к ней. Он может объединиться с ней только как с поместной общиной. На самом деле мы уже установили, что Церковь Христа _есть_ поместная община, и ничего более.
Поэтому нам предстоит решить, является ли какая-либо из так называемых
_местные церкви_, которые могут предстать перед нашим судом, — это церкви Иисуса Христа.
И если мы обнаружим хоть одну такую церковь, которая _как церковь_
признаёт власть какой-либо силы, кроме власти Христа, вне себя, которая
устанавливает для неё законы, налагает на неё дисциплинарные взыскания или управляет ею, то
Церковь — это не Церковь Христа. Она отвергла Христа как своего единственного
Царя и подчинилась другим правителям. Она не является _Христовой_
исполнительной властью, но, поскольку она обладает какой-либо властью, она претворяет в жизнь законы _кого-то другого_; или, что ещё хуже, она отказывается от всякой власти и покорно _подчиняется_ правлению
ошибающихся людей. Она не только не является хранительницей законов Христа, не только не осуществляет под его началом высшую власть в его царстве, но и не заботится о его членах. Она не только не принимает решений самостоятельно, но и
Согласно закону Христа, кого она должна принять, а кого должна отвергнуть, кому она должна служить в святых делах и какими средствами она может наилучшим образом обеспечить соблюдение требований своего Господа, — всё это она оставляет на усмотрение служителя, священника, епископа, папы, совета, конференции, пресвитерии или какой-либо другой контролирующей власти, которую она, _как Церковь_, признаёт имеющей право принимать решения за неё и которой она, _как Церковь_, обязана подчиняться. Итак, местное римско-
католическое общество подчиняется священнику и епископам;
Она подчиняется соборам, она подчиняется Папе, и если бы она
имела неслыханную дерзость апеллировать к Священному Писанию,
сама определять его значение и, повинуясь тому, что она
считает законом Христа, отвергать власть этих человеческих
правителей и законодателей, она была бы немедленно отвергнута
и изгнана. Она перестала бы быть Римско-католической церковью.

«Она не является Римско-католической церковью, которая может самостоятельно изучать и решать, каковы требования Иисуса, Царя в Сионе, и исполнять их.
Она должна верить и делать то, что требуется от неё
Папа Римский. Как церковь, она не имеет права решать, кто будет её членами,
кто будет допущен к причастию, а кто исключён из него. Как церковь,
она не может выбирать своих служителей или отказываться от самого
униженного подчинения тем, кого её земные хозяева решат поставить над ней.
Папы и соборы принимают для неё законы, а епископы следят за её дисциплиной. Она — рабыня, чей единственный долг — беспрекословно подчиняться
каждому приказу, но не Христа, а людей, которые взяли на себя право распоряжаться Божьим наследием.

«Но если вы посмотрите на Римско-католическую церковь как на большой коллектив и зададитесь вопросом, является ли эта иерархия единственным законодателем и правителем, то ответ будет отрицательным. Она сама создаёт законы. Постановления её соборов имеют такую же силу, как и заповеди Иисуса. Она
не просто исполняет законы Христа, но взяла на себя смелость
менять его законы и установления, _отказываясь_ подчиняться ему
и требуя подчинения своим собственным постановлениям. Папа для неё
король и законодатель, и то, что заповедал _Христос_, её члены
им даже не позволили узнать это самим.

 «Если теперь мы применим наш пятый критерий и спросим, стали ли они такими по собственному желанию, ответ будет отрицательным. За очень редким исключением, они стали такими без их ведома или согласия.
 Они стали такими в результате действий других людей, прежде чем они смогли что-либо понять в этом вопросе.

«Если вы возьмёте ручку, вложите её в руку младенца, возьмёте его за пальцы и направите его крошечную ручку так, чтобы она поставила подпись под документом о дарении, передающем Церкви всё его имущество, то это будет законно.
наследование, то такой акт будет столько, поступке ребенка, как это
акт, посредством которого он создан, чтобы дать _himself_ Церкви. Это не акт
его. Он становится членом не только без его желания, но без его
сознание. Члены Священного Писания Церкви не были сделаны таким образом.
Они услышали слова: они были поражены в самое сердце: они верили в
Христос: они возрадовались надежде, а затем по собственной воле соединились с народом Божьим.
Следовательно, это не Церковь, потому что её члены не стали таковыми по собственному желанию или даже с собственного согласия.

«Соответствует ли она, в соответствии с нашим шестым критерием, фундаментальным доктринам Евангелия? Зависит ли спасение в её формулах от благодати через веру или оно зависит от _дел_: от соблюдения _форм_ и соответствия _обрядам_, предписанным Церковью? Никто, знакомый с её ритуалами, не усомнится в этом. Ребёнок становится
_христианином_ после крещения, а когда вырастает, должен завершить
дело спасения исповедью и покаянием, земными поклонами и
постами и тому подобным. Здесь нет признания жертвы
Христос _однажды_ принёс себя в жертву за грехи мира, и этот обет доступен каждому, кто верит. Спасение можно найти только _в Церкви_,
и получить его можно только из рук _священников_, причём с соблюдением определённых форм. Нам не нужно тратить время на подробное описание её ошибок. Нам не нужно говорить о поклонении иконам и молитвах святым. Нам достаточно знать, что она настолько изменила евангельский план спасения грешников, что не может дать те же наставления осуждённым и встревоженным искателям спасения, которые давали апостолы
«Веруй в Господа Иисуса Христа, и спасёшься ты».

 «Седьмое. Началось ли это во времена Христа и продолжается ли по сей день? Нет никаких сомнений в том, что во времена апостолов в Риме была основана Церковь Христа. Нет никаких сомнений в том, что какое-то время она была _истинной_ Церковью. Сначала она состояла
только из крещёных верующих, которые «умерли со Христом
через крещение» и о чьей «вере говорил весь мир» Это было
простой местный церковный совет, который сначала и на протяжении нескольких поколений
Она не претендовала на власть над другими церквями и не подчинялась никакой власти, кроме власти Христа. Она руководствовалась законом Иисуса и во всех вопросах, касающихся доктрины или долга, полагалась только на него. Пока это продолжалось, она была Церковью Христа. Если бы так продолжалось и по сей день, мы бы радовались, признавая её истинной Церковью Христа, существовавшей с самых ранних времён. Но так не было. С самого начала она начала признавать власть правителей, которых не назначал Христос; она подчинялась законам, которые Христос
она ввела в свой состав членов, которых Христос не уполномочивал;
и с этого времени она перестала быть Церковью Христа. Она по-прежнему
называлась его именем, но больше не принадлежала ему; она стала отступницей
и тем самым утратила всякое право действовать от его имени. Она стала
средоточием греха, самим престолом Сатаны. Она пролила кровь
святых тысячами и тысячами. Она изменила таинства Христа и показала себя тем самым «Антихристом», «человеком греха» и «сыном погибели», о которых говорится в Слове. Пока она сохраняла
В своём первом обличье она была Церковью Христовой; когда она приняла второе обличье, она стала Церковью Римской, а со временем стала называть себя Римско-католической или _вселенской_ Церковью. Точную дату её превращения из Церкви Христовой в Антихриста сейчас определить нелегко; но она определённо перестала быть Церковью Христовой с того дня, когда впервые обагрила свои нечестивые руки кровью тех, кого она убивала за свидетельство об Иисусе. В своём нынешнем религиозном обличье
_иерархия_, а также её нынешнее устройство и характер
Что касается членства и порядка служения, то она возникла намного позже времени Христа. В его дни или в дни апостолов о таких религиозных институтах не могло быть и речи. Церковь Христа, как мы видели, не была иерархической, и, конечно же, никакая иерархия не могла быть его Церковью.
И поэтому, даже если бы это огромное учреждение существовало до
смерти Христа, оно не могло быть его Церковью, потому что его Церковь
_не_ была таким учреждением, а представляла собой простое местное независимое сообщество. Однако из достоверных исторических источников мы знаем, что оно существовало по крайней мере
ещё во втором веке до того, как Церковь Христа в Риме уступила место римской иерархии; так что она не может претендовать даже на это звание истинной церкви, основанной на Писании.


Тогда, если мы применим наше восьмое испытание и спросим, преследовала ли она когда-нибудь за убеждения, вся история подтвердит, что она веками упивалась кровью святых. Когда же не было дня, чтобы она не преследовала? Во все времена и во всех странах, где у неё была власть, она пытала, мучила и уничтожала всех, кто осмеливался повиноваться Христу, а не Риму. Примечательно, что, хотя
Хотя она иногда убивала евреев и язычников за их веру, её главные злодеяния были совершены против тех, кто называл себя последователями Иисуса, кто самостоятельно изучал святое Слово Божье и не признавал её власть выше власти их Господа. Они говорили, что коррумпированная церковь отступников утратила всякую власть как исполнительница воли Царства Христова и, следовательно, крещение, совершаемое её служителями и по её власти, не было христианским крещением, и они не могли принять его как таковое. Поэтому они крестили тех, кто пришёл
Они отлучили их от Римской церкви, несмотря на то, что они были крещены священниками. Рим объявил это ужасным грехом — повторным крещением, или анабаптизмом, а тех, кто практиковал его, они называли анабаптистами. Примечательно также, что эти анабаптисты не могли найти в Слове Божьем никаких указаний на крещение детей. Они говорили, что Христос не заповедовал этого, поскольку в Книге нет такого указания.
Они говорили, что Христос не практиковал это, как и апостолы, поскольку в Книге нет ни одного примера такого поведения. И поскольку
Поскольку в _Священном Писании_ об этом ничего не сказано, они не могли практиковать это как религиозный обряд. Следовательно, хотя они и посвящали своих детей Богу и тщательно обучали их знанию Его Слова, они не осмеливались насмехаться над Богом, совершая над ними крещение, которое Христос установил только для тех, кто покаялся и уверовал. За это они были преданы анафеме. За это их оштрафовали,
заключили в тюрьму, подвергли бичеванию, пыткам, обезглавили, утопили и сожгли по приказу
«_Святой католической церкви_» в Риме. За это их и сегодня
Их штрафовали, сажали в тюрьму и пытали в каждой католической стране, где Церковь _обладала властью_ и осмеливалась её использовать.
В основном по проклятиям, которые на них обрушивались, по указаниям, данным для их искоренения, и по причинам, по которым они должны были быть уничтожены, мы можем проследить историю истинных Церквей с того времени, когда была установлена римская иерархия. История _этой иерархии_ подробно описана, и _это_ называется историей Церкви! Но у истинных Церквей Христовых нет даже названия для многих
целую вечность. Мы могли бы усомниться в их существовании, если бы не эти
указы, в которых они объявлялись самыми страшными еретиками, и
записи о кровавых казнях, благодаря которым эти указы были настолько
применяемые с раскаянием, свидетельствуют об их непрерывном существовании. Но, как бы то ни было,
мы можем узнать их в любую эпоху и во многих странах. Мы можем проследить их путь по
потокам крови, которую они пролили за свидетельство об Иисусе; и увидеть их в свете костров, в которых были сожжены их тела,
потому что они не захотели оставить своего Царя и отказаться от свободы
которых Христос сделал свободными, и подчинить свою совесть власти Рима. Они смело спросили: «Какое отношение император имеет к нашей религии?» В вопросах религии они знали только одного царя — Иисуса.
Они подчинялись _Его Слову_; и это было их непростительным преступлением.
Они не подчинялись Папе Римскому и не внимали постановлениям соборов.
У них было Слово Божье, которому они не могли не повиноваться.
Его власть была верховной, а его наставления — исчерпывающими. Зачем им были папы и соборы, чтобы учить их закону Христа? И что
Имели ли право папы и соборы изменять или отменять законы Христа?
 Они были свободными людьми Христа и не хотели, да и не могли, склонить свои шеи под ярмо римско-католического рабства или преклонить колени перед римско-католической властью. А от римско-католической власти, после того как «церковь» обеспечила себе союз и контроль над гражданской властью для исполнения своих указов, так просто не отделаться. Не кровь отдельных преступников могла утолить её жажду мести.
Хотя бесчисленные тысячи людей погибли в темницах инквизиции и в
пламя ‘авто да фе’; но целые провинции были опустошены
огнем и мечом, и все население, мужчины и женщины, невинные девушки
и маленькие, беспомощные младенцы, обреченные на неизбирательную и кровожадную смерть
смерть, ставшую самой ужасной из всех зверств, которые только могли придумать самые
дьявольская жестокость и самая сатанинская изобретательность, чтобы
усугубьте его ужасы. Римская церковь может исчислять своих жертв не тысячами и не сотнями тысяч, а миллионами; и это не евреи, отвергающие Христа; не язычники, преклоняющиеся перед безмозглыми идолами; а
верующие в Иисуса — крещёные верующие, то есть, как и ранние
христиане, в своих местных церквях, организованных по образцу Писания;
единственным преступлением которых было то, что они предпочли повиноваться Христу, а не Папе. Они не признавали, что Рим имеет какое-либо право на власть там, где царствует только Христос. Они не признавали крещение, совершённое в Риме, и не крестили своих детей, пока те не продемонстрируют раскаяние и веру.

— Если это не доставит вам слишком много хлопот, — сказала Теодосия, — я бы хотела услышать подробности о гонениях на католиков. Я
Я знаю, что их много, и некоторые из них были очень разрушительными и жестокими.
Но в моём сознании скорее сложился общий образ безымянных ужасов,
чем какие-то конкретные подробности жестокости и смерти, о которых вы
упомянули в таких общих выражениях.

 «Боюсь, — сказал доктор Тингвелл, — что если мы углубимся в изучение конкретных случаев жестокого преследования со стороны этой церкви, это отнимет у нас слишком много времени. Я уделил этому вопросу немного внимания и могу заверить вас, что история её преследований в значительной степени
В какой-то степени это история иерархии. Она была не случайным, а постоянным преследователем. Тем не менее, если мистер Кортни сможет выбрать несколько наиболее ярких или поучительных примеров, это, пожалуй, будет нелишним.

«Изучение этих фактов, — сказал мистер Кортни, — не только не приведёт к ненужной трате времени и не отвлечёт наше внимание от главной цели, которую мы преследуем, но и будет практически необходимым для нашего полного понимания не только позиции этого истца, но и некоторых других. И хотя мы не можем вдаваться во все эти ужасные подробности
О гонениях, которым подвергался народ Божий со стороны этой церковной иерархии и её потомков, мы не можем не упомянуть.
Мы не можем не вкратце проследить её историю в связи с этим вопросом.

 — Пожалуйста, расскажите нам об этом как можно короче, — сказал доктор.

 — Нет, нет, мистер Кортни! — воскликнула Теодосия. — Пожалуйста, расскажите нам всё, что вам об этом известно.
Доктор Тингвелл уже всё это обсуждал и не помнит, что для остальных это будет в новинку и вызовет романтический интерес.

 «История преследований — странная история, с какой стороны ни посмотри
мы можем взглянуть на неё; и самая странная глава в этой истории — та, что касается гонений на христиан со стороны тех, кто называл себя друзьями и последователями Иисуса. Не было ничего удивительного в том, что язычники убивали христиан и пытались остановить распространение религии, которая так резко осуждала их взгляды и обычаи и была так совершенно и непримиримо противоположна всему, что они считали священным. Христианство, где бы оно ни распространялось, отменяло и уничтожало власть языческих жрецов. Благоговение , с которым
То, с чем их встречали, сменилось жалостью или презрением.
Дорогие подношения больше не приходили, чтобы обогатить их святилища; перед их алтарями больше не проливалась кровь жертв.
Пышность и величие их торжественных церемоний исчезли.
Их храмы разрушались, и всё великолепие и пышность их некогда привлекательных ритуалов больше не привлекали бесчисленные тысячи людей, чтобы они могли смотреть, удивляться и восхищаться.
Эти жрецы были образованными, умными, руководящими умами огромных и могущественных наций. Они бы не заметили, как их власть ускользает из их рук,
и не прилагали никаких усилий, чтобы сохранить его. Инстинктивно они цеплялись за него с упорством, достойным смертельной схватки. Самые напряжённые усилия самых могущественных умов всего языческого мира были направлены на защиту древней религии. И, похоже, не будет преувеличением сказать, что в своих советах они руководствовались подсказками того Князя тьмы, чьими добровольными слугами они были так долго. Поскольку Рим теперь был владыкой мира, великая битва должна была произойти именно в Риме. Когда Павел начал проповедовать там, в арендованном им доме, прикованный цепью к
Для солдата, которому была обещана свобода, христианство было слишком незначительным явлением, чтобы вызвать что-то большее, чем презрительное пренебрежение со стороны власть имущих. Но когда число новообращённых увеличилось и некоторые из них оказались даже в окружении императора, священники забеспокоились.
Они не стали рассуждать, а решили уничтожить христианство. Правительство принадлежало им, и вся изобретательность законодателей, вся мощь оружия и вся власть империи были направлены на то, чтобы сокрушить новую религию и искоренить все её следы
из умов людей. Если бы она была похожа на другие религии, то такой исход был бы быстрым и неизбежным. Но имя Христа было
сильнее, чем грозное имя Рима. Десять ужасных гонений, в ходе которых вся огромная власть и ресурсы самой могущественной империи на земле были направлены с самой злобной и ужасающей энергией против растущей секты, прошли, но она не была уничтожена. Жестокость
Нерон, гордый и вероломный Домициан, суеверный Диоклетиан тщетно нападали на него. Тела христиан были растерзаны в
их бросали живыми на арену амфитеатра, чтобы их растерзали дикие звери;
их сжигали как факелы, чтобы осветить общественные сады; их
подвергали пыткам, слишком ужасным, чтобы о них упоминать. Но христианство всё ещё существовало. Цельс, Порфирий и Иероним нападали на него с помощью аргументов, оскорблений, сатиры и доносов, но оно всё равно торжествовало. «
«Апологии» Отцов Церкви были более чем достойным ответом на знания и остроумие их оппонентов. Даже Юлиан Отступник, когда он объединил все свои знания и философские навыки со всеми
Власть империи, направленная на религию, которую он когда-то принял, а затем отверг, была вынуждена признать после его смерти, что галилеянин победил — христианство восторжествовало. Храмы идолов стали церквями последователей Иисуса. Алтари больше не дымились от крови жертв, приносимых любви. И всё же
_жрецы_ были там, облачённые, как и их языческие предшественники, в
священные одежды, и многое из того, что называлось поклонением Иегове,
было удивительно похоже на то, что когда-то называлось поклонением Юпитеру.
Христианское имя осталось, но чистота и сила религии Христа были утрачены.
И те, кого теперь называли христианами, как только получали _власть_,
показывали, что они так же готовы пытать и мучить, преследовать и
уничтожать тех, кто осмеливался ставить под сомнение _их_ власть,
как и древние язычники.

 — Пожалуйста, расскажите нам, мистер Кортни, как произошли эти изменения. Как
так вышло, что ученики Того, чьё имя было синонимом любви и кто
призывал своих последователей делать добро тем, кто их ненавидит, и молиться за тех
которые преследовали их — как же так вышло, что они перестали повиноваться своему Господу и сами стали убийцами своих братьев?


 «Когда религия Христа, — ответил мистер Кортни, — стала _народной_ религией; когда тех, кто исповедовал её, скорее добивались расположения и льстили им, чем сажали в тюрьму и убивали; когда знать и императоры встали на сторону Христа, плохие люди объединились с этой партией ради власти и влияния. Когда было принято крещение младенцев (или, скорее, крещение несовершеннолетних, поскольку крещение _младенцев_ было введено позже), единственным условием для
Членство в церкви означало способность повторять, как попугай, слова Символа веры и отвечать на некоторые вопросы катехизиса. Когда искреннее покаяние и живая вера во Христа перестали быть условиями для вступления в церковь, она вскоре стала состоять из необращённых людей, которые не имели духовного понимания Евангелия и для которых религия была лишь пустой формой, ценной лишь постольку, поскольку её можно было использовать для мирского возвышения. Эти церкви больше не были собраниями учеников Иисуса. Они уже прекратили своё существование
Они не были истинными церквями Христа; это были просто сообщества _мирских людей_, которые не любили ни Иисуса, ни его дело и которых гораздо меньше заботило процветание _его_ царства, чем собственное продвижение. Первым шагом
к тем ужасным переменам, в результате которых Церковь Христова исчезла из поля зрения, а вместо неё появилось учреждение с тем же названием, но состоящее из других людей, организованное по совершенно иному уставу и исполненное злобы по отношению к ней, стала _утрата независимости местных общин_. Христос, как мы видели,
сделал каждую Церковь независимой. Над ней не было никого, кроме него самого.
Он был её Господом и Учителем, но она не называла никого на земле своим Учителем.

 «Но очень рано (где-то во втором веке) это мудрое устройство начало меняться.
В крупных _городах_ первая Церковь, которая была организована, стала главенствовать над другими, которые в какой-то степени находились под её руководством.
Процесс был очень простым и естественным. Была одна большая и влиятельная церковь:
в ней было несколько служителей, которых всех вместе называли пресвитерами —
То есть старейшины или епископы. Кого-то из них церковь выбрала своим пастором. По мере увеличения числа прихожан всем стало бы неудобно собираться в одном и том же месте. Следовательно, они собирались для богослужения в разных частях города.
И было вполне естественно, что они просили _его_, которого все они признавали своим _пастором_, в чью церковь они приходили, чтобы причаститься, и от чьих рук они приняли крещение, прислать им какого-нибудь старейшину для проведения общественного богослужения.  Было вполне естественно, что он попросил кого-то
Он должен был отпустить священника и даже пожелать ему взять на себя постоянное попечение об этом небольшом участке с согласия всех заинтересованных сторон.
Было вполне естественно, что то, что делалось из соображений удобства и вежливости, вскоре стало рассматриваться (среди людей, столь невежественных в вопросах христианства, какими, должно быть, были первые новообращённые из язычников) как _право_, основанное на изначальном устройстве Церкви. Новая община по-прежнему считала себя придатком первой, а её священник по-прежнему подчинялся пастору первой общины.
его пастор. И со временем он стал считаться занимающим своё место не по воле народа, которому он служил, а по воле пастора, назначившего его на эту должность. Было сформировано множество таких внешних собраний: в каждом из них наблюдались одни и те же результаты, обусловленные схожими причинами. Пастор первой и самой известной церкви
оказался бы в положении человека, который, не имея непосредственного отношения к их делам,
тем не менее номинально был бы пастором тысяч людей, которым он никогда не служил,
но которые находились под контролем тех, кто вскоре начал бы
Они назывались _его_ пресвитерами, или низшим духовенством, в то время как он, в силу своего превосходства, назывался «_епископос_», то есть, говоря простым языком, «надзиратель».
Этот термин несколько раз встречается в Новом Завете, но всегда как синоним слова «_пресбутерос_», или «старейшина». Например, когда говорится, что Павел послал за «_пресвитерами_,» старейшинами Церкви в
Он послал их в Эфес и наказал им заботиться о себе и обо всей
пастве, над которой Святой Дух поставил их «епископами», что в нашем
переводе очень точно передано как «надзиратели». Всё это могло быть очень
сделано невинно. Первый из пасторов, который таким образом получил контроль над другими церквями, помимо своей собственной, возможно, стремился, и, вероятно, действительно стремился, _не_ столько к расширению собственной власти, сколько к расширению влияния религии. Его влияние, вероятно, в гораздо большей степени зависело от его личных качеств, чем от его официального положения.
 Люди _любили_ его и не хотели _полностью_ отказываться от его служения. Они предложили ему добровольное и непринуждённое подчинение, ища наставлений и указаний у
Он участвовал в их церковных делах скорее как отец во Христе, чем как _правитель_ их совести. Но поколение сменилось.
 То, что поначалу было простой вежливостью, теперь стало традицией. Его преемник мог по праву требовать контроля, который другой, возможно, сохранял неохотно. Епископ претендовал на _право_ назначать служителей во второстепенные церкви; он претендовал на право контролировать их дисциплину; он претендовал на _платы_ и доходы, которые начали поступать из различных источников. Он оказался в затруднительном положении
власть и влияние. Его контроль над столькими тысячами людей делал его дружбу важной для политических амбиций. Он мог быть полезен государству; поэтому государство подтверждало его притязания и, при необходимости, подкрепляло их светской властью. Епископ и его епархия стали частью аппарата империи, а его отношения с церквями регулировались гражданскими законами. Это была первая ошибка. Первоначальная простота церковной организации, установленная Христом и апостолами, была утрачена, и независимая поместная церковь перестала существовать.
Церковь была поглощена _иерархией_, или церковной системой,
состоящей из всех церквей определённого города, провинции или
страны, более или менее полностью подчинённых одному общему главе.
 Независимость конгрегаций была упразднена, и вместо неё было введено епископство. Это произошло не везде и не сразу, и _никогда_ не происходило во _всех_ церквях. Некоторые из них по-прежнему отказывались подчиняться
какому-либо господину, кроме Христа, и за это подвергались самым жестоким гонениям со стороны тех, кто признавал верховенство
епископы заключили союз с государством».

 «Простите, джентльмены, — воскликнул епископ, вошедший после начала этого разговора и устроившийся поодаль от небольшого кружка собеседников, по-видимому, с намерением больше не вмешиваться в дискуссию. — Простите, джентльмены, но я хотел бы знать, на каком _основании_ могут быть сделаны такие заявления, как те, что я только что услышал. Объяснение мнимого возвышения епископата, безусловно, очень остроумное, и мне оно очень понравилось
Как бы то ни было, история о бесчисленных бедах, причиной которых, как я выяснил, является отцовство, несомненно, будет увлекательной. И мне почти жаль портить такую прекрасную ткань, выбивая из-под неё основу. А это, как мне кажется, я могу сделать, просто спросив, на чём она держится? Ибо если какой-то факт, зафиксированный в церковной истории, и является достоверным, то это то, что Церковь Христова с самых ранних дней, даже со времён самих апостолов, была организована по епископальному принципу и признавала три чина служения: первый из которых (то есть
епископам) была дана исключительная власть рукополагать в духовный сан и осуществлять церковную дисциплину».


«Очень легко, — ответил мистер Кортни, — делать уверенные заявления, но иногда очень трудно подкрепить их единственным допустимым свидетельством. Вы спрашиваете меня, на каком основании я строю своё объяснение возникновения епископата и на каком основании я делаю такие заявления о нём. Я отвечу вам честно и открыто.

“Во-первых, благодаря тщательному изучению этой книги мы имеем [закладку
положив руку на Библию], убедился, что Церкви, основанные апостолами, были независимыми поместными Церквями. Там нет такого понятия, как иерархия. Там нет ни одной упомянутой Церкви, которая подчиняла бы себе какую-либо другую Церковь или сама подчинялась бы какой-либо другой Церкви.
Следовательно, если Церкви стали зависимыми и объединились во времена апостолов, то это произошло после того, как был закрыт канон Священного Писания.

«Во-вторых, я считаю, что это _единодушное свидетельство_ тех, кто беспристрастно писал историю первых церквей, что
они оставались независимыми _по крайней мере_ до второго века.


«Что говорит учёный Мосхайм? Епископ в первом и втором веках был человеком, который заботился об одной христианской общине,
которая в то время, как правило, была достаточно малочисленной, чтобы помещаться в одном частном доме. В этой общине он действовал не столько с авторитетом _хозяина_, сколько со рвением и усердием верного _слуги_. Он наставлял людей, совершал различные обряды поклонения Богу,
ухаживал за больными и следил за тем, чтобы у всех было необходимое
о бедных». (См. т. I, «Церковная история», стр. 100–106.)

 «Но когда он переходит к описанию III века, то говорит: «В христианской церкви начали происходить перемены. Древний метод церковного управления, казалось, всё ещё сохранялся, но в то же время он постепенно отклонялся от первоначального принципа и вырождался в религиозную монархию». Ибо епископы стремились к большей власти, чем та, которой они обладали прежде.
Они не только нарушали права _народа_, но и
постепенно посягали на привилегии _пресвитеров_. И чтобы прикрыть эти узурпации видом справедливости и
разумного подхода, _они опубликовали НОВЫЕ УЧЕНИЯ_ о
_природе Церкви_ и _епископском достоинстве_. Одним из главных авторов этого изменения был _Киприан_ (епископ Карфагенский),
который отстаивал власть епископов с большим рвением и пылом,
чем когда-либо прежде.  За этим изменением в форме церковного управления вскоре последовал ряд пороков
что бесчестит характер и авторитет тех, кому было доверено управление Церковью. Ибо хотя некоторые из них продолжали являть миру блистательные примеры изначального благочестия и христианской добродетели, многие погрязли в роскоши и сладострастии, преисполнились тщеславия, высокомерия и честолюбия, были одержимы духом раздора и вражды и предавались многим другим порокам, которые навлекали незаслуженный позор на святую религию, недостойными проповедниками и служителями которой они были. (Страницы
265–267.)

«Что касается _четвёртого_ века, то тот же учёный историк говорит следующее:
«Епископы, чьё богатство и власть значительно возросли со времён правления Константина, начали постепенно вводить новшества в церковную дисциплину и менять древнее церковное управление. Первым шагом стало полное
исключение народа из процесса управления церковными делами.
Затем они постепенно лишили даже пресвитеров их древних привилегий и исконных прав.
чтобы у них не было назойливых протестантов, которые могли бы сдерживать их амбиции
или препятствовать их действиям, и, главное, чтобы они могли
прибрать к рукам или распределить по своему усмотрению
церковные владения и доходы. Так получилось, что к концу
четвёртого века от древнего церковного управления осталась лишь
тень. Многие привилегии были отменены
Епископы узурпировали власть, которая ранее принадлежала пресвитерам и народу.
Многие права, которыми ранее обладали
власть над вселенской Церковью была передана императорам и подчинённым им чиновникам и магистратам». (Страница 348.)

 «То же самое подтверждает Неандер. Он говорит…»

 «Но какое значение в этом споре имеет то, что утверждают такие писатели, как Мосгейм, Неандер или Коулман? Они выступают против епископата. Они писали, по крайней мере отчасти, с явным намерением дискредитировать его. Они и им подобные не беспристрастны и, следовательно, не являются надёжными свидетелями.

 «Мне было бы очень жаль, — ответил школьный учитель, — если бы я поверил, что
такие люди не могли бы рассказать о реальных фактах истории, которую они якобы описывают, даже если бы они _действительно_ верили, что существование и власть епархиальных епископов были несанкционированным нововведением, нарушающим изначальный порядок в церквях. Но я готов проявить гибкость в отношении церковного статуса моих свидетелей. У меня такой широкий выбор, что я уверен, что смогу удовлетворить самый взыскательный вкус. Предположим, мы не будем упоминать Ниандера и Коулмана. Вы наверняка не будете возражать против Гиббона — автора «Истории упадка и разрушения Римской империи». Мистер Гиббон говорит о
в I и II веках: «Общественные религиозные функции были
возложены исключительно на признанных служителей Церкви —
_епископов_ и _пресвитеров_; эти два названия, по-видимому, изначально
относились к одной и той же _должности_ и _одному и тому же
сословию_. Название _пресвитер_ указывало на их возраст, а
скорее, на их зрелость или мудрость. Титул _епископа_ обозначал их
право следить за верой и нравами христиан, находящихся под их пастырской опекой. В соответствии с
В зависимости от численности верующих, большее или меньшее количество этих _епископальных пресвитеров_ управляло каждой молодой общиной с равной властью и единодушным советом.


Здесь мы видим картину одной из самых ранних Церквей. Это была
организованная группа крещёных верующих, среди которых было несколько
членов, которых за их мудрость и серьёзность называли пресвитерами, или
старейшинами, и которым был поручен общий надзор за членами общины.
Поэтому их называли _епископами_, или надзирателями. Но далее Гиббон говорит, что «самые
совершенное равенство в свободе требует направляющей руки высшего
судьи, и порядок общественных обсуждений вскоре приводит к
появлению должности _президента_, [или председателя,] наделённого
по крайней мере полномочиями собирать мнения и исполнять решения
собрания. Забота об общественном спокойствии, которое так
часто нарушалось бы ежегодными или нерегулярными выборами,
побудила первых христиан учредить почётный и бессрочный магистрат
и избрать одного из самых мудрых и святых
среди своих пресвитеров, чтобы он при жизни исполнял обязанности их церковного правителя; [то есть чтобы он стал бессменным главой их общины; или, другими словами, чтобы он получил пасторат.]
Именно при таких обстоятельствах, — продолжает историк, — высокий титул _епископа_ начал возвышаться над скромным званием _пресвитера_. И в то время как последнее оставалось наиболее
естественным отличием для членов любого христианского сената,
первое было присвоено его новому _президенту_. Благочестивый и скромный
Пресвитеры, которые первыми удостоились епископского сана, не могли обладать властью и почестями, которые теперь окружают тиару римского понтифика или митру немецкого прелата, и, вероятно, отвергли бы их.  _Первоначальные_ _епископы считались лишь ПЕРВЫМИ среди РАВНЫХ_ и почётными _слугами_ свободного народа. Всякий раз, когда епископский престол освобождался в связи со смертью епископа, новый президент избирался из числа пресвитеров _путем голосования ВСЕЙ ЦЕРКОВНОЙ ОБЩИНЫ_.
Такова была мягкая и равноправная конституция, по которой жили христиане
управлял более чем через сто лет после смерти апостолов».
(_«Закат и падение Римской империи»_, т. II, стр. 272, 275.)

«Вот, согласно Гиббону, которого вы признаёте беспристрастным свидетелем, прямое утверждение того факта, что старейшины и епископы сначала были одним и тем же, и в течение более ста лет после смерти апостолов между ними не было никакого другого различия, кроме того, что титул епископа стал присваиваться исключительно тому пресвитеру, которого какая-либо церковь избирала голосованием всего собрания, чтобы
_председательствовать_ на их собраниях и исполнять их решения. Но теперь, когда он переходит к рассказу о _третьем_ веке, он рисует иную картину:


«По мере того как законодательная власть отдельных церквей незаметно
уступала место соборам, епископы благодаря своему союзу получили гораздо большую долю исполнительной и произвольной власти. И, как
только их объединило чувство общей заинтересованности, они
смогли сообща и решительно выступить против исконных прав духовенства и народа. Прелаты третьего века незаметно
Они заменили язык _увещевания_ языком _повеления_, посеяли семена будущих узурпаций и восполнили недостаток силы и разума аллегориями из Священного Писания и декламационной риторикой. Они превозносили единство и власть Церкви, представленной в лице епископата, каждый член которого обладал равной и неделимой долей власти. Часто повторялось, что князья и магистраты могут претендовать на земное владычество лишь на время. Только епископская власть
происходит от Бога и распространяется на это и
другой мир. Епископы были наместниками Христа, преемниками апостолов и мистическими заместителями первосвященника по закону Моисееву. Их исключительное право присваивать сан священника нарушало свободу как духовенства, так и народа в выборе. И если в управлении Церковью они иногда
прислушивались к мнению пресвитеров или к склонностям
народа, то они самым тщательным образом подчёркивали
достоинство такой добровольной снисходительности». (Том 1, стр. 276, 277.)

 «Несомненно, мистер Гиббон в значительной степени поддерживает то, что я утверждал. Церковь — это
сначала это было местное общество, управляемое несколькими пресвитерами. Один из них
в настоящее время избирается всем собранием, чтобы председательствовать на их
заседаниях и исполнять их волю. Со временем за ним закрепляется титул
епископа, который сначала присваивался всем пресвитерам. Но, несмотря на то, что он епископ, он является епископом только одного местного общества и скорее служит им, чем правит.
 Так продолжалось до III века. Затем епископы начинают объединяться, чтобы повысить статус епископской должности. Затем они начинают менять язык
от увещевания к повелению. Затем, вместо того чтобы считать себя _слугами_ народа Христова, они заявляют о себе как о
преемниках апостолов и наместниках самого Христа».

«Но, — ответил епископ, — вы должны хорошо понимать, что Гиббон был
неверующим и врагом христианской религии, а следовательно, не самым надёжным авторитетом в вопросах церковного управления».

— Конечно, сэр; и я бы не стал упоминать его, если бы он не был таковым; и именно в этом вопросе он полностью с вами согласен
Доктор Хейвис, один из ваших самых выдающихся богословов и историк вашей церкви, говорит:
«Там, где нет непосредственной предвзятости, искажающей истину, он выступает беспристрастным свидетелем. Я с удовольствием процитирую Гиббона. Я понимаю, что его авторитет в глазах мира в целом будет иметь больший вес, чем мой. _Поэтому я просто повторю его рассказ о первобытной церкви_. Думаю, в _этом вопросе_ мы не сильно расходимся». (_Eccl. Hist._, том 1, стр. 414.)

«Но если вы возражаете против Гиббона, даже несмотря на то, что он так высоко оценён и за него ручаются, я
склонен быть сговорчивым. Я дам вам свидетельство от
Епископальной Церкви Англии. Нет, я вернусь и призову древних
Отцов из их могил, и они засвидетельствуют.

“Что вы скажете на заявления вашего собственного епископального Боудлера? «Я
знаю, — пишет он в своих письмах, — что во времена святого Иеронима
между епископами и пресвитерами существовала разница, хотя и не повсеместная, а именно: первым была доверена власть рукоположения. Переход от полного равенства к
Абсолютное превосходство не возникло внезапно. Это был результат
времени — не лет, а столетий; результат разделения власти, или
_должности_, предшествовавшего разделению порядка, или декрета, в Церкви и ставшего его предпосылкой. Первое (разделение _должности_) Меня это не касается. Достаточно показать, что епископат в современном понимании этого термина как отдельный и высший церковный чин _не существовал_ во времена апостолов и что, каким бы целесообразным и желательным ни было такое учреждение, оно не может претендовать на одобрение
об апостольском назначении или примере. Возможно, будет сложно точно определить период, когда епископат был впервые признан отдельным
_сословием_ в Церкви и когда посвящение епископов, _как таковых_,
получило широкое распространение. Я думаю, что это произошло не тогда, когда писал святой Иероним.
По крайней мере, _известно_, что управление каждого
Церковь, включая рукоположение служителей, сначала находилась в руках пресвитерия [собрания старейшин].
Когда один из членов этого собрания был избран на должность президента и
Титул епископа присваивался простым голосованием
(_co-optatio_) других пресвитеров, чьё назначение было окончательным и не требовало подтверждения или посвящения со стороны других прелатов; _и каждая церковь была по сути своей независима_ от всех остальных.

— Но Боудлер, насколько я знаю, хоть и был епископалом, был мирянином.
И, возможно, поскольку вы так щепетильны в вопросах церковных
связей ваших свидетелей, вы предпочтёте показания епископа,
даже архиепископа, который является одним из самых выдающихся
учёных мужей
и логика. Что говорит по этому поводу архиепископ Уэйтли? Отрицает ли он, что первые церкви были независимыми, а первые епископы были епископами или пасторами только одного местного сообщества? «Хотя, — говорит он, — был один Господь, одна вера, одно крещение для всех них, тем не менее _каждое из них было отдельным, независимым сообществом_ на земле; их объединяли общие принципы, на которых они были основаны, взаимное согласие, привязанность и уважение; но _не было_ единого признанного главы на земле, и ни одно из этих сообществ не признавало верховенства другого»
Прочее. Первоначально каждый епископ руководил целой Церковью’.
("Царство Христово").

“И, если вам не покажется неправильным перейти с близкого места
архиепископа на позицию простого священника, что вы скажете на
свидетельство этого ученого и выдающегося епископального священника Джона Эдвардса,
Доктора философии, который после тщательного изложения учений Отцов Церкви
по этому предмету приходит к следующему выводу: ‘Из всего этого мы можем заключить, что
епископ Священного Писания был главой пресвитеров, но он не принадлежал
к отличному от них _наряду_; а что касается времен после
Ни один из этих авторов [Климент, Игнатий, Киприан, Златоуст, Феодорит, Иероним и др.], ни один церковный историк не сообщают нам о том, что над пресвитерами был установлен какой-то высший чин.
 Правда, известно, что один человек председательствовал в коллегии пресвитеров; но эта коллегия обладала той же властью, что и этот человек, хотя и не имела особого сана председателя.
Короче говоря, _епископы_ в те времена были пресвитерами; только тот, кто возглавлял собрание пресвитеров, назывался епископом, а остальные
Обычно их называли пресвитерами, а епископ был всего лишь пресвитером с точки зрения _порядка_ и функций, хотя для
различия его называли _епископом_. Он был выше других пресвитеров, пока исполнял свои обязанности, подобно тому, как председатель комитета выше остальных судей, пока занимает эту должность. Как правило, старейшим пресвитером, которого избирали главой коллегии пресвитеров, был самый древний пресвитер.
Но он не обладал высшей властью. Вся его значимость заключалась в том, что
порядок. Вот древняя схема. Почему ей не следовали? К единичным
отцам мы можем добавить собор, который придерживается того же мнения. Таково истинное положение дел. Епископы были старейшинами, или пресвитерами, и, следовательно, принадлежали к тому же сословию. Но епископы отличались от пресвитеров
_только_ тем, что пресвитеры избирали их для
руководства на церковных собраниях. Однако в последующие века пресвитеры некоторых церквей отказались от своей свободы и прав и договорились между собой, что церковные дела
должен управляться только епископом». (_Останки Эдвардса_, стр. 253.)

 «То же самое прямо говорит знаменитый епископ Бернет: «Я признаю, что епископ и пресвитер — это _одно и то же_; и поэтому выступаю против введения новой должности в Церкви. Первая ветвь их власти — это право издавать
Евангелие, руководить богослужением и совершать таинства.
_Это всё, что относится к Божественному праву_ в служении, в котором
_епископы_ и _пресвитеры_ участвуют _на равных_. Но, помимо этого,
Церковь претендует на юрисдикцию, на право устанавливать правила дисциплины.
и применять и исполнять то же самое; всё это, безусловно, соответствует
общим законам общества и общим правилам Писания, но не имеет
никакого положительного обоснования в каком-либо предписании Писания. И все эти
собрания церквей в синоды и дисциплинарные каноны, восходящие к
разделению мира на несколько провинций, начавшемуся во втором или
начале третьего века, ясно показывают, что они не могут быть
выведены из какого-либо Божественного источника; и поэтому по своей
форме были всего лишь человеческими установлениями».

«Но я не буду утомлять вас. Этого достаточно для Английской церкви;
хотя это лишь малая часть того, что сохранилось в архивах. Возможно, вам не совсем понравятся даже эти свидетели, хотя они и ваши собратья.
Они получают информацию от отцов церкви. Мы можем обратиться к тому же источнику.
К ним у вас точно не будет претензий».

— Простите, что перебиваю вас, — сказала Теодосия, — но я немного сбита с толку. Я не совсем понимаю, какое отношение дискуссия о епископстве имеет к Римской церкви. Я привыкла к
Слово «епископальный» ассоциируется у меня с Англиканской церковью и методистами, но не с католиками.


— Возможно, — ответил мистер Кортни, — мне следовало бы объяснить, что наше слово «епископальный» образовано от греческого слова «_Episcopos_», которое означает «надзиратель».
В Новом Завете оно иногда переводится как «надзиратель», а иногда как «епископ», что, по сути, является лишь английской формой того же слова. Некоторые утверждают, что проследили несколько этапов, благодаря которым _Episcopos_ стал епископом. Сначала он утратил
приставка «_E_,» произносилась как «_Piscopos_;» затем добавился суффикс «us»,
и получилось «_Piscop_;» затем в результате общего перехода «P» превратилось в «B»,
и получилось «_Biscop_.» Затем «c» изменилось на «h», и получилосьe
наше обычное слово, епископ. Таким образом, вы видите, что «епископальный» — это то же самое, что «епископский», если бы существовало только такое слово. Епископальная церковь — это епископская церковь, то есть церковь, которой управляют епископы. Таким образом, методистская епископальная церковь — это та часть методистской конфессии, которая подчиняется епископам, в отличие от протестантских или независимых методистов, которые отказываются признавать их власть. Особенностью Епископальной и  Методистской церквей является то, что они контролируются епископами; но у них есть
Оба унаследовали эту особенность в результате своего происхождения из Рима. Это часть системы папства, которую они сохранили.


«Некоторое время назад вы спрашивали, каким образом те, кто были Церквями Иисуса, стали гонителями его народа? Я ответил, что
первый шаг, по-видимому, был сделан, когда они отказались от своей
_независимости_ как отдельных местных организаций и объединились в
иерархию, в которой они подчинялись епископам; или, другими словами,
было учреждено епископство.

«Наш друг поспорил со мной по этому поводу и заверил нас, что это исторический факт, не подлежащий сомнению, что никакого перехода от независимости к епископату не было, поскольку епископат существовал с самого начала и был установлен Христом и апостолами.


Я пытался убедить его, что не говорил ничего от себя, когда сказал, что переход был совершён, и кратко описал, как это произошло. Если и можно полагаться на свидетельства людей, которые, подобно Магдебургским центурионам, Мосхайму, Неандеру и другим,
и другие церковные историки сделали христианские древности
предметом своих самых кропотливых и тщательных исследований, и мои
утверждения полностью обоснованны. Но поскольку некоторых из них
подозревали в скрытом неприятии епископата, я процитировал епископалов,
которые говорили то же самое. А теперь я предлагаю обратиться к
свидетельствам
Отцы Церкви, как их называют, то есть те христианские писатели, чьи труды
уцелели под натиском беспощадного времени и дошли до нас
с тех самых пор, когда произошло это изменение. В конце концов, именно они должны
решите этот вопрос, ведь современные историки и богословы могут лишь рассказать нам, что, по их мнению, на самом деле говорили отцы церкви по этому поводу».

 «Но, мистер Кортни, почему мы не можем решить этот вопрос с помощью
_Священного Писания_? Если мы не можем найти епископат в Священном Писании, значит, он, само собой разумеется, был введён после того, как Писание было написано, или,
_если он был введён раньше_, не имеет для нас обязательной силы. Я не люблю полагаться на одни лишь _человеческие_ свидетельства, когда у нас есть непогрешимое Слово, которым мы руководствуемся.

 — Мы уже установили, мадам, что _библейские_ церкви были
_независимые_ Церкви: что каждая из них имеет в себе все необходимое
для превращения ее в полноценную Церковь; и что она настолько далека от подчинения
управляемый епископом извне, он сам был распорядителем
законов Христа; и, таким образом, в его руках было создание и, если потребуется, уничтожение
епископов. Епископы были его слугами, а не его
хозяевами”.

“Значит, вы признаете, что у Церквей Священного Писания были епископы?”

«Конечно, были. Поэтому, насколько это было возможно, в каждой церкви был свой епископ, а в некоторых церквях было по несколько епископов. Каждый священник, который
Согласно Священному Писанию, попечение о Церкви, осуществляемое либо единолично, либо совместно с другими служителями, возлагалось на епископа. Епископов было много; их было столько же, сколько и пасторов; и в некотором смысле Церкви были _подвластны_ своим епископам. Но ни одна Церковь не подчинялась никакому епископу, кроме _своего собственного_, избранного ею для проведения богослужений и _председательствующего_ на её деловых собраниях.

— Теперь я понимаю, как всё было, — сказала Теодосия. — И начинаю понимать, почему мой разум всё это время был в смятении. Слово «епископ» в
В Новом Завете это слово означает одно, а в современном английском — совсем другое, и это совсем другое. Тогда епископ был простым пастырем Церкви.
Теперь он управляет епархией, в которую входят все Церкви в определённой провинции, штате или округе страны.


— Именно так, — сказал мистер Кортни. Но дело не только в количестве Церквей, находящихся под его надзором, но и в характере его отношений с ними. Затем Церковь избрала епископа из числа своих членов, чтобы он стал её пастырем. Теперь епископ — это
созданный какой-то силой вне Церкви; и _ он_ выбирает пастора для
Церкви и посылает его к ней, хочет она этого или нет. Затем
Церковь приняла к себе тех, кого считала достойными членства.
Теперь прихожан может принимать только епископ или его заместитель,
ответственный священник или служитель. Затем Церковь применила необходимую дисциплину к своим членам, вынося им порицания, отстраняя их, исключая или восстанавливая в правах.
Она была исполнительной и судебной властью Христа, но теперь всё это делается без её участия, епископом или его представителями.
Церковь, которая была независимой исполнительной властью Христа-Царя,
стала жалкой зависимой от человека-хозяина. Теперь мы задаёмся вопросом
_как произошло это изменение_? Я привёл вам свидетельства Мосгейма и Гиббона. Я мог бы привести вам в пример Неандера, Шаффа,
Коулмана и Бунзена, да и вообще почти всех авторов, писавших об
истории церкви, которые обращались к тем ранним временам и
описывали первые церкви. Все они сходятся во мнении, что
церковь изначально была местным независимым сообществом или организацией.
и что епископ был всего лишь пастором одной из этих церквей.
Что касается различия между пресвитерами и епископами, то некоторые
считают, что это просто два разных слова для обозначения одного и того же. Некоторые думают, что, когда старейшин было больше одного, что, по-видимому, было обычным делом, одного из них выбирали председателем на их собраниях, и его называли епископом. Но он всё равно был всего лишь председателем, или епископом, этой поместной церкви. Все согласны с тем, что в ранний период, когда миссионерские
церкви, так сказать, начали расти вокруг какой-то главной церкви,
Епископ этой церкви стал считаться епископом подчинённых церквей, а эти церкви — подчинёнными той, что была основана первой.
Так была заложена основа системы деспотизма, которая с тех пор полностью уничтожила изначальную свободу всех тех церквей, которые стали подчиняться епископам, будь то в греческой, римской, английской или методистской общинах.

«Я сказал, что в целом правильность этой точки зрения была признана многими выдающимися епископалами.
Некоторые из них подтвердили мои слова»
я повторил. А теперь я докажу вам на примере самих отцов церкви, что
такое изменение, как я утверждал, действительно произошло. Сторонники
теории о божественном происхождении епископства обычно с большим
доверием относятся к свидетельствам отцов церкви. Один из них пишет
следующее: «Разве не разумно предположить, что первые
отцы церкви должны были быть хорошо знакомы с формой церковного
управления, установленной Христом и его апостолами?» Итак,
_их_ показания _в целом_ говорят в нашу пользу. Какой же тогда нам следует избрать курс?
Враги епископата по большей части преследовали...  Зачем?
Они пытались всеми возможными способами исказить смысл, чтобы
опровергнуть это свидетельство отцов церкви.  Если другие так поступали, я не буду.  Пусть свидетельство отцов церкви стоит столько, сколько оно стоит.  Я приветствую их как лучших свидетелей того, что существовало и происходило в их дни. Но я не поверю, что Церковь Христова должна быть какой-то другой,
отличной от той, которую мы можем найти в Священном Писании, даже
по свидетельству отцов церкви и мучеников. Для меня Библия — это
перед всеми отцами, которые когда-либо писали, и всеми мучениками, которые когда-либо проливали кровь. Итак, после того как я убедился, что библейская Церковь является поместной и независимой организацией, я не буду превращать её в иерархию, хотя каждый отец и каждый мученик в этом списке должны подтвердить, что в их время это была иерархия. Если _Христос_ установил иерархию и сделал её обязательной для своего народа, то мы должны найти упоминание об этом в его Слове. Если _люди_ установили его без его ведома, мне всё равно, как _давно_ они это сделали и сколько у них было явных свидетельств того, что это было
учрежден. Моя Церковь должна быть Церковью Христа, а не Отцов.
Если Отцы свидетельствуют, что Христос изложил план иерархии
в Священных Писаниях, я бы просто сказал, что я могу и должен исследовать
Священные Писания для себя. Если я _cannot найти его there_, я не могу поверить, но
is_ есть. Если отцы лишь утверждать, что она существовала в их _day_,
Я готов признать это, и пусть сторонники епископов извлекут из этого максимум пользы. Что, если оно действительно существовало? Его существование ничего не значит,
если только не будет доказано, что оно существовало по воле Учителя.

— Его существование, — ответил епископ, который с большим
видимым безразличием выслушал эту длинную речь школьного учителя, — его существование во времена Отцов Церкви доказывает, что оно _началось_ до их дней. А поскольку некоторые из них видели апостолов и общались с ними,
следует, что оно должно было начаться во времена апостолов. И если оно началось в их дни, а мы не находим никаких свидетельств их неодобрения,
нужно признать, что оно имело их одобрение и авторитет.

 «Я готов предоставить вам всё это, — сказал мистер Кортни, — и если вы...»
Если вы докажете мне, что иерархия была установлена и что _прелатские_ епископы, _диоцезальные_ епископы или любые другие епископы, кроме тех, о которых говорится в Новом Завете и которые, как мы видели, были епископами одной общины или одной поместной церкви, существовали при жизни кого-либо из отцов церкви, беседовавших с апостолами, я соглашусь с вами и признаю, что апостолы в своих трудах учили одному, а на практике допускали противоположное. Нет, я пойду дальше — я соглашусь, если вы покажете мне такого епископа-прелата в любое время
до начала третьего века или до _перемены_, о которой я так много говорил.  Я прекрасно знаю, что
 Климент Римский, живший в конце первого века и, как полагают,
общавшийся с Петром и Павлом, написал послание к Коринфской церкви,
в котором упоминает епископов, дьяконов и пресвитеров. Итак, в Новом Завете в разных местах говорится о епископах,
диаконах и пресвитерах. Вопрос в том, кем были _эти_
епископы? Павел отправился в Эфес и призвал к себе старейшин, то есть
пресвитерам _этой_ церкви и сказал им на прощание: «Берегитесь
всей толпы, над которой Святой Дух поставил вас _епископами_.» Не
имел ли Павел в виду под епископами _тех же людей_, которых Лука называет пресвитерами или старейшинами? Это были всего лишь два разных титула для одних и тех же должностных лиц. Если
это были прелатские епископы, то в одном городе их было несколько.

«Итак, Павел, writing to Titus, says, that he left him in Crete, among other things, that he might ordain them elders — ‘_Presbuteros_’ — in every city;
and then goes on to give him instruction concerning the qualifications
для этой должности и говорит ему, что епископ — _Episcopos_ — должен быть непорочным, как управляющий Божий.


Когда он пишет Тимофею на ту же тему, он упоминает только дьяконов и _епископов_, но ни слова не говорит о пресвитерах. Тем не менее он наставлял его в отношении церковных должностных лиц. Таким образом, пресвитеры должны быть включены в понятие «епископ», поскольку очевидно, что он не хотел упускать их из виду, раз упоминает о них в том же послании.

 Но если это и вызывает какие-то сомнения, то они должны быть развеяны тем, что он говорит о
Послание к Филиппийцам: «Святым, находящимся в Филиппах, с епископами и диаконами».
«Как это?» — говорит Златоуст, один из Отцов Церкви.
«Неужели в одном городе было много епископов? Ни в коем случае; но он называет этим именем _пресвитеров_ (_епископов_), потому что в то время так называли и тех, и других».

«Итак, Пётр призывает пресвитеров пасти стадо Божье, осуществляя надзор за ним — буквально, епископируя его — (_Episcopountes_.) Пресвитеры называются епископами; они должны обладать теми же качествами и выполнять те же обязанности. Это предельно ясно
что эти два термина используются без разбора, и полностью
синонимы. Теперь, таким образом, Писание использует слово епископа так делать
ранние отцы. Следовательно, епископы, о которых говорит Климент, являются простыми
пресвитерами.

“Ерма, также из Рима, является следующим из Отцов Церкви, часто цитируемых по
этому вопросу. Он также говорит о тех, кто управляет Церковью: «Скажи тем, кто управляет Церковью, чтобы они
упорядочили свои пути в праведности, чтобы они могли в полной мере
получить обетование в великой славе».

 «Итак, кто же эти люди, которые управляют Церковью? Это
пресвитерам; ибо далее он говорит: «После этого я увидел видение дома, в своём доме; и пришла ко мне та женщина, которую я видел прежде, и спросила меня, передал ли я уже её книгу _пресвитерам_ (пресвитерам), и я ответил, что ещё нет. Она сказала: «Ты поступил хорошо, ибо я должна сказать тебе ещё несколько слов; и когда я закончу, все слова будут ясно поняты избранными.
И ты напишешь две книги и отправишь одну Клименту, а другую
Грапту. Ибо Климент пошлёт её в чужие города, потому что она
позволил ему это сделать. Но Грапт должен наставлять вдов и сирот. Но ты будешь читать в этом городе со _старейшинами, которые руководят Церковью_. Независимо от того, принесли ли пользу этим старейшинам наставления из книги старухи, они определённо были _старейшинами_. А в другом месте он прямо называет их епископами. «Что касается десятой горы, на которой росли деревья, укрывавшие скот, то это те, кто уверовал, и некоторые из них стали ЕПИСКОПАМИ; _то есть_, ПРЕЗИДЕНТАМИ ЦЕРКВЕЙ».

«Следующим по хронологии из ранних отцов Церкви был Поликарп. Он никогда не использовал слово «епископ», но часто говорил о старейшинах, или пресвитерах, и
диаконах. Он использовал такие выражения в отношении пресвитеров, которые указывали на то, что они были главами Церкви. «Пусть пресвитеры будут сострадательны и милосердны ко всем, обращая их от заблуждений,
ища тех, кто слаб, не забывая о вдовах, сиротах и бедных; воздерживаясь от всякого гнева, почтения к лицам и несправедливого суда; не легко веря ничему против кого бы то ни было;
_ни суровыми в суждениях_, зная, что все мы должники по закону».


Папий, который был соратником Поликарпа и учеником Иоанна, в
фрагменте своих сочинений, сохранившемся у Евсевия, называет апостолов
_пресвитерами_, как они иногда называли себя сами, но не упоминает о епископах. «Я не сочту за труд, — говорит он, — записать то, что я узнал от _пресвитеров_: что
_Андрей_, что _Пётр_, что _Филипп_, что _Фома_ или _Иаков_ говорили; что _Иоанн_, или _Матфей_, или другие ученики Господа говорили
как он обычно говорил; и что сказал _Аристон_ или _Иоанн_, пресвитер. Ибо я
считаю, что чтение книг не принесло бы мне столько пользы, сколько
общение с теми, кто говорит живым голосом».

 «Ириней, принявший мученическую смерть в начале III века и писавший в конце II века, говорит, как и Климент с Ермасом, о епископах, пресвитерах и дьяконах. Мы не отрицаем этого, но спрашиваем:
Что он имел в виду под епископами? Какими епископами они были? Были ли они
библейскими епископами или прелатами? Не были ли эти епископы
не пасторами отдельных Церквей, но владыками всех Церквей в определённой епархии или округе? Достаточно сказать, что он, как и Павел, использует слова «пресвитер» и «епископ» без разбора, обозначая ими одних и тех же лиц и служителей. В одном месте он говорит: «Мы можем перечислить тех, кто был поставлен _епископами_ апостолами в Церквях, и их преемников вплоть до нас».

«В другом месте сказано: «Повинуйтесь тем _пресвитерам_ в Церкви, которые, как мы показали, имеют преемство от апостолов; которые с преемством епископата [_или епископства_] получили дар истины».

«Он поимённо упоминает тех, кто управлял Римской церковью с самого её основания до его времени, и говорит, что у них был _епископат_. В другом месте он снова упоминает их поимённо и называет их _пресвитерами_.


Юстин Мученик, живший во II веке, в знаменитом послании к императору, в котором он извинялся за христиан, несколько раз упоминает о председателе:
 «Председатель возблагодарил...», «председатель произнёс речь...» и т. д. Теперь, когда он рассказал о каждой христианской общине, становится ясно, что в каждой из них был свой президент. И если
Поскольку президентом был епископ, из этого следует, что у каждой церкви был свой епископ.
Другими словами, епископ был просто пастором. Климент
Александрийский говорит о дьяконах, пресвитерах и епископах, но он также использует слово «епископ» в том же смысле. Он
говорит, что однажды апостол Иоанн поручил определённому
_епископу_ некоего молодого человека, и что _пресвитер_ [имеется в виду тот же человек]
Он взял его к себе домой, накормил, утешил, окружил заботой и в конце концов крестил.
«Я намеренно воздержался от того, чтобы прервать ваше рассуждение», — сказал
епископ, “потому что не хотят или намереваются вступить в спор
при данных обстоятельствах; но я позволю себе просто для того, чтобы
перемотать что ты опустил все упоминания о том, что отец, на которого
сторонников епископата большинство с уверенностью положиться”.

“Я знаю, что видел”, - сказал мистер Кортни. “Я оставил его до последнего, потому что
ему потребуется особое лечение. Послания Игнатия
всегда были оплотом епископата, и некоторые пришли к выводу, что именно по этой причине их подлинность так часто подвергалась сомнению
вопрос. Но это не может служить причиной, по которой доктор Хэммонд, сам ревностный сын Церкви, говоря о некоторых очевидных
вставках в эти послания, должен был назвать их
«бессмысленными», «экстравагантными» и явно написанными каким-то «самозванцем».
Это не могло быть причиной того, что искренний сторонник прелатуры
должен был сказать о них: «Эти сочинения, несомненно, не будут
приведены в качестве аргумента ни одним способным и честным
сторонником первобытного епископата без больших колебаний —
многие полностью отвергнут их».

«Я много слышал об этих посланиях, — сказал доктор, — но у меня довольно смутное представление о том, что они собой представляют и какое значение имеют».
«Послания Игнатия, — сказал учитель, — когда они впервые появились, насчитывали одиннадцать штук. Вскоре к ним добавилось ещё одно, а ещё через некоторое время — три, так что всего их стало пятнадцать. Архиепископ Уэйк перевёл их и попытался определить, какие из них являются подлинными». Он говорит: «Если оставить в стороне первое и самое несовершенное [издание] из них, то лучшее из тех, что долгое время сохранялись, содержало не только
Этому автору ошибочно приписывают множество посланий, но даже те, что были подлинными, настолько изменены и искажены, что в них трудно узнать истинного Игнатия.


«Первым, кто начал исправлять эту путаницу и возвращать этому великому писателю его первозданную простоту, был наш достопочтенный и учёный архиепископ Ашер в своём издании этих посланий в Оксфорде в 1644 году».
Ашер считал, что шесть из них были подлинными. Уэйк согласился с семью доводами, хотя и не отрицает, что седьмой довод весьма подозрителен. Эти шесть или семь доводов — всё, что протестанты сейчас приводят в этом споре. На этом
Дело епископата поставлено на паузу, поскольку авторитет Игнатия не может его поддержать.


Но недавно появились новые материалы для критики, и с их помощью опытный шевалье Бунзен смог с полной уверенностью утверждать, что четыре из этих семи документов были подделками, а в остальные три были внесены значительные изменения. И когда остаются только труды Игнатия, они не дают никаких оснований для существования какого-либо другого епископства, кроме того, которое видит в пасторе каждой церкви епископа. Действительно, были некоторые, кто
Я готов признать подлинность всех семи посланий, но при этом готов доказать, что, как бы часто они ни говорили о епископах, пресвитерах и дьяконах, под епископами они нигде не подразумевали ничего, кроме _предстоятеля_ отдельной церкви, и это значение, несомненно, было закреплено за этим словом очень давно. Таким образом, выдающийся доктор, впоследствии
Епископ Стиллингфлит, сам будучи церковным сановником, прямо говорит:
«Из всех тридцати пяти свидетельств, приведённых Игнатием в его послании к епископам, я могу найти только _одно_».
Приведено в доказательство хотя бы отдалённого подобия института Христа для епископата.
И если я не сильно заблуждаюсь, то смысл _этого_ места явно искажён.
 (_Иринею_, 31.)

 «На самом деле всё, что говорится о епископах в этих посланиях, полностью согласуется с идеей о том, что он был простым пастырем местной
Церковь, в которой были и другие старейшины, или _пресвитеры_, которые в
какой-то мере участвовали вместе с ним в управлении Церковью, но
признавали его своим председателем, или модератором, на всех
собраниях.

 «Эти, если не все, отцы первого и второго веков, чьи
Те, на чьи свидетельства полагаются, безусловно, являются самыми надёжными. Если они использовали слово «епископ» в _библейском_ смысле — в том смысле, в котором они его получили, — то под епископом они должны были подразумевать не более чем пастора, пресвитера, отвечающего за общину. Если они используют это слово в том смысле, который оно приобрело вскоре после апостолов, то они имеют в виду пресвитера, избранного остальными членами Церкви для руководства их собраниями. В том или ином из этих значений они всегда использовали это слово.
 Ни в коем случае они не имели в виду _прелатского_ епископа, то есть епископа
обладающий исключительным правом рукоположения и дисциплинарными полномочиями — не в одной церкви, а во всех в пределах определённой _епархии_. Они не имели представления о _таком_ епископе: такого ещё не существовало. Ещё не было церкви, которая подчинялась бы какому-либо другому епископу, кроме того, кого она сама избрала. Феодорит, Киприан, Августин и другие, жившие в более поздние времена, представляли власть епископа как уже установленную. Церковь утратила свою независимость. Иероним объясняет, как это произошло. Он жил во второй половине IV века, и
после того, как иерархия была создана и утверждена, но до того, как люди
забыли, что она пришла на смену чему-то другому. Он был самым
образованным из всех Отцов Церкви и одним из самых красноречивых людей.
 Ничто не может быть более ясным и понятным, чем его свидетельство на этот счёт. Послушайте, что он говорит в своём комментарии к посланию к Титу
«Давайте внимательно прислушаемся к словам апостола, который говорит: _чтобы ты поставил пресвитеров в каждом городе, как Я повелел тебе_; и далее он рассуждает о том, какой пресвитер должен быть поставлен.
Он говорит: «Если кто из вас думает, что он благочестив и в том, чего не исповедует, согрешает, ибо он прелюбодействует от своего сердца».
Затем он добавляет: «Ибо _епископ_ должен быть непорочен, как Божий служитель».
Таким образом, пресвитер — это то же самое, что и епископ. А до того, как из-за дьявольского инстинкта в религии появились партии и в народе стали говорить: «Я от Павла, а я от Аполлоса, а я от Кифы», Церкви управлялись общим советом пресвитеров. Но
впоследствии, когда каждый стал думать, что те, кого он крестил, были
скорее его, чем Христа, весь мир решил, что
_один_ из пресвитеров должен быть поставлен выше остальных, и вся забота о Церкви должна принадлежать ему, чтобы можно было искоренить семена раскола. Если кто-то полагает, что это наше мнение, а не мнение Священного Писания, что епископы и пресвитеры — это одно и то же и что одно из них — это название возраста, а другое — должности, пусть он прочитает слова апостола к филиппийцам: «_Павел и Тимофей, рабы Иисуса Христа, всем святым во Христе Иисусе, находящимся в Филиппах, с епископами и диаконами_». _Филиппы_ — это город в _Македонии_; и
Конечно, в одном городе не могло быть больше _одного_ епископа, как их называют сейчас. Но в то время епископами называли тех же людей, которых называли _пресвитерами_. Поэтому он говорит о епископах так же, как о пресвитерах. Некоторым это может показаться сомнительным, пока это не будет доказано другим свидетельством. В Деяниях апостолов написано,
что, придя в Милет, апостол послал в Эфес и призвал
пресвитеров той церкви, которым, среди прочего, сказал:
«Берегитесь всякого брата, который, как и вы, получает пособие от Святого Духа и служит вместе с вами»
_епископов_, чтобы они питали Церковь Божию, которую Он приобрел Своею Кровию». Обратите внимание, что, созвав пресвитеров из одного города, Эфеса, он впоследствии называет тех же людей епископами. Если кто-нибудь получит это послание, написанное от имени
Павла к евреям, то и забота о Церкви будет поровну разделена между
многими, поскольку он пишет людям: «Повинуйтесь наставникам вашим и
повинуйтесь, ибо они неусыпно пекутся о душах ваших, как обязанные
дать отчёт; чтобы они делали это с радостью, а не воздыхая, ибо они
не только соблюдают правила нашей веры, но и стараются, чтобы
мы поступали так же, как они, в том, что касается до нашей веры.
с печалью, ибо это вам не на пользу». И Пётр (названный так за твёрдость своей веры) в своём послании говорит:
«Старейшин ваших, которые между вами, увещеваю, я также старейшина и свидетель страданий Христовых и также участник в славе, которая должна открыться. Пасите Божью стадо, которое у вас, не принуждением, а любовью». Я написал это, чтобы показать, что у древних пресвитеры и епископы были одними и теми же. Но постепенно, чтобы искоренить семена раздора,
Вся забота легла на одного человека. Итак, поскольку пресвитеры знают, что
по _обычаю Церкви_ [а не по власти Христа] они подчиняются
тому, кто является их главой, то и _епископы_ должны знать, что
_они_ стоят выше пресвитеров, скорее по обычаю Церкви, чем по
истинному установлению Христа, и что они должны управлять
Церковью сообща, подражая Моисею, который, когда мог единолично
управлять народом Израиля, избирал семьдесят человек, с которыми
мог судить народ.

«Таковы свидетельства этого глубокоученого отца после того, как произошла перемена
сделано. Он говорит, что епископы его времени _ знали_, что они были выше
пресвитеров, не по повелению Христа, не по первоначальному
устройству Церкви, но что мало-помалу шанс появился.
был введен в действие по обычаю Церкви. С той же целью и, если возможно, ещё более откровенно, в _своём письме к ЭВАГРИЮ_: «Я слышал, что некий человек впал в такое безумие, что предпочитает
дьяконов _пресвитерам_, то есть _епископам_. Ибо когда апостол ясно учит, что пресвитеры и епископы — это одно и то же, кто
как ты можешь терпеть, что служитель трапезы и вдов гордится тем, что возвышается над теми, по молитвам которых совершаются тело и кровь Христа? Ты ищешь власти? Послушай это свидетельство: «_Павел и Тимофей, рабы Иисуса Христа, всем святым во Христе Иисусе, находящимся в Филиппах, с епископами и диаконами._» Хочешь ещё один пример? В Деяниях апостолов Павел так обращается к священникам одной из церквей:
«_Берегитесь_ _себя и всей паствы, над которой поставил вас епископ Святым Духом, чтобы вы управляли народом, не явясь во плоти_».
Церковь, которую Он искупил Своей кровью._» И чтобы никто не
возражал против того, что в одной Церкви может быть несколько епископов,
прислушайтесь также к другому свидетельству, из которого наиболее явно
следует, что епископ и пресвитер — это одно и то же: «_Для того Я оставил тебя на Крите, чтобы ты привёл в порядок недостающее и поставил пресвитеров в каждом городе, как Я повелел тебе. Если кто-либо
безупречен, муж одной жены_» и т. д. «Ибо _епископ_ должен быть
безупречен, как служитель Бога». И Тимофею: «_Не пренебрегай
дар, который в тебе, данный тебе через пророчество, через возложение рук ПРЕСВИТЕРОВ._» И Пётр в своём первом послании говорит:
«_К пресвитерам, находящимся среди вас, я обращаюсь, как к чадам моим, рассуждая о доме Божием, который есть Церковь Христова, и об управлении, которое описано в Священном Писании.
ПРЕСВИТЕР, _свидетель страданий Христовых, а также
участник грядущей славы, управляющий стадом Христовым и
наблюдающий за ним не по принуждению, а по доброй воле, в
соответствии с Божьим замыслом._» Что более точно выражено
в греческом _Episcopountes_— то есть «наблюдающий за ним», откуда и произошло слово «епископ».

«Неужели свидетельства таких людей кажутся тебе незначительными? Пусть прозвучит евангельская труба — сын грома, которого Иисус очень любил, который пил потоки учения из груди нашего Спасителя: «_Пресвитер избранной госпожи и детей её, которых я люблю во имя истины._» И в другом послании: «_Пресвитер возлюбленного Гаия, которого я люблю во имя истины._»_»Но впоследствии был избран один, который должен был стать выше всех
остальных, и это было сделано для того, чтобы предотвратить раскол, чтобы никто, притязая на себя Церковь Христову, не разрушил её. Ибо в
В Александрии, от евангелиста Марка до Геракла и Дионисия, епископов Александрийских, пресвитеры всегда избирали одного из своих и возводили его в более высокую степень — в епископы.
Как будто войско избирает императора или дьяконы выбирают одного из своих, кого они считают наиболее усердным, и называют его архидьяконом.

«Вот что, — продолжил школьный учитель, — сказал о происхождении епископской власти в Церкви более четырнадцатисот лет назад тот, кого с тех пор называют _святым_ и кто заслужил этот титул больше, чем большинство из тех, кого так называют».

— Возможно, — предположила Теодосия, — он был своеобразен в своих взглядах и отличался от всех остальных людей своего времени.


 — Вовсе нет, мадам, мы находим ту же информацию в трудах большинства его современников, чьи работы пережили разрушительные тёмные века, последовавшие за ними.
Не так формально, но столь же недвусмысленно.

«Августин, епископ Гиппонский, в письме к тому же Иерониму, который был всего лишь пресвитером, использует следующий оборот: «Умоляю тебя, поправь меня, если увидишь, что я в этом нуждаюсь. Ибо хотя, согласно Писанию, мы и не должны исправлять друг друга, но, тем не менее, мы должны стремиться к этому».
_почётные титулы, которые церковь ввела в обиход СЕЙЧАС_, должность епископа выше, чем должность пресвитера;
тем не менее Августин во многих отношениях уступает Иерониму.

 «Епископ Джуэл в защиту своего оправдания перед Англиканской церковью;
Он ссылается на этот отрывок, чтобы показать, что епископы и пресвитеры изначально были одним и тем же.
Он переводит его так: «Епископский сан выше священнического не по авторитету Писания, но по названиям почестей, которые теперь приняты в Церкви»
Святой Амвросий, которого иногда называют святым Иларионом, живший и писавший в то же время, говорит: «После этого во всех местах были основаны церкви и назначены служители, _дела пошли иначе, чем в начале_. И поэтому писания апостолов не во всём согласуются с нынешним устройством Церкви [376 г. н. э.],
потому что они были написаны во времена зарождения Церкви.
Он называет Тимофея, которого сам поставил _пресвитером_, _епископом_, ПОТОМУ ЧТО СНАЧАЛА ТАК НАЗЫВАЛИ ПРЕСВИТЕРЫ.
У них был такой порядок
управляющие Церквями — когда один уходил, его место занимал другой. И в
Египте даже по сей день пресвитеры рукополагают в отсутствие епископа.
Но, поскольку последующие пресвитеры начали признаваться недостойными
занимать первое место, метод _ был изменен_, совет постановил
что епископа должен создавать не порядок, а заслуги.’

“Златоуст был другим Отцом, который жил и писал примерно в то же время,
или несколько позже. Вот что он говорит в своей проповеди на Послание к
Тимофею: «Апостол, рассуждая о _епископах_, и
Он описывает их, говоря о том, какими они должны быть и от чего им следует воздерживаться, опуская порядок _пресвитеров_ и переходя к _диаконам_. А почему так? Потому что между епископом и пресвитером почти нет разницы. И им [пресвитерам] вверены как _указания_, так и ПРЕЗИДЕНЦИЯ Церкви; и всё, что он сказал о _епископах_, относится и к пресвитерам. Только в _рукоположении_ они превзошли пресвитеров, и в этом они, похоже, их _обманули_».
 «Феодорит, писавший несколько позже — в начале V века
В IV веке, комментируя тот же отрывок, он говорит: «Апостолы называют пресвитера епископом, как мы показали, когда толковали Послание к Филиппийцам, и что также можно узнать из этого места; ибо после наставлений, относящихся к епископам, он описывает то, что относится к диаконам. Но, как я уже сказал, _издавна_ они называли _одних и тех же людей_ и епископами, и пресвитерами».

— То же самое можно сказать и о других, но этих достаточно для нашей цели и, возможно, слишком много для терпения наших друзей.

 — Но позвольте спросить, — сказал доктор Тинкалл, — не являются ли эти самые авторы
все они упоминаются сторонниками епископата как признающие его существование и поддерживающие его притязания?»

«А что, если так и есть? Они _действительно_ признавали его существование, а некоторые из них сами были его частью. Они _действительно_ одобряли его, по крайней мере настолько, чтобы самим осуществлять епископскую власть или подчиняться ей в других. Доказать это несложно, но что с того? Наш вопрос заключается не в том, существовало ли это правило епископов _тогда_; а в том, существовало ли оно _с самого начала? и не было ли его существование тогда результатом _изменения_ изначального устройства
Церкви?

 «Я признаю, что во времена Иеронима и Евсевия, историка, жившего до Иеронима, были епископы. Я признаю, что в те времена епископы занимали более высокое положение, чем другие представители духовенства. Я признаю, что церквями тогда _управляли епископы_. Я признаю, что Евсевий приводит нам списки епископов, которые, по его словам, сменяли друг друга со времён апостолов. Но я говорю, что епископ того времени не был
епископом времён апостолов. Он носит то же _имя_, но
он не то же _существо_; и это я доказал с помощью этих отцов
сами по себе. Точно так же обстоит дело с крещением. Крещением Христа было погружение.
Римская церковь отказалась от погружения и заменила его обливанием или
окроплением и назвала этот акт крещением. Имя то же, но
дело меняется. Это просто так с Вечери Господней. Церковь Рима
дает немного освященной облатки своим причастникам, но воздерживается от
вина. Вечеринка, устроенная нашим Господом, состояла из хлеба и вина. Она
_изменила_ обряд, но сохранила его название. То же самое касается
диаконов. Диакон из Нового Завета и первый
Церковью был назначен человек, который должен был заниматься _мирскими_ делами Церкви. Как говорит Иероним, он был «слугой трапез и вдов». Но Римская церковь и Англиканская церковь сделали его служителем слова, и всё же называют его тем же именем. В этом и заключается заблуждение, в которое попадают простые и неосторожные люди. Мы должны заботиться о сути, а не о названии. В некоторых _церковных учреждениях_, называемых церквями, есть класс должностных лиц, называемых _епископами_; а в церквях _Христа_, как
Апостолы учредили класс служителей, называемых _епископами_. В этом нет никаких сомнений.
Но современный епископ — это _одно_, а _библейский_ епископ — совсем _другое_.
Библейский епископ был простым пастырем одной церкви, а иногда и нескольких.
совместный пастор с несколькими другими равными ему по рангу священнослужителями, все они называются пресвитерами, а все вместе — епископами, как в обращении Павла к эфесским пресвитерам. Современный епископ _не_ является пастором одной
церкви, ни совместно с другими, ни единолично. Он _прелат_:
считает других служителей ниже себя и властвует над всеми церквями в епархии. Древний епископ был _слугой_ одной церкви:
современный епископ — _хозяин_ многих церквей. Древний епископ
сначала был тем же, что и пресвитер, или старейшина. И даже после того, как было сделано первое различие, когда _тот старейшина_, который был избран для того, чтобы _председательствовать_ на церковных собраниях, стал называться _епископом_, он по-прежнему был равен своим братьям-пресвитерам, вместе с ними служил единой Церкви, к которой они все принадлежали. Но в современном мире
Епископ — глава _пресвитеров_, а также глава Церквей. Он говорит одному: «Иди», и тот идёт; другому: «Приди», и тот приходит; и всем им: «Делайте так», и они повинуются ему.

 «Древний епископ _избирался_ пресвитерами и Церковью, чтобы председательствовать над ними. Современный епископ выбирает пресвитеров и отправляет их служить туда, куда пожелает. И всё же люди, которые знакомы или должны быть знакомы со всеми этими фактами, — люди, которые называют себя любителями истины,
признанными служителями Иисуса, — имеют наглость утверждать, что епископы,
в этом современном смысле они _всегда_ существовали в Церкви, и тому есть множество подтверждений, ведь они могут проследить это слово вплоть до самих апостолов.

 «Но я прошу у вас прощения: я слишком затянул с ответом. Мы уже потратили слишком много времени на этот вопрос, тем более что нам, вероятно, ещё придётся вернуться к нему, когда мы будем рассматривать претензии Епископальной церкви. Вы помните, что сейчас этот вопрос возник случайно и не совсем в рамках нашего обсуждения. Однако я выполнил своё обещание. Я доказал это с помощью стандартных
Историки, опираясь на уступки самых ревностных сторонников власти епископов, а также на мнение самих отцов церкви, утверждают, что епископат в его современном понимании был _нововведением_, нарушившим порядок, установленный Христом. Как уже было сказано, это было, вероятно, _первым_ из тех изменений, которые в конечном счёте привели церкви к полному отступничеству. Они отвергли власть _Христа_ как своего единственного Господа и Царя и подчинились епископам.

«Разве не странно, — спросил мистер Перси, — что это было сделано без сопротивления или возражений?»

“Это было сделано, как говорит Джером, ‘_paulatim_’ — мало-помалу, так что
постепенно, едва ли для того, чтобы вызвать тревогу. Но все же это не было сделано без
протест. Как многие жаловались, и все же представлен, мы не знаем.
Сколько церквей отказался подчиниться, история не зафиксировала. Но мы
знаем, что были _many_, под разными именами и в разных местах,
которые всегда протестовали против этой узурпации. Но когда епископы
получили власть, стало не так-то просто оспаривать их божественное право на управление.
Это можно увидеть на примере Эриуса (не
Арий, который отрицал вечное Сыновство нашего Господа или, как некоторые говорят, его
Божественность; но Эйрий,) который жил примерно в одно время с Иеронимом или
немного раньше. Он придерживался того же мнения, что и Иероним, и Августин, и Амвросий, и Златоуст, а именно: что в _первых_ церквях епископы и пресвитеры были едины; и что _власть_, которая тогда была узурпирована епископами и по большей части покорно принималась церквями, не была дарована Священным Писанием, а существовала только по обычаю церкви. Но в отличие от Иеронима и других, он
которых католики с тех пор называют _святыми_, он был полон решимости
воплотить свою веру в жизнь. Остальные поступали так же, как Чалмерс,
Макнайт и многие другие выдающиеся современные богословы в отношении
крещения. Они признают, что Христос заповедал крещение погружением в воду, и первые церкви практиковали именно его, а переход к окроплению был совершён без какого-либо прямого указания Учителя. И всё же они спокойно
присоединяются к Церкви и, отстаивая крещение погружением как
истинное крещение, практикуют окропление, которое _по обычаю_
свое место. Итак, эти древние святые, хотя они и утверждали и доказывали
, что первые епископы не были наделены властью над
Церквями, все же либо осуществляли эту власть сами, либо тихо
подчинялись тем, кто это делал. Эйрий, однако, попытался исправить эту ошибку.
Он открыто и смело провозгласил, что епископы, по Писанию, в
никак не превосходит пресвитеров: что это были лишь разные названия
по этой же должности. Он выступал против праздников, постов и молитв за умерших или перед умершими. Всё это он считал _не соответствующим Писанию_.
Он стремился вернуть церкви к простым евангельским стандартам. Но
тем самым он нажил себе множество врагов. Его быстро отстранили от служения,
обвинив в _ереси_. Его последователей исключили из церквей, изгнали из
городов и поселков и заставили проводить свои собрания (как это впоследствии делали вальденсы, проповедуя те же доктрины) в лесах или горных пещерах.

— Но давайте вернёмся назад. Вы, должно быть, помните, миссис Перси, что мы пытались ответить на ваш вопрос о том, как то, что когда-то было
Церкви Иисуса Христа стали преследовать истинно верующих и послушных учеников Господа. Я сказал, что первым шагом на пути к этому печальному результату стало то, что Церкви утратили свою независимость и стали подчиняться иерархии _епископов_. Они отказались от своей единственной преданности Христу и подчинились власти человеческих правителей. Возможно, мы потратили больше времени, чем следовало бы, на то, чтобы показать, как это произошло. Но одновременно с этим, так же постепенно, происходило и другое, ещё более важное изменение.
Это было изменение в _управлении_ Церковью: это было изменение в характере её _членства_. Это было изменение во _внешнем устройстве_: это было изменение в самом материале, из которого она была составлена. Это привело к тому, что над Церковью встали правители, которых не назначал Христос: это привело к тому, что в Церкви появились члены, которых не одобрял Христос. Первое изменение, ещё до того, как оно полностью завершилось,
во многом подготовило почву для второго, а второе в последующие годы во многом закрепило первое.  Христос
Как мы уже видели, поначалу церкви состояли исключительно из тех, кто свидетельствовал о своём обращении и исповедовал рациональную и личную веру в Иисуса как в своего Искупителя. Они были _духовным_
народом, который _обновился_ в своём мировоззрении и характере; в котором плотская вражда естественного сердца была
заменена любовью к Богу во Христе; в котором тьма естественного
разума была просветлена Господом; в котором произошли настолько
серьёзные внутренние изменения, что их справедливо назвали новым рождением.
Они вступали в новую жизнь, что символизировалось их крещением,
в котором их прежняя жизнь, их прежнее «я» представлялись
мёртвыми и _погребёнными_ со Христом, а их нынешнее «я» — воскресшими
из мёртвых, чтобы отныне они могли ходить в обновлённой жизни
или просто жить новой жизнью. Я говорю, что первые Церкви,
истинные Церкви Иисуса Христа, состояли или должны были состоять
из таких людей. Но очень скоро после того, как СОБОРЫ епископов узурпировали
прерогативу Христа и начали издавать законы для управления
В церквях изменили условия членства и заменили разумное исповедание живой веры
_повторением формальных слов_. Взрослых, молодёжь и детей учили, как
попугаев, повторять формальные слова; и когда они были таким образом
подготовлены, их посвящали в Церковь и наделяли всеми её привилегиями.
Таким образом, Церковь вскоре стала состоять из необращённых людей.
и их учили, что благодаря _церемонии_ их посвящения, благодаря магической силе их крещения они стали членами Христа
и наследники славы; и были готовы повиноваться приказам тех
_епископов_, из чьих уст они теперь узнавали, что вечная жизнь может быть
обретена только так. Спасение было в _таинствах_: таинства были в
_Церкви_, и получить их можно было только из рук _епископа_ или кого-то,
уполномоченного им. И то, что давало епископское благословение,
могло отнять епископское проклятие. У епископа были ключи от рая и ада. Кого хотел, того убивал, а кого хотел, того оставлял в живых.
 Не на время — это было бы пустяком, — но его власть простиралась за пределы могилы.
и длилось вечно. Кто бы не боялся епископа? С другой стороны, епископы любили власть; и епископы любили богатство.
 Как ни странно, они восхищались величественными соборами, роскошными дворцами и княжеской пышностью. Чтобы разбогатеть, им нужны были подданные; увеличение числа подданных было кратчайшим путём к власти и богатству. Теперь каждый епископ считал своими подданными тех, кто был крещён им или под его руководством. Поэтому каждый был заинтересован в том, чтобы условия вступления в Церковь были как можно более простыми.

«Сначала они обучали взрослых, а когда те могли повторить
Символ веры и Катехизис, допускали их к крещению. Но они не могли
игнорировать подрастающее поколение. Вскоре оно будет управлять
богатством и властью страны. Это богатство и власть должны быть
подчинены Церкви. Поэтому всю _молодёжь_, насколько это было
возможно, собирали, обучали и крестили. Затем детей, как только они
научились читать Символ веры и произносить нужную формулу, стали приводить в церковь. Затем, как только они научились говорить
слова, которые _подсказывали_ в тот момент. И, наконец, маленькие, пищащие младенцы, которые вообще не могли отвечать за себя, но должны были иметь _спонсоров_, которые говорили за них то, что взрослые должны были говорить сами за себя. Когда эти новообращённые христиане, эти некрещёные несовершеннолетние, дети и младенцы вырастали и становились мужчинами, _они были Церковью_.
У них не было больше любви к Христу и его делу, не было больше его кротости, не было больше его милосердия, не было больше его справедливости, чем если бы они не были крещены; не больше, чем у язычников. И всё же они были
Они были членами церкви; они были дьяконами; они были пресвитерами; они были епископами.
И стоит ли удивляться, что, как и другие необращённые люди, они ненавидели, презирали, отвергали и преследовали простое Евангелие и чистую религию кроткого и смиренного Назарянина? Стоит ли удивляться, что
истинно верующий, у которого хватило смелости повиноваться Богу, а не человеку; который
выступил против этой чудовищной метаморфозы христианства и осмелился заявить, что _это не та Церковь, которую основал Христос_, был немедленно объявлен еретиком и отлучён от церкви как
раскольник, изгнанный как нарушитель _церковного мира_ или
_сожжённый_ в назидание верующим, чтобы они не доверяли учениям
своих священников и епископов? Так появились первые церкви,
практиковавшие гонения; так появлялись все церкви, практиковавшие
гонения, вплоть до наших дней. Все они приняли своих _членов_ в детстве или младенчестве; и они выросли _порочными_ людьми, ненавистниками Иисуса и гонителями его народа. Ни одна
церковь, носящая христианское имя и требующая соблюдения тех же условий
Те, кто исповедует то же членство, что и в Священном Писании, а именно личное покаяние в грехе и личную веру во Христа, всегда подвергались гонениям.
Примечательно, что _все_ педобаптистские церковные учреждения, все эти так называемые Церкви Христа, когда у них была власть, _преследовали_ тех, кто не мог по совести подчиниться их диктату.

— Если это правда, то это, безусловно, очень примечательный факт, — сказал доктор.
— И он наводит на размышления. Сейчас я не склонен подвергать его сомнению.
И сегодня я не буду спрашивать вас о доказательствах, на которых вы основываетесь
Вы только что рассказали о введении крещения младенцев.
Картина, которую вы нарисовали, вполне естественна, и я мог бы легко в неё поверить, если бы она была должным образом подтверждена. Но я всегда считал само собой разумеющимся, что крещение младенцев было если не одобрено апостолами, то стало одним из самых ранних нововведений в их практике и что оно было введено с таким единодушием, что не сохранилось никаких записей о времени и способе его введения, а также о каком-либо противодействии ему. Но я не буду просить вас дать показания сейчас.
Мы уже долго заседаем, и нам ещё предстоит
ещё одно испытание для Римско-католической церкви».

«Это не займёт у нас много времени. Наше испытание — девятое и последнее. В нём говорится, что ни одна церковь отступников не может быть церковью Христа. Не то чтобы истинная
Церковь не может со временем перестать быть истинной Церковью из-за смены членов, смены должностных лиц и смены законов и таким образом стать отступнической.
Но после того, как она _отступила_, она уже не является Церковью Христа, даже если сохраняет то же название и те же внешние формы, что и прежде.
Христово _учреждение_, называемое
Церковь должна быть постоянной и вечной. Но сколько отдельных
_примеров_ этого института вымерло и перестало существовать, столько же
вышло из-под власти Христа и связало себя с его врагами. Но когда это
происходит, это уже не Церковь Христа: когда это происходит. Она не имеет власти в Его Царстве; когда она это сделала,
её члены перестали быть членами Церкви Христовой; её таинства
перестали быть христианскими таинствами, её служение перестало быть христианским служением. _Все её официальные действия недействительны._ Следовательно, она не может
быть средством крещения для членов Церкви или рукоположения для служителей. Это само собой разумеется. Это необходимость, если только вы не признаете абсурдность
того, что организация, которая _не_ является Церковью Христовой и которой
Христос _не_ дал власти, тем не менее способна законно и обоснованно
совершать те действия, которые он доверил исключительно своей
Церкви.

— Я надеюсь, что наши друзья здесь _обратят внимание_ на этот момент; я заостряю на нём внимание, потому что он чрезвычайно важен.


 — Как так, мистер Кортни? Я не вижу ничего настолько _очень_ важного
в этом, - сказала Теодосия. - Но я полагаю, что моя глупость мешает
мне увидеть это.

“Я расскажу тебе. Епископалы, лютеране, пресвитериане,
Методисты и, я полагаю, все те деноминации, которые называются
_Протестанты_, верьте и учите, что Римская Церковь, столь далекая от того, чтобы быть
истинной Церковью Христа, есть та _антихристиана_, которая была предсказана
апостолами. У них есть все основания для этой веры. Нет никаких сомнений в том, что они абсолютно правы. И всё же, несмотря на то, что они так верят и учат этому, они не могут отрицать тот факт, что _все они
получили свое крещение и хиротонию от Римской церкви.
Теперь, если бы Рим никогда не был Церковью Христа, они не могли бы даже притворяться
что у него было какое-либо право крестить или рукополагать, не больше, чем у мормонского
общества в Наву. Крещение и рукоположение, дарованные ими и
полученные через них, были бы не более христианским крещением, чем
если бы они были получены от последователей Мухаммеда в Мекке. Поэтому они говорят, что Рим _когда-то был_ истинной Церковью, но он
_отпал от веры_ и стал тем, чем является сейчас. Поскольку когда-то он был Церковью, он
могла принимать и передавать истинное христианское крещение и действительное рукоположение.
 Теперь мы считаем, что с того дня, как она стала _отступницей_, она
_перестала быть Церковью Христа. Она была его Церковью не больше, чем если бы никогда ею не была._ У неё было не больше прав действовать как
распорядительница законов его царства, чем если бы она никогда не обладала этими правами. После этого её крещение было не более христианским,
чем омовение язычников в языческих храмах их идолов.
 Рукоположение священника по её приказу и
Её служение было христианским посвящением не в большей степени, чем посвящение жреца Юпитера было христианским посвящением. Ибо она была не более чем христианской церковью и имела не больше прав действовать от имени христианской церкви, чем любая другая группа людей, которые ненавидели святость и преследовали истинных учеников Господа.

 «Это, конечно, не подлежит сомнению; это не требует доказательств. Если кто-то будет это оспаривать, вряд ли стоит с ним спорить. Христос
дал власть имущим право совершать его таинства и исполнять его законы
его Церковь как исполнительница воли _его_ царства. Теперь, когда любое собрание
_перестает_ быть ЕГО Церковью, оно больше не имеет его полномочий. Все его
права утрачены. Оно не может осуществлять их в царстве; оно не может
осуществлять их как исполнительница воли Христа, если само больше не принадлежит
Христу. Провинциальное правительство, восставшее против своего короля,
отрёкшееся от своей присяги, назначившее новых чиновников, издавшее новые законы,
принявшее других подданных и направившее все свои силы, физические и
духовные, на уничтожение верных подданных своего прежнего
Король, несомненно, не является законным распорядителем постановлений своего королевства. Они всё ещё могут _утверждать_, что действуют от его имени; они всё ещё могут использовать его _имя_, чтобы придать видимость законности своим действиям; они могут отрицать, что являются мятежниками; они могут заявлять, что у короля _нет других верных подданных, кроме них самих_, и что он не наделяет властью никого, кроме них.
Однако всё это не узаконит их действия. Их действия будут иметь не больше реальной силы, чем если бы они были совершены от имени короля или от имени какого-нибудь иностранного правителя, чьё
власть, которую они никогда не признавали. _Верные подданные_
короля могут считать их действия законными не больше, чем если бы они
никогда не входили в состав королевства. Теперь предположим, что подданный иностранного государства
получил _натурализацию_ и, таким образом, все права гражданства
в этой восставшей провинции, а затем перебрался в какую-то провинцию,
которая осталась верна королю. Даёт ли эта _натурализация_, полученная
в восставшей провинции, право на гражданство в _настоящем_ королевстве? Он оказался среди мятежников; он
Он был принят мятежниками; он был натурализован мятежниками; и
поэтому он имеет право на гражданство среди мятежников. Но теперь,
когда он пришёл к верным, он должен быть натурализован верными.
Они не могут признать право мятежников принимать граждан в _своё_
королевство. Если он станет там гражданином, он должен быть
натурализован там, и это должно быть сделано на законных и неоспоримых
основаниях.

«Итак, когда подданный Сатаны приходит в отступническую, восставшую Церковь,
и его принимают, крестят и таким образом делают одним из них,
и имеет право на все привилегии членства в Церкви, но этим актом он не становится членом Царства Христова. Это крещение
не делает его членом какой-либо истинной Церкви Христовой. И если он
захочет покинуть мятежников и присоединиться к истинной и верной
Церкви, эта Церковь не сможет признать законным или действительным
крещение отступников. _И если она примет его в лоно церкви, не крестя его_, то этим самым она признает, что
_его предыдущее крещение было законным и действительным_; и, следовательно, что
Восставшая и отступившая от веры Церковь на момент её возведения была в той же мере истинной Церковью Христа и в той же мере _действительно уполномоченной_ _Христом_ принимать членов и совершать его таинства, в какой она является сама по себе.


То же самое касается и рукоположения. Предположим, что в восставшей провинции
кто-то, кого приняли, натурализовали и сделали гражданином среди
повстанцев, был избран ими на должность, должным образом
посвящён в сан и назначен _офицером_, чтобы осуществлять среди
них власть, соответствующую его положению. А потом он решил
Если бы он оказался среди верных подданных короля и заявил, что имеет право осуществлять полномочия своего ведомства _там_, в настоящем королевстве, что должны были бы сделать верные подданные короля? Должны ли они
признавать его власть? Должны ли они подчиняться его правлению? Если да, то они признают, что действия мятежников так же законны и действительны, как и их собственные действия, совершённые по приказу короля. Они не могли бы так поступить. Если они приняли его как _гражданина_, то сначала должны _натурализовать_ его,
потому что его натурализация мятежниками ничего для них не значит; (это было
не сделает его членом королевства, а лишь членом сообщества мятежников.) Затем, если бы они захотели воспользоваться его услугами в качестве _офицера_, они бы избрали его на эту должность и назначили на неё. И пока он не был бы избран и назначен на должность, он не мог бы быть среди них офицером, и они не могли бы признать ни один его официальный акт, как если бы мятежники никогда не думали о том, чтобы назначить его на должность в их мятежном правительстве.

«Итак, когда отступник, восставший против _Церкви_, сначала своим несанкционированным крещением сделал кого-то членом своего отступнического сообщества, а затем
затем назначил его на должность и уполномочил его как служителя
выполнять свои обязанности в их мятежных собраниях. Это не
делает его служителем какой-либо истинной Церкви Христовой. Это не
даёт ему права исполнять обязанности служителя или делать какие-либо
из своих служительских действий законными и действительными в
видимом царстве Христа. Христос доверил выбор и назначение
своих служителей _ему_
Церквям, а не тем церквям, которые ненавидят его народ и его дело и используют все свои силы, чтобы навредить им и уничтожить их. Если этот человек
чтобы совершить какой-либо официальный акт в истинном царстве Христа, он должен
сначала быть _рукоположен_ _законной_ властью в царстве; и каждый официальный акт, который он возьмётся совершить без такого законного
рукоположения, является незаконным и недействительным; он ничтожен и не имеет силы, как если бы он никогда не был совершён.


«Это, безусловно, очень ясно; и я не могу понять, как человек с
здравым смыслом, который потратит пять минут на размышления об этом, может когда-либо осмелиться усомниться в этом или оспорить это».

— Конечно, я всё это вижу, — сказала Теодосия, — но я ещё не совсем
Я не могу постичь ту огромную важность, которую вы, похоже, ему придаёте. Я ещё не осознаю тех колоссальных последствий, которые должны воспоследовать за этими самоочевидными истинами.

«Эти последствия, — ответил мистер Кортни, — _настолько ужасны_, и они _так неизбежно_ и _бесспорно_ вытекают из предпосылок, которые мы выдвинули, что, когда они _становятся_ очевидными и ощутимыми, разум почти инстинктивно отвергает эти предпосылки, хотя, если рассматривать их без последствий, он не может не признать их истинность и даже после того, как последствия будут полностью осознаны, не сможет найти _логических_ способов отказаться от них».
их в сторону.

“Как тот, кто стоит и смотрит на запустение на пути
лавины, которая только вчера пронеслась по прекрасному, и
пышная и густонаселенная долина едва ли может осознать то, что он
видит; но восклицает, даже когда видит все это: ‘_ Этого не может быть".
Неужели это то самое место, которое ещё вчера было наполнено шумной
жизнью и усеяно мирными жилищами, в которых бились
тысячи человеческих сердец со всеми их радостями и горестями, надеждами и страхами;
а теперь оно такое пустынное; теперь оно такое мёртвое. И всё же _так_ и должно быть. Это _оно_
на этом месте; и вот теперь перед нами огромная масса, которая и стала причиной этих ужасных разрушений!  Так что тот, кто сможет беспристрастно и всесторонне взглянуть на эту тему, кто направит свой разум и будет удерживать его на этой точке зрения, пока не увидит и не осознает предпосылки, которые мы изложили, и вывод, который _должен_ следовать из логической необходимости, скорее всего, почувствует себя так, словно разум был ошеломлен и парализован результатом. И хотя он не может указать на
какой-либо изъян в аргументации или предложить какую-либо причину, по которой он должен считать это утверждение ложным, он всё же восклицает: «_Это определённо не может быть правдой._»

«Следствие, о котором я говорил, таково: отступническая церковь,
_после того как она стала отступнической_, не является церковью Христа. Её крещение не является действительным христианским крещением. Её служители не являются законными христианскими служителями. Её действия, _как церкви_, в целом и по отдельности, совершенно ничтожны. Епископалы и пресвитериане, лютеране и методисты признают, что _Римская церковь является отступнической_, и что она
Таким образом, она стала отступницей _до Реформации_. Если это так, то до этого времени она была неспособна проводить крещение или рукоположение. Её крещение
Это не было христианским крещением, и её служители не имели власти как служители Христа. И всё же _единственное_ крещение и _единственное_ рукоположение, которые есть у любой из этих конфессий, они получили _от Римской церкви_. Следовательно, если отступническая церковь не может совершать действительное христианское крещение; более того, если крещение _антихриста_ не является действительным христианским крещением, то основатели и первые члены этих конфессий не были крещены.
Церкви не были крещены, и если _рукоположение Антихриста_ не могло создать христианского служителя, то их служители никогда и не были
рукоположен. И теперь, если крещение является необходимым условием для членства в Церкви, так что собрание, даже состоящее из хороших людей, не может быть истинной, видимой Церковью Христа, если его члены не были крещены, — не в магометанство, по воле ложного пророка; не в
Не в мормонизм, основанный на авторитете Джо Смита; не в католицизм, основанный на авторитете Папы Римского; а в _истинное христианство_, основанное на авторитете Иисуса.
Тогда они не могли бы стать _истинными_ церквями Христа, пока не _крестились_.
 И если бы не было _истинного_ и действительного
Крещение могут совершать те, кто сам не был крещён.
И если истинное и действительное рукоположение не может быть совершено теми, кто сам не был ни крещён, ни рукоположен, то они _никогда_
не получали крещения и _никогда_ не имели законного служения.
Следовательно, они _никогда не были_, НЕ ЯВЛЯЮТСЯ И НИКОГДА НЕ СМОГУТ БЫТЬ истинными
Церквями и истинными служителями Христа, пока не будут крещены в настоящей Церкви крещёных верующих.

“Они признают, что крещение является необходимым условием для
Членства в Церкви.

«Они _признают_, что никто не может совершить истинное христианское крещение, если сам не был крещён.


Они _признают_, что крещение, совершённое мусульманами или мормонами, Обществом воздержания, ложей «Одфеллоуз» или масонов, не будет христианским крещением; но чтобы быть таковым, оно должно быть совершено _истинной Церковью Христа_.

«Они _признают_, что получили крещение от _Рима_.

 И они _признают_ — нет, они утверждают и _доказывают_, что Рим был не только не истинной Церковью Христовой, но самим _Антихристом_ — человеком греха — сыном погибели — апокалиптическим зверем — драконом, который воевал
на святых, и это загнало истинную Церковь в пустыню, и это _изнуряло святых_ жестокими и непрекращающимися гонениями.


Они признают всё это, и поэтому _должны признать_, что у них никогда не было истинного крещения и что они не являются истинными Церквями Иисуса Христа.


Они могут стоять и смотреть на ужасающий список своих признаний и на сокрушительный крах, в котором эти признания погребают все их притязания на то, чтобы считаться истинными Церквями. Но они не могут отрицать, что сделали эти признания. Они не могут не делать их снова. Они
_должны_ признать это или отрицать то, что так же очевидно и ясно, как день, для любого мыслящего человека. Они _не осмеливаются_ оспаривать предпосылки и _не могут_ противостоять последствиям. Они могут всплеснуть руками и глупо воскликнуть: «Этого не может быть!» Но тем не менее ЭТО ТАК. Они могут сказать, что это не по-христиански и немилосердно — _отлучать от церкви_ почти весь христианский мир. Мы этого не делаем; за нас работает _логика дела_.
 Ни мы, ни _они_ сами не можем отрицать вывод, если эти допущения были сделаны.
 Они могут вернуться, если захотят
Выбирайте и _отказывайтесь_ от этих признаний. ТОни могут брать их по одному и смотреть, _смогут_ ли они, _осмелятся_ ли они, как добросовестные приверженцы простой истины, отказаться хотя бы от одного из них.

 «Пусть попробуют. Пусть начнут с последнего. Будут ли они отрицать, что Рим — это Антихрист? Мы докажем им это с помощью аргументов, приведённых главными защитниками каждой из конфессий. Мы докажем это на примере Лютера, Кальвина, Бакстера, Доддриджа, Скотта, Бенсона,
Адама Кларка, Уэсли, Чалмерса. Или, если им не нравятся их собственные авторитеты, мы докажем это путём сравнения _исторических
факты_ согласуются с предсказаниями Писания. Более того, если они отрицают, что
Рим — это Антихрист; если они утверждают, что Рим, как он и заявляет,
является истинной Церковью Христовой, то из этого _с такой же уверенностью_, как и прежде, следует, что _ОНИ НЕ ЯВЛЯЮТСЯ_ истинными Церквями, хотя и по другим причинам.
Если Рим является _истинной_ Церковью, то те, кто вышел из Рима, были
_еретики_ и _раскольники_, и по закону они _отлучены_ и _исключены_ из Церкви. Ибо Рим, обладая властью, которая была в его
руках как у наместника Христа, отлучил их и предал погибели.
Таким образом, какой бы путь они ни выбрали, они не могут отступить от последнего из этих утверждений. Если Рим _был_ истинной Церковью; если Рим _был_ уполномочен осуществлять власть царства Христова; если
Рим был тем органом, которому Христос передал таинства и законы своего царства для сохранения и исполнения.
Тогда решение Рима, которым они были отлучены, было _законным_ решением.
Они были _изгнаны_ из Церкви и, разумеется, не имели больше власти крестить, проповедовать и основывать Церкви, чем лишённый сана и исключённый из Церкви священник.

«Если вы скажете, что они _отошли_ от дел, а не были отлучены, это никак не поможет делу.
Ведь если предположить, что Рим _был_ истинной
 Церковью, то в таком случае они отошли от истинной Церкви Христовой и, конечно же, больше не были её частью и не имели в ней власти. Но первые реформаторы _не_ отошли. Они оставались в Церкви столько, сколько могли. Они и не думали создавать _новую_ церковь, а лишь стремились реформировать старую. Они, будучи членами Римской церкви,
_протестовали_ против её веры и обычаев. И за это они были
отвергнута, предана анафеме и преследуется этой отступнической, коррумпированной и тиранической иерархией. Но протестанты не будут, не могут и не осмелятся, несмотря на свои собственные обвинения в адрес Рима как отступнической церкви и Антихриста, вспомнить о том, что они говорили, и заключить с ней союз как с истинной Церковью Христовой. _И если они это сделают, это не повлияет на наш аргумент, потому что МЫ ДОКАЗАЛИ ЕЁ ЛОЖНОСТЬ_, хотя они могут считать её истинной. Мы испытали её Словом Божьим и обнаружили, что у неё нет ни единого признака _истинной_ Церкви Христовой. И всё же, если бы у неё было всё
_Если бы не одно «но»_, она не была бы истинной Церковью Христовой. Следовательно, если она когда-либо была истинной Церковью, то стала _отступницей_. Если она отступница сейчас, то _была_ таковой с тех пор, как обладала теми же особенностями, из-за которых мы отвергли её притязания; и это было, мягко говоря, задолго до Реформации. _Единственная_ причина, по которой последовательный протестант может утверждать, что те, кто принял крещение и был рукоположен в Риме, но при этом покинул его, были истинными членами Церкви с действительным крещением и законным рукоположением, — это
вот что: они могут утверждать, что, когда эти члены были приняты и крещены, а эти служители были рукоположены, Римская церковь была _истинной Церковью Христовой_; но за время, прошедшее между их крещением и рукоположением и их окончательным отлучением или изгнанием, она стала отступническим средоточием греха и пристанищем всякой нечистой и отвратительной птицы. Но в то время они этого не утверждали. Никто не осмелится утверждать это сейчас. Каким бы плохим ни был Рим во времена Лютера, он был не так плох, как раньше. Его папа и кардиналы, епископы и
Священники, какими бы мерзкими они ни были, были приличными людьми по сравнению с чудовищами, порождёнными пороком, жестокостью и распутством, которые занимали её священные (!) должности в X и XI веках. Тогда она продавала за деньги лишь привилегию грешить; но она уже давно привыкла продавать за деньги право предоставлять такие привилегии. Тогда она лишь время от времени сжигала еретиков; но задолго до этого она привыкла убивать их тысячами.

«Отступничество не только началось, но и достигло своего апогея за сотни лет до рождения Лютера. Это было не вчера. Лютер родился
Он был крещён в отступнической церкви и рукоположен в священники отступнической церкви. Все его товарищи были крещены в отступнической церкви, если вообще были крещены. _Единственное_ крещение и _единственное_ рукоположение, которые он или кто-либо из них получил, были совершены в церкви, в которой _не было ни единого признака или черты_
Церкви Христа; и, следовательно, их крещение и рукоположение были не лучше, чем если бы они получили их в мусульманской мечети, мормонском храме или масонской ложе. И поскольку они не могли дать
то, чего они не получили, так называемые церкви, которые они основали,
никогда не имели, не имеют и никогда не смогут иметь таинств
церкви Христовой, пока не получат их от истинной и законной
церкви.

 «Но нам не нужно предвосхищать результаты нашего предстоящего рассмотрения их многочисленных притязаний.
Мы уже разобрались с притязаниями Римской церкви.
Сначала мы «_исследовали Священное Писание_» и нашли то, что в нём
записано как отличительные черты истинной Церкви Христовой. Мы
попытались выяснить, обладает ли Рим этими чертами, и обнаружили, что у него нет ни одной из них.

«По мере продвижения, — сказал мистер Перси, — я занимался тем, что
рисовал своего рода картину или схему этой церкви. Поскольку у нас было
девять меток, я разделил эту чистую страницу на девять равных частей и
написал метки на полях, решив, что если у неё окажется какая-то из них,
то я оставлю для неё пустое место, а если нет, то закрашу его. И вот вы
видите, что все они закрашены, от верха до низа».

— Хорошая идея, — сказал доктор. — И я надеюсь, что вы предоставите нам аналогичную схему для каждой церкви, чьи претензии могут быть предъявлены нам. Но
мы сейчас устали; давайте прервёмся, а когда соберёмся завтра, вернёмся к вопросу об англиканской церкви».


 СХЕМА РИМСКО-КАТОЛИЧЕСКОЙ ЦЕРКВИ.

 Признаки истинной | | Признаки римско-католической
 церкви. | | церкви.
 1-е. Она состоит только из | ;;;;;;;;;;;; | В неё входят маленькие дети,
 которые не могут верить. См. стр.
 Христос. | | 157.

 2. Его члены были | ;;;;;;;;;;;; | Его члены были окроплены
 крещены при | | в младенчестве. См. стр.
 исповедании своей | | 188–194.
 веры. | |

 3. Это местная | ;;;;;;;;;;;; | Это не местная,
 организация, и | | независимая организация,
 она независима от всех | | а обширная иерархия. См.
 другие. | | стр. 195–197.

 4-е. Только у Христа | ;;;;;;;;;;;; | Только у Папы Римского есть
король и | | глава и законодатель, и
 законодатель, и он признает | | принимает закон Христа,
никакой другой власти выше | | подчиняясь ему. См. стр.
своей собственной. | | 197.

 5-е. Его члены имеют | ;;;;;;;;;;;; | Они стали членами в
 стали таковыми по собственному | | детству, без их
 добровольного действия. | | С ведома или согласия. Посмотреть
 | | стр. 198.

 6-е место. Оно содержит в себе статьи | ;;;;;;;;;;;; | Оно отрицает фундаментальное
 веры фундаментальное | | учение о спасении посредством
 доктрин Евангелия. | | вера и делает ее зависимой
 | | от дел и таинств.
 | | См. стр. 199.

 7-е место. Всё началось с | ;;;;;;;;;;;; | Христос не устанавливал
Христос и продолжил | | никакую иерархию. Римский
 до наших дней. | | Католическая церковь возникла задолго
 | | до апостолов. См. стр.
 | | 199.

 8-я. Она никогда не преследовала | ;;;;;;;;;;;; | Она всегда и везде была
ради совести. | | гонительницей, когда у неё была
 | | власть. См. стр. 201–206.

 9-е. Никакой Церкви отступников | ;;;;;;;;;;;; | Если она когда-либо была истинной
 может быть Церковью | | Церкви, она отпала, когда
 Христос. | | она стала иерархией. или
 | | гонителем. См. стр.
 | | 245–256.




ПУТЕШЕСТВИЕ СЕДЬМОГО ДНЯ.

— Вы, должно быть, помните, — сказал доктор в начале нашего утреннего разговора, — что вчера вы упомянули один момент, по поводу которого я хотел бы получить дополнительную информацию. Не то чтобы я сомневался в правильности ваших
Я хочу знать, на основании каких доказательств вы делаете утверждения, столь сильно отличающиеся от тех, что я привык слышать.
— Конечно, — ответил мистер Кортни. — Я прекрасно это помню. Вас всю жизнь учили, как и всех педобаптистов, проповедники, книги, брошюры и газеты, что крещение младенцев восходит ко временам Христа. А я утверждал, что оно появилось гораздо позже. Я не люблю делать утверждения, не приводя доказательств, и очень рад, что вы готовы выслушать показания. Я буду
сформулируйте его как можно короче, и оно будет настолько убедительным, насколько вы только можете пожелать. Я сразу же и навсегда успокою вас в этом вопросе.


И я говорю, что, во-первых, если крещение младенцев _не_ практиковалось
Христом и апостолами, оно _должно_ было появиться позже. Это само собой разумеется. Но теперь мы тщательно изучили
записи о словах и поступках Христа и апостолов, от
Матфея до Откровения; и хотя мы нашли упоминания о крещении многих тысяч мужчин и женщин, мы не обнаружили
нет ни одного упоминания или намека на крещение хотя бы одного младенца.
Поэтому мы должны признать, что _ни один младенец не был крещен_, если только эти сведения не являются неполными в отношении этого важнейшего аспекта христианской веры и практики.
Во всяком случае, мы должны принять такое решение, если только те, кто утверждает, что в то время практиковалось крещение младенцев, не приведут хотя бы один очевидный, несомненный факт, на котором можно было бы основывать их утверждение. Но самые умные и откровенные педобаптисты даже не претендуют на то, чтобы знать такой факт.
 Они говорят вместе со своим учёным и ревностным защитником, профессором
Стюарт, "Повеления или простые и определенные примеры в Новом Завете"
я не нахожу ничего подобного.

“Никто никогда не исследовал этот предмет с более тщательным вниманием, чем
Доктор Уолл, автор ‘Истории крещения младенцев’; и все же он
вынужден признать, что "Среди всех людей, которые зарегистрированы как
крестившиеся апостолами, нет прямого упоминания ни о ком
младенец.’

Итак, Лютер прямо говорит: ‘Священным
Писанием не может быть доказано, что крещение младенцев было установлено Христом или начато
первыми христианами после апостолов’.

«Итак, учёный Эразм в своей заметке к Посланию к Римлянам, глава 5, стих 14: «Павел, похоже, не говорит о младенцах. Крещение младенцев ещё не было принято».


«Итак, Магдебургские центуриаты: «Что касается крещения младенцев, то в первом веке нет примеров, о которых мы могли бы прочитать».


«Епископ Бернет прямо заявляет: «В Новом Завете нет прямого предписания или правила относительно крещения младенцев».

«Я мог бы продолжать этот список до бесконечности, но в этом нет необходимости. Я лишь добавлю свидетельство учёного Лимброка, приведённое в его «Системе»
Божественности: «В Писании нет прямого указания на это. Более того, все те отрывки, в которых повелевается крестить, относятся непосредственно к
взрослым людям, поскольку им предписано быть наставленными, а вера является необходимым условием, которое [присуще]
только взрослым. Нельзя привести ни одного примера, из которого можно было бы с уверенностью заключить, что какой-либо ребёнок был крещён апостолами.
Ни один собор до Карфагенского, состоявшегося в 418 году, не утверждал необходимость педокрещения.
 Мы признаём, что такого предписания не существует
ни одного несомненного примера крещения младенцев в Священном Писании».

 «Теперь, когда мы искали его в Писании и не смогли найти, и когда эти и другие наиболее образованные, трудолюбивые и ревностные сторонники крещения младенцев признают, что искали его и не смогли найти, мне кажется, что мы вполне обоснованно можем заключить, что _его там нет_».

— Но, мистер Кортни, вы же говорите, что эти люди сами крестили младенцев. Они были благочестивыми, добросовестными людьми. Как _могли_ они практиковать и одобрять то, что не было основано на Писании?

— Это сложный вопрос, сэр. Если бы они были ещё живы, я бы хотел задать его им самим. Полагаю, большинство из них, если бы они осмелились открыто заявить о подлинных основах своей веры и практики, высказались бы примерно так, как мистер Уокер в своей скромной просьбе о крещении младенцев: «Там, где авторитет Священного Писания недостаточен, _обычай Церкви_ должен считаться законом». Из этого не следует, что наш Спаситель не давал наставлений о крещении младенцев, потому что в Священном Писании нет такого наставления.
Наш Спаситель говорил много
Он говорил своим ученикам о Царстве Божьем как до Своих страданий, так и после Своего воскресения, но эти слова не записаны в Священном Писании. И кто может сказать, что среди этих многочисленных неписаных изречений не было прямого указания на крещение младенцев?»

 «Конечно, — воскликнула Феодосия. Кто может сказать? И кто может сказать, что среди этих неписаных изречений не было полного описания чистилища?» Кто может сказать, что не было особых указаний относительно посвящения в духовный сан монахов и монахинь? Кто может сказать
что все эти папские уловки не были подробно описаны в тех неписаных
разговорах?»

«Мне кажется совершенно очевидным, — сказал доктор Тинкалл, — что если Он и дал им такое прямое наставление, то они очень плохо его исполняли.
Из всех тысяч людей, которых они крестили, мы не знаем ни одного случая, когда они крестили младенца. И ни разу они даже не намекнули тем, кого они принимали и объединяли в церкви, что их долг и привилегия приводить с собой своих младенцев. Если он дал им такое наставление, то я могу только сказать:
должно быть, они всё забыли, и Святой Дух не смог напомнить им об этом, как обещал Иисус, когда говорил им об этом».
«Нам вообще нечего делать, — сказал мистер Кортни, — с преданиями об этом или любом другом вопросе веры или практики. Обычай церквей, за исключением того, что этот обычай записан в Книге, для нас ничего не значит.
И всё же я покажу, что обычай церквей заключался в том, чтобы _не_ крестить младенцев в течение нескольких поколений после апостолов.
Я говорю, во-первых, что Христос не заповедовал крестить младенцев и что это не практиковалось в церквях.
апостолы. Оно не существовало до того времени, когда был завершен канон
Священного Писания. Я принимаю это как должное на основании простого факта,
что ни мы, ни его самые прилежные, способные и рьяные защитники
не смогли обнаружить никаких следов этого в Книге.

“Сейчас я докажу вам, что этого не существовало в следующем столетии после
апостолов. Какого рода свидетельства вам нужны! Хотите ли вы получить
заявления церковных историков? Валлафрид Страбон, католический церковный историк IX века, говорит: «Это должно быть
Следует отметить, что в первобытные времена благодать крещения обычно даровалась только тем, кто достиг достаточной зрелости тела и разума, чтобы понять, в чём заключаются преимущества крещения, что нужно исповедовать и во что верить, и, наконец, что должны соблюдать те, кто возрождён во Христе.

«На самом деле существует канон Римско-католического собора, состоявшегося в Париже в 829 году, в котором говорится то же самое:
«В начале Святой Церкви Божьей никто не был допущен к крещению
если только он не был предварительно наставлен в таинстве веры и крещения, что подтверждается словами святого Павла, Рим. 6:3, 4.

 «Сальмазий, выдающийся французский католик, говорит: «В первые два столетия никто не крестился, пока не был наставлен в вере и не ознакомился с учением Христа, чтобы он мог назвать себя верующим, согласно словам: “Кто верует и крестится, спасён будет”».
Отсюда и порядок оглашенных в Церкви. Кроме того, существовал постоянный обычай причащать оглашенных
сразу после их крещения.

«Людовик Вивес утверждает: «В прежние времена в священный баптистерий не допускали никого, кто не достиг совершеннолетия, не понимал, что означает мистическая вода, не желал омыться ею и не выражал этого желания более одного раза. От этой практики у нас осталось лишь слабое подобие в крещении младенцев, поскольку младенца, которому всего день или два от роду, всё же спрашивают
[в лютеранской церкви] будет ли он крещён; и этот вопрос задаётся трижды: от чьего имени восприемники отвечают: «Он желает этого».
 «Курцеллеус говорит: «Крещение младенцев в первые два столетия
после Христа был совершенно неизвестен, но в третьем и четвёртом веках был разрешён некоторыми. В пятом и последующих веках он был принят повсеместно. Обычай крестить младенцев появился не раньше третьего века после рождения Христа. В более ранние века о нём не было и речи. Он был введён без ведома Христа, и поэтому, — говорит он в другом месте, — этот обряд соблюдается нами как _древний_ обычай, а не как апостольское предание.

«То же самое говорят многие из самых образованных европейцев, которые...»
Они приложили все возможные усилия для проведения таких исследований и изучили обычаи древней Церкви.


«Так, Магдебургские центурионы, говоря о первом веке, пишут: «В эту эпоху крестили только взрослых или пожилых людей, будь то евреи или язычники;
Что касается способа крещения, то оно совершалось погружением в воду во имя Отца, Сына и Святого Духа».
О втором веке они говорят: «Ни один авторитетный автор не упоминает о каких-либо изменениях в крещении по сравнению с первым веком».
столетие.’ О третьем они говорят: ‘Что касается обряда крещения в
Церквях Азии, у нас нет свидетельств о каких-либо изменениях; но что касается
Африканских Церквей, там были большие искажения, по крайней мере, по мнению,
если не на практике’; и, например, введение крещения
младенцев, против которого выступал Тертуллиан.

«Доктор Мосхайм пишет о первом веке: «К крещению допускались только те _лица_, которые были предварительно ознакомлены с основными положениями христианства, а также представили удовлетворительные доказательства своей набожности
склонности и благие намерения». А во втором веке: «Те, кто должен был креститься, после того как они повторили символ веры и отреклись от своих грехов, особенно от дьявола и его помпезных соблазнов, погружались в воду и принимались в царство Христа торжественным призывом».

 «Ни один из этих авторитетов не является баптистом. Все они принадлежат к  церквям, состоящим из тех, кто был крещён в младенчестве. У всех них есть все основания искать крещение младенцев в первых церквях, если это возможно. Ни у кого из них нет ни малейшего интереса к продвижению баптизма
Можно было бы подумать, что единодушное свидетельство таких людей по вопросу церковной истории будет решающим. Я бы сказал, если бы речь шла о чём-то другом, что тот, кто без тщательного личного изучения доказательств осмелится утверждать вопреки всему этому, что в первые два столетия существовало крещение младенцев, либо лжец, либо глупец. Но я знаю силу религиозных предрассудков и не буду использовать такие выражения. Я, напротив, предположу, что даже вы и мои добрые друзья ещё не убеждены в том, что я
Я привёл вам простые заявления очень образованных и выдающихся людей
(самих педобаптистов), которые, прежде чем сделать эти заявления,
обратились к заплесневелым архивам древности и провели тщательный
и кропотливый поиск реальных фактов. После такого изучения они
прямо заявляют, что в I и II веках ничего не было известно о крещении
младенцев. Я, со своей стороны, не вижу причин, по которым кто-то должен
просить о дополнительных свидетелях; но у нас есть другие, и я приведу их, и они дадут показания.

 «Есть свидетели, которые показывают, что даже гораздо позже этого дня
крещение младенцев было исключением, а не, как сейчас в педобаптистских церквях
общим правилом — я имею в виду баптистерии. Христиане
продолжали крестить в ручьях, бассейнах и банях до середины
третьего века. Иустин Мученик говорит, что кандидатов ‘Приводили
к месту, где была вода’. А Тертуллиан говорит, ‘Это не
разницы, будет ли это море, или бассейн, или озеро, река или
ванна.’ Но примерно в середине III века, вскоре после того, как крещение младенцев стало скорее предлагаться, чем практиковаться, церкви начали
для крещения строились специальные места, особенно в городах.
 Эти баптистерии располагались за пределами церквей и состояли из большого
бассейна, заключённого в здание и покрытого куполом.
_Самые древние_ из этих баптистериев были построены с большими затратами для крещения взрослых.
Бассейны были достаточно большими и глубокими, чтобы в них можно было плавать, и в древности их иногда называли местами для купания. Только после V века на месте _пруда_ был найден _источник_, а в XIV веке бассейн стал
Место для купели. И они, хоть и безмолвные, являются самыми убедительными свидетелями. Первые баптистерии были устроены и приспособлены для крещения взрослых. Купели уменьшались в размерах, сначала до уровня подростков, а затем до уровня младенцев, что свидетельствует о постепенном переходе к крещению младенцев; а замена купели на бассейн указывает на введение окропления.

«Но, чтобы не зацикливаться на этом, я хочу обратить ваше внимание на другой и
самый убедительный факт. Он заключается в следующем: _Все древние формулы
обряда крещения предназначены для взрослых_; или, по крайней мере, для тех, кто
могли бы сами понять и ответить на эти вопросы. В самых ранних литургиях и ритуалах не предусмотрено крещение младенцев.
Они считаются подходящими кандидатами для крещения не больше, чем поклонники Юпитера.


— Я не понимаю, как вы можете это доказать, — сказал доктор, — если только вы не можете предоставить нам ритуалы для самостоятельного изучения или показать нам свидетельство какого-нибудь компетентного и заслуживающего доверия свидетеля, который их изучил.

«В моих силах делать и то, и другое одновременно. У меня в чемодане лежит
работа, недавно опубликованная в Лондоне, которая проливает свет на многое из того, что было
то, чего раньше не знали, и расчищает завалы, которые искажали и скрывали многое из того, что было частично понято в отношении веры и практики первых церквей. Никто из тех, кто последует за учёным автором по всем различным путям, которыми он пришёл к своим окончательным выводам, не усомнится в том, что он в конце концов открыл и представил на всеобщее обозрение реальную картину древней церкви. Я добьюсь этого и покажу вам, как эта церковь относилась к крещению. Автор, учёный кавалер Бунзен, не является
Баптист. Он не стремится продвигать баптистские идеи. Он учёный-педобаптист, который
посредством огромного труда и исследований попытался
обнаружить под грудой мусора, наваленного на неё ложным учением,
прекрасную форму апостольской церкви. Не такой, какой она была
во времена апостолов; не такой, какой она была до того, как её
испортили ложные учения или несанкционированные практики;
а такой, какой она была со второго по пятый век. Эта книга называется «Ипполит и его эпоха» Она основана на обнаружении давно утерянной рукописи, которая
древний епископ, живший и писавший в III веке. Но помимо этой рукописи, её переводчик Бунзен собрал из множества различных источников наиболее достоверные и аутентичные сведения о той эпохе, когда жил Ипполит.

 Мистер Кортни пошёл в свой кабинет за книгой и вскоре вернулся с третьим томом, содержащим то, что претендует на звание «Церковной и домашней книги древних христиан».

«У нас не будет времени, — сказал он, — чтобы прочитать эту книгу сегодня. Я лишь обращу ваше внимание на факт, записанный на пятой странице, что
тех, кто должен был принять крещение, сначала приводили к священнику для _обучения_. На восьмой странице мы узнаём, что курс обучения обычно длился _три года_, хотя это зависело от их образа жизни. После этого их осматривали, и те, кто привёл их на обучение, подтверждали, что они ведут правильный образ жизни. Затем после поста, омовения, изгнания нечистой силы и т. д. с них снимали одежду и погружали в воду. (Стр. 18–22.) Затем, после крещения, они выходят из воды, их помазывают елеем и осеняют крестным знамением
Они выходят из церкви, облачённые в белые одежды, и таким образом возвращаются в церковь, где им сразу же причастием Господним.


«Таким образом, мы видим, что все эти глупости с экзорцизмом, елеем и миром, а также с крестным знамением, не имеющие библейского обоснования, вошли в обиход _задолго_ до крещения младенцев; и если обычай древней церкви может утвердить что-то, не заповеданное в Священном Писании, то эти вещи имеют под собой больше оснований, чем оно. Но,
хотя они и отошли от простоты Евангелия,
чтобы ввести эту бессмысленную комедию, они ещё не научились делать людей христианами без их собственного согласия. А мистер Банзен на странице 179 очень ясно излагает суть дела. Я зачитаю вам это:
«Церковь неукоснительно придерживалась принципа, составляющего
истинный смысл крещения, установленного Христом, согласно которому
никто не может стать членом сообщества святых, кроме как по своей
доброй воле и действием, по своей торжественной клятве, данной в
присутствии Церкви. Именно с таким пониманием кандидат на
крещение погружался в воду и
был принят в братство после того, как исповедал Отца, Сына и Святого Духа. Таким образом, крещение понималось в точном смысле, указанном в Первом послании святого Петра, 3:21, не как простое телесное очищение, а как обет, данный Богу с чистой совестью через веру в Иисуса Христа. Этой клятве предшествовало исповедание веры,
произнесённое перед лицом Церкви, в котором оглашенный выражал свою
веру во Христа и в достаточность предложенного им спасения.
 Это была клятва жить ради грядущего времени, когда Бог придёт, и ради него
ближний — не для мира, а для себя; обет веры в то, что он станет чадом Божьим
через общение с Его единородным Сыном в
Святой Дух; обет самого торжественного рода, на жизнь и на смерть.
Соблюдение этого обета было условием продолжения существования в Церкви.
Его нарушение влекло за собой покаяние или отлучение от Церкви. Все Церкви
дисциплина была основана на добровольном обязательстве, и ответственность
таким образом самоограничений. Как можно было принять такую клятву без проверки? Как можно было пройти такую проверку без обучения и наблюдения?

«Как правило, древняя Церковь отводила на эту подготовку три года,
при условии, что кандидат, будь то язычник или иудей, был способен её пройти.
С детьми-христианами было то же самое, за исключением того, что срок испытательного периода сокращался в зависимости от обстоятельств. _Педобрещение в более современном понимании,
то есть крещение новорождённых младенцев с заступничеством
родителей или других поручителей, было совершенно неизвестно ранней церкви,_
не только до конца второго, но и до середины третьего века.
третий век. На следующей странице мы покажем, как зародилась эта практика — крещение детей более старшего возраста».

 Затем мистер Кортни перевернул страницу на 186 и прочитал:

 «ЭКЗАМЕН. На третьем и последнем году подготовки оглашенных называли _competentes_, или кандидатами, как на втором году их называли слушателями». Прежде чем их отделили от остальных,
в рамках подготовки к крещению был проведён _анализ_ их жизни и поведения в период испытательного срока.… Нет нужды говорить, что этот анализ был _публичным_.
_собрание_ [экклесия] было и оставалось верховным
судьёй… Если кандидаты проходили это испытание, их сначала омывали и объявляли лично чистыми. В пятницу они постились, а в субботу торжественно собирались вместе. После этого им было велено молиться. Они преклоняли колени и получали благословение епископа, который изгонял из них всех нечистых духов… Епископ дунул на каждого из них, как Господь дунул на своих
учеников, а затем _запечатал_ их (как сказано в учебнике) на лбу, ушах и губах — несомненно, крестным знамением.
На рассвете в воскресенье купель для крещения была наполнена водой.
Было произнесено благословение, которое в точности соответствует молитвам, [которые они] использовали при освящении элементов для Вечери Господней. Дьяконы помогали мужчинам, а дьякониссы — женщинам снять украшения и надеть крестильные одежды. Затем их подвели к одному из пресвитеров, который торжественно призвал каждого из них отречься от
Сатана и все его слуги, и все его дела… После этого торжественного отречения пресвитер помазал его елеем для изгнания нечистой силы…
Диакон и диаконисса сопроводили неофитов в воду и
заставили каждого из них по очереди повторять за ними исповедание веры в
отцу, Сыну и Святому Духу или ответьте на это словами "Я верю".
верю.… Исповедь повторялась трижды, произносимая перед
каждым из трех погружений.… После этого следовало истинное крещение
елеосвящение драгоценным елеем, так называемая хризма.… Церемония
завершилась христианским поцелуем.… После этого крещёные облачались в белое и вводились в церковь». Когда после
повторяя молитву «Отче наш» от имени всего собрания, чтобы показать, что каждый из них теперь является священником, «они причастились Вечери Господней,
на которой им были предложены молоко и мёд, а также хлеб и вино,
несомненно, как символы их нового рождения».

— Итак, я хочу сказать, — продолжил мистер Кортни, — что, как бы далеко всё это ни было от практики Христа и апостолов, это совершенно не согласуется с идеей о том, что те, кого крестили, могли быть маленькими детьми или по какой-либо причине неспособными свидетельствовать о добре
профессия. И если мы читаем в этой или следующей эпохе о крещении
_детей_, мы можем быть уверены, что это не _младенцы_, а те, кто
может быть наставлен, может верить и исповедовать свою веру».

«Но Бунзен обещал рассказать нам, если я правильно вас понял, — сказала
Теодосия, — как получилось, что детей стали принимать позже.
Вы можете найти нам это место?»

«Это напрямую связано с тем, что мы рассматривали. Здесь, на 191-й странице, начинается его рассуждение на эту тему: «Крещение действительно называется новым рождением — _возрождением_. Но в каком смысле? Было ли это своего рода
магическое превращение проклятия в благословение, совершаемое теперь в случае с младенцами посредством окропления? Было ли это прощением грехов, которое не предназначалось для того, чтобы родители или крёстные, присутствовавшие при этом, вспомнили о нём, а должно было применяться к самому младенцу?

«Древняя Церковь знала о таких суевериях не больше, чем Евангелия и апостолы.
В них меньше духовности, чем во многих _иллюстрациях_ старого мира, и ненамного больше, чем в _тавроболии_ и _криоболии_ — мистериях последних этапов язычества, претендующих на то, чтобы быть
чтобы очистить неофита кровью жертв. Напротив, во всех своих обрядах она
выступает против этого искажения и непонимания, как и в других случаях, когда истоки были невинными.
И я думаю, что сейчас мы лучше, чем защитники или противники крещения младенцев, можем рассказать, как оно возникло. В одном из отрывков нашего Александрийского церковного свода даётся истинное
объяснение утверждения Оригена, который сам был александрийцем, о том, что
крещение детей было апостольской традицией. И это устраняет
Происхождение крещения младенцев от Тертуллиана и Ипполита до конца нашего периода. _Киприан_ был _первым_ отцом церкви, который, _движимый фанатичным энтузиазмом и опираясь на неправильное толкование Ветхого
Завета, утвердил это в качестве принципа_.… Разница между доникейской и более поздней церковью заключалась в следующем: более поздняя церковь, за исключением новообращённых, крестила только новорождённых младенцев и делала это принципиально. _Древняя_ Церковь, как правило, крестила взрослых людей и только после того, как они проходили курс обучения.
и в качестве исключения — только христианские дети, которые ещё не достигли
совершеннолетия, _но никогда младенцы_.… Киприан и некоторые другие африканские
епископы, его современники, в конце III века были первыми, кто рассматривал
крещение как смывание всеобщей греховности человеческой природы и
связывал эту идею с ветхозаветным обрядом обрезания. Далее он показывает, что именно по этой причине крещение применялось к младенцам, чтобы смыть с них наследственный или первородный грех. Отсюда и учение о крещенском возрождении.

«Итак, не только Бунзен, но и все те авторы, которых я процитировал как авторитетных, являются если не противниками баптистов, то, по крайней мере, членами педобaptistских церквей и имеют все основания делать всё возможное, чтобы поддержать практику своего собственного сообщества.
Поэтому они являются наиболее беспристрастными свидетелями, если не считать того, что их можно заподозрить в тайной предвзятости в пользу той или иной стороны в этом споре. Они, безусловно, _компетентны_ давать показания, поскольку специально изучали обычаи древней Церкви; и они дают показания совершенно безошибочно
что то, что я сказал, было правдой; а именно, что крещение, которое Христос повелел
давать только верующему кающемуся, то есть тому, кто дал
свидетельство обновления своей природы послушанием вере, было первым
дано молодежи после повторения формы слов, которую они выучили
как оглашенные; и, наконец, тем, кто не мог произнести
слова, но чьи родители или другие отвечали за них; и теперь, как мы
часто видели, это дается маленьким плачущим младенцам, которые не отличают
свою правую руку от левой. Мы узнали, _когда_ было принято крестить младенцев
было введено, _почему_ оно было введено и _как_ оно было введено[7]; и
я надеюсь, что теперь вы готовы продолжить наше исследование притязаний
Англиканской, или Епископальной, церкви».

«Я вполне готов, — сказал доктор. — Меня больше не будут беспокоить сомнения по поводу времени введения крещения младенцев. Раньше я думал, что доктор Барлоу, выдающийся представитель епископальной церкви и профессор Оксфордского университета в Англии, говорил очень странно для человека, принадлежащего к баптистской церкви.
Но теперь я понимаю, что, будучи прилежным студентом, он изучал
Будучи человеком честным и искренним, он не мог сказать иначе».

 — Что он сказал, сэр? — спросила Теодосия.

 — Это было в его письме, опубликованном в Англии, где он говорит: «Я верю и знаю, что в Писании нет ни заповеди, ни примера».
Ни в Священном Писании, ни в каких-либо других источниках нет упоминаний о крещении младенцев, по крайней мере, за две сотни лет после Христа. Тертуллиан осуждает этот обычай как необоснованный, и Назианзин, живший спустя много лет после него, тоже не одобряет его. Я уверен, что в древние времена сначала были оглашенные, затем просветленные или крещеные, и что не только язычники, но и
дети язычников, обращённые в христианство, но дети родителей-христиан.
По правде говоря, я верю, что педокрещение, как и кем оно было введено, появилось во II веке, а в III и IV веках стало практиковаться, хотя и не повсеместно, как законное, на основании текста из Евангелия от Иоанна, 3:5, который был неверно истолкован. Из-за такой же грубой ошибки в Евангелии от Иоанна, 6:63, они практиковали педокрещение на протяжении многих веков как на греческом, так и на латинском языках
Церкви причащают младенцев и дают им причастие Господне. И я признаю, что они могут делать и то, и другое».

«Вся история изложена, — сказал мистер Кортни, — в нескольких словах учёным Иоганном Богемским, писавшим в XII веке.
«В былые времена, — говорит он, — было принято крестить только тех, кто был наставлен в вере и семь раз прошёл катехизацию за неделю до Пасхи и Пятидесятницы. Но _впоследствии_, когда было решено, что для вечной жизни необходимо креститься, было постановлено, что _новорождённых детей_ следует крестить, и были назначены крёстные отцы, которые должны были исповедаться и отречься от дьявола за своих
от её имени». Но хватит об этом — пожалуй, даже слишком много, ведь это на время отвлекло нас от главной темы нашего разговора. Давайте теперь поищем в Писании признаки истинной Церкви Христовой в Английской епископальной церкви. Давайте возьмём табличку, миссис.
Перси. Какой первый признак?

«Она должна состоять только из тех, кто исповедует веру во Христа».

«Относится ли это к англиканской церкви? Не включает ли её состав тех, кто не может верить, и тысячи тех, кто был крещён в младенчестве и не претендует на то, чтобы быть христианином?»
подлинное благочестие? Разве оно не распространяется на игроков и любителей скачек, на нечестивцев, на распутников и развратников? Разве оно не распространяется, насколько это возможно, на _всё_ население, хорошее, плохое и безразличное, великой английской _нации_? По закону каждый младенец должен быть крещён. Крещение делает его членом Церкви. Последующее подтверждение, когда ребёнок достигает
возраста детства и уже способен, пусть и не очень разумно,
отвечать за себя, не является актом принятия: оно лишь _подтверждает_ то, что
Это уже было сделано. Литургия рассматривает ребёнка как возрождённого и ставшего членом тела Христова посредством _акта крещения_. Это дверь в Церковь; и, следовательно, все, кто крещён её властью, являются членами её сообщества.

 — Но, мой дорогой сэр, — спросил доктор, — разве для _завершения_ и утверждения акта принятия не требуется конфирмация? Я не думаю, что кто-то может быть
_признан_ и _считаться членом Церкви_, если на конфирмации он не
провозгласит свою веру. Они должны прочитать катехизис
и повторяют _Символ веры_, прежде чем получить право на причастие.


 «Пусть будет так; но является ли это осознанным и личным исповеданием той _спасающей веры_ во Христа, которая требуется по Писанию?
Каждый, кто хоть немного знаком с этой церемонией конфирмации, знает, что повторение катехизиса и Символа веры в большинстве случаев — это просто формальное произнесение слов. Это означает лишь то, что ребёнок получил настолько подробные инструкции, что запомнил их и может повторить, как урок географии или правило в
арифметика. Он допущен к причастию не потому, что он даёт Церкви или епископу какое-либо свидетельство _о том, что он кающийся
верующий_ в Господа Иисуса ради спасения своей души, а потому, что он даёт свидетельство о том, что у него достаточно ума, чтобы выучить катехизис и запомнить Символ веры. Этого достаточно, и это всё. Если иногда
Бывает так, что ребёнок действительно обратился в веру и в своём сознании и сердце придаёт какой-то духовный смысл повторяемым словам.
Но это исключение, а не правило.  Это не требуется — это не ожидается; и
членство существует и подтверждается с такой же лёгкостью, как и без него. Я не буду отрицать, что в англиканской церкви есть несколько, нет, много очень хороших и благочестивых людей. Они искренне раскаялись в своих грехах и всем сердцем уверовали во Христа как в своего Спасителя. Они родились заново и стали новыми созданиями во Христе Иисусе. Но в то же время общеизвестно, что большинство тех, кого она считает своими членами, не претендуют ни на какое другое христианство, кроме того, которое они получили в рамках церковных обрядов. И в эффективности этих обрядов они не сомневаются
верящий в спасение. Если профессия, созданная не _ ими, а _ для_ них
в младенчестве, и ими признанная и утвержденная в раннем
детстве, не от всего сердца и с полным пониманием ее важности,
но только на словах и по обычной форме — простая церемония, о которой
они прочитали в книге, и которая обязательна и ожидается, что ее будут соблюдать
в определенном возрасте и независимо от того, есть ли какие-либо свидетельства благочестия или нет
— если это подлинное библейское исповедание веры во Христа, то
они сделали такую профессию; если нет, то мистер Перси должен сделать
Пространство напротив этой отметки на его табличке было чёрным, как и в случае с Римом».

 «Его определённо нельзя оставить белым, — сказал мистер Перси. — И всё же, когда я вижу среди их членов так много благочестивых верующих в Иисуса, мне не хочется делать его полностью чёрным.
Предположим, мы заштрихуем его и не будем делать ни белым, ни чёрным?


«Не забывайте об _истинной цели_ нашего исследования», — ответил мистер Кортни.
«Дело не в том, есть ли верующие _среди её членов_— в Риме их были тысячи, — а в том, является ли искреннее исповедание веры, основанное на Писании, _необходимым условием для
принимает ли она их _без_ такого исповедания и, по сути, до того, как они обретут или исповедают искреннюю и личную веру в Искупителя.

«Теперь, если у вас есть какие-либо сомнения в том, что _младенцы_ через
_крещение_ становятся членами этой Церкви, вы можете легко развеять их,
обратившись к службе крещения в её литургии: «Священник, — можете
прочитать вы там, — должен взять ребёнка на руки и, дав ему имя,
аккуратно окунуть его в воду или окропить, говоря: “Я
крещу тебя во имя Отца, и Сына, и Святого
Духа, аминь». Затем священник скажет: «_Мы принимаем этого ребёнка в
общину Христова стада_ и осеняем его крестным знамением» и т. д. Является ли эта община Христова стада Епископальной церковью?
Конечно, ведь священник должен продолжить и сказать:
«Теперь, возлюбленные мои, видя, что это дитя возрождается и прирастает к _телу Христовой Церкви_, давайте вознесём хвалу» и т. д. Но если у вас остались сомнения, читайте дальше: «Затем священник должен сказать: “Мы уступаем
Сердечно благодарю Тебя, милосердный Отец, за то, что Ты благоволил возродить этого младенца Твоим Святым Духом. Прими его как Своего родного сына и _присоедини его к Твоей святой Церкви_». Если младенец не является истинным членом Церкви, священник должен сказать то, что не соответствует действительности.

См. также форму свидетельства о крещении в разделе «Частное крещение детей»: «Я заверяю вас, что в данном случае все сделано правильно и в соответствии с установленным порядком в отношении крещения этого ребенка, _который теперь_, ЧЕРЕЗ КРЕЩЕНИЕ, _приобщен к христианской церкви_.»

«А теперь, чтобы убедиться, что для конфирмации и, следовательно, для всех привилегий полноправных прихожан недостаточно _веры_ или покаяния, обратитесь к примечанию в конце малого катехизиса перед «Обрядом конфирмации», и вы прочитаете следующее:

«Как только дети достигнут сознательного _возраста_ и _смогут произнести Символ веры, молитву «Отче наш» и десять заповедей_, а также ответить на другие вопросы этого краткого катехизиса, _их следует привести к епископу для конфирмации_.»


Английская церковь и Римская церковь стоят на одних и тех же позициях. Они
Обе церкви принимают младенцев в лоно Церкви через крещение; обе церкви делают вид, что через это крещение люди возрождаются и становятся членами Христа.
Именно _через крещение_ люди рождаются заново; и это происходит не
на основании их веры, а исключительно на основании обещания
спонсоров или крестных отцов.

 «Пожалуйста, поставьте вторую отметку, миссис Перси».

«Дело в том, что члены церкви должны быть _крещены_ после исповедания своей веры».


«Таким образом, вопрос для нас заключается в том, есть ли в самой Английской церкви подлинное крещение по Писанию и совершает ли она его над своими членами? Мы
Баптисты, конечно, скажут, что нет, потому что мы не признаём _крещение младенцев_ как санкционированное Священным Писанием.
Мы также не признаём, что окропление или обливание, которое сейчас широко практикуется в Епископальной церкви, вообще является крещением. Но поскольку у нас нет времени на то, чтобы
перебирать факты и аргументы, на которых мы основываем свои мнения,
нам будет достаточно показать на примере самих _епископалов_, что
они _изменили_ установления Христа как в самом обряде, так и в его субъектах; и, следовательно, то, что они делают сейчас
Совершение крещения, согласно _их собственным утверждениям_, — это НЕ крещение из Писания, а церемония, которая была заменена им по воле человека.


Но сначала я хотел бы отметить, что, изучая записи по этому вопросу, мы выяснили, что те, кто приходил в апостольские
Церкви, _веровали_, а _затем_ крестились. Они не были крещены первыми, и им не пришлось искать свою веру в загробной жизни. Теперь, как и в этом
В церкви мнимое крещение совершается до того, как появляется или может появиться какая-либо вера.
Уже один этот факт обесценивает всё и делает это ложью
Крещение, описанное в Священном Писании. И, следовательно, если бы Англиканская церковь продолжала практиковать _погружение в воду_, как это делает Греческая церковь, это не было бы истинным крещением, если бы применялось к младенцам. Но они изменили не только _обряд_, но и его объект. Я докажу вам это их собственными ясными и недвусмысленными заявлениями. Послушайте, что говорит учёный доктор.
Уолл пишет в своей знаменитой «Истории крещения младенцев» на странице 462 о примитивных христианах: «Их обычным способом крещения было погружение в воду, будь то младенец или взрослый».
или взрослого мужчину или женщину, в воду. Это настолько очевидно и ясно из бесчисленного множества отрывков, что нельзя не пожалеть о слабых попытках таких педобаптистов, как они, отрицать это...
Это большая ошибка как с точки зрения благоразумия, так и с точки зрения честности — отказывать противнику в том, что является абсолютной истиной.d может быть доказано, что это так. Это создает
зависть ко всему остальному, что человек говорит.… Очевидно, что обычной
и общепринятой практикой святого Иоанна, апостолов и первоначальной Церкви
было крестить, погружая человека в воду или заставляя его
войти в воду. Я не знаю ни _Protestant_, кто отрицает
это.’

“Слышал, что епископ Николсон говорит:

«Таинство крещения в древности совершалось погружением в воду как в западной, так и в восточной части Церкви».


«Итак, _архиепископ Секер_: «Крещаемого как бы хоронят в воде»
Опускание в воду и последующее извлечение из неё без каких-либо вопросов было в древности более распространённым методом.


 «Итак, _епископ Давенант_: «В древней Церкви крестили не окроплением, а погружением в воду».


 «И _епископ Патрик_: «Они [первобытные христиане] снимали с себя старую одежду и обнажались; затем их полностью погружали в воду и хоронили в ней».

«В соответствии с этим мистер Стэкхаус заявляет, что „некоторые авторы показали, что в Священном Писании нигде не говорится о том, что кто-то был крещён
но погружением в воду; и из деяний древних соборов и древних обрядов мы узнали, что этот способ крещения сохранялся (насколько это было возможно) в течение 1300 лет после Христа. Но остаётся под большим вопросом, позволят ли распространённые обычаи и чрезмерная любовь родителей в этих холодных странах когда-либо восстановить его.

«Итак, _епископ Тейлор_ прямо говорит: «Обычай древней Церкви заключался не в окроплении, а в погружении в воду, в соответствии со значением слова в заповеди и примером нашего благословенного Спасителя».

«И _архиепископ Тиллотсон_ говорит, что «в древности те, кто принимал крещение, снимали с себя одежду, что символизировало избавление от тела греха, погружались в воду и как бы умирали для греха, а затем восставали из воды, что символизировало их вступление в новую жизнь».

«Итак, если первоначальной практикой было погружение в воду, как утверждают эти доктора, епископы и архиепископы, а теперь на смену ему пришло окропление, то само собой разумеется, что по чьему-то распоряжению таинство Христа было упразднено, а вместо него введено другое действие
он повелел. Но, чтобы кто-либо может сомневаться в полномочия этих
сановники Церкви—для некоторых людей будет, теперь-то дней, сомнений почти
любая вещь, которая идет, чтобы показать, что окропление не было крещения
повелел Христос и практикуется Апостольской Церкви—я покажу
ты что сама английская церковь практиковала погружение и погружение
только, пока сравнительно очень недавнее дня в Катехизис, опубликованный в
именем короля Эдуарда VI., вскоре после разделения английский
от Римской Церкви, являются следующие вопрос и ответ:

«ГОСПОДИН. Скажи мне, сын мой, как совершаются эти два таинства:
крещение и то, что апостол Павел называет Вечерей Господней?

» «УЧЕНИК. Тот, кто верует во Христа, исповедует догматы христианской религии и намеревается принять крещение (я говорю о тех, кто достиг зрелого возраста, поскольку для младенцев достаточно исповедания веры их родителями или церковью), служитель _окунает_ или омывает его только чистой водой во имя Отца, и Сына, и Святого Духа и т. д.

 «В проповеди архиепископа Кранмера, произнесённой незадолго до этого, говорилось»
Далее следует отрывок: «Что может быть постыднее, чем человек, который называет себя христианином, потому что он крещён, но при этом не знает, что такое крещение, какую силу оно имеет и что означает погружение в воду…» Крещение и _окунание в воду_ знаменуют, что ветхий человек со всеми его грехами и плотскими похотями должен быть _утоплен_ и умерщвлён ежедневным раскаянием и
покаянием».

 «Подобным образом Уильям Тиндейл говорит о крещении: «_Погружение_ в воду означает, что мы умираем и погребаемся со Христом, как
что касается старой греховной жизни, то есть Адама; а _избавление от греха_ означает, что мы _возрождаемся_ вместе со Христом в новой жизни». — (_Робисон_, стр. 430.)


«Но зачем обращаться к ранним дням английской церкви, когда сами слова её литургии, даже в наше время, прямо требуют погружения в воду, за исключением случаев, когда человек слишком слаб, чтобы выдержать это. Архиепископ Ашер говорит:
«Некоторые настаивают на том, что крещение должно заключаться в погружении
или окунании крещаемого в воду, и это единственное действие, которое
соответствует установлению таинства. _И наша Церковь не допускает ничего другого_
за исключением случаев слабости ребенка; и в крещении нашего
Спасителя выражены как погружение в воду, так и поднятие
итак, знаменитый Джордж Уайтфилд говорит: ‘Несомненно, в словах
нашего текста (Рим. vi. 3, 4) есть намек на манеру
крещение путем погружения, _ которое наша собственная Церковь допускает и
настаивает на нем_, чтобы дети были погружены в воду, если только те,
кто приводит детей креститься, не уверяют служителя, что они
не выношу погружения.’ Так, однажды мистер Уэсли сказал, что он
крестил некоего человека погружением в воду, согласно обычаю
первой церкви и англиканской церкви. А в другом случае
говорит, что отказался крестить ребёнка, если только это нельзя было сделать погружением в воду, согласно Книге общих молитв, или если только родители не подтвердили, что ребёнок некрещёный.

«Таким образом, очевидно, что погружение в воду было не просто таинством, установленным Христом и практиковавшимся в первых церквях, но и признавалось и практиковалось Англиканской церковью как обычное крещение даже в конце прошлого века. А доктор Уитби из
Эта церковь прямо заявляет, что «все соблюдали обряд крещения
«Христиане на протяжении тринадцати веков придерживались этого обычая, одобренного нашей Церковью (епископальной), и, поскольку _замена его на окропление_ была произведена без какого-либо разрешения со стороны Автора этого установления или какого-либо церковного собора, следовало бы пожелать, чтобы этот обычай снова стал общепринятым, и т. д.». Теперь, если всё это так, разве не очевидно, что они перестали крестить ровно в той мере, в какой отказались от погружения в воду? и это, согласно
признания и заявления, которые они сами сделали?
Следовательно, им не хватает второго признака истинной Церкви, который мы обнаружили в Слове.

 Давайте теперь поищем третий признак: является ли это местной общиной или, как Римская церковь, централизованной иерархией?
Нам не нужно тратить время на то, чтобы это определить. Структура и устройство этих двух организаций очень похожи, если не идентичны, за исключением того, что одна из них признаёт монарха Англии своим видимым главой, а другая — Папу Римского. Ни одно из местных собраний Англиканской церкви не является
сама по себе является независимой церковью. Она лишь составляет _часть_ великой конфедерации под названием ЦЕРКОВЬ; и поскольку наши библейские церкви были каждая _независимой_ и не входили ни в какую конфедерацию, а были самодостаточными, то уже по одному этому обстоятельству мы можем понять, что это не библейская церковь.

 «Наш следующий признак потребует чуть более пристального внимания. Признаёт ли Англиканская церковь Христа _единственным_ своим Царём и Законодателем? или же она признаёт власть короля или королевы и парламента
издавать законы для неё в вопросах, касающихся религии? Я говорю сейчас о
Епископальной церкви _в Англии_, поскольку в этой стране она стоит на
несколько иных основаниях. Английская церковь отделилась от
католической, как мы увидим далее, во времена Генриха Восьмого;
и один из тех законов, которыми она была учреждена, гласит, что
«Архиепископы и епископы, архидьяконы и другие церковные лица
не обладают никакой церковной юрисдикцией, кроме как по воле и под властью
короля, единственного бесспорного главы Церкви Англии,
которому Священное Писание даровало силу и власть выслушивать и
разрешать все виды дел, а также исправлять все грехи и пороки».

«Во времена короля Эдуарда VI был издан закон, гласивший:
«Тот, кто в открытой проповеди, в словах или высказываниях заявит, что король _не является_ верховным главой англиканской церкви или что верховным главой является кто-то другой, должен за первое нарушение лишиться имущества и движимой собственности, а также подвергнуться тюремному заключению по воле короля, за второе нарушение — лишиться прав на землю, а за третье — понести наказание, как за государственную измену».  Это происходило при таких обстоятельствах
Именно на таких законах была основана Англиканская церковь.

 «Я не могу дать вам более подробное описание результатов, чем то, которое дал Маколей, сам будучи церковным деятелем, в своей «Истории Англии». «Генрих Восьмой, — говорит он (стр. 38, том I), — попытался создать англиканскую церковь, отличающуюся от Римско-католической церкви в вопросе верховенства, и только в этом вопросе. Его успех в этой попытке был поразительным. Сила его характера, исключительно благоприятное положение, в котором он находился по отношению к иностранным державам, и огромная
Богатство, которое он получил в результате разграбления аббатств, и
поддержка того класса, который всё ещё колебался между двумя мнениями,
позволили ему бросить вызов обеим крайним партиям: сжигать как
еретиков тех, кто придерживался доктрин Лютера, и вешать как предателей
тех, кто признавал власть Папы. Но система Генриха умерла вместе с ним...
Министры, которые управляли королевскими прерогативами от имени его малолетнего сына, не осмелились продолжать столь опасную политику, и Елизавета не осмелилась вернуться к ней.  Нужно было что-то делать
выбор. Правительство должно было либо подчиниться Риму, либо заручиться поддержкой протестантов. У правительства и протестантов было только одно общее — ненависть к папской власти… Но как правительство нуждалось в поддержке протестантов, так и протестанты нуждались в защите правительства. Таким образом, обе стороны многим пожертвовали. Был заключён союз, и плодом этого союза стала Англиканская церковь...
По сей день в устройстве, доктринах и богослужениях церкви
сохраняются видимые следы компромисса, из которого она возникла...
Ничто, однако, так сильно не отличало Англиканскую церковь от
других Церквей, как отношение, в котором она стояла к монархии. _ The
Король был ее главой.... То, что Генрих и его любимые советники подразумевали под
верховенством, безусловно, было не чем иным, как всей властью ключей
. Король должен был быть Папой в своем королевстве, наместником Бога,
толкователем католической истины, проводником сакраментальной благодати.… Король (таково было мнение Кранмера, высказанное в самых простых словах)
мог, по власти, данной ему Богом, рукополагать священников, и священник мог
не нуждалась ни в каком рукоположении… Эти высокие притязания вызвали скандал
как среди протестантов, так и среди католиков; и скандал
усилился, когда верховная власть, от которой Мария отказалась в пользу Папы,
снова перешла к _короне_ после восшествия на престол Елизаветы. Казалось чудовищным, что _женщина_ должна быть главным епископом Церкви,
в которой апостол запретил ей даже подавать голос…
Когда во время её правления был пересмотрен Англиканский символ веры, верховенство было объяснено несколько иначе, чем
было модно при дворе Генриха Восьмого… Королева,
однако, по-прежнему обладала огромной и неограниченной властью над
церковью. Парламент наделил её полномочиями по сдерживанию и
наказанию за ересь и всевозможные церковные злоупотребления;
(таким образом, вся _дисциплина_ в церкви была передана в руки
короны;) «и ей было позволено делегировать свои полномочия
комиссарам. Епископы были немногим больше, чем её слуги. Вместо того чтобы предоставить гражданскому магистрату абсолютную власть в вопросах назначения
духовные пастыри Римской церкви в одиннадцатом веке установили все
Европа в огне; наоборот, чем предоставить гражданские судьи абсолютное
мощность выдвижения духовные пастыри, служители церкви
Шотландии, в свое время, сложил свою жизнь на сотни. В
Церковь Англии не было таких угрызений совести. Только царская власть,
ее прелаты были назначены. Только королевская власть могла созывать, регулировать, приостанавливать и распускать её собрания. Без королевской санкции её каноны не имели силы. Один из пунктов её
Вера заключалась в том, что без королевского согласия ни один церковный совет не мог быть созван на законных основаниях. Из всех судебных инстанций апелляция в последней инстанции подавалась к монарху, даже если вопрос заключался в том, было ли мнение еретическим или было ли действительным совершение таинства.

 «Таково описание, которое этот учёный сын Церкви даёт её устройству. И если у такой Церкви есть только Христос в качестве её Царя и
Законодатель, нет такого способа подчинить церковь какой-либо светской или религиозной власти. Задумайтесь на минутку. Никто не может быть служителем внутри
на её границах нет никого, кто не был бы рукоположен _прелатом_. Однако прелат — это абсолютное творение короны. Таким образом, корона, назначая прелата, назначает всё духовенство Церкви. Вся _дисциплина_
Церкви находится в руках короны. Королева через своих уполномоченных решает, кого принимать в члены Церкви, а кого исключать; кого оставлять, а кого изгонять; кого осуждать, а кого хвалить. И если даже эти, её собственные уполномоченные, не смогут угодить ей, в крайнем случае она может обратиться к самой себе. Так что у королевы есть власть
решать, кто будет, а кто не будет членом Церкви. Королева
решает, что является евангельской истиной, а что — ересью; во что
нужно верить и что нужно практиковать. Ибо без королевского
согласия решения Церкви не имеют силы».

«Всё это кажется вполне справедливым, — ответил доктор. — Но вы должны помнить, что это _всего лишь теория_ Церкви, в соответствии с которой она действовала в неспокойные времена, когда и была основана. Из этого не следует, что полномочия королевы _сейчас_ такие же, как были тогда; что королева
Виктория обладает теми же церковными прерогативами, что и королева Елизавета.


 «А что, если это не так?» — ответил мистер Кортни.  «Церковь, которая _когда-то_
отказалась от своего суверенитета и согласилась подчиняться в вопросах религии другому господину, а не Христу, тем самым перестала быть Церковью Христа и утратила право действовать от его имени.  Но ваше предположение не имеет под собой никаких оснований. Это не просто древняя теория, а современная практика.
Власть короны сегодня определяет формы молитвы, ритуал крещения, время
богослужение и всё остальное, что относится к англиканской церкви, осталось таким же, как во времена Елизаветы. Когда мистер Сибери отправился в Англию, чтобы получить сан епископа, там не было ни церкви, ни собора
Ни одна церковь, ни один епископ или собрание епископов не осмелились рукоположить его или _могли бы_, согласно церковному закону, рукоположить его, пока не был принят _акт_ парламента и не получил королевской подписи _разрешающий_ это сделать. Не только Сибери, но и все епископы Америки получили свои полномочия в силу _специального_ акта
парламенту; и не только им, но и всем, кто будет ими рукоположен в духовный сан, этим актом прямо запрещается исполнять свои обязанности в Англии.


Но мы говорили об англиканской церкви в целом, об иерархии, которая объединяет все местные общества в одно большое целое.
Однако, как мы уже установили, Церкви Христовы — это
_местные_ общества, и перед нами стоит простой вопрос:
подчинена ли каждая из местных организаций, обычно называемых епископальными церквями, в вопросах религии какому-либо господину, кроме Христа? Если
Если вы посмотрите на это с такой точки зрения, то увидите, что епископальная церковь подчиняется священнику, епископу и соборам.
По сути, она не имеет права голоса в собственном правительстве.
Ею управляют извне, и ей ничего не остаётся, кроме как изучать указы своих правителей и смиренно подчиняться им. Если она откажется выполнять их постановления, то не сможет оставаться епископальной церковью.

— Но скажите мне, — спросила Теодосия, — придерживается ли Епископальная церковь в этой стране тех же взглядов?


 — Она _утверждает_, что является частью той же церкви.  Насколько это возможно, она
устроена по тому же принципу. Однако она не зависит от
воли королевы или актов парламента, а подчиняется постановлениям
своих генеральных советов. Если, однако, _мать_ в Англии не была
истинной Церковью, когда рожала её, то _она_ не может быть истинной
Церковью, ибо она не получила от неё ничего. Более того, каждое местное сообщество в Америке в такой же степени _подвластно_ своему священнику и епископу и в такой же степени связано церковными законами, придуманными для него и навязанными ему, как и любая местная англиканская церковь».

“Давайте пройдем дальше”, - сказал Доктор. “Мне не терпится увидеть конец. Какой
была наша следующая цель?”

“Это было так, - сказал мистер Перси, - что его члены, должно быть, стали таковыми благодаря
их собственному добровольному акту; и мы уже видели, что члены
эта Церковь была создана такой в младенчестве, без их собственного ведома или
согласия ”.

“Тогда давайте перейдем к следующему”.

“Это, - сказал мистер Перси, - имеет отношение к ее вере. Придерживается ли она
основных доктрин Евангелия? Хорошо известно, что и в этой стране, и в Англии она разделена на две большие партии; одна
одна из них, как и сам Рим, верит в действенность таинств, обрядов и дел; а другая признаёт, что спасение возможно только через Иисуса.
Поэтому я склонен обозначить её наполовину чёрным цветом, чтобы обозначить Высшую
церковь, или партию таинств, и наполовину белым, чтобы обозначить другую, или евангелическую, партию.

 Внимательный читатель мог заметить, что ни епископ Епископальной церкви, ни методистский проповедник не приняли участия в утренней дискуссии. По правде говоря, их там не было; и интерес пассажиров в значительной степени угас; так что наш
Небольшая компания вела беседу сама с собой. Они были так увлечены разговором, что едва заметили отсутствие своих дружелюбных оппонентов, пока не дошли до седьмого из тех признаков, которые они почерпнули из Книги и по которым можно было узнать истинную Церковь.

Но когда был задан вопрос, началась ли эта Церковь с Христа и существует ли она до сих пор, они, естественно, огляделись в поисках епископа, по чьему наущению это было добавлено к табличке.
Обнаружив, что его нет, они решили отложить свой
Расследование отложено до следующего дня.




 ВОСЬМОЙ ДЕНЬ ПУТЕШЕСТВИЯ.

 Когда наша небольшая компания собралась на следующее утро, они узнали, что до Нэшвилла осталось не больше часа пути.
Поэтому у них не было времени на разговоры, и каждый начал готовиться к тому, чтобы покинуть корабль. Мистер
Кортни навёл справки о епископальном епископе и методистском священнике, чтобы попрощаться с ними, но узнал, что они
сели на другую лодку или сошли на берег в устье Камберленда.Доктор настоял на том, чтобы Теодосия, мистер Перси и мистер Кортни отправились
его дом станет их домом на несколько дней, по крайней мере до тех пор, пока они не закончат этот разговор. И примерно через три часа после того, как они приземлились,
они уже сидели за столом в столовой доктора Тингвелла.

 После ужина, когда доктор докурил сигару, он вошёл в гостиную, где его гости беседовали, и воскликнул: «Ну же, мистер
Кортни, нам нельзя терять время: я хочу как можно скорее решить этот вопрос — что такое Церковь, или, скорее, _какая_ Церковь.
 Давайте продолжим нашу беседу здесь и перейдём к
Итак, мы пришли к выводу, что мне не терпится увидеть конец. Возможно, миссис Перси пойдёт с нами в библиотеку, где нам не будут мешать и где у нас будет доступ к книгам, с которыми мы, возможно, захотим свериться.


Все приготовления были сделаны незамедлительно, и расследование возобновилось с того места, на котором оно было прервано на корабле.

— По-моему, — сказал доктор, — мы занимались тем, что применяли наши тесты, или знаки, к Английской епископальной церкви и дошли до седьмого знака. Мы только что задались вопросом, была ли Английская церковь основана Христом и существовала ли она со времён Христа до наших дней?

— Чтобы ответить на этот вопрос, не нужно много времени, — сказал мистер Перси. — После того, что мы уже узнали из свидетельства историка Маколея, он прямо говорит, что «это был результат компромисса между правительством, с одной стороны, и протестантами — с другой». Это не могло произойти раньше правления короля Генриха VIII.

— Но, полагаю, вы в курсе, мистер Перси, — ответил доктор, — что некоторые представители нашего духовенства утверждают, что истинная англиканская церковь зародилась во времена апостолов и с тех пор существует независимо от Рима.
за исключением того, что на какое-то время оно было вынуждено подчиниться,
до Реформации. Говорят, что христианство на остров принёс Павел,
и до саксонского завоевания в Англии и Уэльсе существовали тысячи церквей.
А когда саксонцы вернули идолопоклонство, христианство укрылось в лесах и горах.
И именно через них, а не через Рим, мы пришли к нашему происхождению».

— Полагаю, — ответил мистер Перси, — что гораздо проще претендовать на такое происхождение и отстаивать его, чем доказывать. Но давайте посмотрим
доказательства. Мы знаем, что представляет собой Англиканская епископальная церковь сейчас. Вопрос в том, когда она стала такой, какая она сейчас? И кто её такой сделал? Маколей
и другие светские историки в один голос говорят, что это был Генрих VIII
и его преемники на английском престоле. Но богословы, которые понимают,
что это было бы фатально для их притязаний на то, чтобы быть библейской
церковью, заявляют, что история ошибается. Давайте тогда разберёмся сами. Это _иерархия_, во главе которой стоит человек, носящий английскую корону. Это её отличительная черта. Уберите это, и она исчезнет.
не Англиканская епископальная церковь. В этом отношении она была такой же, как сейчас, со времён Генриха Восьмого. Какой она была до этого?
Разве это не были _те же_ люди, _те же_ священники, _те же_ епископы и
_те же_ архиепископы, которые затем начали признавать короля Генриха главой церкви, а до этого признавали _папу_
своим верховным правителем во всех вопросах религии? Разве это не та часть Римской церкви, которая находилась в Англии и которая затем, по указу короля и его парламента, стала Англиканской церковью? Они должны
Те, кто верит, что Церковь короля Генриха и его преемников во главе с ним была древней английской Церковью, которую Остин около 600 года тщетно пытался убедить «крестить своих детей», — простофили. Неужели король Генрих призвал _этих_ людей из их укрытий в горах Уэльса и обратился к _ним_ за посвящением и таинствами Христа, которые Рим, как Антихрист, не мог даровать? Ни один добросовестный историк не осмелится утверждать подобное.
Те, кто делает подобные заявления, делают это с целью ввести в заблуждение. Они знают, что он
ничего подобного не было. Они знают, что если бы члены и служители той старой церкви всё ещё существовали (а я не сомневаюсь, что они существовали), то королю Генриху они были бы не нужны. Как и его преемникам. И он, и они продолжали _вешать_, _топить_ и _сжигать_ их (как это делали папы до него), вплоть до того времени, когда Кромвель сверг его с престола. Эта древняя церковь, если я правильно понял её историю, была _баптистской_ церковью.
По крайней мере, это была церковь, которая не крестила без исповедания веры и не подчинялась
в вопросах религии не может подчиняться никакому господину, кроме Христа».

 «Для нашего нынешнего спора не имеет никакого значения, — сказал
 мистер Кортни, — вышла ли современная англиканская церковь из Рима или
из какой-то древней церкви, основанной на её родной земле самим Павлом;
 каким бы ни было её _происхождение_, она никогда не могла быть _такой, как сейчас_, и в то же время истинной Церковью Христа. Всякий раз, когда она становилась иерархией и подчинялась власти _любого_
господина, кроме Христа, будь то Папа Римский, король
Англия или архиепископ Кентерберийский не имеют никакого значения;
с этого момента она перестала быть истинной Церковью Иисуса Христа, потому что
_его_ Церковь была и должна оставаться _независимой местной
организацией_, а не конфедерацией, не иерархией, не каким-либо крупным
церковным учреждением. Христос не учреждал _такой Церкви_.
Апостолы не учреждали _такой Церкви_ ни в Англии, ни где-либо ещё. Если Павел основал церковь в Англии (чему нет никаких доказательств, кроме устных преданий), то она была такой же, как и другие церкви, которые он основал.
независимое местное сообщество; а если он основывал несколько таких сообществ, как в Греции, то _каждое из них_ было независимым. И если кто-то узурпировал власть над другими или если кто-то подчинился другому, будь то в Риме или в Бангоре, то с этого момента он переставал быть Церковью Христовой, потому что Христос больше не был её _единственным Царём и Законодателем_. То, что Англиканская церковь _в какой-то момент перестала_
быть независимым сообществом, как заповедовал Христос, — это факт; и на наш аргумент никак не повлияет, произошло ли это до или после
со времён Генриха Восьмого».

 «И всё же, — сказала Теодосия, — было бы очень интересно узнать историю церквей, которые были первыми основаны в Англии и которые, должно быть, были истинными церквями, если они появились примерно во времена апостолов. Возможно, они до сих пор существуют как независимые организации и _всегда__ отказывались подчиняться как Папе Римскому, так и иерархии, главой которой теперь стала корона».

— Ваше предположение — это всего лишь правда об их истории, миссис Перси. Они
_всё ещё_ существуют. Они _до самой смерти_ сопротивлялись всем попыткам
подчинить их Папе Римскому или английской иерархии.
Их история была написана кровью их мучеников, пролитой теми, кто в прежние времена контролировал архивы и обладал властью в стране и кто очень хотел, чтобы эта история была забыта.
Поэтому сейчас мы можем судить о них в основном по кратким упоминаниям об их существовании, которые возникали при описании других событий, и по указам, направленным на их уничтожение. И всё же мы не встретим непреодолимых трудностей в поисках истинной и чистой Церкви Христовой
В Англии или, по крайней мере, в Уэльсе, с тех пор как на острове впервые утвердилось христианство. Я надеюсь, что нам будет позволено сделать это, прежде чем мы завершим наше расследование. Но давайте не будем отклоняться от темы. Вы можете быть уверены, что эта церковь не была современной англиканской церковью. Она появилась при Генрихе VIII, согласно свидетельствам Маколея и других её историков. Но мы всё ещё можем проследить путь гонимых последователей Иисуса по крови их мучеников вплоть до Реформации и ещё долго после неё. Первый и последний, чья кровь была
Те, кто проливал кровь за свою религию в Англии, были баптистами. Они никогда не объединялись с католической церковью и не подчинялись её иерархии или королю.
По сей день они сохраняют своё древнее крещение и независимую организацию в горах Уэльса, откуда многие из них, как служители, так и прихожане, прибыли в нашу любимую страну и помогли нам построить церкви по образцу Иерусалимской церкви.
Но мы будем вынуждены вернуться к этой теме. А теперь давайте поторопимся. Что вы скажете о следующем тезисе, миссис Перси?

— О том, что _ни одна истинная церковь не может быть церковью гонителей_?

«Тогда, конечно, английская церковь не может быть истинной, ведь хотя она и не была, как Рим, вечным и безжалостным гонителем,
её руки обагрены кровью не одного последователя Иисуса. Генрих VIII заложил сам фундамент церкви на крови.
Он, как глава церкви, преследовал и уничтожал как папистов, так и протестантов:
папистов — за то, что они ставили папу выше короля,
а протестантов — за то, что они не могли принять _его церковь_, в которой было всё от папства, кроме папы.

«Эдуард Шестой, юный и любезный преемник Генриха на посту главы церкви, с радостью избавился бы от необходимости убивать своих лучших подданных за то, что они не могли думать о религии так, как его епископы. Но духовенство подстрекало и подначивало его, заставляя осуждать и казнить даже нежных женщин, чьим единственным преступлением было несогласие с англиканской церковью. Крэнмеру, архиепископу, было очень трудно
преодолеть свою природную доброту и заставить себя подписать
приговор об их казни через _сожжение_; но ему это удалось, и приговор был приведён в исполнение».

— Вы же не хотите сказать, — воскликнула Теодосия, — что архиепископ Кранмер, мученик, сам был причиной того, что другие попали в огонь! Я всегда считала его одним из лучших и самых святых людей.
Я помню, что в катехизисе, который я изучала, была картинка, на которой он стоял на костре, протягивая правую руку в огонь, чтобы наказать её за то, что она подписала его отречение.

— Да, миссис Перси, я хочу сказать, что Кранмер был убийцей и гонителем.
 Таким же был в душе и другой святой, о котором вы говорили
На картинке в вашем катехизисе изображён _Джон Роджерс_ на костре,
в окружении жены и девяти маленьких детей, один из которых был ещё младенцем.
 Джон Роджерс был таким жестоким гонителем, что, когда его попросили попросить о помиловании или хотя бы о более лёгкой смерти для женщины, приговорённой к сожжению, он упрямо отказался сказать хоть слово в её защиту.

 — Я должен вам верить, мистер Кортни, но мне всё равно кажется, что это почти невероятно.

 — Согласен, мадам, это почти невероятно; но я покажу вам такие авторитетные источники, что вы убедитесь: сам Рим, даже в его
худшее состояние, никогда ещё не было более жестокого и кровавого гонителя за
совесть, чем эта новоиспечённая Англиканская церковь. Посмотрите на
«Историю Реформации» епископа Бернета, том II, стр. 112. См. также
«Церковные мемуары» Страйпа, том II, стр. 214; или «История пуритан» Нила; или «История крещения» Айвими, стр. 83–90. В 1549 году архиепископу Кранмеру и нескольким другим лицам
король как ГЛАВА _этой_ так называемой ЦЕРКВИ милосердного и
любящего Иисуса поручил «выявить всех анабаптистов (тех же людей, что и сейчас
называемых баптистами) всех еретиков и нарушителей их Общей книги
Молитв, и, если они не будут возвращены, отлучить от церкви, заключить в тюрьму
и предать смерти.’ Там была женщина-баптистка, миссис Джоан
Буше, которую иногда называют Джоан Кентской, о которой Страйп говорит: ‘Она была
великой читательницей Священных Писаний’ и которая рисковала своей жизнью, распространяя
Священные Писания среди придворных дам. Она не могла согласиться со всем, чему учили епископы, и поэтому была арестована и осуждена. Когда
молодой король отказался подписать смертный приговор, Кранмер убедил его,
с большой серьёзностью, чтобы санкционировать её казнь. Король не мог
противопоставить аргументы учёного прелата и не знал, как противостоять
его настойчивости. Он подписал ордер, но сделал это со слезами на
глазах и с оговоркой, что делает это _только по настоянию архиепископа_,
который заявил, что этого требует Бог, и сказал, что если это будет
неправильно, то «он (прелат) ответит за грех в великий день суда». Епископ взял ордер и сказал: «Клянусь душой, это её кровь».
 Теперь в латинском издании «Книги» Фокса
«Мученицы» — это несколько предложений, которые англичане опустили и которые были переведены мистером Пирсом в его ответе Николсу, стр. 83: «Во время правления короля Эдуарда некоторые были казнены за ересь. Одной из них была Джоан Буше, или Джоан Кентская. Теперь, — говорит мистер Фокс, — когда протестантские епископы
решили предать её смерти, к мистеру Джону Роджерсу, проповеднику
в церкви Святого Павла, пришёл его друг и горячо попросил его
использовать своё влияние на архиепископа, чтобы спасти жизнь
бедной женщины и другими способами предотвратить распространение
по его мнению, это можно было бы сделать со временем; он также сказал, что, хотя при жизни она мало кого заразила своим мнением, она могла бы заставить многих хорошо относиться к нему, если бы за него умерла. Поэтому он утверждал, что лучше было бы держать её в какой-нибудь тюрьме, где она не смогла бы распространять свои идеи среди слабых людей; она не причинила бы вреда другим и могла бы раскаяться в своей жизни. Роджерс, напротив, утверждал, что _её следует казнить_. — Что ж, — говорит его друг, — если ты решил положить конец её жизни, то давай покончим с этим вместе.
По её мнению, следует выбрать другой вид смерти, более соответствующий
мягкости и милосердию, предписанным Евангелием; нет необходимости
принимать такие мучительные смерти, подражая папистам».

«Роджерс ответил, что _сожжение заживо — не жестокая смерть, а довольно лёгкая_. Его друг, услышав эти слова, в которых было так мало сочувствия к страданиям бедных созданий, ответил ему с большим пылом.
Оттолкнув руку Роджерса, которую тот крепко сжимал, он сказал ему:
«Что ж, _возможно, случится так, что вы сами испытаете на себе
руки, полные этого лёгкого жжения._» И так оно и вышло. Мистер Роджерс был первым, кого сожгли при королеве Марии. Я склонен думать, — добавляет мистер Пирс, — что другом мистера Роджерса был не кто иной, как сам Фокс. — (_Кросби_, т. 1, с. 61. _Айвими_, с. 92.)

«В последние годы жизни Эдуарда, когда религия в королевстве находилась под контролем Кранмера, многие люди были сожжены на костре за свои религиозные убеждения. После смерти короля католики на короткое время получили преимущество.
правление той, кого историки с удовольствием называют Кровавой Мэри,
потому что она убивала протестантов по тем же причинам, по которым они убивали _баптистов_ и других так называемых еретиков.


«Когда Елизавета взошла на престол, баптисты ожидали, что их будут терпеть,
и начали открыто заявлять о своих взглядах. Но они жестоко
ошиблись. Их сжигали с той же жестокостью, с какой когда-либо сжигали католиков. «Действительно, — говорит Нил, — за время её правления было издано больше жестоких законов, чем за время правления её предшественников. Её руки были
запятнана кровью как папистов, так и пуритан: первые были казнены за отрицание её верховенства, вторые — за подстрекательство к мятежу и _несогласие_. Гонения не прекратились и после того, как Елизавета отошла в мир иной, а главой церкви стал Яков. Они продолжались и после смерти Якова, когда его несчастный преемник Карл I возглавил церковь. Штрафы и тюремные заключения,
порка и нанесение увечий, клеймение, пытки и истязание святых Божьих, которые ставили Священное Писание выше указов
Епископы не только подвергались гонениям со стороны законов, но и подвергались
_настоятельным_ увещеваниям со стороны церковных синодов. (См.
_Конституции и каноны_ 1640 года.) Но с нас хватит.

 «Тот, кто будет отрицать, что Англиканская епископальная церковь была церковью,
преследовавшей за веру, будет отрицать, что сам Рим когда-либо преследовал за веру. Свидетельства этого широко распространены не только в _английской истории_, но и за океаном.
Более того, среди нас до сих пор живут люди, чьи предки в _этой_ стране были _английскими церковными законами_ приговорены к штрафам
и тюремному заключению, если не смерти. Тюрьмы, в которых они содержались, стоят до сих пор. Железные решётки, через которые баптистские священники Вирджинии проповедовали своему народу, пока Вирджиния подчинялась главе Епископальной церкви, до сих пор на месте. Теперь позвольте мне сказать одно слово, и я покончу с этой неприятной темой: _Когда Англиканская церковь стала преследовать людей за их убеждения, она ПРЕКРАТИЛА СУЩЕСТВОВАТЬ
ЦЕРКОВЬ ХРИСТОВА_, даже если предположить, что она была таковой и до этого времени. Итак, независимо от того, происходит ли она из Рима, она преследовала
Неважно, являетесь ли вы её матерью или пытаетесь проследить её происхождение до апостола Павла через древние английские церкви. _Она
утратила право действовать от имени Христа_ (если оно у неё вообще когда-либо было)
_когда начала проливать кровь мучеников за Иисуса._ Проследите
преемственность христианских церквей от Христа или проследите её
восхождение к Христу, но в любом случае она не может пересечь тот поток крови, который льётся из сердец мучеников за Иисуса. Каждое
звено в цепи преемственности может быть совершенным, от Павла до
первый из мучеников, чья жизнь была отнята _так называемой Церковью_ за его веру; но когда палач опускает свой кровавый топор по приказу или наущению Церкви, цепь разрывается навсегда.
Это не Христова Церковь, которая сжигает людей Христа на кострах.
Эти окровавленные руки, обагрённые кровью мучеников Иисуса, не могут совершать таинства его Церкви. И всё же сторонники епископата хотят, чтобы мы поверили, что это и есть _Церковь_, а вне её нет _никаких_ таинств и _никакого_ христианского служения!»

Мистер Кортни говорил с несвойственной ему энергией.
Когда он замолчал, на некоторое время воцарилась полная тишина,
пока Теодосия, взглянув на свою табличку, не заметила, что у нас есть ещё одна отметка, а именно: ни одна _отступническая_ церковь не может быть церковью Христа.


«Если вы ведёте английскую епископальную церковь от древних британских церквей, — сказал мистер Кортни, — то она _отступническая_. Она стала такой, когда
превратилась в иерархию, приняла младенцев в свои ряды, объединилась с государством (тем самым признав другого владыку, помимо Христа) и начала
преследовать из-за совести. Любое _из_ этих нововведений в
христианском порядке сделало бы её отступницей; а когда она стала
отступницей, то, конечно же, перестала быть Христовой Церковью. Но если,
согласно неоспоримой исторической истине, вы ведёте её от Рима
в эпоху короля Генриха VIII, то она _не стала_ отступницей, потому
что _никогда не была_ истинной Церковью Христа. Сначала у неё не было _никакого крещения_, кроме крещения Антихриста.
У неё не было никакого служения, кроме служения, установленного Антихристом;
и её _организация_ была организацией Антихриста. Она начала с похоти, и
мирская суета и кровь. Она с самого начала была всего лишь творением светской власти; и с самого начала была настолько порочной, что _не могла отречься от своих убеждений_».

 «Мой дорогой сэр, — воскликнул доктор, — вы, должно быть, говорите, не задумываясь о том, что именно вы говорите. Я признаю, что Англиканская церковь с самого начала не была идеальной церковью. В нем все еще была какая-то
закваска романизма; но это, безусловно, было очень большим улучшением по сравнению с
системой, которую он вытеснил, и далеко не таким мерзким, как могло бы быть ”.

“Под отступнической церковью, ” ответил школьный учитель, “ мы подразумеваем Церковь
которая когда-то была истинной Церковью Иисуса Христа, но в результате изменения конституции, членства, доктрины или практики в вопросах, имеющих существенное значение для её соответствия новозаветному образцу, _перестала быть_ истинной Церковью. Из этого следует, что если _эта Церковь Англии никогда не обладала_ характеристиками истинной Церкви, то она не могла их утратить и, следовательно, не могла отступить от веры. Это всё, что я хотел сказать. Но если вы думаете, что в начале своего пути она была хоть чем-то лучше своей матери, римлянки, или хоть чем-то отличалась от неё, то вы ошибаетесь.
Что касается отсутствия основных признаков Церкви Христовой, позвольте мне сказать вам, что вы совершенно неверно истолковали её характер.
Единственным важным различием между ними было то, что папа был главой Римской церкви, а король — главой Английской церкви. Король издавал законы для одной церкви, а папа — для другой. Король, как и папа, требовал веры в свои догматы под страхом смерти. Король запретил людям читать Слово Божье так же безапелляционно, как и папа римский. Короче говоря, король стал папой Англии. И это то, что люди называют Реформацией.

— Я, конечно, ошибаюсь, если дело обстоит именно так; но, полагаю, у вас есть доказательства. У меня сложилось впечатление, что король Генрих
разрешал и поощрял чтение Священного Писания и даже
требовал, чтобы оно публично читалось в церквях, согласно его королевскому указу.

 — Это правда, сэр. Король _сначала_ приказал сделать перевод; одобрил его, когда получил от Тиндейла; и он был ‘SET
ДАЛЬШЕ, С МИЛОСТИВОГО СОГЛАСИЯ КОРОЛЯ; и был издан указ о том, что
книга должна быть «продана и прочитана каждым человеком без какого-либо риска».
прокламация или постановление, ранее изданное в противоположном смысле». Вся
власть и влияние правительства были направлены на то, чтобы обеспечить людям возможность читать Священное Писание и побудить их к его совершенствованию.

 «Король знал, что папа запретил чтение Священного Писания, и верил, что, читая его, его народ научится бояться и ненавидеть папу. Но ему и в голову не приходило, что они поймут, что _он_
имеет не больше прав управлять Церковью, чем папа римский. Он также думал
что он надёжно защитил свой народ от любой опасности, связанной с ересью, с помощью закона, принятого примерно в то же время, «для установления христианского спокойствия и единства».


«Доктрины, предписанные этим законом, были следующими: 1. Пресуществление. 2.
 Причастие в обоих видах не является необходимым для спасения. 3. Священники не могут вступать в брак по закону Божьему. 4. Обет безбрачия является обязательным. 5. Частные мессы должны быть сохранены. 6. Аурикулярная исповедь полезна и необходима.
Наказанием за отрицание первой статьи была _смерть на костре_ без права отречения; за пять других статей — _смерть в качестве
felon_, или тюремное заключение до тех пор, пока его величество не соизволит его освободить.

 «Но как только король понял, что, если люди будут читать Священное Писание, они не поверят или не смогут поверить в его чудовищные доктрины; как только он понял, что сотни его самых преданных подданных готовы умереть на костре, лишь бы не признавать его веру, он внезапно изменил свою политику. И тогда был издан указ, согласно которому все книги, как Ветхого, так и Нового Завета, подлежали сожжению.
Завет на английском языке, основанный на коварном, ложном и не соответствующем действительности переводе Тиндейла [том самом, который ранее было милостиво приказано
быть прочитанным,] должно быть, согласно этому акту, четко и бесповоротно
отменено и аннулировано, и запрещено хранить и использовать в этом
королевстве или где-либо еще, в любых королевских владениях.’

«И далее: «Ни один человек после первого октября 1543 года не должен открыто читать другим Библию или какую-либо часть Священного Писания на английском языке в какой-либо церкви или на открытом собрании в пределах королевских владений, если только он не был назначен на эту должность королём или каким-либо должностным лицом, под страхом тюремного заключения сроком на один месяц».

«И чтобы показать, насколько маловероятно, что король назначит кого-либо для чтения, был издан следующий указ: «Ни одна женщина, кроме знатных дам и благородных леди, не может читать Библию про себя; и ни один ремесленник, подмастерье, странствующий торговец, слуга, крестьянин, земледелец или рабочий не может читать Библию или Новый Завет про себя или для кого-либо другого, в частном порядке или открыто, под страхом тюремного заключения сроком на один месяц».

«А затем, спустя три года после этого, было сказано: «Отныне НИ ОДИН МУЖЧИНА,
ЖЕНЩИНА ИЛИ ЛИЦО, _какого бы ранга они ни были_, не должен после того, как
в последний день августа следующего года получить, иметь, взять или хранить у себя текст Нового Завета в переводе Тиндейла или
Кавердейла, _или любой другой_, разрешённый актом парламента, принятым в Вестминстере в тридцать четвёртый и тридцать пятый год
благородного правления его величества».

«Эти и любые другие наиболее интересные и значимые факты, связанные с появлением Библии на родном языке в Англии, вы найдёте в замечательном труде миссис Конант «История перевода Библии на английский язык», стр. 320–325.

«Что эти законы были призваны исполняться и что они _исполнялись_, даже до самых крайних пределов их кровавого применения,
свидетельствует история многих убитых любителей Священного Писания.
По этому закону анабаптисты были сожжены, как свидетельствует епископ Латимер, во многих частях Англии; и по нему героическая Энн Эскью была сначала подвергнута пыткам на дыбе, а затем сожжена на костре.

«Итак, я говорю следующее: Церковь, столь ложная в своих учениях; столь подобная Антихристу в управлении; столь дьявольская по духу; рукоположенная и
Основанная нечестивым царём для мирских целей и с самого начала поддерживаемая нарушением не только законов Божьих, но и требований человечности, _не могла ни при каких обстоятельствах_ быть ИСТИННОЙ ЦЕРКОВЬЮ ИИСУСА ХРИСТА. Следовательно, она не могла перестать быть истинной Церковью, поскольку никогда ею не была. Она не могла отступить от веры. _И она никогда не станет истинной Церковью_, пока остаётся
Англиканской церковью. Она может стать менее мерзкой и отвратительной, чем была изначально. На самом деле она стала намного лучше, чем была изначально. Но с тех пор, как она
Тогда она не была истинной Церковью и не имела права исполнять законы и таинства Христа. Её крещение было не более
христианским, чем мормонское погружение в воду; её рукоположение было не более
христианским, чем если бы его совершили жрецы Юпитера. Христос не давал никаких полномочий подобным учреждениям, и
поэтому все её действия _не имеют юридической силы_. Она не только не имеет _единственного_ крещения, но и вообще не имеет христианского крещения. У неё не только нет _единственного_ служения, у неё вообще нет христианского служения. У неё не только нет
обладая _исключительной_ властью совершать таинства Христовой
Церкви, она никогда их не совершала, никогда не имела, не имеет и никогда не будет иметь права совершать их».

«Конечно, — сказал доктор, — она может раскаяться и исправиться, если уже не сделала этого. Как же тогда вы смеете утверждать, что она никогда не станет истинной Церковью и не получит всех прав, как любая другая истинная Церковь?»

— Мой дорогой доктор, давайте на минутку обратимся к здравому смыслу. Мы видели, что такое истинная Церковь согласно Священному Писанию. Это местное
независимое общество, а не часть конфедерации или иерархии. Если
_эта_ церковь когда-нибудь вернётся к правилу, изложенному в Священном Писании, в этом отношении, она больше не будет Англиканской церковью.


«Мы увидели, что истинная церковь может, _как церковь_, признавать только власть Христа, которая устанавливает для неё законы. Итак, если эта церковь отрицает власть короля и парламента определять для неё доктрины, в которые должны верить её члены и которым должны учить её служители; если она не знает, какие части Священного Писания должна читать в определённые дни; если она не знает слов молитвы, которые должна произносить
или что король через своих канцлеров и епископов будет контролировать её дисциплину; определять, во что должен верить каждый член церкви; кого принимать в члены церкви и по какой форме; кого исключать, а кого оставлять; и, по сути, почти всё, что характеризует церковь, — я говорю, что если она отвергает всё это или что-то из этого, то она перестаёт быть _Англиканской церковью_. Мы увидели, что
истинная Церковь состоит из тех, кто сначала исповедал свою веру, а
затем принял крещение. Пусть эта Церковь перестанет принимать кого-либо, кроме
верующие_, и восстановит то, что, по её собственному признанию, было крещением,
которое установил Христос и которое было _изменено_ без его ведома,
и она больше не будет _Англиканской церковью_. Короче говоря, если она
когда-нибудь изменится настолько, что будет соответствовать образцу
из Священного Писания во всех существенных аспектах, она должна
сначала _перестать существовать_. Король должен отказаться от
главенства и передать его Христу. Епископы и архиепископы должны оставить свои епископские престолы и стать простыми пастырями отдельных церквей.  Церковная дисциплина должна вернуться к
‘экклесия’ - собрание братьев и сестер. И из этого собрания
должны быть исключены те, кто не пришел на него добровольно,
не исповедал свою веру, а затем принял то крещение, которое назначил Христос
”.

“И если все это будет сделано, ” сказала Теодосия, “ она больше не будет
Английской епископальной церковью, поскольку это ее характерные черты. Но
как обстоят дела с Американской или протестантской епископальной церковью?”

«Осуждая мать, мы осуждаем и дочь», — ответил мистер
Кортни. «Епископальная церковь в этой стране была _частью_
Английский язык оставался таковым, пока это было _возможно_; и когда из-за политического разделения двух наций стало невозможно сохранить _всё_, что принадлежало материнской церкви, было утрачено не больше, чем того требовали обстоятельства. Самое важное отличие заключается в том, что, поскольку король или королева не могли быть признаны главой церкви, епископы сохранили за собой главенство. После революции оно не может обеспечить власть государства для исполнения своих указов.
Следовательно, оно больше не может быть карающим мечом. И, вероятно, так оно и есть
нет желания существовать. Но если мать (как мы видели) не была истинной Церковью Иисуса, то и дочь не может быть таковой. Она получила свою организацию, своё служение и свои таинства от Англиканской церкви; и если _она_ не была уполномоченным представителем Христа, то не имела права ни на то, ни на другое, и её действия недействительны. Епископы этой страны были назначены на свои должности не по закону Христа, а в соответствии со специальным актом _Парламента_, и их служение этим актом ограничено западным континентом. В их полномочиях не сказано: «Идите во _все
мир_, но если вы останетесь в Соединённых Штатах
Америки, то будете иметь право занимать должность христианского
епископа. Этого требует парламентский акт. Американская епископальная церковь
существует, по крайней мере в том, что касается большей части её духовенства, благодаря
особому акту британского правительства, принятому _после_ того, как мы стали
свободным и независимым народом; и этот акт ограничивает их служение
_этой страной_ или, по крайней мере, запрещает им проповедовать
Евангелие спасения в владениях её величества королевы. Так было _со Христом_
Приказ «Идите по всему миру» был отменён, и английский король смиренно попросил _разрешения_ и неохотно получил его на проповедь в этих Соединённых Штатах».[8]

«Я убеждён, — сказал доктор, — что _это_ не Церковь Христова. Но давайте поторопимся и по возможности выясним, что это такое и где оно находится».

— Подождите минутку, — сказал мистер Перси, — пока я закончу схему этого претендента, и тогда я буду готов рассмотреть другого.

 — Вот схема, всё чёрное, кроме половины пространства, обозначающей
символы веры.


 СХЕМА ЕПИСКОПАЛЬНОЙ ЦЕРКВИ.

 Знаки истинного | | Знаки епископальной
 Церкви. | | Церковь.

 1-й. Она состоит только из | ;;;;;;;;;;;; | Она делает членами
 заявляющих о себе верующих в | | детей, которые не знают
 Христа. | | их правую руку от их
 | | слева.

 2d. Его участники были | ;;;;;;;;;;;; | Они были _осыпаны_
 крещены в | | они были неспособны
исповедовать свою | | веру.
 веру. | |

 3. Это местная | ;;;;;;;;;;;; | Это обширная иерархия, а
не местная организация.
 независимая от всех | |
других. | |
 4. В ней есть только Христос | ;;;;;;;;;;;; | Она подчиняется королю
 для своего короля и | | и парламента в Англии,
 Законодателя, и признает | | и епископов в этой
 никакой другой власти над | | стране.
 своей собственной. | |

 5-е. Его члены | ;;;;;;;;;;;; | стали таковыми в
 стали таковыми по собственному | | детстве, без их
 добровольному волеизъявлению. | | знания или согласия.

 6-е. Это относится к статьям | ;;;;;; | Партия «Высокая церковь»
 веры фундаментальной | | к спасению посредством
 доктрин Евангелия. | | действенность таинств.

 7-е место. Это началось с | ;;;;;;;;;;;; | Это началось с Генриха VIII.,
 Христа, и продолжалось | | или если до его времени, то это
 до настоящего времени. | | отступил.

 8-е. Оно никогда не преследует | ;;;;;;;;;;;; | Это были долгие годы кровавой борьбы за совесть. | | гонитель.

 9-й. Церковь не отступница | ;;;;;;;;;;;; | Если она сама не отступница, то
 может быть Церковью | | был творением и
 Христом. | | отпрыском Антихриста.

 «Думаю, — сказал мистер Кортни, — вы могли бы оставить это место белым, ведь если мы возьмём их опубликованные стандарты, ТО ЕСТЬ тридцать девять статей в молитвеннике, то возразить против них будет не так уж и сложно».

«Но как же так, если они практически отрекаются от своих убеждений и
в другом месте учат, а в глубине души верят, что именно через
_таинства_, а не только через веру, люди становятся детьми
Бог и наследники славы? Насколько я понимаю, так считает сторонники высокой церкви.
Они заклеймили их чёрным цветом.
— Что ж, пусть будет так; сейчас у нас нет времени спорить об этом.
Предположим, мы возьмём другую ветвь или ответвление английской епископальной
церкви, а именно методистов.

— Очень хорошо; это естественное место для них в нашем расследовании; и после того, что уже было установлено в отношении Римско-католической и Епископальной церквей, нам не нужно тратить много времени на их методистских потомков. Теперь, если миссис Перси ещё раз прочитает первую из примет
«Поскольку они стоят на своём, мы применим это к данному истцу».

 «Состоит ли методистская епископальная церковь исключительно из тех, кто исповедует спасительную веру в Господа Иисуса Христа?»

 «Я бы хотел, — сказал доктор Тинкалл, — чтобы наш методистский священник был здесь и ответил за свою церковь. Мне не нравится, что её судят без адвоката».

— Раз его здесь нет, — сказала Теодосия, — давайте обратимся к их «Книге дисциплины», чтобы она ответила за них. У мистера Перси в чемодане есть экземпляр, и, конечно же, ни один методист, если бы он присутствовал, не стал бы возражать против того, чтобы мы приняли её свидетельство.

Мистер Перси сходил за маленькой книжечкой и, вернувшись, открыл её на 20-й странице и прочитал следующее:


«Видимая Церковь Христова — это собрание верующих людей, в котором проповедуется чистое слово Божье и должным образом совершаются таинства в соответствии с установлением Христа во всём, что необходимо для этого».

«Судя по их собственному определению, — сказала Теодосия, — методистская церковь должна быть простым местным собранием верующих, иначе она не может быть видимой Церковью Христа. И всё же она является
Общеизвестно, что методистская церковь — это _не_ просто _собрание_ верующих, а великая конфедерация, управляемая Конференцией. Я
опасаюсь, что их теория и практика не будут соответствовать друг другу».

— Вот ещё кое-что, — сказал мистер Перси, — на 30-й странице: «Пусть никто не будет принят в Церковь, пока его не порекомендует лидер, с которым он встречался по крайней мере шесть месяцев, пока он не будет крещён и пока он не пройдёт проверку у ответственного перед Церковью служителя и не даст удовлетворительных заверений как в правильности своей веры, так и в том, что он не будет причинять вреда Церкви».
их готовность соблюдать и чтить правила Церкви».

 «Конечно, — воскликнула Теодосия, — это исключает всех, кроме тех, кто исповедует веру.
И я рада обнаружить, что у этого претендента есть хотя бы первый признак истинной Церкви. Я всегда восхищался рвением и самоотверженным благочестием мистера Уэсли и рад, что у него были такие правильные представления о том, что необходимо для членства в Церкви Христа. И всё же я с трудом понимаю, как эти представления согласуются с системой поиска и крещением младенцев.  У меня сложилось впечатление, что
многие члены методистских церквей даже не притворялись, что уверовали в Бога, а просто присоединились к церкви в качестве ищущих,
прошли шестимесячный испытательный срок и были просто _оставлены_ или
утверждены в качестве членов церкви по рекомендации руководителя класса».

 «Реальная и теоретическая методистская церковь, — ответил мистер Кортни, — могут несколько отличаться друг от друга. Совершенно очевидно, что каждую неделю мы читаем и слышим о том, как люди присоединяются к методистской церкви в поисках истины.
Столь же очевидно, что методисты, как и другие педобаптисты, утверждают
что люди становятся членами Церкви через крещение. Сам мистер Уэсли прямо говорит, что «_через крещение мы вступаем в Церковь и, следовательно, становимся членами Христа, её Главы_. Евреи были
_приняты в Церковь_ через обрезание; _так же и христиане через
крещение_. Ибо все, кто крестился во Христа (во имя Его), тем самым
наделили Христа, Гал. iii. 27; то есть мистически соединились с
Христос, и мы стали едины с Ним. Ибо все мы одним духом крестились в одно тело (1 Кор. xii. 13), а именно в Церковь, тело Христово.
из которого проистекает духовный, жизненный союз с ним, оказывающий влияние на тех, кто крещен, подобно тому, как наш союз с Церковью дает нам долю во всех ее привилегиях и во всех обещаниях, данных ей Христом». (См. «Доктринальные трактаты», стр. 248, «Трактат о крещении».) И еще на стр. 250: «Не может быть никаких разумных сомнений в том, что [крещение] должно длиться столько же, сколько _Церковь, для вступления в которую оно предназначено_.»

 «Вам не нужно было идти к мистеру Уэсли, — сказал мистер Перси, — потому что сама Дисциплина ясно учит, что крещение — это дверь в
вход в Церковь, и, следовательно, все крещёные этим актом становятся членами Церкви. См. Ритуал крещения, глава.
5-я глава, 2-й раздел, где священнику, подходящему к купели, предписывается сказать:
«Возлюбленные, поскольку все люди зачинаются и рождаются во грехе, и поскольку наш Спаситель говорит, что никто не может войти в Царство Божие,
кроме как возрождённый и рождённый заново от воды и Святого Духа, я
прошу вас воззвать к Богу Отцу через Господа нашего Иисуса Христа,
чтобы по Своей щедрой милости Он даровал этому ребёнку то, что по
По своей природе он не может этого сделать, чтобы его можно было крестить водой и Святым
Духом, и _принять в святую Церковь Христову_, и сделать живым членом той же Церкви». И, получив такое наставление, люди через своего
священнослужителя учатся молиться о том, чтобы ребёнок, которого
сейчас крестят, получил всю полноту Божьей благодати и _всегда
оставался_ в числе Его верных и избранных детей» — точно такие же
слова используются далее по отношению к крещёным взрослым. И,
казалось бы, если взрослые становятся членами Церкви через
крещение, то младенцы — через то же самое
процесс. Однако, как и пресвитериане, они отвергают закон и
практически отрицают членство. Они дают им никакой церкви
привилегии, чем если бы они никогда не имели святой водой окропил их
лбы, и, таким образом, виновны в несостоятельности отказывается
коммуна, или признает в качестве членов Церкви, тех, кого они вроде так
хотелось, чтобы принести в церковь через крещение”.

“ Но как обстоят дела с "искателями", мистер Кортни? Разве они не считаются
членами церкви? Я уверен, что они считают себя таковыми. Миссис Бэбблтон
Перед тем как мы ушли из дома, она сказала мне, что две её дочери присоединились к Церкви во время затянувшегося собрания, которое только что закончилось, и что одна из них заявила о своём _обращении_. Я знаю, что они _обе_ причастились и, похоже, получили все привилегии, которые есть у любого члена Церкви их конфессии. Я не понимаю, как они могут иметь все _привилегии_ членства и при этом не быть членами Церкви.

«Разница, — сказал мистер Кортни, — между полноправным членом и членом на испытательном сроке заключается в следующем: первого нельзя исключить из
Церковные привилегии могут быть предоставлены только ответственным _проповедником_, и то только после суда и вынесения приговора. Другой может быть изгнан в любое время _руководителем группы_ без какого-либо суда или обвинения. За этим исключением они являются _равными участниками всех прав и привилегий членов Церкви_; и независимо от того, обращены они или нет, все они вместе восседают за столом Господним. «Существует, — говорится в «Дисциплине», — только _одно_ условие, которое ранее требовалось от тех, кто хотел вступить в эти общества, а именно: желание бежать
от грядущего гнева и для спасения от грехов их»; и эти общества — методистские церкви, если у них вообще есть церкви.
Они частично состоят из необращённых людей. Они _могут_ состоять
_полностью_ из таких людей. _Часто_ случается так, что в них
_преобладает_ такое большинство; и это большинство может рекомендовать кандидатов на получение лицензии на проповедь; может быть свидетелем _суда_ над обвиняемыми членами церкви, и, поскольку миряне принимают участие в _церковной дисциплине_, она может быть и находится в руках людей, _которые никогда не претендовали на
обладание истинной верой во Христа_, но лишь выразили _желание_
сделать это.

«Именно _общество_, или _собрание лидеров_, рекомендует людей
для получения лицензии на проповедь. См. «Дисциплина», глава 2, вопрос 3, ответ. 4. Именно _общество_, или _избранная группа_, перед которой
проповедник должен судить обвиняемого члена церкви. Глава 4, вопрос 2, ответ  1. Если бы в обществе в основном состояли обращённые в веру люди, я бы не увидел в Дисциплине ничего, что мешало бы проповеднику, если бы он решил это сделать, выбирать тех, кто, как он знал, был _необращёнными испытателями_, чтобы испытать их в деле. Я также не могу
после тщательного изучения Дисциплины я вижу, что у _полного_
члена Церкви, как его называют, есть хоть одна привилегия, которой нет у так называемого _кандидата_, пока его руководитель класса милостиво позволяет ему оставаться в «сообществе».

«Если тем, кто не исповедует спасительную веру, позволено
пользоваться всеми _привилегиями_ членов Церкви и осуществлять все
прерогативы членов Церкви, то не имеет значения, _называются_ они
членами Церкви или нет. Это
_Вещами_, а не именами, мы должны руководствоваться. Если эти общества составляют
_какую-то часть_ методистской епископальной церкви и состоят не из
исповедующих веру в Иисуса, а частично или полностью из тех, кто
просто «_ищет_ силы благочестия», кто лишь исповедует
_убеждение_, а не обращение, то мы неизбежно должны прийти к выводу, что
методистская епископальная церковь состоит не _исключительно_ из тех, кто
исповедует веру во Христа. Павел не принял тюремщика, когда тот просто спросил, что ему нужно сделать, чтобы спастись. Он ждал, пока тот
Он сделал то, что ему было велено. И за всё время нашего расследования мы не нашли ни одного«В некоторых случаях члены Церкви, как верующие, так и неверующие, как обращённые, так и только осуждённые, принимаются в качестве членов Церкви на испытательном сроке».


«На самом деле, — сказала Теодосия, — я не совсем удовлетворена таким отношением к методистским обществам. Боюсь, что никто из нас не понимает их в полной мере и может неосознанно относиться к ним несправедливо. Я бы хотела, чтобы кто-нибудь из методистов выступил в их защиту и объяснил очевидные трудности. Я знаю, что они многое сделали для распространения
Евангелия Христова; я знаю, что многие из них искренни и преданы своему делу
Христиане, образцы благочестия, которым я так хочу подражать.
Я читал биографии Уэсли и Флетчера, а также других членов их общины, и уверен, что они не могли _намеренно_ идти вразрез с учением или Словом Божьим. Они _хотели_ служить Господу и вести мужчин и женщин по пути в рай; и, конечно же, _в их церкви должно быть больше признаков истинной церкви, чем в епископальной или римско-католической_».

— Уэсли и Флетчер, мадам, жили и умерли как члены англиканской епископальной церкви. Они и не думали переходить в какую-то другую. Что
Они хотели вдохнуть новую жизнь в его полусгнивший остов. Они стремились не разрушить, а реформировать его; и если _их личное благочестие_
делает Церковь, членом которой они были, _истинной Церковью Христа_, то оно делает таковой и Англиканскую церковь. Но позвольте мне ещё раз напомнить вам, что мы рассматриваем не отдельных людей, не личностей, _а организации_. Благочестие Паскаля, Фенелона, мадам Адорны или
Мадам Гийон или даже сам Фома Кемпийский не смогли бы сделать Римскую церковь, к которой они принадлежали, Церковью Христа.
даже если бы все мученики, пролившие кровь за Англиканскую церковь,
сделали её Церковью Христа. _Хорошие люди_ могут по рождению,
образованию или из-за ошибочных суждений быть связанными с _организациями_,
в которых нет ни одной черты христианской церкви, но такая связь не
_изменит_ _природу организации_. Это правда, что если бы Уэсли
требовал от членов своих обществ того благочестия, которое он сам проявлял _после своего обращения_, то они не соответствовали бы цели, которую мы сейчас рассматриваем. В таком случае они бы
Его последователи состояли _исключительно_ из тех, кто исповедовал свою веру. Но каким бы благочестивым он ни был, какими бы преданными ни были многие из его последователей, какими бы преданными они ни были сейчас, он сам заявляет, что «_единственным_ условием для вступления в его _общества_» является _стремление_ к спасению. Они, по его собственным словам, состоят из тех, кто _имеет форму_ и _стремится_ к силе благочестия. Теперь всё, что _нам_ нужно сделать, — это
определить, было ли _это_ основанием для членства в церквях Нового
Завета. Было ли _это_ условием членства
Христом и апостолами? Если _нет_, то _его общества_ не были и не могли быть без изменений в этом конкретном аспекте Церквями Христа.
 Это настолько очевидно, насколько это возможно с точки зрения здравого смысла.
— Да, мистер Кортни, я понимаю это и признаю силу этого аргумента; но всё же я был бы более удовлетворён, если бы мы могли заставить какого-нибудь разумного _методиста_ увидеть это и признать вместе с нами.

— Ваше желание пригласить методиста для участия в нашем обсуждении может быть легко удовлетворено, — сказал доктор Тингвелл, — если вы отложите разговор до завтра. Председательствующий старейшина этого округа
Он мой ближайший сосед и особенный друг. Более того, он человек, который
находит удовольствие в защите всего особенного в системе, которую
он отстаивает и частью которой является. Общества в этом регионе
считают его оракулом, чей авторитет в вопросах веры уступает только
авторитету самого епископа.

 — Тогда давайте подождём, — воскликнула дама. — Мы и так слишком долго сегодня разговаривали. Я уверен, что вы все, кроме меня, устали. И, кроме того, доктор, вы обещали принять нас и показать нам
Капитолий, и мост, и другие удивительные места в вашем знаменитом Городе Камней и его окрестностях».




ПУТЕШЕСТВИЕ НА ДЕВЯТЫЙ ДЕНЬ.


В этот день путники проходят мимо так называемой Методистской епископальной церкви и внимательно осматривают её в сопровождении старшего пресвитера и его любезной жены. Странные открытия в истории Дисциплины.

Мы не будем отвлекать внимание читателя рассказом о вечернем визите в город. Мы не будем описывать великолепный Капитолий, гордость Теннесси, который одновременно является и усыпальницей, и благороднейшим памятником архитектору, задумавшему его план, но умершему до того, как он был воплощён.
могли стать свидетелями его завершения. Мы не будем описывать город, его красоты и недостатки, раскинувшийся перед ними, как карта,
пока они стояли в портике этого огромного нагромождения массивных камней.

 Мы также не будем описывать поездку по плантации на следующее утро. У нас нет времени рассказывать о романтических пейзажах на берегу реки, тенистых аллеях и террасах с цветами. Мы едва можем
остановиться, чтобы сходить с Теодосией в побеленную хижину старой
«тетушки Рейчел» и послушать, как она рассказывает, что, когда ее хозяин был неверующим,
год за годом она молилась о том, чтобы Бог просветил его сердце и показал ему, какой благословенный Спаситель Иисус; и как же наконец Бог услышал её молитвы и привёл его домой христианином. «О, мисси! если бы ты только знала, как _плакало моё сердце_, когда хозяин так рассуждал о Библии, ты бы не винила старую Рейчел за то, что она иногда кричит, когда видит, как он день за днём изучает эту благословенную книгу. О, благословенный Господь совершил для нас великие дела, мисси. И теперь, если бы хозяин только мог найти свой путь в церковь, мне кажется, я мог бы сказать, как старина Симеон: «Господи, теперь
«Ты позволишь мне умереть с миром». Но я надеюсь, что он пройдёт мимо».

 «Может быть, ты могла бы сказать ему, где находится Церковь Иисуса, тётя Рейчел».

 «Ах да, мисси, если бы они только спросили старую негритянку, она бы сказала им, как попасть в Церковь».

 «Какие указания ты бы дала?» — спросила Теодосия с большим интересом.

“О, я бы просто сказал, поступайте так, как поступал мой благословенный Иисус. Он сам был крещен,
и он хочет, чтобы крестились все его люди. Давай тогда войдем в воду
, ’следуя его заповеди”.

“Тогда ты баптистка, тетя Рейчел”.

“ Да, миссис, я был крещен более тридцати лет назад.

«Но сейчас мы изучаем вопрос о том, не является ли методистская церковь истинной церковью Иисуса Христа. Что вы об этом думаете, тётя Рейчел? Вам не кажется, что на небесах столько же методистов, сколько и баптистов?»

«О нет, мисси, храни вас Господь! Баптисты были там с тех самых пор, как Иоанн крестил в Иордане, и мне сказали, что методисты появились совсем недавно. Методисты — очень хорошие люди, мисси.
Но они не так давно отправились на небеса, как баптисты.  Я надеюсь, что хозяин будет искать в этой благословенной книге до тех пор, пока не найдёт
находит старый добрый способ».

«Твой хозяин пригласил методистского священника и его супругу приехать и провести с нами день, и они сделают из него методиста, если смогут».

«Ах, мисс, священник — очень хороший человек. Мне нравится слушать, как он проповедует об Иисусе; мне нравится слушать, как он рассказывает о рае; мне нравится слушать, как он поёт и молится, и они устроят лучший ужин, который только можно себе представить».
Рейчел может привести себя в порядок, но они не заставят хозяина стать методистом, я это точно знаю.
— Откуда ты это знаешь, тётя Рейчел?

— Потому что, мисси, хозяин поступает _по правилам_, а если методистская церковь
Если бы это было в книге, люди бы давно это обнаружили».

 После ужина доктор сам отправился к соседу и объяснил ему, в каком положении находится дискуссия, и попросил его и его добрую супругу прийти и провести с ними день, а также принести с собой экземпляр «Дисциплины» и любые другие труды, которые могут способствовать полному пониманию системы под названием «методизм».

Рано утром пришли посетители, которые не были готовы к _дебатам_ и не ожидали их, но были готовы к дружеской и непринуждённой _дискуссии_ на любую тему
о разногласиях, которые могли возникнуть между ними и теми, кого они пришли
увидеть.

 Доктор Тинквелл начал разговор с того, что сказал, что он и другие его гости оказались в затруднительном положении при изучении притязаний методистской церкви на то, чтобы быть Церковью Христа, из-за опасений, что в отсутствие кого-то, кто представлял бы её интересы, был знаком с её устройством и заботился о её благополучии, они могут поступить с ней несправедливо. Он хотел точно понять, на чём она стоит, и дать её притязаниям _все_
вес, на который они могли бы претендовать.

 «Если вы ожидаете, что я буду усердно защищать церковь, в которой имею честь быть смиренным служителем, — ответил преподобный мистер  Стайптейн, — надеюсь, вы простите меня, если я вас разочарую. Но если вам просто нужна информация о доктринах, практике и устройстве методистской церкви, которой я располагаю, я с удовольствием расскажу вам всё, что может быть полезно для вашего расследования. Методисты, сэр, — это люди, которые любят свет. Мы не хотим скрывать свои принципы ни от друзей, ни от врагов.

— Я рада слышать, что вы так говорите, — сказала Теодосия, — потому что я чувствую, что _нам_ нужно больше информации по этому вопросу.  Я не думаю, что мы понимаем, что такое методистская церковь с точки зрения её организации и членства. Вы должны знать, сэр, что, как нам кажется, после тщательного изучения Священного Писания мы пришли к выводу, что в церквях, основанных апостолами, _никто_ не принимался в члены церкви, _если он не исповедовал спасительную веру во Христа_; или, другими словами, что они были призваны состоять только из обращённых людей. Теперь, если это так
Итак, вы видите, что мы не можем признать истинной  Церковью Христовой ту организацию, которая не придерживается того же правила и принимает в свои ряды _только_ тех, кто доказал своё искреннее обращение.
Вчера, говоря о вашей Церкви, мы сомневались, не принимаете ли вы в свои ряды тех, кто открыто _не обратился_, то есть тех, кто не исповедует спасительную веру.

— Я не понимаю, как вы могли хоть на мгновение усомниться, мадам, разве что из-за полного незнания нашей практики. Мы _так осторожны_, что никого не принимаем
но истинно верующие, мы требуем от всех, кто хочет присоединиться к нам, _шестимесячного испытательного срока_, чтобы мы могли быть уверены в их благочестии.
Великой целью мистера Уэсли, как он неоднократно заявлял, было
собрать _святой народ_».

«И всё же мне говорили, что он допускал к крещению младенцев и прямо говорил, что крещением они становятся членами Церкви».

«Ну и что с того, что допускал? Разве младенцы не _святы_?» Разве не из таких состоит Царство Небесное?
Дай Бог, чтобы все наши взрослые члены были такими же чистыми и непорочными, как младенцы!»

«Но относитесь ли вы к ним как к членам Церкви, когда они вырастают? Разве вы не требуете, чтобы они присоединились к Церкви на испытательном сроке, как грешники, которых вообще никогда не принимали? Как так? Они _в Церкви_ — стали её членами через крещение, но вы не разрешаете им _причащаться_ и никак иначе не признаёте их членство. А требуя, чтобы они _снова присоединились_ к Церкви, вы фактически заявляете, что они _не являются_ и никогда не являлись её членами. Пожалуйста, скажите мне, если они становятся членами церкви после крещения, то _когда они перестают_ быть членами церкви? В каком возрасте вы отрекаетесь от них
они? или каким образом аннулируется их членство? Теряют ли они его
просто _растая_? Если да, то вы, кажется, считаете грехом расти.
Пожалуйста, объясни нам это сначала, а потом у меня есть вопрос, чтобы спросить о
испытуемые, или _seekers_, как их обычно называют.”

Преподобный мистер Ститпэйн пересел за стол, на который он положил стопку книг, когда вошёл.
Выбрав самую маленькую из них, он заметил: «Здесь изложены доктрины и дисциплина Южной методистской епископальной церкви, которые существенно не отличаются от
Это доктрина и дисциплина методистской епископальной церкви, или церкви _Север_.
Это наш стандарт доктрины и дисциплины, и если вы хотите узнать,
какое отношение имеют крещёные дети к церкви, вы найдёте ответ здесь,
глава III, раздел III, вопрос 1, ответ 5: «Пусть все крещёные
дети будут добросовестно наставлены в природе, назначении,
привилегиях и обязанностях, связанных с их крещением. Те из них, кто настроен благосклонно, могут быть
допущены на наши собрания и пиры любви; а те, кто настроен
по-настоящему серьёзно и проявляет желание избежать грядущего гнева, будут
рекомендуется вступить в _общество_ в качестве стажёров».

«Но позвольте спросить, сэр, разве вы не советуете _всем людям_, которые «_по-настоящему серьёзны и хотят избежать грядущего гнева_», вступить в общество в качестве стажёров, как и тем, кто в детстве был крещён пивом?»

«Конечно, советуем».

«Значит, вы одинаково относитесь к крещёным и некрещёным в том, что касается
принятия в Церковь; и всё же вы говорите, что крещёные стали членами Церкви в детстве и никогда не теряли своего членства.
Как они могут _вступать_ в общества в качестве кандидатов в члены Церкви, если они
уже являются членами церкви и были таковыми с самого младенчества?»

 Преподобный мистер Ститпэйн откашлялся, придвинул свой стул ещё ближе к столу и, казалось, стал искать другую книгу.
Он не попытался ответить на вопрос[9], и добросердечный хозяин, чтобы
смягчить его явное смущение, обратил его внимание на другую часть
выдержки из «Дисциплины», которую он прочёл.

«Похоже, — сказал он, — что вы, служители или члены церкви, должны
«_наставлять_ крещёных детей в _природе, предназначении, привилегиях и
об их крещении». Это наставление, конечно, следует давать
после того, как они станут достаточно взрослыми, чтобы его понять; и как один из главных служителей церкви вы, конечно, знакомы с сутью того, чему их следует учить по этим вопросам. Если вас это не слишком затруднит, я был бы рад услышать, что в вашей церкви считается _природой, целью и привилегиями_ крещения, дарованными младенцам. Конечно, вы должны что-то иметь в виду.  Считается, что крещёный ребёнок находится в другом отношении к Богу или к
в Церкви или каким-то образом отличаться от тех, кто не был крещён. В чём заключается это изменение? Что оно на самом деле
делает и для чего используется? Если мы сможем это выяснить, то
намного приблизимся к устранению сомнений, которые, похоже, беспокоят миссис Перси. Ибо если это делается для того, чтобы они стали членами вашей Церкви, то мы должны считать их членами Церкви до тех пор, пока они не будут отлучены от Церкви официальным актом, таким же публичным и значимым, как и тот, которым они были приняты. Если это делается с такой целью, но _не_ приводит к её достижению, то это выглядит
Мне она кажется не только бесполезной, но и очень глупой церемонией. Но если она используется _не_ для этого, а для какой-то другой цели, пожалуйста, скажите нам, в чём эта другая цель. Я спрашиваю просто ради информации. Вы, конечно, _давали_ наставления, предусмотренные Дисциплиной, сотни раз и можете с лёгкостью рассказать нам, в чём они заключаются.

— Не думаю, что смогу ответить на ваш вопрос более удовлетворительно, —
ответил преподобный мистер Ститпэйн, — чем если бы я прочитал объяснения отца и основателя наших обществ, достопочтенного мистера Джона Уэсли.
Ни один методист никогда не будет считаться отрицающим истинную веру или отступающим от правильной практики, пока он может ссылаться на непререкаемый авторитет мистера Уэсли в том, во что он верит или что делает. Поэтому я предпочитаю обратить ваше внимание на его наставления, а не на свои. У меня есть
собственные учения мистера Уэсли на этот счёт; и поскольку он был
автором инструкций в «Дисциплине», которые я читал, совершенно очевидно, что в «Дисциплине» говорится о _его собственных_ учениях о «_природе, цели и привилегиях_» крещения.
требует, чтобы служители внушали это».

«Это кажется почти само собой разумеющимся, — сказал доктор. — И толкования мистера
Уэсли должны раз и навсегда положить конец этому вопросу.
Пожалуйста, прочтите их нам. Мы и сами ссылались на них, но только по памяти».

— Они, — продолжил председательствующий старейшина, — содержатся в его проповедях и в «Доктринальных трактатах», опубликованных по распоряжению Генеральной
Конференции в качестве своего рода приложения к Дисциплине. У меня здесь есть том «Трактатов», и тот факт, что он не только _одобрен
Конференция_, но опубликованная по их _распоряжению_ и под их
_надзором_, станет достаточной гарантией для вас и всех заинтересованных лиц,
что книга содержит справедливое и честное изложение того, что на самом деле
предписывается Дисциплиной в прочитанном мной отрывке.

 «На странице 242, Трактат XII, мы читаем слова самого мистера Уэсли:
«Что касается крещения, я спрошу: что это такое? Какую пользу мы от него получаем? Задумал ли наш Спаситель, чтобы она всегда оставалась в Его Церкви? и кто является её истинными членами?» «1. Что это такое. Это
Это таинство посвящения, которое заключает с нами завет с Богом».
«Неважно, _что это такое_», — сказал доктор. «Мы думаем, что уже понимаем это. Но расскажите нам, какие _преимущества_ получают _младенцы_, крещённые в соответствии с Дисциплиной. _Приводит ли это их в Церковь?_ или они остаются в миру, как язычники?»

«О, если это всё, чего вы хотите, то вы получите это в нескольких простых словах на странице 248: «_Крещением мы вступаем в Церковь_ и, следовательно, становимся членами Христа, её Главы». И снова на странице 294:
8. 6, ‘В-третьих, если младенцы должны приходить ко Христу, если они способны
к принятию в Церковь Божью и, следовательно, к торжественному
сакраментальному посвящению Ему, тогда они являются надлежащими субъектами крещения.
Но младенцы способны прийти ко Христу, _вступить в
Церковь_ и торжественно посвятить себя Богу. [С. 255:] Поэтому его ученики или служители должны позволять младенцам приходить, то есть _вступать в
Церковь_, что возможно только через крещение. Да, «и таких, —
говорит наш Господь, — Царство Небесное». Не только таких, как
были подобны этим младенцам; ибо если они сами не были достойны быть подданными этого царства, то как могли быть достойны другие, подобные им? _Таким образом, младенцы могут быть приняты в Церковь и имеют на это право._ Даже во времена Ветхого Завета они были приняты в него через обрезание; и можем ли мы предположить, что при Евангелии они находятся в худшем положении, чем при Законе? и что наш Господь отнимет у них какие-либо привилегии, которыми они тогда пользовались? Не предпочёл бы он внести в них дополнения? Тогда это третий вариант:
младенцы должны прийти ко Христу, и никто не должен им препятствовать. _Они
способны войти в Церковь Божью;_ следовательно, они
подходят для крещения».

 И снова на странице 266: «Дети иудеев были видимыми членами иудейской церкви в соответствии с заветом Авраама, и как таковые они
принимались в неё через обрезание как дверь для входа. Дети христиан никогда не лишались этой привилегии, когда их отцы
принимались в Церковь, независимо от того, были ли они иудеями или язычниками.
Поэтому _они также являются членами христианской Церкви_
духовные обещания и благословения».

 «Я надеюсь, что эти выдержки прояснят для вас, чему учил мистер Уэсли в том вопросе, по которому вы запрашиваете информацию».

 «Простите, мистер Ститпэйн, — сказала Теодосия, — но разве не правда, что методистская церковь _сейчас_ отошла от доктрин мистера Уэсли по этому вопросу?» Считают ли они по-прежнему, как и он, что _крещение вводит младенцев в Церковь_ и делает их её членами? Не могли бы вы обратить наше внимание на какую-нибудь недавно опубликованную работу, которая бы точно указала нам на их _нынешнюю_ веру и практику в отношении
— Это интересный момент?

 — Я рад сообщить, мадам, что могу.  Вот наш брат П. Д.
«История методизма таким, каким он был и каким он является» Горри,
рекомендованная двумя старшими пресвитерами, которые изучили рукопись и
подтвердили своими официальными подписями, «что изложенные в ней факты
являются верными, насколько они могли судить», и рекомендовали эту работу
особенно членам и друзьям методистской епископальной церкви, поскольку
она содержит «много полезной информации, касающейся истории,
доктрин и институтов» методизма.

«В этом классическом труде, опубликованном в 1852 году, мы находим ясное и исчерпывающее изложение современной веры и учения Церкви по этому вопросу. И сначала о «_природе_» крещения. Здесь, на странице 170, я читаю следующее: «Природа крещения. 1. Это образное таинство, символизирующее нашу смерть для греха и наше новое рождение свыше; очищение водой возрождения и получение Святого Духа.
«Простите, что перебиваю вас, но понимаете ли вы, что крещение младенца означает, что он _умер для греха_ и
_возродился_ свыше; что _он_ очищен или был очищен водой возрождения и получил Святого Духа? Всё это очень уместно и прекрасно в применении к _обращённому человеку_, но как это может быть правдой о младенце, который ничего не осознаёт?

 — Но продолжайте, сэр; прошу прощения, я не должен был вас перебивать.
 Он снова читает: «2. _Крещение — это знак исповедания веры,_ обряд, который был установлен законом и сохранён Евангелием как отличительный знак или символ исповедания веры. Как общее
Слово «крестить» означает «очистить». Крещение — это не только знак внутреннего нравственного очищения, но и знак внешнего нравственного соответствия закону Божьему и правилам Церкви на земле.

“Итак, когда вы крестите младенца, ” сказала Феодосия, - это знак того, что он
исповедует или _ исповедовал свою веру_ во Христа, пока еще это так
не отличал свою правую руку от левой, и его нельзя было заставить
понять, что такое существо, как Христос, когда-либо существовало. Пожалуйста, сэр, продолжайте
”.

“‘3. _ Крещение также рассматривается как дверь, ведущая в
Церковь._ «Верующий и крестившийся спасётся», «Покайтесь и креститесь», «Тогда крестились они, и мужчины, и женщины», «Тогда Филипп крестил его» — эти отрывки ясно показывают, что водное крещение призвано стать обрядом посвящения и что таким образом мужчины _обычно_ принимаются в Церковь. Мы говорим «как правило», потому что не осмеливаемся утверждать, что ни один человек не может быть членом семьи веры без крещения водой. Мы знаем, что даже апостолы когда-то были крещены, за исключением омовения ног. Но, как правило, крещение
является и должно являться обрядом посвящения».
«Этого достаточно, — сказала Феодосия, — чтобы ответить на мой вопрос. Если «крещение считается дверью в Церковь», то все, кто был крещён, должны считаться прошедшими через эту дверь и находящимися в Церкви. Вы говорите так, будто сомневаетесь в том, что люди могут _родиться_ в Церкви или попасть в неё каким-то другим способом, не проходя через дверь. Но нет никаких сомнений в том, что те, кто _прошёл_ через дверь, _на самом деле находятся_ в Церкви. А если они находятся в Церкви, то
Они являются членами Церкви, и мы должны относиться к ним соответственно, пока они не будут официально _исключены_ теми, кто обладает дисциплинарной властью».

«Если у кого-то из вас остались сомнения, — очень тихо сказал мистер Кортни, — их можно развеять, открыв страницу 173».

Преподобный мистер Ститпэйн вежливо протянул ему книгу, и он прочитал следующее:

«То, что младенцы являются библейскими субъектами крещения, следует из следующих соображений:
1. Непрерывность Авраамова завета, который распространялся как на детей, так и на взрослых».
2. _
право детей на членство в Церкви._ То, что младенцы были членами
Иудейской Церкви, подтверждается фактом их обрезания,
которое было обрядом посвящения или дверью в Церковь
Божью. Можем ли мы допустить, что дети христианских родителей
имеют меньше прав, чем дети еврейских родителей?
Или послужит ли это каким-либо стимулом для благочестивого еврея наших дней, если ему скажут, что, хотя его дети являются членами иудейской церкви, он сам, приняв христианство и став членом христианской церкви, будет считаться
Церковь, его дети должны быть изгнаны, пока не достигнут совершеннолетия? Разве наш Спаситель не говорит прямо о маленьких детях:
«Таково Царство Небесное»? Царство должно означать либо
царство славы, либо дело благодати в сердце, либо Церковь
Христову на земле. В каком бы смысле это слово ни использовалось
в тексте, оно должно включать в себя идею _младенческого членства в Церкви_. Подходит ли маленький ребёнок для царства славы? Тогда почему бы не для Царства благодати? Если это подходит для торжествующей Церкви, то почему бы не для Церкви на земле? И
Разве обещание Божье, данное родителям-христианам и их «_детям_, и всем, кто далеко», не было исполнено? Если так — а в этом нет никаких разумных сомнений, — то младенцы имеют право на обряд посвящения, который _официально примет их в видимую Церковь Христову_; и лишать их этой привилегии не только неразумно, но и несправедливо по отношению к детям, которых дал нам Бог».

«И здесь же, в нижней части 174-й страницы: «Опять же, если дети подходят для обрезания, то они в равной степени подходят и для крещения. А если кто-то спросит, как это иногда бывает, какой в этом смысл, то я отвечу:
Зачем крестить маленького ребёнка? Мы могли бы ответить: «Зачем обрезали маленького ребёнка?» В последнем случае обрезание делало ребёнка _членом Церкви_, а в первом случае _делает то же самое_. Что ещё оно делает в случае со взрослым?»

— Видите ли, мадам, — сказал председательствующий старейшина, — мы, методисты, не во всём с вами согласны в том, что касается учения Священного Писания о том, что представляет собой истинная Церковь. Вы считаете, что она исключает всех, кроме тех, кто исповедует веру. Мы понимаем, что она включает верующих и их
дети, и вообще все крещёные дети».

 «Нам не нужно для собственного удовлетворения обращаться к доказательствам, на которых основано наше правило, — ответила она. — Мы приняли его после тщательного изучения всех фактов и аргументов, в том числе представленных вашим автором. Сейчас мы пытаемся применить его к различным заявителям на
Церковные обряды, и моё единственное сомнение заключалось в том, _считает ли ваша методистская церковь крещёных детей _членами церкви_, или вы крестите их с какой-то другой целью.


Однако, похоже, у меня вообще не было причин сомневаться. Не только
Самые ранние, но и самые поздние толкователи вашей веры и практики ясно заявляют и отстаивают идею о том, что младенцы являются членами Церкви.

 «Вы прямо заявляете, что крещение — это дверь в Церковь; что младенцев крестят, потому что они имеют право на членство в Церкви, и что крещением ребёнок получает членство в Церкви наравне со взрослыми.

«Я не могу не задаваться вопросом, как они покидают Церковь после того, как были в неё приняты, если им приходится _вступать в неё на испытательном сроке_, как некрещёным язычникам; _или как вы смеете отказываться от причастия с
ваши собственные прихожане_, когда вы так много жалуетесь на нас, баптистов,
за то, что мы не можем по совести общаться с теми, кого мы вообще не
считаем членами Церкви. Но я больше не могу сомневаться в том,
что люди становятся членами методистской церкви без их ведома и
согласия, когда они ещё совсем маленькие. И теперь, с вашего
разрешения, я задам ещё один вопрос: являются ли те люди, которых
называют _искателями_, или испытателями, членами методистской
церкви?

«Разумеется, нет, мадам. То есть они не являются _полноправными_ членами».

— Не знаю, сэр, правильно ли я вас понимаю, — ответила
Феодосия. — Изучая первые церкви, описанные в Священном Писании, мы не обнаружили ни одного класса людей (насколько я могу сейчас припомнить), которые были бы членами церкви, но не были бы _полноправными_ членами церкви.
Они были либо членами церкви, либо нет. Они были либо в церкви, либо вне её. Они были либо наделены всеми привилегиями членства в церкви, либо не наделены ими вовсе. Тем не менее _у вас, ПО-ВИДИМОМУ, есть класс людей,
которые не принадлежат ни к Церкви, ни к миру_; но я полагаю, что они либо
в том или ином состоянии. Они либо в Церкви, либо вне Церкви; и я был бы рад иметь какой-то определённый и надёжный _авторитет_, по которому мы могли бы судить, находятся ли испытуемые _на самом деле В ЦЕРКВИ или ВНЕ ЕЁ_. Если вы не готовы высказаться сами, не могли бы вы, как и в другом случае, сослаться на какое-нибудь высказывание мистера
Уэсли или другого вашего авторитетного автора?

— Я бы сказал, мадам, что они являются членами _общества_, но _не Церкви_».


— Это, безусловно, очень ясно сказано, и я вам очень признателен за это
Я прошу вас ответить на вопрос, который, как я опасался, вы могли счесть почти неприличным.
А теперь, если вы объясните мне, в чём именно заключается разница между обществом и Церковью, я начну понимать суть дела.
 «Общество, мадам, состоит из всех кандидатов и членов Церкви, рассматриваемых как единое целое. Церковь состоит из тех, кто является членом общества в течение шести месяцев и кто своим добросовестным соблюдением правил убедил своего классного руководителя в том, что из них получатся хорошие члены общества.
Они были рекомендованы им, а затем «прошли проверку»
перед Церковью в отношении правильности их веры и готовности соблюдать и исполнять церковные правила». (См. _Дисциплина_, глава iii, ответ 3.)

«Тогда ваше общество — это не Церковь и не какая-либо её часть, а, подобно воскресной школе или библейскому классу, учреждение _вне Церкви_, предназначенное для обучения и подготовки тех, кто хочет стать её членом.
Вы не признаёте никого членами Церкви и никогда не допускаете их к церковным привилегиям, пока они не пройдут шестимесячный испытательный срок, не будут
Рекомендовано, проверено и официально принято. Это сильно отличается от того, что я предполагала.
У нас сложилось впечатление, что все члены «общества»
имеют равные привилегии и пользуются одинаковыми правами, независимо от того, отбыл ли они свой «срок» или нет.

 «Вы можете быть уверены, мадам, что мы не считаем никого _членом Церкви_, если он не был принят так, как я описал. Мы стремимся к тому, чтобы у нас была
_святая_ Церковь, состоящая из тех, кто не только _исповедует_ свою
веру, но и достаточным образом испытал её, чтобы доказать _истинность_
своего исповедания».

— Позвольте мне задать один вопрос, — сказал мистер Кортни.

 — Конечно, хоть дюжину, если хотите.

 — Пожалуйста, расскажите нам, какими _привилегиями_ пользуются те, кого вы называете
 членами церкви, и которых _в равной степени_ лишены
_искатели_, вступившие в общество только вчера? Разве вы не приглашаете их
_обоих одинаково_ сесть за стол Господень или, скорее, преклонить колени и причаститься святого таинства Вечери Господней?

 — Да, сэр.

 — Разве вы не разрешаете и не призываете ищущего крестить своих детей и сделать их членами Церкви, как вы поступаете с родителем, прошедшим испытательный срок?

— Да, сэр.

 — Разве собрание класса, состоящее _частично_ или _полностью_ (кроме лидера) из необращённых ищущих, не может рекомендовать члена для получения лицензии на увещевание, как и так называемая Церковь?

 — Несомненно, может. (См. _Горри_, стр. 303.)

«Разве это не _общество_ или его избранная часть, перед которой
ответственный проповедник должен зачитывать имена тех, кто отказывается посещать занятия, и большинство голосов которых должно решать, виновны ли они в умышленном пренебрежении, согласно главе IV, разделу III, вопросу 1, ответу 2 Дисциплины?»

«Да, я признаю, что так там и написано, сэр».

«Разве не перед _сообществом_ или избранной его частью должен предстать обвиняемый член церкви для суда, согласно главе iv, разделу iii, вопросу 2, ответу 1?»

«Так написано в книге, сэр».

«Тогда, если члены _сообщества_ пользуются всеми без исключения _привилегиями_,
которые есть у членов _церкви_, какой смысл _называть_ одних из них членами церкви, а других — членами сообщества?» Видите ли, я, скорее всего, воспользуюсь вашим разрешением и задам вам дюжину вопросов вместо одного.


 — Я рад, что вы их задаёте, сэр.  Методизм не стремится к тому, чтобы его скрывали.
Кем бы она ни была, она хочет, чтобы мир об этом узнал».
«Тогда, я спрашиваю ещё раз, в чём _практическая_ разница между членом общества и членом Церкви? Вы называете их разными _именами_, но обращаетесь с ними одинаково. Единственное различие, которое я могу обнаружить, заключается в том, что член организации, находящийся на испытательном сроке, может быть отлучён от церкви без суда и следствия по указу _руководителя группы_, в то время как тот, кто отбыл свой срок и был принят в организацию, может быть отлучён от церкви только _проповедником_, и только после
официальное обвинение и суд. Теперь, если эти ищущие _не_ являются членами Церкви, вы виновны в том, что выносите таинства Христа _за пределы Церкви_ и даёте их _людям мира_. Если они _являются_
членами Церкви, то ваша Церковь во многих случаях в значительной степени состоит из людей, _которые не претендуют на обладание истинной религией_ и не исповедуют истинную веру во Христа. В любом случае я бы побоялся называть это Церковью Христа. Но мы теряем время, которое могли бы потратить на наше общее расследование. Полагаю, мы все согласны с этим
Теперь о главном. Мы должны рассматривать эту организацию как методистскую церковь, в которой соблюдаются церковные привилегии, независимо от того, называют её методисты церковью или нет. Это церковь, которая действует как церковь.
 В методистской системе это общество; и, согласно Дисциплине, глава I, раздел 4, «от тех, кто желает вступить в эти общества, требуется только одно условие».
и это не вера во Христа, а лишь «желание бежать от грядущего гнева и спастись от своих грехов», что понимается как
Я имею в виду, что они серьёзно относятся к вопросу спасения и готовы приложить некоторые усилия, чтобы его обеспечить, а также что их можно убедить присоединиться к _классу_ с этой целью.

 «Наш следующий вопрос заставит нас задуматься о том, _были ли члены методистской церкви крещены после исповедания своей веры?_»

 «Полагаю, — сказал мистер Стиптейн, — вы, баптисты, вряд ли признаете, что мы вообще были крещены».

— В этом вопросе, — сказал мистер Кортни, — не может быть места сомнениям или придиркам. Если окропление или обливание не является крещением, то мало кто из вас...
_притворяются_, что они были крещены. Если крещение — это только погружение в воду, то Дисциплинарный устав будет свидетельствовать о том, что крещение _не требуется ни для кого_, а только _разрешается_ тем, кто этого желает. И если бы указания Дисциплинарного устава могли быть полностью реализованы на практике, _и все младенцы_ могли бы быть крещены, _то не было бы такого понятия, как крещение по исповеданию веры_, поскольку очевидно, что маленькие дети не имеют и не исповедуют спасительную веру во Христа. Эти позиции мы уже обсудили, и теперь можно с уверенностью сказать, что
Методистская епископальная церковь в этом вопросе стоит на тех же позициях, что и её мать — англиканская церковь, и бабушка — римско-католическая церковь.
Поэтому, чтобы не терять времени, давайте поторопимся.
 «Наш следующий вопрос, — сказала Теодосия, — заключается в том, является ли Методистская епископальная церковь _независимым местным сообществом,
не признающим в вопросах религии никакой власти, кроме власти Христа, стоящей выше её собственной_».

— И это не займёт у нас столько же времени, сколько предыдущее, — сказал мистер Перси. — Ибо это слишком общеизвестный факт, чтобы требовать каких-либо доказательств.
Общества не являются независимыми организациями, каждое из них — это _часть_
крупного учреждения, чем-то похожего на Англиканскую церковь, из которой оно вышло и по образцу которой в основном и было создано. Местное общество методистов — это такая же независимая церковь, как местное общество католиков — независимая церковь. Оно полностью зависит от лиц, _не входящих в его состав_, в вопросах дисциплины даже для его собственных членов.
 Оно не может само решать, кого принимать, а кого исключать.
кто будет похвален, а кто порицаем. Проповедник послал к ним
без их согласия, а иногда и вопреки их настойчивым возражениям,
вся власть сосредоточена в его руках; они ничего не могут сделать, кроме как подчиняться».

 — О нет, мистер Перси, всё не так плохо. Разве сам мистер Кортни не говорил, что общества рекомендуют людей для получения лицензии и что провинившегося члена общества судят перед всем обществом или, по крайней мере, перед его частью, выбранной ответственным священником?

 — Конечно, говорил, но что с того? Это служит для того, чтобы вводить людей в заблуждение (если я могу использовать это выражение, не обижая моих добрых друзей)
тень власти без капли содержания. В нашем маленьком городке есть церковь или, например, общество. В прошлом году у них был священник, которого они очень любили, и они направили на конференцию единогласную и настоятельную просьбу вернуть его к ним. Но его отправили в противоположную часть штата. Один из них, который был там несколько лет назад, не пользовался популярностью и у которого были причины не желать, чтобы его навязывали другим, был вынужден, вопреки их и своим собственным желаниям, взять на себя управление их делами, и они
Вы должны принять его служение или не принимать его вовсе, ибо так повелел епископ.
— Надеюсь, вы простите меня, мистер Перси, если я скажу, что общество, должно быть, поступило очень глупо, попросив о том, что, как они знали, не могло быть им дано, — ответил преподобный мистер Стайптэйн. — Они должны были знать правила и, как добрые методисты, с радостью подчинились бы им.

Я всё это допускаю, сэр, но всё же это показывает, насколько местное общество зависимо.
Они не могут сказать, кто будет, а кто не будет жить в доме, который они построили на свои деньги, или кто будет, а кто не будет
которые не должны быть наставниками для себя и своих детей в вопросах, касающихся спасения их душ. Епископ, которого они,
вероятно, никогда не видели и о котором знают только по рассказам
своих подчинённых, по своему усмотрению отстраняет или назначает
им священников, а они не смеют даже пожаловаться, чтобы не
случилось чего похуже.

«Теперь _этот_ министр, _посланный против их воли_, если я правильно понимаю вашу систему, обладает всей полнотой власти в своих руках или в руках тех, на кого он обычно может повлиять, чтобы они выполняли его
воля. Само общество вообще не имеет власти. Кажется, что имеет, но меня поражает, что при внимательном рассмотрении предмета иллюзия исчезает. Предположим для наглядности, что сын мистера Маркмана
(джентльмена, с которым у этого проповедника были некоторые разногласия, когда он жил там раньше) за последние шесть месяцев
вступил в общество на испытательном сроке, и священник решил, что он не должен быть его членом.
Ему достаточно шепнуть своему наставнику, которого он сам назначил, что имя этого молодого человека лучше _не упоминать_, и
классный руководитель не сообщает о нем для подтверждения. Он фактически
отлучен от церкви без предъявления обвинений, без суда и без вины ”.

“О, нет!” - воскликнула Теодосия. “Класс-лидер будет слишком
добросовестный выполнить его просьбу”.

“Тогда он тихо сместил бы его и поставил на его место другого; ибо это
его привилегия и обязанность ‘назначать всех лидеров и менять их
когда он сочтет это необходимым’. Было бы странно, если бы он не смог найти кого-то, на кого можно положиться и кто выполнит его желания».

 «Мне очень жаль, сэр, что вы так плохо о нас думаете».
— сказал мистер Ститпэйн. — Я уверен, что вы никогда не слышали о том, чтобы кто-то из наших проповедников злоупотреблял властью, которой он был наделён ради общего блага. И те, перед кем он несёт ответственность за своё поведение, не потерпели бы такой тирании с его стороны.

 — Я согласен с тем, что в нынешнем поколении это вряд ли произойдёт, мистер Ститпэйн. Но такие организации, как Методистская церковь, существуют очень долго, а власть имеет свойство концентрироваться в руках тех, кто ею обладает. Я не говорю о том, что уже сделано или что может быть сделано
Речь идёт не о том, что можно сделать прямо сейчас, а о том, _что можно сделать_ с _разрешения_ вашей
Дисциплины. Ваши служители, несомненно, во многих отношениях очень скромные и благочестивые люди; но _среди них могут быть_ и _немногие_ гордые,
эгоистичные, мстительные и честолюбивые. Теперь я, ради
доказательства, предположил, что это относится к тому, о ком я говорю. Разве вы не видите, что в его власти было бы отстранить этого благочестивого молодого человека от Церкви без какого-либо нарушения правил
дисциплины и вопреки единодушному желанию самой Церкви, чтобы он
присоединился к ней?»

«Я, конечно, понимаю, как это можно сделать, но могу вас заверить, что это будет стоить священнику лицензии. Он никогда не сделает этого больше одного раза».

 «Я вообще не понимаю, как вы можете до него достучаться. Ему нет нужды рассказывать _вам_ все _мотивы_ своего поведения, а что касается самого _поступка_, то он сделал то, что было его привилегией, более того, он заявит, что это был его _долг_. Давайте взглянем на это. Мы рассмотрим один случай, просто чтобы
проверить, насколько сильна дисциплина, которой подчиняются члены
церкви, общества или как там ещё это можно назвать
IT. Мы предполагаем, что этот лицемер—вещь, на мой
ум, не чрезвычайно мала; что он намерен закрыть молодой Маркман
из церкви в течение двух лет он, скорее всего, останется за главного. Он
разговаривает с классным руководителем; и если он находит, что тот слишком благосклонен к
молодому человеку, он _меняет_ его, пока не найдет того, кто будет благоговейно относиться к нему.
повинуйтесь ему, как он обещал повиноваться своим главным министрам. Этот классный руководитель может быть _необращённым_ человеком — такие люди есть в методистских церквях. Чтобы соблюсти справедливость, он может
придумайте и донесите до проповедника какую-нибудь гнусную клевету, затрагивающую религиозную, если не моральную, сторону молодого человека. И молодой человек приходит в церковь за справедливостью; требует, чтобы клеветника судили и отлучили от церкви. Как вы думаете, смог бы он что-нибудь сделать против проповедника и старосты? Как вы думаете, смогло бы общество хоть пальцем пошевелить ради защиты прав молодого человека?

— Разумеется, — воскликнула Теодосия, — церковь призовет клеветника к ответу, изгонит его из общества и тем самым восстановит репутацию невиновного.

— Вовсе нет, мадам; у церкви нет таких полномочий. Она может _обвинять_, или любой её член может _обвинять_; но она не может судить или изгонять больше, чем может принять.

 — Вы, должно быть, ошибаетесь, мистер Перси. Разве мы не читали на странице 96
«Дисциплины», что обвиняемый член Церкви должен предстать перед судом
«общества, членом которого он является, или перед избранной группой членов общества,
в присутствии епископа, старейшины, дьякона или проповедника. И если
обвиняемый будет признан виновным большинством членов общества,
перед которыми он предстал, и если преступление будет таким, как
«Если кто-то явно нарушает Слово Божье и этого достаточно, чтобы исключить его из Царства благодати и славы, то служитель или проповедник, которому поручено это делать, должен изгнать его?»

 «Конечно, мы читаем или могли бы читать так; но что это значит?
 Как я уже говорил, это _кажется_, что у Церкви есть какая-то тень власти; но присмотритесь внимательнее, и иллюзия исчезнет. _Вся власть в руках проповедника._»[10]

«Я не понимаю, как такое возможно, ведь обвиняемый должен предстать перед судом общества».


«Давайте проследим за ходом судебного разбирательства по нашему делу
Предположим, и вы увидите не только то, как это может быть, но и то, как это _должно_ быть.
 Как юрист, я имею некоторый опыт в подобных делах.

 «Юный Маркман обвиняет старосту в клевете. Кому должно быть предъявлено обвинение? Старшему проповеднику. В его обязанности входит рассмотрение жалоб прихожан. А что, если он откажется рассматривать обвинение?» А что, если он скажет:
«Молодой человек, занимайтесь своими делами; я не верю ни единому вашему слову. Гораздо вероятнее, что вы, простой стажер, солжете,
чем этот добрый и благочестивый староста». На этом все и закончится.
лидер несёт ответственность _только_ перед проповедником, и если эта клевета была частью его отчёта как лидера, то никто другой не имеет права вмешиваться в это дело.

 «Проповедник может попытаться или отказаться пытаться, как ему будет угодно. Вот решение Конференции, изложенное Горри на странице 325, раздел 32: «Вправе ли проповедник отказаться вызывать обвиняемого члена Церкви на суд, если обвинения были выдвинуты уважаемыми членами Церкви?  Вправе, если есть достаточные основания, по которым он не должен этого делать».
И он должен быть единственным судьёй в этом вопросе.

«Но что, если под давлением общественного мнения он будет вынужден
провести суд? Суд должен проходить перед обществом, _или перед
избранной его частью_. Проповедник решает провести его перед _избранной
частью_. Это его привилегия, и _он_ определяет, сколько человек и
кто именно будет входить в эту избранную часть. Он заранее опрашивает
своих людей и выбирает тех, кто подходит для его целей». И если большинство членов комитета, выбранных им самим, не вынесут вердикт в соответствии с его пожеланиями, это будет действительно странно. Обвинитель не имеет права
возражать против любого, кого назначит прокурор; и юристы знают, что клиенты никогда не ожидают полного правосудия от «подставного» жюри.


«Но он не только выбирает присяжных, имея возможность заранее опросить каждого из них; он также председательствует в качестве _судьи_. Если обвиняемый или обвинитель возражают против кого-либо из присяжных, в его власти отклонить возражения, если он сочтет их необоснованными. (См. Горри, стр. 323.) Если появятся какие-либо доказательства, которые, по его мнению, не должны быть представлены, _он_ должен решить, следует ли их приобщить.
(См. выше, стр. 327.) «Являются ли вопросы, связанные с допустимостью
свидетельских показаний, вопросами права? Являются, и, следовательно, _председательствующий или судья должен принять решение о допустимости свидетельских показаний_.»

 «Теперь, когда у него есть право выбирать присяжных, определять все вопросы права и принимать решение о допустимости свидетельских показаний, какова вероятность того, что дело будет решено не так, как он считает нужным? Но если бы это было не так, то кто бы определял и назначал наказание? _Проповедник._
(См. Горри, как указано выше, стр. 323.)

«Таким образом, даже если человек будет признан виновным, дело всё равно остаётся в руках проповедника, который должен определить, каким должно быть наказание, и сам назначить его или воздержаться от назначения, как он посчитает нужным.

«Но если решение его собственного «присяжных, состоящих из его приближённых», под председательством которого он сам является судьёй по вопросам права и допустимости свидетельских показаний, будет противоречить его желаниям, то при таком раскладе он может либо просто _отказаться_ исполнять их вердикт — поскольку он является единственным исполнителем — либо забрать дело из их рук и передать его на новое рассмотрение в Ежеквартальный суд
Конференция, состоящая из его братьев-проповедников, которым будет трудно
поверить в его неправоту, а также из распорядителей, увещевателей и классных руководителей, назначенных им самим. Церковь или общество _не имеют права
РЕШАТЬ_ какой-либо вопрос, если только они не принимают решение в соответствии с пожеланиями проповедника.
Ведь мы читаем в главе IV, разделе 3, вопросе 2, ответе 4:
«Тем не менее, если в каком-либо из вышеупомянутых случаев мнение министра или проповедника будет отличаться от мнения большинства общества или избранной группы относительно невиновности или виновности обвиняемого,
в таком случае министр или проповедник может передать дело на рассмотрение
Конференции, которая проводится раз в квартал._’

«Теперь я спрашиваю, со всей добротой и уважением, — но я всё же не могу не спросить, — не является ли видимость власти, которой наделено общество при рассмотрении дел своих членов, всего лишь тенью, вводящей их в заблуждение и создающей у них представление о власти, которой у них нет? Позвольте мне, как адвокату,
выбрать присяжных из числа тех, с кем я уже общался; позвольте мне быть судьёй в этом деле и принимать или отвергать показания по своему усмотрению
Поступите со мной так, как считаете нужным, а затем позвольте мне принять решение о наказании, и пусть оно будет на моей совести. Я буду очень удивлён, если вы захотите подать апелляцию. Но позвольте мне, на случай, если я буду
недоволен, получить _второй_ шанс перед трибуналом, заинтересованным в
поддержании _моего авторитета_, большинство членов которого были назначены
мной, и перед всеми, чьё _официальное положение_ давало мне влияние и
авторитет, и я уверен, что мне не составит труда добиться вердикта, который
будет полностью соответствовать моим желаниям».

— Но, — воскликнула Теодосия, — если бы вы, как методистский проповедник, поступили так, как, по вашему мнению, поступил этот человек, церковь возбудила бы против вас дело и обвинила бы вас в попустительстве греху и нарушении долга.

 — Вовсе нет.  Церковь, то есть общество, может судить проповедника не больше, чем она может судить королеву Викторию.  Проповедник послан _управлять церковью_, а не подчиняться ей. Он не имеет над ним никакой власти. Он не несёт перед ним ответственности ни за свои должностные, ни за свои личные проступки. Он может лишь привлечь внимание своего старшего наставника или
епископ рассмотрит дело. А затем, если это было _какое-то преступление_, прямо запрещённое словом Божьим, старейшина или епископ созывали трёх других проповедников и начинали его судить; и, если его признавали виновным, отстраняли от проповедования до собрания Конференции, на котором проповедники, собравшиеся вместе, выносили окончательное решение по его делу.
 Видите ли, проповедника могут судить только _проповедники_. Но простое
нарушение церковной дисциплины, сопровождавшееся, как и в данном случае, искренними заявлениями о том, что им всё время двигало
Если бы он искренне желал блага Церкви и не испытывал при этом никаких эгоистичных чувств, то вряд ли его собратья-проповедники сочли бы это преступлением. Это была бы просто ошибка в суждениях. Если бы это вообще было замечено как проступок, то его отнесли бы к категории «неподходящих настроений, слов или действий». См. «Дисциплина», глава IV, раздел  i, вопрос. 5. «Что следует делать в случае проявления неуважения, выражающегося в словах или действиях?»


«_Ответ._ Лицо, допустившее подобное нарушение, должно получить выговор от своего начальника. В случае повторного нарушения, одного, двух или трёх
служители должны быть вызваны в качестве свидетелей. Если он не исправится, то будет судим на следующей ежегодной конференции, и, если его признают виновным и нераскаявшимся, он будет изгнан» и т. д.


«Итак, вы видите, что проповеднику следовало бы опасаться того, что его первым проступком такого рода станет выговор от старшего пресвитера.
[11]

«То, что истинной целью Дисциплины было лишить народ всякой реальной власти и передать её исключительно _проповедникам_, ещё более очевидно из того факта, что епископы дают ей
В качестве причины, своего рода извинения, за то, что мы разрешаем обращаться с апелляцией в Ежеквартальную конференцию, мы можем сказать, что она в основном состоит из _проповедников_.
Вот что они говорят; пусть люди запомнят это:

«Во всех случаях, упомянутых в этом разделе, допускается обращение с апелляцией на следующем ежеквартальном собрании. Хотя право на апелляцию не упоминается в последнем пункте, который касается сеяния раздора, оно, безусловно, подразумевается. Наша работа в настоящее время находится в зачаточном состоянии по сравнению с тем, чем, как мы надеемся, она станет благодаря благословению
Мы, Божьи _служители_, отвечающие за округа, не всегда можем быть такими же зрелыми и опытными, какими нам хотелось бы быть. Поэтому допускается обращение к ежеквартальному собранию для устранения этого недостатка. И никто не может возразить против этого. Никто, как нам кажется, не может себе представить, что _члены
класса_ или члены самого крупного _общества_ могли бы образовать
такой респектабельный и беспристрастный суд, как председательствующий старейшина, странствующие и местные проповедники, а также лидеры и управляющие _всего округа_. Но это совершенно недостижимо
дебаты в отношении тех, кто верит в священные писания и искренне почитает их. _Новый Завет не оставляет сомнений в том, что суд и порицание в рассматриваемых нами случаях должны принадлежать
СЛУЖИТЕЛЮ. Мы также не смогли бы оправдать наше поведение, наделив Ежеквартальную
Конференцию_ полномочиями принимать и рассматривать апелляции, _если бы она почти полностью не состояла из людей, в той или иной степени занимающихся
проповедью слова,_ за исключением управляющих.

«Помните, это то, что говорят сами _епископы_ в качестве объяснения
Дисциплина; и показывает, какой властью должны были обладать «люди».
(См. выше, стр. 337, 338.)

 «Таким образом, вы видите, что обществу, которое само по себе является независимой исполнительной властью законов Христа, ничего не остаётся, кроме как _платить_ проповедникам и спокойно подчиняться их контролю. Она не только не независима, но и зависит от епископа в вопросе о том, кто будет проповедовать с её кафедры, кто будет совершать таинства и будут ли вообще проповеди и таинства. Она зависит от проповедника, который не принадлежит к её кругу, которого она не выбирала и который не
Он несёт перед ней ответственность за своё личное или служебное поведение и решает за неё, кто будет членом её общины, кого принять, кого оставить, а кого изгнать. Или, если эта власть в какой-то мере разделяется с другими, то не с обществом или его представителями, а с Ежеквартальной конференцией, то есть с другими служителями, в равной степени независимыми от них, а также с увещевателями, управляющими и классными руководителями, ни один из которых не назначается Церковью, а избирается служителями.

“Но их подчинение добровольное, не так ли?” - сказал преподобный мистер
Стиптейн. “Их не принуждают к этому униженному подчинению, как вы, кажется,
считаете. Их епископы и проповедники правят по их свободному согласию”.

“Итак, ” ответил мистер Кортни, “ подчинение римско-католической церкви
Папе является добровольным подчинением - по крайней мере, на этой земле. Но он _должен_ подчиниться или _перестанет быть католиком_; а методист _должен_ подчиниться или _перестанет быть методистом_. Позвольте мне сказать, что ваша система — это СИСТЕМА УПРАВЛЕНИЯ для духовенства и _подчинения_ для народа. Они
могут взбунтоваться. Они могут потребовать власти, основанной на Слове Божьем, которая требует, чтобы они склонили голову под церковное ярмо. Они могут спросить, что
имел в виду Иисус, когда сказал: «Не называйте никого на земле своим господином!» Они могут поинтересоваться, кто дал епископу власть распоряжаться Божьим наследием. Они могут потребовать разъяснить, по какому праву Дисциплинарный комитет отобрал власть у _Церкви —_ местного сообщества верующих людей — и передал её служителям, епископам или Конференции. Но если кто-то так поступит, он будет подвергнут исключению. Он должен подчиняться руководству методистской церкви.
Дисциплина. Если какая-либо церковь будет постоянно отказываться принимать проповедника, посланного епископом, или осмелится нанять того, кого епископ не посылал, или откажется выполнять какие-либо постановления Конференции, содержащиеся в Дисциплине, то, знайте, она недолго будет частью методистской церкви. Если она не _подчинится_, то выйдет из объединения. Слава Богу, это всё принуждение, которое может использовать любая религиозная организация в этой стране свободы. Но хватит об этом. Полагаю, вы, сэр, не станете утверждать, что
Методистское общество — это местная независимая организация, или же Методистская церковь состоит из таких организаций.
Поэтому мы можем перейти к следующему пункту.
— А именно, — сказала Теодосия, — истинная церковь _имеет своим
Царем и Законодателем только Христа и в вопросах религии подчиняется только ему._

«Признаёт ли методистский церковный истеблишмент, рассматриваем ли мы его как единое целое, называемое «церковью», или как местные общины, называемые «обществами», какого-либо другого законодателя, кроме Христа?»

— Этот вопрос, — сказал мистер Перси, — сводится к другому, а именно: признаёт ли она власть Генеральной конференции в принятии правил, которым она, как церковь, обязана подчиняться?  Могут ли её служители и её общества игнорировать дисциплину, установленную конференцией, и обращаться только к _Библии_ за наставлениями по церковным вопросам? Я был бы рад, сэр, — (обращаясь к председательствующему старейшине) — если бы вы могли направить нас к какому-нибудь авторитетному источнику,
который позволил бы нам окончательно решить этот вопрос, прежде чем мы пойдём дальше.

— Едва ли есть необходимость, — ответил преподобный мистер Ститпэйн, — напоминать вам, что методисты обращаются к Библии в поисках веры и практики. Мы постоянно обращаемся к слову Божьему, и наше желание во всём — повиноваться Господу, а не людям. За это нас поносили. За это нас преследовали. За это сегодня наши имена порицаются как злые. Ни один народ не страдал больше за свою совесть, чем бедные, презираемые и оклеветанные методисты».

 «Тогда, как я понимаю, вы хотите сказать, что вы, методисты, _ничем не обязаны
_послушание_ любому закону, который не был установлен Христом или апостолами и не записан в Слове Божьем.
Таким образом, поскольку Дисциплина отличается от Священного Писания, вы, как методисты, _не обязаны_ подчиняться её требованиям, а если _откажитесь подчиняться_, то всё равно останетесь в общине и сможете пользоваться всеми привилегиями других методистов. Я рад это слышать, потому что, признаюсь, мы
были другого мнения по этому поводу. Мы думали, что методистский _проповедник_ обязательно должен «помнить» и
«_Обращайте внимание на каждую деталь в ДИСЦИПЛИНЕ, большую и малую_,» независимо от того, можете ли вы найти эту деталь в Слове Божьем или нет; что он должен не «_изменять правила, а соблюдать их_,» независимо от того, можете ли вы найти их в Библии или нет. В _некоторых_ церквях существует обычай вручать молодому проповеднику _Библию_, когда он приступает к своей работе, с наставлением изучать _её_ и руководствоваться её учением. У нас сложилось впечатление, что на вашей «Ежегодной конференции» его принимают на испытательный срок, выдавая ему _форму ДИСЦИПЛИНЫ_, на которой написано следующее:
А. Б.: _Вы считаете своим долгом призывать грешников к покаянию. Докажите это в полной мере, и мы будем рады принять вас как соработника._
(_Дисциплина_, глава ii., раздел viii., вопрос 1, ответ. 3.) И когда вы «принимаете его в полное сообщество», вы делаете это, вручая ему ещё один экземпляр «Дисциплины», на котором написано: «Пока ты добровольно соглашаешься следовать этим правилам и искренне стараешься их соблюдать, мы будем рады признать тебя своим соработником». («Дисциплина», глава II, раздел
viii., вопрос 3, ответ 1.) Мы думали, что вы никогда не спрашивали его, _имел ли он
изучал Библию или нет_; но вы позаботились о том, чтобы узнать, «читал ли он свод правил», «был ли он готов следовать _им_;»
 «знал ли он _правила общества_ и _групп_, и соблюдал ли он _их_.» Короче говоря, у нас сложилось впечатление, что его долгом было _подчиняться правилам_, а не Библии. Мы рады слышать, что это не так. Мы рады, что каждый член Церкви и каждый служитель могут свободно обращаться к Библии и руководствоваться _Дисциплиной_ только в том случае, если он находит её требования изложенными в Библии».

— Хотел бы я, сэр, — воскликнул мистер Кортни, — чтобы все ваши служители и все ваши прихожане могли понять это таким образом. Это могло бы побудить _некоторых_ из них потрудиться и _поиска;ть в Священном Писании_ те тексты, на которые опирались составители Дисциплины и которые они не удосужились нам предоставить. Если бы
их _всех_ можно было убедить сделать это, с твёрдой решимостью
не принимать ничего _как обязательное к исполнению_, что они не
смогли бы найти _прямо прописанным в Библии_, система не просуществовала бы и года. Я бы хотел, чтобы
Например, чтобы увидеть, как все они начинают искать тот текст, который наделяет ваших проповедников правом исключать из Церкви тех, кто в течение шести долгих месяцев убедительно доказывал, что является истинно верующим (при условии, что испытательный срок не является членством в Церкви), или принимать в Церковь тех, кто не обратился в веру, при условии, что они являются членами Церкви. Конечно, вы верите, что существует _по крайней мере ОДИН такой текст_, иначе вы не могли бы считать это положение _Дисциплины_ имеющим какую-либо обязательную силу. Если оно _НЕ имеет авторитета Священного Писания_, то должно быть недействительным
и не имеет силы как обязательный закон для Церкви Христовой; а если _он
фактически ПРОТИВОПОЛОЖЕН_ закону, изложенному в Священном Писании, то принуждать к его исполнению или подчиняться ему — _страшный грех_ против Бога. Это организованное, преднамеренное, систематическое и упорное _восстание_ против прямых требований Того, кто
один имеет право устанавливать законы для Своей Церкви».

— Это сильные выражения, сэр, — ответил преподобный мистер Ститпэйн. — Они применимы к служителям и членам христианской церкви, которая, осмелюсь сказать, воплощает в себе столько же искреннего благочестия, сколько и
такая же искренняя любовь к Спасителю и такая же готовность повиноваться Его воле,
как и у любого другого народа на земле».

«Я знаю, что это так. Я использовал сильные выражения, потому что того требует смысл. Я имею в виду _всё_, что я сказал; и ни вы, ни какой-либо другой добросовестный человек не осмелятся отрицать, что _всё_, что я сказал, является строгой и буквальной правдой, в соответствии с простым и естественным значением слов. Я бы с уважением попросил вас сказать, не будет ли это
 СТРАШНЫМ ГРЕХОМ — актом высокомерного ПРОТЕСТА против Христа — _ради
Господа_ из _его Церкви_ взяли на себя право принимать в
церковную общину тех, кого ОН _не_ уполномочил принимать, и исключать
тех, кого Он требовал принять. И если у вас есть право исключать
истинного верующего в течение шести месяцев, у вас есть такое же право
исключать его в течение шестнадцати или шестидесяти месяцев. Таким
образом, это зависит от вас, как от
Методистский священник, чтобы продемонстрировать _свой авторитет_, ссылается не на _Дисциплину_, а на СЛОВО БОЖЬЕ. Конечно, вы думаете, что у вас _есть_ такой авторитет.
 Такие добрые и благочестивые люди, как методисты, не стали бы _сознательно_ бунтовать
против законов Царя в Сионе. Я бы хотел, чтобы вы поискали его. С вашего позволения, я бы хотел помочь вам найти его _сейчас_!
 Вот Библия. Не могли бы вы указать мне на текст, на который опираются
 методисты как на авторитетный источник этого закона Дисциплины?

 С этими словами мистер Кортни протянул ему Библию, и все стали ждать, когда он откроет её и найдёт нужный текст.

«Создатели Дисциплины, — ответил Старейшина, не открывая Библию, — не сочли нужным обременять её ссылками на главу и стих, в которых, по их мнению, содержится авторитет для каждого из
его положения, и, следовательно, разные люди теперь могут полагаться на разные тексты — кто-то на один, а кто-то на другой. На какие тексты будет полагаться большинство методистов, я не знаю.


— Что ж, я легко удовлетворюсь: мне нужен только _один_ текст, на который может положиться любой методист. Я прошу лишь об _одной заповеди_:
принять необращённых или _одной заповеди_: не принимать в течение шести месяцев обращённых, которые хотят быть принятыми. Или, если такой заповеди нет, я прошу лишь об _одном примере_: святого или грешника, ищущего или верующего.
был принят апостолами на испытательный срок в шесть месяцев. Я прошу лишь об _одном упоминании_ или _одной_ отсылке к христианской церкви, в которой часть членов была на _испытательном сроке_, а часть — _полноправными_ членами.

 — Ну что вы, сэр, — воскликнула жена старейшины, — я могу привести вам пример принятия _трёх тысяч_ членов _до того, как они заявили о своём обращении_. Пятидесятницакающиеся грешники были _всего лишь осуждены_. Их сердца были уязвлены, и они вскричали: «Люди и братья, что нам делать?»
Брат Горри в своей «Истории методизма» на странице 172 пишет:
«Очевидно, что эти люди не были верующими в том смысле, что они не были возрождёнными, если только возрождающая вера не предшествует покаянию в грехе.
Ведь сначала они должны были покаяться, а затем креститься, то есть
_для того, чтобы_ получить прощение грехов, и, в-третьих, в результате такого покаяния и крещения они должны были получить дар Святого Духа
Дух». Итак, если Пётр принял кающегося грешника и крестил его,
приняв в Церковь, чтобы сделать его христианином, то почему мы не можем сделать то же самое? Мы просим грешника, желающего спасения, прийти в Церковь и обрести его в
причастии и других средствах благодати; но если он не обретёт его
за шесть месяцев, мы будем считать, что он не настроен серьёзно,
и отправим его восвояси, если только он не почувствует, что хотел бы
попробовать ещё шесть месяцев».

«Интересно, — сказала Теодосия сама себе, — не могла бы она показать нам, сколько из этих трёх тысяч _было брошено_ классным _руководителем_ Питера в
в конце шестого месяца; и скольких из них он рекомендовал для полноправного членства?» Но она была слишком вежлива, чтобы высказать свои мысли вслух, и мистер.
Кортни просто ответил:

«Отрывок, на который вы ссылаетесь, мадам, сам по себе является убедительным доказательством того, что _истинное_ раскаяние и спасительная вера всегда идут рука об руку, ведь хотя
Пётр повелел им покаяться и креститься, но _сам не крестил_ и не принимал в Церковь никого, кроме тех, «кто _с радостью_ принимал слово»; а _радостное_ принятие слова предполагает _веру_ в это слово. Пётр _не принимал_ их как простых раскаявшихся грешников.
_спрашивая_, что им нужно делать, — как это делает ваша Церковь. Они уже были серьёзны; уже были встревожены; уже _спрашивали_ самым искренним образом; уже _кричали_ как самые решительные _искатели_. Но этого было недостаточно. Они должны были не только _осознавать свой грех_, но и _раскаиваться в нём_, а истинное _раскаяние_ подразумевает истинное обращение и обязательно подразумевает истинную веру, предшествующую ему или сопутствующую ему. Ибо спасение
снова и снова обещается _кающимся_, и всё же Господь прямо говорит: «Кто не _уверовал_, тот будет проклят»

«Но вопрос, который стоит перед нами сейчас, заключается не в том, принимал ли Пётр невозрождённых грешников и делал ли их христианами через крещение, а в том, принимал ли он их или кого-либо ещё на _испытательный срок в шесть месяцев_? с
пониманием того, что, если все стороны не будут удовлетворены, они могут
спокойно уйти или так же спокойно «_быть исключёнными_» по истечении этого срока.

«Но всё же эти люди не были приняты апостолами в Церковь как грешники, чтобы _там_ возродиться и стать детьми Божьими и наследниками славы посредством какой-то церковной _церемонии_.
Они были присоединены к
Церковь, потому что они свидетельствовали о том, что они _уже были обращены,
возрождены и спасены_, как вы можете узнать из последнего стиха той же главы, на которую вы ссылаетесь (Деяния 11), где вы читаете: «Господь
ежедневно приумножал Церковь», не _ищущих_, не _проходящих испытание_, а
«тех, кто должен быть спасён», что в оригинале звучит просто как «_спасённых_.». Сначала они обрели _безопасность_ через веру во Христа, а затем
были допущены к привилегиям Церкви, потому что уже принадлежали к числу спасённых, а не для того, чтобы они могли стать таковыми.
Поскольку они присоединялись _ежедневно_, то, конечно, _тогда_ не требовалось _шести месяцев_, чтобы попасть в Церковь, и если апостолы когда-либо вводили такое правило, то это произошло уже после этого.

 «Если мы обратимся к Самарии и прочитаем, что множество мужчин и женщин уверовали и сразу же крестились, то можем быть уверены, что там не было шестимесячного испытательного срока.  И мы не слышим ни о чём подобном в
В Антиохии, или в Коринфе, или в Эфесе, или в любом другом месте, где в Писании упоминается какая-либо церковь. Пётр не принял Корнилия
испытательный срок; Филипп не принял евнуха на испытательный срок; Павел не принял Лидию на испытательный срок; он также не принял на испытательный срок тюремного надзирателя.
 Как только они засвидетельствовали свою _веру_ во Христа, они сразу же были приняты в _полноправные_ члены Церкви, и до тех пор, пока они этого не сделали, никто не был принят в члены Церкви.

— Итак, мадам, ваш добрый муж считает, что, будучи методистом, он, как и епископы над ним, и проповедники под ним, не связан никакими законами Дисциплины, которые не основаны на слове Божьем.
Надеюсь, вы убедите его никогда больше не одобрять
допускать простого _искателя_ к церковным привилегиям в качестве испытательного срока и
незамедлительно принимать в _полноправные_ члены каждого заявителя, который демонстрирует _истинную веру_. Однако, если он решит подчиняться Библии, а не Дисциплине, я предвижу, что это будет стоить ему не только должности старейшины, но и _членства_. Он _не может сделать это и остаться в методистской церкви_; и никто не знает этого лучше, чем он сам».

— Конечно, сэр, я бы не _хотел_ оставаться в методистской церкви, если бы не мог искренне соглашаться с её доктриной и соответствовать ей
его правила. Каждое добровольное объединение имеет право самостоятельно определять условия членства и требовать от тех, кто вступает в него по собственному желанию, соблюдения этих правил.


 — Нет, сэр, прошу прощения, если кажусь противоречащим вашему утверждению.
 Но Церковь Иисуса Христа _не имеет права_ устанавливать или изменять условия вступления или сохранения членства. Они были созданы для неё её Господом; она была устроена по _его_ условиям и должна всегда ими руководствоваться. Если какое-либо объединение, называемое Церковью, создало
_другие условия приёма_, отличные от тех, которые =он= установил, это, конечно же,
не _его Церковь_, потому что в _его_ Церковь _все его люди_ могут прийти
на ЕГО условиях.

«Но, сэр, это лишь _один момент_, в отношении которого вы обязаны
повиноваться Дисциплине, а не Библии, Конференции, а не Господу Иисусу. Позвольте мне обратить ваше внимание на другой момент».

«Конечно, и с большим удовольствием; я люблю слушать ваши рассуждения. Мне приятно знать, что вы, баптисты, думаете о нас. Я никогда раньше не слышал, чтобы об этом говорили так открыто. Надеюсь, вы ничего не утаите.
Это в вашем сердце, потому что, если я не обманываюсь, я искренне желаю знать истину и повиноваться ей».

 «Тогда вы не будете сердиться на меня, сэр, если я попрошу вас привести мне из Священного Писания какой-нибудь авторитет, подтверждающий, что _посещение собраний класса_ является условием _продолжения членства_ в Церкви, даже после принятия в полноправные члены». Заметьте, я говорю не об учреждении классных собраний, а о том, что посещение их является условием _членства в Церкви_. Вводил ли Господь Иисус сам или через своих апостолов _это_ в качестве условия когда-либо и где-либо?
членство в ЕГО Церкви? Разрешал ли он или они когда-либо, словом или делом,
выгнать одного из его детей из ЕГО Церкви _за непосещение занятий_?
То, что Дисциплина не только разрешает, но и _требует_ от вас этого, вы увидите, обратившись к главе IV, разделу 3:

 «ВОПРОС 1. Что нам делать с теми членами нашей Церкви, которые умышленно и неоднократно пренебрегают посещением своих занятий?»

«ОТВЕТ 1. Пусть старейшина, дьякон или один из проповедников навещает их, когда это возможно, и объясняет им, что их ждёт, если они продолжат пренебрегать своими обязанностями, а именно — исключение».

«2. Если они не исправятся, пусть тот, кто отвечает за округ или станцию, представит их дело обществу или избранной группе, перед которой они должны предстать.
И если они будут признаны виновными в умышленном пренебрежении, то по решению большинства членов, перед которыми было представлено дело, пусть они будут отстранены, и пусть проповедник докажет, что они исключены за нарушение наших правил, а не за аморальное поведение».

— Да, сэр, вы правильно цитируете. Похоже, вы знаете наши правила почти так же хорошо, как если бы сами были методистом. И я скажу вам откровенно
К сведению ваших друзей сообщаем, что мы привыкли
применять это правило везде, где того требует ситуация, и всегда считали его важнейшей частью нашей церковной дисциплины. Если член церкви умышленно и упорно пренебрегает «_классом_», он, как правило, становится жалким методистом; он нам малоинтересен».

Но сейчас у нас такой вопрос: вы говорите, что как методист не обязаны подчиняться никакому закону, кроме закона Христа.
И всё же вы говорите, что человеку нельзя оставаться в вашей церкви
тот, кто не подчиняется этому закону, требующему еженедельного посещения собраний класса. Следовательно, либо вы совершенно заблуждаетесь на этот счёт, либо Христос Иисус сам или через своих апостолов учредил собрания класса и сделал регулярное посещение их условием членства в _его Церкви_. Если он этого не сделал,
то вы установили для _своей_ церкви иные условия членства,
чем те, которые он установил для _своей_ церкви; и, следовательно, _ваша_ церковь — это одно, а ЕГО церковь — другое, и по крайней мере в одном отношении они сильно отличаются.

«Несомненно, вы делаете это условием членства. Несомненно,
человек не может сознательно отказаться от посещения «_занятий_» или пренебречь ими без риска быть исключённым из Церкви; и единственный вопрос, который нам остаётся решить, заключается в том, были ли собрания в классах предписаны Христом и является ли регулярное посещение их обязательным условием членства в Церкви».

«Если это избавит вас от беспокойства по этому поводу, — ответил преподобный мистер Ститпэйн, — я честно признаюсь вам, что мы, методисты, никогда не утверждали, что создание класса было
Божественной власти. Наши авторы снова и снова заявляли, что это
возникло из предложения, сделанного капитаном Фоем, одним из первых
обращённых в методизм, и было перенято у него преподобным Уэсли. Наш
брат Дж. Майли в своей работе под названием «_Классные собрания_» прямо
говорит, что «мы рассматриваем наши классные собрания просто как
разумное правило. Сам мистер Уэсли так их и называл. Это обычай, который ввела сама наша Церковь». С. 73.

 «То же самое говорит наш брат Чарльз Ки в своём «_Руководстве для классных руководителей_»
Он совершенно ясно заявляет, что «не утверждается, что этот институт был установлен Богом или что в той конкретной форме, в которой он существует у методистов, он существовал в первоначальной Церкви». С. 19.

«Наш брат Горри в своей превосходной «_Истории методизма, каким он был и есть_,» говорит, что вопрос о том, намеревался ли мистер Уэсли когда-либо сделать собрания классов обязательным условием членства в церкви, не обсуждался широко и не был окончательно решён».
 И сейчас, похоже, не имеет значения, что намеревался сделать мистер Уэсли. Это
безусловно, _является_ условием членства, независимо от того, задумывал он это или нет; и мы выступаем за это просто потому, что это полезно и необходимо для чистоты и процветания наших Церквей».

 «Но какое право вы имеете делать это _условием_ _членства_, если Христос этого не требовал?» — спросила Теодосия.

«Те, кто становится методистами, мадам, знают наши правила и, присоединяясь к нам, соглашаются их соблюдать. У них нет причин жаловаться, если они откажутся и будут исключены».

 «Если бы вы утверждали, что являетесь не более чем _человеческим обществом_», — сказал мистер
Кортни, «подобно «Сынам воздержания», или «Вольным каменщикам», или «Странникам», вы, безусловно, имели бы право устанавливать собственные условия членства, и те, кто не желал им соответствовать, могли бы держаться в стороне. Но вы утверждаете, что являетесь _Церковью Христа и Бога_. Закон Христа требует, чтобы весь его народ объединился с _его Церковью_, а его Церковь должна принимать и удерживать их на определённых условиях, установленных _им самим_. _ОН ОПРЕДЕЛИЛ, какие качества дают право на поступление, а за какие проступки их следует исключать._
Но вы, похоже, считаете себя мудрее своего Учителя и не только
осмеливаетесь устанавливать новые сроки и условия для вступления, но и
новые условия для продолжения членства. Вы можете называть это мудростью; вы можете оправдывать это тем, что, по вашему мнению, это идёт на пользу Церкви. Но Христос скажет вам, как вы говорите своим проповедникам: «_Не исправляйте МОИ правила, а соблюдайте их._’ Вы никогда не сможете улучшить планы, разработанные Бесконечной Мудростью,
а добавление или исключение из ЕГО условий членства в Его Церкви
является злостным _восстанием_ против власти Короля. Если ваша Церковь
Итак, если ваша конференция меняет условия членства, она меняет условия членства в _Церкви Христа_ — условия, установленные самим Христом. Она ставит себя _выше_ Царя. Она претендует на право отменить то, что Христос сделал в своей Церкви. Она отменяет и аннулирует закон Христа. Возможно, она сделала это с самыми благими _намерениями_, но от этого бунт не становится менее дерзким. Мой надзиратель, который не подчиняется моим прямым приказам и заставляет моих слуг делать то же самое, может сослаться на то, что _он_ думал, что я
Он сказал, что мои приказы были неразумными или несовершенными и что он уверен, что его действия наилучшим образом послужат моим интересам. Но это не менее чем _неповиновение_. Его дело — _повиноваться_, и он должен считать само собой разумеющимся, что я способен заботиться о своих интересах и знаю, чего хочу.

«Ты можешь _думать_, что ты мудрее своего Учителя; ты можешь думать, что ты
более компетентен в вопросах членства в его Церкви, чем он сам; и поэтому ты можешь честно попытаться изменить его план и
Вы можете улучшить его требования, но, поступая так, вы отвергаете его авторитет, вы _восстаёте_ против его власти, более того, вы узурпируете прерогативы Законодателя и ставите себя на место Бога.

 — Но разве Христос, — спросила миссис Стиптейн, — не предоставил своим служителям определённую свободу в изменении и модификации несущественных обрядов и церемоний его Церкви по их усмотрению?

— Думаю, нет, мадам; но если бы и были, то эти вещи, определяющие само право на членство, не относятся к необязательным обрядам и
Церемонии. Они жизненно важны для самого существования Церкви. Что бы
Христос ни оставил неопределённым в отношении своей Церкви, он определённо не оставил неопределёнными условия приёма или членства. Они были фиксированными и однозначными. Они должны быть одинаковыми во все времена и везде.

«Если его служители имеют право _добавить одно условие_, они имеют такое же право добавить десять. Если они могут требовать посещения «занятий» раз в неделю,
то они могут с таким же успехом требовать еженедельной исповеди перед священником или еженедельного чтения определённой главы «Дисциплины».
неделю, или чтение «Христианского адвоката» и «Журнала», или
соблюдение каждой пятницы как дня поста. И если они могут _добавлять_ какие-то новые условия, то они могут изменять или отменять старые. Они могут
отказаться от исповедания веры и не только изменить обряд крещения, но и полностью отказаться от него или от любой его замены. Если
они могут изменить условия приёма и членства _один раз_, то могут сделать это дважды, или трижды, или семь раз, или семьдесят раз по семь. Сегодня они могут принять один класс людей, а завтра — другой.
объявите их недостойными. Сегодня они могут позволить части своих
членов пользоваться всеми привилегиями церкви, не подозревая о
каких-либо нарушениях, а завтра могут принять закон, который изгонит
их в мир и отдаст во власть сатаны.

 «Но вы же не можете полагать,
сэр, — ответила дама, — что существует хоть малейшая вероятность того,
что _методистская церковь_ будет так произвольно распоряжаться
привилегиями своих членов».

— Если вы пообещаете, мадам, что вы и ваш добрый муж не будете сердиться на меня за прямоту, я обязуюсь _доказать_
Я покажу вам, что они _делали это_ снова и снова. Я покажу вам на примере разных изданий вашей собственной Дисциплины, что вы _меняли_ условия приёма или членства по меньшей мере полдюжины раз за несколько лет существования вашей Церкви.


— Я уверена, сэр, что наше любопытство поможет нам сохранять хорошее настроение.


— Конечно, — воскликнул её муж, — мы будем очень признательны мистеру
Кортни, пожалуйста, поделитесь с нами любой информацией, которую вы можете предоставить об истории методистской церкви. Что касается его прямоты в высказываниях,
мы уже дали ему понять, что нас это не задевает. По правде говоря, мне это _нравится_: я _люблю_ слушать, как человек прямо говорит всё, что у него на сердце.


— Тогда, — продолжил мистер Кортни, — я буду говорить откровенно. Я знаю, что иногда бываю прямолинеен, даже груб, и благодарю вас за то, что вы добродушно переносите мои резкие высказывания (какими бы резкими они вам ни казались).
— Что заставляет меня сказать...

 — Не стоит извиняться, мистер Кортни, продолжайте свой аргумент.

 — Ну, сэр, ваша Церковь _как Церковь_ существует с
Балтимор, штат Мэриленд, около Рождества 1784 года.
Таким образом, ему ещё не исполнилось и ста лет.
 Он был создан тогда и там шестьюдесятью проповедниками, которые в «Протоколах конференции», опубликованных в 1785 году, пишут:
«На этой конференции было единогласно решено, что обстоятельства вынуждают нас стать отдельной организацией под названием “Методистская епископальная церковь”».
Церковь». И снова они говорят: «Мы образовали независимую
Церковь». С этого момента я буду вести счёт изменениям. Если вы
Я заявляю о более раннем происхождении и прошу разрешения вернуться к тому, что в вашей дисциплине называется «Возникновением методизма», в 1729 году. Я найду много других упоминаний. Но поскольку вы не _называли_ себя _Церковью Христа_ до 1784 года, я считаю справедливым взять эту дату за отправную точку.

 «А теперь вот эта небольшая книга на 364 страницах, изданная Лейном и Скоттом, №
200 Малберри-стрит, Нью-Йорк, 1851 год. Книга под названием «_История дисциплины_» Роберта Эмори, который, как я узнал из предисловия, был методистом и методистским священником и который, безусловно,
Он внёс наиболее ценный вклад в литературу вашей конфессии. Чтобы наши друзья здесь могли точно понять характер этой работы и увидеть, насколько можно доверять её утверждениям, я прочту вам отрывок из
«ПРЕДИСЛОВИЯ.

«Когда молодой методистский проповедник в соответствии с требованиями руководства своей церкви приступает к изучению её
Дисциплины, ему интересно узнать, когда и кем была составлена эта Дисциплина. Из самой книги он узнаёт, что Генеральная
конференция обладает «полными полномочиями по установлению правил и положений» в соответствии с
определённые «ограничения и запреты»; но кто ввёл эти «ограничения и запреты» и в какой степени Генеральная
Конференция использовала свои полномочия? Есть внутренние свидетельства того, что нынешняя
Дисциплина не была создана в одночасье. В какие периоды были введены её отдельные части и каким изменениям они подверглись?

Это не только любопытные вопросы, но и часто важные для правильного толкования. Однако студенты, как правило, не могут получить по ним удовлетворительную информацию. В наших гражданских правительствах
Законы разбросаны по нескольким томам, которые время от времени публикуются, и поэтому все они сохранились.
Но в Методистской епископальной церкви Дисциплинарный устав, пересматриваемый на каждой Генеральной конференции, является самодостаточным и заменяет собой все предыдущие издания, которые больше не используются.
Так продолжалось почти шестьдесят лет с момента основания церкви, и Дисциплинарный устав претерпел около двадцати изменений. Где же тогда
Куда студенту обратиться, чтобы найти эти последующие издания? Если он обратится в библиотеки старших проповедников, их там не окажется: в библиотеку Книжного концерна их тоже не будет: в архивы Генеральной
Конференции их тоже не найти. Отчаявшись в своих поисках, он, возможно, обратится к журналам Генеральной
Конференция (хотя, исходя из характера дела, это привилегия, которой могут воспользоваться лишь немногие)
но здесь он обнаружит, что все записи до 1800 года отсутствуют, а те, что были сделаны после этой даты, не содержат достоверной информации
информация об изменениях в Дисциплине; поскольку в
изменениях содержатся ссылки на главу, раздел, вопрос, страницу
и т. д., которые невозможно понять, не имея при себе копии их
Дисциплины. Кроме того, поскольку на каждой Генеральной
конференции последующая публикация Дисциплины поручается комитету,
наделенному полномочиями (часто в значительной степени дискреционными)
в отношении отбора, расположения и формулировки отдельных частей,
в журнал не вносятся отчеты о его работе.

«Смущение, которое, как предполагается, испытывает студент, изучающий дисциплину, в точности такое же, какое испытывал сам автор.
Столкнувшись с такой дилеммой, он попытался собрать для себя набор различных дисциплин.
Ему посчастливилось оказаться в одном из первых центров методизма в этой стране, и он спас одну старую
Дисциплина за дисциплиной покидали своё тёмное пристанище, пока, наконец, за одним исключением, серия не была завершена и я не получил огромное удовольствие от изучения оригинальных документов
сами по себе, развитие Дисциплины от первой простой серии вопросов и ответов до её нынешней более сложной структуры, состоящей из частей, глав и разделов. Собранный таким образом материал не мог быть доступен всем. Поэтому автор решил, что окажет услугу изучающим Дисциплину в целом и особенно своим собратьям по служению, опубликовав результаты своих исследований в сжатой форме. Так появилась на свет эта работа. При его создании автор не преследовал никаких целей
более чем безупречная точность в изложении фактов и
наиболее ясное изложение, какое только допускает характер дела.…
Изменения в форме и изложении Дисциплины отмечены в первой книге, а во второй — изменения в её содержании. Чтобы эти последние можно было изложить как можно точнее, _приводятся сами слова Дисциплины_.’

— Итак, вы видите, — сказал мистер Кортни, отрываясь от книги, — что перед нами
сами слова Дисциплины, процитированные методистским священником для наставления своих собратьев и точно показывающие
какие изменения вносились время от времени. Я предлагаю следить за этим.
эти изменения только в той мере, в какой они изменяют условия приема в Церковь
и условия членства после приема.

Давайте теперь обратимся к странице 26 и рассмотрим дисциплину 1784 года, которая
была первой. И вот в самом начале появляется заявление, которое
показывает, насколько мало ценился авторитет Христа, и доказывает, что, хотя теперь она и называлась Церковью Христа, она по-прежнему была Церковью Уэсли.


«ВОПРОС 2. _Что можно сделать для будущего объединения методистов?_

«ОТВЕТ. _При жизни преподобного мистера Уэсли мы признаём себя его сыновьями в Евангелии, ГОТОВЫМИ В ВОПРОСАХ ЦЕРКОВНОГО
УПРАВЛЕНИЯ ПОВИНОВАТЬСЯ ЕГО ПРИКАЗАМ._»

 «Такое пренебрежение словом Божьим или властью Христа полностью соответствовало решениям первой Конференции, состоявшейся в Америке одиннадцатью годами ранее. (См. стр. 9.) «Методистские общества
изначально руководствовались Общими правилами, составленными
Уэсли в 1743 году, и положениями, принятыми на ежегодных конференциях,
которые проводились с 1744 года. Эти положения были впервые опубликованы в
Протоколы велись из года в год. Впоследствии они были собраны воедино и напечатаны с небольшими изменениями в брошюре под названием «Большие протоколы». Те же правила и положения, насколько это было применимо к их условиям, регулировали деятельность методистских обществ в Америке с момента их основания в 1766 году. _На первой конференции в
1773 году проповедники официально признали_ «учение и дисциплину методистов», изложенные в «Английских протоколах», «_ЕДИНСТВЕННЫМ
правилом их поведения_». (Ответ на вопрос 2, стр. 10.)

«Итак, определяя форму правления, они не ссылались на Священное Писание, но говорили: «Следуя совету Джона Уэсли, который рекомендовал епископальную форму правления, мы решили, что будет лучше стать епископальной церковью».


Но это не имеет отношения к нашей нынешней цели. Мы хотим внести изменения в условия приёма и членства. И, во-первых, на странице 17 говорится, что новых членов общества должны были принимать только после трёхмесячного испытательного срока. Но как только была создана _Церковь_, она изменила этот закон. А на странице 35 мы читаем: «Как нам предотвратить
Как предотвратить проникновение в общество неблагонадёжных лиц? Ответ. Не выдавайте билеты никому, пока их не порекомендует лидер, с которым они встречались не менее _двух_ месяцев. _Это было всем_, что требовалось для членства в Церкви в течение первых пяти лет. Любой мог стать членом Церкви без дальнейших формальностей, если лидер подтверждал его благонадёжность в течение _двух_ месяцев, а _проповедник_ принимал его. Не было ни
_крещения_, ни _исповедания_ веры, ни экзамена перед
обществом — ничего, кроме _двухмесячного_ испытательного срока; но в 1789 году
Конференция постановила, что они должны ждать ещё четыре месяца, и испытательный срок был увеличен до _шести_ месяцев, как и сейчас. Но по-прежнему не было ни _крещения_, ни _исповедания веры_, ни экзамена перед вступлением в общество. Ни с кем не советовались, кроме проповедника, и он принял решение по
рекомендации _лидера_ после шестимесячного испытательного срока в
соблюдении _рулей_; и эти правила, хотя они требуют строгого
мораль и соблюдение внешних религиозных форм не говорят ни слова
ни слова об истинном покаянии перед Богом, ни о вере в Господа Иисуса
Христос”.

— Конечно же, мистер Кортни, вы неправильно поняли автора. Он не мог иметь в виду, что методистская церковь принимала в свои ряды членов без _крещения_ или какого-либо исповедания веры в течение пяти лет.

 — Да, мадам, так и было — _не в течение пяти лет, а БОЛЕЕ ЧЕМ В ТЕЧЕНИЕ ПЯТИДЕСЯТИ ЛЕТ._ Испытательный срок был продлён до пяти лет; но только через _пятьдесят два_ года после его основания в Балтиморе, в 1784 году, — только в 1836 году — крещение стало обязательным условием для вступления в общину.
Вам это, несомненно, покажется очень странным. Это _странно_, даже для
Я в изумлении; но, тем не менее, это прискорбно правдивая история. Вот книга; вы можете прочитать её сами. (С. 182.)

«1856. _Теперь для вступления в Церковь требовалось, чтобы кандидаты были крещены._»

«Если это было требованием и раньше, то как тогда, в 1836 году, это могло быть «сделано требованием»?

«Итак, как вы видите, в течение пятидесяти двух лет методистская церковь требовала в качестве условия членства только двухмесячный испытательный срок в течение первых пяти лет и шестимесячный испытательный срок в течение остальных тридцати семи лет. Но в течение
всё это время _ни крещения, ни исповедания веры_ не требовалось. И только в 1840 году,
через четыре года после того, как крещение стало обязательным условием для вступления в церковь, потребовалось какое-либо исповедание веры. На той же странице вы можете прочитать:
182:

«1840 год. К требованиям для вступления в церковь было добавлено следующее:

«И должны будут, по рассмотрении ответственным священником, перед Церковью дать удовлетворительные заверения как в правильности своей веры, так и в готовности соблюдать и исполнять правила Церкви».


Теперь, без дальнейших расспросов, мы _трижды_ видели
фундаментальное изменение условий, на которых члены могли быть
_приняты_. Сколько ещё изменений они могли внести, нам сейчас не
нужно рассматривать. Однако я обращу ваше внимание по крайней мере
ещё на одно, которое вы найдёте на странице 44, раздел 9: «_Ни один
человек, владеющий рабами, в будущем не будет принят в общество
или на Вечерю Господню_, [они даже не примут его на испытательный
срок,] пока он не выполнит эти правила». То есть правила, которые мы сейчас подробно изложим и которые однозначно требуют освобождения рабов, независимо от того, являются ли они
хотите вы этого или нет. Это правило было приостановлено на следующий год после его введения (см. стр. 80), но отменено только через двенадцать лет, когда был принят закон, гласящий, что «ни один рабовладелец не может быть принят в общество до тех пор, пока проповедник, отвечающий за округ, не поговорит с ним свободно и откровенно о рабстве». (Стр. 275.) Неизвестно, что именно должен был сказать проповедник и должно ли было то, что он сказал, как-то повлиять на разум или поведение рабовладельца. Но он не мог войти, пока с ним не поговорили.

«Но теперь давайте рассмотрим условия _продолжения_ членства в этой церкви после того, как члены были приняты. Сколько раз они менялись, я не могу сказать точно, но я уверен, что могу указать вам на
больше изменений, чем вы могли бы себе представить, если бы не свидетельство вашего брата-министра.


В первом уставе, принятом в 1784 году, мы уже видели, что для _принятия_ в члены церкви необходимо было пройти двухмесячный испытательный срок;
но что теперь нужно, чтобы _оставаться_ членом церкви? Судя по странице 87, члены церкви «_не должны вступать в брак с неверующими или непробуждёнными
«Вопрос 21. Что можно сделать, чтобы положить этому конец? Ответ.
Пусть каждый проповедник публично напомнит об предостережении апостола: «Не вступайте в неравное ярмо с неверующими». 2. Пусть он открыто заявит, что _тот, кто так поступает, будет изгнан из общества_» и т. д.

«Итак, сначала наказанием было изгнание; но в 1804 году (см. стр.
187) «наказание за нарушение правила было заменено с высылки на повторное судебное разбирательство сроком на шесть месяцев». А ещё через тридцать два года, в 1836 году (см. стр. 188), «наказание было полностью отменено
с помощью.’ Итак, то, что было грехом, требующим изгнания, оказалось настолько безгрешным
спустя двадцать лет, что для искупления потребовался всего лишь второй испытательный срок
за это; и спустя еще тридцать два года это вообще перестало быть грехом
заслуживающим наказания. Та, что вышла замуж за непробуждённого мужчину, должна была быть изгнана; а за то, что вышла замуж за второго такого же, её должны были вернуть на испытательный срок; а за то, что вышла замуж за третьего такого же, если бы она прожила достаточно долго, её бы даже не порицали. Воистину, люди мудрее своего Господа! Но простите меня, я буду
покажу вам еще одно из этих изменений в условиях членства.

Давайте теперь обратимся к странице 43 этой ценной книги и посмотрим, каковы были
правила, принятые Церковью во времена ее организации, _ по
тема рабства, и посмотрим, сможем ли мы установить, сколько раз
рабовладельческая было и не было принято условие высылки. У нас есть
уже видели, как это повлияло на условия _admission_; желаем теперь
узнать, как он действует на тех продолжения. Я прочту:

 «Вопрос 42.  Какие методы мы можем использовать, чтобы искоренить рабство?

«Ответ. Мы глубоко осознаём неуместность введения _новых условий причастия_ для уже существующего религиозного общества, за исключением самых неотложных случаев. Именно так мы относимся к практике удержания наших собратьев в рабстве. Мы считаем, что это противоречит
золотому закону Божьему, на котором зиждется весь закон и пророки, а также неотъемлемым правам человечества и всем принципам Революции, — находиться в глубочайшем унижении, в более жалком рабстве, чем в любой другой части света, кроме Америки, где так много
души, способные уподобиться Богу.

 «Поэтому мы считаем своим святейшим долгом немедленно принять какие-либо действенные меры, чтобы искоренить эту мерзость среди нас, и с этой целью мы _добавляем следующее к правилам нашего общества, а именно_:

«1. Каждый член нашего общества, владеющий рабами,
должен в течение двенадцати месяцев после уведомления,
направленного ему помощником (которое помощники обязаны
незамедлительно и без промедления направить в соответствующих
округах), юридически оформить и зарегистрировать
документ, посредством которого он освобождает и отпускает на волю всех рабов, находящихся в его владении, в возрасте от сорока до сорока пяти лет, немедленно или, в крайнем случае, когда им исполнится сорок пять лет.


«И всех рабов в возрасте от двадцати пяти до сорока лет, немедленно или, в крайнем случае, по истечении пяти лет с даты подписания указанного документа. И каждый раб в возрасте от двадцати до двадцати пяти лет,
незамедлительно или, в крайнем случае, когда ему исполнится тридцать. И каждый раб в возрасте до двадцати лет, как только
по достижении ими возраста двадцати пяти лет самое позднее. И каждый младенец,
рождённый в рабстве, после соблюдения вышеупомянутых правил,
получает свободу сразу после рождения.

«2. Каждый помощник должен вести журнал, в котором он будет регулярно
записывать имена и возраст всех рабов, принадлежащих всем
хозяевам в его округе, а также дату составления и регистрации каждого
документа об освобождении рабов с указанием названия суда,
книги и фолианта, в которых были зарегистрированы указанные
документы. Этот журнал должен быть передан
передаётся по цепочке следующим помощникам.

«3. Принимая во внимание, _что эти правила являются новым условием членства_,
каждый, кто не будет их соблюдать, имеет право спокойно выйти из нашего общества в течение двенадцати месяцев после уведомления, как указано выше, _в противном случае помощник исключит его из общества._

«4. Ни одно лицо, добровольно вышедшее из состава методистской церкви или исключённое из неё, _никогда не будет причащаться
Тела и Крови Господних_ вместе с методистами, пока не выполнит
вышеуказанные требования.

«5. Ни один человек, владеющий рабами, в будущем не будет принят в общество или допущен к Вечере Господней, пока он не выполнит эти правила, касающиеся рабства.


Примечание. Эти правила распространяются на членов нашего общества только в той мере, в какой они соответствуют законам штатов, в которых они проживают. [То есть, если документ об освобождении не может быть составлен и зарегистрирован в соответствии с законом и не имеет обязательной силы, его не нужно составлять.]

 «Что касается наших братьев в Виргинии, которые обеспокоены происходящим, то после тщательного рассмотрения их особых обстоятельств мы разрешаем им
через пять лет после уведомления о необходимости рассмотреть целесообразность соблюдения или несоблюдения этих правил».


«Разве когда-либо самый жестокий деспот в мире использовал более безапелляционные формулировки, чем эта? «Каждый член общины, у которого есть рабы, _должен_
законно распорядиться ими и внести запись» и т. д. Чтобы убедиться, что приказ выполняется, объездчик, как судебный пристав, должен вести книгу, в которой будут записаны все имена. Если в течение года они не выполнят приказ, их следует изгнать — за исключением дорогих братьев из _Вирджинии_, у которых, полагаю, не было возможности спрятаться за законами штата, и они великодушно
«_позволили_» жить во грехе _два_ года вместо одного.

«Но я обратил ваше внимание на этот закон не из-за его высокомерия, глупости или несоответствия Писанию, а для того, чтобы показать вам, что они сами _открыто заявляли_ и бесстрашно _осуществляли_ право издавать законы для Церкви Христовой, вплоть до введения _новых условий причастия_, о которых Христос и его апостолы никогда не думали и от которых они сами вскоре отказались.

«Я бы хотел присутствовать при том, как «помощник» начал обход с копиями закона и книгой рабов в руках, чтобы
запишите его ‘послужной список’. Он приходит в дом старого доброго плантатора из Вирджинии,
который любит своих слуг, и который любит своего Спасителя, и уже давно является
членом ‘общества’.

“Мой дорогой брат, ’ говорит "ассистент", - я полагаю, ты знаешь, что
теперь мы больше не общества, а "Церковь Иисуса Христа’.

“Да, я слышал об этом и думаю, что это очень хороший план’.

«Я пришёл, чтобы узнать имена и возраст ваших _слуг_. Вы знаете, что =мы= приняли закон, согласно которому вы должны освободить их, как только они достигнут определённого возраста, указанного в документе, копию которого я
теперь я представляю вас для получения наставлений».

«Вы приняли закон, предписывающий мне освободить своих рабов!»

«Да, сэр; и если вы не подчинитесь незамедлительно, я буду вынужден _отлучить вас от Церкви_, если только вы не откажетесь от своих _убеждений_, что вы вольны сделать, если посчитаете нужным. Кроме того, по этому закону я обязан записывать имена и возраст всех рабов, принадлежащих всем хозяевам в моём округе.
Поэтому, поскольку сегодня утром я тороплюсь, пожалуйста, предоставьте мне каталог немедленно.

 С этими словами он подходит к столу, открывает свою книгу, достаёт перо и чернильницу.

— «А теперь, сэр, если вам будет угодно. Я готов. Начните с самых старших, и пусть мне назовут имена и возраст в правильном порядке, вплоть до младенцев; и помните, что те, кто родится после этого, будут рождены свободными, ибо так =мы= решили».


— «=Мы=? кого вы имеете в виду под =мы=?»


— «Конференцию, сэр, состоящую из странствующих проповедников и епископов».

«Мой дорогой брат, ты же знаешь, что я всегда был убеждённым методистом?»

 «Да, брат А., я могу это подтвердить».

 «И ты не находил во мне никаких недостатков, пока не принял этот закон, который мог бы оправдать моё исключение из церкви?»

— «Конечно, нет; и сейчас не будет, если вы выполните наши требования и немедленно освободите своих рабов».

 — «Но мы с моими рабами выросли вместе. Я получил их от своих родителей и чувствую себя обязанным заботиться о них; и я искренне верю
Я могу сделать больше для их мирского и духовного блага, пока они мои рабы и обязаны мне подчиняться, чем если бы я отпустил их на волю, чтобы они охотились на общество, как стая ленивых бродяг, что они наверняка и сделали бы. Ведь для раба свобода — это просто освобождение от любых обязательств, связанных с трудом.

«Я не могу повлиять на ваши убеждения, основанные на совести; _=наш= закон_
должен соблюдаться, или вы должны покинуть _Церковь_— добровольно, если хотите, или принудительно, если придётся».


«Но, мой дорогой брат, большинство моих рабов предпочтут остаться в своём нынешнем положении. Им не только лучше живётся, чем «_свободным неграм_», но они и сами это понимают». Ты можешь пойти и спросить их, одного за другим.
И если ты найдёшь тех, кто готов оставить своего прежнего хозяина,
ты можешь взять их с собой, и пусть Конференция обеспечит их нужды,
мирские и духовные, так же добросовестно, как это делаю я.

«Не имеет значения, сэр, хотят они свободы или нет; или будет ли им лучше или хуже, если они станут свободными. Вы должны освободить их или покинуть _нашу Церковь, ибо так =мы= постановили_.»

 «Что ж, мой дорогой брат, это застало меня врасплох, и я хотел бы подумать об этом».

 «Конечно, мы даём рабовладельцам в других штатах всего год, но...»
_Виргинцам_ мы даём _два_ года, в течение которых вы можете всё обдумать и
_отказаться_ от участия, если не решите соблюдать наш закон, или будете
отлучены от церкви.

 «О, мне не нужны два года, мне нужно только время, чтобы _исследовать
Священное Писание_. Я понимаю, что методистская церковь — это _церковь Христа_. Разве не так?’

“‘Конечно, мы — церковь Христа и Бога.’

“‘Но я почему-то решил, что сам Христос был автором законов своей церкви. Я старик и, возможно, старомоден в своих взглядах, но я не чувствую, что обязан следовать _вашему закону_, хотя и готов подчиниться власти _Христа_. Вы нашли _в Библии_ упоминание о том, что рабовладельцы не могут быть членами _Христовой церкви_? Я знаю, вы очень торопитесь, но
пожалуйста, уделите мне _несколько_ минут, чтобы показать мне тексты. Я был хозяином и оставался им много лет, пока Богу не угодно было обратить мою душу и сделать меня христианином. Я, естественно, обратился к _Библии_, чтобы узнать, в чём заключается мой долг как хозяина: я не представляю, куда ещё я мог бы обратиться. Я прочитал там, что должен относиться к своим слугам по-доброму и справедливо, и _это_, знаете ли, я всегда старался делать. Но я не увидел ничего, что указывало бы на
установление отношений между господином и слугой или, как сказано в оригинале, между хозяином и рабом. Напротив, я обнаружил
что христиане, которые были рабами, должны были быть _покорными_ своим
господам и верно служить им; и особенно _те, у кого верующие господа_.

«Но, брат, ты же знаешь, _Конференция издала закон_, и Церкви _должны подчиняться_.»

«Но что, если я предпочту повиноваться Богу, а не Конференции? Что, если я откажусь признавать право Конференции заставлять меня освобождать моих рабов? Что, если я попрошу их прочитать послание Павла к Тимофею, шестую главу, первый и второй стихи: «Пусть столько слуг, сколько под игом, считают
их собственные учителя достойны всякой чести, чтобы имя Бога и его
учение не было поругано; и те, у кого есть верующие учителя, пусть
не презирайте их, потому что они братья; но скорее оказывайте им
служение, потому что они верные [буквально “_верующие”] и
возлюбленные, причастники блага”. _пол_ сказал, что если кто-либо учил
иначе, чем этому, (стих 3) “он горд“, [или, буквально, "_а
дурак_”] ничего не знающий, но помешанный на вопросах и борьбе
слов” и т.д. Что, если я скажу, что не только Павел, но и Пётр признаёт
Отношение между господами и слугами среди христиан и членов Церкви такое же очевидное, как и отношение между мужьями и жёнами? Что, если
я попрошу их показать мне, где Иисус когда-либо отправлял _своих_ служителей с книгой под мышкой, чтобы они составили список рабов его народа, чтобы Церковь могла знать, были ли они освобождены; или где Пётр, или Павел, или Иоанн, или Иаков, или любой другой апостол освобождал рабов
необходимое условие для _общения с Церковью ХРИСТОВОЙ_.’

“Что касается этого, мы признаём, что это _новый способ общения_, не предусмотренный
от _Христа_ или от _апостолов_. В самом законе прямо указано, что он _новый_, и мы выражаем сожаление по поводу необходимости его принятия».

 «А что, если я со всем уважением откажусь принять ваши _новые условия членства_ и предпочту руководствоваться старым законом Христа?»

“Тогда, сэр, через два года вы больше не сможете общаться с
методистами; и если бы вы жили в любом другом штате, кроме Вирджинии, мы бы
выставили вас вон через _ один_ год. Вы можете быть благодарны, сэр, что живете в Виргинии.
”Интересно, - задумчиво произнес Плантатор, - как случилось, что Пол забыл?’

“Интересно, - сказал он,
когда писал Филимону о его рабе Онисиме, я сказал ему, что если он не оформит документ об освобождении в канцелярии округа
в течение одного года или максимум двух лет, то будет отлучён от церкви,
если только не решит тем временем тихо уйти и вернуться к нечестивым людям этого мира».

«Возможно, помощник обнаружил, что слишком многие предпочли отлучение от церкви послушанию.
Несмотря на то, что закон был сформулирован с большой силой,
следующая конференция постановила _приостановить_ его исполнение на данный момент.
Так продолжалось более десяти лет, пока Конференция не
заявила, что они _как никогда убеждены в том, что африканское рабство — это великое зло_,
которое до сих пор существует в Соединённых Штатах, и постановила следующее.
Вот уже упомянутый закон, требующий, чтобы с рабовладельцем _провели беседу_:


«Ни один рабовладелец не будет принят в общество до тех пор, пока проповедник,
осуществляющий надзор за церковью, не поговорит с ним свободно и честно о рабстве».

«Похоже, что после того, как ему _рассказали_ о грехе, он может принести его с собой
в Церковь и держал его там, если считал нужным. Но рабовладельцы не могли
занимать официальные посты в Церкви, не обеспечив гарантии
освобождения своих рабов, как только этого потребуют законы государства
разрешение; и если кто-либо из членов _sold_ был рабом, он _ должен был быть исключен_. Если
кто-либо покупал раба, он должен был подписать письменное распоряжение о его освобождении по
истечении срока, установленного Ежеквартальной конференцией, _или быть
исключенным._

«В 1804 году Конференция приняла акт, в котором говорилось, что «члены наших обществ в штатах Северная Каролина, Южная Каролина, Джорджия,
и Теннесси _будут освобождены от этих правил_. Таким образом, то, что в
_других_ штатах считалось таким тяжким _грехом_, что _исключало людей из Церкви_
Христа, в _этих четырёх_ привилегированных штатах _не считалось грехом_ или, по крайней мере, не требовало внимания Церкви Христа.

 «Этот закон был снова изменён в 1808 году, чтобы разрешить каждой из
_ежегодных_ конференций устанавливать собственные правила, касающиеся
покупки и продажи рабов.

 «А в 1820 году этот закон был отменён, и были приняты другие законы, которые с тех пор неоднократно пересматривались, пока не появилась глава о рабстве в её нынешнем виде
были определены трибуны в этой дисциплине. Когда Конференция Север или
Юг сочтут нужным ввести какие-то _ другие новые условия членства_ в
отношении этого предмета, никто не может сказать ”.

“Возблагодарим Бога, ” воскликнул мистер Перси, - за то, что условия общения в
истинной Церкви были установлены самим Господом Иисусом Христом и должны быть
всегда такими, какими они были. Церковь, которая тогда меняется, не является
Церковью Христа. Но какое отношение вся эта долгая история о рабстве имеет к нашему расследованию?


 — Я упомянул об этом, — сказал мистер Кортни, — просто как об _одном_ из многих примеров
в котором Конференция заявила о своём праве _принимать
законы_ и изменять законы Церкви, затрагивающие даже право на
членство, и в котором Церковь признала это право, и таким образом я
показываю, _что у неё есть ДРУГИЕ законодатели_ помимо Христа.

 «Я мог бы показать вам это на примере изменений в её законах, касающихся
крещения. В своём первом «Учении о дисциплине» Конференция сказала: «Пусть каждый взрослый человек и родители каждого ребёнка, подлежащего крещению, сами выберут способ крещения: погружение в воду или окропление» [ничего не сказано о возлиянии], и пусть старейшина или дьякон действуют соответствующим образом.

«Через несколько лет после этого, в 1786 году, было постановлено, что можно использовать и _окропление_.
И тот же орган, который сначала исключил _окропление_, может с такой же
уместностью исключить _погружение_ на следующем собрании, если окропление является формой крещения.


В их первом уставе был принят закон, _разрешающий_ и _требующий_
_повторного крещения_ некоторых лиц, но _сейчас_ у вас такого закона нет.

«Вопрос 46. Что делать с теми, кто был крещён в младенчестве, но теперь сомневается в действительности такого крещения?


Ответ. Если можете, развейте их сомнения с помощью аргументов; если нет, то
«Обряд может быть совершён погружением в воду или окроплением, по желанию человека».


«В 1786 году это было отменено; так что если методистский проповедник _сейчас_
решится стать анабаптистом, [перекрестителем,] он сделает это на свой страх и риск, без поддержки ни слова Божьего, _ни дисциплины_.


Но зачем нам откладывать применение нашего теста? Римский
Католическая церковь подчиняется папам и соборам не в большей степени, чем методистская епископальная церковь — епископам и конференциям.
На самом деле почти во всех существенных аспектах они схожи.
_организация_ между ними есть поразительное сходство».

 «Меня, — сказал мистер Перси, — поразил этот факт, когда мы продвигались вперёд, и я развлекался тем, что проводил параллели между ними, например:

 Римская | Методистская епископальная церковь.
 Католическая |
 Церковь. |
 1. Её | 1. Её Его правительство является епископским. Им управляет
 правительство | епископы.
 _епископское_, |
 или правление |
 _епископов_. |

 2. Его законы | 2. Его законы принимаются епископами и
 принимаются | Конференциями.
 им |
 папами и |
 советы. |

 3. Ее законы | 3. Ее законы выполняются проповедников.
 выполнены |
 агентство |
 из |
 жрецы. |

 4. Народ | 4. Народ не имеет никакого отношения к созданию или
 не участвует в исполнении своих законов.
 в процессе принятия |
 или |
 исполнения|
 своих законов. |

 5. Папа римский | 5. Епископа избирают проповедники.
 избирается |
 |
 кардиналы. |

 6. Папа римский | 6. Епископ отправляет проповедников на любое назначение
 отправляет тех, | что ему нравится.
 священников к |
 любому |
 собранию |
 , которое он считает нужным. |

 7. Народ | 7. Общество должно принять проповедника, посланного /
 должно иметь | епископа или не иметь его вообще.
 священник, который |
 поставлен над |
 ними, или |
 никто. |

 8. Народ | 8. Народ не имеет права голоса в решении вопроса о том, кто будет
 не имеет права голоса | принят в члены церкви. Это решают за них староста и проповедник.
 в | Хотя с 1840 года проводится экзамен в присутствии
 который должен быть | принят в общество в качестве кандидата на _полное_ членство, он
 должен быть | рекомендован _руководителем_, и это
 члены общества | проповедник, который _решает_, является ли экзамен
 удовлетворительным, и принимает его».
 священник. |

«Ну, знаете, — воскликнула методистка, — мы должны быть вам благодарны за ваше хорошее мнение о нас. Я всегда понимал, что мы не пользовались _большим_ уважением среди баптистов, но я и представить себе не мог
до этого вы считали наших епископов не лучше папы, а наших прихожан не лучше католиков».


«Извините, мадам, но я не говорил и не имел в виду ничего подобного. Я вообще ничего не говорю о _личных_ достоинствах или недостатках ваших епископов или прихожан. Они могут быть, и я не сомневаюсь, что многие из них, преданно набожными, самоотверженными людьми. Я говорю не о _личном характере_
вас, служителей или прихожан, а о _конституционном_ характере
той _организации_, которая называется «_Методистская  Епископальная ЦЕРКОВЬ_». И об _этом_ я _говорю_, и я бы хотел, чтобы каждый
Любой методист в этой стране мог бы услышать, что я говорю, и, услышав это, заинтересовался бы предметом и сам убедился бы, что я говорю чистую правду, когда утверждаю, что по крайней мере в этих восьми аспектах он удивительно похож на римского Антихриста, ЧЕЛОВЕКА ГРЕХА и СЫНА ГИБЕЛИ.

«Я мог бы провести параллель гораздо дальше, но я ограничился тем, что мы сейчас рассматриваем, а именно тем, есть ли у методистских обществ как таковых _другой законодатель, кроме Христа, и обязаны ли они подчиняться какой-либо другой власти, кроме его власти._»

— Я думаю, сэр, — сказал преподобный мистер Ститпэйн, — что вы несколько превысили свои полномочия, когда добавили _последний_ пункт к параллели, которую вы составили с такой адвокатской изобретательностью.
Свидетельства, сэр, не подтвердят _это_ утверждение, что бы ни было с остальными семью. Взгляните на Дисциплину, сэр: вы не можете быть настолько слепы, чтобы не заметить, что она даёт обществу право судить о том, кто является полноправным членом Церкви.
Иначе зачем в Дисциплине указано, что кандидаты должны
должен быть рассмотрен «_до_ общества»? Если проповедник является единственным судьёй в этом вопросе, то зачем вообще доводить его до сведения общества?


— Я не знаю, сэр, разве что для того, чтобы ввести членов общества в заблуждение, заставив их думать, что у них есть какая-то власть, хотя на самом деле её у них нет. Если вы считаете, что я неправильно понимаю суть Дисциплины, возможно, вы примете объяснение ваших собственных епископов.
В своих заметках о Дисциплине (глава I, раздел 10), процитированных вашим братом Эмори в «Истории Дисциплины», стр. 304–307,
мы читаем: «5. Он [служитель] также должен принимать членов на испытательный срок и в общество в соответствии с формой Дисциплины. _Если бы эти полномочия были переданы обществу_ или какой-либо его части, великая работа возрождения вскоре подошла бы к концу».… «Слава Богу, все наши общества по всему миру, которых сейчас насчитывается более ста шестидесяти тысяч, были основаны по благодати нашими _служителями и проповедниками_.
_Они_ и только _они_ являются их духовными отцами перед Богом, и никто не может относиться к ним так, как _они_ относятся к ним. Это правда, что во время великих пробуждений
духовно остановитесь, и слепые, и хромые толпами устремятся _в
Церковь Божью_; и мы будем рады сделать всё, что в наших силах, для их
бесценных душ, пока они не окажутся неверными по отношению к
убедительной или преобразующей благодати. И мы не бросим их души на
растерзание нечестивому миру, пока они стонут под бременем греха,
потому что многие на суде подавляют свои убеждения или, возможно,
с самого начала лицемерили. Мы скорее снова отправимся в путь по дорогам и тропам и создадим новые сообщества, как в самом начале, чем откажемся от привилегии, столь _необходимой для
служение_, и к возрождению дела Божьего»... «Хозяин дома [Бог] сказал своему слуге: выйди скорее на улицы и переулки города и “_приведи сюда_ бедных, увечных, хромых и слепых; и слуга сказал: Господи, сделано так, как Ты повелел, и ещё есть место”. Он повинуется своему Богу
_не спрашивая разрешения у КАКОГО-ЛИБО ОБЩЕСТВА_, должен ли он повиноваться ему или нет.
И сказал Господь рабу Своему: пойди на дороги и
холмы и _приведи их в дом_ Мой, чтобы наполнился дом Мой. От Луки
xiv. 21–23. Слуга не отвечает своему господину: «Я выполню твоё повеление, насколько позволит МОЁ ОБЩЕСТВО или мои руководители и управляющие».
… И снова: «Какие пасторы, призванные и принадлежащие Богу, взяли бы на себя эту ужасную ответственность [пасторскую], если бы ДРУГИЕ могли отказывать своим духовным детям в великой внешней привилегии Евангелия или принимать среди них самых неподходящих людей, чтобы те смешивались с ними и развращали их?» Воистину, что бы ни делали пасторы других
церквей, мы верим, что наши никогда не поставят себя в такое положение
Ужасное рабство. Напрасно говорить, что другие могут быть такими же нежными и осторожными, как пасторы. Ведь именно _пасторы_ несут ответственность перед Богом и, следовательно, ни в коем случае не должны быть скованы в своей пастырской заботе. И ещё: «Если служители должны быть судьями в вопросах, касающихся _крещения_, которое является великим обрядом посвящения в видимую Церковь, то насколько больше у них должно быть права решать, кого они возьмут под свою опеку или кого Бог дал им из мира для проповеди Его слова. Ибо
Служители тратят свои силы, слёзы, молитвы, саму свою жизнь на спасение душ, а [затем] оказываются под контролем тех, кто никогда не трудился ради них при рождении и, следовательно, никогда не сможет относиться к ним так, как их духовные родители. Это бремя, которое мы не можем нести. Таким образом, очевидно, что и разум, и Священное Писание самым ясным образом подтверждают привилегию или власть, о которой сейчас идёт речь [принятие членов в Церковь]
_необходимое_ для евангельского _служения_.’

«Я надеюсь, вы не станете обвинять свои собственные БИШОПЫ в непонимании
проектирование и практическая работа системы».

 «Я думаю, — сказал доктор Тхинквелл, — что мы можем перейти к нашему следующему _испытанию_ или _тесту_. Мы тратим на это больше времени, чем нужно. _Главный факт_, то есть то, что Конференция имеет право издавать законы, которым должны подчиняться члены Церкви, или же они перестанут быть её членами, не подлежит сомнению; и это всё, что важно для нашей нынешней цели».

— Каким будет наше следующее испытание, миссис Перси?

 — В нём говорится, что в истинной Церкви все её члены должны стать таковыми не по рождению, не по воле родителей и не по закону
Государство, _но по их собственному добровольному решению._»

 «Если, как мы видели, младенцы становятся членами этой церкви через крещение, то у неё, несомненно, нет этого знака. Но поскольку она фактически отвергает свой собственный поступок и на практике отрицает свои собственные учения, я не знаю, — сказал мистер Перси, — ставить ли ей чёрную или белую отметку в этом тесте».

«Мы уже установили, — сказал мистер Кортни, — на основании их собственных
авторитетных источников, что они сами считают крещёных младенцев
членами Церкви; и именно на этом основании и с этой целью
делая их членами Церкви, они крестят их. Теперь, если они делают их членами Церкви, а затем фактически отрекаются от них, отказываясь
предоставлять им привилегии членства, это показывает их непоследовательность; но это не может аннулировать акт, в результате которого дети становятся членами Церкви, или сделать их _не_ членами Церкви. _Мы_,
следовательно, должны считать их членами, хотя те, кто принял их и сделал таковыми, считают нужным игнорировать собственное решение и относиться к ним во всех отношениях так, как будто их не было и никогда не было.

«Это лишь одно из многих противоречий, к которым приводит педокрещение тех, кто его практикует. Методистская церковь виновна в двойном противоречии: она принимает в своё лоно и во всём относится к тем, кого они называют _не членами_ церкви, а именно к ищущим, как к _членам_ церкви, и в то же время отвергает от своего лона и во всём относится к тем, кого они называют _не членами_ церкви, как к _не членам_ церкви».
_являются_ членами Церкви, став ими в результате крещения в младенчестве. Мы не можем перестать примирять их с самими собой; и они, вероятно, не были бы этому рады
нам на наши проблемы, если мы должны попытаться сделать так. Давайте поспешим к нашей
расследование.

“Каким будет следующий знак, миссис Перси?”

“Это требует, чтобы истинная Церковь _ придерживалась в качестве символов веры
фундаментальных доктрин Евангелия_”.

“Здесь, ” сказал доктор Тинквелл, “ нам понадобится ваша помощь, сосед
Оговорюсь, если только мои друзья не более знакомы с доктринами вашего
Церковь, в которой я состою, отличается от других. Я знаю, что её обычно причисляют к так называемым евангелическим или ортодоксальным церквям и что многие её служители и прихожане демонстрируют искреннее благочестие. Но что касается вас
Я не настолько хорошо осведомлён о том, что стандарты могут преподаваться как христианская доктрина.
И вы знаете, что в ходе такого обсуждения мы можем признать доктринами только те учения, которые сама Церковь признаёт и публикует в своих актах.
Возможно, вы окажете нам любезность и подскажете, где мы можем найти изложение признанных вами доктрин.


— С величайшим удовольствием, сэр. Вы найдёте наши символы веры в
«Дисциплине», а то, что там не упомянуто, — в «Проповедях» Уэсли, «Институтах» Уотсона и других работах, опубликованных с согласия или по распоряжению
Конференции. Наш брат Горри хорошо сказал в своей «Истории методизма» (стр. 135): «Доктрины методистской епископальной церкви в основном изложены в двадцати пяти статьях о религии, которые можно найти в Книге дисциплины. Эти статьи почти не отличаются от статей англиканской церкви и протестантской епископальной церкви в Соединённых Штатах».

 «Когда преподобный Джон Уэсли назначил доктора Кока на должность
Суперинтендант обществ в Америке поручил ему организовать эти общества в независимую церковь. Он подготовил
Молитвенник, или воскресная служба, для новообращённых в лоно Церкви, в котором содержатся Символы веры в том виде, в котором они существуют сейчас.
за исключением пункта, касающегося правителей, который был сформулирован при организации Церкви в 1784 году и вскоре после этого был опубликован в форме «Дисциплины»; с тех пор в упомянутых статьях не было внесено никаких существенных изменений». «По сути, — продолжает наш брат, — мы заявили, что эти статьи охватывают _большинство_ доктрин методистской епископальной церкви. Мы не говорим, что все
доктрины методистов ясно изложены в том же самом...
 Тем не менее то, что не изложено и не преподаётся ясно в том же самом, излагается и преподаётся в _других канонических трудах Церкви_, таких как «Проповеди» Уэсли и «Институты» Уотсона».

— Мне кажется, — сказал мистер Перси, — что в отношении других заявителей, которых мы уже судили по нашим правилам, мы задали только один вопрос в рамках данной темы: верят ли они, что спасение возможно только через веру, или же они верят в своего рода _таинственное_ спасение через соблюдение обрядов
Церкви? Совершенно верно, что это не всё, что необходимо для
христианства; но поскольку это учение содержится в самом провозглашении
евангелия, мы считаем само собой разумеющимся, что без него всё остальное было бы лишь тщетной претензией. В Римско-католической церкви открыто признают необходимость дел и таинств для спасения. И хотя Англиканская церковь в форме слов, используемых в её Символе веры, учит, что мы оправдываемся только верой, а не нашими собственными делами или заслугами, её литургия и многие другие обряды
Священнослужители, очевидно, учат, а народ верит, что мы можем вступить в те отношения со Христом, которые выражаются в вере и обеспечивают спасение, _только через церковные таинства_.
И поскольку это возводит принятие таинств в ранг _необходимого условия спасения_, то ни у кого не может быть никакой уверенности в вечной жизни, если он не был крещён и, таким образом, не получил должной подготовки для жизни на небесах
_из-за_ _священника_ и его обрядов мы начали сомневаться в том, что можно говорить о высокой церкви в англиканской церкви
это фундаментальная евангельская истина; и, следовательно, мы отметили ее лишь наполовину
белым. Теперь может возникнуть вопрос, не придерживается ли большая часть Методистской церкви
той же ошибки, во многом в той же форме. Разве
они не придерживаются, например, того, что крещение, вместо того, чтобы быть знаком_
, который, по словам крещеного, _ уже был вснова_, является ли
_средством_ или _инструментом_, с помощью которого он _рождается заново_? Разве они
не придерживаются учения о возрождении через крещение и последующем спасении через крещение?


— Я никогда об этом не слышал, — сказал доктор, — и не понимаю, почему вы
должны подозревать, что это так.

— Просто, — ответил мистер Перси, — потому что я нахожу это учение изложенным в ясных словах в тех книгах, которые они постоянно издают, а их проповедники ежедневно разбрасывают по всей стране в качестве эталона учения.

— Я бы хотел, чтобы вы сказали нам, о каких книгах идёт речь, — сказал преподобный мистер Ститпэйн.
— Я уверен, что ни один _методистский_ автор не смог бы опубликовать такие высказывания, не будучи немедленно отвергнутым Конференцией.
Возрождение через крещение, безусловно, не является частью нашего вероучения.


— Значит, мистер А. Кэмпбелл _говорит_, что это не является частью _его_ вероучения, и всё же он использует такие слова, рассказывая о том, во что он _действительно_ верит, что непредвзятые исследователи не могут понять его иначе. И, с вашего позволения, я скажу, что в общепринятых стандартах вашей церкви используется язык
То же самое; настолько, что если это не означает учение о том, что
_крещение — это ДЕЙСТВИТЕЛЬНОЕ смывание грехов_ (а не просто
символ, означающий, что они _были_ смыты,) то я не знаю, что это значит.

«Если бы _я_ сказал _своим_ людям, что крещением они были приняты _в Церковь_, они бы поняли, что я имел в виду именно это; что я намеревался подтвердить и действительно подтвердил, что именно крещением они становятся членами Церкви, и что в этом смысле, если бы они _не были крещены_, они не были бы членами Церкви. А потом, если бы я
Если бы я продолжил и сказал, что обычным способом нет другого пути в Церковь, _или на небеса_,
кроме крещения, они бы всё равно поняли, что я имел в виду именно это и что я намеревался учить и _действительно_ учил тому, что, как они не могут войти _в Церковь_ без крещения, так и они не могут войти _на небеса_ без него.
Если бы _я_ сказал, что мы, которые по природе своей были детьми гнева,
стали детьми Божьими _через крещение_, вы и все, кто меня слышал,
подумали бы, что я имел в виду именно то, что сказал.

 «Если бы _я или любой другой баптист_ сказал, что мы _возрождены_ и _рождены
Если бы мы снова сказали, что _крещение водой_ имеет значение, люди подумали бы, что мы имеем в виду именно то, что говорим. И я уверен, что у них были бы веские основания полагать, что мы верим в крещение для возрождения и проповедуем это.

 «Если бы _я или любой другой баптист_ сказал, что младенцы, крещенные обычным способом, не могут быть спасены, если их первородный грех не будет смыт крещением, вы бы подумали, что мы проповедуем учение о _спасении через крещение_.

«А теперь, если я напишу трактат или проповедь, и баптистские
 церкви решат напечатать и опубликовать их, и если они
поручат своим служителям и прихожанам распространить их как можно шире
«Если бы я мог распространить как можно больше экземпляров и выпускать одно издание за другим, искренне _рекомендуя_ его Церкви и миру, разве вы не подумали бы, что эти Церкви придерживаются тех же доктрин, которые, как вы поняли, я проповедую?»

 «Конечно, мы не могли не подумать об этом».
 «Тогда, позвольте спросить, как вы можете не верить в то, что методистская церковь придерживается тех же доктрин? Ведь я предполагал, что говорю, _мистер
Уэсли действительно так сказал._ Я просто поменял местами слова. И то, что, как я предполагал, сделали наши церкви, на самом деле сделала _Методистская церковь
сделано_, и _продолжает делаться каждый день_. Конференция распорядилась опубликовать трактат мистера
 Уэсли о крещении; они поощряют, если не требуют впрямую, чтобы все их проповедники распространяли его, а члены церкви читали его. В этом трактате есть такие слова. Я прочту их вам, или вы можете прочитать их сами. Вы найдёте их на странице 251 сборника «Доктринальные трактаты», опубликованного издательством Book Concern:

 «Если младенцы виновны в первородном грехе, то они являются подходящими кандидатами для крещения, _поскольку ОБЫЧНЫМ СПОСОБОМ ИХ НЕЛЬЗЯ СПАСТИ БЕЗ ЭТОГО
БУДЬТЕ ОЧИЩЕНЫ КРЕЩЕНИЕМ._ Уже было доказано, что это первородное пятно
прилипает к каждому человеческому ребёнку и что из-за этого они
являются детьми гнева и подлежат вечному проклятию. Это правда, что второй
Адам нашёл лекарство от болезни, которая поразила всех из-за
преступления первого. _Но польза от этого должна быть получена
тем способом, который он указал, В ЧАСТНОСТИ, ЧЕРЕЗ КРЕЩЕНИЕ,_
которое является обычным способом, назначенным им для этой цели, и к которому Бог привязал нас, хотя сам, возможно, не был привязан. Действительно,
там, где этого быть не может, дело обстоит иначе; но исключительные случаи
не аннулируют постоянное правило. Следовательно, это наше первое основание:
_ младенцы нуждаются в омовении от первородного греха, и, следовательно, они являются
надлежащими объектами крещения._’

«Если бы мистер Кортни, или я, или любой другой баптист учил, что дети или взрослые могут быть очищены от греха (первородного или
актуального) _только через крещение_ и обычно не могут быть спасены без него, _нас_
определённо обвинили бы в том, что мы проповедуем _спасение через воду_. Но когда это делает _мистер Уэсли_, некоторые люди не видят в этом ничего плохого.

Итак, на странице 248 вы можете прочитать следующее:

«_ЧЕРЕЗ КРЕЩЕНИЕ мы, бывшие по природе детьми_ _гнева, становимся=
детьми Божьими._ И это _возрождение_, которое наша Церковь во многих местах приписывает крещению, — это нечто большее, чем просто принятие в Церковь, хотя обычно оно и связано с этим: будучи приобщёнными к телу Христовой Церкви, мы становимся детьми Божьими по усыновлению и по благодати. Это основано на простых словах нашего Господа: «Если кто не родится от воды и Духа, не может войти в Царствие Божие».
Бог». Евангелие от Иоанна, глава 3, 5. _Водой, КАК СРЕДСТВОМ, водой крещения МЫ ВОЗРОЖДАЕМСЯ ИЛИ РОЖДАЕМСЯ СНОВА._

«Если бы любой _баптист_ говорил так, его наверняка сочли бы учителем, утверждающим, что люди _возрождаются_ и становятся детьми Божьими и наследниками славы «_водой_», «ВОДОЙ КРЕЩЕНИЯ». И я не могу не думать, что именно это и означают слова, написанные мистером Уэсли, одобренные Конференцией, распространяемые проповедниками и читаемые людьми. Я полагаю, что мистер Уэсли и участники Конференции
понимали английский язык и знали, что означают эти слова
для тех, кто их читает; и я полагаю, следовательно, что _они намеревались
преподавать_ то, что выражено в этих словах; и, следовательно, что _Методистская
 Епископальная церковь придерживается доктрины о возрождении через
крещение_».

— Но, мой дорогой сэр, — сказал преподобный мистер Ститпэйн, — вы не обратили внимания на сноску внизу страницы 249, которая показывает, что Конференция _не_ намеревалась поддерживать взгляды мистера Уэсли по этому вопросу.

 — Нет, сэр, я не пропустил сноску. Я не вижу в ней ничего, что противоречило бы тому, что они искренне разделяют взгляды мистера Уэсли на _доктрину_.
хотя им, похоже, не нравится его откровенное и прямолинейное _выражение_ этого.
Я прочту записку, чтобы мы могли понять, о чём в ней говорится:

 «То, что мистер Уэсли, будучи священником англиканской церкви, изначально был _высокоцерковным_ в полном смысле этого слова, хорошо известно. Когда он писал этот трактат в 1756 году, он, _похоже_, всё ещё использовал некоторые выражения, связанные с учением о возрождении, которые мы в наши дни предпочли бы не употреблять. Некоторые из них, по мнению читателя, могут _возможно_, быть найдены в этой второй главе. Однако последнее предложение
содержит осторожное исправление. Это также объясняет, в каком смысле, по нашему мнению, мистер Уэсли хотел, чтобы многое из того, что было сказано ранее, было понято.

 «Ну что, вам это кажется смелым и абсолютным _осуждением_ ложной и отвратительной доктрины?
Говорит ли это о том, что, хотя мистер Уэсли и утверждал это, это не соответствует Писанию и не является правдой? Говорит ли это о том, что мы _не_
возрождаемся и не рождаемся заново через водное крещение? Нет, сэр; они очень осторожно говорят, что он, кажется, использовал некоторые _выражения_, которые они в _наши дни_ (когда это учение стало ненавистным для многих) не стали бы _использовать
предпочтительнее_. _Читатель_ может быть таким же, как мы, — ненавидеть жалкое и разрушающее душу заблуждение; и поэтому они, кажется, думают, что _ОН, возможно,_ считает, что в тексте есть несколько спорных предложений. Разве честные и искренние люди выражали бы своё несогласие с доктриной таким образом, если бы не потворствовали ей?

«Но последнее предложение, — говорят они, — содержит осторожное исправление» и объясняет, в каком смысле, по их мнению, следует понимать мистера Уэсли.
 Таким образом, то, что _это предложение_ не исправляет, они оставляют
без исправлений; и, за исключением того, что _это предложение_ меняет его смысл,
они оставляют читателя в уверенности, что они согласны с учением мистера
 Уэсли и одобряют его. Так что же это за «_последнее предложение_»? Вот оно:
 «Крещение спасает нас, если мы живём в соответствии с ним — если мы каемся,
веруем и повинуемся Евангелию. Если это так, то оно вводит нас в
Церковь здесь и в вечную славу там». Давайте теперь посмотрим, в чём сила этого пояснительного «последнего предложения». Если вы покаетесь, поверите и будете следовать Евангелию, спасут ли вас ваше послушание, ваша вера и ваше покаяние
вы? Нет; но если у вас есть это, _ваше крещение_ спасёт вас. Не
покаяние, вера или послушание, а крещение вводит нас в
Церковь здесь, и именно крещение должно ввести нас «в славу
будущую».

 «Это предложение не подразумевает, что кто-то обычно может спастись
без крещения как средства, а лишь то, что крещение _само по себе_ не
_всё_, что необходимо для спасения. Это не противоречит и не отменяет сделанное ранее утверждение о том, что «крещением мы становимся детьми Божьими», что водой крещения мы возрождаемся или рождаемся заново.
что ‘здесь’ (то есть на Крещение) ‘принцип благодать вселяется
который не будет полностью отнята, если мы не угашать Духа Божьего
на длительный нечестия; но это только говорит о том, что этот новый
рождения, этот принцип благодати, это-Сын Божий, полученный от воды
крещение как средство, не будет никакой _use в us_, пока мы не покаемся,
а верить и повиноваться Евангелию, в то время как он оставляет нас к выводу, что
покаяние, вера и послушание, будет столь же мало пользы без
крещение.

«Но чтобы раз и навсегда показать, что Конференция _не собиралась_
Чтобы очистить труды мистера Уэсли от этой _ереси_, но при этом _продолжать_ искренне рекомендовать их, в том числе и те, в которых проповедуется это искажение Евангелия, взгляните на сборник его проповедей, изданный для Конференции и специально предназначенный для изучения каждым служителем деноминации. Доктрина изложена там так же ясно, как и здесь, и она изложена без каких-либо пояснений или опровержений. См. стр. 405, том I, «Труды Уэсли», проповедь XLV.:

 «Из предыдущих размышлений мы можем, во-вторых, сделать вывод, что
новое рождение - это не одно и то же с крещением, поэтому оно не всегда
сопровождается крещением. Они не всегда идут вместе. Мужчина может
возможно, родиться от воды, и все же не может быть рожден от Духа.
иногда внешний признак проявляется там, где нет внутренней благодати. Я вообще
не говорю сейчас о младенцах. Несомненно, наша Церковь предполагает
что все, кто крещен в младенчестве, в то же время рождаются свыше;
и допускается, что вся процедура крещения младенцев
основывается на этом предположении. И это не является весомым возражением
против этого можно возразить, что мы не можем понять, как эта работа может совершаться в младенцах; ведь мы не можем понять, как она совершается в человеке более зрелого возраста.
 лет». Что может быть яснее этого — что младенцы _всегда_ рождаются заново и, следовательно, становятся наследниками Божьими, когда их крестят? Взрослый _может_ быть крещён, не будучи возрождённым, но может ли он быть возрождённым, не будучи крещёным, или не будучи крещёным, но будучи возрождённым? Разве крещение не является _средством_, с помощью которого взрослый человек должен родиться заново, если он вообще должен родиться заново? Есть ли только один способ
с помощью которого возрождаются младенцы, и с помощью которого возрождаются взрослые? Но если бы методисты могли добиться того, чего они хотят, и если бы это учение, изложенное в их стандартных проповедях, было истинным, то не было бы такого понятия, как второе рождение во взрослом возрасте, если только человек не может родиться заново во второй раз; ведь если бы это было возможно, они бы возрождали _всех_, пока те ещё младенцы.

«Но чтобы прояснить ситуацию и, если возможно, навсегда положить ей конец, я покажу вам, что Уэсли так ясно говорил сто лет назад, а Конференция публиковала и одобряла, и
абсолютно _ требующая от своих служителей учиться, чтобы они могли
проповедовать с тех пор, как Методистская церковь вообще существует, этому
по существу, учит одна из самых последних и самых популярных работ
наименования; который, хотя и не опубликован по _заказу_ Конференции
, должен был получить _ их одобрение_, поскольку он
в "Дисциплине", часть 2, раздел 8, прямо предусмотрено, что "Любой
путешествующий проповедник, который может опубликовать любую собственную книгу, несет
ответственность перед своей Конференцией за любой неприятный вопрос или доктрину_
содержащаяся в ней; и эта работа не только не вызвала _никаких порицаний_ со стороны Конференции, но была _особо отмечена_ двумя председательствующими старейшинами и в документах Конференции. Я имею в виду книгу, на которую так часто ссылались в нашем разговоре, — «Историю методистской церкви» преподобного П. Дугласа Горри. Я докажу вам, что в 1851 году он
учил возрождению через крещение, пусть и не так _явно_, но так же
реально и безошибочно, как это делал мистер Уэсли в 1756 году. Мистер Горри учит тому же, что и мистер Уэсли, и мистер А. Кэмпбелл: крещение — это не
_Последующая_ вера во Христа, знаменующая, символизирующая и скрепляющая новое рождение, уже пережитое и теперь открыто исповедуемое, является ИНСТРУМЕНТОМ ИЛИ
СРЕДСТВОМ, с помощью которого действительно отпускаются грехи и достигается прощение.
Он говорит (стр. 173), рассуждая о тех, кто был крещён в день Пятидесятницы:
«Теперь очевидно, что эти люди не были _верующими_ в том смысле,
что они не были возрождёнными, если только возрождающая вера не предшествует покаянию в грехе; ведь сначала они должны были покаяться, а затем креститься, _чтобы получить_ прощение грехов. И, в-третьих, в результате такого
После покаяния и крещения их учили ожидать дара Святого Духа.
Теперь это употребление небольшого предлога «_eis_» в значении «_для того, чтобы_» очень важно. Когда Христос сказал прокажённому, которого он исцелил, пойти и показаться священнику и принести дары, которые
Моисей повелел (‘_eis_,’) _ради_ его очищения, но никто не понял его так, что дары должны были быть принесены _ради его очищения_.
Это было сказано в знак того, что он уже был очищен, а также для официального публичного и _официального_ признания и
провозглашение этого факта. Итак, когда Пётр говорит: «Покайтесь и креститесь
_во_ имя отпущения грехов ваших», он имеет в виду _не то, чтобы получить_
отпущение грехов, а то, чтобы публично заявить о том, что их грехи уже были отпущены благодаря их истинному покаянию, которое всегда сопровождается истинной верой, поскольку Господь прямо сказал, что без веры никто не может быть спасён, и всё же обещал спасение истинно кающимся. Крещение было подобно приношению прокажённого — _для официального публичного и официального_ признания и провозглашения
о том, что их грехи уже были отпущены, и о последующем публичном принятии их в число детей Божьих.
Это объяснение, которое дают и принимают те, кто отрицает учение о возрождении через крещение. Но те, кто, подобно мистеру А. Кэмпбеллу
и мистеру Уэсли, учат, что крещение — это _средство_ для возрождения, или
что оно само по себе является возрождением, или что между ними
существует какая-то связь или отношение, что возрождение и
прощение грехов происходят во время крещения или благодаря ему, — все эти люди
Я привык переводить это слово так, как это сделал Горри: «_для того, чтобы_», чтобы оно означало, что _крещение является средством_, или посредником, для получения прощения грехов. И то, что он имеет в виду именно это в рассматриваемом нами отрывке, очевидно из цели, с которой он его приводит, а именно: доказать, что _необращённый_ кающийся, то есть осуждённый грешник, может быть крещён, не будучи возрождённым. Ведь Пётр, по его мнению, сказал этим невозрождённым грешникам _креститься_ «_для_,» то есть «чтобы» получить прощение грехов. Но в
Говоря о случае с Павлом в том же контексте, он прямо заявляет, что это доказывает, что _крещение — это средство_ или инструмент, с помощью которого можно получить прощение. Под _раскаявшимся_ мистер Горри
понимает (стр. 172) людей, признавших свой грех, но ещё не возродившихся.
Теперь он говорит: «Другой пример крещения раскаявшихся — случай с апостолом Павлом. После того как его
озарил свет и раздался голос с небес, он постился и молился в
слепоте, физической и духовной, в течение трёх дней. В таком состоянии
Анания находит его. К нему возвращается зрение, но духовная тьма остаётся.
Тогда Анания говорит ему: «Почему ты медлишь? Встань и крестись, и смой свои грехи, призывая имя Господне.
Из этого примера видно, что крещение является как _средством_, так и печатью прощения, и, следовательно, истинно кающиеся могут и должны быть крещены».

«Теперь никто не отрицает, что _истинные кающиеся_, в смысле _возрождённые_ кающиеся, должны быть крещены.
Но в таком случае как крещение может быть _средством_ их прощения, если они уже были прощены
в тот момент, когда они раскаялись? Но он хотел донести до нас мысль о том, что Павел, хоть и раскаялся, не был прощён и мог получить прощение только через крещение как _средство_.


«Мне кажется, — сказал мистер Кортни, — вы все доставили себе массу ненужных хлопот. Если бы вашей целью было просто
определить, верит ли Методистская епископальная церковь в
учение о возрождении через крещение, как в отношении младенцев,
так и в отношении взрослых, вам не нужно было бы выходить за рамки
самой Дисциплины. Мистер Уэсли в процитированном вами отрывке не высказывает эту мысль более ясно.
в отношении младенцев, чем в отношении взрослых, как учит Дисциплина».

 «Очень странно, сэр, — сказал преподобный мистер Ститпэйн, — что вы можете увидеть в Дисциплине то, о чём сами методисты всегда были неведении».

«Методистские священники, мой дорогой сэр, возможно, читали или слышали эти слова так небрежно, что никогда не обращали внимания на их естественный и необходимый смысл.
Но вы сами учили, и ваши прихожане слышали, как вы учили доктрине о возрождении через крещение _каждый раз_, когда вы проводили церемонию крещения, будь то для
младенец или взрослый. Но чтобы не тратить время на разговоры о младенцах,
поскольку мистер Уэсли не оставляет места для сомнений, позвольте мне обратить ваше
внимание на формулу крещения для тех, кто достиг более зрелого возраста,
глава V, раздел 2. Помните, что вопрос, который мы обсуждаем, заключается в следующем:
должно ли крещение _следовать_ за возрождением как открытое и формальное исповедание веры со стороны кандидата и официальное признание этого со стороны Церкви, или же оно должно использоваться как _средство_ или инструмент, с помощью которого или на основе которого
или в связи с которым; возрождение либо происходит, либо обеспечивается.
 Теперь, как говорит Уэсли, вся церемония крещения младенцев строится на предположении, что младенцы возрождаются во время крещения.
Я говорю, что вся церемония крещения людей более зрелого возраста строится на предположении, что те, кто приходит к крещению, ещё
_не возрождены_, и что ожидается и подразумевается, что благодаря крещению или во время крещения они могут и будут возрождены.

«1-е. «Служитель должен использовать следующее и т. д.: Возлюбленные
братья, поскольку все люди зачаты и рождены во грехе (и то, что рождено от плоти, есть плоть, и те, кто во плоти, не могут угодить Богу, но живут во грехе, совершая множество реальных проступков), и поскольку наш Спаситель говорит: «Никто не может войти в Царство Божие, если не родится заново от воды и Святого Духа», я умоляю вас… Что? Благодарить Бога за то, что Он по Своей великой милости уже обновил и возродил этих людей и тем самым подготовил их к тому, чтобы они стали членами Его Царства? Вовсе нет. «Я молю
вы взываете к Богу Отцу через Господа нашего Иисуса Христа, чтобы Он
_даровал_ этим людям то, чего они не могут получить по своей природе:
чтобы они могли креститься водой и Святым Духом, и быть принятыми
в святую Церковь Христову, и стать живыми членами её».

«2. Умолив таким образом братьев помочь ему в молитве, он продолжает и от их имени возносит следующую молитву:
«Всемогущий и бессмертный Боже, помощник всех, кто в нужде, заступник всех, кто прибегает к Тебе за помощью, жизнь верующих и воскресение мёртвых
мёртв... Мы _сердечно благодарим тебя за то, что ты возродил этих людей и безвозмездно отпустил им все их грехи, в знак чего они пришли креститься в соответствии с назначенным временем?_ Ничего подобного. Но мы просим тебя за этих людей, чтобы они [при]дя к твоему святому крещению, МОГЛИ ПОЛУЧИТЬ ПРОЩЕНИЕ СВОИХ ГРЕХОВ ЧЕРЕЗ ДУХОВНОЕ ВОЗРОЖДЕНИЕ.

«Разве они не приходят _не_возрождёнными, чтобы в крещении получить
возрождение и отпущение грехов? А затем, после того как они возблагодарят Бога за то, что сами, _Церковь_, были призваны к
Мы молимся о том, чтобы они познали Его благодать и уверовали в Него, и просим, чтобы эта вера укрепилась и утвердилась. Затем молитва снова обращается к кандидатам: «_Даруй Твоего Святого Духа этим людям, ЧТОБЫ ОНИ МОГЛИ РОДИТЬСЯ
СНОВА и стать наследниками вечного спасения через Господа нашего
Иисуса Христа_» и т. д.

«Теперь, если предположить, что «эти люди» всё ещё _во грехе_, всё ещё _не_обращены, всё ещё _не_возрождены и что крещение — это обычное
_средство_, назначенное Богом для их обращения и спасения, то всё это вполне уместно. В таком случае это вполне правильно и уместно
что служитель должен молиться о том, чтобы они могли сейчас родиться свыше и,
придя на крещение, могли получить духовное возрождение и отпущение
своих грехов. Но исходя из предположения, что они уже были возрождены,
уже родились свыше и уже получили действительное
отпущение своих грехов, все это простая глупость. Нет, это хуже:
это торжественная насмешка. Это не просто абсурдно, это абсолютно
порочно. Это просьба к Богу совершить в крещении то, что кандидаты открыто исповедуют, приходя к его святому крещению. _Это уже было сделано_ для них
уже существует, и они приходят, чтобы _подтвердить_ это перед всем миром и получить _официальное признание_ со стороны Церкви».


— Но, — сказала Теодосия, — вы же не думаете, что методисты в целом верят в это таинственное спасение?»


— Вполне вероятно, — ответил мистер Кортни, — что они в целом никогда не задумывались об этом. Они позволяют своим проповедникам думать за них, а проповедники, как правило,
довольствуются тем, что повторяют мысли мистера Уэсли, не утруждая себя
размышлениями о том, верны они или нет. Но
они _должны_ так думать; и если они не верят и не хотят учить тому, что выражают их стандарты, то они обязаны перед Богом, своим народом и самими собой очистить свою Дисциплину и свои стандарты от этой пагубной ошибки; и пока они этого не сделают, мы должны считать само собой разумеющимся, что они _верят_ и искренне поддерживают то, что они позволяют считать публичным и признанным учением своих официальных документов.

«Но давайте продолжим; мы почти не продвинулись. Что будет следующей записью в нашей маленькой табличке?»

«Истинная Церковь — это та, что была основана Христом и существует по сей день_».

«Можно ли сказать то же самое о методистской церкви?»

«Поскольку я здесь по просьбе моего друга и соседа, чтобы предоставить вам ту информацию, которой я располагаю и которая может вам понадобиться, — сказал преподобный мистер Ститпэйн, — я не чувствую и не чувствовал себя обязанным защищать методистскую епископальную церковь. Но если бы я был готов вступить в дискуссию по главному вопросу, который, похоже, занимает ваше внимание, я бы, конечно, возражал против ваших тестов, особенно
к этому. Видите ли, господа, сейчас не существует никакой другой церкви, кроме великой вселенской церкви, которая зародилась вместе с Христом и существует по сей день. Римская церковь, по протестантским подсчётам, возникла только в 606 году. Англиканская церковь появилась во времена правления Генриха Восьмого; пресвитерианская церковь ведёт свою историю от Жана Кальвина из Женевы; и мы с гордостью можем сказать, что методистская епископальная церковь
Церковь началась с Джона Уэсли в 1739 году, если считать его общества её началом, а сама Церковь была впервые организована в Балтиморе
в 1784 году. Хотя остальные могут быть старше ее, они _none_ из
они настолько стары, насколько требует ваш тест, чтобы их можно было считать
истинными Церквями Христа ”.

“Наш тест, ” ответил мистер Кортни, “ основан на пророчествах, которые
предсказывали, что Церковь Христа будет вечной, пока Он не придет снова.
Мы ничего не знаем о какой-либо видимой _вселенской_ церкви и, следовательно, полагаем, что на земле должны существовать и всегда существовали некоторые примеры той поместной видимой церкви, которую Христос основал сам или через своих апостолов. Мы не хотим сказать, что какая-то конкретная поместная
Общество христиан должно было существовать со времён Христа, чтобы его можно было считать Церковью. Мы знаем, что Церковь в Иерусалиме была вытеснена, Церковь в Антиохии давно разрушена, Церковь в Риме отпала от веры, а престол Сатаны теперь там, где когда-то правил Христос. Но _именно такие Церкви_, по всем основным характеристикам
сходные с теми, что существовали во времена их чистоты, по нашему
мнению, согласно пророчествам как Ветхого, так и Нового Завета,
существовали всё время со времён Христа и существуют до сих пор. Для _них_
он всегда доверял исполнению законов и отправлению таинств своего видимого царства. Теперь, как можно с полным основанием сказать, что суд присяжных зародился в Англии в определённое время и существует по сей день, хотя ни один конкретный суд присяжных, возможно, не просуществовал и года, а большинство из них — и дня, так и о Церкви, как об _учреждении_ Христа, можно сказать, что она существует по сей день, хотя ни один конкретный её представитель не просуществовал и года. Таким образом, мы имеем в виду, что истинная Церковь
то, что мы ищем, должно быть примером того института, который
 учредил Христос и который он и апостолы называли Церковью, а
_не_ чем-то совершенно отличным от него, возникшим у кого-то
другого задолго до того времени и называемым тем же именем. Теперь, если ваше
Методистские церкви были независимы друг от друга и от Конференции.
Они были независимы от всех других церквей, если состояли только из верующих,
и все эти верующие были крещены, если у них был одинаковый состав,
одинаковые условия причастия, одинаковые таинства и одинаковые
Если бы ваша организация придерживалась тех же доктрин, что и Церковь в Иерусалиме, и Церковь в Антиохии, и Церковь в Эфесе, и множество других Церквей, которые во времена апостолов были разбросаны по всей  Иудее, Самарии и Азии, мы бы согласились с вами, что вы начали с Христа, потому что в таком случае у вас не было бы ничего своего.
Уэсли и всё, что Уэсли получил для вас от англиканской церкви,
а только то, что вы сами получили из Библии; и вы не были бы теми, кем вас сделал Уэсли или кем вас сделали ваши шестьдесят проповедников в
Балтимор в 1784 году, но каким вас сделал Христос, когда дал вам в Своём Слове конституцию Своей Церкви. Но теперь вы _такие_, какими вас сделал Уэсли и Балтиморская конференция проповедников. Вы получили конституцию и законы, которые характеризуют вас как методистскую  епископальную церковь и отличают вас от других так называемых церквей, не от Христа, а от Уэсли и Конференции. Тот простой факт, что
вы признали власть Уэсли и Конференции в принятии законов для вас,
сам по себе является убедительным доказательством того, что вы не являетесь _Церковью_
Вы принадлежите не Христу, а Уэсли и Конференции».

 «Вы совершенно заблуждаетесь, сэр, — сказала миссис Стиптейн, — если думаете, что методисты обязаны следовать за мистером Уэсли так же, как он следовал за Христом. Это правда, мы с большим почтением относимся к его памяти и с большим уважением — к его учению. Но мы принимаем его доктрины, потому что считаем его таким способным толкователем Священного Писания». Однако мы готовы подчиняться его требованиям и требованиям его господина и нашим собственным не из-за его авторитета, а из-за авторитета его господина и нашего собственного.
Конференция. Если бы они могли предоставить нам убедительные доказательства из Священного Писания в отношении всего, чему они учат, я уверена, мы были бы обязаны им повиноваться.


— Тогда, мадам, вам никогда не приходило в голову, что именно в тех вопросах, по которым Дисциплина, составленная для вас мистером Уэсли и Конференцией, наиболее строга в своих требованиях, меньше всего Священного Писания, которое могло бы их поддержать?


— Нет, сэр, никогда не приходило и не приходит.

«Позвольте мне тогда напомнить вам, что есть несколько священных писаний, которые как в наставлениях, так и на примерах учат тому, что нужно заботиться о
регулярные собрания Церкви для поклонения Богу в субботу.
Есть несколько текстов, которые, по крайней мере, ясно указывают на то, что христиане обязаны собираться для совместной молитвы на молитвенном собрании;
и нет ни одного текста, который бы предписывал или намекал на существование или необходимость _классных_ собраний. И всё же ваша дисциплина позволяет людям безнаказанно пропускать собрания для публичного поклонения и молитвенные собрания. У вас нет правила, которое обязывало бы их хотя бы извиниться за своё отсутствие; но если они осмелятся
_Держитесь подальше от КЛАССОВЫХ ВСТРЕЧ, вы обязаны исключить их из Церкви_.


«Позвольте мне напомнить вам, что, поскольку ваша Конференция в некоторые годы требовала соблюдения условий членства и вступления в Церковь, которые она отменяла или изменяла в другие годы, у неё не могло быть авторитета Писания для своих меняющихся и противоречивых требований, если только Писание не является изменчивым и противоречивым. Если, например, в 1784 году владение рабами считалось таким грехом, что никому, согласно Писанию, не разрешалось входить в
Он не мог покинуть Церковь Христа до тех пор, пока не оформил документ об освобождении и не зарегистрировал его в канцелярии округа.
Никто из членов Церкви не мог оставаться там дольше года или, в крайнем случае, двух лет, если таково было требование Писания в 1784 году.
Должно быть, так же было и в 1785 году, когда проповедникам посоветовали приостановить исполнение закона.
Если предположить, что закон основан на Слове Божьем, то это означало бы отказ от послушания Божьему слову. И это же правило будет применяться
в каждом случае, когда они оговаривали условия допуска или
условия членства, а затем отказались от них или изменили их.
 Слово Божье не двусмысленно; то, что оно говорит однажды, остаётся неизменным навсегда; и те же условия, на которых люди принимались в Церковь и могли оставаться её членами во времена апостолов, должны быть условиями членства сейчас и всегда, до второго пришествия Христа. Если Конференция меняла их шесть раз,
то совершенно очевидно, что по меньшей мере _пять_ раз они отступали от Писания.
И всё же, будучи методистом, вы должны были следовать
 Но мы отклоняемся от темы.  Мы собирались рассмотреть происхождение методистской церкви, хотя я не знаю, достаточно ли мы уже увидели, чтобы применить наш критерий.

 «Я чувствую, — сказала Теодосия, — что в моей голове царит небольшая путаница в этом вопросе.  Вы постоянно говорите о методистской церкви как о детище мистера Уэсли, и когда я связываю её с мистером Уэсли, я представляю её в Англии. И всё же вы все согласны с тем, что всё началось в 1784 году в Балтиморе, штат Мэриленд, в этой стране. Как это могло начаться с мистера
Уэсли в Англии и в то же время в Балтиморе?»

 «Ваша трудность, — ответил мистер Кортни, — заключается в том, что вы не проводите необходимого различия между _методизмом_ и методистской
епископальной _церковью_. Дисциплина относит зарождение методизма к
1729 году, когда Джон и Чарльз Уэсли, как говорят, впервые обнаружили,
что люди не могут спастись без святости, и начали пытаться быть святыми
и побуждать к этому других. Это произошло за девять лет до того, как
один из них обратился в другую веру. Джон уже некоторое время был
священником англиканской церкви, и Чарльз тоже стал священником до того, как
его обращение. Итак, тот простой факт, что эти двое необращённых молодых людей в 1729 году начали пытаться попасть на небеса с помощью точного и регулярного _метода_ жизни, привёл к тому, что это стало началом системы методизма. И есть люди, которые считают, что как система методизм сейчас представляет собой то, чем он был в начале, а именно _методичную_ попытку попасть на небеса с помощью внешних обрядов и строгости в жизни. Первое _общество_ методистов состояло из мистера Уэсли и двух или трёх студентов университета, которые согласились сотрудничать
вместе для более эффективного изучения классических дисциплин и формирования правильного нравственного и религиозного характера.
 Мы предполагаем, что эти молодые люди, как и он сам, ещё не обратились в христианство.
 Они собирались не столько для того, чтобы молиться, восхвалять Бога и читать его слово, сколько для того, чтобы изучать классические дисциплины и читать друг другу отрывки из произведений языческих поэтов Греции и Рима. Этих молодых людей прозвали методистами за то, что они учились _по правилам_. Похоже, что общество не претендует на то, чтобы его считали _религиозным_.  Независимо от того, является ли мистер
Я не знаю, создавал ли Уэсли ещё какие-то подобные организации. В 1738 году, примерно через девять лет после этого, по совету моравского епископа или пастора он и ещё несколько человек создали _религиозное_ общество, в которое входили как моравские братья, так и прихожане англиканской церкви. Вскоре после этого он понял, что не может стать святым и должен доверить свою душу _Христу_ для спасения, как и его брат Чарльз примерно в то же время. В 1739 году было сформировано первое регулярное общество.
В Англии был заложен фундамент первого методистского молитвенного дома
и были учреждены _классные собрания_; поэтому это _следует_
считать началом системы. Целью классных собраний
был сбор определённой суммы с каждого члена в неделю для оплаты часовни.

 «Сначала _общества_ создавались везде, где проповедовал мистер Уэсли, и все, кто хотел, присоединялись к ним. Единственным условием было желание сделать это.
Но в 1743 году мистер Уэсли подготовил и опубликовал свои «_правила для
обществ_.»

 «В этих правилах он говорит: «_От тех, кто хочет вступить в эти общества, требуется только одно условие, а именно:
желание убежать от грядущего гнева и спастись от своих
грехов._ Но, как и ожидалось от тех, кто будет продолжать в обществе
впредь они должны предоставить доказательства этого желания в жизнь
строгой морали, и соблюдению внешних требований
религия.

“Эти общества не были Церкви Иисуса Христа; их члены
не так уж и считать их. Мистер Уэсли был очень осторожен, что они не должны быть
так считается. Они были не более чем церквями Христа, как общество трезвости, или миссионерское общество, или библейское общество, — это церковь
Христос. Мистер Уэсли был членом и священником англиканской церкви,
и он рассматривал свои общества не как конкурирующую церковь, а как часть этой церкви.


«Но как это можно доказать? Во-первых, насколько мне известно, это никогда не отрицалось; а во-вторых, сам мистер Уэсли
снова и снова говорил, что это так. Здесь, в «_Истории дисциплины_», к которой мы так часто обращались (стр.
57), вы можете прочитать официальные инструкции, которые он давал своим проповедникам: «Призывайте всех, кто был воспитан в Церкви, продолжать
в этом. Подайте пример сами и немедленно измените все планы.
это помешало бы им быть в Церкви по крайней мере два воскресенья из четырех.
Тщательно избегайте всего, что имеет тенденцию отделять мужчин от Церкви.;
и пусть все слуги в наших проповеднических домах сходят в церковь хотя бы раз в воскресенье".
"Разве для этого нет причины?" - Спрашиваю я.

“Почему? Мы не врасплох, мало-помалу,
сползая на отделение от Церкви? О, используйте все средства, чтобы предотвратить это.
 1. Призывайте всех наших людей держаться ближе к Церкви и
таинствам.  2. Предостерегайте их от чрезмерной восприимчивости к злу, которая сейчас преобладает.
3. Предостерегайте их также от пренебрежения молитвами Церкви. 4.
_Против того, чтобы называть наше общество_ Церковью. 5. Против того, чтобы называть наших проповедников служителями, а наши молитвенные дома — церквями: называйте их просто домами проповедей или часовнями и т. д.

 «Вопрос. Но разве мы не диссиденты?»

«Ответ: нет. Хотя мы призываем грешников к покаянию во всех местах, где властвует Бог, и хотя мы часто молимся экспромтом и объединяемся в религиозное сообщество, мы не являемся инакомыслящими в том единственном смысле, который признаёт наш закон, а именно в том, что мы отвергаем
служение Церкви. Мы не отделяем себя от неё, мы _не осмеливаемся_ отделять себя от неё».

 Так говорил мистер Уэсли в Англии. Как говорили проповедники в
Америке? Давайте обратимся к странице 10: «На первой конференции, состоявшейся в
Филадельфии в июне 1773 года, все присутствующие проповедники согласились со следующими правилами:

«1. Каждый проповедник, действующий в сотрудничестве с мистером Уэсли и братьями, трудящимися в Америке, должен строго избегать совершения таинств крещения и причастия.


2. Всех людей, среди которых мы трудимся, следует горячо призывать к
посещать церковь (англиканскую) и принимать там таинства».

 «А шесть лет спустя, на странице 13:

 «Вопрос 10. Следует ли нам остерегаться отделения от церкви, прямого или косвенного?


«Ответ. Безусловно».

 «И снова, в 1780 году, на странице 14: «Вопрос 12. Должны ли мы продолжать поддерживать тесную связь с Церковью [Англии] и призывать наш народ к более тесному общению с ней?


«Ответ. Да».


Но после Войны за независимость Англиканская церковь уже не была так популярна в этой стране, как раньше. Большинство её служителей,
С началом военных действий они встали на сторону Англии и были вынуждены покинуть Америку или остаться под гнётом позора, который помешал бы им приносить пользу. Теперь же было решено, что необходимо объединить эти методистские _сообщества в ЦЕРКОВЬ_; что отчасти было сделано мистером Уэсли, а отчасти — шестьюдесятью проповедниками, которые встретились в Балтиморе в 1784 году. Будучи членами англиканской церкви, они привыкли считать, что без епископа не может быть церкви.
Поэтому мистер Уэсли предоставил им молитвенник и литургию, а также
Он поставил над ними епископа и уполномочил его поставить ещё одного. Это была его часть. Затем два епископа созвали своё духовенство на
конференцию в Балтиморе, и епископы и шестьдесят проповедников единогласно решили, что они являются _Церковью_; и как Церковь установили правила, по которым епископы и проповедники должны были управлять народом. Эти правила были изложены в форме Устава и опубликованы в 1785 году.
С различными изменениями они известны как Устав методистской епископальной церкви. Этот Устав,
По большей части это было то же самое, чем мистер Уэсли и его проповедники
руководили _обществами_. Так что методистская церковь в её первоначальном виде
была просто методистскими проповедниками с добавлением пары епископов, которые решили, что они и есть церковь, и таким образом стали ею.
И в ходе великого методистского судебного разбирательства было решено, что епископы и странствующие проповедники теперь и есть церковь.

«То, что раньше было правилами _обществ_, теперь стало правилами _Церкви_. То, что раньше было условиями вступления в
общества, стало условиями вступления в Церковь.

«Поскольку для вступления в _общество_ нужно было лишь заявить о своём желании спастись, то же самое требовалось и для вступления в _церковь_.


Поскольку им не разрешалось оставаться в обществе дольше трёх месяцев, если они не подтверждали своё желание, то же самое было решено сделать и в церкви; но срок испытательного периода был сокращён до двух месяцев, а через несколько лет снова увеличен до шести.

«В одном эти общества были правы, как считала новоиспечённая Церковь,
Они чувствовали себя очень виноватыми. Они, по всей видимости, потворствовали рабству. Рабовладельцы, желавшие вырваться из ада, могли вступать в
_общества_ и пытаться обрести религию наравне с другими людьми. Но _церковь_ не принимала их. Было решено, что _ни один рабовладелец_ не должен вступать в общество, даже на испытательный срок, как бы сильно он ни желал спасения, пока он не освободит всех своих рабов. И что никто из членов общества, прошедших испытательный срок, не может оставаться в нём дольше года, за исключением Виргинии, и не дольше двух лет, если только он не освободит всех своих рабов.
акт о предоставлении вольности и зарегистрировал его. Это было самое важное.
изменение, которое Церковь внесла в предыдущие соглашения об обществах
; и от этого они отступили раньше, чем прошел год.

Таким образом, Методистскую церковь можно рассматривать как продолжение
обществ мистера Уэсли, за исключением Англиканской церкви и добавленных епископов
. Как _societies_, они происходят от мистера Уэсли в Англии;
как _Церковь_, от двух епископов и шестидесяти проповедников в Балтиморе, штат Мэриленд».

«Благодарю вас, сэр, — сказала Теодосия. — Теперь я понимаю, почему мой разум
был сбит с толку. Не перейти ли нам к нашему следующему тесту?

“Через минуту, если можно. Я только хочу привлечь внимание к тому факту,
что сами епископы признали вскоре после организации
Церкви и до настоящего времени продолжают признавать, что
Дисциплина и порядок в их Церкви не только современные, но и
не основаны на слове Божьем и не сформированы с какой-либо ссылкой на
учения Священных Писаний. В 1789 году, через пять лет после принятия «Дисциплины», епископы опубликовали вместе с ней «Обращение к методистам
Общества в Соединённых Штатах_, начинающиеся следующим образом:

 «Возлюбленные братья: мы считаем своим долгом и привилегией
 самым искренним образом рекомендовать вам, как членам нашей Церкви,
 нашу форму дисциплины, _которая была основана_ [не на
 Писании, а] на пятидесятилетнем опыте в Европе и двадцатилетнем
 опыте в Америке, а также [не на том, чему они научились у
 Иисуса в Его слове, а] на наблюдениях и замечаниях, которые мы
 сделали в отношении древних и современных Церквей.
 «Подписано «ТОМАСОМ КОУКОМ,
 «Фрэнсисом Эсбери».

 «Теперь в обращении, приложенном к Уставу Церкви Норт, опубликованному в 1854 году, мы находим следующее:
 «Мы считаем своим долгом и привилегией самым искренним образом рекомендовать вам, как членам нашей Церкви, наш УСТАВ, основанный на многолетнем опыте, а также на наших замечаниях о древних и современных Церквях.
 «Подписано: «Беверли Во».
 — ТОМАС А. МОРРИС.
 — ЭДМУНД С. ДЖЕЙНС.
 — ЛЕВИ СКОТТ.
 — МЭТТЬЮ СИМПСОН.
 — ОСМОН К. БЕЙКЕР.
 — ЭДВАРД Р. ЭЙМС.

«И в «Дисциплине методистской епископальной церкви Юга», опубликованной в 1840 году, есть аналогичное обращение, в котором делается такое же примечательное признание:

 «Мы считаем своим долгом и привилегией самым искренним образом рекомендовать вам, как членам нашей церкви, НАШУ ФОРМУ ДИСЦИПЛИНЫ, которая была основана на многолетнем опыте, а также на наблюдениях и замечаниях, которые мы сделали в отношении древних и современных церквей.
 «Подписано «ДЖОШУА СОУЛОМ.
 «ДЖЕЙМСОМ О. ЭНДРЮ.
 «УИЛЬЯМОМ КЕЙПЕРСОМ.
 «РОБЕРТОМ ПЕЙНОМ».

«Таким образом, методистов учат их собственные епископы, как первый, так и последний, что их дисциплина основана не на Библии, а на «_многолетнем опыте_», который, по словам первого из них, составляет пятьдесят лет в Англии и двадцать в Америке, а также на «_наблюдениях_», которые епископы сделали «_за древними и современными  церквями._»


Теперь я готов, миссис Перси, к следующему испытанию».

— Дело в том, — сказала она, — что _ни одна истинная Церковь Христа никогда не преследовала людей за их убеждения_».

 «Методистская церковь была организована в этой стране религиозных
Поскольку она свободна и никогда не имела власти преследовать, нам не нужно тратить время на то, чтобы доказать, что она не была гонительницей, и мы можем сразу перейти к следующему пункту.
— А именно, — сказала Теодосия, — _ни одна отступническая церковь не может быть истинной
церковью Христа_.

— Мне кажется, — сказал мистер Перси, — для этого вряд ли потребуется больше времени, чем для испытания, которое мы только что прошли. Как и Англиканская церковь, из которой она произошла, Методистская епископальная церковь никогда не обладала характеристиками истинной церкви и, следовательно, не могла их утратить
у неё никогда не было другого крещения или посвящения, кроме тех, что она могла получить в англиканской церкви, а англиканская церковь получила их от Рима, а Рим, как мы видели (стр. 245–256), принадлежит самому Антихристу.

 «Поэтому мы можем сразу перейти к пресвитерианской церкви, как только
я закончу свою схему».


 СХЕМА МЕТОДИСТСКОЙ ЕПИСКОПАЛЬНОЙ ЦЕРКВИ.

 Признаки или отличительные черты истинной | | Отличительные черты методистской
 церкви. | | Епископальной церкви.
 1. Она состоит только из | ;;;;;;;;;;;; | Она частично состоит из
 professed верующих во | | крещёных младенцев и
 Христа. | | неверующих ищущих. См.
 | | стр. 306–317.

 2d. Его члены были | ;;;;;;;;;;;; | Большинство его членов были
 крещены на | | не были крещены вообще,
 исповедание их | | с момента окропления и
 вера. | | обливание - это не крещение;
 | | или, если вообще, в младенчестве,
 | | без личного исповедания
 | | веры. См. стр.
 | | 317;–;330.

 3D. Это местный житель | ;;;;;;;;;;;; | Это зависит от
 организации и | | проповедника. Он даже не может
 независимо от всех | | решать, кто должен быть его собственным
 другие. | | участники. Это подлежит
 | | епископ. Он даже не может
 | | выбрать себе пастора. Он
 | | зависит от самого факта своего
 | | существования как церковь. См.
 | | стр. 330–342.

 4-е издание. Только Христос | ;;;;;;;;;;;; | Должен быть её Королём и | | Законодателем, и она признаёт | |
законы, касающиеся даже
 никакой другой власти выше | | право членства в Церкви.
 свое собственное. | | См. стр. 342-374.

 5-е. Ее члены имеют | ;;;;;; | Это относится к крещеным
 становятся таковыми их собственные | | дети как члены; и поэтому
 действуют добровольно. | | пока что они не входят,
 | | но их приводят. Однако его
 | | _действующими_ членами являются
 | | те, кто был
 | | приняли _снова_ с их
 | | собственного согласия. См. стр. 375.

 6-е. В нём в качестве статей | ;;; | в нём содержатся и преподаются
 веры изложены фундаментальные | | спасение верой; но
 доктрины Евангелия. | | доктрина замаскирована и
 | | частично сведена на нет доктриной
 | | возрождения через крещение. См.
 | | стр. 376–378.

 7-е. Оно началось с | ;;;;;;;;;;;; | Оно было задумано и
 Христа и продолжается | | основано мистером Уэсли
 по сей день. | | и другими _людьми_, и началось
 | | в 1784 году по инициативе
 | | двух епископов и шестидесяти
 | | проповедников.

 8-е. Оно никогда не преследует | | У него никогда не было власти
 ради спасения совести. | | преследовать.

 9-е. Нет отступнической Церкви | ;;;;;;;;;;;; | Это была, поскольку вышедшая из
 может быть Церковью | | Англиканской церкви,
 Христа. | | отступник по самой своей сути
 | | Происхождение. См. стр. 401.

“Принципы, которые мы уже установили и проиллюстрировали”, - сказал г-н
Кортни, «это позволит нам избавиться от других претендентов, сказав всего несколько слов о каждом из наших тестов. На самом деле нам почти ничего не нужно делать, кроме как показать их реальные результаты на диаграмме.

“Пресвитерианская церковь =, например, как мы все знаем, состоит не
только из верующих; ибо это правда, как сказал доктор Сэмюэл Миллер, ранее
профессор пресвитерианской теологической семинарии в Принстоне, штат Нью-Йорк.
Джерси, сказал: (стр. 257 своих писем о конституции и порядке
христианского служения:)

«Каждый, кто читал наше «Исповедание веры», знает, что в нём говорится о том, что все, исповедующие истинную религию, являются членами видимой Церкви; что _дети_ таких людей, _в силу своего рождения_, и, конечно, до крещения, _также являются членами
Церковь,_ а крещение — это лишь установленная печать или торжественное
подтверждение и ратификация их членства».

 «Более того, мы все знаем, что если окропление и обливание не являются крещением, то лишь немногие члены этой Церкви были крещены, и почти никто из них никогда не подвергался окроплению или обливанию _в знак личного исповедания веры_; и, согласно этому прямому заявлению доктора Миллера, ни исповедание веры, ни крещение _не являются необходимыми для
членства в Церкви_. Достаточно лишь родиться от родителей, исповедующих истинную религию.

«Таким образом, наши первые два теста можно легко применить. Третий тест тоже не должен вызвать у нас особых затруднений, поскольку в «Исповедании веры» прямо говорится, что местные общества, обычно называемые церквями,
являются _не_ отдельными и независимыми организациями, а _частями_
всего учреждения, известного как пресвитерианская церковь. См. главу
X, стр. 418. «Поскольку Церковь разделена на множество отдельных общин, они нуждаются во взаимном совете и помощи, чтобы сохранить целостность учения, строгость дисциплины и т. д. Следовательно,
Отсюда вытекает важность пресвитерианских и синодальных собраний».
Опять же, на стр. 425, глава XII, см. пояснительную записку:

«Радикальные принципы пресвитерианского церковного управления и дисциплины заключаются в следующем:
1. Несколько различных общин верующих, взятые вместе, составляют _единую Церковь_ Христа, которая emphatically называется _Церковью_;
2. Большая часть Церкви или её представительство должны управлять меньшей частью или разрешать возникающие в ней споры;
3. Точно так же представительство всего
должна управлять и принимать решения в отношении каждой части и всех частей вместе, то есть что _большинство должно управлять_; и, следовательно, апелляции могут подаваться в вышестоящие судебные инстанции, пока они не будут окончательно решены совокупной мудростью и единым голосом _всей Церкви_.

«Таким образом, каждая отдельная община настолько далека от того, чтобы быть
_независимой_ Церковью, что в силу самой сути пресвитерианства она
неизбежно рассматривается как часть того целого, которое подчеркнуто
называется Церковью и которое должно решать за них все вопросы
доктрина и дисциплина, которые могут возникнуть в любой из этих частей. Это просто неотъемлемая часть большой конфедерации, не имеющая собственных прав, но во всех вопросах подчиняющаяся тому собранию, которое претендует на то, чтобы представлять _всю Церковь_.


То же самое касается четвёртого из наших испытаний. Мы можем с лёгкостью сделать вывод
из самого «Исповедания веры» и без особых затрат времени
что каждая из поместных церквей и каждый их член обязаны
_принимать_ и _повиноваться_ постановлениям вышестоящих судебных инстанций.

«По правде говоря, пресвитерианское общество как таковое обладает не большей церковной властью, чем епископальное, методистское или даже римско-католическое общество. Оно не может само определять, кого принимать в свои ряды. Оно не может само определять, должен ли нечестивый нарушитель Божьих законов оставаться в их числе и обществе. Оно не может само решать, кто будет призван проповедовать Евангелие с его кафедры. Оно не может само решить, что тот, кто показал себя недостойным и отверг их
Несмотря на их самые искренние протесты, я не буду продолжать поддерживать с ними отношения пастора.


— Конечно, — воскликнула Теодосия, — вы выражаетесь слишком резко.  Я несколько месяцев была прихожанкой пресвитерианской церкви и не замечала никакого посягательства на мои или чужие свободы.


— А я, — сказал мистер Перси, — был прихожанином ещё дольше, чем вы, и
Я никогда не чувствовал, что мои свободы чем-то ограничены, и всё же из этого не следует, что такой власти, которая могла бы их ограничить, не существовало. Многие граждане
можно жить и умереть во владениях деспота, так и не став жертвой деспотической власти; но власть, тем не менее, существует.
Наш вопрос заключается в том, является ли местная пресвитерианская церковь, подобно церкви в
Иерусалим, или Церковь в Коринфе, или Церковь в Эфесе могут
во Христе _сами решать_ все вопросы порядка и дисциплины,
относящиеся к _их собственным_ внутренним делам; или же существует
внешняя по отношению к ним и стоящая над ними сила, которая может
решать эти вопросы за них и решениям которой они должны подчиняться,
иначе они перестанут быть
Пресвитерианская церковь? Чтобы найти правильный ответ на этот вопрос, нужно обратиться не к нашему личному опыту или наблюдениям, а к письменному уставу церкви. Из Священного Писания мы узнали, что именно _экклесия_, то есть церковь в её собирательном качестве как официального органа, должна принимать членов в своё сообщество и братство. Но устав пресвитерианской церкви гласит, что
Церковь наделяет этой властью _пастора и его консультативный совет_, старейшин, которых может быть всего один или два. Это не
Церковь, но не собрание, состоящее из пастора и двух правящих старейшин (если их столько), «отвечает за поддержание духовного управления общиной». Собрание «принимает членов в Церковь, увещевает, обличает, отстраняет от причастия или исключает из него тех, кто, по его мнению, заслуживает порицания». Стр. 416, 417. И оно несёт ответственность за свою верность или неверность
_не_ в _церковь_, а в _пресвитерианскую общину_.

«И за исключением первого пункта — принятия членов,
Сессия не обладает окончательной юрисдикцией, поскольку пресвитерия имеет право рассматривать апелляции на их решения, проверять, одобрять или порицать их действия, а также отменять решения, которые она не одобряет. Но пресвитерия подотчётна не _Церкви_, а _синоду_, который может проверять, порицать или отменять её решения. А синод подотчётен не _Церкви_, а _Генеральной ассамблее_, решение которой является окончательным.

«Таким образом, именно Генеральная Ассамблея имеет право решать, кто может быть членом отдельной и конкретной
Церкви. Это _никогда_ и _ни в коем случае_ не может быть _окончательно_ решено самой _Церковью_, но должно быть решено за неё либо сессией,
пресвитерией, синодом, либо Генеральной ассамблеей.

 «Что касается назначения или увольнения пастора, то нет ничего более ясного, чем требования конституционных правил.Церковь может искренне желать, чтобы определённый служитель возглавил её. Этот служитель может быть очень заинтересован в этом. Церковь может собраться
и выразить своё желание путём официального голосования, а затем воплотить его в жизнь
письменная просьба к упомянутому священнику приехать. Но они не могут _отправить_ её ему; они не осмеливаются даже официально _попросить_ его приехать, пока не получат любезное согласие пресвитерии, под опекой которой может находиться проповедник, а также той пресвитерии, в которой может находиться церковь. См. стр. 439, раздел ix.: «Подготовленное таким образом приглашение должно быть представлено пресвитерии, под опекой которой находится приглашаемый;
что если _пресвитерия сочтет целесообразным_ направить ему призыв,
то он может быть направлен соответствующим образом; и ни один священник или кандидат не должен
«Призыв может быть осуществлен только через руки пресвитерии»...

 «Если призыв обращен к лиценциату другой пресвитерии, то в этом случае уполномоченные, назначенные общиной для рассмотрения призыва, должны предоставить в этот судебный орган свидетельство от своей пресвитерии, должным образом заверенное модератором и секретарем, о том, что призыв был доведен до их сведения и что он соответствует порядку».

Итак, на страницах 444 и 445 мы можем прочитать: «Ни один епископ [то есть пастор]
не может быть переведён из одной церкви в другую, равно как и не может получать
призывать с этой целью, но _с разрешения пресвитерии_.»… «Пресвитерия, собравшись и выслушав стороны, должна, исходя из общей картины дела, либо оставить его на прежнем месте, либо перевести, _как они сочтут_ наиболее подходящим для мира и назидания Церкви».

«Тогда откройте страницу 448 и прочтите следующее: «Если какой-либо священник будет испытывать такие трудности в своей общине, что пожелает сложить с себя пастырские обязанности, пресвитерия должна пригласить представителей общины на следующее собрание, чтобы
укажите причину, если таковая у них есть, почему пресвитерия не должна принимать отставку
. Если собрание не явятся, или если их причины
сохраняя их пастор, по мнению священника недостаточно, он
имеет отпуск предоставляется в отставку его пастырские обязанности, которые из-за
составляется протокол.… Если какая-либо община пожелает освободиться
от своего пастора, должен быть соблюден аналогичный процесс, _mutatis mutandis_,
”.

— Я думаю, — сказал доктор Тингвелл, — что вы ясно изложили суть дела, и мы можем перейти к следующей отметке на нашей табличке.

— Это _пятое_, — сказала Теодосия, — и оно требует, чтобы члены истинной Церкви _стали таковыми по собственному желанию_».


— Но в этой Церкви, как мы видели, — сказал мистер Кортни, — они, согласно свидетельству доктора Миллера, к которому я мог бы добавить свидетельства других их авторитетных авторов, _рождаются в Церкви_, если им посчастливилось родиться у родителей, исповедующих истинную религию. Однако нам, возможно, будет полезнее самим взглянуть на «Исповедание веры».
 Если вы перейдёте на страницу 146, то сможете получить дополнительные доказательства.

«Креститься должны не только те, кто действительно исповедует веру во Христа и повинуется ему, но и _младенцы_ одного или обоих верующих родителей».


«Но делает ли это крещение этих неосознанных и невольных получателей
_членами Церкви_? И это без какого-либо дополнительного и добровольного
акта с их стороны? Переверните страницу 450, и вы увидите: «_ВСЕ
КРЕЩЁНЫЕ ЯВЛЯЮТСЯ ЧЛЕНАМИ ЦЕРКВИ — находятся под её_ опекой и подчиняются её управлению и дисциплине; а когда они достигают возраста, в котором можно принимать решения, они обязаны выполнять все обязанности членов Церкви».

— Это, безусловно, так же ясно, как и то, что можно выразить словами, — сказал доктор. — И мы можем перейти к следующему испытанию, которое, если я не ошибаюсь, заключается в том, что «_истинная церковь должна придерживаться основополагающих доктрин Евангелия как догматов веры_».
— И здесь, я рад сообщить, — сказал мистер Кортни, — мы можем поставить этой претендентке высшую оценку. Если бы всё в ней было столь же безупречно, как и её теологическая система, нам было бы не к чему придраться. Но когда мы подходим к нашему _седьмому_ испытанию и спрашиваем о её _начале_, мы можем проследить историю пресвитерианской церкви Соединённых Штатов только до 1789 года, или
На пять лет позже, чем была организована методистская церковь в Балтиморе.
Именно в тот год учреждение было _завершено_ или доведено до конца,
к тому, что у него уже было, добавилось то, что сейчас является его отличительной чертой, а именно — ГЕНЕРАЛЬНАЯ АССАМБЛЕЯ, которой до этого не существовало.

«В 1788 году Синод Нью-Йорка и Филадельфии утвердил нынешний план управления, предусматривающий сессии, пресвитерии, синоды, _и Генеральную ассамблею_, и, разделившись на четыре синода, передал полномочия Генеральной ассамблее, которая собралась в следующем году. Так началось
Нынешний порядок пресвитерианства в Америке».

 «Но как же тогда, — спросила Теодосия, — можно сказать, что пресвитерианская церковь началась с _Жана Кальвина в Женеве_?»

 «Точно так же, как методистская церковь началась с Уэсли, но зародилась в Балтиморе. Жан Кальвин предложил, отстоял и в некоторой степени воплотил в жизнь основные положения системы и доктрины, которые обычно с ней ассоциируются. Они были сжаты и воплощены в знаменитом
Вестминстерское собрание богословов и пресвитерианские церкви, то есть церкви, управляемые пресвитерами и синодами, были основаны в
Швейцария, Шотландия и Англия; а также священники и прихожане, приезжавшие в Америку, привозили с собой свои принципы. Здесь были организованы общества, а также сессии и пресвитерии, а затем и синоды, призванные управлять ими. В 1789 году эта система была окончательно завершена путём создания Генеральной ассамблеи. Но независимо от того, когда мы даём начало этой системе — в Филадельфии с первой Генеральной ассамблеей, в Женеве с Жаном Кальвином или где-то ещё за сто или тысячу лет до рождения Жана Кальвина, — это не имеет никакого значения для нашего настоящего
аргумент. Нам достаточно знать, что ни Христос, ни апостолы не создавали такой системы. Иерусалимская церковь не была частью чего-то, «что особо называется _церковью_;» она была самодостаточна. То же самое можно сказать о церквях в Антиохии, Коринфе и Эфесе; то же самое можно сказать обо всех церквях, о которых мы читаем в Священном Писании. Каждая из них управляла своими членами и не подчинялась контролю какой-либо экклесииОни не подчинялись никаким внешним силам. Они подчинялись только Христу и апостолам, говоря от имени Христа и под вдохновением его Духа. Когда они совершали акт дисциплинарного воздействия, не было ни пресвитерия, ни синода, ни общего собрания, которые могли бы отменить или утвердить приговор, вынесенный в самой «_экклесии_»
. Обиженный брат должен был сообщить «_экклесии_» — не
заседанию, не пресвитерии, не синоду и не общему собранию, — что _таких вещей не существует_. Христос не учреждал их и не давал им никаких полномочий.
власть для них. Когда _ekklesia_ — поместная Церковь — приняла решение,
это было концом дела; и ее решение не могло быть отменено
никакой властью, кроме ее собственной. Если какой-либо из этих судебных органов, высокий или
низкий, существовал вне поместной Церкви во времена апостолов, авторы
Священных Писаний пренебрегли упоминанием о них. Поэтому мы можем быть уверены в том, что
всякий раз, когда и где бы ни была организована Церковь, состоящая из множества местных общин, объединённых в единое целое под названием _Церковь_, которой управляют пресвитерии, синоды и епископы,
и на общем собрании, которое состоялось через некоторое время после завершения
записи Священного Писания; и это всё, что требуется для нашего аргумента».

 «Наш следующий критерий, — сказала Теодосия, — восьмой: _Она никогда не преследует за убеждения._»

 «Пресвитерианская церковь Соединённых Штатов, или, пожалуй, я бы сказала
_Церкви_ — ведь их сейчас три, и их обычно называют «Старой
«Старая школа», «Новая школа» и «Камберлендская школа» — ни одна из них с момента завершения своего формирования не имела ни возможности, ни желания преследовать кого-либо. Пресвитерианские церкви в Европе, где у них была такая возможность,
власть была в этом виновата; и поэтому пресвитериане, поселившиеся в Новой
Англии, в своё время были в значительной степени проникнуты духом преследования.
Но пресвитерианская церковь в Соединённых Штатах, я рад это
отметить, с самого начала заявила, что её судебные «собрания не должны обладать никакой гражданской юрисдикцией или налагать какие-либо гражданские
наказания. Их власть полностью нравственная и духовная, и только
служебная и декларативная…» Самое суровое наказание, на которое они имеют право, — это исключение непокорных и нераскаявшихся из общины верующих.

«Мы поддерживаем их в этом и переходим к следующему и последнему из наших испытаний. _Является ли она отступнической Церковью?_ Она не является отступнической в том смысле, что когда-то была истинной Церковью, а с тех пор утратила присущие ей качества; но, как и Епископальная и Методистская церкви, она была отступнической с самого начала. Оно вышло из Рима так же верно, как и все остальные.
И когда оно вышло, то принесло с собой крещение Антихриста и рукоположение Антихриста. Как папские соборы ввели крещение младенцев с заменой исповедания веры на
спонсоры, поэтому они пошли ещё дальше и крестили их _без какого-либо исповедания веры_, а только по _обещанию_ тех, кто их привёл.
 Папа своим указом заменил погружение в воду на _окропление_, и они, вместо того чтобы восстановить крещение Христа, пошли ещё дальше и, по совету «благочестивого, учёного мужа Жана Кальвина из Женевы», заменили окропление на _окропление водой_, которое раньше никогда не использовалось для крещения. (См.
доктора Уолла, процитированного в первом томе, стр. 177.) Они реформировали учение, реформировали нравы и реформировали мораль
Римская церковь; но они не отвергли Рим и не вернулись к
Библии в поисках первоначального образца, как это сделали мы, и
не ограничились этим; или не искали Церковь в пустыне,
куда Рим, великий дракон, изгнал её, и _не приняли от неё_
то христианское крещение и то христианское рукоположение,
_которые Рим, как АНТИХРИСТ, не мог даровать_. Они довольствовались протестом против
Рим, и осудите его ужасную иерархию как средоточие греха и сына погибели; но и по сей день они не осмеливаются официально заявить, что
_крещение_ и рукоположение этого Антихриста не являются истинными и действительными
_христианскими_ крещениями и добрыми и законными _христианскими_ рукоположениями; ибо
поступить так означало бы полностью лишить силы их собственные крещения и рукоположения, поскольку Кальвин и его сопресвитеры были крещены и рукоположены _Антихристом_. Этот вопрос был поднят в 1854 году на Генеральной ассамблее Новой школы, которая проходила в Буффало.
Вопрос заключался в том, могут ли пресвитериане признать крещение католиков действительным христианским крещением.
И хотя они осуждают эту церковь как того самого АНТИХРИСТА, о котором говорится в Священном Писании, — хотя
они знают, что во все времена он был великим врагом, жестоким и кровожадным
ГОНИЛЬЩИКОМ истинных последователей Иисуса — они не осмелились
решить, что он не может и не _совершает таинства Христовы_.
Его руки, обагрённые кровью святых мучеников, совершали
_единственное_ крещение, которое когда-либо принимали те, кто _крестил пресвитерианскую церковь_.
И когда они осмеливаются заявить, что это не было и не могло быть _истинным_ христианским крещением, они тем самым заявляют, что _сами никогда не были крещены_.

«Не следует забывать о фактах, связанных с этим обсуждением.
Вопрос, который был вынесен на решение Ассамблеи, был очень простым и на первый взгляд не требовал особого решения.
По сути, он заключался в следующем: являются ли крещение и рукоположение, совершаемые Римско-католической церковью, действительными и законными христианскими крещением и рукоположением?
Этот вопрос был передан на рассмотрение специальной комиссии, которая должна была изучить его и представить отчёт. Большинство членов этого комитета сообщили, что наши стандарты
объявляют папу римского _Антихристом_, а крещение или рукоположение
Антихрист не мог быть крещён или рукоположён по христианскому обряду. Но
большинство Ассамблеи проголосовало за бессрочную отсрочку
рассмотрения этого вопроса, что означало простой отказ от принятия
какого-либо решения. И вот почему они пошли по этому пути: если бы они осмелились официально и авторитетно заявить, что Рим не является истинной Церковью, а его крещения и рукоположения незаконны и недействительны, то этим самым они бы _официально отлучили себя от Церкви_, поскольку их собственные таинства были даны им через Рим. Если крещения и рукоположения в Риме недействительны, то
тогда Лютер и Кальвин не были ни крещены, ни рукоположены, как и все остальные.
кто составлял первые Церкви Реформации. Если бы они были
некрещеные, значит, они не были настоящими Церквями, поскольку ни одна группа
некрещеных верующих, какой бы благочестивой она ни была, никогда не рассматривалась как
Церковь. Если бы их министры были _неординарны_, то, согласно
Согласно пресвитерианскому обычаю и власти, они не имели права крестить или рукополагать других.
Поэтому церкви никогда не могли получить через них таинства Христа и, следовательно, должны обходиться без них.

«Если бы они сказали: _Мы не можем сказать_: люди спросили бы их: _Почему?_
 ведь любому честному человеку должно быть ясно как день, что враг Христа, зверь, дракон, человек греха, предсказанный как Антихрист, который должен занять место Христа и своей мнимой властью погубить его святых и уничтожить его народ, не мог быть исполнителем воли Христа, не мог быть уполномочен ИМ совершать ЕГО таинства.

 «Поэтому они решили отложить дальнейшее рассмотрение этого вопроса и _исключить все упоминания о нём из своих постоянных записей,
чтобы люди могли забыть об этом_. Но люди _не_ забудут об этом. Вопрос снова встанет на повестку дня. Должно быть верно, что католическое крещение либо _является_, либо _не является_ истинным и действительным христианским крещением. Если _является_, то Римско-католическая церковь — истинная Церковь Христа, и они были _отлучены_ от неё в лице своих основателей, реформаторов. Если это _не так_, то они вышли из отступнической церкви,
а поскольку у неё не было власти совершать христианское крещение, она не могла дать его им, а другого у них не было. Если римско-католическая церковь
Если _рукоположение_ не было истинным _христианским_ рукоположением, то Лютер, Кальвин и другие служители того времени _не были рукоположены_, а если они не были рукоположены, то не могли рукополагать других и проводить христианское крещение. Если это было истинное рукоположение, то истинной Церковью был Рим, а Лютер, Кальвин и их соратники были _низложены_ и _отлучены от церкви_, и им больше не разрешалось действовать официально, а все их официальные действия, следовательно, являются недействительными. В любом случае у их последователей _нет_
крещения, _нет_ рукоположения, _нет_ таинств и _нет_ церкви, если только
Это может быть церковь, в которой нет крещения, или крещение, совершаемое не служителем, что противоречит учению «Исповедания веры», стр. 498: «Крещение должно совершаться только служителем Христа» и т. д.

 «Но нам не нужно останавливаться на этом. Мы увидели достаточно, чтобы понять, что с самого начала эта церковь не обладала библейскими характеристиками истинной церкви Христа. Пусть мистер Перси закончит свою схему, и мы перейдём к лютеранским церквям.


Нам не нужно останавливаться на методистской протестантской церкви, потому что она
Он моложе своей матери, которую мы исследовали, и не отличается от неё ни в чём существенном для нашего аргумента. Нам также не нужно отдельно рассматривать камберлендскую пресвитерианскую церковь, о которой можно сказать то же самое. А лютеранским церквям нужно уделить лишь немного больше времени, чем потребуется для построения диаграммы, которая с первого взгляда покажет, что они собой представляют.

«Те, кто живёт в этой стране, — потомки тех, кто живёт в Европе, и, как и они,
насколько это позволяют различные обстоятельства, переняли у них их обычаи и организацию, и если _они_ не
Это не могут быть истинные церкви. Нам нужно лишь сказать о них то, что, как мы полагаем, не станут отрицать их самые преданные члены: они не только принимают младенцев в свои ряды, но и, где у них есть власть, как в Германии и Швеции,
_заставляют_ родителей силой штрафов и тюремного заключения приводить своих
младенцев для принятия в свои ряды. Следовательно, они не выдержат наших первых двух испытаний, а также пятого и восьмого.


 СХЕМА ПРЕСВИТЕРИАНИСТСКОЙ ЦЕРКВИ.

 Признаки истинной | | Пресвитерианской церкви.
 Церкви. | | Церкви.
 1. Состоит только из | ;;;;;;;;;;;; | Состоит из верующих
 исповедующих веру во | | и их потомков, а также
 Христа. | | всех крещёных в младенчестве. См. стр. 403.

 2d. Его члены были | ;;;;;;;;;;;; | Дети
 крещены после | | Члены церкви считаются
 исповедания своей | | членами церкви даже без
 вера. | | крещение вообще. П.
 | | 403–408.

 3d. Это местная | ;;;;;;;;;;;; | Это великая
 организация, и | | конфедерация, частью которой
 она независима от всех | | является каждое местное общество.
 других. | | П. 404.

 4-е. В ней есть только Христос | ;;;;;;;;;;;; | Ею управляют сессии,
её король и | | пресвитерии, синоды,
 Законодатель, и признает | | и Генеральная ассамблея. P.
 никакой другой власти выше | | 405-407.
 своя собственная. | |

 5-й. Его члены имеют | ;;;;;;;;;;;; | Большинство его членов являются таковыми
 становятся таковыми по собственному желанию | | ими _born_ такими без
 добровольного акта. | | с их ведома или согласия.
 | | P. 403.

 6-е. Сохраняется как статья | | Сохраняется по большей части
 вера является основополагающей | | для всех основополагающих
доктрин Евангелия. | | доктрин о спасении. П.
 | | 408.

 7-я. Она началась с | ;;;;;;;;;;;; | Она сравнительно
 Христа и продолжается | | молода по происхождению и
до наших дней. | | пришла через Жана Кальвина и
 | | реформаторов Женевы из Рима. Американская
 | | организация была завершена
 | | в 1789 году. С. 409.

 8-е. Она никогда не преследовала | ;;;;;; | Во времена Кальвина и
 ради спасения души. | | впоследствии в Европе она
 | | преследовала, но американская
 | | организация никогда этого
 | | не делала. С. 410.

 9-е. Никакой Церкви отступников | ;;;;;;;;;;;; | Она была отступнической
 может быть Церковью | | по происхождению, так как происходит от
Христа. | | Рима, и никогда не обладала
 | | характеристиками истинной
 | | Церкви Христовой. См. стр.
 | | 411–414.

 «Местные общества не являются независимыми, каждое из них входит в состав
конфедерации, которая, насколько это возможно, совпадает с границами
страны. Следовательно, у них нет нашей третьей метки. И, как и
Пресвитериане подчиняются церковным собраниям, стоящим выше поместной церкви, и там, где это возможно, они объединены с государством и, как и Англиканская церковь, подчиняются гражданской власти. Таким образом, Христос не является их _единственным_ царём и законодателем.
Их вероучение учит _возрождению через крещение_ так же ясно, как «Молитвенник» Англиканской церкви, «Проповеди» Уэсли или «Дисциплина». И тело её прихожан в Европе (хотя и не в этой стране) явно полагается на сакраментальное спасение. Это не так
Она началась с Христа, но отделилась от Рима во времена Мартина Лютера.
Она, как и Англиканская церковь, была гонительницей с самого начала,
пока ещё жил сам Лютер, и направляла её деятельность. И, как и те, что мы рассмотрели, хотя она и не отступила от своих принципов с самого начала, она была отступницей с самого зарождения. Она не _утратила_
свойств истинной Церкви Христовой, потому что их у неё никогда не было.
С самого начала она была лишена всех признаков истинной церкви, кроме _одного_: когда-то она придерживалась фундаментальных доктрин
Евангелия, и многие из его последователей придерживаются их до сих пор».

 «Я едва ли могу быть удовлетворена, — сказала Теодосия, — тем образом Лютера, который вы нам описали. Возможно, он и совершал время от времени акты насилия, но я едва ли могу поверить, что он был систематическим и преднамеренным _гонителем_ или что своими наставлениями или примером он оправдывал притязания тех, кто с тех пор пытался заставить людей принять его доктрины под страхом наказания по гражданскому праву».


 СХЕМА ЛЮТЕРАНСКОЙ ЦЕРКВИ.

 Признаки истинной | | Лютеранской церкви
 Церковь. | | Церковь.

 1-й. Она состоит только из | ;;;;;;;;;;;; | Она состоит, насколько это возможно, из
 исповедующих веру в | |, таких как
 Христос. | | Англиканская церковь, состоящая из
 | | всего населения, ставшая
 | | членами путем крещения в их
 | | младенчестве.

 2. Его членами были | ;;;;;;;;;;;; | Его члены в основном
 крестились по | | было совершено в младенчестве,
 исповедание их | | до того, как они узнали, что есть
 вера. | | Христос.

 3D. Это местное общество | ;;;;;;;;;;;; | Каждое общество является лишь частью
 организации и | | великой церкви
 независимой от всех | | истеблишмента.
 Прочее. | |

 4-е. Его единственным | ;;;;;;;;;;;; | Королём и | | церковным
 законодателем является Христос, и он не признаёт никакой другой власти над собой, кроме своей собственной. | | возник, а в Швеции связан с
 | | государством.

 5-е. Его члены | ;;;;;;;;;;;; | Его члены становятся таковыми
 становятся таковыми по собственному | | в младенчестве, и там, где это
 добровольному действию. | | имеет силу, по
 | | принуждению закона.

 6-е. В качестве статей | ;;;;;; | Когда-то спасение
 веры оно придерживается фундаментальных | | давалось только верой. Некоторые из его
 доктрин Евангелия. | | членов до сих пор так считают, но его
 | | стандарты учат крещению
 | | регенерация и многое другое
 | | его члены уповают на
 | | таинства ради спасения.

 7-е. Всё началось с | ;;;;;;;;;;;; | Всё началось с Мартина
 Христа и продолжается | | Лютера и вышло из
 по сей день. | | Рима.

 8-е. Оно никогда не преследует | ;;;;;;;;;;;; | Оно преследовало даже во
 за убеждения. | | времена Лютера; и в каждом
 | | страна, в которой это происходит
 | | власть, если она налагает штрафы и
 | | заключает в тюрьму _баптистов_ по сей день. Стр. 416–422.

 9. Ни одна отступническая церковь | ;;;;;;;;;;;; | не может быть церковью | | Рима, отступнической по своему
 Христа. | | происхождению, и никогда не имела
 | | признаков истинной церкви.

— Лютер, — сказал мистер Кортни, — был очень великим человеком и в некоторых отношениях...
Он очень хороший человек, и его гонения на других показывают, как далеко могут зайти хорошие и мудрые люди в своём отступничестве от требований Божьего слова, даже если они придерживаются его и учат, что оно и только оно должно быть путеводной звездой для каждого человека как в вопросах веры, так и в вопросах практики.

 «Я бы хотел, чтобы это пятно не ложилось на его имя. Я бы хотел, чтобы ни он, ни
Кальвин добился казни других людей за то, что они делали то же, что и он, и одобряли это; то есть за то, что они просто думали и принимали решения _самостоятельно_ в отношении учения Слова Божьего.
религиозная вера и практика. Мы можем простить их, _если_ сможем, или _так_ как сможем; но _факты_ записаны кровью и должны навсегда остаться памятником истины о том, что церкви, основанные тем или иным способом, не были и не могли быть истинными церквями Христа, поскольку обе они начались с крови, и, когда у них появилась власть над мирским мечом, они не пожалели вонзить его в сердце тех, кто осмелился самостоятельно читать Писание _и не соглашался со своими хозяевами._

«Но если вы сомневаетесь в фактах, то найдёте у нас превосходное изложение
В случае с Лютером они описаны в «Истории иностранных баптистов» Орчарда и подкреплены ссылками на самые надёжные исторические источники:


«В начале своей деятельности Лютер не имел особых возражений против баптистов. Он
поддерживал печально известного Мюнцера, который был баптистским священником и пользовался таким уважением Лютера, что тот называл его своим Авессаломом. Их совместные усилия значительно увеличили число баптистов. Когда до Лютера из Карольштадта дошла весть о повторном крещении [то есть о крещении тех, кто был крещён только по католическому обряду], что Мюнцер завоевал сердца
о народе и о том, что в его отсутствие происходила Реформация; он,
6 марта 1522 года, как молния, вырвался из заточения, рискуя жизнью и не посоветовавшись со своим покровителем, чтобы положить конец действиям Кароляштадта. (_Мосхейм Маклина_, т. iii., стр.
45.) По возвращении в Виттенберг он изгнал Карола, Пеларга,
Мора, Дидима и других и снова принял только Меланхтона.
(_Ивимей_.).… Успех и многочисленность баптистов довели его до крайности. Он стал их врагом, несмотря на все, что говорил
Он выступал за крещение погружением (в то время как спорил с католиками о достаточности слова Божьего), но теперь преследовал их под названием «повторных окунателей», «повторных крещёных» или «анабаптистов» .
Его половинчатые меры, его национальная система, использование римской литургии, пресуществление, крещение младенцев без ссылки на Писание или пример — всё это не нравилось баптистам. Да, пикардийцы, или вадуа, ненавидели его систему, а он ненавидел все остальные секты». (С. 344, 345.)

 «И снова: «Властный тон Лютера и его высокомерное поведение по отношению к тем, кто с ним не соглашался, свидетельствовали о том, что он был готов на всё, чтобы добиться своего».
что он возглавит реформаторов». (_Исследования Робинсона_, стр. 542.) Ему и его коллегам пришлось несколько лет бороться с многочисленными баптистами по всей Германии, Саксонии, Тюрингии, Швейцарии и другим королевствам. В разных королевствах проводились конференции по вопросам крещения, которые продолжались с 1516 по 1527 год. Поддержка, которую баптисты получали из трудов Лютера, сводила на нет усилия реформаторов. В Цюрихе [лютеранский] сенат предостерегал людей от практики повторного крещения, но все их предупреждения были напрасны.
тщетно. Поскольку эти попытки остановить рост числа баптистов не увенчались успехом, были приняты карательные меры. Первый указ против анабаптизма был издан в Цюрихе в 1522 году.
За крещение или отказ от крещения своих детей полагался штраф в размере одной серебряной марки. Кроме того, было объявлено, что с теми, кто открыто выступает против этого указа, следует обращаться более сурово. (_Нем. Brandt’s Hist. Ref._, т. i., б. ii., стр. 57.)
Поскольку этого было недостаточно для проверки погружения, Сенат постановил, как и Гонорий
в 413 году было постановлено, что все, кто исповедует анабаптизм или укрывает приверженцев этого учения, должны быть наказаны _смертью через утопление_.
(_Miln. Ch. Hist._, гл. xvi. _История Нила._, т. v., стр. 127.)
Отказ от крещения карался смертью, а теперь смертью каралось крещение.
Такова непостоянная государственная религия. Вопреки этому закону
баптисты продолжали придерживаться своей обычной дисциплины; и некоторые
прославленные учёные-богословы осознавали всю суровость приговора.
МНОГИХ БАПТИСТОВ УТОПИЛИ И СОЖГЛИ. (_Милнер_, _Брандт_, _Айвими_.)
Эти суровые меры, которые применялись в течение многих лет, _были согласованы с реформаторами_, что нанесло большой ущерб лютеранскому движению. (_Rob. Res._, стр. 543.) Это была жестокая политика папства, проводимая братьями.
 Где бы ни селились баптисты, Лютер играл роль вселенского
епископа и писал князьям и сенатам, призывая их изгнать таких опасных людей.

«Но разве эти суровые меры не были направлены против так называемых безумцев или фанатиков из Мюнстера, которых обычно называют анабаптистами?
Разве они не были направлены против нарушителей общественного порядка, а не против тех
кто придерживался враждебных настроений в религии, что эти кровавые
меры были направлены?

“Вовсе нет, мадам. Все это происходило за годы до восстания в Мюнстере; и
следовательно, не могло иметь никакого отношения к тому делу. Эти законы были
приняты в 1522 году. В 1525 году произошло восстание крестьян, но
они были папистами, а не баптистами. В 1520 году Эразм Роттердамский, друг Лютера, сказал об анабаптистах (то есть о тех, кого мы сейчас называем
баптистами.) «Эти люди заслуживают большего одобрения, чем другие, за безобидность их образа жизни; но они
притесняемые всеми остальными сектами._’ И только в 1535 году произошло знаменитое
восстание в Мюнстере. Беспорядки начались за два года до этого (см. _Орчард_, стр. 361) между лютеранами и католиками.
«Пока всё было в таком беспорядочном состоянии, в Мюнстер прибыли фанатики, которые объявили себя посланниками небес, наделёнными божественным правом заложить основы нового правительства, святой и духовной империи, а также уничтожить и свергнуть все светские правители и власти, все человеческие и политические институты».

«Это были люди, которых историки того времени называли анабаптистами.
Их крайности и фанатичные действия стали причиной больших бед для баптистов в последующие годы и поводом для многочисленных упрёков в адрес этой конфессии вплоть до наших дней.
И всё же, судя по всему, у них не было ничего общего в вере или обычаях с теми, с кем их так часто путали. Они были баптистами не больше, чем _мормоны_ в наши дни».
Баптисты. Мормоны крестят тех, кого принимают в свою общину
Сообщество мормонов и баптистов крестит тех, кого принимает; однако мормоны и баптисты — очень разные люди. Так было и с этими безумцами из Мюнстера: они _крестили заново_ всех, кто приходил к ним из других сект, и баптисты тоже крестят заново, если считать крещением окропление младенцев; но на этом сходство заканчивается. «Они были
за повторное крещение даже _взрослых_, которое не совершалось среди них; да, за то,
что совершалось среди них, когда они переходили из одного общества в другое;
даже в одной и той же общине, когда
отлучённый от церкви человек был принят обратно. Кроме того, если то, что о них говорят, правда, то их крещение было совершено путём
_окропления_, что мы не можем считать истинным крещением. Говорят, что
когда община была удовлетворена верой и поведением человека,
который хотел принять крещение, пастор брал в руку воду и
окроплял ею голову того, кого собирался крестить, произнося
такие слова: _Я крещу тебя во имя Отца, и Сына, и Святого Духа._ См. _Ивимей_, т. I, с. 15.

«Но были ли эти безумцы баптистами или нет, эти кровавые законы были приняты не против _них_, а по просьбе Лютера; ибо они были приняты, и многие были утоплены и сожжены по их велению ещё до того, как начались беспорядки в Мюнстере. И в соответствии с подобными законами наши братья сегодня подвергаются гонениям во всех странах, где лютеранская церковь в союзе с государством имеет право преследовать их».

«Но что вы скажете о так называемых КОНГРЕГАЦИОНАЛЬНЫХ ЦЕРКВИЯХ, которые разбросаны по всей нашей стране?» — спросил преподобный мистер Ститпэйн. «Они
соответствуют ли они вашим высоким стандартам или, скорее, вашим низким стандартам?

 «Они ближе к ним, чем все, что мы рассматривали, — сказал мистер Кортни, — но все же это не настоящие церкви.  Поскольку они принимают в свои ряды маленьких детей, они не могут соответствовать нашему _первому_, _второму_ или _пятому_ критерию.
У них есть _третья_ и _четвёртая_, а у некоторых и _шестая_ заповеди, хотя многие придерживаются своего рода сакраментального спасения; а некоторые впали в унитарианство и отвергли Господа, который купил их.

 «Они состоят из верующих и _их детей_,
они не являются полными образцами Церкви, основанной Христом, поскольку первые Церкви, как мы видели, не состояли из таких элементов;
и, следовательно, у них нет _седьмого_.

 «Некоторые из них в первые годы заселения Новой Англии жестоко преследовали баптистов и квакеров; и у _них_, по крайней мере, не было _восьмого_. И поскольку все они приняли крещение и таинства
из рук тех, у кого не было других таинств, кроме таинств
отступнической Римской церкви, и, более того, ни у кого из них не было _всех_
Если мы будем руководствоваться характеристиками истинной Церкви в любой период её существования, то будем вынуждены считать их, как и других претендентов, отступниками _по самому их происхождению_».

 «Мне кажется, — сказал преподобный мистер Ститпэйн, — что вы так запутались в собственных тестах, что уже никогда не сможете выбраться. Вы уже отлучили от церкви почти всех, кто претендует на то, чтобы быть
Церковью Христовой, и лишили церкви почти весь христианский мир.
Если вы будете следовать своим правилам и требовать, чтобы истинная
Церковь во всех отношениях соответствовала этим критериям, вы отлучите от церкви всех остальных. И это
Из этого следует, что у Христа сейчас нет Церкви на земле и никогда не было,
со времён великого римского отступничества. Греческая и Армянская церкви,
конечно, могут рассчитывать на большее благосклонное отношение, чем Римско-католическая и Англиканская церкви, но не на такое, как пресвитерианская, методистская и лютеранская.

«Поскольку они не принадлежат этой стране, — ответил мистер Кортни, — нам не нужно рассматривать их претензии, за исключением тех случаев, когда мы не сможем найти здесь ни одного примера истинной церкви».

«Значит, вы не теряете надежды? Что ж, я верю, что у вас всё получится; но, по моему мнению,
Что касается меня, то я не вижу никаких шансов на то, что вы это сделаете. Нам пора возвращаться домой.
Но если вы все придёте ко мне в понедельник, я с радостью сделаю всё, что в моих силах, чтобы помочь вам с поисками, и хотел бы присутствовать при обнаружении, — сказал преподобный мистер Ститпэйн.

 «Если вы придёте к нам завтра, — сказала Теодосия, — возможно, мы сможем вам его показать».

«Я не могу этого сделать, так как должен присутствовать на собственной встрече. Но мы ждём вас всех на ужине в понедельник, чтобы вы рассказали нам, что вы видели. Если это церковь, в которой есть _все_ ваши знаки отличия, я почти готов пообещать, что сам присоединюсь к ней».


 СХЕМА КОНГРЕГАЦИОНАЛЬНОЙ ЦЕРКВИ.

 Признаки или отличительные черты истинной | | Отличительные черты конгрегационалистской
 церкви. | | церкви.
 1. Она состоит только из | ;;;;;;;;;;;; | Они частично состоят из
 верующих в Христа. | | крещёных детей верующих.

 2d. Его участники были | ;;;;;;;;;;;; | Его участники в основном
 крещены по | | было совершено в младенчестве,
 исповедание их | | до того, как они узнали, что есть
 вера. | | Христос.

 3D. Это поместная | | Каждая Церковь контролирует свою
 организацию и | | собственные дела и не делает ничего
 независимого от всех | | части какой-либо церковной организации
 других. | | учреждение.

 4-е место. У него есть только Христос | | Он не несет ответственности перед
 за своего Короля и | | любого Господа, кроме Христа, и
 Законодателя, и признает | | не знает других законов, кроме его.
 никакой другой власти, кроме | |
своей собственной. | |

 5-е. Его члены стали такими | ;;;;;;;;;;;; | Его члены в большинстве своем
по своей воле. | | стали такими, прежде чем успели
понять, что с ними сделали.

 6-е. Это относится к статьям | ;;;;;; | Некоторые из них правдивы
 веры в фундаментальные | | доктрины, а некоторые придерживаются
доктрин Евангелия. | | унитарианства, а некоторые
 | | сакраментального спасения,
 | | возрождения через крещение,
 | | и т. д.

 7. Всё началось с | ;;;;;;;;;;;; | Церковь, которая началась
 Христа и продолжается | | со времён Христа, не имела
по сей день. | | младенцев или недобровольных членов.
 | | Следовательно, это не может быть
 | | примером этого.

 8-е. Она никогда не преследует | ;;;;;; | Некоторые из них подвергались
 ради сохранения совести. | | преследованиям, большинство из них
 | | никогда не имели власти, а сейчас не
 | | имели бы и желания это делать.

 9-е. Ни одна Церковь отступников | ;;;;;;;;;;;; | Они были отступниками в своих
 может быть Церковью | | происхождения, никогда не имевшей
 Христа. | | всех характеристик
 | |, присущих истинной Церкви.

 Это было в субботу вечером. Доктор обычно ходил в город по воскресеньям в епископальную церковь, но в угоду своим гостям он выяснил, что в это время в небольшом баптистском молитвенном доме недалеко от его дома проходит регулярное ежемесячное собрание, и решил пойти туда.

Служба уже началась, и они пели первый гимн, когда прибыла наша группа. После пения пастор прочитал отрывок из Священного Писания.
Он сделал это просто и без затей, а затем произнёс импровизированную молитву тихим и серьёзным голосом, который своим естественным и умоляющим тоном свидетельствовал о том, что он был настроен серьёзно, когда молил Бога о том, чтобы он и его народ не только познали волю Божью, но и с готовностью исполняли её, как она изложена в Его благословенном слове.

Затем был прочитан и исполнен ещё один гимн, но не хором, а
Обратившись ко всему собранию, он начал свою проповедь.

До этого момента внимание доктора Тинкауэлла было несколько отвлечено контрастом между грубым и простым зданием,
незастеленными проходами, скамьями без подушек и без обивки, или, скорее,
скамейками, и немодной и дешёвой одеждой большинства прихожан,
противопоставлявшимися роскошным и изысканным украшениям его городской церкви.
Не менее разительным был контраст между свободным и естественным излиянием сердца в искренних и простых словах хвалы и молитвы, с одной стороны, и художественным музыкальным представлением и формальным чтением перед Богом — с другой.
избранная часть молитвенника.

Но с того момента, как проповедник огласил свой текст, его мысли больше не блуждали. В его низком, но очень проникновенном голосе и во взгляде его больших глаз, которые, вместо того чтобы быть прикованными к рукописи, казалось, смотрели прямо в души тех, кто сидел перед ним, было какое-то странное очарование, которое мгновенно приковывало все его способности к состоянию безраздельного внимания.
Эта тема тоже была одной из тех, к которым он в тот момент не мог не испытывать глубочайшего интереса:

Незнание, которого можно было избежать, не является оправданием для ошибки или греха.

_«Есть путь, который кажется человеку прямым, но конец его — пути смерти». — ПР. XIV. 12.

Проповедник начал с того, что сказал: «Распространено мнение, что не так важно, во что верит человек, если он _искренен_; и что не так важно, что он _делает_, если он делает то, что _считает_ правильным. Но слово Божье учит не этому; и каким бы правдоподобным это ни казалось на первый взгляд, оно имеет не больше оснований в разуме, чем в Писании. Разум, как и откровение, требует
истинная вера, истинные убеждения и правильное поведение, поскольку невежество не
может служить оправданием человека или избавить его от наказания, если он нарушает _естественные_ законы Бога, так же как и если он нарушает свои _моральные_
обязательства. Чтобы проиллюстрировать это, рассмотрим случай из повседневной жизни.

 «Купец собирался отправиться в дальнее плавание. Он вырос на суше и мало знал об опасностях, подстерегающих в море. Его разум был занят другими исследованиями, и он мало что знал об искусстве навигации, а также о качествах и возможностях кораблей. Он доверял
Он поручил своему _агенту_ купить и оснастить судно, а также нанять офицеров и команду. Он отправил на борт свой драгоценный груз, предназначенный для перевозки в далёкие страны.
Когда всё было готово, в один прекрасный летний день он сам поднялся на борт, и лёгкий попутный бриз быстро унёс их в море. О, как же приятно было сидеть на палубе корабля и смотреть вдаль, насколько хватало глаз, на сверкающую водную гладь!
Наблюдать за рябью волн и за пенным следом за кормой, который говорил о том, как быстро они приближаются к назначенному порту.
О, как прекрасно было наблюдать за тем, как заходящее солнце медленно опускается вниз, пока не коснётся своим сияющим пятном безмятежного океана, разливая по его поверхности великолепный жёлтый свет, который, смешиваясь с водами, придаёт им сходство с тем чудесным видением из Откровения: «море стеклянное, смешанное с золотом»

«Это было великолепное зрелище: когда солнце скрылось и красные сумерки рассеялись,
можно было поднять голову и увидеть, как одна за другой появляются Божьи звезды и занимают свои места в голубом небесном своде, пока всё небо не озарится мерцающим сиянием, а затем опустить голову и увидеть ещё
Небеса отражаются в глубине — не такие неподвижные и тихие, как те, что над головой, но дрожащие в плавно движущемся потоке. «Как будто каждая волна взмывает к небу, ловит звезду и держит её, бьющуюся, в своих холодных объятиях».

 «Ветер попутный и достаточно сильный, чтобы нести их в безопасности.
Купец счастлив; он чувствует, что на пути к удаче. Он спит
спокойно; никакие сны о бурях, о бушующих водах, о великих морских чудовищах
и тёмных пещерах на дне морском не тревожат его сон. Он
считает свои богатства, он строит свой великолепный дом, он раскидывает свои роскошные
празднуя, он наслаждается аплодисментами своих многочисленных друзей. Он богат, и
следовательно, великий и счастливый человек. Таков его приятный сон.

“Но пока он спит, ветер утих. Эта глубокая и зловещая
тишина, которая, по мнению настороженных моряков, всегда предвещает шторм
, распространилась по морю. Паруса лениво хлопают на мачте.
Корабль лениво покачивается на лёгкой зыби отступающих волн.

 «Человек на вахте видит маленькое облачко. Оно поднимается и разрастается, принимая тысячи странных, фантастических форм. Все руки призваны на помощь, чтобы привести корабль в порядок».
Они готовят судно к надвигающемуся шторму, и едва они успевают это сделать, как он обрушивается на них, с воем и криками проносясь над волнами. Он слышит его крики, когда тот пробирается сквозь такелаж судна; он вскакивает, очнувшись от приятного сна о богатстве и величии; он выбегает, чтобы посмотреть, что стало причиной всей этой суматохи, которая его напугала.

«Шторм обрушился на них со всей своей ужасной силой; но если бы его корабль был в хорошем состоянии, если бы его офицеры были компетентными, а матросы — верными, то опасности не было бы, потому что море широкое. Там нет скрытых скал, и нет
Нет опасности сесть на мель; поставьте судно по ветру и дайте ему плыть по течению.
Но теперь он впервые обнаруживает, что его судно старое, его шпангоуты расшатались, доски прогнили, и первый же удар шторма вскрыл его швы, так что вода хлынула внутрь со всех сторон. Он видит, что офицеры, некомпетентные и робкие, потеряли самообладание и не знают, что делать, не лучше, чем он сам.

«А теперь скажи мне, удержит ли Бог ветер? Удержит ли Бог судно?
 Сохранит ли Бог купца или его богатство, потому что он искренне _думал
в глубине души он надеялся, что его агент был честен, что его офицеры были
умелыми, что его корабль был в хорошем состоянии и всё было в безопасности?

«Никогда! никогда! Законы природы будут действовать. Корабль идёт ко дну: рыбы пожирают людей, которые так безрассудно рисковали своими жизнями, а его богатый груз присоединяется к сокровищам морских глубин.
Бог не изменит своих законов из-за того, что человек не знал о них или пренебрегал ими. Если бы он отправился в путь _безопасно_, он должен был бы позаботиться о надёжной защите. Его корабль должен был быть крепким, а его
компетентные офицеры. Возможно, он _думал_, что они такие; но для того, чтобы обеспечить его безопасность, _они должны были быть такими на самом деле._


«Итак, в Евангелии от спасения Бог требует выполнения определённых условий, чтобы обеспечить безопасность жизненного пути. Если он хочет достичь пристанища сынов Божьих, стать царём и священником в небесном Иерусалиме, он должен соблюдать условия Евангелия. Ему недостаточно делать то, что _он считает_ правильным; он должен делать то, что _является правильным на самом деле_. Ему недостаточно _думать_, что он поступает правильно, но он
Он должен _действительно_ сделать это. Если он рискнёт своей бессмертной душой на каком-либо другом судне, кроме доброго «старого корабля Сиона», если он будет плыть под командованием кого-либо, кроме Иисуса, истинного и единственного Капитана нашего спасения, он не имеет права надеяться, что избежит бурь и штормов Божьего гнева. Недостаточно, что он _намерен_ благополучно добраться до места; недостаточно, что он _думает_, что он в безопасности; недостаточно, что он действительно _верит_,
что он _находится_ на корабле Евангелия и что его _капитан_ — Иисус.
_Должно быть_ так на самом деле. Если он обманывает себя или
Обманутый Сатаной или введённый в заблуждение своими духовными наставниками, он не имеет значения.
Насколько честными или уверенными могут быть его убеждения в том, что он в безопасности. Его надежды могут быть такими же яркими, его уверенность — такой же непоколебимой, а совесть — такой же спокойной, как у настоящего христианина. Его солнце может ярко светить, его ветер может казаться приятным, а море — спокойным и безмятежным. Но когда сгущаются тёмные тучи, когда Бог являет себя в кромешной тьме Своего гнева и обрушивает на него ужасную бурю Своего гнева, «тогда _ожидания нечестивых погибнут, и надежда их уподобится испусканию духа_.»

«Но нам не нужно выводить это учение из того, что мы видим в природе:
 Бог учит этому так ясно и убедительно, как только могут говорить слова, во всех частях Священного Писания, содержащих истину.


Библия не даёт людям права устанавливать свои _собственные_ стандарты долга или веры, учения или практики. В Священном Писании часто говорится о том, что Бог осуждает тех, кто
поступал каждый по воображению _своего сердца_; тех, кто
следовал _своим собственным_ замыслам. Они заменяли заповеди
Божьи другими вещами. Возможно, они были _искренними_; возможно, они
Они были _честны_; они могли _думать_, что поступают правильно: «Ибо есть путь, который кажется человеку прямым, но конец его — путь смерти». Но недостаточно, чтобы путь _казался_ правильным, он должен _быть_ правильным на самом деле_. Он должен не только _казаться_ правильным _в их глазах_, но и _быть_ правильным _в глазах БОГА_.

«Его язык говорит: «Если ты будешь усердно внимать голосу
Господа, Бога твоего, и будешь поступать так, как угодно _Ему_». Исход, XV.
16. И ещё: «Делай то, что справедливо и хорошо _в глазах
Господа_, чтобы тебе было хорошо». Втор. 6:18. И ещё:
«Не поступай после того, как увидишь, что хорошо, а что худо, каждый человек для себя». Втор. 12:8. «Соблюдай и исполняй все _эти слова, которые Я заповедую тебе_,… чтобы тебе было хорошо, когда ты будешь поступать _так, как угодно Господу, Богу твоему_.» Втор. 12:28.

«Бог требует определённых, ясных и конкретных действий как условия спасения. Если человек подменяет их какими-то собственными выдумками, каким бы честным ни было его убеждение в эффективности такой замены, он будет
несомненно, погибнет. Это может _казаться_ правильным, но в итоге приведёт к _смерти_.


«Бог говорит: „Веруй в Господа Иисуса Христа, и спасёшься“».
И, чтобы показать _сущность_ веры, он далее говорит, что «она действует любовью и очищает сердце»; что «если кто во Христе», то по этой вере «он новая тварь: древнее прошло, теперь всё новое». «Если кто не родится свыше, не увидит Царствия Божия». Таков Божий путь.

 «Но _человек_ говорит: „Если ты исповедаешься перед священником и совершишь
Если ты покаешься, то будешь спасён». Другой говорит: «Если ты будешь окроплён в младенчестве и утверждён возложением рук епископа, когда тебе исполнится столько-то лет, и будешь соблюдать все внешние _формы_ и таинства Церкви, изложенные в _Книге общих молитв_, то будешь спасён». Другой говорит: «Тебе больше ничего не нужно делать, кроме как пойти
в церковь, заявить о своей вере в то, что Иисус — Сын Божий,
_окунуться_ в воды крещения и _таким образом смыть свои грехи_, и ты будешь спасён».

 «Другие, отвергая даже внешнюю форму благочестия, как
Вместо того чтобы отрицать его силу, скажите: «Достаточно того, что вы
ведете себя правильно в целом, что вы не воруете, не лжете, не
обманываете и не клянетесь, что вы не убийца и не вымогатель и не
совершаете никаких гнусных, отвратительных и возмутительных
грехов. Короче говоря, достаточно того, что вы нравственный и
респектабельный человек».

 «Таким образом, люди подменяют
Божьи _требования_ своими _собственными установками_. Так они
отказываются от источника живой воды и выкапывают для себя
разбитые кувшины, которые не могут вместить воду. Так они искажают Евангелие Божье
Их собственные ухищрения ни к чему не приводят. Они могут быть _честными_, они могут быть _искренними_: они могут _действительно думать_ и быть полностью убеждёнными в том, что в этих вещах они обретают вечную жизнь; но всё равно верно то, что не верующий в Сына Божьего _погибнет_. Всё равно верно то, что без святости никто не увидит Господа. Всё равно верно то, что, пока человек не родится заново, он не увидит Царства Божьего. По-прежнему верно то, что тот, кто не обновился в своём характере и образе мыслей, кто не живёт трезво, праведно и благочестиво, отрицая
отвергни себя, всё нечестивое и всякую мирскую похоть, и веруй в Христа, и только в Него, как в Спасителя, и только в Нём одном есть спасение. _Это_ Божий путь.
 Божий путь — это путь покаяния и веры. Божий путь — это путь любви и послушания. Ничто человеческое не заменит этого.
«Ты не требуешь жертвы, иначе я бы принёс её». Жертвы Богу — это сокрушённый дух; сокрушённое и смиренное сердце, о Боже, Ты не презришь.


 «Человек может воображать, что многое угодно Богу и может снискать Его благосклонность, но Бог сам диктует свои условия»
мир; и нам ничего не остаётся, кроме как безоговорочно следовать _самой букве его заповедей_. Пока мы это делаем, мы в безопасности. Когда мы выходим за эти рамки, или не дотягиваем до них, или отступаем от них, мы подвергаемся великой опасности гнева Божьего.

«Если кто приложит что к сей книге, то Бог приложит к нему
болезнь, о которой написано в сей книге; и если кто отнимет что от слов
пророчества сего, то Бог отнимет от того часть из книги жизни, и
из святаго града, и из того, что написано в сей книге».

«Что бы ни случилось, — сказал Бог своему народу, — я _повелеваю_ вам соблюдать _это_. Не прибавляй к нему и не убавляй от него». И, изучая слово Божье, вы обнаружите, что некоторые из самых примечательных и ужасных случаев коллективного наказания, когда рука Божья непосредственно вмешивалась в происходящее, были вызваны грехами, совершёнными по легкомыслию, из-за забывчивости или невежества. В таких случаях преступники вполне могли бы заявить, что не хотели причинить вреда, если, конечно, они не утверждали, что действительно думали, будто служат Богу.

«Взгляните на случай с Надавом и Авиухом, сыновьями Аарона. Бог вывел свой народ из Египта и привёл его через пустыню к подножию Синая. Там он дал им свой закон и там же наставил Моисея, как ему следует организовать видимое поклонение Богу.

«Поскольку им предстояло скитаться ещё много лет, они не могли построить постоянный храм.
Но на его месте они возвели самый большой и величественный
_шатёр_, который они называли скинией, или шатром собрания. Его
завесы были синими, пурпурными и искусно сотканными
льняные и вышитые изделия, устроенные таким образом, что их можно было легко устанавливать и снимать, а также брать с собой в путешествия. Внутри находился ковчег завета, покрытый золотом; седалище из чистого золота, золотые херувимы, осеняющие его своими крыльями; стол, чаши, блюда, ложки и крышки — всё из золота. Там был золотой
подсвечник, золотой жертвенник для благовоний и большой жертвенник для всесожжений, покрытый медью. Всё было готово, как и великолепные одежды священников — синие, пурпурные и расшитые.
расшитый золотом; ефод, нагрудник и перстень — всё было готово. Моисей привёл всё в порядок: посвятил Аарона и его сыновей; и теперь впервые должна была быть принесена ежедневная жертва по установлению Божьему, которая должна была повторяться до тех пор, пока не будет принесена великая жертва.

 «Когда Аарон с помощью своих сыновей принёс жертву, он поднял руку к народу и благословил его. Бог принял жертву и
явился всему народу в необычайном сиянии.
И вышел огонь пред Господом и пожрал всесожжение на жертвеннике.


 «Народ смотрел на эту сцену с величайшим интересом.
 Это было время чудес для них, и это чудо было не самым удивительным.
 Увидев это, они закричали и пали ниц, поклоняясь Богу, который принял их раннее поклонение.


 «Всё это было хорошо. До сих пор всё делалось _так, как Бог повелел Моисею_,
а дальше он _не_ повелевал. Но двое сыновей Аарона
взяли по кадильнице и хотели принести _дополнительное_ приношение,
чего Господь не повелевал, чуждый огонь, который Бог не направлял и не требовал. _Они_ были священниками, как и Аарон. _Они_ были
освящены и посвящены в то же время, что и он; и они могли подумать, что, пока народ пребывает в благоговейном настроении, было бы неплохо продолжить богослужение и немного его разнообразить. Бог не _запрещал_ этого, и они могли не видеть в этом ничего плохого. Но не успели они вознести фимиам Господу, как Бог поразил их, и они умерли. Из уст Господних исшёл огонь, и
Он поглотил их на глазах у народа.

 «Нечто подобное произошло с Уззой несколько веков спустя. Тот же ковчег, который впервые был помещён в скинию,
переносился с народом во время всех его странствий. Он стоял в
Иордане, пока народ проходил мимо него при входе в Ханаан. Он
оставался там, на месте, которое назначил Бог, до тех пор, пока из-за
грехов народа Бог не предал его в руки врагов, и ковчег Божий не был взят. Бог поразил филистимлян. Они были
они были так расстроены, что по собственной воле отправили его домой.
Скот, который вёл его, остановился на границе Израиля, в Вефиле.
Через несколько лет царь Давид отправился в свой город, чтобы привезти ковчег.
Он взял с собой великолепную свиту из тридцати тысяч избранных воинов, цвет своего войска. Они поставили ковчег на новую повозку и вывезли его. И когда они
добрались до неровного участка дороги, ослы зашатали ковчег, и Оза
подумал, что он вот-вот упадёт, и протянул руку, чтобы удержать его.
Он забыл, что, согласно Божьему закону, никто, кроме
к нему мог прикасаться только священник, и то только после такого очищения и подготовки, как повелел Бог; и за эту забывчивость, за то, что он поддался сиюминутному порыву и прикоснулся к ковчегу Божьему нечистой рукой, Бог поразил его, и он умер.

 «И гораздо более страшное наказание, чем это, постигло народ Вефсамиса, где ковчег остановился на пути домой из земли филистимлян.

«Народ принял его с _великой радостью_ и принёс в жертву быков и всесожжения, но были и те, чьё нечестивое любопытство привело их
панибратски до _look_ в ковчег. Они были, вероятно, не сознавая
любое великое преступление. Это было странное зрелище; они никогда не видели подобного
раньше; возможно, у них никогда не будет другой возможности; и какой большой вред
мог быть в том, чтобы просто заглянуть в ковчег, чтобы увидеть, если возможно, что
был ли секрет его чудесной силы? Но за это Бог поразил их, и они умерли, пятьдесят тысяч семьдесят человек; и народ Вефсамиса сказал: «Кто может устоять перед этим святым Господом Богом?»


Другой пример, иллюстрирующий тот же важный урок, можно найти в
История Саула. Правда, наказанием была не немедленная смерть, как в других случаях, а утрата благосклонности Бога, потеря царства и окончательная смерть от рук филистимлян.


Эту историю можно найти в пятнадцатой главе Первой книги Царств.

«Бог послал пророка Самуила к царю Саулу с чётким и недвусмысленным повелением:
«Иди, порази Амалика и уничтожь всё, что у него есть, и не щади его, но убей и мужчину, и женщину, младенца и грудного, вола и овцу, верблюда и осла»». Саул мог бы подумать, что
приказывать неразумно. Он мог бы притвориться более милосердным, чем
его Создатель, как делали некоторые неверные с его времен, и сказать, что это
казалось жестким; но он не мог и не преминул понять
природа и объем заповеди.

“Он с большой серьезностью взялся за выполнение этого плана. Он
собрал армию численностью более двухсот тысяч человек и отправился выполнять свою
миссию. Они поразили амаликитян великой битвой, но, вместо того чтобы сделать _всё_, как повелел Бог, он пощадил Агага, царя, и весь
лучший скот.

«И вернулся Саул к Самуилу и сказал: «Благословен ты от
Господа: я исполнил повеление Господне».

 «Он думал, что действительно сделал всё _самое важное_, чего требовала заповедь. Он истребил людей, опустошил их страну и спас лишь несколько овец и быков, да и тех пощадил ради религиозных целей.

«Господь, — сказал Самуил, — послал тебя в путь и сказал:
иди, порази грешников, амаликитян, и сражайся с ними,
пока не истреблю их. Почему же ты не послушался голоса
Господь, но налетел на добычу и сотворил зло в очах Господа?
’

“И сказал Саул: ‘Да, я послушался гласа Господня и...
пошел путем, которым Господь послал меня, и привел Агага, царя
Амаликитян, и полностью истребил амаликитян. Но народ взял из добычи овец и волов, самое ценное из того, что должно было быть полностью уничтожено, _чтобы принести в жертву Господу, Богу твоему, в Галгале_.


Что же ответил ему Бог?  Было ли достаточно того, что он сделал всё, что _он_ считал _важным_, и оставил без внимания мелочь?
Неужели у него не было такого веского мотива? Достаточно ли было сказать, что он сделал то,
_что считал лучшим_? Ничего подобного. «Нет, — сказал Самуил, — разве
Господу так же приятно видеть всесожжения и жертвы, как
_повиноваться голосу Господа_?» Вот, _обей_ лучше, чем
жертвоприношение, и _слушивать_ лучше, чем жир баранов; ибо
мятеж - это как грех колдовства, а упрямство - как беззаконие
и идолопоклонство. За то, что ты отверг слово Господа, то и он
отверг тебя, чтобы ты не был царем’.

“Таким образом Бог учит, как наставлением и примером, что то, что он требует
Это простое послушание Его заповедям; то, что правильно само по себе,
правильно по сути, _правильно в глазах Бога_; а не то, что
грешный, невежественный, подверженный ошибкам _человек_ может искренне _считать_ правильным.

 «Бог требует _правильной_ веры, _правильных_ убеждений, _правильных_ взглядов на долг и _правильной практики_. И он не оставляет нас блуждать в тусклом свете _наших собственных_ представлений о долге, но требует, чтобы мы пришли к истине Евангелия и шли в сияющем свете _его откровения_.


«Он требует, чтобы мы напрягали свой разум, использовали свои таланты, применяли свои
учиться и использовать все средства, которые он предоставил в наше распоряжение, _чтобы узнать истинное значение Слова_; но когда мы однажды узнаем, что _Бог заповедал_, никакие соображения целесообразности, никакие предположения о
приличиях, никакая власть церкви или государства, королей или епископов, священников или пасторов не смогут оправдать даже кратковременное отступление от _самой сути его требований_.

 «Мы не можем подменять простую веру нашими рассуждениями, а своеволие — беспрекословным послушанием. _Мы_ можем не видеть веских _причин_ для
этого повеления, но не нам спрашивать, _почему_ Бог повелевает, а только
чтобы узнать, _действительно_ ли он повелевает. Мы можем _думать_, что видим веские и многочисленные причины, _противоречащие_ тому, что он предписывает; но не _нам_ судить нашего Создателя. Мы всего лишь создания одного дня и ничего не знаем. _Он_ — бесконечно мудрый Бог, и он знает _всё_. Наше дело — не _задавать вопросы_, а просто _повиноваться_. _Это, по сути, ВЫСШИЙ АРГУМЕНТ_. Ибо если Бог и управляет своими разумными и нравственными созданиями, то он делает это как нравственный правитель. Он оценивает их характер как правильный или неправильный. Его правление — это правление
закон; и, будучи бесконечно мудрым и добрым, _он не может создать закон, который не был бы бесконечно правильным;_ и, конечно же, _любая замена_ этому закону _по необходимости_ будет неправильной, какой бы лучшей она ни _казалась_ нашему слабому и грешному разуму. Если Бог мудрее, святее и лучше, чем _мы_,
то в соответствии с высшей мудростью мы должны поступать так,
как правильно в _его_ глазах, а _не_ так, как правильно в _наших_ глазах,
или так, как _кажется_ лучшим по _нашему_ мнению. Отсюда следует,
что если он потребовал, чтобы все верующие были погружены в
имя Отца, Сына и Святого Духа; если _это_ действие, которое было
совершено Иоанном над Спасителем; если это было действие, совершенное его
собственными учениками, под его руководством, когда фарисеи услышали, что он
создал и крестил больше учеников, чем Иоанн; если это и есть то действие, которое
он повелел своим ученикам совершить со всеми, кто должен верить, даже с
конец света, для этого должны быть веские причины; и у кого
хватит безрассудства сказать, что это _удобно_; что это не
_genteel_, что это _indelicate_; или что по _ какой-либо другой причине это
НЕПРИЛИЧНО, и без этого можно обойтись_? Стали ли люди лучше и мудрее, чем их Спаситель? Стали ли они более чувствительны к любым неприличиям и бестактностям, чем непорочный Сын Божий? Осмелятся ли они _изменить_
установленный _Богом_ порядок и сделать повеление _Бога_
недействительным из-за своей чрезмерной _мягкости_?

«Если _Бог_ повелевает совершить омовение, будут ли _люди_ утверждать, что окропление или обливание головы небольшим количеством воды _лучше_, потому что оно лучше
_символизирует_ то, что _Бог хотел изобразить_? Как будто они могут лучше самого Бога сказать, какая эмблема наиболее подходит для этого
что должно было означать крещение.

 «Если Бог повелевает погружаться в воду, а апостолы и ранние христиане практиковали это; если сначала было омовение, а потом окропление, то кто из нас, будучи осведомлённым о том, что это действительно так, проявит твёрдость и продолжит повиноваться _человеку_, а не Богу? О, я бы ни за что на свете не взял на себя такую ответственность за свою душу. И будет ли правильным или _разумным_ повиноваться человеку, а не
Богу, судите сами.

«Если Бог повелевает крестить _только верующих_, то кто будет
осмелимся ли мы добавить к закону их малолетних детей? Мы можем найти
сотню причин для этого; но если Бог не _повелел_ этого, то не стоим ли мы на том же уровне, что и Надав и Авиуд? К закону и свидетельству:
если это не согласно с данным словом, если это не _в заповеди_, то кто осмелится совершить во имя Господа то, чего Он не требует от вас?

«Если Бог установил _только ОДИН ПОРЯДОК для пастырей или служителей_ Своего Слова и поставил их всех в равное положение, то у кого хватит смелости
чтобы властвовать над Божьим наследием? чтобы поставить епископов выше их собратьев, чтобы они правили и управляли Церковью Божьей по _своей_ суверенной воле и усмотрению?

«Если Бог наделил духовной властью _церкви_, собрания верующих; если _они_ уполномочены принимать в лоно церкви или исключать из него, то кто возьмётся усовершенствовать _его_ план и передать власть в руки собраний служителей, руководителей классов, священников, дьяконов, епископов или пап? _Люди_ могут видеть _множество причин_ в пользу того или иного подхода, но _они_ не
не _правно_ думать о том, что наиболее _удобно_; _ они_ не имеют права
думать о том, что наиболее _удобно_; они не имеют права думать о том, что лучше
подходит для любых конкретных людей или в любое конкретное время. Все, что они должны
осмелиться сделать, все, что у них есть _право_ сделать, это определить, _ ЧТО ОНИ СДЕЛАЛИ
ПРЕДОПРЕДЕЛЕНИЕ БОГА; каково было учение ИИСУСА ХРИСТА, ЦАРЯ; _ какова была
практика апостолов и тех, кого они наставляли.

«Не говорите мне, что это пустяки, что они несущественны.
Слово Божье ничего не знает о какой-либо _незначительной заповеди Всемогущего Бога_.
Я ничего не знаю о каких-либо _несущественных_ вещах, которые являются частью или неотъемлемой составляющей Божьих законов. Кто уполномочил _вас_ определять, какая часть Божьей заповеди является существенной, а какая — несущественной? Если Бог счёл что-то достаточно важным, чтобы упомянуть об этом в Своём законе, кто уполномочил _вас_ говорить, что это _не_ достаточно важно, _чтобы требовать от вас послушания_? surely you are not wiser than the Omniscient! Должен ли я напрячь
свой жалкий интеллект и попытаться постичь вечные основы самого
незначительного предписания Божьего закона?

 «Но само выражение “_несущественный_” в данном контексте является
страшное искажение языка; ведь _то, что Бог однажды повелел_,
становится в силу этого факта чрезвычайно важным, потому что
чрезвычайно важно беспрекословно повиноваться Богу. Саул подумал, что если он убьёт людей, то сможет пощадить скот. Они не согрешили, и
они не могли быть чем-то важным. Для него это, по-видимому, было
_несущественным_; но из-за этого он лишился благосклонности Бога; из-за этого он лишился своего
царства и поплатился жизнью. Не _ему_ было решать, что он должен
сделать, а что может оставить незавершённым. Бог имел в виду то, что сказал; он имел в виду
_всё_ это он сказал. Несомненно, у него была веская причина для каждой части заповеди, независимо от того, понимал это Саул или нет. Не Салу было искать причины; Божьего повеления достаточно _без_ причин; Божьего повеления достаточно _вопреки_ причинам; или, скорее, Божье повеление само по себе является высшей из возможных причин для всего, малого или великого, что он повелевает. Никогда не говорите мне о главном или второстепенном.
Всё, что повелевает Бог, необходимо. _Нет и не может быть ничего несущественногоВ религии, описанной в Библии, нет места
аборту._ Если это _не заповедано_, то это _не_ часть религии. Если это _заповедано_, то ни вы, ни я, ни какой-либо смертный на земле, ни
какой-либо ангел на небесах не вправе утверждать, что это неважно и не нужно соблюдать.

«Итак, давайте, мои слушатели, будем внимательны к тому, чтобы и в нашем религиозном опыте, и в нашем церковном устройстве мы следовали букве и духу закона Божьего. И чтобы быть уверенными в том, что мы _так_ поступаем, каждый человек должен сам изучить эту священную книгу. Вот закон; вот установление. То, чего здесь нет, может быть действительно
несущественно Но если это _так_, то мы можем не сомневаться; нам не нужно искать причин; мы можем не следовать советам священников или пасторов; нам не нужны аргументы в пользу или против, основанные на удобстве или уместности.
 Нам достаточно того, что мы можем найти «так говорит Господь». Но в то же время правильно и необходимо, чтобы мы не только искали, но и _добивались_ истинного смысла Божьего слова. Спаситель говорит не «_читайте_ Писание», а «_исследуйте_ Писание», изучая его с величайшей тщательностью и вниманием. Копайте в его сокровищницах, как
ищите сокрытые сокровища; пользуйтесь всеми доступными вам средствами; сравнивайте Писание с Писанием; постигайте смысл слов в том виде, в каком они были написаны на языке оригинала, насколько это возможно; и изучайте их не для удовлетворения праздного любопытства, а просто _чтобы вы могли повиноваться_. Пусть язык вашего сердца и вашей жизни будет таким: «Господи, что Ты хочешь, чтобы я сделал?»  «Всему, что сказал Господь, мы будем повиноваться». «Не делайте того, что справедливо в ваших _собственных_ глазах,
или в глазах священников, пастырей, учителей или епископов, кардиналов или
«Поступайте не как нечестивцы, но как святые и возлюбленные Господом, дабы вы были святы и непорочны пред Ним в любви».

«Даруй нам всем послушные сердца и истинное знание Его пути, ради Христа! Аминь».

Закончив свою речь, проповедник заметил, что есть одно дело, требующее участия церкви. Пока прихожане пели гимн, он спустился с кафедры, занял место президента или председателя церковного собрания и объявил, что на
На последнем собрании некий брат был признан виновным в нехристианском поведении.
Ему было поручено встретиться с ним и поговорить, а также выяснить,
проявляет ли он какие-либо признаки раскаяния, и по возможности побудить его предстать перед Церковью и сделать такое признание, которое
позволило бы Церкви забыть о его проступках. Он встретился с ним и
поговорил, но тот упорно отказывался признавать свою неправоту или
предстать перед Церковью.

— Тогда я предлагаю, — сказал пожилой брат, — чтобы мы, как Церковь, официально
лишаем его нашего общения и считаем его больше не одним из нас».

 Предложение было должным образом поддержано и кратко обсуждено, после чего было единогласно принято, и секретарь внес его в протокол.

 «Если здесь есть люди, — сказал пастор, — которые хотят присоединиться к нам по письму из других церквей или в знак исповедания своей веры и крещения, пусть они выйдут вперед, пока мы поем».

Один молодой человек подошёл и сел рядом с председателем. Он был очень взволнован ответственностью, которая лежала на нём в связи с предстоящим поступком.
Он не мог сдержать слёз.

Когда пение стихло, пастор заметил, вероятно, для сведения присутствовавших незнакомцев, которые, как можно было предположить, не были знакомы с обычаями баптистов, что для вступления в видимое Царство и Церковь Христа требуется лишь одно условие — _личная и спасительная вера в Иисуса Христа Спасителя_. Но поскольку, согласно Посланию к Римлянам, глава 14, стих 1, «слабых в вере принимайте», Церковь обязана решать, есть ли у них эта вера, и не отвергать никого, даже если его вера слаба.
Церковь обязана отказывать в приёме тем, у кого, по её мнению, нет веры.
 Поэтому мы привыкли требовать от тех, кто просит о приёме в нашу общину,
такого объяснения их взглядов и чувств, а также такого рассказа об их религиозном опыте, которые позволили бы Церкви судить о том, действительно ли у них есть хоть какая-то доля той истинной и спасительной веры, которая действует через любовь, очищает сердце и приносит добрые плоды в жизни. Это тем более необходимо, что люди часто обманываются, принимая временное беспокойство о своей душе за
Спасение — это истинное обращение к Богу и возрождение Духом.
Мы не принимаем людей в Церковь и не крестим их для того, чтобы они родились заново и стали детьми Божьими.
Мы делаем это, потому что они дают нам убедительные доказательства того, что они уже родились от Бога, уже принадлежат Христу и уже своей любовью к Нему, Его народу и Его делу достойны участвовать в привилегиях и нести ответственность Его видимого царства. Крещение — это всего лишь формальное, официальное и публичное _признание_ ранее
существующий факт, который символизируется в таинстве, а именно то, что крещаемый умер для греха, как умер за него Христос, и воскрес для новой жизни в праведности, как Христос воскрес из мёртвых.

 Затем он начал задавать юноше вопросы, чтобы убедиться в его обращении к Богу. И когда его ответы были недостаточно громкими, чтобы их могла услышать вся церковь, он повторил их суть, чтобы все могли судить.

Когда он убедился, что всё в порядке, он спросил, не хочет ли кто-нибудь из участников
Больше никто не задавал вопросов; и, поскольку никто не выступал, было внесено предложение, которое поддержали все присутствующие.
Предложение заключалось в том, чтобы уполномочить пастора крестить его, а после крещения принять в лоно церкви.  После того как голоса были подсчитаны и единогласно признаны, собрание отправилось к ближайшему ручью, где его крестили во имя
Отец, Сын и Святой Дух; и, выйдя из воды,
ученики сразу же подали ему правую руку в знак того, что
отныне они считают его одним из себя.

По дороге домой наша маленькая компания почти не разговаривала.
 Торжественная сцена, свидетелем которой они стали, вызвала в памяти мистера.
 Перси и Теодосии множество печальных, но в то же время нежных и приятных воспоминаний и чувств, которые невозможно было выразить словами.
Тинквелл размышлял, не поступил ли он неправильно, отказавшись сразу же подняться и присоединиться к этой небольшой группе, которая называла себя истинной Церковью Христа.
Но хотя он с первого взгляда понял, что у них было _большинство_ признаков, которые они нашли в Священном Писании,
Он перечислил признаки, характеризующие истинную Церковь, но один или два из них он не мог определить в тот момент, когда у него была та информация, которой он тогда располагал.
Но когда он задумался, то понял, что эти признаки _не зависят ПОЛНОСТЬЮ от Писания_,
хотя они и являются признаками, описанными в Писании, и когда они составляли таблицу, было ясно сказано, что истинную Церковь, хотя она и должна обладать этими признаками, можно легко узнать и без них.
Это были три последних теста, каждый из которых требует определённых знаний
_из истории_, чтобы убедиться в его применимости. Однако он утешал себя тем, что задержка в один месяц, скорее всего, не будет иметь серьёзных последствий и даст ему возможность провести тщательное расследование во всех деталях, а его решение, как следствие, будет окончательным и не будет вызывать досадных _сомнений_; а сомнения до сих пор были бичом его религиозной жизни — не сомнения в том, что он принят Христом, а неуверенность в том, во что _он должен_ верить и что должен делать.




ПУТЕШЕСТВИЕ ДЕСЯТОГО ДНЯ.

В котором Церковь обретает себя и находит своё предназначение.

Своим высоким положением и влиянием председательствующий старейшина был обязан не только своей интеллектуальной энергии и обширным познаниям, но и неизменному изяществу манер, невозмутимому добродушию и владению комфортабельным поместьем.
 У него был живой ум, и он обычно мог дать убедительный ответ на любой аргумент, который, казалось, противоречил его взглядам.
 Для него не имело большого значения, были ли другие удовлетворены его рассуждениями или нет. На самом деле ему было всё равно,
какого мнения о нём другие люди: он даже не представлял, что это
Не имело большого значения, были ли они или он правы или ошибались.
 На самом деле он сомневался, что _все_ были правы. Он был уверен,
что в его системе есть несоответствия и противоречия, но
тем не менее он и не думал отказываться от неё. И чем больше он
изучал её, тем больше в ней обнаруживалось несоответствий.
Он не стал бы серьёзно и тщательно её изучать, а ограничился бы
защитой тех пунктов, которые подвергались нападкам со стороны
других. Обычно он делал это с помощью насмешек и подшучиваний,
а не с помощью здравого смысла и серьёзных логических аргументов.

Поскольку он не надеялся обратить в методизм никого из тех, с кем
встречался у доктора Тинкуэлла, его не слишком волновали результаты их
исследований, и он был готов с таким же безразличием услышать, что они
решили, что та или иная из _ветвей_ Церкви является, по их мнению,
истинной _экклесией_ Христа.

Поэтому, когда они встретились у него дома в понедельник, он не испытал никакого раздражения, услышав от доктора, что тот _почти_ уверен в том, что наконец-то нашёл то, что искал, в простом,
непритязательная группа христиан, с которыми он встретился в субботу.

 «Я согласен с вами, — сказал старейшина, — что если _ваши признаки_ или _тесты_ надёжны, то у баптистской церкви их больше, чем у любой другой. И я полагаю, что, поскольку большинство в вашей компании — баптисты, вы намеренно сформулировали их так, чтобы они могли признать эту организацию и исключить все остальные». Я не буду спорить с вами или с вашими друзьями о применимости ваших тестов.
Но если бы я был с вами с самого начала, я бы возражал против самих тестов».

“ С нами были те, сэр, кто действительно возражал против них. Нет, мы
сами поначалу возражали против некоторых из них, но мы приняли и вписали
в нашу табличку ни одного, пока мы тщательно не изучили слово Божье в
мы были вынуждены признать, что это было в строгом
соответствии с требованиями Священных Писаний; и я думаю, что вы
поступили бы так же, если бы присутствовали.

«Прежде всего, мы не можем не признать, что апостолы должны были знать, чего хотел и что намеревался сделать Христос в отношении института, который он назвал Церковью, и что во всём, что имеет к ней непосредственное отношение, он был последователен».
«Что касается существования Церкви и её устройства, её конституции и членства в ней, то они должны соответствовать образцу, который они получили от него».
«Конечно, сэр, это само собой разумеется».

«Тогда, сэр, мы не могли не заметить, что Церковь Христа _является и должна быть сейчас_ в своей организации и членстве, в своих учредительных документах и в своём конституционном _порядке_, в своих постоянных должностях и постановлениях — короче говоря, во _всём_, что неизбежно присуще ей _как Церкви_, — именно таким учреждением, какое основали апостолы.
и о которых мы читаем в Новом Завете».

 «Я согласен со всем этим, — сказал преподобный мистер Ститпэйн. — Я вижу, что до сих пор вы стояли на твёрдой почве. Не стоит подвергать сомнению то, что само собой разумеется. Но есть ещё два источника заблуждения, в которые вы могли впасть и которые могли исказить ваши выводы. Во-первых, вы могли принять то, что было лишь _случайным_ и _временным_, а следовательно, _несущественным_, за то, что должно было стать вечным и всегда и везде оставаться неизменным. Во-вторых,
во-вторых, вы могли _неправильно понять_, каковы были _подлинные
особенности апостольских Церквей_».

«Мы осознавали, сэр, обе эти опасности и старались
предостеречь от них с величайшей тщательностью. Во-первых, что касается
_действительно важного_, мы решили, что не может быть Церкви _без членов_.
Следовательно, члены были _необходимы_. А поскольку эти члены
_должны обладать определённым характером_, должно быть _что-то_, что отличает их от других людей, не являющихся членами организации. Следовательно, мы
мы пришли к выводу, что _характер членства_ был ещё одним важным фактором, по крайней мере в тех аспектах, в которых первые члены Церкви неизменно отличались от тех, кто не был её членом. До этого момента мы, конечно, были в безопасности. Затем нам, как и вам, и любому другому здравомыслящему человеку, стало очевидно, что не может быть Церкви без какой-либо _организации_. Члены Церкви должны быть объединены на какой-то формальной основе. Церковь была телом — сообществом, обществом.
Это было не просто собрание, а _официальное_ собрание с определёнными
У них есть обязанности, которые нужно выполнять, определённые привилегии, которыми нужно пользоваться, и определённые цели, которых нужно достичь. А для этого необходима какая-то организационная основа, или, другими словами, какая-то _писаная_ или _неписаная конституция_. Эта конституция должна определять условия членства, отношения между членами, а также отношения между каждым из местных обществ и всеми остальными местными обществами, а также отношения между каждым из них и всеми ими в целом и с Христом, их главой. Что бы ни решил Учитель по поводу таких вопросов, это, очевидно, должно считаться _бессрочным
Это необходимо_; ибо невозможно представить, чтобы _человеческая мудрость_ когда-либо смогла исправить ту систему, благодаря которой, по словам апостола, _мудрость БОГА_
стала явной для начальств и властей на небесах.
 Теперь вы можете пройти наши тесты, один за другим, и посмотреть, есть ли в них что-то, что не является _необходимым_ для _существования_, _устройства_ или _продолжения_ Церкви.

«Тогда, чтобы защититься от любой опасности, исходящей из _другого_ источника, на который вы указываете, а именно от того, что мы могли ошибиться в том, что _было_ на самом деле
Чтобы определить библейские характеристики апостольских церквей в отношении этих важнейших вопросов, мы сначала постарались исключить все свидетельства, основанные на простом _предании_ или даже на истории, а затем все утверждения даже самых образованных богословов, _касающиеся этих характеристик_, и не считали ни одно из них достоверным, пока _не нашли их для СЕБЯ_
ясно и недвусмысленно записанными _в слове божием_. Что
ещё мы могли сделать?

— Но, мой дорогой сэр, разве вы не признаёте, что _вы несовершенны_, как и ваши друзья, и, следовательно, вы и они _можете_
_думал_, что нашёл в Слове то, чего на самом деле там нет?»

 «Предположим, что так и есть. Мы всё равно должны доверять собственным выводам и _действовать_ в соответствии с нашими решениями, поскольку Бог возложил на каждого из нас ответственность за самого себя. Религия — это личное и индивидуальное дело.
Каждый человек должен верить _сам_, принимать решения _сам_ и
исполнять в своём религиозном послушании то, что он _сам_
нашёл как волю Бога, явленную в его святом Слове. Слово обращено ко
_мне_, и _я_ должен изучать его: _я_ должен стараться понять его
_Я сам_, и я должен повиноваться _себе_; и если я оступлюсь, Бог возложит на _меня_ индивидуальную и _личную_ ответственность. Так что, если только я не буду настолько уверен в суждении моего пастора или в суждении какого-либо другого человека, что готов без раздумий рискнуть вечным спасением своей души, я должен руководствоваться _собственным решением_.

«Но мы не стали принимать решение необдуманно или поспешно.
Мы исследовали каждый сантиметр земли, используя все имеющиеся в нашем распоряжении средства, и теперь готовы, если это не займёт слишком много времени, указать вам
к главе и стиху, в которых в Слове обозначено каждое из этих понятий».

 «Если вы это сделаете, — сказал председательствующий старейшина, — мы не приблизимся к согласию ни на шаг.
Ведь я, несомненно, буду расходиться с вами во мнениях
относительно значения этих отрывков или буду склонен указать вам на
других, кто проповедует совершенно иную доктрину».

 «Слушая вас, можно подумать, — ответил доктор, — что невозможно точно знать, что означают Священные Писания.
но мы нашли их очень простыми и в то же время логичными
Мы можем быть так же уверены в том, что они обладают этими важнейшими характеристиками истинной Церкви Христовой, как и в том, что они обладают _любой_ системой доктрин или обязанностей. Если они
неоднозначны и двусмысленны в этом вопросе, то, как мне кажется, люди
могут с таким же успехом отчаявшись найти то, чему они хотят научить,
отказаться от поиска по любому вопросу. И поскольку мы тщательно и
усердно изучали их и нашли учение ясным и недвусмысленным, мы должны
руководствоваться им и, следовательно, должны следовать результатам
применения нашей _таблицы_».

«Тогда, я вижу, нет смысла спорить с баптистской церковью,
разве что по двум-трём пунктам».

 «Вероятно, именно по этим пунктам у меня до сих пор есть некоторые сомнения.
 Вчера я с первого взгляда понял, что баптистская церковь, с которой
 я встретился, состоит только из верующих. В ней нет тех, кто родился в ней, как, по словам доктора Миллера, есть в пресвитерианской церкви. Нет
никого, кто был бы крещен в нее без их ведома или согласия, и без
какого-либо предварительного исповедания своей веры, как младенцы в римскую
Католический, епископальный, методистский, пресвитерианский, лютеранский и
Независимые или конгрегационалистские церкви. Таким образом, у них есть _первый_
признак, указанный в нашей таблице. _Все их члены исповедуют веру во
Христа._

“У них также есть _второй_. Все их члены _были крещены после
исповедания своей веры_; и поскольку все конфессии сходятся во мнении, что
крещение совершается погружением в воду, в этом не может быть никаких сомнений, исходя из природы совершаемого действия.

«Итак, у нас есть _третье_. Это независимая местная организация,
самостоятельная Церковь, не зависящая от других».

 «Я не очень хорошо разбираюсь в этом, — сказал председательствующий старейшина. — Я был в
Прошлым летом я был в Баптистской ассоциации, и, хоть убей, не мог понять, в чём разница между отношением, которое она поддерживает с церквями, и отношением, которое поддерживает пресвитерия или конференция. Это просто другое название для большого церковного суда. У методистов есть квартальные конференции, ежегодные конференции и Генеральная конференция. У пресвитериан есть свои пресвитерии, свои синоды и своя Генеральная ассамблея.
У баптистов есть свои местные и общие ассоциации, а также большой съезд.
которая, как и наша Генеральная конференция, собирается лишь раз в несколько лет.
 Местные церкви в одной деноминации не более независимы, чем в другой.
Все они находятся под контролем собравшихся делегатов, которые представляют совокупную мудрость всех церквей».

 Для доктора это была новая тема, и он не знал, что сказать, но вопросительно посмотрел на мистера Кортни.

«Баптистская церковь, — сказал учитель, — во всём, что касается её членов, так же независима от ассоциаций, как и от
Методистская конференция или Великая ложа «Одд Феллоуз». Когда кандидат подаёт заявление о приёме, только _она_ решает, принять его или отказать. Когда член организации совершает какое-либо правонарушение, _она_ проводит расследование, выносит приговор и исключает его из организации. _Её_ решение не подлежит обжалованию ни в одной ассоциации, местной или общей, ни на каком-либо съезде или в другом органе за её пределами. То, что она решает, — это решение _Церкви_, и на этом всё заканчивается, если только её не удастся убедить отменить своё решение, как
Павел умолял Церковь в Коринфе восстановить того, кого она изгнала.

«Церковь не обязана вступать в какие-либо объединения и не становится ни более, ни менее церковью от того, что вступает в них.
Все объединения и съезды в стране могут быть распущены завтра, и ни одна баптистская церковь не станет ни более, ни менее авторитетной, чем сегодня.
Но если вы распустите Конференцию, то распадётся и это великое церковное учреждение под названием Методистская _церковь_.
Распустите Генеральную ассамблею, и вы распустите эту великую конфедерацию, известную как Пресвитерианская _церковь_, в состав которой входят
Местное общество — это всего лишь неотъемлемая _часть_. Методистское общество _не может быть_
методистским обществом, если оно не является _частью_ большого
объединения, подчиняющегося Конференции. Пресвитерианское общество не может быть настоящим
пресвитерианским обществом, если оно не является частью того большого
объединения, которое подчиняется Генеральной ассамблее. Если они
отказываются от связи с этими органами или от подчинения им, то они
становятся независимыми. Но баптистская церковь не обязана быть частью какого-либо объединения или конвенции. Она не теряет своей власти, когда
она посылает гонца и не пачкается, когда отказывается посылать или не посылает вовсе».


«Тогда позвольте спросить, что же такое Ассоциация и какое отношение она имеет к церквям и их членам?»


«Некоторые баптистские ассоциации и съезды, — ответил мистер Кортни, — организованы для одной цели, а некоторые — для другой. Это просто
добровольные организации вне церквей, созданные, как, например, Библейское общество или Миссионерское общество, для достижения какой-то конкретной цели, в которой церкви могут принимать участие, а могут и не принимать, в зависимости от того, как они считают нужным
подходит. Иногда эта цель заключается в поддержании системы миссионерской деятельности
деятельность настолько обширна, что требуется определенная согласованность действий для
обеспечения ее успеха; иногда это создание и поддержание учебного заведения
; иногда предоставление молодым служителям
средства получения лучшего теологического образования; иногда это делается для
организации и поддержки какого-либо плана распространения
Священных Писаний или других религиозных книг; иногда просто для взаимного
давать советы и узнавать через посыльных или письма, как продвигается каждый
Церковь определяет, каково число и состояние её членов,
и что она делает для продвижения дела Христа; иногда она
объединяет несколько или все эти цели. Но какие бы цели она ни
преследовала, она никогда не имеет права вмешиваться во внутреннее
хозяйство или дисциплину церквей, как тех, которые посылают к ней
посланников, так и других».

«Но позвольте мне спросить вас, — сказал председательствующий старейшина, — разве эти ассоциации не призваны решать сложные дисциплинарные вопросы в церквях, которые направляются к ним для урегулирования?»

— Нет, сэр. Церкви часто присылают уведомления о возникших трудностях и просят _совета_, а иногда присылают вопросы, вызывающие затруднения, и просят _информации_ по вопросам веры или практики. Совет даётся, информация предоставляется, но ни то, ни другое не является обязательным для исполнения Церквями. Каждая Церковь может принять или отклонить совет по своему усмотрению.

«Но разве ассоциация не может наказать церковь, исключив её из своих рядов, если она не прислушается к столь любезно данному совету?»

 «Это будет зависеть от того, насколько данный вопрос соответствует уставу
этой конкретной ассоциации. Вы заметите, что каждая ассоциация является _добровольной_ организацией. Она не входит в состав Церквей и не контролирует их, за исключением тех вопросов, которые предусмотрены в уставе, принятом самой ассоциацией и добровольно согласованном входящими в неё сторонами. И ни одна Церковь не имеет _права_ передавать ассоциации какие-либо из тех прерогатив, которыми её наделил Христос. Она не осмеливается отказаться от _власти дисциплины_, которой обладает ассоциация, министр или кто-либо ещё.
власть Христа принадлежит только _экклесии_. Устав объединения определяет условия членства в его составе:
они почти так же разнообразны, как и сами объединения. В некоторых
объединениях, например, не может быть представлена ни одна церковь, которая не отправит определённую сумму денег; и если она не вносит свой вклад, то не может быть членом объединения, но она остаётся церковью, и баптистской церковью, в той же мере, в какой была бы ею, если бы отправила эту сумму. В большинстве
ассоциаций условием членства является то, что Церковь должна
должна быть упорядоченной _баптистской_ церковью и придерживаться определённых доктрин, общих для всей конфессии. Это необходимо для гармоничного
взаимного сотрудничества всех церквей в образовательных или миссионерских
проектах, для реализации которых была создана ассоциация. И когда у них будет такая конституционная основа, а какая-либо церковь перестанет быть _упорядоченной баптистской церковью_ или придерживаться указанных доктрин, они могут отказаться признавать её в качестве члена ассоциации. Но это не
_церковное_, не _церковное_ действие. Это не отлучение от церкви
предполагаемая власть Христа, осуществляемая объединением как
_его Церковью_. или как _частью_ или _отделом_ _его Церкви_; это
простое расторжение добровольного соглашения, когда одна из сторон
нарушила его условия. _Власть объединения никогда не может
выходить за рамки его СОБСТВЕННОЙ КОНСТИТУЦИИ._

«Возможно, ассоциации иногда забывают об этом и действуют так, как будто они являются не просто консультативными, а законодательными или судебными органами.
Но если они когда-либо так поступали, то нарушали все общепринятые баптистские нормы, и вдумчивые и разумные баптисты сразу же от них отворачивались.

«По правде говоря, ассоциации и конвенции — это всего лишь порождения церквей, созданные для более эффективной реализации планов, которые церкви вынашивают для достижения великих целей христианской благотворительности. Эти цели настолько масштабны, что отдельные церкви не могут справиться с ними в одиночку. То, что не под силу одному, могут сделать двадцать, или пятьдесят, или
сто человек, и они соглашаются работать вместе. Чтобы они могли
гармонично работать вместе, каждый из них посылает делегата или более
представителей, как будет решено, для сбора средств, оказания помощи
и передачи информации обратно
Церковь не вмешивается в то, как ведётся работа. Таким образом, ассоциация не является, подобно Конференции или Пресвитерии, _господином_ и _хозяином_ Церкви, но является её _творением_ и _слугой_ и несёт перед ней такую ответственность за свою деятельность, что, если она не ведёт себя во всём так, чтобы оправдать ожидания, Церковь _отстраняется_ от неё и больше не оказывает ей поддержки. Но какой бы ни была эта ассоциация и какой бы властью она ни обладала, для нашего нынешнего спора достаточно знать, что каждая баптистская церковь настолько независима от неё, что
Она совершенно свободна в своём решении — объединиться с ним или остаться в стороне. Она не обязана вступать в ассоциацию или конвенцию, как не обязана представлять себя в Великом отделении «Сынов трезвости», или вступать в Американское библейское общество, или в Американский союз воскресных школ.


— Тогда я могу понять, — продолжил доктор, — что у неё есть и четвёртая отметка на нашей табличке. _Её единственным королём и
Законодатель не признаёт никакой власти, кроме своей собственной._ Если ассоциации и конвенции не могут издавать законы для него или осуществлять
Я полагаю, что никто другой не попытается сделать это, если только речь не идёт об их пасторах. Вчера я заметил, что пастор не принимал никакого участия в дисциплинарных мерах, кроме как в качестве председателя собрания, который задавал вопрос и собирал голоса членов собрания. И, более того, поскольку пастор не назначается епископами, конференциями или пресвитерами, а избирается Церковью и занимает свой пост по её усмотрению, он по необходимости должен быть слугой, а не хозяином Церкви. Он может править, но его власть должна быть
основанный на любви, и его контроль, равно как и добросовестное исполнение им своих обязанностей как доброго служителя Иисуса, не могли не принести ему успех в любом собрании искренних, доверяющих Христу и любящих Христа людей.

 «И поэтому я также могу засвидетельствовать, что _его члены приходят добровольно и просят о членстве_, а не приводятся родителями и не принуждаются к вступлению, даже если они протестуют против этого так громко, как только может плакать маленький ребёнок.

«Я также не вижу причин сомневаться в том, что _оно придерживается фундаментальных доктрин Евангелия как своих символов веры_. И я никогда не слышал
о том, что какие-либо баптистские церкви занимались _преследованиями_, хотя все их истории, которые я читал, — это почти непрерывные записи о бедствиях, которые они претерпели от других так называемых христианских
церквей.

«Поэтому я отдаю им право владения нашими _пятой_ и _шестой_, а также нашей _восьмой_ меткой; но теперь, когда я хочу спросить о _седьмой_ и _девятой_, мне нужно дождаться дополнительной информации».

— И если вы подождёте, — сказал преподобный мистер Ститпэйн, — пока не проследите его существование вплоть до времён Христа, или
Если вы убедитесь в том, что она является преемницей ряда церквей, которые никогда, ни в одну эпоху, даже временно, не становились _отступниками_, вы будете ждать, пока не присоединитесь к церкви, описанной выше. Я не изучал историю баптистской церкви, но осмелюсь пообещать, что, если вы докажете, что они являются преемниками, я, по крайней мере, больше никогда не буду смеяться над ними как над современным потомством мюнстерских братьев в Европе и Роджера Уильямса в Америке.

— Полагаю, мы исходили из этого, когда наносили эти исторические метки на нашу табличку, — ответил Доктор. — Каждое из тел
Те, кто называет себя церквями, должны считаться преемниками апостолов, если только из их собственных записей не следует обратное. Мы убедились, что каждая из остальных церквей имеет историческое происхождение в сравнительно недавние времена. Мы знаем, когда были впервые организованы лютеранская, англиканская и американская епископальная, пресвитерианская и методистская  церкви. Мы можем проследить их историю до определённого момента, но после этого они не существовали отдельно. Все они были объединены в Риме и существовали только как составные части великой Римской империи
Католическая антихристианская иерархия. Мы проследили историю этой прародительницы всех церквей ещё дальше и обнаружили, что спустя много времени после Христа и апостолов не было не только Римско-католической церкви, но и _такой организации_, какой она стала впоследствии.


Теперь, если мы сможем сделать то же самое с баптистской церковью — если мы сможем вернуться в прошлое и найти время после Христа, когда она не существовала, — мы должны признать, что она не проходит это испытание. Но пока это невозможно, мы должны считать само собой разумеющимся, как мы были готовы делать в отношении других заявителей, что
она существовала со времён Христа и апостолов. Нам не нужно заставлять баптистов приводить записи всех эпох и прослеживать по ним историю их церкви».


«В том смысле, в котором вы используете этот термин, — сказал мистер Кортни, — не существует и никогда не существовало такого понятия, как «баптистская церковь». Этого не может быть. Каждая баптистская церковь стоит особняком и независима от всех остальных баптистских церквей. Как Церковь в Иерусалиме, и Церковь в Антиохии,
и Церкви Иудеи, Галилеи и Самарии не были объединены
Они не объединялись в какую-то большую _конфедерацию_ под названием Церковь, но _каждая из них_ была _Церковью_ сама по себе, и ни одна из них не была _Церковью_ в большей или меньшей степени из-за существования других. Таким образом, каждая отдельная баптистская Церковь, организованная по одному и тому же образцу, с одними и теми же членами, одной и той же организацией, одними и теми же обрядами и одними и теми же доктринами, сама по себе является _Церковью_. Баптистская церковь — это не _конфедерация_ баптистских церквей и не непрерывная _преемственность_ баптистских церквей.
Баптистская церковь — это каждое местное независимое объединение крещёных
Верующие, придерживающиеся доктрин Евангелия и соблюдающие его обряды, которые существуют сейчас или существовали в какое-либо время или в каком-либо месте, являются и были _баптистской церковью_ в том единственном смысле, в котором может существовать баптистская церковь или в котором могла существовать _церковь_ во времена апостолов. И теперь, с таким пониманием этого термина, я готов рассмотреть любой план, призванный показать нашу преемственность со времён Христа. Я докажу это с помощью самого
непритязательного исторического авторитета, с помощью уступок с нашей стороны
Мои оппоненты и гонители, наши Церкви _существовали_ во все времена. Или же я предложу более короткий способ прийти к тому же выводу.
Я покажу, что нет другой истории их зарождения, кроме той, что изложена в самом Новом Завете. И если я смогу сделать и то, и другое, этого будет более чем достаточно. Теперь, чтобы сразу решить вопрос, я возьму на себя смелость проследить путь Иоанна Крестителя.
Церкви на исторической карте, в прошлом и настоящем. Мы можем начать с сегодняшнего дня и проследить их путь до Иоанна Крестителя; или я начну
в Иордании и проследить их путь до наших дней. Я предвидел эту трудность. Я знал, что истинную Церковь можно узнать и без этого теста.
Мы бы не стали его вводить, если бы не предложение епископальной церкви.
Но раз уж он у нас есть, я не буду уклоняться от его самого строгого применения. Проверяйте нас как хотите, и вы не найдёте в нас недостатка ни в одной библейской черте. У меня есть краткий перечень дат и источников,
который я составил, чтобы освежить свою память, и с его помощью я
дам вам такие показания, которые не оставят равнодушным ни одного здравомыслящего человека
Церкви существовали всегда, и в них были все основные
характеристики той небольшой общины, с которой мы встретились вчера.
Я не говорю, что они назывались баптистами или даже анабаптистами, что является более древним названием этих церквей, но названия ничего не значат. Мы ищем именно _вещь_, а не название; и _вещь_ эта —
официальное собрание христиан, обладающее всеми признаками, которые
мы признали характерными для Церквей Христовых во времена апостолов.
Их названия обычно давались им
Враги, не обозначенные по имени. Их имена менялись почти в каждом столетии, но их особый характер оставался неизменным, и именно по нему, а не по имени, мы должны их обнаружить и указать на них на страницах истории.

 — Думаю, — сказал доктор, — я бы предпочёл начать с настоящего времени и проследить их путь в обратном направлении.  Так мы поступили с другими претендентами и обнаружили, что все они пришли в Рим во времена Реформации Лютера.

— Очень хорошо: это немного позже середины девятнадцатого века.
Полагаю, никто не усомнится в том, что баптистские церкви существовали с 1700 по 1800 год нашей эры.
 Как в этой стране, так и в Европе есть сотни, нет, тысячи церквей и сотни тысяч прихожан.


 «Также не будет сомнений в том, что они существовали в XVIII веке. Письмо, датированное Филадельфией 12 августа 1714 года, написанное баптистским священником мистером Эйблом Морганом своему другу в Англии, свидетельствует об их существовании в этой стране в то время: «Сейчас у нас, — пишет он, — девять церквей», имея в виду церкви в окрестностях Филадельфии. «В этих
В одних только церквях насчитывается пятьсот членов, но они сильно разбросаны» и т. д. (_Кросби_, т. 1, с. 122.) И вскоре мы увидим, что задолго до этого в штатах Новой Англии их было много.
Полагаю, вряд ли нужно говорить что-то ещё, кроме того, что с 1700 по 1800 год в Британской империи и на континенте существовали сотни наших церквей. Их история в этой стране слишком недавняя и слишком хорошо известная, чтобы её можно было оспорить или отрицать. Но когда мы вступим в следующую эпоху нашего путешествия по этому потоку времени, возможно, возникнет необходимость в ссылках
к властям. Именно в этом столетии в Америку прибыли первые баптисты. Они были членами Церкви английских баптистов в _Голландии_, с 1600 по 1700 год н. э. Из-за преследований они были вынуждены покинуть Англию и прибыли сюда в 1620 году. Коттон Мэзер, историк, писавший о первых колонистах, говорит о них:
«Разобравшись с квакерами, давайте не будем заблуждаться, если в той же главе мы упомянем о неудобствах, которые церкви Новой Англии испытывали из-за _анабаптистов_, хотя среди них было гораздо больше христиан, чем среди квакеров».
Квакеры… В наши дни многие сомневаются в необходимости крещения младенцев.
При этом они являются достойными христианами и такими же святыми,
бдительными, плодовитыми и небесными людьми, как, пожалуй, и все остальные в мире.
_Некоторые из этих_ людей с самого начала были среди плантаторов в Новой Англии
и были желанными гостями в общине, которой они наслаждались, оставляя своё особое мнение при себе».

«Но в конце концов случилось так, что в то время как некоторые из наших Церквей, возможно, проявляли излишнюю _убедительность_ в отношении братьев, которые
Некоторые из этих братьев в день искушения впали в раскольническую практику, которая была справедливым оскорблением для всех церквей в этой глуши.

«Наши анабаптисты, когда страсти накалились, образовали церковь в Бостоне 28 мая 1665 года, помимо той, что была у них _ранее_ в Суонзи. Теперь они объявили наше крещение младенцев недействительным и присвоили себе титул _баптистов_, как будто никто, кроме них, не был крещён».

«В другом месте мистер Мэзер говорит, что в страну приехало более двух десятков _священников_, которые были настолько неприятны большинству колонистов, что их невозможно было терпеть, но некоторые из них заслуживали упоминания в его книге за своё благочестие. «Среди них были благочестивые _анабаптисты_», которых он упоминает поимённо. (_Кросби_, т. 1, стр. 112–116.)

«Существование наших церквей в Англии в этом столетии подтверждается несколькими книгами, изданными их служителями. Одна из них была опубликована в 1615 году, чтобы доказать, что каждый человек имеет право судить самостоятельно в
Они рассуждают о религии и доказывают несостоятельность общепринятого крещения.
Что касается их взглядов на некоторые доктринальные вопросы, они ссылаются на своё «Исповедание веры», опубликованное в 1611 году. В 1618 году они опубликовали ещё одну книгу в защиту баптистских взглядов, и с тех пор их было много.
Но они не только дали эти показания о себе, но и оставили следы в _законах_, принятых для их уничтожения, в их _ходатайствах_ и _жалобах_, в протоколах _судов_ и _тюрем_, в которых они были осуждены и заключены; а один из них, по крайней мере,
по крайней мере, был _сожжён на костре_. Примерно в середине этого
века Кромвель сделал религию свободной, и тысячи баптистов вышли
на свет, хотя раньше им приходилось скрываться от преследований.
«Люди этого вероисповедания, — говорит Рассел, — наполнили армию проповедниками, молитвенниками и храбрыми воинами».
Когда Кромвель впоследствии, под влиянием пресвитерианцев,
решил подавить баптистов, они направили ему меморандум, или
возражение, в котором спрашивали: «Если баптисты не заполонили его города, то почему он не может их изгнать?»
города, провинции, острова, замки, флотилии, шатры, армии и двор».
 Но при Карле II они снова подверглись гонениям,
но продолжали протестовать против иерархии и других пороков христианства. С 1500 по 1600 год н. э. «А теперь давайте вернёмся ещё на столетие назад. С 1600 по 1700 год мы находим баптистов в большом количестве. Как это было в период с 1500 по 1600 год?

 «Баптистов в начале этого века в Англии по большей части называли _лоллардами_, а на континенте — анабаптистами и _меннонитами_.
 Но на самом деле они были _баптистами_, хотя и известными под другими именами
имена. Многие из них были иностранцами, которых уверили, что после разрыва между королём Генрихом Восьмым и Папой Римским они смогут свободно исповедовать свою религию.
Король Генрих поспешил исправить эту ошибку, как только стал _главой_
церкви.

«Стирп, историк того времени, говорит: «Баптисты досаждали церкви и открыто оспаривали её принципы в общественных местах».
В 1539 году было объявлено общее помилование для всех религиозных преступников, но _баптисты_ были освобождены от него. Они были настолько многочисленны и настолько
Их жестоко преследовали, и, как показывают записи, во времена короля Генриха _более семидесяти тысяч_ из них были наказаны штрафами, тюремным заключением, изгнанием или сожжением.


На континенте об их существовании свидетельствуют гонения, которым они подвергались со стороны лютеран, как мы уже видели.


Затем давайте вернёмся ещё на сто лет назад. С 1400 по 1500 год нашей эры. Как всё было с 1400 по 1500 год? Теперь, как видите, мы вернулись во времена
_Реформации_, которая пришлась на начало только что прошедшего столетия. Теперь мы не можем найти ни Англиканскую церковь, ни
Лютеранские, но не пресвитерианские церкви. Протестанты в то время ещё не протестовали и спокойно покоились в осквернённых руках своей матери-Рима.


«Теперь, если мы всё ещё найдём баптистов за пределами Рима, отказывающихся признавать её христианской церковью и осуждающих её как таковую, мы сможем
Антихрист, предсказанный в Слове, был отвергнут и _преследован_ ею.
Мы доказали, по крайней мере, то, что баптистские церкви старше _протестантизма_ во всех его сектах и вероучениях и что они не совершали того, в чём их обвинял доктор Фитли и в чём их обвиняет почти каждый
Писатель-педобаптист своего времени, начнём с безумцев из Мюнстера».

 «Почему бы вам не вернуться к Питеру Брюсу и его соавтору
Генри?» — спросил преподобный мистер Ститпейн. «Доктор Уолл, знаете ли, признаёт, что _они_ были баптистами, и прямо говорит: «Они были _первыми_ проповедниками, которые основали церковь или общество, считавшее, что крещение младенцев недействительно, и проводившее повторное крещение тех, кто был крещён в младенчестве».

 «Благодарю вас за ваше предложение, сэр, хотя это отбросит нас на шаг назад за более чем двести пятьдесят лет.  Но за все эти два
сто пятьдесят лет можно проследить за последователями Петра и Генриха
как за _баптистами_, а их общества как за _баптистскими церквями_. Они появились за несколько
лет до 1150 года. Мы учим своих доктрин от
их А. Д. 1150 до 1500. враги. Один из тех, кто писал против них, католический аббат Клюни, говорит, что они учили:
«Младенцы не крестятся и не спасаются верой другого человека, но должны быть крещены и спасены своей собственной верой; или что крещение без их собственной веры не спасает, и что те, кто был крещён в младенчестве, по достижении зрелости
должны быть крещены заново, и тогда они не будут крещены повторно, а будут крещены правильно». (Магдебургские центуриаты, Cent. xii. c. 5, p. 332.
_Ивимей_, т. i., стр. 22.) Латеранский собор при папе Иннокентии II в 1139 году, по словам доктора Уолла, осудил Петра Бруиза и его последователя Арнольда Брешианского за отказ от крещения младенцев. Последователей этих людей называли петробруссианцами, хенриканами и арнольдистами, а часть из них позднее стала называться _лоллардами_ в честь некоего Лоллардо, который
привёз их учение в Англию. Они и те, кто придерживался тех же взглядов,
Учения патернинов и пуритан, или катаров, из провинции Болгария распространились по югу Европы.
Несмотря на все ужасные гонения, которым они подвергались,
они сохраняли свои отдельные общины даже в некоторых частях Италии.
Они считали Священное Писание единственным правилом веры и практики,
совершали крещение только для тех, кто заявлял о своей вере, и только одним погружением в воду. См. «Историю иностранных баптистов» Орчарда, стр. 160.

 «Учёные Магдебургские центурионы и Уолл утверждают, что
Последователей Питера Брюса и Генриха было около восьмисот тысяч, когда к ним присоединился Уолдо из Лайонса, через несколько лет после их осуждения Римско-католическим собором. Он стал их великим лидером, и с тех пор, как говорят некоторые, их стали называть вальденсами или лионистами. К концу этого века они превратились в могучую силу, и среди них были знатные и влиятельные люди. Во Франции, где они были наиболее сильны, их называли альбигойцами.
Обычные средства для искоренения ереси не помогали.
Папа Иннокентий III решил обрушить на них всю военную мощь своих владений. Он собрал армию численностью от трёхсот до пятисот тысяч человек и отправил её на их уничтожение. Двести тысяч пали в ходе одной короткой кампании в 1209 году. В следующем году была отправлена ещё одна армия: города и посёлки были сожжены, страна опустошена, а все мужчины, женщины и дети, которых удалось найти, были убиты или изгнаны. Это повторялось из года в год вплоть до смерти
Иннокентия в 1216 году, и тот же кровавый путь прошёл его преемник
Его преемник правил примерно до 1229 года, когда еретики были окончательно разгромлены.
Едва ли можно было найти кого-то, кто утолил бы жажду крови римлян.
 Однако многие бежали в другие земли и принесли с собой истинное Евангелие.
 Они собрались в Швейцарии и
В Германии и в долинах Пиренеев; и после всех этих злодеяний,
унесших столько жизней за четверть века, было признано, что
этих гонимых людей, скрывающихся в разных странах Европы,
осталось по меньшей мере _восемьсот тысяч_  (_Перин_.)

“Но точно ли, ” спросила Феодосия, “ что эти альбигойцы были
Баптистами?”

“Это было за отрицание крещения младенцев и таинств римского
Католическая иерархия, ” ответил мистер Кортни, “ что они были осуждены.
Их собственные признания веры, обвинения их врагов и
совпадающие свидетельства историков - все это в совокупности показывает, что они
были баптистскими церквями. См. «Историю иностранных баптистов» Орчарда, стр. 226–229.

 «В Англии тех же людей называли лоллардами в честь выдающегося
 Уолтера Лоллардо, который покинул родную страну, чтобы проповедовать это Евангелие в
Британец; но эти учения проникли туда раньше него. Архиепископ Ланфранк
написал книгу против них вскоре после того, как это учение было осуждено Латеранским собором в 1139 году.
Примерно в это же время, по словам Лингарда, в Англию прибыла колония
людей, принадлежавших к фанатикам, которые захватили север Италии, Галлию и Германию и которых называли пуританами.
Ашер называет их вальденсами. Они говорили, что они христиане и следуют учению апостолов; они отрицали чистилище, молитвы за усопших и обращения к святым. Именно от этих людей Уиклиф
Сначала они, а затем и Тиндейл были обращены в истинную веру.
История фиксирует гибель тысяч из них вплоть до самой Реформации, как её называют, при Генрихе Восьмом, хотя к тому времени их стали называть анабаптистами.


«Мы могли бы проследить путь этих людей в Богемии, Польше, Моравии и других местах, но для нашей цели это не нужно. Мы убедились в том, что,
согласно свидетельству доктора Уолла, баптистские церкви существовали с
1139 года или ранее, когда их основали Питер Брюс и Генри. Уолл говорит, что они
Они были _первыми_, но теперь я покажу вам, что Уолл ошибался. Эти люди не претендовали на _создание_ системы. Они просто приняли и проповедовали уже известные доктрины и объединились с народом, который уже существовал и _долго подвергался гонениям_ за сохранение _тех же самых доктрин и практик_. Если мы вернёмся к нашей эре, то увидим, что
С 750 по 1150 год. Во времена папы Стефана II, примерно в 750 году, в истории появляются многочисленные упоминания о народе под названием _патернины_, который осуждал крещение младенцев и утверждал, что церковь должна состоять только из
Христиане, которых нельзя преследовать и которые крестятся погружением в воду, как это делали в то время _все_ партии. (См. «Историю баптистов» Робинсона, стр. 428–430.) Их называли патернинами за терпение, с которым они страдали за Христа. В 1040 году их стало очень много. Их главным городом был Милан. Они не были связаны с _Римской церковью_. Они отвергали авторитет
_Отцов_. Они говорили, что крестное знамение — это _печать зверя_.
 Их церкви были многочисленны по всей Европе, а собрания проводились
во времена гонений в общинах братьев именно к этим людям присоединились Питер Брюйс, Генрих и Арнольд Брешийские.
Они отдали свои знания и красноречие, чтобы продвигать их дело. Они стали настолько заметными среди них, что части их общин стали называться их именами.
Но хотя они и дали им _новые имена_, они не дали им _новых учений_. Они _покинули_ Римскую церковь и присоединились к людям, которые _никогда не были в церкви_.

 «Но патернины не были _новой сектой_. Они просто были _новыми
названные так_, потому что они принадлежали к народу, жившему с 650 по 750 год н. э. до
называвшиеся _паулицианами_, или публиканами, появившиеся примерно в 650 году и
хорошо известные в истории того времени. Робинсон говорит, что они
_перекрещивали_ тех, кто приходил к ним, _погружением_. Мосхайм говорит, что они
_отвергали крещение младенцев_, а доктор Алликс называет их
_анабаптистами_. Поскольку у них не было правителей и они осуждали иерархию, их иногда называли _акефалами_, от греческого слова, означающего
_безголовый_. Этих людей было так много, что даже после того, как часть
Их стали называть патернинами и другими именами.
Сто тысяч мучеников погибли за девять лет от самых ужасных пыток во время правления этой дьяволицы, императрицы Феодоры.

— Я рада, — сказала миссис Перси, — что её звали не Феодосия.

«Из Италии, — продолжал мистер Кортни, — _пауликанцы_ отправили колонии
почти во все страны Европы, согласно свидетельствам Мосгейма, Гиббона и других, и сформировали ряд религиозных общин, которые придерживались их доктрины и терпели все
немыслимое унижение со стороны Римской церкви. В Италии их называли
патернинами, или пуританами; (‘_Paterni_,’ или ‘_Cathari_,’ от греческого слова,
означающего «чистый»;) во Франции — _болгарами_, потому что они были родом из
Болгарии, а иногда — публиканцами и _Boni-Homines_, или «добрыми людьми».
но в основном они были известны как _альбигойцы_, от _Альби_, названия главного города в регионе, где они жили.


«Но хотя павликиане и _назывались_ новой сектой и в каком-то смысле имели независимое происхождение от некоего Константина, который впоследствии
по имени Сильван, который обратился в христианство, прочитав Евангелия
и Послания Павла, привезённые ему из Сирии дьяконом христианской церкви.
После обращения он стал известным проповедником истины, пока не был убит по наущению грека
Церковь забила его камнями до смерти; однако его учение не было новым, и _до него и после него_ были тысячи людей, которые, как и он, отвергали крещение младенцев и власть иерархии и во всех существенных аспектах были баптистскими церквями Христа.

“Ибо, если мы сейчас вернемся в 300 год, то окажемся с 300 по 650 год нашей эры. найдем
_ all_ Церкви, которые были баптистскими церквями в отношении _baptism_, за исключением
нескольких в Африке, хотя многие из них стали отступниками в отношении
_episcopacy_.

“Восшествие Константина на императорский престол в 306 году обычно
рассматривалось как благословение для христианства. На самом деле, насколько может судить человеческая мудрость, это было его величайшим проклятием. Оно унижало и оскверняло Церковь, объединяя её с государством, и превращало то, что люди с тех пор называют _Церковью_, в убийцу и гонителя
о последователях Христа. Для Константина было делом принципа исповедовать христианскую веру. Он делал это, чтобы укрепить свою мирскую власть. Он не был другом Иисуса. Он никогда не учился у него смирению и кротости. Он ничего не знал о смиренном, всепрощающем и многострадальном духе истинных учеников Иисуса. Подобно Генриху VIII Английскому, он стремился стать _главой церкви_; и, став ею, как только его церковная власть прочно укрепилась, он изменил своё вероучение и издал указы о конформизме. Его духовенство было печально известно
Они были коррумпированы, и люди, которые не желали подчиняться их власти, подвергались жесточайшему угнетению. Тем не менее они продолжали спрашивать: «_Какое отношение император имеет к нашей религии?_» Соборы прелатов, созванные по приказу императора, тщетно пытались подчинить себе _катаров_, новацианцев и эрианцев (не _ариан_), которые выступали против их доктрин и отвергали их власть, продолжая крестить заново всех, кто отступал от их еретического сообщества. Ибо они считали, что
так называемая католическая церковь теперь претендует на всю власть Христа
Царство, но как _мирское_ сообщество, в то время как _Христова_ Церковь, по их словам, должна состоять только из _обращённых_. В начале этого периода в восточных церквях не возникало никаких вопросов относительно _крещения_, поскольку все стороны _погружались в воду_, и у нас нет никаких записей о крещении _детей_ до 370 года, когда _сын императора Валента_ умер и был крещён по приказу императора. До постановления Карфагенского собора в 401 году не было никаких официальных предписаний относительно крещения детей. Но мы не имеем к этому никакого отношения
_это учреждение_, распространившееся по всему миру, признавало императора своим главой. Одним этим поступком, если не чем-то другим, оно _отступило_ от Христа. Мы должны искать баптистские церкви среди тех, кто даже под страхом смерти не подчинился бы узурпированной власти, не подчинился бы её указам и сохранил бы свободу, которой их наделил Христос. Мы не имеем никакого отношения к так называемой арианской ереси
или её противникам-тринитариям. Отступническая церковь _императора_ может
вести свои собственные войны — они не касаются церквей Христа. Эти
_никогда не входил в церковную организацию, называемую Церковью_, по мнению тех, кто пишет церковную историю. _Эта организация_ состояла в основном из тех, кто отрёкся от веры до того, как Константин вошёл в неё и стал её главой. Они уже признали власть епископов и соборов, которые издавали для них законы. Они уже стали мирскими и коррумпированными, и были те, кто долгое время отказывался от общения с ними по этой причине. Они говорили всем, кто приходил к ним: «Если ты добродетельный верующий и готов присоединиться к нашему союзу против
Если ты грешник, то можешь быть принят в наши ряды через крещение или, если какой-нибудь католик крестил тебя раньше, через повторное крещение». Именно из-за этого их позже стали называть анабаптистами, или сторонниками повторного крещения. Вскоре они получили название катаров, или пуритан, потому что настаивали на сохранении _чистоты_ своего сообщества. Упоминания об этих людях встречаются во Франции за пятьдесят лет до правления Константина. Их
Когда Константин взошёл на престол, церкви были разбросаны по всей Римской империи. Константин стремился объединить их с католиками, но
они упорно отказывались осквернять свои причастия даже по приказу
императора, который тогда называл себя их другом. Поэтому он
обратился против них, уничтожил их книги, изгнал их из их
церквей и своими жестокими мерами _рассеял_ их, как драгоценное
семя, по странам на западе Европы, где впоследствии выросли
эти деревья праведности — патернины, альбигойцы, вальденсы и
другие последователи той же веры и того же порядка, хотя и под
разными названиями. Клавдий Сейселл, _папистский_ архиепископ, _прослеживает
Возникновение вальденсианской ереси связано с тем, что пастор по имени Лев покинул Рим в ранний период _ и поселился в долинах.

 «Последующие императоры продолжили гонения, начатые Константином.
 В 375 году Валентиниан изгнал пуританских священников, но
 Феодосий через несколько лет восстановил их свободы и проявил к ним такое благоволение, что в конце этого столетия у них было несколько
Церкви в самом Константинополе, под самым носом у его императорского величества.


«Однако в 412 году их церкви снова были закрыты, и по указу
На Латеранском соборе в 413 году они были изгнаны как еретики, а император приговорил всех, кто _перекрестится_ или _будет перекрещен, к смерти_.
 Согласно этому закону, столь же подобному закону лютеранского сената, в 1522 году многие были убиты, а другие изгнаны в долины Пьемонта, где их впоследствии стали называть вальденсами. Другой собор, в Меле, в 416 году,
объявил их _проклятыми_ за отрицание того, что крещение младенцев дарует
прощение и спасение, а два года спустя проклятие было повторено
собором в Карфагене. Эти гонения вынудили их уйти в тень.
и за терпение, с которым они это переносили, их стали называть патернинами, и под этим именем мы их уже и встречаем.
Рассказы о них Евсевия и Сократа, историков ранних церквей,
позволяют нам легко идентифицировать их даже после того, как их
название было изменено. С 30 по 300 год нашей эры. «Теперь, чтобы завершить нашу цепочку, нам нужно
всего лишь вернуться во времена, когда Иисусу было около тридцати лет, и проследить нашу историю до 300 года. Иоанн в то время готовил или занимался подготовкой народа, который был готов к пришествию Господа. Он отверг
все, кто не проявил истинного раскаяния и не исповедал свою веру в грядущего. После того как Иисус был крещён им, он
продолжал крестить вместе со своими учениками. Из них была
образована Церковь, ставшая образцом для других. Апостолы
создали множество подобных ей в разных местах. Мы уже изучили их
и обнаружили, что это были баптистские церкви, в которых были
все признаки, указанные в нашей таблице. Такие
Такие церкви, конечно, какое-то время будут им на смену. Мы уже установили, что ни крещение младенцев, ни правило
Епископы-прелаты признавались среди них на протяжении многих лет; и когда их попытались ввести, по крайней мере некоторые из них, чью историю мы проследили, не приняли ни того, ни другого. Все так называемые христианские церкви по _большей части_ были отдельными и независимыми организациями в течение первых трёхсот лет; исключениями были, как мы видели при изучении епископата, города, где иерархия впервые возникла благодаря признанному главенству пастора первой или главной церкви. Как мы уже видели, крещение младенцев не было таким
Об этом почти не упоминалось до времён Тертуллиана, а затем было быстро отвергнуто.
У нас также нет никаких записей о крещении младенцев до того, как
Церковь и государство объединились. В те ранние времена _все_
крестились _погружением_, как признают все историки. Так что у нас нет никаких оснований сомневаться в том, что от Христа до разделения пуритан или
Новацианцы, составлявшие большинство в Церкви, были независимыми местными сообществами, состоявшими из верующих, которые были крещены погружением в воду после исповедания своей веры и, конечно же,
добровольно объединились с ними; и что почти все эти общества
отвергали власть всех законодателей, кроме Христа, в вопросах религии и, по сути, были такими же сообществами, как современные баптистские церкви».

«Вы очень ловко обосновали свою преемственность», — сказал преподобный мистер
Стиптейн: «И мне кажется, что жаль разрывать такую прекрасную цепь и позволять всему, что на ней держится, рухнуть. Но этого требует историческая правда. И как бы я ни сожалел о том, что это разрушит весь ваш план, я должен обратить ваше внимание на _один очень важный факт_, который вы,
без сомнения, незаслуженно забыли упомянуть».

 — И что же это такое, pray tell?

 — Дело в том, что _вальденсы не были баптистами_, но, как и методисты с пресвитерианами, крестили своих детей в младенчестве.

«Даже если бы это было правдой, — сказал мистер Кортни, — это не разорвало бы цепь нашей преемственности. Я показал, что _первые_ церкви в течение двухсот пятидесяти лет не крестили младенцев и в остальном были похожи на баптистские церкви. Затем я показал, что подобные церкви, отвергающие иерархию и все виды крещения, кроме того, которое совершалось
Сами по себе они были верующими, которых сначала называли новацианцами и катарами, а потом патернинами. Они продолжали существовать вплоть до времён Петра, Генриха и Арнольда, а затем их стало так много, что для их искоренения в одной только Франции потребовались огромные армии, которые год за годом, на протяжении почти четверти века, уничтожали их. Как я уже показал, эти альбигойцы были баптистами, и именно один из них принёс их учение в Англию.Лолларды были потомками этих людей, и лолларды продолжали
В Англии их топили и сжигали за отрицание крещения младенцев и иерархии.
До Реформации они во всех отношениях были похожи на эти древние баптистские церкви. Если те, кто жил на континенте, когда-либо отступали от веры и переходили к крещению младенцев, то это происходило _только после того, как они отправляли верующих на крещение в Англию_, и любое отступничество _после этого_ не влияло на наше дело.

«Пусть будет правдой, что некоторые из тех, кого другие или даже они сами называли вальденсами, крестили младенцев.
Для нас достаточно того, что
были ли среди них другие, которые, как говорит доктор Уолл о петробрусцах, которых он
считает сектой вальденсов, ‘действительно считали крещение младенцев одним из
развращенности Римской церкви и, соответственно, отрекся от нее и
проповедовал крещение только взрослых’. (Hist. Inf. Bap., часть ii., глава 7, §§ 5,
6, 7.). Мосхайм говорит о Питере Бруисе, что ‘несомненно, что одним из его
принципов было то, что ни один человек не должен был креститься до того, как он
полностью воспользуется разумом’.

 «Брандт в своей «Истории Реформации» говорит, что «_некоторые_ из
Вальденсы отвергали крещение младенцев; и это подтверждается свидетельствами тех, кто _убивал их за то, что они отвергали крещение младенцев_.
Теперь, если среди них были _некоторые_ баптисты, и Лоллардо был одним из них, как он и должен был быть, поскольку те, кого он наставлял в Англии, впоследствии были убиты за баптистские взгляды, то не имеет значения, были ли многие из них отступниками.

«Но помимо этого, мы проследили путь английских баптистов только по этому _одному_ каналу: мы могли бы с такой же лёгкостью проследить их путь по
Меннониты, которых мы можем проследить вплоть до времён апостолов, не практикуют крещение младенцев. Кроме того, мы ещё не
изучили историю _первоначального_ крещения, которое, как говорят,
привёз в Англию сам Павел и которое, безусловно, было введено
очень рано, ещё до того, как восточные церкви отпали от веры.

«Но просто для вашего удовлетворения я покажу вам, что вам навязали ложное мнение, когда учили верить, что основная часть так называемых вальденсов крестила своих младенцев или делала что-то в этом роде».
ничего, кроме истинных баптистских церквей, согласно нашей табличке».

 «Я не знаю, — ответил председательствующий старейшина, — как такое может быть, когда у нас есть их собственное прямое заявление в их официальном Символе веры».

«В такой многочисленной группе людей, как вальденсы, — сказал мистер Кортни, — состоящей не только из множества отдельных общин, но и разбросанной по разным странам и говорящей на разных языках, мы вполне можем предположить некоторое разнообразие в вере и обычаях. И если какая-то _одна_ из этих общин заявила, что они верят
и практикуют крещение младенцев, это не означает, что все вальденсы
так и сделал. Но я сомневаюсь, что вы можете показать любое такое концессия”.

“Безусловно, я могу, сэр. Это содержится в исповеди, озаглавленной ‘А
«Исповедание веры братьев-вальденсов» адресовано королю Венгрии Владиславу и представлено в 1508 году.
Его так часто цитировали и упоминали, что я удивляюсь, как джентльмен с вашим уровнем знаний по этим вопросам мог о нём не знать.
«Я знаю о существовании документа, на который вы ссылаетесь, но я
я не верю, что это когда-либо было сделано _вальденсами_. Скорее всего, это сделали какие-то фоллыпоследователи Гуса, которых обычно называют каликстинами».

 «Но почему вы не верите, что они были вальденсами?»

 «Просто потому, что, во-первых, _в самом документе говорится, что они НЕ БЫЛИ вальденсами._ Он начинается с того, что королю сообщают, что «они _не были_
 вальденсами, хотя их враги _называли_ их вальденсами и преследовали как таковых». Итак, _настоящие_ вальденсы вряд ли стали бы
_стыдиться своего имени_, отрицать его или даже избегать преследований и смерти. Во-вторых, существует настоящее вальденское исповедание веры, появившееся позднее, которое прямо противоречит этому. В нём вы
Они ссылаются на то, что _называется_ их каноном, и утверждают, что
«дети, согласно апостольскому канону, как пишет Дионисий, должны быть
крещены»; но в более позднем и подлинном каноне говорится: «Этим таинством мы
принимаемся в святое собрание Божьего народа, _предварительно
исповедав нашу веру и изменив образ жизни_»; и там нет ни слова о младенцах. (Джонс, _гл. Hist._ т. ii., стр. 59, 60. Орчард, _Hist.
Ф. Б._, стр. 278.) Но даже если допустить, что это было сделано истинными
 вальденсами, очевидно, что они изменили свои взгляды и
на практике; ведь нет ничего более достоверного, чем то, что _когда-то_ они были уничтожены как вредоносные _анабаптисты_».

 «Но разве они не объединились с Лютером и Кальвином и не стали частью их церквей?»

 «Это верно, — ответил учитель, — многие из _них_ так и сделали.
Не _все_ были готовы принять смерть за свою религию, будь то от рук Лютера или папы римского; многие из них перешли на сторону Лютера, а ещё больше — на сторону Кальвина; но так много людей осталось верными, что
Мосхайм говорит: «Огромное количество из них было предано смерти за свою веру»
в самых ужасных формах». «Почти во всех странах Европы _неисчислимое множество баптистов_ предпочли смерть в её самых страшных формах отречению от своих убеждений». «Они приняли смерть, — пишет тот же автор, — не потому, что считались мятежными подданными, а просто потому, что _их сочли неисправимыми еретиками_; ведь в этом столетии [шестнадцатом]
ошибка, заключавшаяся в том, что крещение совершалось только над взрослыми, и практика повторного крещения тех, кто принял таинство в младенчестве, считались самыми
Это самая вопиющая и нетерпимая из ересей. Те, у кого не было других отличительных признаков, кроме крещения взрослых и исключения неправедных из внешнего общения Церкви,
должны были подвергнуться более мягкому наказанию.

«Но теперь давайте предположим на мгновение, что все вальденсы с самого начала были педобаптистами.
Тогда из этого с необходимостью следует, что существовали и другие люди, которых всё это время преследовали как анабаптистов.
Ведь кардинал Хозий, президент Римско-католической церкви,
Тридентский собор прямо признаёт существование некоторых таких людей, и его авторитет в этом вопросе непререкаем: «Если об истинности религии судить по готовности и бодрости, с которыми человек любой секты переносит страдания, то мнения и убеждения ни одной секты не могут быть истиннее или надёжнее, чем у анабаптистов, поскольку за последние двенадцать сотен лет не было никого, кто был бы наказан более сурово». Это было в 1570 году, и тысяча двести лет назад мы перенеслись в _тот самый год_, когда родился _первый младенец
крещение_ зафиксировано. И Мосхайм говорит: «Когда меннониты для
Голландские баптисты утверждают, что они являются потомками вальденсов,
петробруссианцев и других древних сект, которых обычно считают
_свидетелями истины_ во времена всеобщей тьмы. И они не совсем
ошибаются, ведь до Лютера и Кальвина почти во всех странах Европы
скрывалось множество людей, которые упорно придерживались доктрин
голландских баптистов.  Некоторые из последователей Менно, который
собрал и систематизировал древние
Вальденсы-баптисты, обосновавшиеся в Голландии. После Реформации в
Англии некоторые из тех, кто разделял баптистские взгляды, но не имел
среди своих членов никого, кого они считали бы уполномоченным
крестить, отправили в Голландию одного из своих, чтобы тот принял
крещение и получил соответствующую квалификацию. Таким образом,
истинное крещение снова пришло в Англию из _этих меннонитских
церквей_. И именно из
Именно из _этих церквей_, а не напрямую из Англии, первые баптисты
прибыли в эту страну и основали церкви в Суонзи и Бостоне, как мы уже видели.


 СХЕМА ИСТОРИИ ЦЕРКВИ.

[Иллюстрация: Схема истории церкви.]


ПОЯСНЕНИЕ К СХЕМЕ.

 Период, прошедший с тех пор, как Господь
Иисус основал Свою Церковь вскоре после 30 года н. э., и до настоящего времени, мы разделили на _ПЯТЬ больших исторических периодов_, обозначенных фигурными скобками (;) в левой колонке, которые представляют собой последовательность баптистских
церквей.

Как мы увидим, первый из этих периодов длился с 30 по 250 год.
В это время почти _все_ церкви имели знаки, указанные в нашей таблице.  Цифры после стр. относятся к страницам этой работы, на которых кратко описана их история.

Второй период длился с 250 по 650 год. Стр. 466.

 Третий период — с 650 по 1150 год. Стр. 465.

 Четвёртый период — с 1150 по 1500 год. Стр. 462.

 Пятый период — с 1500 года до наших дней. Стр. 458.

В каждый из этих периодов мы ясно, хотя и очень кратко, показали
существование подлинной и истинной христианской церкви, во всём
соответствующей образцу, описанному в Священном Писании, и
называемой именами, указанными на схеме. Если бы у нас было больше места, мы могли бы рассказать об их истории гораздо подробнее. Наша цель — просто доказать их _существование_.

 ВЕЛИКАЯ ОТСТУПНИЧЕСТВО, предсказанная в Писании как ТАЙНА
Беззаконие, Человек Греха, Сын Гибели и Антихрист представлены линиями, которые под прямым углом расходятся от 250-го года
 до 400-го. Это отступничество развивалось постепенно и в основном характеризовалось заменой независимости церквей иерархией, или властью епископов и соборов, объединением церкви и государства при Константине и введением в церковь неуполномоченных членов путём крещения младенцев, или, скорее, _несовершеннолетних_.
Она претендовала на то, чтобы быть Святой Католической, или _Вселенской_, церковью, и с самого начала
сначала стал _кровавым гонителем_ тех, кто стоял в левой колонке.

 Вскоре после 1500 года в ходе так называемой Реформации от него отделились
организации, созданные соответственно Лютером, Кальвином и королём
Генрихом VIII., которые с тех пор известны как Лютеранская церковь, Пресвитерианская
церковь и Англиканская церковь. Каждая из них породила несколько
других, лишь некоторые из которых указаны на схеме с указанием дат их создания.


«Из того, что некоторые жители Англии отправились в эти древние
церкви для крещения, не следует, что они не могли найти церковь поближе.
По меньшей мере, существует очень _высокая вероятность_ того, что
первоначальное, чистое христианство, принесённое в Англию во времена апостолов,
никогда полностью не исчезало, но что истинные церкви существовали, по крайней мере, в Уэльсе, с самого начала; и совершенно точно, что лолларды нашли там пристанище. В этой стране были священники из
Англии и Уэльса, а также из Германии и Голландии, и все они принесли с собой крещение, которое пришло из древних церквей.

— Думаю, — сказал мистер Перси, — я мог бы объяснить это проще с помощью
диаграмма или схема, которая позволит увидеть основные факты
одним взглядом. Таким образом, пусть прямые линии слева на странице
обозначают преемственность истинных Церквей, а линии справа —
отдельные отступления от них, а на полях мы можем указать даты
каждого важного изменения».

(См. «Диаграмму церковной истории» на странице 476.)

«Теперь, если вы или кто-то другой будете недовольны этой краткой, но всеобъемлющей историей баптистских церквей, позвольте мне порекомендовать вам для чтения «Историю церкви» Джонса, «Историю крещения» Робинсона, «Историю баптизма» Де
«История баптистов» Анверса, «История английских баптистов» Айвими, «История английских баптистов» Кросби и, наконец, лучшая из всех, потому что в ней в сжатой форме изложена суть их утверждений, — «История иностранных баптистов» Орчарда и «История английских баптистов» Орчарда.
Эти работы являются результатом _тридцати лет_ тщательного и серьёзного изучения предмета человеком, у которого была возможность, доступная немногим, узнать всё, что можно, об этих столь долго презираемых и
Он преследовал людей, и трудно сказать, заслуживает ли он большего уважения за то, что написал, или за то, что утаил. Ибо если бы он записал всё, его труд был бы слишком объёмным, чтобы многие могли его прочитать, или слишком сложным, чтобы кто-то мог его запомнить. Но с присущей ему проницательностью он выбрал самое важное и расположил это с таким мастерством, а каждое утверждение подкрепил таким количеством ссылок на самые безупречные источники, что любому непредвзятому человеку после прочтения этих двух работ будет трудно усомниться в том, что они были написаны
Баптисты всегда были такими, с того дня, как Иисус был крещён (_eis_) в реке Иордан, как записано у Марка в начале Евангелия от Иисуса Христа, и до наших дней.


«Теперь, поскольку нынешние баптисты придерживаются тех же доктрин, имеют ту же организацию, тех же руководителей и те же таинства, что и _первые_ церкви, и поскольку мы проследили этот путь, независимо от великого отступничества, мы можем поставить им и последнюю отметку. И поэтому
мистер Перси может теперь закончить свою схему баптистских церквей».

— Я не очень хорошо разбираюсь в этом, — с улыбкой ответила Теодосия. — Я хорошо помню, как мой муж, по крайней мере какое-то время, очень серьёзно сомневался в том, что это Церкви Христовы, основанные на принципах, сильно отличающихся от тех, что вы упомянули. Он вспомнит, что один из его друзей почти убедил его в том, что это не могут быть Церкви Иисуса Христа, которые морят голодом своих служителей, или, что то же самое для Церквей, вынуждают их оставить своё священное призвание и заниматься другими делами ради пропитания».

— Да, действительно, — сказал мистер Перси, — я это помню. И хотя, _со своей стороны_, я не нашёл ничего, на что можно было бы пожаловаться, я до сих пор не могу избавиться от сомнений в отношении любой церкви, которая, по моему мнению, проводит эту самоубийственную и бесчестную политику. Они могут быть правы в теории, но на практике они, безусловно, очень ошибаются.


 СХЕМА БАПТИСТСКИХ ЦЕРКВЕЙ.

 Признаки истинной | | Признаки баптистской церкви.
 Церкви. | |
 1. Она состоит только из | | Она состоит только из тех,
 кто публично исповедует веру в | | кто публично исповедует веру в
 Христа. | | Христа.

 2. Её члены были | | После публичного исповедания
 крещены после | | своей веры они погружаются в
 исповедания своей | | воду и таким образом крестятся.
 веры. | |

 3. Это местная | | Каждая церковь такая
 организация, и | | созданная апостолами,
 независимая от всех | | независимая от всех остальных.
 других. | |

 4-е. Только Христос является | | Никакие священники, епископы или
 её Царём и | | конфедерации не могут издавать законы
 Законодателем, и она не признаёт | | для неё или контролировать её
 никакой другой власти над | | дисциплину. Она не признаёт
 собой. | | никого на земле своим господином.

 5-е. Его члены | | Его члены не
 стали таковыми по собственному | | были обращены другими в
 добровольному желанию. | | младенчестве, но пришли
 | | по собственному желанию.

 6-е. Оно придерживается в качестве | | Оно придерживается в качестве
 догматов веры фундаментальных | | догматов веры фундаментальных
 учений Евангелия. | | учений Евангелия.

 7-е. Всё началось с | | Апостольские церкви были
 Христос и по сей день продолжает | | Баптистские церкви, и только
 такие церкви существуют до сих пор. | | такие церкви существуют до сих пор.
 | | См. Историческую таблицу, стр. 477.

 8-я. Она никогда не преследует | | Она во все времена была
 за убеждения. | | защитницей религиозной
 | | свободы; она требовала её как для
 | | других, так и для себя;
 | | и хотя всегда
 | | подвергалась гонениям, никогда
 | | не гонит.

 9-е. Церковь не отступница | | Она не отступала и никогда не была связана
 со Христом. | | с великим отступничеством.

 «Если вы потрудитесь присмотреться повнимательнее, —
ответил мистер Кортни, — вы обнаружите, что всякий раз и везде, где бы ни была
Если у служителя есть _вера_ и мужество рискнуть всем и полностью посвятить себя своему призванию, то он будет обеспечен. Господь не
хочет, чтобы его служители _богатели_; и когда они оставляют свою работу, чтобы заняться зарабатыванием денег, он часто разрушает все их надежды, используя различные способы своего провидения. Но он действительно намерен и неоднократно ясно и недвусмысленно _обещал_, что у них _будет достаточно_ для удовлетворения их потребностей; и это они получат _от министерства_, если _полностью посвятят себя ему_. Я готов заверить любого
молодому человеку, которого Господь наделил даром и призвал проповедовать,
обеспечит достойную поддержку при условии, что он отдаст все свои силы,
как физические, так и умственные, единственному делу, к которому его
призвали. Я могу это сделать, потому что Учитель обещал, и я могу это
сделать, потому что я наблюдал за этим в течение многих лет и не
видел, чтобы Его обещание не сбылось ни с кем, кто держался в рамках
Божьего провидения, то есть был готов идти и трудиться там, куда
Его провидение, казалось, призывало его. Я мог бы, ради поощрения таких людей, рассказать личные истории некоторых из них.
начало их служения было весьма бесперспективным, но они
решили не знать ничего, кроме Христа, и не делать ничего, кроме проповеди; и
теперь в преклонном возрасте наслаждаются такими же удобствами, как и их соседи, которые посвятили свою жизнь тому, чтобы разбогатеть. Но, говоря это, я прекрасно понимаю, что наши церкви постыдно пренебрегают своим долгом. Они не дают и малой доли того, что должны были бы давать
для поддержки служения; но на это есть две причины, помимо скупости братьев. Я признаю, что это одна из причин; и если
Если мы не раскаемся, Бог вскоре заберёт наш светильник и оставит наши церкви умирать, как это уже происходит с некоторыми баптистскими церквями и происходило со многими другими за последние тридцать лет. Но я не верю, что _это главная_ причина. Она кроется в _ранней истории_ наших церквей, когда мы были _обложены налогом_ и платили другим проповедникам, а не своим, за проповедь другого Евангелия, в которое мы не верили. Люди чувствовали несправедливость такого налогообложения; наши министры выступали против него; и, чтобы показать, что _они_ придерживаются иного мнения
класс, которому было всё равно, платят им или нет, лишь бы они любили их и спасали их души, гордился тем, что проповедует без вознаграждения, и Провидение, как это _тогда_ могло быть их долгом, позволяло им делать это и при этом не страдать. Люди постепенно пришли к мысли, что то, что делалось с определённой целью при особых обстоятельствах, было чем-то, _требуемым Евангелием_, и что служители были _обязаны_ проповедовать _без какого-либо регулярного обеспечения_ для своего содержания. Министры поступили так же, как Павел, — отмахнулись от него
на какое-то время, чтобы их Евангелие не подвергалось порицанию.
Павел трудился ради собственного пропитания и ради тех, кто был с ним.
Иногда он не брал с церквей плату за своё содержание,
но всегда старался поддерживать своё _право_ на него.
Он постарался показать, что это было прямое повеление Господа Иисуса
о том, что «те, кто проповедует Евангелие, должны жить по Евангелию», и что
он и другие могли бы не работать, если бы захотели. Вполне вероятно, что наши проповедники были бы не так внимательны в этом вопросе, и поэтому
люди в конце концов пришли к выводу, что проповедники не должны получать регулярную
поддержку, а если кто-то претендовал на неё, они были склонны причислять его к
своим угнетателям, которых они считали волками, стремящимися
поживиться за их счёт, или, по крайней мере, простыми наёмниками,
работающими _только_ за плату.

 «Такие мнения и чувства, глубоко укоренившиеся в сознании большинства людей,
будут искореняться очень медленно, даже при самых усердных усилиях
последующих служителей». Но вот вам и третья причина: _Эти усилия не увенчались успехом._ Я виню в этом наших _проповедников_, а не народ
положение дел. Они потакали этой коррупции в церквях, вместо того чтобы смело осуждать её, как следовало бы.

 — Но, мой дорогой сэр, если бы они смело осуждали её, то потеряли бы доверие и любовь паствы и не смогли бы творить добро никаким другим способом.

 — Возможно, так бы и было, если бы они начали с жалоб на _себя_. Я бы не хотел, чтобы священник постоянно жаловался на _собственную поддержку_. Если он это сделает, _может сложиться_ впечатление, что он стремится излечить других от эгоизма ради собственного удовлетворения.
эгоистичный. Мудрый человек, понимающий человеческую натуру, выберет другой, более успешный план. Он покажет людям, что _Господь_ требует от них _отдавать_ не ему, проповеднику, а делу Христа. Он будет _часто_ предоставлять им возможность _отдавать_ другим, а не себе. Он будет отстаивать интересы обездоленных и язычников. Он будет рассказывать о нуждах миссий, библейских обществ,
воскресных школ и других объектов христианской благотворительности, пока у них не выработается _привычка жертвовать_. Он будет объяснять учение
Слово о поддержке служителей, и таким образом проповедуйте _всё_
Евангелие, но не применяйте его к _своему собственному случаю_. Пусть
он сделает это, и его прихожане сами почувствуют, что они слишком мало сделали для своего пастора. Пусть _все_ наши служители начнут
сразу же проповедовать _благоразумно_ и доброжелательно _всё_
Евангелие, и Церкви вскоре покажут, что вина была не столько в них, сколько в самих проповедниках, которые, по-видимому, были так скупы.

«Я уже достаточно насмотрелся на собственном опыте, — сказал мистер Перси, — чтобы
убедите меня в правдивости ваших слов».

 «Хотел бы я, — сказал доктор Тхинквелл, — чтобы мы могли закончить этот разговор в прошлую субботу, чтобы я мог войти в воду вместе с тем молодым человеком, которого вчера крестили. Мои последние сомнения развеяны. Я благодарю вас всех за терпение, с которым вы относились к моей медлительности в обретении веры, и за готовность помочь мне в моих поисках».

— Мы более чем вознаграждены, — сказал мистер Перси, — счастливым исходом.

 — А я, — сказал преподобный мистер Ститпейн, — от всего сердца рад, что вы
придите к какому-нибудь выводу. Конечно, я бы предпочёл, чтобы вы решили стать методистом; но любая ветвь церкви лучше, чем никакая. Пусть каждый
человек будет полностью убеждён в своей правоте и сможет обосновать
свою веру. Я надеюсь, сэр, что теперь вы будете наслаждаться тем
покоем, который приходит только с осознанием того, что вы выполняете
свой долг».

«Я бы хотел, мой дорогой друг, убедить тебя присоединиться ко мне и _тоже выполнять свой долг_».

«О, что касается этого, то я всегда чувствовал себя очень хорошо среди методистов.
 Вы знаете, что я горжусь этим именем и рассчитываю, что среди них оно будет звучать так же.
жить и умереть; но я признаю, что после того, как я узнал о баптистских церквях, я буду относиться к ним с _небольшим_ бо;льшим уважением, чем раньше».


На обратном пути к дому доктора Теодосия напомнила ему, что они ещё не закончили обсуждение вопроса «Что такое Церковь?».
Доктор ответил: «Я не знаю». он обещал рассказать ей о средствах или, скорее, об аргументах, которые помогли ему избавиться от неверности и атеизма и принять Священное Писание как слово Божье.

Но поскольку этот разговор не имеет отношения к обсуждаемой теме
В этом томе мы должны пока отложить эту тему[12] и лишь сообщить читателю, что доктор Тингвелл был крещён в маленькой
На следующем регулярном собрании церкви, к большой радости всех Божьих людей, было объявлено, что мистер Перси
поправился настолько, что наша путешествующая группа продолжила свой путь в горы, где мистер Перси вскоре настолько восстановил силы, что почувствовал, что должен поспешить обратно к своей пастве на юге, где он
по-прежнему живёт, проповедуя Иисуса, любимого своим народом и вызывающего восхищение у всего мира. Теодосия действительно помогает ему в Господе. Её влияние
Это чувствовалось во всём, что он делал; и он не стал менее трогательным проповедником и не стал менее усердным тружеником с тех пор, как милый маленький мальчик пришёл, чтобы развлекать его в часы отдыха своим детским лепетом. Миссис Эрнест и старая тётя Хлоя помогают Теодосии по дому, и все они с радостью демонстрируют, как сильно они любят своего Спасителя и его Церковь.
1] Если мой читатель желает ознакомиться с аргументацией по этому вопросу, он может
найти ее в восхитительном произведении под названием “Дочь неверного”.

[2] Феодосия, том i.,

[3] Смотрите аргумент в “Дочери неверного”, который может, в некотором смысле
В некотором роде это можно рассматривать как продолжение настоящей работы того же автора.